UKA.ru | в начало библиотеки

Библиотека lib.UKA.ru

детектив зарубежный | детектив русский | фантастика зарубежная | фантастика русская | литература зарубежная | литература русская | новая фантастика русская | разное
Анекдоты на uka.ru

Виктор ДОЦЕНКО

  ВОЗВРАЩЕНИЕ БЕШЕНОГО




    СТРАННЫЙ ПРОХОЖИЙ

Думаю, что очень трудно найти  русского  человека  ("русского"  не  в
смысле  национального  признака,   а   в   смысле   внутреннего   ощущения
принадлежности к России), который бы в душе не гордился своей столицей.
Понятие "москвич" постепенно превратилось как бы в  национальность  и
стало вожделенной мечтой  живущих  в  других  городах  великой  России  за
исключением, пожалуй,  Ленинграда,  или  Санкт-Петербурга,  говоря  языком
"перестройки".
Приехав  в  любой  другой  город,  москвич  или  москвичка   тут   же
становились  объектом  охоты  местных  невест  и  женихов.   Десятилетиями
создавался в сознании  народа  ореол  "удивительного,  самого  прекрасного
города на Земле, в котором есть ВСЕ"! В любой, даже самый неурожайный  год
Москва продолжала  снабжаться  всем  самым  лучшим,  самым  дефицитным.  И
человеку из провинции, из  русской  глубинки  трудно  было  доказать,  что
изобилие это кажущееся, что им пользуется весьма  ограниченный  контингент
москвичей,  принадлежащих  к  "верхушке",  допущенных  к  распределителям,
спецскладам, "своим" магазинам.
Основная же масса столичных жителей живет от зарплаты до  зарплаты  и
так же, как по всей стране, часами простаивает  в  очередях  за  тем,  что
подешевле и посытнее, а если заикнуться про жилье, то здесь надобно скорее
жаловаться москвичам, а не тем, кто  проживает  в  провинции.  Почему?  Да
разве найдется  такой  город  на  Земле,  где  было  столько  коммунальных
квартир? Мне кажется, что слово "коммунальная родилось именно, в Москве.
Коммуналки!   Господи,   вспоминая   те   коммуналки,    в    которых
"посчастливилось"  пожить  и  вашему  покорному  слуге,  начинаешь  нервно
дрожать. Одна квартира, семнадцать комнат, и в них  проживает  шестнадцать
семей! И на всех, как сказал великий Высоцкий, "всего одна уборная"!
Однако народ жил теми мифами,  которые  ему  преподносили.  Отсюда  и
двойственное отношение к москвичам: с одной  стороны,  зависть  и  желание
всеми правдами и неправдами перебраться в столицу, с  другой  -  ненависть
или в лучшем случае пренебрежительное отношение  к  ее  жителям...  Однако
меня что-то совсем не туда потянуло: мой рассказ совершенно о другом, хотя
и  проходит  его  действие  большей  частью  на  территории  Москвы  и  ее
окрестностей.
Москва тысяча девятьсот девяносто второго года... Если бы ее коренной
житель по какой-либо причине отсутствовал пять лет, да что там пять - года
три, то он, прибыв в город, в первую минуту, вероятно, потерял  дар  речи.
Он бы не узнал "первопрестольную", и - жалость переполнила бы его  сердце.
Да, Москва никогда не  отличалась  кристальной  чистотой  улиц,  парков  и
скверов, а ее жители  не  излучали  повсеместно  голливудских  улыбок,  но
сейчас, после семи лет "перестройки",  столица  превратилась  в  настоящую
помойку. Помойку с иностранными ярлыками, каковыми стали названия офисов и
магазинов, всевозможные рекламные плакаты и стенды.
Лично мне до сих пор непонятно, на каком основании, с чьей злой  руки
было  разрешено  официально   исковеркать   русский   город   иностранными
надписями?  Почему?  Впрочем,  народ  страны  Советов  столько   лет   был
изолирован от всего  заграничного,  что  любой  ярлык,  яркая  этикетка  с
надписями на "западном языке" воспринимались как знак качества,  и  товар,
украшенный им, раскупался моментально.
Москву заполонили палатки, витрины которых  уставлены  "заграничными"
товарами. Конкуренция, скажете вы? Что  ж,  конкуренция  -  дело  хорошее!
Однако давайте немного  сравним...  В  развитой  капиталистической  стране
конкуренция,  лаже  между  мелкими,  "палаточными"  продавцами,   улучшает
уровень обслуживания, качество и ассортимент товаров, снижает цены,  чтобы
увеличивать товарооборот. А что происходит у нас? Как были  за  прилавками
злые, постные лица до "перестройки", во время "застоя", так  ничего  и  не
изменилось сейчас, после нее. Я допытался проанализировать этот феномен, и
оказалось: если тогда продавцу было все равно, купит покупатель, товар или
нет - зарплата постоянная, товары государственные,  чего  суетиться  -  то
сейчас все совсем по-другому: товары принадлежат продавцу и, казалось  бы,
твоя прибыль в твоих руках, а вот и нет!
Парадокс заключается в том, что чем  больше  будет  крутиться  хозяин
палатки, тем  больше  ему  придется  отдавать.  Кому?  Да  мало  ли  кому!
Рэкетирам, мафиозным структурам, контролирующим не только доставку товаров
и их реализацию, но и цены. Попробуй откажись от  "услуг"!  В  первый  раз
побить могут, и  не  только  стекла,  а  во  второй-третий  -  сжечь  твое
"предприятие", а то и жизни лишить... Вот и видим мы в конечном итоге  тот
же  самый   результат:   постные   и   безразличные   лица   за   окошками
палаток-ларьков.
Дорого покупать? Так становитесь продавцами,  если  уверены  в  своих
мускулах. И вторая "капиталистическая"  волна  охватила  столичный  город.
Кажется, что нет  ни  единого  более  или  менее  людного  места,  где  не
толпились бы массы "ручных продавцов", то есть тех, кто продает с рук  то,
что сумел вырастить (таких единицы) или  приобрести  мелким  оптом,  чтобы
"наварить" на разнице цен.
С такими труднее всего бороться: их сотни тысяч, они  так  загрязнили
Москву, что стало  казаться,  будто  раньше  она  была  просто  стерильным
городом. Каждый подземный переход, каждая станция метро, как внутри, так и
снаружи, заполнена разновозрастными продавцами. В  руках,  на  самодельных
лотках, под полой можно увидеть и приобрести все, что, твоей душе  угодно:
от  ниток  с  иголкой  до  телевизора.  Можно   договориться   о   покупке
современного танка: "Сами поедете или доставить по указанному адресу?"
Но как же изменился состав покупателей!  Если  раньше  с  первого  же
взгляда можно было определить: это наш, среднестатистический гражданин,  у
которого в кармане немногим меньше, чем в его  домашнем,  верней  сказать,
домашней "банке"; а вот человек с Запада, и  он  может  купить  весь  твой
нехитрый товар и даже не заметит, что в его  карманах  поубавилось  денег.
Сейчас все подругому: можно встретить одетого по последнему  "писку"  моды
человека, подъехавшего на шикарном лимузине к палатке-ларьку, а  он  может
оказаться и человеком с  Запада,  и  обыкновенным  бандитом,  по  которому
давнымдавно плачет Бутырка. Но чаще всего встречаются люди,  живущие,  как
сейчас говорят, за чертой бедности. Их не очень трудно  распознать:  вечно
голодные глаза, давно требующая ремонта одежда, часто  не  соответствующая
сезону. Многие из них уже дошли до той грани, когда впору идти на  паперть
и просить милостыню, но им стыдно, просто невыносимо пойти на такой шаг, и
они слоняются в поисках  какой-нибудь  случайной  работы  или  "халявного"
угощения.
Человек,  который  привлек   наше   внимание,   производил   странное
впечатление:  с  первого  взгляда  его  нельзя  было  уверенно  отнести  к
какой-либо группе. Что было ясно сразу, так это то, что его  одежда  давно
нуждалась  в  чистке,  хотя  бы  элементарной.  Непонятного  цвета  брюки,
порванные в различных местах, заношенная  донельзя  грязно-лилового  цвета
рубашка, непонятно как еще держащиеся на ногах кроссовки  уважаемой  фирмы
"Адидас". Даже если внимательно присмотреться, вряд ли можно было бы точно
определить его возраст. С одинаковой степенью вероятности ему  можно  было
дать и тридцать, и все  сорок  пять.  Волосы  на  голове  были  достаточно
длинны, но давно не соприкасались ни с мылом, ни с  расческой.  Было  ясно
также, что человеку негде и нечем побриться.
Но особенно привлекали его  глаза.  На  первый  взгляд  они  казались
безразличными, даже пустыми, хотя и несколько злыми, но если присмотреться
внимательнее, они начинали притягивать своей глубиной.  Он  медленно  брел
среди  снующих  людей,  и  взгляд  его  как  бы  скользил   по   ним,   не
останавливаясь ни на ком. Лишь раз  его  глаза  задержались  на  моложавой
упитанной женщине.  Она  торговала  горячими  беляшами,  и  потому  вполне
справедливо можно было предположить, что парню хочется есть.
Постепенно он добрел  до  самого  конца  "аллеи  ларьков",  где  чуть
обособленно стояла одинокая палатка, судя по  всему,  поставленная  совсем
недавно. Трудно сказать, что в ней привлекло парня, но он подошел  к  этой
палатке и стал рассматривать различные товары,  красиво  расставленные  за
стеклом витрины.
В этот момент  рядом  остановился  светло-коричневый  "Мерседес",  из
которого  вывалились  четверо  мускулистых  парней.  Их  хмурые   лица   и
бесцеремонное поведение - направившись к палатке, они пару раз  оттолкнули
прохожих, не  успевших  уступить  им  дорогу,  -  заставило  потенциальных
покупателей поспешно уйти от опасного места.
Наш герой продолжал созерцать витрину, даже  не  взглянув  в  сторону
странной  четверки.  Мельком  посмотрев  на  него,  эти  четверо  тоже  не
удостоили его своим вниманием. Подойдя к небольшому  окошечку  ларька,  за
которым сидел парень лет двадцати пяти, один из четверки сказал тоном,  не
терпящим возражений: - Сегодня пятнадцатое число, надеюсь, не забыл? - Что
дальше? - спокойно отозвался  продавец.  -  Тысячу  гринов  приготовил?  -
Парень из четверки явно начал терять терпение.
- С какой стати? - без всяких эмоций бросил палаточник.
-  Сынок,  ты,  кажется,  не  понял  смысла  нашего  визита!  -   зло
ухмыльнулся парень. В  солнечном  свете  ярко  блеснула  одинокая  золотая
фикса. - А непонятливых мы учим! - Фиксатый кивнул  своим  дружкам,  и  те
направились к двери палатки.
Но дойти не  успели.  Дверь  вдруг  резко  распахнулась  и  навстречу
"гостям" выскочили четверо внушительных  молодых  парней.  Если  четверка,
подъехавшая к ларьку, была одета довольно элегантно, в костюмы и галстуки,
то выскочившие из дверей ларька - в фирменные спортивные  костюмы  разного
цвета.
- Какие проблемы, земляки? - с бесшабашной улыбкой  спросил  один  из
них, словно предлагая помощь нуждающимся.
В этот момент раздался звон разбитого стекла  витрины:  фиксатый,  не
зная, что происходит у дверей, начал действовать. Реакция на  эту  выходку
была разной: продавец набросился на Фиксатого с матом  и  руганью,  а  обе
группы у дверей устремились на звук лопнувшего стекла.  Началась  довольно
крутая заварушка. Со стороны было видно, что и те и другие подготовлены  к
таким действиям. Удары наносились жестко и профессионально, но и держались
весьма стойко.
Наш герой продолжая  стоять  на  том  же  месте.  Казалось,  что  его
совершенно не интересует то, что происходит  рядом.  Лишь  когда  один  из
осколков разбитой витрины отскочил в его  сторону,  он  мгновенно  вскинул
руку и отбил летящий в его лицо осколок. Он не  испугался,  не  предпринял
каких-либо действий, но глаза его недобро посмотрели на Фиксатого.  Вполне
вероятно, что этим  бы  все  и  закончилось  для  нашего  героя,  случайно
оказавшегося свидетелем разборки между двумя группировками, если  бы  двое
дерущихся не решили использовать его в качестве защиты.  Сначала  один  из
них вскользь задел его спину, потом  другой,  пытаясь  достать  противника
ногой, довольно ощутимо пнул его в плечо.
Это переполнило чашу терпения нашего героя:  он  молниеносно  прыгнул
вверх,  а  два  его  случайных  обидчика  повалились  на  землю.  Водитель
"мерседеса" даже рот  раскрыл  от  изумления.  Он  внимательно  следил  за
потасовкой и держал мотор в рабочем состоянии. Он видел, как  прыгнул  наш
герой, но глаза не смогли заметить ударов. Участники драки, увидев лежащих
на земле дружков, неожиданно бросились на нашего  героя,  захватив  его  в
круг.
Силы были явно не равны: семеро против одного. Семеро крепких  рослых
мужиков против невысокого, среднего  телосложения,  к  тому  же  голодного
парня. Картина эта выглядела нелепо: "моська" в окружении  семи  "слонов".
Злые оскаленные лица говорили о том, что шутить с "моськой" не собираются.
Они стали сжимать кольцо.
Неожиданно наш герой снова прыгнул вверх, словно подкинутый  какой-то
непонятной силой. Прыжок был достаточно  высоким:  парень  смог  в  сальто
перепрыгнуть через головы противников и нанести  несколько  ударов,  после
которых на землю повалились еще трое. Это оказалось настолько  неожиданным
для нападавших, что они растерянно взглянули друг на друга, и один из  них
вытащил из кармана пистолет.
- Ну, сука, пришью на месте! -  крикнул  он,  поворачиваясь  лицом  к
нашему герою.
Тот очень спокойно взглянул на них и даже вздохнул с  сожалением,  но
принял какое-то странное положение: то ли к прыжку приготовился, то  ли  к
бегу. Он метнулся в сторону, однако парень с пистолетом тут же снова  взял
его на прицел. И вновь высокий прыжок и удар ногой, страшный удар в  лицо.
Выстрел все-таки прогремел, но пуля, предназначенная  обидчику,  попала  в
одного из своих, прямо в живот. Оба повалились на землю. И  тут  случилось
неожиданное: двое, оставшихся невредимыми, неожиданно вскинули руки вверх.
- Все, парень! Все! - со страхом воскликнул один из  них.  -  Извини,
ошибка вышла! - Казалось, что еще миг, и он падет перед  нашим  героем  на
колени.
Тот молча посмотрел на них, потом оглядел лежащих на  земле,  покачал

 
в начало наверх
головой, опять же с явным сожалением, и медленно пошел своей дорогой. Водитель выскочил из "мерседеса" и помог одному из уцелевших парней подобрать раненых дружков и отнести их в машину. После чего они тут же уехали. Второй из уцелевших втащил приятелей в палатку и, не дожидаясь пока те придут в себя, начал очищать витрину от стеклянных осколков, изредка бросая взгляды вслед незнакомцу. И было непонятно, осуждает он его или восхищается увиденным. БОГОМОЛОВ - ГЕНЕРАЛ КГБ Парень, внесший некоторую поправку в обычную разборку двух группировок, не мог себе представить, что его вспоминают не только те, с кем он только что разделался у палатки, но и человек, сидящий в огромном кабинете учреждения, совсем недавно внушавшего ужас целому народу и ненависть другим странам. Хозяин кабинета явно находился в плохом настроении. Это был полковник Богомолов, получивший после провала августовского путча звание генерала за успешное руководство операцией по обезвреживанию генерала Галина и возглавивший отдел, которым и руководил погибший Галин. Так случилось, что Богомолов сам себе обеспечил продвижение по службе и новый чин. Его плохое настроение было вызвано тем, что уже несколько месяцев не выполнялся его приказ. "Найти и задержать Савелия Кузьмича Говоркова". Было отчего нервничать новоиспеченному генералу: ситуация в стране была крайне неустойчива. И провал путча не давал никаких гарантий долгожданного мира и стабильности в Российском государстве. Приблизившись к верхнему эшелону руководства, Богомолов столкнулся с такой мерзостью, - с такими страшными людьми, что ужаснулся и несколько дней находился в полной прострации. Пытался сначала алкоголем заглушить свои "новые знания", но это только усугубило его плохое настроение. Почувствовав, что такой путь может привести к петле, он бросил испытывать себя на "алкогольную прочность" и ударился в самоанализ. Стал подумывать об отставке, но и этот путь посчитал для себя трусливым и унизительным. Запутавшись окончательно, генерал Богомолов пришел наконец к выводу, что не имеет морального права оставлять свой пост. Он понял это, задав себе довольно простой вопрос: "Кому будет выгодно, если все честные уйдут от борьбы в сторону и этим облегчат жизнь врагам и проходимцам?" Ответив на этот вопрос, Богомолов пожалел, что не задал его себе раньше. Однако принятое решение заставило его сильно измениться. Он стал подозрительным и недоверчивым. Если раньше, встречая нового человека, он доверял своей интуиции, то сейчас стал доверять только фактам, да и то неоднократно проверенным. Сотрудники, проработавшие с ним несколько лет, удивлялись этим изменениям в его характере и относили их на счет новой должности и звания. "Загордился человек! Снизу не доплюнешь!" - вздыхали они за его спиной, но в глаза заискивающе улыбались, говорили только комплименты и этим еще сильнее раздражали Богомолова. Чем больше он узнавал о том, что происходит "наверху", тем больше его заботило отсутствие сведений о Савелии Говоркове. Этот талантливый прирожденный боец слишком много знал того, чего ему не положено знать. Его знания могли повредить, нанести ощутимый вред Органам и стране. Здесь Богомолов немного лукавил: больше всего его заботило то, что Савелий знает о нем самом. Не дай Бог что изменится в стране, и к власти придут реакционные силы? (Даже про себя Богомолов не в силах был назвать их настоящим именем - фашистские.) Да, у него в силу должности, им занимаемой, скопилось достаточно сведений о существовании профашистской организации, собравшей под свои знамена большие силы, которые всеми средствами пытаются захватить власть в стране. Многим депутатам заморочили головы демагогическими лозунгами, и они, не понимая, куда их ведут, стали в оппозицию президенту России и правительству. Начали блокироваться все правительственные указы и постановления, издаваться противоположные законы, и противостояние все больше увеличивалось. Народ, пославший своих избранников в Советы всех уровней, все больше убеждался, что его чаяния и заботы меньше всего волнуют депутатов. "Народных избранников" прежде всего волновало их благополучие, льготы, машины с личными водителями, дачи, квартиры и зарплаты. И все это происходило на глазах простых людей. Богомолов понимал, что долго так продолжаться не может и рано или поздно должен произойти взрыв. А умелая тактика оппозиционеров привлекла в свои ряды многих деятелей антиправительственного толка. Испокон веков известна народная мудрость: "В мутной воде легче рыбку ловить!" Противостояние становилось взрывоопасным. И даже сам Богомолов не мог с достаточной вероятностью определить, кто придет к власти. При таких условиях он просто обязан обеспечить себе защиту и от тех, и от других. А времени оставалось очень мало: по его сведениям, спикер Верховного Совета и один из претендентов в президенты решили объединиться, и объединение придавало им реальную силу. Сознавая это, они могли пойти на крайние меры. Проанализировав создавшееся положение, Богомолов пришел к выводу, что при любом исходе противостояния он должен заполучить Савелия Говоркова раньше, чем его захватят те или другие. РАССКАЗОВ - БЫВШИЙ ГЕНЕРАЛ КГБ Богомолов даже случайно не мог предположить, что имя Савелия Говоркова не дает спокойно спать еще одному человеку, находящемуся за тысячи километров от его кабинета. По странному совпадению они оба имели одно и то же звание, принадлежали в прошлом к одной и той же организации, более того, тот человек возглавлял одно время отдел генерала Богомолова. Оба в прошлом молились одному богу - Коммунистической партии Советского Союза, свято верили (и продолжают, обманывая даже себя, верить), что все их усилия направлены только на благо народа, на благо всей страны. Этим человеком был бывший генерал Комитета государственной безопасности Рассказов. Тщательно разрабатывая операцию по доставке дезинформации в правительство России, Рассказов оставил для Савелия Говоркова только два возможных варианта: либо его гибель во время выполнения "дорожки смеха" (так Рассказов окрестил для себя эту операцию, услышав рассказ об одном из испытаний на тренировочном полигоне той самой базы, которую он сознательно подставил" органам КГБ), либо переход Савелия-Рэкса на его сторону. Когда переворот в России провалился, а Савелий остался в живых и отказался работать на них, он стал опасен для организации и мог помешать ее дальнейшим планам. А этого Рассказов допустить не мог. Он послал пятерых опытных сотрудников убрать этого "опасного кретина". Тот день был для Рассказова не самым лучшим: час назад ему сообщили, что Савелий Говорков бесследно исчез. Все попытки разыскать его оказались безрезультатными. Это настолько встревожило бывшего генерала, что, он решил воспользоваться услугами человека, к которому обращался крайне редко. Этот сотрудник был самым надежным и неоднократно проверенным. У него были обширные связи в правительстве России, и ему удавалось усидеть в органах Госбезопасности при всех властях. Время от времени Рассказов подбрасывал ему значительные суммы в валютой в рублях, словно предчувствуя ситуацию, когда тот сможет принести ему пользу. Составив шифровку, содержание которой знали только трое - сам Рассказов, его агент и незаменимый шифровальщик, Рассказов отправил ее и стал ждать ответа. Ответ должен был прийти через два-три дня: именно столько времени понадобится, чтобы ответить на заданные вопросы. Однако против всяких ожиданий ответ пришел через два часа. Он был коротким, но исчерпывающим: "Интересующий Вас человек исчез из нашего поля зрения четыре месяца назад и, по личному указанию лица, которое должно было "уйти на отдых", находится в негласном розыске. Исчезновение произошло при весьма странных обстоятельствах: на лестничной площадке, где он проживал, было взорвано самодельное взрывное устройство, но взрыв не был направлен на его квартиру, хотя у него и была сорвана дверь. Виновники не найдены, как и интересующий Вас человек. С уважением, Третий". Эта информация совершенно сбила с толку Рассказова: он был уверен в ее достоверности на все сто процентов. Более всего насторожило сообщение о том, что Говорковым интересуется и его старый знакомый - бывший полковник Богомолов. Черт его дери! Как чувствовал, что этот полковник доставит еще им хлопот, потому и приказал убрать его, но "под колесо" попал другой. Жаль старика! Рассказов вздохнул и покачал головой. С генералом Галиным он был знаком лично. "Вечный генерал" - так о нем говорили тогда, когда в Комитете работал и сам Рассказов. Столько бурь пережить и... На покой хотел уйти после операции с Рэксом... Хотел и ушел, только на вечный покой. Царствие ему небесное - много полезного успел он сделать для них. ЛЕША-ШКАФ И ЛОЛИТА Однако не только двое бывших соратников пытались разыскать нашего героя. Инцидент у одинокой палатки привлек внимание и других людей. Главе одной из самых сильных преступных группировок в Москве со странной кличкой Леша-Шкаф (можно предположить, что кличку он получил из-за габаритов его необъятного тела) было доложено об этом досадном происшествии. День у Леши-Шкафа складывался довольно удачно: он получил хороший контракт от фирмы со странным названием "Алаконд". Эта фирма, созданная двумя родными братьями, представляла две страны - Россию и Италию. Один из братьев, уехавший лет десять назад за границу, сумел там прочно встать на ноги, заработать приличный капитал. Вероятно, не без его помощи и второй брат, оставшийся в России, сумел довольно быстро обернуть средства, совершить ряд выгодных сделок и прибрать к рукам несколько небольших фирм-производителей. Создав новую фирму, братья очень успешно занялись импортом-экспортом, и с ними были вынуждены считаться даже те, кто раньше них пришел в этот бизнес. Леше-Шкафу этот контракт сулил огромные доходы, причем легальные, и это, пожалуй, было самым главным для него в этой сделке. Конечно, он подумывал и о том, чтобы вообще "проглотить" фирму и убрать братьев, но... Чисто интуитивно Леша-Шкаф чувствовал, что за братьями стоят очень серьезные люди и убрать их без шума не удастся, а обрашаться за разрешением на их ликвидацию он почемуто не стал: то ли не хотел никого ставить в известность о своих планах, то ли был уверен в отрицательном ответе. В таких случаях лучше выждать, чем рискнуть и потерять все. Ближе к обеду ему, наконец, доставили длинноногую красавицу из ночного варьете "Арлекино", приглянувшуюся ему еще с месяц назад. На все его послания, подарки и роскошные букеты девушка отвечала отказом, а вышибалы варьете, приглядевшись к назойливым посыльным, последнее посещение просто выкинули их за дверь. Лолита, как звалась девушка, действительно напоминала героиню из одноименного романа Набокова. Ей было двадцать лет, но выглядела она лет на шестнадцать. Юное лицо сохранило детскую непосредственность и наивность, а огромные синие глаза смотрели на мир удивленно и без порочности. Несколько лет занятий балетом дали о себе знать: ее хрупкая тонкая фигурка была очень гибкой. Когда девушку ввели в огромный кабинет Леши-Шкафа, нижняя часть ее лица была обвязана шелковым платком. Тело извивалось в мощных руках "исполнители". Под его взглядом они отпустили девушку и сняли с лица платок. - Что ж, ваша кличка, сэр, вполне соответствует вашим габаритам! - чуть не плача выпалила она, с ненавистью глядя на хозяина кабинета, восседавшего в огромном кожаном кресле. - Свободны! - сухо бросил Леша-Шкаф, и парни тут же вышли за дверь, тихонько прикрыв ее за собой. - Что, нечего ответить? - усмехнулась девушка. - А вы разве что-то меня спросили? - улыбнулся он и тут же добавил: - Вы уж извините моих ребят, они слишком буквально воспринимают мои просьбы! Присаживайтесь, - радушно предложил он, встав и пододвинув ей другое кресло. Его манеры и дружелюбный тон несколько обескуражили девушку, и она, немного помедлив, седа в кресло, скромно поджав свои стройные ножки. Да, сидящий перед ней мужчина действительно был огромен: под два метра ростом, мощная грудная клетка, крепкие руки и при всем этом интеллигентное симпатичное лицо, роскошные черные волосы. - Может, выпьете что-нибудь? - спросил он и нажал какую-то клавишу на пульте. В стене откинулась крышка и вперед выдвинулся зеркальный бар, уставленный различными напитками: марочными коньяками, ликерами, шампанским.
в начало наверх
- А может, еще проще: чашечку кофе с клофелином и пользуйся без проблем... - со злостью бросила она. - Да-а-а... - протянул Леша-Шкаф, - Богатый у вас опыт... - Он покачал головой. - Как вас зовут, кстати? Не думаю, что имя героини Набокова является вашим настоящим именем. - Какая разница - Девушка все больше распалялась. - Меня зовут Илона! А опыт? Опыт действительно появился после того, как один смазливый подонок, пригласив дослушать шикарную "музыку", сыпанул в кофе клофелину и изнасиловал меня, совсем еще сопливую девчонку, мне тогда и пятнадцати не исполнилось - Она вдруг всхлипнула. - Все вы, одинаковы, кобели проклятые! - И неожиданно стала срывать с себя кофточку, потом юбчонку, швырять их на пол. - Ну, чего уставился? Где меня трахать собрался: на столе, в кресле, на диване? Нагота еще сильнее подчеркнула ее детскость и беззащитность. Она напоминала выточенную удивительным мастером фигурку с совершенными формами, на которую можно смотреть часами. Для хозяина кабинета ее поведение оказалось настолько неожиданным, что он действительно уставился на девушку, не зная, как себя вести в подобной ситуации. - Мне кажется, что вы не совсем правильно поняли мои намерения, - тихо выговорил он наконец. - Конечно, вы можете оставаться и в таком виде, если вам жарко, но... И вдруг девушка заплакала навзрыд - видно напряжение было настолько сильным, что нервы не выдержали. Леша-Шкаф встал из-за стола, откупорил бутылку минеральной, налил в хрустальный стакан и протянул девушке: - Вот, выпейте, пожалуйста! - Она взяла стакан и стала жадно пить, продолжая всхлипывать, а он поднял с пола ее кофточку и юбку, протянул девушке. - У вас очень красивая фигура, мне очень нравится, но... - Он улыбнулся. - Оденьтесь, пожалуйста. Илона как-то странно взглянула на него, поставила стакан на стол и начала одеваться. - Скажите, что бы вы сделали с тем парнем, который изнасиловал вас? - неожиданно спросил Леша-Шкаф, - Убила бы подонка! - зло выпалила она. - Вы уверены, что смогли бы это сделать? - Уверена! - не задумываясь ни секунды, ответила Илона. - Вы знаете, где он живет? - Еще бы! В десяти минутах ходьбы отсюда, а что? - Мог бы встречу вам организовать, если вы этого хотите... - Да он же прибьет меня потом! - растерянно всхлипнула девушка. - Он уже дважды угрожал мне. - Не беспокойтесь: ваши проблемы с этого дня стали моими проблемами, - снова улыбнулся он. - Говорите адрес. СТРАШНАЯ МЕСТЬ ЛОЛИТЫ Когда парня разыскали и доставили к Леше-Шкафу, на что ушло немногим более часа, они с Илоной уже заканчивали роскошный обед. - Можно, шеф? - заглянул в кабинет один из тех, что привез Илону. - Ну что, нашли? - тут же спросил Леша-Шкаф. - А как же! - осклабился тот. - Сопротивлялся? - Да нет, шеф, мы ему предложили обсудить одно заманчивое предложение по бизнесу. - Он подмигнул. - Хорошо, через пять минут пригласи. - Парень вышел, а Леша-Шкаф повернулся к девушке: - Значит, как договорились. Когда я произнесу фразу: "Молодой человек, вы играете с огнем" - вы поворачиваетесь к нам лицом. - Хорошо! - Илона села в глубокое кресло у противоположной стены. Оно было развернуто спинкой ко входу. - Разрешите, Алексей Борисович? - Да, пожалуйста. В кабинет вошел смазливый парень лет двадцати пяти, сопровождаемый двумя ребятами Леши-Шкафа. Одет был парень, что называется, с иголочки: дорогие кроссовки, фирменные джинсы, кожаная куртка. Он был нагловато-самоуверен: вошел, сел на стул напротив хозяина кабинета и вытащил пачку "Мальборо". Леша-Шкаф ничего не сказал, только чуть прищурил глаза. Его парни, хорошо зная характер своего шефа, поняли, что пришедший допустил ошибку, которая может ему дорого стоить. - Я готов выслушать вас! - покровительственно проговорил он, прикуривая от дорогой зажигалки. - Скажите, вы всегда так себя ведете или только на деловых встречах? - странно улыбаясь, поинтересовался Леша-Шкаф. - Всегда, а что? Чем вам не нравится мое поведение? - Вадим... - Михайлович, - подсказал тот. - Во-первых, Вадим... Михайлович, вы допустили ошибку, когда вошли в чужой кабинет, не поздоровавшись, закурили, не попросив разрешения. - Но это же вы меня пригласили, а не я сам пришел... - Тем более! - сухо оборвал его Леша-Шкаф. - Но самой большой ошибкой может оказаться то, что ты родился на свет! Почуяв неладное, парень нахмурился и быстро оглянулся на стоящих за его спиной "амбалов", даже попытался встать. - Я не понимаю... - От его гонора и самоуверенности не осталось и следа. - Сиди и говори только тогда, когда тебя будут спрашивать, - пробасил над ухом один из парней, прижимая мощной рукой его тело к стулу. - Ты хорошо помнишь июнь восемьдесят седьмого года? - Да, помню, а что? - быстро ответил тот, нервно потирая руки. - Я слышал, что ты большой любитель тяжелого рока. - Увлекаюсь немного, но я не пони... - Его "речь" была оборвана несильным ударом кулака по голове. - Я же предупреждал! - усмехнулся парень за спиной. - Пока поешь без фальши... - кивнул ЛешаШкаф. - А имя Илона, согласись, довольно редкое, тебе ято-нибудь говорит? - Илона? - Он наморщил лоб, словно пытаясь вспомнить. - Нет, это имя я слышу впервые - сказал он наконец, но глаза его стали еще беспокойнее. - Даю тебе еще один шанс: тебе знакомо имя Илона? - Нет, точно не знаю. - Он весь покрылся испариной. - Молодой человек, вы играете с огнем! - проговори с улыбкой Леша-Шкаф, и кресло с Илоной медленно развернулось. Увидев девушку, парень попытался вскочить со стула, но снова был припечатан к нему. - Что теперь скажешь, подонок? - процедила сквозь зубы Илона. - Но мы же договорились... Ты же обещала... - со страхом залепетал он. - Ты же такой смелый был всегда! Куда же делась твоя смелость? Что, в задницу ушла? - Она подошла к нему и неожиданно вцепилась ему в волосы. - Сволочь, подонок, мразь! - И вдруг резко рванула его голову навстречу своей коленке. Улар был настолько сильным, что кровь брызнула из носа и рассеченной губы, парень вскрикнул от боли. - Что же ты делаешь, сука? - Я сука? - взвилась девушка, схватила висящую на стене резиновую дубинку и стала бить его по лицу, шее, спине. Тот пытался защищаться и ударил ее в живот. У девушки перехватило дыхание, а Леша-Шкаф, до этого с улыбкой наблюдавший за происходящим, подскочил к парню, схватил своими ручищами ударившую девушку руку и хрястнул о колено. Хруст кости и вопль несчастного раздались одновременно. - Чтобы крыльями зря не махал больше? - сказал Леша-Шкаф. - Заткните пасть этой гниде! - Он кивнул на салфетки, лежащие на столе. Парни сунули ему салфетку в рот, и тому осталось только мычать. - Как вы, Лолочка? - участливо проговорил ЛешаШкаф, притронувшись к плечу девушки. - Чуть не задохнулась... - с трудом восстанавливая дыхание, ответила она. - Ну, мразь, думала, разобью тебе морду и успокоюсь. Зря ты меня ударил! Ох, зря! - В ее голосе послышалась такая злоба, что парень испуганно замотал головой, а Леша-Шкаф с интересом посмотрел на девушку. - Дать пистолет? - участливо спросил он, не без восхищения глядя на нее. Он был твердо уверен, что она вряд ли решится на что-либо серьезное. - Этим ребятам можно доверять? - тихо спросила она. - Как мне самому! - шепотом ответил Леша. - Их кто-нибудь видел, когда они тащили его сюда? - спросила Полита. - Они, девочка моя, профессионалы... - Пока еще не твоя, но... все впереди, - с намеком добавила она и тут же повернулась к своему насильнику. - Снимай штаны, мерзавец! - Как? - испуганно воскликнул он, выплевывая на пол кляп. - Руками! - усмехнулся тот, что ранее уже "успокаивал" его. Он перехватил взгляд своего хозяина и ткнул насильника в бок. - Поторопись, мальчик! Кажется, нам с приятелем придется тебя трахнуть. - Нет-нет! - взмолился тот, но снова получил увесистый тычок под ребра и стал нехотя снимать штаны. - И трусы! - зло кинула Илона, затем налила себе полный стакан водки, залпом выпила, закусила ломтиком апельсина. Когда она повернулась, насильник стоял уже оголенный, прикрываясь руками. - Ты погляди на него: стесняется! - она чуть истерично хохотнула. Было заметно, что хмель ударил ей в голову. - Заткните его поганый рот и привяжите к стулу! Несмотря на попытку сопротивления, парни быстро привязали его ремнями к стулу. Они делали это с явным удовольствием, ожидая с нетерпением, чем кончится представление. - А теперь, мальчики, оставьте нас втроем и никого не пускайте сюда! Хорошо? - спросила девушка, повернувшись к Леше-Шкафу. - Разумеется, сегодня ты здесь хозяйка! - улыбнулся он, и парни тут же вышли, с сожалением поглядывая на привязанного. - Значит ты, Лешенька, любишь меня и хочешь, чтобы я была твоею? - девушка говорила эту фразу, глядя на испуганно замеревшего насильника, потом резко повернулась к хозяину кабинета. - Ты дважды угадала! - вздохнул он. - Я не знаю, чем ты занимаешься, но ты мне нравишься: впервые в моей жизни появился мужчина, который не полез сразу на меня, а, наоборот, вступился за мою честь. Я останусь с тобой, но при одном условии: я должна знать, чем ты занимаешься, и сама принимать участие во всем! - Ты хорошо подумала? - нахмурился Леша-Шкаф. - Более того, я так решила! - Она в упор уставилась на него. - И не будешь потом жалеть? Ведь обратного хода у нас нет! - А значит, и выбора не будет! А жалеть... Я никогда ни о чем не жалею! - твердо добавила она, продолжая смотреть ему в глаза. - Хорошо, я согласен, - немного подумав, сказал он и облегченно вздохнул. - У тебе есть ножичек? - Какой ножичек? - Леша-Шкаф был несколько озадачен. - Нож или опасная бритва! - пояснила девушка, и ее глаза недобро заблестели. Почувствовав опасность, парень стал дергаться на стуле и мычать, испуганно вращая глазами. - Попытать хочешь? - Леша-Шкаф был немного взволнован. - Ты что, Лешенька, я не из гестапо и не из подвалов Лубянки. Он должен потерять то, чем насиловал меня! Чтобы эта мразь уже никогда не смогла причинить зло девушке! Все еще надеясь, что девушка просто решила попугать своего обидчика, Леша вытащил из стола нож, сделанный по его собственному заказу, нажал на кнопку, и из удивительной работы ручки выскочило стальное лезвие, блеснув в солнечном луче ярким светом. Илона взяла в руки нож, внимательно и неторопливо осмотрела его, словно любуясь изящной работой. ЛешаШкаф налил себе коньяку и стал отпивать маленькими глоточками, забавляясь ее игрой. Возможно, сначала это действительно было игрой с ее стороны, но нахлынувшие воспоминания о боли и издевательствах при насилии показались ей настолько свежими, словно это случилось только вчера. А тут еще она перехватила странный взгляд-улыбку Леши-Шкафа. Илона снова налила почти полный стакан водки, отпила половину, затем подошла к смертельно напуганному насильнику, ухватила его за член и... резко чиркнула по нему ножом. Даже сквозь кляп был слышен вопль парня. ЛешаШкаф растерянно вскочил со стула и уставился на жертву с открытым ртом. Илона стояла и со злостью смотрела на насильника до тех пор, пока он не потерял сознание, потом брезгливо отбросила кусок члена в сторону, ополоснула кровавые руки водкой. Взглянув на кофту, заметила на ней кровь, сорвала ее с себя, вытерла руки. Все ее движения были механическими, как бы бессознательными. Налив еще полстакана водки, залпом выпила и только после этого взглянула на ошарашенного ЛешуШкафа: - Я сделала это! Я все-таки сделала это, - устало, но с гордостью проговорила она наконец. - А ты думал, не сделаю?! - Да, откровенно говоря, ты меня сразила наповал! - Он все еще не знал, как себя вести. - Ну, что же ты, теперь я - твоя, - тихо, с дрожью в голосе сказала Илона и быстро сняла оставшуюся одежду. Затем пошла и легла на огромный кожаный диван. Она действительно напоминала точеную статуэтку, а грудь
в начало наверх
просто была совершенной. Леша-Шкаф глотнул коньяка прямо из горпышка, скинул с себя одежду и опустился перед ней на колени. Его огромная ладонь, казалось, могла обхватить ее талию. Он нежно провел пальцами по бархатистой нежной коже живота. Девушка вздрогнула и обвила своими ручонками его мощную шею. - Какой же ты огромный! - томно прошептала она, извиваясь от охватившего ее желания. - Боже мой!.. Как хорошо... А ты не раздавишь меня? Леша-Шкаф молча подхватил ее на руки, сел на диван и осторожно опустил девушку на свою плоть. Она томно вскрикнула, с силой опустилась, вбивая его в себя до конца, и так замерла на некоторое время, словно прислушиваясь к тому, что он делает внутри нее. Губами она впилась в ето губы и, громко постанывая, стала приподниматься и опускаться, едаа не теряя сознания от охватившего ее блаженства. Дойдя до пика наслаждения, Илона вскрикнула, но продолжала интенсивные движения, пока не взрычал и он. Выпустив в нее целую струю, которая, казалось, обожгла ее изнутри, ЛешаШкаф откинулся ва диване, продолжая прижимать девушку к своей мощной груди. - Удивительны - прошептал он. - Я думал, что уже все испытал в интиме, но ты просто прекрасна! - И мне здорово с тобой. Ты, конечно, вправе не поверить тебе, во до тебя я мужиков воспринимала только как бы кожей, а ты... - Она нежно провела пальчиком по его груди, потом прикоснулась к ней губами. Неожиданно они услышали стон - несчастный парень очнулся. - Что с ним делать? - нахмурился Леша-Шкаф. - Он же может сдать нас! - Это, Лешенька, твоя забота! - улыбнулась девушку. - Но оставлять его в живых нельзя! Это точно! - Последнюю фразу она произнесла твердо и зло, выжидающе взглянув ему в глаза. Немного помедлив, Леша-Шкаф встал, поднял с пола нож, покачал головой. - Сам виноват, парень! - прошептал он и резко воткнул нож ему в сердце. Тот коротко дернулся и обмяк на стуле, оставив грешный мир и свои в нем грехи. Снова усадив девушку в кресло спиной ко входной двери, Леша-Шкаф вызвал своих ребят и кивнул на мертвое тело. Ни слова не говоря, они быстро отвязали его от стула, вынули из шкафа какую-то материю, напоминающую мешковину, упаковали тело, затем сунули в огромный ящик. Пока все это делалось. Леша-Шкаф позвонил кому-то и попросил привезти джинсовый костюм сорок второго и кроссовки тридцать четвертого размера. Когда какая-то женщина постучала в дверь кабинета, он уже был тщательно отмыт от крови, и даже нельзя было представить, что недавно здесь было совершено убийство. - Лешенька, это лучшее, что было на складе у Серафима Львовича! - Она развернула сверток и достала из него куртку, брюки и целлофановый пакет с кроссовками. - Кому это? - Ничего, сойдет для временного пользования, - кивнул он, оглядев вещи. - Это ей. Лолочка! - позвал он, и девушка повернулась в кресле. - Ой, какая прелесть! - воскликнула женщина, увидев ее хрупкую фигурку. - Лолочка, одевайся, бери Марину и дуйте по магазинам. - Он протянул две пачки сторублевых ассигнаций. - Купи себе все, что нужно, и денег не жалей! Потом поезжай ко мне, Марина отвезет, и обживайся. К вечеру приеду. Захочешь - звони. - Он протянул визитную карточку. - Вопросы? Ты уж извини, милая, - дела, которые пока для тебя не важны! - улыбнулся он. - Вопросов нет, Лешенька! Скучно будет - вызывай! - проговорила она, уже облачившись в новый костюм и кроссовки. Затем чмокнула его и помахала ручкой: - Бай-бай! - Пока, милая! Погоди, чуть не забыл! - Он нажал на кнопку, и в кабинет буквально влетел парень под два метра ростом. - Это Миша, твой телохранитель, водитель, юрист и т.д. и т.п. Да, тебе же еще нужно уволиться из варьете, не так ли? Будут проблемы? - Возможно... Контракт подписан на весь год... - Ничего, Миша решит эти проблемы. - Разумеется, шеф! - кивнул парень - и галантно открыл перед девушками дверь. Не успели они уйти, как в кабинет постучали. - Разрешите, шеф? - В дверь заглянул парень, который наблюдал из "мерседеса" за разборкой у палатки. - Заходи, Никита! Какие проблемы? Думаю, серьезные, если ты решился прийти сюда? - Понимаете, шеф... - осторожно начал тот. - Мы не смогли выбить налог из новой палатки. - Не понял?! - нахмурился Леша-Шкаф. Коротко, но красочно Никита описал то, что произошло у палатки. - Идиоты! Как же вы могли упустить его! - вскричал Леша-Шкаф. - Можете поверить, шеф, выбьем все, что нам причитается, да еще с крышечкой! - взмолился Никита, зная крутой нрав хозяина. - Это само собой! - Леша-Шкаф неожиданно успокоился. - Но меня интересует другое. Возьми побольше ребят, и во что бы то ни стало разыщите мне этого парня. - Хлопнуть? - Идиот! Не хлопнуть, а вежливо попросить встретиться со мной! Понял? - Понял! - Никита хитро потер руки. - Ничего ты не понял! Если откажется, установить слежку и не упустить, пока я сам с ним не повидаюсь! - Вот теперь понял! - серьезно кивнул Никита и выскользнул за дверь. ЧЕЛОВЕК БЕЗ ПРОШЛОГО Так началась очередная охота на нашего героя, который не ведал о ней, как говорится, ни сном, ни духом. Самое интересное, что он даже не знал, кто он, откуда и зачем живет на белом свете. Да, он совершенно не помнил ни своего имени, ни своего прошлого. Несколько месяцев назад он очнулся в дыму среди обломков мебели в развороченной квартире и долго не мог сообразить, где находился. Его поразило, что вокруг стоит мертвая тишина, и это по-настоящему напугало его. Что происходит? Где он? И кто он? Он напоминал взрослого человека с мыслями и опытом новорожденного. Он как бы заново знакомился с окружающими его вещами, с незнакомым ему миром. Выбравшись из-под обломков, он вышел в проем от вывороченной двери и медленно побрел по улицам города, удивляясь тому, что не слышит шума и скрежета проносящихся рядом машин, не слышит говора проходящих мимо людей. Где-то, в самых дальних уголках сознания, мелькала мысль, что это все неправильно, так не должно быть, однако он не стал вдаваться в анализ происходящего. Он шел вперед, не ведая куда. Сколько часов он бродил по улицам шумного города, неизвестно, он потерял ощущение времени и не чувствовал усталости. Но его остановило желание поесть, и он, проходя мимо длинной цепочки торговок съестным, неожиданно остановился около молодой девушки, которая торговала горячими булочками с сосиской внутри. - Пять рублей! - ответила девушка на незаданный вопрос. Однако наш герой продолжал стоять молча и смотреть на аппетитные булочки. - Вы будете брать или нет? - спросила девушка и вдруг заметила его неподвижные глаза, перевела взгляд на свежий кровоподтек на широком лбу. - Вы не можете разговаривать? - спросила она, не понимая, с чего это пришло ей в голову. Стоящий перед ней незнакомец согласно кивнул и указал на ее товар, издав какой-то звук. Он вдруг испуганно посмотрел на девушку: до этого он не слышал никаких звуков, а сейчас слышит ее голос. - У вас есть деньги? - спросила она и показала на пачку, которую держала в руке. Догадавшись, наконец, что от него требуется, Савелий пошарил по карманам и, вытащив бумажник, протянул молодой продавщице. Пожав плечами, девушка взяла бумажник, открыла его: - Не думала, что у вас столько денег! - Она покачала головой и снова спросила: - Сколько вам? Савелий пожал плечами. - Ладно, вы кушайте, а потом расплатитесь! - Она улыбнулась и сунула ему бумажник. Затем подцепила вилкой два "Хот-дога" и кивнула на стоящий рядом столик. - Там удобнее, все равно пока еще не открывали. Савелий кивнул, взял еду и встал за столик. Сосиски были горячими и показались ему очень вкусными. Торговля у девушки шла бойко, и доброжелательная улыбка не сходила с ее лица. Савелий заканчивал второй "хот-дог", когда к девушке подошел какой-то пьяный упитанный мужик. - Ух, какая красулечка! - ухмыльнулся он. - Может, свернешь торговлю сисечками-засисечками? И со мной пойдешь? - Что вы, дядечка, ни к чему все это, лучше домой отправляйтесь, к жене и детям! - улыбнулась она. - Сколько вам завернуть? - Да при чем здесь жена, дети? Я же на тебя глаз положил! А за товар не беспокойся: все оплачу, а за тебя - сколько скажешь! Не веришь? - Он вытащил из кармана пачки сторублевок. - Вот что, гражданин, спрячьте свои деньги, берите булочки или проходите мимо! - Ее улыбку словно сдуло с лица. Савелий, внимательно наблюдавщий за девушкой и не понимавший, что происходит, заметил исчезновение ее улыбки и сразу же подошел ближе. - Ну чо ты ломаешься? Сказал, не обижу, будешь довольна! - Мужик вдруг схватил ее за руку и потянул к себе. - Вы что, совсем спятили? - возмутилась она, тщетно пытаясь сопротивляться. Все еще думая, что ей удастся отделаться уговорами, она даже не повысила голос. - А ты молодец, соображаешь, что пищать - дело опасное! - ухмыльнулся мужик и облапил ее за ягодицы. - Ты что руки распускаешь? - Она вдруг всхлипнула и уперлась руками ему в грудь, не давая поцеловать себя. Неизвестно, чем бы закончилась эта неравная борьба, но тут вмешался Савелий. Он понял, наконец, что милой обаятельной девушке неприятно то, что делает незнакомец. Савелий схватил его за руку и крепко сжал. Мужик от неожиданности выпустил девушку и повернулся к Савелию. - Ты, жук навозный, сдерни отсюда, пока я тебя не размазал по асфальту! - прорычал он сверху, будучи чуть не на голову выше. Савелий не слышал, что говорил ему этот человек, но он как бы почувствовал исходящую от него угрозу не только для девушки, но и для себя. Он сделал резкое движение рукой, а ногой дал подсечку. Его движения походили на движения робота, настолько они были четкими и скупыми. Он сам не понимал, как это у него получилось, но мужчину подкинуло вверх и он упал на асфальт. Тот даже не сообразил, что с ним случилось. Оказавшись на земле под дружный смех прохожих, он рассвирепел, вскочил - и бросился на Савелия: - Ну, сморчок паршивый, держись! - крикнул он. И опять произошло нечто удивительное: его снова что-то подбросило вверх, он ощутил сильную боль в паху, от которой перехватило дыхание, а руки и ноги отказались подчиняться. Он корчился на земле, даже не пытаясь встать. - Пошли отсюда! - бросила девушка, подхватывая свой лоток в одну руку, а другой - Савелия. - А то милиция нагрянет, и проторчите у них весь день! - Молодец, паря! - восхищенно проговорил стоящий рядом мужчина на костылях. - Видать, из наших! - подмигнул он, чуть отвернув ворот рубашки, где мелькнула тельняшка с голубыми полосами. - Он говорить не может! - ответила девушка и потащила Савелия прочь. Удалившись на безопасное, с ее точки зрения, расстояние, продавщица перевела дух, выбрала более или менее выгодное для торговли место, положила на землю свой лоток и устало опустилась на него. - Послушайте, где вы так классно научились драться? - неожиданно спросила она Савелия. Он пожал плечами и внимательно посмотрел на девушку. - Да что с вами? - Она вдруг поймала себя на мысли, что как бы слышит этого странного незнакомца. - Ничего не понимаю! - Девушка нахмурилась и недоверчиво взглянула ему в глаза. - Вы что, телепат? И снова Савелий пожал плечами, но ничего не произнес вслух. - Телепат - это человек, который передает свои мысли на расстоянии. Чушь какая-то... Скажи кто - не поверила бы, что такое со мной случится! А вы с рождения не можете говорить? Не знаете? Понятно... - Она немного задумалась. - Как ваше имя? - Не... знаю... - сильно запинаясь, произнес Савелий. - Во! Заговорил! Что же вы мне голову морочите? - Девушка рассердилась. - Я не... не мо...ро...чу... Со мной... что-то произошло, но я не знаю что... И не помню свое имя... - он отвечал просто, без обиды, и ей показалось, что она может ему верить. - Ну и хорошо! - Она вздохнула. - Недавно я смотрела у своих друзей по видику фильм, где главный герой тоже потерял память: не помню названия, но все заканчивается хорошо... Вспомнила: амнезия называется, когда человек теряет память... А может, у вас есть какие-то документы, записная книжка? Посмотрите в карманах! Савелий тщательно обшарил карманы, но, кроме ключа от квартиры, ничего не обнаружил, как и в бумажнике, наполненном только деньгами. - И куда вы сейчас?
в начало наверх
- Не знаю... мне некуда идти... - к его радости и удивлению девушки он с каждой фразой говорил все лучше. - Может, вам в милицию обратиться? - В милицию? - Савелий вдруг нахмурился: что-то в нем "щелкнуло" и неприятной волной прокатилось по телу. - Нет, мне туда нельзя! - твердо сказал он. - Нельзя? Почему? - Не знаю, но чувствую - нельзя! - Меня Наташей зовут. - Она протянула руку, и Савелий вдруг наклонился и поцеловал ее. - Ну что вы, зачем? - Не знаю... все так делают, - смутился вдруг Савелий. - Если бы все... - вздохнула девушка. - Странный вы какой-то! А может быть, вы и за границей бывали? - осенило ее. - Вы какой-нибудь язык знаете? - Не знаю... - растерялся он. - А какой? - Шпрехен эи дойч? Парле ву франсе? Ду ю спик ннглиш? - Иес ай ду! Ай спик инглиш вери вел! - ответил он на чистом английском. - Ю спик инглиш? - Ну, прикол! - воскликнула она. - Как в кино говорит! Нет-нет, я только эти фразы и знаю! - Она замахала рукой. - Просто с одним парнишей встречалась, а он спецшколу заканчивал, вот и нахваталась у него... А вы, случаем, не шпион? - подакнула Наташа. - Может, вас закодировали? - А что такое "шпион"? И что такое "закодировать"? - простодушно спросил Савелий. - Шпион - это человек, который работает на свою страну, находясь в чужой стране, а закодировать... Откровенно говоря, я и сама толком не знаю, что это такое. Чем-то воздействуют на мозг, и человек вспоминает то, что знал, только тогда, когда нужно тем, кто его кодировал... Кажется, так. - Понятно... - задумчиво проговорил он. - Это как шифр в банке: откроет только тот, кто знает код! - неожиданно добавил он. - Чертовщина какая-то: никак не пойму - то ли вы придуриваетесь, то ли действительно вспоминаете коечто... - А на этот вопрос я пока не знаю ответа... - вздохнул с сожалением Савелий. - Кажется, я вам должен десять рублей? Вот вам двадцать пять, дайте еще три штуки. - И куда вы пойдете? - спросила Наташа, протягивая завернутые в бумагу "хот-доги". - Не знаю, Наташа, - задумчиво ответил он. - Правда, не знаю, - повторил он со всей искренностью, заметив ее недоверчивый взгляд. - Вот что... - Чуть поразмыслив, Наташа оторвала клочок бумаги, вытащила из кармана карандаш и что-то написала. - Это мой телефон, позвоните, если нужна будет помощь. Мои родители сейчас на гастролях, они актеры, а мы живем с бабушкой. - Хорошо, спасибо... - Он сложил бумажку и сунул в карман. - Но как же мне вас называть? - А просто - Рэкс - не задумлваясь, ответил он. - Почему Рэкс? - Не знаю... Так хочется! - Странное желание... Рэкс - похоже на собачью кличку! - Рэкс в переводе с латинского означает - король! - Король? Как интересно! Но откуда вы это знаете? - спросила она подозрительно. - Не знаю... Ладно, я пошел, а то вы итак слишком много уделили времени моей персоне, рискуете не продать оставшиеся "хот-доги". - Он протянул ей руку на прощанье. - Спасибо вам. - За что? - За то, что научили меня говорить и слышать! - на полном серьезе ответил он, снова прикоснувшись губами к руке девушки, и медленно пошел прочь. Наташа долго смотрела ему вслед, надеясь, что этот странный парень вернется или хотя бы обернется на прощанье. Но ни одно из ее желаний не свершилось, и она осталась в смятенных чувствах, противоречивых и непонятных. В какой-то момент ей даже начало казаться, что все ей пригрезилось и не было никакого странного незнакомца по прозванию Рэкс... Савелий не лукавил и был вполне искренен, - когда благодарил свою новую знакомую. Как много он узнал о себе благодаря этой девушке! Он, как ребенок, обрадовался тому, что может говорить и слышать все окружающие его звуки, и жадно впитывал все новое вокруг. Странно, откуда он знает английский язык? Неужели Наташа права, и он приехал сюда из-за границы? Тогда кто же он по национальности? Он усиленно напрягал свою память, пытаясь найти хотя бы малюсенькую подсказку, но... А это странное желание назваться Рэксом... Куда это он бредет? Не все ли равно! Ему понравилась эта девушка, и он рад, что она дала свой телефон, но сейчас ему хотелось остаться одному. Голова буквально раскалывалась от копошащихся в ней мыслей и вопросов, на которые не находились ответы. СТРАННАЯ ВСТРЕЧА Генерал Богомолов нервно ходил по кабинету из угла в угол, пытаясь хотя бы немного успокоить взвинченные нервы. А нервничать было от чего: он был вызван на беседу со спикером Верховного Совета. Встреча носила приватный характер и была обставлена с достаточной секретностью. Сейчас, анализируя все, что было связано с ней, Константин Иванович четко осознал, что встреча была тщательно спланирована и подготовлена. Если бы кто и решил следить за генералом Богомоловым, то никоим образом не смог бы догадаться, что он встречается с самим спикером. Свое отношение к нему, генерал Богомолов определил давно, когда тот еще не был избран, спикером. Это был самовлюбленный, эгоистичный и деспотичный человек, умеющий скрываться под личиной простодушного и обаятельного миротворца, который и голоса-то никогда не повысит. Константин Иванович не был националистом и ко всем национальностям относился ровно и спокойно, но иногда ловил себя на мысли о том, что южный человек, стоит ему добраться до власти - в семье ли, на работе, в дружбе, почти всегда становится настоящим деспотом, причем деспотом мстительным, который никому не прощает ошибок и считает непогрешимым лишь себя. А это страшно. Константин Иванович разработал для себя классификацию всех людей по склонностям и характеру, по образу их звериной сущности: тот волк, тот лиса, а тот лев. И в этой классификации он сразу же отвел спикеру змеиную сущность. Этому человеку он никогда не смог бы довериться до конца и - всегда оставался бы настороже, даже при возникновении признаков дружбы. Подчиняясь интуиции, своему "поводырю по жизни", Константин Иванович отобрал троих наиболее преданных сотрудников и поручил им постоянное негласное наблюдение за спикером. Не вдаваясь в подробности, он, оставаясь верным себе - не доверять до конца никому, приказал им вести наблюдение так, чтобы ни объект, ни его сотрудники ничего не заподозрили. Оперативную сводку наблюдений раз в три дня докладывать лично ему, но при экстренных ситуациях - в любое время. В случае обнаружения слежки сотрудники должны были сослаться на Богомолова и представить легенду о дополнительной охране спикера. Отправляясь на встречу со своими друзьями (а они виделись, по крайней мере, раз в месяц), Константин Иванович, даже не предполагал, что эта встреча тоже подстроена и на ней он увидит не своих старых друзей, а спикера. Они разговаривали с глазу на глаз, и за эти сорок минут их никто не побеспокоил. В первый момент он несколько растерялся, и это не ускользнуло от внимания второго человека в стране. И сейчас, вспоминая эти минуты, Богомолов поморщился. Хитрая улыбочка человека, довольного произведенным эффектом, маска доброжелательности и покровительственный тон - словом, все вызвало у него чувство брезгливости. Он ощущал себя так, словно побывал в серпентарии и даже прикасался к тварям. - Ну, что уж вы так - улыбнулся спикер, вставая из-за стола и направляясь к генералу с протянутыми руками. - Боевой офицер, генерал Госбезопасности - и вдруг растерялся. Вы уж извините за такой сюрприз, но очень не хотелось привлекать к нашей встрече ненужного внимания. Здравствуйте, дорогой Константин Иванович! - Он покровительственно обнял и похлопал его по спине. - Присаживайтесь. - Он вдруг ехидно рассмеялся. - Тут как-то пришел ко мне один, и я ему: "Садитесь, дорогой!" А он мне в ответ с этакой обидой в голосе: "Я уже сидел!" Ничего, как считаешь? Генерал, не зная что ответить, пожал плечами, но спикер и не ожидал ответа. - Как видишь, тебе не предлагаю "садиться"! - сказал он, глядя генералу прямо в глаза, но тут же вновь рассмеялся. - Ладно, шутки в сторону. Ты догадываешься, почему я захотел с тобой встретиться? Богомолов сразу отметил его ненавязчивый переход на "ты", и это ему было неприятно, но он решил занять выжидательную политику и сделал вид, будто ничего не заметил. - Если откровенно, не догадываюсь. - Насколько тебя устраивает то, что происходит в нашей стране? - Спикер как-то хитро прищурил глаза. Кажется, разговор пойдет прямой, подумалось Константину Ивановичу, здесь вряд ли удастся отделаться общими фразах. Конечно, он сразу понял, ради чего спикер решил встретиться с генералом Комитета государственной безопасности. Новый руководитель Комитета - сторонник Ельцина, а от "силового" министерства так просто не отмахнешься, вот спикер и решил потихоньку готовить надежные тылы. Кое с кем из ведомства он уже встречался, и Богомолову было известно об этих встречах, а одну просто удалось записать дословно. И хотя весь разговор состоял из полунамеков, полушуточек, ни к чему всерьез не прицепишься, но смысл был совершенно ясен - поиски "своих" людей. Никогда еще не было так трудно Богомолову: нужно было моментально принимать решение, а не хотелось. Для себя он уже давно решил, что ни при каких обстоятельствах не примет сторону спикера: он не был симпатичен генералу. Однако и решительный отказ может осложнить не только лично его жизнь, но и ситуацию "при дворе". И все-таки нужно прикинуться "ванечкой" и потянуть время, если удастся. - Каждого честного и порядочного человека не может устраивать то, что происходит в нашей стране! - с каким-то вызовом ответил Богомолов. - Отлично сказано. Костя! Ты не возражаешь, если я так буду обращаться к тебе? Ведь я считаю тебя своим другом. - Пожалуйста, - без эмоций ответил он. - Ты погляди, до чего довели нашу бедную Россию! - воскликнул с пафосом спикер, и Константину Ивановичу показалось, что тот либо пьян, либо "укололся": уж слишком нездорово блестели его глаза. Спикера действительно "несло": он витиевато и нудно говорил прописные истины, обвинял всех и вся в развале экономики, государства, "радел" за "сирых и убогих", "наших бедных россиян". С трудом удержался генерал Богомолов, чтобы не задать ему вопроса: "А почему вы, господин спикер, не говорите о своем участии в этих бедах?" Можно подумать, что он сам до момента избрания "главным депутатом" проживал на другой планете или, в лучшем случае, в другой стране. Но Константин Иванович ни разу не прервал его и, как оказалось, поступил правильно: вконец запутавшись в своих выводах и обвинениях, спикер стал уставать, а может, действие "допинга" иссякло. Так или иначе, он прекратил разглагольствовать и некоторое время молча смотрел на собеседника, как бы пытаясь определить, пришшает он его позицию или нет. Богомолов не прерывал молчания. Его взгляд не выражал никаких эмоций - за долгие годы службы в Органах он научился владеть собой - и сановный собеседник, вероятно, решил, что сумел завладеть душой и телом нужного ему человека. - Что же, дорогой Константин Иванович, я доволен нашей встречей, как, думаю, и вы, - полувопросительно подытожил он. - Надеюсь, что в решительный для нашей страны и для нашего народа момент вы займете верную позицию и правильно определите, кто вам друг, а кто враг! - Он серьезно, в упор посмотрел в глаза генералу, и тут уже надо было что-то отвечать. - Об этом вы твердо можете быть уверены - решительно и с некоторым пафосом воскликнул генерал. - Другого я от вас и не ожидал, - просиял спикер. - И знайте, переломный момент очень скоро наступит! - торжественно, но устало добавил он и встал с кресла. - Всего доброго. Было от чего нервничать и переживать: интуиция не подвела и на этот раз, он был уверен, что времени для раздумий совсем не осталось - в любой момент оппозиция перейдет к решительным действиям. Какими они будут, он не знал, но мог предположить самое худшее - военный переворот. Что же ему делать? Он прекрасно понимал, что без фактов ему не поверят, и не только не поверят, но рассмеются прямо в глаза. А может быть, он напрасно так паникует? Может быть, все "решительные действия" оппозиция заключаются в открытых выпадах с трибуны парламента? Чточто, а поговорить наши парламентарии умеют: хлебом не корми - дай побалабонить. И генерал Богомолов решил, что в данный момент лучшим действием с его стороны - будет бездействие. СОВРЕМЕННЫЙ ФРАНКЕНШТЕЙН Бывший товарищ Богомолова по партии и коллега по Органам Аркадий
в начало наверх
Сергеевич Рассказов также расхаживал из угла в угол по своему роскошному кабинету в компьютерном центре. Полученные им из Москвы данные были неутешительными - несколько человек, завербованных его агентами, попались на взятках, и новые люди, возглавившие правосудие, вцепились в них мертвой хваткой. Рассказов понимал, что подступиться к ним пока совершенно нереально. Такова природа человека: получив мало-мальскую власть и возможность вершить человеческими судьбами, он хочет казаться (даже себе) честным, волевым, бескомпромиссным и неподкупным. Должно пройти хотя бы немного времени, чтобы отлаженная система подчинила нового чиновника своим правилам. Кто-то сопротивляется дольше, кто-то ломается сразу - все зависит от характера, но мало кто выстаивает, такие, как правило, подают в отставку. Так что пока о своих подопечных можно забыть и дожидаться того момента, когда новые Генеральный прокурор, министр внутренних дел и министр юстиции вольются в систему, сложившуюся за более чем семь десятков лет. А эти болтуны... Сколько было обещаний, только помоги им... А сейчас, забравшись в депутатские кресла, ни о чем, кроме своего материального благополучия, говорить не хотят. Синдром "нахапать, пока у кормушки" заменяет разум и благоразумие. Сволота, можно подумать, что они мало получили от его людей. Как же можно быть такими твердолобыми и не понимать, что так нахапать на всю жизнь не удастся, а завоевав авторитет у масс, их доверие, можно долгие годы держать руку на вентиле и самому открывать или закрывать его для других, не забывая, разумеется, себя и своих близких. Нет! Ни одно государство мира, будь оно вдесятеро сильнее военной мощью, не сможет завоевать и покорить Россию. А если он, Рассказов, ошибается и кто-то ее сумеет завоевать, то и полгода не сможет управлять ею и сбежит оттуда, проклиная лень, час, минуту, когда решился пойти против России. Какой разумный западный человек может поверить, что долгие годы "бизнес по-русски" был жизненной правдой, воплотившейся позднее в анекдот: "Своровать ящик водки, продать, а деньги - пропить!" Какому фермеру на Западе придет в голову дожидаться, когда "сверху" спустят приказ - собирать урожай или подождать, сеять пшеницу или огурцы. Или как понять западному руководителю какого-нибудь российского директора, который всеми правдами и неправдами выбивает для своего завода заниженный план, выполняет его, получает мизерные премиальные, вместо того чтобы наладить производство так, чтобы товарооборот продукции многократно увеличил заработки как рабочих, так и руководства. Но все это может случиться, если там, где руководят этим директором, будут думать не о своих креслах, а о работе, о людях. Снова все упирается в систему. И пока жива эта система, отработанная коммунистами, в этой стране ничего нельзя будет перестроить. Для этого нужно долгие годы беспощадно ломать систему, отстранять от руководства бывших партийных деятелей, причем не только верхушку, но и до самого низу. Только тогда может что-нибудь получиться и новое поколение станет жить лучше, чем их родители. Вот такие светлые мысли были у бывшего кагэбэшника и коммуниста Аркадия Сергеевича Рассказова, потомка русских дворян. Мысли мыслями, а он хочет жить сейчас, хочет получать что-то сам, и потому он никогда и никому не открывал своих истинных намерений: прийти к власти и стать своеобразным царем для русского народа. Он был уверен, что сумеет не только удержать власть в своих руках, по и сделает все, чтобы "русскому мужику" стало лучше жить. Для этого не нужно брать иностранной помощи и снова залезать в кабалу к западным странам. Россия богата своими ресурсами. И для того, чтобы народ жил лучше, необходимо разумно их использовать. А сытый, обутый и одетый человек воевать и скандалить по пустякам не будет. Рассказов понимал, что от мечты взойти на "российский престол" до ее воплощения не рукой подать, нужен поэтапный подход. Потому-то он и решил после провала августовского путча внедрить своих людей в парламент, подобраться ближе к Верховному Совету. И чего же он добился? Одни, кроме болтовня, ничего не умеют или не хотят, другие сидят под следствием. Трудно стало работать в России, ох трудно! Раньше можно было прогнозировать каждый шаг: этому нужно дать столько для решения вопроса, а этому столько, а третьему и простого звоночка сверху будет достаточно. А сейчас... Вроде бы простой вопрос: подыскать хорошее здание для выгодного Москве совместного предприятия. Есть деньги на покупку или долгосрочную аренду, есть здание, которое готовы отреставрировать за свой счет, но... Заверил один, что все будет в полным порядке и назвал открыто сумму взятки, которую тут же получил. Шли недели, месяцы, а он продолжал заверять, что все будет в "полном порядке", пока, в конце концов, не сказал, что есть еще один человек, от которого все зависит. Со вторым важным "господином чиновником" повторилось все с точностью до слова, с одной лишь разницей - на порядок повысилась сумма взятки. Когда Рассказову доложили об этом деле, он прошелся матом по "тупоголовым бюрократам" из России. Нет, ему не было жаль потраченных средств, он был готов заплатить в десять раз больше, но... Здесь, на Западе, есть различные гарантии, которые заставляют соблюдать правила игры. Есть официальные: суды, прокуратура, полиция, наконец. Есть неофициальные: не выполнил обязательства - отвечай своими квартирами, дачами, машинами, родственниками и своей жизнью. Каждый человек должен быть ответственен за свои поступки и слова. В дореволюционной России было такое понятие - "купеческое слово". Тогда не нужно было бежать к нотариусу, чтобы зафиксировать сделку или обещание - достаточно было слова. И не дай Бог кто-то не сдержит своего слова! Оно было синонимом чести! И невыполнивший своих обязательств мог ставить крест на своей карьере. Он сразу становился изгоем в обществе, его бойкотировали и презирали. Аркадий Сергеевич решил пойти двумя путями для врастания в структуры власти: помогать оппозиции финансами и людьми, постепенно заставляя ее выполнять свою волю, а также подобраться к тем, кто сейчас стоит у власти. Как говорил Христос: "Пусть бросит в эту женщину камень первым тот, кто сам безгрешен!" Никто, разумеется, не бросил. Нет такого, кто был бы стерилен во всем! Значит, нужно выискивать человеческие слабости, ошибки, просчеты, а порой и грешки. Когда тайные пороки человека делаются явными для другого, он становится беззащитным и с ним можно делать все, что угодно. Он будет готов пойти на любую мерзость, лишь бы скрыть правду о себе. И чем выше стоит такой человек на социальной ступеньке, чем больше он может потерять, тем на большую мерзость он может пойти. Конечно, в бывшей стране Советов репутация - понятие весьма растяжимое, и нравственные пределы определяются совсем по другой шкале, нежели на Западе, но... Рассказов, имея точную и полную информацию о том, что происходит в самых верхах власти в России, прекрасно понимал, что провал августовского путча девяносто первого года был запланирован. Он нужен был, чтобы отвлечь россиян от насущных проблем и набрать политические очки для будущей борьбы на выборах. Рассчитано было точно: все, кто "грудью стоял у Белого дома" и имел достаточно возможностей доносить свой "клеймящий голос" до народа, легко "прошел в депутаты". Нет, правильно говорил Петр Великий, когда ему предлагали выгнать проворовавшихся чиновников: новые будут воровать еще больше, а эти уже что-то наворовали. России нужен царь или диктатор. Конечно, вздохнул Рассказов, Сталин был еще той сволочью, но во времена его правления воровали намного меньше и уж во всяком случае никогда не афишировали это. Не то чтобы боялись "вождя всех народов", хотя и это было, а интуитивно понимали, что нельзя у народа отнимать Веру в честность и непогрешимость коммуниста. Ведь за всю советскую историю не был судим ни один коммунист! Ни один! Если член партии на чем-либо попадался и ему грозил суд, его мгновенно исключали из партии! На любом уровне! Так поддерживался миф о честности коммуниста, его неподкупности, верности партии и долгу. Хорошие были времена! Рассказов вздохнул и придвинул к себе листок с фамилиями. Этот список готовился несколько месяцев по данным из разных источников. В нем были фамилии людей, обладавших хотя бы какимто реальным весом в правительстве России. Причем каждая фамилия тщательно анализировалась, прежде чем попадала в окончательный список. Главным же было наличие у человека чего-то такого, на чем можно было сыграть и заставить его выполнять правила его, Рассказова, игры. Да, он шел на самый настоящий, неприкрытый шантаж. Отличная штука, между прочим: почти всегда действует безотказно. Просмотрев внимательно список, где напротив каждой фамилии давались краткие сведения о депутате, - должность, специальность, возраст, семейное положение. Аркалий Сергеевич посетовал на то, что в нем почти нет фамилий высоких чинов из министерства обороны. Он понимал, что министерство обороны является одним из "силовых" министерств и иметь там своего человека очень важно. Понимал он и то, что найти "своего" в таком министерстве очень непростая задача: все люди на виду, все тщательно "просеяны". Новоиспеченный министр, прошедший "Афган" и ставший там Героем Советского Союза, поступил так, как поступил бы и сам Рассказов, заняв кресло министра: отправил на пенсию почти всех генералов, которые, как говорится, усыпали сзади себя пол песком, и набрал новых, среди которых преобладали его соратники и друзья по войне в Афганистане. Рассказову приходилось встречаться и бывшими "афганцами", и он знал им цену, хотя и не мог их понять. Они были словно вылеплены из другого теста. И казалось, обходились в жизни только двумя цветами: черным и белым. Они имели своеобразные понятия о честности и чести. Взять хотя бы того же Савелия Говоркова - Бешеного, Рэкса, Тридцатого... Что он видел в своей не очень длинной жизни? Детдом, армия, спецназ, война в Афганистане, ранение, тюрьма, побег, тайга, снова Афганистан, ранение, плен, снова побег, нищенское существование за границей, возвращение на Родину, которая его снова бросила в бой... Казалось, Рассказов почти наизусть знал биографию Савелия Говоркова. Жизнь, наполненная сплошными приключениями, порой смертельно опасными. И что же? С точки зрения Аркадия Сергеевича, Савелий должен был принять его условия игры. Его - Рассказова! А он, пройдя такие испытания, столько раз столкнувшись с предательством, получив по зубам от своей Родины, продолжает нести в себе преданность своей гребаной стране. Продолжает во что-то верить. Господи? Да откуда у этого взрослого ребенка такая вера? Рассказов вышел из-за стола и снова стал нервно вышагивать по кабинету. Нет! Здесь какая-то игра? Не может человек нести в себе такой заряд нравственности и жизненной силы, не может! Он решил бросить вызов ему, Рассказову?! Решил внести путаницу в его мысли, в его годами выстроенную систему оценки любого человека? Не выйдет! Он подомнет под себя Савелия Говоркова! Будь он хоть трижды Рэксом! Черт бы его побрал, этого проклятого Говоркова! Рассказов уже давно заметил, что стоит о нем подумать, как тут же настроение портится. Была задета его профессиональная гордость, его внутреннее "я", а этого он простить не мог! Говоркова нужно найти во что бы то ни стало. Он уже распорядился сразу доставить Савелия к нему. А здесь есть много средств заставить его не только от Родины отказаться, но и от самого себя! Рассказов зловеще улыбался: совсем недавно ему удалось завербовать одного из медицинских светил. Этот человек был долгие годы так строго законспирирован, что о нем не было известно даже родной матери. Не один десяток сотрудников ФБР охраняли его круглосуточно. Этот человек являлся одним из основных авторов разработки биосенсорного воздействия на мозг человека. И легенды о "зомби" воплотились в жизнь. Генерал Рассказов слышал об этих опытах давно, когда еще работал в Комитете госбезопасности, и давно мечтал о чем-то подобном, но все никак не удавалось подобраться ближе к этим разработкам. И вдруг такая удача! Именно удача! Никакой заслуги его или соратников не было: вмешался Господин Случай! А случай находит только тех, кто его ищет! Как бы там ни было, ученый согласился работать на Рассказова, и им удалось разработать безотказную систему связи между собой. В глубине души Рассказов немного побаивался этого человека: тот мог запросто и его закодировать, подчинить себе... Сначала он скептически относился ко всему этому, но Франк - именно такую кличку дал ему Рассказов, уменьшив фамилию Франкенштейн, - сам предложил продемонстрировать свое изобретение, если господин Рассказов предоставит ему "ненужный материал". Выяснив, что под "ненужным материалом" подразумевается человек, которого никто не будет искать, который никому не нужен. Рассказов поручил своим "амбалам" быстро привести такого человека. Когда такого доставили. Франк удалился с ним на пять минут в другую комнату, прихватив свой портфель, а когда они вернулись, то Франк шепотом объяснил Рассказову, что произойдет: стоит произнести этому сорокалетнему мужчине условную фразу, и он выполнит все, что от него потребуют. Он "вложил" ему три установки на три действия: на убийство любого, кого назовет тот, кто произнесет условную фразу; на любую команду и на самоубийство. Франк предложил Рассказову самому испробовать испытуемого и написал на листочке бумаги три условные фразы. Недоверчиво усмехнувшись. Рассказов взял листок в руки и сказал фразу, после которой мужчина повернулся к нему
в начало наверх
и, бесстрастно глядя перед собой, замер в ожидании. Рассказов приказал ему раздеться догола и порвать свою одежду. Тот быстро и четко выполнил приказание, а его глаза оставались такими же холодными и безразличными, как и ранее. Генерал подумало том, что выполнить предложенное им несложно, и неожиданно Франк, словно читая его мысли, улыбнулся и сказал, что для избавления от сомнений нужно приказать испытуемому невозможное. Рассказов немного подумал и решительно произнес условную фразу, направленную на самоубийство. Мужчина осмотрелся вокруг, сначала не было понятно для чего. Его взгляд остановился на окне, он быстро подошел к нему, выглянул. Аркадий Сергеевич недоуменно посмотрел на Франка. - Наберитесь терпения, господин Рассказов! - улыбнулся тот. - Он ищет оптимальное решение для исполнения вашего приказа. - Он что, не слышит нас? - шепотом спросил Аркадий Сергеевич. - Слышит, но не реагирует. Более того, если вы сейчас скажете ему, что он не должен выполнять ваш приказ, он не послушается! - Как? Даже я сам не смогу отменить свой приказ? - удивился Рассказов. - Можете, если в испытуемого будет заложено кодовое слово или фраза на отмену команды. В этот раз я не вложил такой код потому, что этот человек не подготовлен для какого-либо вашего задания, а значит, не представляет совершенно никакой ценности, - ответил Франк. В его взгляде было что-то садистское, а может, Рассказову это только показалось. Тем временем испытуемый не удовлетворился тем, что увидел из окна, и остановился на толстом шнуре, при помощи которого закрывались шторы. Он быстро сорвал его, сделал петлю, взбежал по лестнице, ведущей на второй этаж, привязал к перилам шнур, накинул петлю себе на шею и быстро, словно выполняя обычный прыжок, спрыгнул вниз. Рассказов даже опомниться не успел, как раздался страшный хруст: от веса тела у обреченного разорвались шейные позвонки, и все кончилось моментально. Несколько минут Рассказов стоял в оцепенении, не в силах ни заговорить, ни пошевелиться. Потом медленно подошел к висящему телу и покачал головой: ему стало немного жутковато от того, что произошло на его глазах. С Франком нужно быть предельно осторожным, решил он для себя, и быстро повернулся к нему, совершенно придя в себя от шока. - Впечатляет! - Он улыбнулся, подошел к Франку. - Поздравляю? Вы действительно гений! - Ну что вы, господин Рассказов! - неожиданно засмущался тот, довольный похвалой. - Скоро это сможет лелать любой рядовой врач! - Когда это еще будет... - Рассказов подошел к бару. - Что будете пить? - Виски с содовой, если можно. - Дорогой Франк, - Рассказов протянул ему хрустальный бокал, - как я понял из эксперимента, любого человека можно закодировать на какие-то разовые исполнительные функции. А можно ли с помощью вашей системы заставить его изменить свой внутренний мир, сделать... как бы это точнее выразиться... - Вы имеете в виду заставить его совершить переоценку ценностей? Возненавидеть то, что он раньше любил, и полюбить то, что ненавидел? Я правильно понял ваш вопрос? - В который раз вы удивляете меня! - усмехнулся Рассказов. - Это как раз то, над чем мы сейчас и ломаем голову, - пояснил Франк. - Результаты есть, но окончательных гарантий пока дать невозможно: такое воздействие на каждом испытуемом сказывалось по-своему. Но... - Он развел руками. - Мы ищем! - За ваши успехи! - поднял бокал Рассказов. - Ваше здоровье! СТРАШНАЯ НАХОДКА Несколько дней прошло с тех пор, как Савелий познакомился с симпатичной продавщицей. Все его попытки вспомнить хоть что-нибудь из своего прошлого ни к чему не привели. Он замкнулся, ушел в себя и был совершенно безразличным ко всему, что происходило вокруг. Его угрюмый и молчаливый вид не располагал к симпатии со стороны окружающих, да он и не стремился к тому, чтобы допускать кого-то к своей душе, к своим мыслям. Приткнувишсь к бомжам, он принял предложение ночевать в их "нижнем отеле". Так они окрестили подземные шахты, по которым проходили трубы теплоцентрали города. Бомжи обосновались в коллекторе, откуда в разные стороны разбегались трубы. Это помещение напоминало небольшую комнату. Натаскав с разных свалок матрасов и спинок от сломанных диван-кроватей, они соорудили довольно удобные спальные места человек на десять. Оказавшись там в первый раз, Савелий, толком не спавший двое суток, моментально уснул. Однако спать ему долго не пришлось - он вскочил от ощущения, что по его телу кто-то бегает. Тусклая лампочка с трудом освещала их помещение, но Савелий увидел, что его разбудило: крысы - огромные, чуть не полуметровые твари - спокойно разгуливали по "постелям", совершенно не обращая внимания на Савелия. - Ничего, постепенно привыкнешь! - отозвался пожилой мужчина, точный возраст которого невозможно было определить. - Это наша охрана. Мы их подкармливаем, и они нас не трогают, да и нездешних своих сородичей отгоняют. Так что ложись и не сумлевайся: не тронут! - Так они ж по мне бегают! - зло бросил Савелий. - Ну и правильно! Новый человек пришел, нужно же им познакомиться с тобой! Брось им что-нибудь пожрать и станешь для них своим. Они, как и всякая Божья тварь, ласку и внимание понимают. И не только понимают, но и помнят гораздо лучшее чем человек. Крыс-то нечего бояться: они смирные и верные. Человека бойся! Самая неблагодарная и злая тварь на свете. Только человек сжирает себе подобных! - Как сжирает? - удивился Савелий. - Это я так, иносказательно. Сжирает, в смысле убивает! Назови хоть одну породу зверей, которая бы охотилась на своих сородичей. Нет, не назовешь! - Мужичок поднялся и сел, опершись спиной о стену. - Что-то сон сегодня не приходит. - Он вздохнул, вытащил из кармана пачку дешевых сигарет, не торопясь, достал одну, чиркнул спичкой и с удовольствием затянулся. - Самое ненужное удовольствие на земле! - кивнул он на сигарету. - И здоровье себе отравляешь, и кашлять начинаешь, а продолжаешь смолить... - Он снова затянулся. - Вот я и говорю: и звери одной породы меж собой скандалят, но только по двум причинам: из-за пищи, если ее мало, и из-за самки. Но эти споры никогда не оканчиваются смертью: слабый уступает и уходит, чтобы поискать пищу или самку в другом месте. И уж никогда не вздумает мстить обидчику. - Мстить обидчику... - задумчиво проговорил Савелий. В его глазах было что-то такое, из-за чего собеседник покачал головой. - Странный ты какой-то, паря! - Он притушил окурок и сунул его назад в рачку. - За семь лет своего "бичевания" я многих повидал: убогих телом, душой, обиженных на людей, на жизнь, на власти... Словом, каждый в душе нес хотя бы какую-то обиду, которая и заставила уйти в мир. Возьми меня, к примеру, как-никак четыре курса Бауманского, это тебе не хухры-мухры! Престижный вуз. - Он горестно вздохнул. - Педагоги говорили: очень перспективный молодой человек! Уже на первом курсе такой реферат состряпал, что завкафедрой ахнул... Да что говорить! - махнул он рукой. - И что же случилось? - Что могло случиться с таким, как я? Без роду, без племени, приехал из глубинки России... Кто такой? Откуда? Кто его родители? А все мои данные умещались в пару строчек: "родителей нет, проживал по дальним родственникам да по соседям". Очень уж мальчик стремился к знаниям! - Он вдруг хихикнул и полез к краю "кровати", вытащил бутылку водки, на четверть отпитую. - Ух ты, моя хорошая! - Чмокнул ее и ласково погладил. - Глотнешь? - Давай, - пожал плечами Савелий. - Ты действительно странный тип: в твоих глазах я все время вижу безразличие, а это очень опасный симптом для молодого еще человека. Можешь поверить мне как старшему. Тебе сколько? - Не знаю... - Не знаешь или не помнишь? - Какая разница, когда не можешь ответить. - С одной стороны, никакой, а если глубже взглянуть, то может оказаться существенной... - Он сделал несколько больших глотков, зажевал куском хлеба, затем протянул бутылку Савелию. Савелий глотнул пару раз и даже не поморщился, отказавшись от хлеба. - Силен, нечего сказать! - Мужик покачал головой, подхватывая бутылку. - Мне уже шестой десяток стучит... - Он глубоко вздохнул. - Проскочила жизнь, как свисток паровоза. И пожить-то не успел как следует. Так вот, люди вокруг завистливые, не выносящие чужого успеха. А у нас курс был привилегированный: сыночек одного из секретарей партии учился, будь она неладна! Фамилию, правда, уже запамятовал, громкая такая, известная, ну и не понравилось этому сыночку, что какой-то там периферийный мальчик лучше его по всем статьям. Ну и пошло-поехало: то выговор, то взыскание... Другому даже и не заметят, а мне - как бы побольнее. Ну и не выдержал я - сломался! - Сыночку вмазал? - Если бы, - жалобно вздохнул тот. - Кабы врезал, то сейчас бы ни о чем не жалел! - гордо пояснил он, снова хлебнул из горла и предложил Савелию, но тот отказался. - Как хочешь... К ней припал. - Мужик кивнул на бутылку. - К ней, родимой! С тех пор почти и не просыхаю. За редким исключением, когда на больничную койку угораздит, а пару раз и в ЛТП отдыхал. - ЛТП? - Тебе повезло, что не знаешь, - ухмыльнулся мужик. - Лечебно-трудовой профилакторий! Алкоголиков, короче, там лечат. Что твоя тюрьма! Те же решетки, охрана... Только и различие, что судимости нет. За это время все и подрастерял: родных, семью, дети отказались... Бог им судья! Я тут давеча, когда про тебя услышал, позавидовал даже. Да-да, не усмехайся. Позавидовал! Думаю, вот бы и мне, как этому мужику, тебе, в смысле, память бы отшибло. Чтобы ничего не помнить из своего прошлого. Класс! - Он восхищенно причмокнул и снова отпил. - Возможно, жизнь бы повернулась на все сто восемьдесят! - А я бы многое отдал, чтобы узнать о своем прошлом. Кто я? Откуда? Зачем на свет появился? - Савелий начал говорить тихо, но с каждым словом все повышал и повышал голос. - Как тебя забрало! На, выпей, может, полегчает. - Его собеседник вновь протянул бутылку. Савелий на этот раз взял, скорее машинально, сделал несколько глотков, заставив поволноваться хозяина водки, испугавшегося, что ему больше не достанется. Он успокоился, когда получил бутылку назад. Допил остатки и аккуратно поставил пустую посуду на цементный пол. Крякнув от удовольствия, а может, и от сожаления, что бутылка оказалась такой маленькой, он повернулся к Савелию: - Вот что я тебе скажу, паря: коль ты так хочешь все вспомнить, то заставляй свой мозг работать. По своему примеру знаю, начну что-нибудь вспоминать и не могу, а мозги не отпускают, продолжают пахать даже ночью и в какой-то момент выдают информацию. Так что, уверен, и ты все вспомнишь... - Неожиданно он запел - видно, водка взяла свое: "Протопи ты мне баньку по-белому... Я от белого света отвык... И меня... та-та-та... угорелого..." - Голос у него был странно-грустным, пел он очень проникновенно и вдруг заплакал: - Сволочи, какого парня загубили! К черту все! Пойду я, напиться хочу, чтобы не думать и не вспоминать ни о чем! Все в мире суета сует!.. Ты со мной или остаешься? - Остаюсь, поспать хочется... - Отозвался Савелий и стал укладываться. - Ну, как знаешь... - Он медленно пошел к выходному люку, покачиваясь из стороны в сторону, потом остановился, повернулся к Савелию и сказал ни с того ни с сего: - Меня, между прочим, Сашкой зовут. Это я так, если что... Сашка-бомж! Бывай, земляк! Савелий долго смотрел ему вслед, пока тот не скрылся в темноте тоннеля. Странный мужик, подумалось ему, и он усмехнулся: полное совпадение - он Сашке показался странным, а Сашка ему. Каждый рассматривает другого со своей колокольни, со своей точки зрения. Неожиданно Савелий понял этого мужчину и дал ему точную характеристику: надломленный жизнью человек! Потерявший веру во все: в близких, в знакомых, в страну, где живет, даже в самого себя. А потерять веру в себя - это страшно!.. Чем-то вэбередил ему душу этот разговор, задел в нем какие-то струны, и потому сон прошел окончательно. И песня, которую пел Сашка-бомж... Он знает эту песню, точно уверен, что слышал раньше эти слова. Савелий напоминал золотоискателя, собирающего золотые песчинки, которые позднее сольются и образуют какую-нибудь форму. Сашка-бомж прав, ему постоянно нужно думать и напрягать свой мозг, заставляя его постепенно выдавать все, что было в его прошлом. Может, напрасно он не пошел вместе с Сашкой: сейчас ему хотелось поговорить, неважно о чем, а с этой мертвоспящей парочкой не поговоришь - пожилые, лет под семьдесят, глухонемые, брошенные всеми люди. Они живут в своем мире и, вероятно, немало выстрадали, но даже у них есть воспоминания, которых лишен он, Савелий.
в начало наверх
Савелий вдруг подумало Наташе. Захотелось увидеть ее глаза, услышать ее певучий и добрый голос. Поговорить с ней, рассказать, что его мучает, о чем он постоянно думает. Собственно, что ему мешает? Вот телефон, который она сама предложила, автомат тоже несложно найти... А что, сейчас возьмет и позвонит! Возьмет и позвонит! Савелий решительно поднялся и пошел к выходу. Он впервые был здесь, но шел уверенно, словно путь был привычным, сам не понимая, как он смог так быстро запомнить его в довольно сложном подземном лабиринте. Проходя один поворот, он, как и тогда, когда шел сюда, почувствовал тошнотворный запах. Этот запах ему был знаком, хотя он и не знал откуда. Было совершенно темно, но он шел уверенно, ориентируясь только по запаху. Через несколько десятков метров запах стал настолько нестерпимым, что он понял: добрался до места. Он чиркнул спичкой и огонь выхватил из тьмы мешок: зловоние исходило именно из него. Оглядевшись, Савелий подхватил какую-то палку, обмотал ее тряпкой, оторванной от этого мешка, поджег ее. Затем брюзгливо начал разворачивать мешковину. Вскоре тусклое пламя импровизированного факела высветило что-то белое, и это что-то оказалось человеческим телом. Савелий не испытал страха при виде начавшего разлагаться трупа молодого мужчины. Ему сразу бросилась в глаза рана с левой стороны груди. По его поразило, что у парня был отрезан член. Бедняга, подумалось ему! Он почему-то был уверен, что парня оскопили еще живым. Скорее всего месть стала причиной его смерти. Савелий снова огляделся и вдруг увидел изящный продолговатый предмет, поднял его и уверенно нажал на кнопку. Раздался щелчок и в свете факела блеснуло стальное лезвие. Как же они так оплошали, подумал он, - оставить такую улику рядом с трупом... На ноже даже осталась кровь, напоминавшая ржавчину. То ли небрежность, то ли уверенность в своей безнаказанности. Скорее всего и то, и другое. Савелий тщательно обтер нож тряпкой и сунул в карман - красивая и нужная вещь, "в хозяйстве пригодится". Он вдрут подумал о том, что этим ножом был убит человек. И неважно, была ли в чем его вина, может, он и заслуживал смерти, но Савелий был уверен, что человек сам не имеет права чинить расправу! Не имеет! Должен быть суд, виновный должен иметь возможность оправдаться, защититься! Савелий вдруг со злостью сплюнул на сырой бетонный пол. Перед глазами встал тот подонок, что приставал к Наташе. Здоровенный такой бугай, и она, нежная, тонкая и беззащитная. Не окажись он рядом, неизвестно, чем бы все кончилось. Таких убивать сам Бог велел! Ну, вот, договорился, нечего сказать! Выходит, нельзя все расставить по полочкам, невозможно быть со всеми одинаково ровным. Выходит, в каждом конкретном случае нужно подходить индивидуально и поступать по-разному. По-разному... Савелий покачал головой: совсем запутался. Поступать по-разному!? Но как определить, что ты не допускаешь ошибки? Кто даст гарантию, что ты сам не ошибаешься? Ему (неизвестно откуда он слышал эту древнюю мудрость, да еще по-латыни) вдруг вспомнились слова: "Эраре гуманум зет" - "Человеку свойственно ошибаться". А значит, коль скоро судьи тоже люди, то и они могут ошибаться... Какой-то замкнутый круг получается: преступники должны быть наказаны, а определить степень их вины должен - человек, который сам может допустить ошибку! Так что же, не судить? И каждый судья должен быть высокопорядочным, честным и беспристрастным и судить должен сообразно своим убеждениям и понятиям. Вот и выходит, что каждый человек может быть судьей. Может-то может, но имеет ли право? Вот в чем вопрос... КВАРТИРА НАТАШИ Так, размышляя, Савелий добрался, наконец, до телефона-автомата. Как ни странно, трубка не была оторвана и тут же отозвалась длинным гудком, едва он снял ее с рычага. Савелий быстро набрал номер. - Да, вас слушают! - услышал он знакомый голос, и его сердце заколотилось. - Наташа, это ваш новый знакомый... - с трудом преодолевая волнение, отозвался он. - Знакомый по имени Рэкс? - ома проговорила это как-то неуверенно, и ему было непонятно, рада она звонку или нет. - Я уж всякое терпение потеряла, нехороший вы человек! Как же так можно? - ее голос дрожал. - Простите, Наташа, я не пони... - растерянно начал он, но девушка тут же прервала: - Он не понимает, видите ли! Столько времени прошло, я вся испереживалась! Хотела уж в милицию обращаться, да остановило то, что вы тогда на это слово странно среагировали. Нельзя же так! - тихо добавила Наташа. - Наташа, я очень прошу меня простить: не думал, что будете так переживать за меня... - Он действительно был удивлен и сейчас не знал, как себя вести. - Я несколько раз порывался позвонить, но в последний момент передумывал. Правда, один раз все-таки позвонил, но услышал, видимо, вашу бабушку и... - Дал деру? - Она вдруг рассмеялась. - Бабушка мне говорит: позвонил какой-то твой ухажер и молчит. Я ему "алло, алло", а он посопел-посопел, да и положил трубку! - Она так смешно изобразила свою бабушку, что Савелий очень легко представил ее и весело рассмеялся. - Вы сейчас заняты, Наташа? - осторожно проговорил он. - Да... разговором с вами! - В ее голосе он услышал иронию, и ему вдруг стало хорошо и тепло. - А потом? - не унимался он. - Господи! - воскликнула Наташа. - Вы где сейчас? - Недалеко от Старого Арбата... - Прекрасно! Значит, так: садитесь на "букашку" и доезжайте до Маяковки. На остановке, сразу за мостом я встречу. Идет? - Еще как! - воскликнул радостно Савелий. - Лечу! - Он хотел уже положить трубку, но тут же воскликнул. - Ой, Наташа, подождите, забыл спросить: что взять по дороге? - Вы что, еще кредитоспособны? - Да есть еще немного! - усмехнулся он. - Ничего не нужно, все есть! - ответила она сразу, но тут же удивленно спросила: - А почему вы решили, что я вас к себе приглашаю? - Так показалось, - откровенно признался Савелий. - Ну и хорошо! - решительно сказала Наташа. - Вам правильно показалось: мне никуда не хочется, решила вас домашним угостить! - А вы не боитесь? - Чего? - усмехнулась девушка. - Ну... вдруг я действительно иностранный шпион! - Значит, так тому и быть: буду вас перевербовывать! - в тон ему сказала она. - Все, жду! В трубке послышались короткие гудки, и Савелий осторожно повесил ее на рычаг. Он чувствовал какую-то легкость, нежность. Как хорошо, что он позвонил! Он едва не бегом устремился к остановке. На троллейбус он не успел и тут увидел лоток, где продавались роскошные розы. Выбрав пять красных, он аккуратно взял букет и стал ждать троллейбуса, думая о предстоящей встрече с понравившейся ему девушкой. Когда Савелий подъехал, Наташа уже стояла на остановке. Она выглядела совсем по-другому, чем в день их знакомства. Волосы на этот раз были не сколоты, а спадали на плечи, развеваясь под легким ветерком и захлестывая иногда лицо, несмотря на ярко-красную ленту, повязанную вокруг головы. Высокие каблучки таких же ярко-красных туфелек подчеркивали ее длинные и стройные ножки. А красное платье с редкими белыми полосками, плотно облегающее ее красивую фигурку, удивительно шло ей. Савелий вышел из троллейбуса и остановился, пораженный этой прекрасной девушкой. Довольная произведенным эффектом, Наташа и сама была приятно удивлена, когда увидела в его руках роскошный букет. - Вы угадали: розы мои самые любимые цветы! - восхищенно проговорила она и вдруг чмокнула Савелия в щеку. - Они просто прелесть! Спасибо вам... - она чуть запнулась, не решаясь назвать его странной кличкой, но потом решилась на некоторую вольность. - Спасибо вам, Рэксик! - Ну, что вы... Очень рад, что сумел угадать! - Он был явно смущен. - Как забавно вы смущаетесь! - Она заливисто рассмеялась, и этот смех снял напряжение и у Савелия. - Ну что, пошли? - Наташа подхватила Савелия под руку и повела к восьмиэтажному дому сталинской постройки. Видно, в этом доме проживали, по крайней мере раньше, непростые люди: он был украшен вычурной лепниной, а большие расстояния между этажами говорили о том, что в квартирах очень высокие потолки. По дороге Наташа успела поведать Савелию о том, что бабушка вместе с ее младшим братишкой уехали на три дня в дом отдыха в Переделкино, и сейчас она живет одна. Рассказывала обо всем этом Наташа без какоголибо намека, просто для того, чтобы Савелий не стеснялся и чувствовал себя более уверенно. Они были так увлечены беседой, что не заметили парня, внимательно наблюдавшего за ними. Это был тот, кто сидел в "мерседесе" во время столкновения Савелия с рэкетирами. Парень проследил за ними до самого подъезда, вошел и запомнил этаж, на котором остановился лифт, после чего подошел к телефонной будке и быстро набрал номер, внимательно поглядывая за подъездом. Когда Савелий переступил порог Наташиной квартиры, то поразился чистоте и уюту. Нет, это была не стерильная чистота, над которой трясутся, а чистота, поддерживаемая аккуратностью и каждодневным вниманием. Поразился Савелий и великолепной мебели, уставленной разнообразными сувенирами, статуэтками, китайскими вазами. На стенах висели картины, удивительной работы гобелены. На одной стене разместилась коллекция оружия: шпаги, сабли, дуэльные пистолеты и даже арбалет. Заметив интерес Савелия, Наташа понимающе улыбнулась: - Все мужчины одинаковы: никто не остается безразличным к папиной коллекции! - Как же вы не боитесь держать такое великолепие без охранной сигнализации? - удивился Савелий. - Бог пока миловал! - вздохнула девушка. - Все время твержу папе об этом, а у него все руки не доходят. Правда, квартира почти никогда не бывает пустой: то я, то бабушка дома... - Того, кто позарится на это, не удержит ни бабушка, ни вы. Он продолжил экскурсию по квартире. Комнат было четыре, и Савелий без труда определял, кто в каждой проживает, пока они не оказались в комнате, которая была заставлена различными спортивными трофеями, увешана медалями, грамотами. Он недоуменно взглянул на девушку: - Кроме артистов балета в вашей семье живет, оказывается, еще и чемпион? - Живет... - Она опустила глаза. - Вы? - неожиданно догадался Савелий. - Я, - просто ответила девушка. - Чудеса... Не зря я не решался вас на "ты" называть! - Он покачал головой. - И напрасно. Мне бы это больше понравилось. - Она улыбнулась. - Да перестаньте смотреть на меня, как на идола! - И каким же спортом вы занимаетесь? - Карате. - Что? Карате? - Его изумлению не было предела. - Так что же вы позволили этому хаму так вести себя с вами? - А что, мне нужно было устроить ему взбучку, помахать перед ним ногами? - серьезно спросила она. - Да-а-а... - протянул Савелий и вдруг рассмеялся, представив на миг эту сцену. - Действительно, вы правы! - Как ни странно... - хитро проговорила Наташа. - Скажите, а вы так ничего и не вспомнили о себе? - Откровенно говоря... - Он вздохнул с сожалением. - Ничего! И неожиданно для себя Савелий захотел рассказать Наташе обо всех своих переживаниях и волнениях: чемто эта девушка располагала к таким откровениям. Скорее всего тем, что умела слушать... - Все мои мысли заняты попытками вспомнить хоть что-нибудь! Какую-нибудь зацепочку, деталь, которая, вполне возможно, потянет за собой цепочку воспоминаний. - Бусинка за бусинкой... - подхватила девушка. - В каком смысле? - Представь себе нитку с бусинками... - Ну? - И вдруг эта нитка порвалась, и они раскатились по всей комнате... Савелий никак не мог понять, куда она клонит. - И для того, чтобы создать те же бусы, необходимо вновь по одной набирать их, на нитку, следить за цветовой гаммой, чтобы создать нужный узор... - Да, очень образно! - серьезно кивнул Савелий. - Порой мне кажется, что-то мелькает в моей голове, и я пытаюсь поймать это что-то, ухватиться, но... Это, словно вспышка молнии - длится какие-то мгновения, и остаются только ощущения и ничего конкретного! - Он тяжело вздохнул. - Но кое-чего вы уже сумели доиться! - успокаивающе сказала Наташа, притрагиваясь к его руке. - Чего именно? - Многого, если подходить серьезно: вы обнаружили знание английского языка, профессиональное владение техникой восточных единоборств... Правда, я так и не сумела определить стиль: то ли тэаквондо, то ли кунг-фу. Вы достаточно образованы: знаете слова на латыни... И все это обнаружилось в первый же день, когда вы сумели заговорить! - Думаю, что это вы на меня так воздействовали. После нашего
в начало наверх
расставания ничего нового о себе я не узнал... - Савелий с грустью вздохнул и опустил голову. - Вот и сделайте вывод: сами виноваты, что так долго не искали встречи со мной! - игриво воскликнула Наташа, потом смущенно взглянула на него. - Вы что-то хотите сказать? - нахмурился он. - Не обижайтесь, Рэксик, но... не могли бы вы принять душ? - Вот спасибо! - радостно воскликнул Савелий. - Сижу и думаю: как бы напроситься на водные процедуры! Чего тут обижаться, дней десять не мылся! Видно, запах от меня... - Он не нашел достойного определения и добавил: - Сам-то к себе принюхался, а вы... Так что принимаю предложение с огромной благодарностью! Руководите! - Он легко вскочил на ноги и пошел за Наташей. Ванная комната так же сияла чистотой, как и вся квартира. Ее стены были выложены красивым старинным кафелем, на удобных полочках стояли шеренги разнообразных шампуней, каких-то коробочек. Пока Савелий все это рассматривал и изучал, Наташа принесла ему огромное махровое полотенце и халат. - Вот, наденете, когда помоетесь... Это папин халат! - добавила девушка, отвечая на его немой вопрос. - Всю свою одежду сложите в этот бак! И никаких возражений! - строго заявила она, заметив, что Савелий хотел что-то сказать. - Выполняйте! - Есть выполнять! - в тон ей четко сказал он, вытянувшись по стойке "смирно". - То-то же! - Наташа игриво погрозила пальчиком. - Помощь понадобится - зовите. - Это если тонуть буду? - усмехнулся он. - И тонуть, и спину потереть: в нашей семье так заведено! - Девушка пожала плечами и скрылась за дверь. - Классная у вас семья... - тихо проговорил Савелий и быстро скинул себя одежду. Среди прекрасного запаха дорогой парфюмерии он вдруг почувствовал, как от него пахнет. Он даже покраснел, подумав о Наташе: нечего сказать, пришел на свидание с девушкой. И как это он не подумал об этом. Срам-то какой! Ладно, после драки кулаками не машут! Он полез в ванну, в которой набралось уже с четверть воды. Боже, какая благодать! Савелий с удовольствием растянулся во весь рост в этой огромной старинной ванне и стал отмокать. Увидев бадузан, плеснул немного, и вода мгновенно окрасилась зеленым цветом, послышался пьянящий запах хвойного дерева. Неожиданно ему на ум пришло огромное дерево, которое уже готово было исчезнуть, но Савелий успел "остановить кадр". Он закрыл глаза и стал "смотреть" на это дерево. Молнией промелькнули руки, прикасавшиеся к оголенному стволу. Чьи это руки? Почему ствол дерева был оголен? Почему вдруг показалось, что он увидел седые волосы? Длинные седые волосы... Он пару раз стукнул себя по лбу: черт тебя подери! Вспомни хоть что-нибудь! Однако больше ему ничего не "виделось". Савелий взял мочалку и остервенело стал сдирать с себя грязь. После первого раза вода была буквально черной, и он поменял ее, еще раз "поиздевался" над своей кожей и снова сменил. Потом выбрал шампунь, пахнущий розовым маслом, и трижды промыл волосы. Он не знал, сколько прошло времени, когда послышался негромкий стук в дверь. - Вы еще живы? - поинтересовалась Наташа. - Еще как жив! - воскликнул Савелий. - Помощь не нужна? - Но мне как-то... - Вы как ребенок! Не нужно стесняться матушкиприроды! Вхожу! - предупредила девушка и решительно открыла дверь. Это было настолько неожиданно, что он не успел ничего предпринять и порадовался, что обильная пена укрывала почти все его тело. - Да прекратите вы смущаться! - нарочито сердито бросила она, затем взяла мочалку и обильно намылила се. - Давайте спину! Савелию ничего не оставалось, как подчиниться. У Наташи были сильные руки, это он ощутил сразу. Вскоре вся спина стала красной и "поскрипывала" от чистоты. - Вы сейчас на молодого поросенка похожи! - девушка говорила, а сама думала совсем о другом. Она обнаружила на теле Савелия шрамы, которые удивили ее: это были следы огнестрельных ранений. Рассматривая Савелия более внимательно, она заметила и шрам на лице, на который, как ни странно, не обратила внимания при первом знакомстве. Сейчас, когда он принял ванну, шрам четко проявился. Конечно, ее познаний в медицине было недостаточно, чтобы точно определить происхождение этих шрамов: увлекшись однажды врачеванием, Наташа устроилась по знакомству в институт Склифософского нянечкой и там много чего насмотрелась. Заметила она и наколку на его левом предплечье. Сначала она подумала, что это как-то связано с местами лишения свободы - очень уж наколка напоминала череп с костями. Но, присмотревшись повнимательнее, поняла, что это не череп с костями, а парашют и самолет. Вместо носа у "черепа" стояла цифра семь, а вместо рта - надпись "РЭКС". Это и придавало татуировке сходство с черепом. Поразмыслив, Наташа решила не задавать лишних вопросов, прежде чем не посмотрит кое-какую литературу: ей показалось, что она где-то видела нечто похожее, кажется, в какой-то книге или журнале об оружии. Может быть, увлечение отца, к которому она относилась скептически, принесет пользу. - Ну что же, сейчас вы действительно как новенький, я хотела сказать, как новорожденный! Накидывайте халат и вон из ванной, через несколько минут я к вам присоединюсь! - Она предупредительно отвернулась, а Савелий быстро встал, вытерся, накинул халат и выскользнул из ванной комнаты. Девушка вытащила из бачка его одежду, поморщилась от запаха и внимательно просмотрела все карманы: бумажник, сильно отощавший с момента их первой встречи, "командирские" часы, судя по многочисленным царапинам, побывавшие в переделках, и изящный нож с выкидным лезвием. Увидев его, девушка нахмурилась, затем насыпала в бачок побольше стирального порошка и замочила в нем одежду Савелия. Вода мгновенно стала черной от грязи. Она вздохнула, тщательно прополоскала, сменила воду и еще раз замочила. После чего взяла все, что вынула из карманов, и пошла к Савелию. - Это ничего, что я поставил музыку? - смутился он, когда увидел вошедшую в комнату девушку. - Даже очень хорошо! - улыбнулась она. - Это из ваших карманов! - добавила Наташа, положив перед ним бумажник, часы и нож. - Уникальная поделка! - Да? - он ругнулся про себя за то, что совсем забыл про карманы и про этот дурацкий нож. - Сегодня нашел... - он это сказал таким неубедительным тоном, что она сразу почувствовала фальшь. - Нашли и нашли... - Она пожала плечами. - Помогите мне, пожалуйста! - С удовольствием! - отозвался Савелий, радуясь перемене темы. Он встал и пошел за ней. В просторной кухне стоял небольшой столик на колесиках, уставленный различными закусками и напитками. - Катите его в большую комнату! - приказала Наташа. - А может, здесь посидим? - застенчиво предложил Савелий. - Нет, мы всегда празднуем в гостиной! - упрямо возразила она. Савелий понял, что возражать бесполезно, и покатил столик. Наташа наполнила две тарелки супом, поставила на поднос и пошла вслед за ним. - Сначала ухи поедим: в ней много фосфору, что совсем неплохо для мозгов. - И в ночи не потеряемся! - подхватил Савелий и рассмеялся. - В смысле? - не поняла Наташа. - Светиться будем. - А-а-а... - Она тоже рассмеялась. - Какой запах! Даже слюнки потекли. Вы отличная хозяйка. - Поешьте сначала, может, не понравится. - Она довольно улыбнулась. - С таким вкусным запахом не может быть плохо! - Да вам с голодухи сейчас все, что угодно, понравится, - усмехнулась Наташа. - С голодухи или нет, но домашнего, мне кажется, сто лет не пробовал. - В таком случае приятного аппетита! - Вам тоже. - Пить что-нибудь будете? - Если только с вами. - Он взглянул ей прямо в глаза. - Разумеется... - Она почему-то смутилась от его взгляда и еще раз подумала о том, что ей с ним как-то странно: то кажется, давно его знает, то, наоборот, то хочется надерзить ему, то наоборот, приласкать, пожалеть. Это сильно злило Наташу, и в который раз она с трудом сдержала себя, чтобы не выпалить ему прямо в лицо: "Может, хватит ваньку валять? Пора честно признаться: я - такой-то, вел себя так потому, что намеренно хотел заинтриговать тебя..." Именно так она и хотела поступить до того, как увидела на его теле шрамы и эту странную наколку. Чисто интуитивно она поняла, что с этим парнем не все так просто. Да еще непонятный ожог вокруг наколки... Идеально правильной формы удлиненный ромб. Непонятно! Непонятно и... странно. Где же она видела похожую эмблему? Господи! Вот идиотка! Ни в книге, ни в журнале - это же эмблема десантников! И видела она ее у папиного знакомого, который тоже увлекается коллекционированием оружия. Точно! Он был на дне рождения папы! Симпатичный такой генерал с запоминающимся баритоном. Как его? Генерал Чиндаров. Точно, Чиндаров! Мама еще удивилась: заместитель командующего и такой простой мужик! Кажется, даже в Афганистане воевал. Наташа очень обрадовалась, что все-таки не пришлось рыться в библиотеке отца - там черт ногу сломит, и разобраться может только он сам. - Скажите, Рэксик... странно как-то вас так называть... - А мне, почему-то, не странно, хотя... - Савелий нахмурился, не зная, стоит ли говорить, но все же решился сказать, тем более Наташа наверняка и сама обратила внимание на его наколку. - Это имя я вдруг обнаружил на своем плече. - Да, я тоже обратила внимание на эту наколку, - кивнула девушка. - И что, никаких ассоциаций? - Никаких! - признался Савелий. - Что-то напоминает, но что? - Он пожал плечами. - И мне напоминает, - осторожно проговорила она. - И я вспомнила... эмблему десантников! Только там самолеты по-другому расположены и нет надписи "РЭКС" - Она помолчала, давая ему возможность подумать и самому что-нибудь вспомнить, но он молчал, и девушка спросила. - Может быть, вы были в Афганистане? На войне? - На войне? - он явно не понял. - Да, на войне... на этой позорной для нашей страны войне. - Она грустно вздохнула. - Я уверена, что вы там были! - с некоторой горячностью воскликнула Наташа. - Почему такая уверенность? - Эмблема - раз, огнестрельные раны - два! - Ничего не помню... - тихо проговорил он, сжимая от злости зубы. - Черт меня подери! - Он стукнул кулаком по колену. - На днях познакомился с одним пожилым мужчиной, разуверившимся во всех и во всем: ни семьи, ни детей, ни дома... - Он покачал головой. - Так вот, он мне позавидовал! Понимаешь, позавидовал! - Последнее слово Савелий выговорил по слогам. - Позавидовал тому, что я забыл свое прошлое! - Это вы с ним причастились? - улыбнулась девушка, понимая, что ему тяжело и пора сменить опасную тему. - Что, заметно? Всего-то граммов сто, не больше. - Водки? - Ну! - Тогда и наливайте водки - мне и себе. Мешать вредно! - Она придвинула к нему граненый стаканчик из чешского хрусталя. - Ну что ж... - Савелий открутил крышечку у бутылки, налил ей и себе. - У меня есть тост. - В очередь! - шутливо перебила Наташа. - Дамам уступать нужно. - Прошу прощения. Слушаю вас! - Обычно первый тост пьют за знакомство, но это банально, и я предлагаю нарушить традицию: выпьем за то, чтобы к вам как можно быстрее вернулась память! - Она чокнулась с ним и быстро выпила, потом поставила стаканчик и замахала рукой у рта. - Фу, какая гадость! Савелий подцепил вилкой помидорку из банки и протянул ей. Она не стала брать вилку из его рук, а наклонилась и сняла помидорку губами. - Если не нравится, зачем пьешь? - За компанию даже жид удавился! - Она громко рассмеялась. - Ой, сразу в головушку ударило! - Наташа, спасибо вам за тост! - серьезно проговорил Савелий и быстро выпил. Поставив стаканчик на стол, помолчал немного, словно прислушиваясь, как водка побежала по его организму, потом взял ложку и стал с аппетитом уплетать уху. - Ну как? - неуверенно спросила девушка. - Высший класс! - воскликнул он с полным ртом. - Если судить по тому, как вы уплетаете, то можно поверить, - усмехнулась Наташа и тоже принялась за суп. - Надеюсь, теперь я могу произнести тост? - закончив есть, произнес Савелий. - Попытайтесь! - Наташа взяла в руку стаканчик. - Наташа, - каким-то очень уж серьезным тоном начал Савелий, - я не помню, что у меня было в прошлом, и очень сожалею об этом, но то, что я встретил на своем пути вас, это удивительно! Мне действительно очень хорошо с вами, словно вы излучаете тепло, нежность и доброту... - Он смущенно замолчал, но девушка терпеливо ожидала продолжения. - Короче, этот тост за вас, Наташа! Просто за вас! - Он не очень ловко ткнулся стаканчиком в ее стаканчик, выпил и замер, уставившись немигающим взглядом в никуда. Он напоминал человека, совершившего какое-то преступление, и сейчас, после последнего слова, с волнением ожидавшего приговора суда. Молчала и Наташа, пытаясь осознать то, что произнес Савелий. Нет, конечно, не слова, а то, что стояло за этими словами. Парень, сидящий
в начало наверх
рядом с ней, сказал немного, но то, как он сказал, взволновало девушку, заставило учащенно биться се сердечко. Это было какое-то необычное, непонятное состояние. Да, она давно уже не соплячка, на ее пути встречались парни, которые заставляли обратить на себя внимание. Была и "первая любовь"... В кавычки она поставила бы это выражение потому, что, кроме грусти от принятой за любовь влюбленности и потери девственности, этот вроде бы важный эпизод в ее жизнь ничего не принес. Были и еще две близости, и обе случайные, мимолетные. Первый раз - вскоре после того, как Наташа разочаровалась в своей "первой любви". Она кинулась в объятия едва ли не первому встречному красавцу. Это был очень кратковременный "эксперимент": ей было достаточно и одного раза, чтобы мгновенно опомниться и взглянуть на себя со стороны. А второй... второй был уже зрелым мужчиной и едва ли не полтора года ухаживал за ней, задаривал подарками и ненавязчиво дожидался своего часа, получив сначала отказ. Его терпение было вознаграждено на его дне рождения. Было шумно, весело, много гостей. Наташа переоценила свои возможности, немного перепила и в какой-то момент решила отдохнуть в другой комнате. Когда же проснулась, обнаружила, что она в кровати, раздета, рядом спал он. Наташа стала быстро одеваться, ругая себя за происшедшее и желая как можно быстрее исчезнуть из этой квартиры. Но он проснулся и принялся убеждать се, что она сама приняла решение остаться с ним на ночь, и им было хорошо... Их отношения продолжались с полгода, и всегда он выступал инициативной стороной. Он был внимателен, очень привязался к ней, и Наташа долго пыталась убедить себя, что, может, так и должно быть, а любовь, настоящая Любовь, бывает только в романах, в кино... Однако, чем дальше заходили их отношения, чем настойчивее он предлагал ей выйти за него замуж, тем сильнее росло ее внутреннее сопротивление. И в какой-то день нарыв прорвался: встретившись с ним, Наташа решительно произнесла "нет" и, несмотря на его настойчивые просьбы, больше ни разу не согласилась на встречу. А встретив Савелия, Наташа с первого же момента, только взглянув в его глаза, почувствовала какой-то душевный подъем. Еще не осознав, что происходит с ней, она раскрылась ему навстречу, приняла его боль, переживания, хотела тут же предложить ему свою помощь и поддержку, но... предоставила ему самому сделать первый шаг. Вручив Савелию свой телефон, она стала с нетерпением ожидать его звонка. Неужели к ней пришла Любовь?! Ей было тревожно и в то же время радостно переживать это томительное ожидание. Шли дни, а он все не звонил и не звонил, и в какой-то момент Наташа стала уговаривать себя, что произошла ошибка и он просто забыл о ее существовании, но в глубине души продолжала ждать и надеяться. Он позвонил! Это было настолько неожиданно, что она, хотя и ждала его, в первый момент хотела надерзить, но не смогла. Наташа решила быть сдержанной и внимательной, словно боясь вспугнуть или нечаянно ранить его. Сейчас, услышав его слова, она взволновалась, ей захотелось броситься ему на шею и рассказать о своих чувствах, о том, как она ждала его звонка, как пыталась даже ходить по улицам Москвы в надежде где-нибудь повстречать его... - Спасибо вам большое, - тихо проговорила Наташа. - Мне... Я очень рада, что вы так думаете. Правда, очень рада! - Она быстро выпила, забыв, что пьет водку, снова замахала руками. Савелий сунул вилку в консервированные помидоры, но никак не мог подцепить, тогда Наташа подхватила банку и запила томатным соком. Потом, переведя дух, весело рассмеялась: - Да, один опыт для меня не прибавляет знаний!.. Хотите, потанцуем? - Не дожидаясь ответа, она вскочила и устремилась к музыкальному центру, по пути едва не сбив стул. - Надо же, как штормит! - весело воскликнула она. - Совсем пьяная... Савелий успел подхватить ее и помог добраться до музыкального центра. Послышался красивый блюз, и Наташа обхватила Савелия за шею. Он неловко взял ее за талию, едва не вытянутыми руками, но девушка сама решительно прижалась к нему, и они, сдерживая дыхание, стали медленно покачиваться на одном месте. Им обоим не нужна музыка, она звучала внутри них, словно их сердца соединились невидимой нитью. О первых ощущениях любви писали, пишут и будут писать всегда, но у каждого человека все происходит по-своему, и здесь никогда не понадобится опыт других - каждый сам должен пройти эту реку, найти свой брод. Этим двум повезло: их дыхание смешивалось, сердца стучали в унисон, их руки передавали друг другу нежность и теплоту... Они еще не знали, что оба стали объектом внимания Леши-Шкафа. ДОХОДНЫЙ БИЗНЕС В этот момент подручный звонил своему хозяину: - Что делать, шеф? Мне кажется, мужик на всю ночь завалился к этой бабе! - Что ты будешь делать, мне все равно! Хоть на Луну отправляйся, но не вздумай упустить этого парня! - В голосе Леши-Шкафа прозвучала явная угроза. - Будь спок, шеф, глаз не сомкну, но он от меня никуда не денется! - торопливо заверил тот, боясь потерять расположение Леши-Шкафа. - Знаешь, шеф, видно у парня дела не ахти как идут... - В каком смысле? - не понял Леша-Шкаф. - Сейчас он больше похож на бомжа, чем на нормального человека - помятый, грязный... - Он брезгливо сплюнул. - И как только такая девушка решилась встречаться с ним, не понимаю. - Что, ничего кадр? - Очень даже ничего, шеф! Я и сам бы с ней повалялся. - Уймись! - В голосе хозяина снова послышались металлические нотки. - Да что ты, шеф, я не в том смысле... - Короче, дождись, когда он выйдет от нее, и сразу же дай знать - получишь дальнейшие инструкции... - В трубке послышались короткие гудки. - Легко сказать: дождись! Он там в постельке, видно, трахается, а я кукуй и жди его в машине, и не заснешь - вдруг упустишь... Мне тогда точно голову оторвут... - Он вздохнул и медленно направился к "мерседесу", не забывая поглядывать за треклятым подъездом. Бросив трубку, Леша-Шкаф задумался. Интересную информацию он получил! Вероятно, с парнем что-то произошло с того времени, когда он вмешался в операцию у ларька. И этим нужно воспользоваться, только осторожненько, чтобы не спугнуть: эти бойцы очень горды и ранимы, предложи миллион - откажутся, да еще и обидятся. А парень, видно, хорош, если такой бывалый боец, как Фиксатый, восхищался его мастерством! На нем можно хорошие "бабки" заколачивать. Леша-Шкаф неспроста интересовался рукопашным боевым искусством: несколько лет назад, когда карате запретили как вид спорта, он воспользовался этим положением и создал подпольный клуб восточных единоборств. Естественно, это было сделано не для благотворительных целей. В клубе он собрал всех самых лучших в то время бойцов и сумел достаточно быстро сколотить состояние при помощи тотализатора. В связи с тем, что состязания были подпольными, большие залы арендовать без огласки было рискованно, и потому он начал с небольшого, всего на сто мест, зальчика, оборудованного в подвале старого здания. До этого он очень тщательно подыскивал так называемых зрителей. Билеты стоили очень дорого, но постепенно желающих становилось все больше. Вскоре ему удалось встать на ноги, и теперь только в Москве у него было уже пять подобных залов. Каждый зритель обязан был принимать участие в тотализаторе. Ставки были высокими, но и выигрыш мог иногда превысить стоимость пяти "Жигулей". Система проверки благонадежности и кредитоспособности каждого зрителя была тщательной и безошибочной. Если вначале ктото и мог пойти на обман, то позднее это стало пресекаться столь жестоко, что никто не хотел рисковать жизнью. Больше всего Леша-Шкаф любил новеньких бойцов, "темных лошадок". Их никто не знал, их способности держались в секрете ото всех. Обычно такой выигрыш приносил тысячную прибыль на каждый рубль. А сейчас, когда в стране стало многое разрешено и "зеленые" свободно залетали между людьми, то он все расчеты перевел только на валюту. Подробно расспросив об этом парне, он сразу почувствовал, что напал на золотую жилу: неприметный с виду, среднего роста, не косая сажень в плечах - то, что надо. А дерется - дай Бог! Конечно, были сомнения у ЛешиШкафа: не сильно ли преувеличено, что парень в доли секунды расправился с пятью специально подготовленными для подобных разборок мужиками, но... чем черт не шутит, когда Бог спит! Надо подослать к нему более или менее умного парня, чтобы тот уговорил его на встречу. Нет, это примитивно и может не сыграть: пошлет куда подальше. На этот раз лучше действовать самому... Мысли Леши были прерваны появлением Лолиты (постепенно и он привык ее так называть). Она действительно оказалась достойной помощницей, и он всецело ей доверял, то ли потому, что их связала кровь того насильника, то ли потому, что он питал к ней нежные чувства. Нежная с Лешей-Шкафом, она была жестока со всеми другими, и ее стали побаиваться больше, чем самого хозяина. Это его вполне устраивало и освободило от многих дел. Войдя во вкус подпольного тотализатора, она с его подачи возглавила этот бизнес, предоставив ему заниматься легальным бизнесом - импортно-экспортными поставками. Сначала он им увлекся по необходимости, чтобы иметь постоянную возможность отмывать подпольные поступления. Понимая, что время анархии и беззакония не может продолжаться вечно, он набрал в ивою команду экономистов, юристов, бухгалтеров самого высокого класса. Он платил им хорошие деньги, и его главным девизом было: не обманывать государство. На каждую копейку - истраченную или заработанную - должен быть настоящий документ, налоги должны платиться регулярно. Леша также стал участвовать и в благотворительных акциях, взяв на свой баланс пару детских садов и один детский дом. Возможно, этим он хотел замолить перед Богом свои грехи. - Какие проблемы, дорогой? - участливо проговорила Лолита, усаживаясь ему на колени. - Проблемы? - машинально переспросил он, все еще погруженный в свои мысли. - Да есть небольшая проблема... хотя и проблемой ее не назовешь так... кое-что... Если получится, тебя ждет отличный сюрприз! - Давай-давай, рассказывай! - Она прикоснулась язычком к его "больному" месту - за ухом. - Ой, не заводи! - игриво воскликнул он, передергивая плечами: от этой ласки у него по телу пробегали мурашки, и это приятно возбуждало. - Не буду, если расскажешь! - Она снова потянулась к его уху. - Все, сдаюсь! - Он подхватил ее на руки и усалил прямо на стол перед собой. - Понимаешь, моим ребятишкам повстречался один парень, который в несколько секунд уложил отличных бойцов, даже Рафика. - Рафика? - недоверчиво переспросила Лолита. - Тогда я хочу, чтобы он был в нашей команде! - Она капризно стукнула по столу кулачком, потом стала серьезной. - И в чем проблемы? Разыскали его? Пытались с ним разговаривать? - Разыскать-то, наконец, разыскали, но разговаривать... Это не пацан, ему далеко за тридцать и, судя по всему, он бывший афганец! - Да, к ним на ослике не подкатишь... - Она хитро посмотрела ему в глаза. - Нет, Лодочка, твои чары здесь, боюсь, не помогут: он уже встречается с одной очень симпатичной особой и сейчас, по данным моей разведки, находится в ее постели. - Одно другому не мешает! - цинично заметила она. - Хотя, ты прав в одном, с афганцами это может и не пройти - максималисты! - Что не так уж плохо, - подхватил Леша-Шкаф. - И что же ты надумал, Лешенька? Выкладывай, не тяни душу! - взмолилась она. - Сам попробую переговорить с ним... - и ЛешаШкаф рассказал Полите, каким образом он решил втянуть Савелия в их бизнес. Странным образом переплетаются иногда людские судьбы, гораздо причудливее, чем в кино или даже в книгах. Прочитает, например, кто-то роман или посмотрит фильм и восклицает: "Так не бывает! Это все фантазия автора!" Но проходит время, и с этим же человеком происходит такое, что прочитанный роман или посмотренный фильм начинает им казаться простой хроникой. САВЕЛИЙ ГОВОРКОВ Нечто подобное произошло и с нашим героем: потеряв память, забыв свое прошлое, он еще не знал, что жизнь вот-вот преподнесет ему сюрприз. Из первых книг о моем герое уважаемые читатели, конечно же, знают подробности
в начало наверх
биографии Савелия, но я прошу этих читателей меня извинить и перескочить через строки, в которых я повторюсь для тех, кто не читал эти книги. Спасибо Итак, Говорков Савелий Кузьмич, родился четвертого ноября тысяча девятьсот шестьдесят пятого года. Его родители погибли в автомобильной катастрофе в шестьдесят восьмом году, когда мальчику не исполнилось и трех лет. Он остался сиротой и был определен в детский дом. Годы, проведенные в нем, памятны несколькими событиями, и прежде всего неудачной попыткой стать сыном в чужой семье. Столкнувшись с побоями и еще большей несправедливостью, чем в детском доме, он сбежал оттуда. Из омского детдома его перевели в Подмосковье, где он сдружился с Андрюшей Вороновым. По возрасту тот был немного старше Савелия. Эта дружба была такой крепкой, что они стали как бы братьями. После детдома Савелий Говорков ушел жить в общежитие, стал учиться в вечерней школе и работать на заводе. Много времени отдавал спорту. Когда его взяли в армию, то определили в войска специального назначения - спецназ, где он привлек внимание двух интересных людей: старого тренера по восточным единоборствам, много лет назад эмигрировавшего в Россию из Японии, Укеру Магасаки, и военного наставника, позднее генерала в отставке - Говорова Порфирия Сергеевича, признавшего Савелия лучшим своим учеником и полюбившего его, как сына. После спецназа он попал в Афганистан, где служил в одной части с капитаном Вороновым. Савелий был признан отличным бойцом, награжден двумя орденами и медалью, ему было присвоено звание сержанта. После ранения его отправили лечиться на Родину. Потом - долгие мытарства в поисках работы, жилья. Наконец, устроился на рыболовный траулер, где и провел долгие месяцы в трудной изнурительной работе, пока его не разыскало неожиданное сообщение о том, что родная тетка оставила ему по завещанию небольшой домик в Ялте. Тетка унесла с собой в могилу тайну разрыва с матерью Савелия, но, решив покаяться перед смертью и загладить свою вину, отказала свой домик ее сыну. Он приехал оформить завещание и встретился со своей давней любовью, которую много лет не видел. За эти годы она превратилась в красавицу, но вошла в преступную группировку, с помощью которой перевела Савелия в Москву, нашла для него высокооплачиваемую работу водителя и телохранителя. Там он встретил своего приятеля и однополчанина по Афганистану Варламова, который и приоткрыл Савелию глаза на его "фирму". Сам Варламов давно пытался вырваться, но "фирма" имела на него компромат и крепко держала его в своих лапах. Савелий вступил в борьбу за него, и глава "фирмы" Курехин Владимир Андреевич, он же Воланд, при помощи своих людей в Органах отправил его в тюрьму за валютные махинации: доллары Савелию были специально подброшены. Савелий, боясь за Варламова, на суде взял все на себя, и его осудили на девять лет лишения свободы. Во время суда его предала и его первая любовь - Лариса. Воланд расправился и с ней, и с адвокатом Савелия. Решив еще сильнее запугать Говоркова, Воланд переслал в колонию фотографию растерзанного Варламова. Он был уверен, что заставит Савелия замолчать, но Говорков бежал из колонии, решив отомстить Воланду за смерть близких ему людей. Бежал с теми, кто попал в зону, чтобы расправиться с ним - Тихоней и Угрюмым. Сначала погиб Тихоня, и Савелий много дней тащил на себе тяжело раненного Угрюмого. Потом умер и Угрюмый. Савелий остался один, без пищи, без воды бродил по тайге. Однажды, пытаясь определить свое местоположение, Савелий забрался на дерево, но сорвался и сломал ребро. Егерша Варвара Калита нашла его бесчувственное тело. Она выходила Савелия и влюбилась в этого удивительного парня. Ее чувства не остались безответными: Савелий тоже потянулся к ней и стал отогреваться душой. И когда им было принято решение вернуться назад, в зону, подоспела группа Воланда, посланная убить Савелия. Варвара была зверски изнасилована. Савелий вступил с ними в схватку, уничтожил всех, но сам был тяжело ранен. После выздоровления он решил вернуться к Варваре, но узнал о том, что она не смогла пережить позора насилия и покончила с собой, оставив Савелию письмо-покаяние. И Савелий вернулся в Афганистан, чтобы найти там смерть. В Афгане судьба снова свела его с Андреем Вороновым, который помог ему не думать о смерти. При выполнении одного из заданий их группа попала в засаду душманов, и Савелий в бессознательном состоянии оказался в плену. Вскоре ему удалось бежать из плена, его подобрали монахи. Несколько лет он провел у них и обрел там своего Учителя, который не только поднял его на ноги и отнял у смерти, но и воспитал в нем Силу Духа, передал ему тайные знания Солнца, Земли, Воды и Огня, сделал его Посвященным. У Савелия на предплечье левой руки появился знак удлиненного ромба. Затем, со слезами на глазах. Учитель отпустил своего любимого ученика "в мир". "В ТЕБЕ НУЖДАЕТСЯ ТВОЯ РОДИНА, ТВОЯ ЗЕМЛЯ!" - сказал ему на прощанье Учитель. Долгое время Савелий шатался по заграницам без документов, без денег. Он искал возможность вернуться на Родину. И в этот момент на него вышла мафия, которой он понадобился из-за своих способностей. Представившись сотрудником Комитета государственной безопасности, некий Григорий Маркович оформил ему паспорт, визу, дал денег и помог вернуться в Москву, приставив к нему девушку для надзора. Но у Ланы (так звали девушку) появились настоящие чувства к Савелию, да и он, испытывая недостаток нежности, проявил к ней нечто большее, чем просто дружба. В Москве Савелию пришлось искать работу для получения утраченной прописки. От также искал своего названного брата Андрея Воронова, но получил сведения, что тот погиб в Афганистане. При содействии Григория Марковича Савелий отправился работать в Казахстан, якобы на объект КГБ для подготовки новобранцев. Однако этот объект оказался прекрасно оснащенной базой мафии. Там Савелий неожиданно встретился с Андреем Вороновым, которого считал погибшим. Прихватив дискету со сведениями, разоблачающими мафию, они вдвоем бежали с базы. Однако им было невдомек, что все сведения на дискете являлись дезинформацией, с помощью которой высшие эшелоны власти готовили государственный переворот. Когда Савелию стало известно об этом, он предпринял все, чтобы спутать планы путчистов. Путч провалился, но Савелий был снова ранен - его снова предает любимый человек: Лапа стреляла в него, спасая своего покровителя Григория Марковича. Вдвоем они сбежали за границу. Вот такая судьба у нашего героя. Тяжелая, опасная, все время расставляющая смертельные ловушки на его жизненном пути, подвергающая постоянным испытаниям. Простому человеку не под силу все это вынести, но Савелию помогли его твердый характер, воля и непримиримость к насилию. Он всегда вставал на защиту слабых, своих близких и друзей. Очень важным было и то, что он встретил в жизни хороших и преданных людей, пройдя такие испытания, он сумел сохранить в своем сердце чистоту и доброту, не озлобился ни на людей, ни на окружающий его мир. Итак, надеюсь, вам, уважаемый читатель, было интересно узнать биографию нашего героя, а те, кто ее уже знал, с интересом обновили свои воспоминания. Но вернемся к Савелию Говоркову. ЧТО С НИМ ПРОИСХОДИТ? - Вы удивительно танцуете - прошептал Савелий на ухо Наташе. - - У вас тоже прекрасное чувство ритма... - тоже шепотом ответила девушка, и ее губы нежно прикоснулись к его щеке. Савелий захотел повторить этот жест, но Наташа неожиданно подставила губы, и они слились в глубоком поцелуе. - Боже, как кружится голова... - томно прошептала она. - И у меня, - шептал Савелий, - тебе так же хорошо, как мне? - Да, да! - нетерпеливо воскликнула девушка и потянула его к дивану, развязывая по пути пояс на его халате. - Ты уверена, что хочешь этого? - неожиданно проговорил Савелий. - А ты? - с некоторым удивлением спросила она. - Я? Не знаю... - откровенно ответил он. - Просто чувствую, что мне хорошо. - И это самое главное, - нежно сказала Наташа к прикоснулась губами к его наколке. Савелий чувствовал себя очень странно: ему действительно было хорошо с этой удивительной девушкой, в этом он не лукавил, но что-то удерживало его от близости с ней. У него было ощущение, что он поступает неправильно, что не заслужил такого к себе отношения и похож на вора. Может быть, Наташа ведет себя так потому, что слишком много выпила и у нее притуплено чувство ответственности? А может быть, причина заключена и в нем самом? И в том, и-в другом случае он не должен терять сейчас головы и обязан держать себя в руках, не доводить до крайности. Наташа, не понимая, что с ним происходит, но ощущая к нему огромную нежность и доверие, стала сама снимать с себя одежду. Она делала это настолько изящно и грациозно, что Савелий поневоле засмотрелся на нее... Опомнился он только тогда, когда она, совершенно не смущаясь своей прекрасной наготы, медленно, словно давая получше рассмотреть еебя, направилась к нему. - Что же ты, Рэксик? - чуть укоризненно спросила Наташа, опускаясь перед ним на колени. Потом она распахнула на нем халат и губами прикоснулась к его животу. Савелий вздрогнул, потом прижал к себе ее голову, и девушка, словно пойманная рыбка, затрепетала в его сильных руках. Он подхватил ее, положил на диван и стал ласкать ее тело. Его движения были нежными, плавными и напоминали приемы опытного массажиста. От его ласк она извивалась всем телом и тихо постанывала от охватившего ее желания. Ее взбунтовавшаяся плоть желала его всего, без остатка. Наташа взяла руку Савелия и опустила между своих ног. Пальцы его притронулись к влажной нежности, и томный вскрик радости огласил комнату. Ее волнение и страсть передались и ему: он стал возбуждаться и, казалось, вот-вот потеряет голову, но разум взял верх - не останавливая своих ласк, Савелий заставил свою плоть успокоиться. И, чтобы не обидеть Наташу и доставить ей максимум удовольствия, он ускорил свои ласки, доведя их до завершения. Девушка громко вскрикнула, словно взлетая от охватившего ее блаженства, ее тело на какой-то миг одеревенело. Но вот она конвульсивно дернулась, высвобождаясь от внутреннего напряжения, и выпустила из себя горячую влагу. В этот момент Наташа не ощущала своего тела, не чувствовала ничего, кроме охватившего ее блаженства и счастья. Наташа постепенно пришла в себя, удивленно взглянула в голубые глаза Савелия, затем опустила руку вниз и с еще большим удивлением обнаружила его успокоившуюся плоть. - Я что-то сделала не так? - с искренним огорчением спросила Наташа. - Ну что ты! - тут же протестующе воскликнул он. - Ты все делаешь правильно. И ты просто прекрасна. - Но... - Нахмурилась девушка, затем добавила за него: - Ты меня не любишь. Точнее, не хочешь! - Господи! - воскликнул Савелий и, мягко отстранив ее, сел. - Ты ошибаешься! Я очень хочу тебя, и ты мне нравишься, но... - Он не знал, как ей объяснить то, что происходит с ним. - Ничего не понимаю! - тихо проговорила Наташа. - И хочешь, и нравлюсь... тогда почему - нет? - Именно поэтому... Я к тебе очень серьезно отношусь, но мы очень мало знаем друг друга. - Савелий встал с дивана, взял со столика бутылку и молча плеснул себе водки в стаканчик. Наташа с интересом наблюдала за ним. Странный он какой-то... До сих пор все, кого она знала, проявляли к ней интерес, и она была уверена, что никто из них так себя не повел бы, оставшись с ней наедине. И уж во всяком случае, никто бы не отказался от близости, когда она сама предлагает ее. Что-то в этом парне было непонятным и странным, но это еще больше возбуждало в ней интерес. А какие у него прекрасные и нежные руки! И как он удивительно тонко чувствует ее тело! У нее было такое впечатление, что она впервые ощутила себя женщиной. Словно до этого были как бы репетиции, а сейчас премьера... Она улыбнулась: странная аналогия пришла ей в голову. - А мне ты не собираешься налить водочки? - игриво проговорила Наташа, решив, что самое лучшее в данной ситуации - перевести разговор на другую тему. - С огромным удовольствием! - с облегчением вздохнув, улыбнулся Савелий, наполнил стаканчик и протянул ей. - Ну, за что будем пить? - Наташа хитро прищурила глаза. - За тебя! - выпалил он, чокнулся и тут же опрокинул водку в рот. Наташа тоже залпом выпила, затем, не давая ему опомниться, крепко поцеловала в губы. Она сделала это так стремительно, что он потерял равновесие, и они снова повалились на диван... УЧИТЕЛЬ
в начало наверх
В огромной темной пещере было так темно, что Хранитель Древнего Знака с большим трудом нашел путь к Учителю. Несколько недель назад Учитель уединился в этой пещере, попросив его не беспокоить, пока он сам не выйдет к ним. Он ничего не объяснил даже ему - Хранителю Древнего Знака, с которым всегда делился самым сокровенным. Уединение, уход в себя было обычным делом для Учителя, и сначала никто не проявлял беспокойства, кроме Хранителя Древнего Знака. Он и сам не смог бы объяснить даже себе, почему именно этот уход в себя Учителя так его беспокоил. Однако ему было ясно, что это как-то связано с его любимым учеником, которого он отпустил в мир несколько лет назад. Хранитель Древнего Знака, огромный лысый верзила, был всего на шесть лет моложе Учителя, но этого никто не знал, да и не поверил бы: Учитель был совершенно седым стариком с лицом, напоминавшим моченое яблоко, и вполне выглядел на свои восемьдесят лет в отличие от Хранителя Древнего Знака, которому с большой натяжкой можно было дать пятьдесят. У него был мощный торс, сильные руки, быстрые ноги и гладкая кожа, и только усталые мудрые глаза и огромная внутренняя энергия, исходящая от него, приоткрывали занавес над его годами. Незадолго до ухода в пещеру Учитель рассказал Хранителю Древнего Знака о своих переживаниях. Его сильно мучило то, что он потерял контакт со своим любимым учеником. Это его так сильно волновало, что почти на глазах он состарился еще больше. - ЧТО-ТО С НИМ СЛУЧИЛОСЬ, - тихо словно самому себе, проговорил Учитель. - ЕМУ НУЖНА ПОМОЩЬ, А Я НЕ СЛЫШУ ЕГО... - А может быть, его душа ушла в открытый Космос, Учитель? - едва не шепотом предположил Хранитель Древнего Знака. - НЕТ, БРАТ МОЙ, ЕГО ДУША НАХОДИТСЯ НА ЗЕМЛЕ, НО ОНА ПОЧЕМУ-ТО ЗАКРЫТА ДЛЯ МЕНЯ! - со вздохом сожаления возразил Учитель. - Но... - Хранитель Древнего Знака замолчал, не в силах произнести вслух страшную мысль. - НЕТ-НЕТ, - мягко возразил Учитель. - ТО, О ЧЕМ ТЫ НЕ РЕШИЛСЯ ВЫСКАЗАТЬСЯ ВСЛУХ, ЛИШЕНО ВСЯКИХ ОСНОВАНИЙ: МОЙ ЛЮБИМЫЙ УЧЕНИК НЕ ЗАБЫЛ СВОЕГО СТАРОГО УЧИТЕЛЯ И НЕ ЗАКРЫЛСЯ ОТ НЕГО. - Учитель улыбнулся с грустью, помолчал немного, потом продолжил свою тихую речь: - ИНОГДА Я УЛАВЛИВАЮ КОРОТКИЕ, СЛОВНО МИГ, СИГНАЛЫ ЕГО МЯТУЩЕЙСЯ ДУШИ, НО ОНИ НАСТОЛЬКО КОРОТКИ, ЧТО Я НЕ УСПЕВАЮ ЗАФИКСИРОВАТЬ И ЗАМКНУТЬ ИХ НА СЕБЕ. С НИМ ЧТО-ТО ПРОИЗОШЛО, А Я НЕ МОГУ НАЙТИ ОТВЕТА И НЕ МОГУ ПОМОЧЬ ЕМУ, И ЭТО БОЛЕЕ ВСЕГО УГНЕТАЕТ МЕНЯ, НЕ ДАЕТ МНЕ ПОКОЯ... Прошло несколько дней, и Учитель вызвал Хранителя Древнего Знака и сказал ему: - Я ИДУ В ПЕЩЕРУ, ЧТОБЫ ПОДУМАТЬ НАЕДИНЕ С СОБОЙ... - он говорил с трудом, и со стороны могло показаться, что он тяжело болен. - Я ПРОШУ НЕ БЕСПОКОИТЬ МЕНЯ ДО ТЕХ ПОР, ПОКА Я САМ НЕ ВЕРНУСЬ. БРАТЬЯМ СКАЖИ, ЧТО Я ВСЕГДА РЯДОМ С НИМИ... - Он замолчал, и Хранитель Древнего Знака несколько минут ожидал, что Учитель скажет еще что-нибудь, но тот продолжал молчать, и вскоре стало понятно: Учитель уже ушел в себя и ничего не слышит. Первые дни Хранитель Древнего Знака, хотя и был обеспокоен решением Учителя, но подавлял в себе желание нарушить его уединение. Однако шли дни, недели, и он все больше начинал волноваться, стараясь не показывать этого Братьям. И в какой-то день, пересилив свои сомнения, он решительно направился в пещеру Учителя. Он шел чисто интуитивно, так как ни разу не был в месте уединения Учителя. Шел длинными лабиринтами коридоров, узких лазов, пока его глаза не рассмотрели тусклый свет. Хранитель Древнего Знака остановился, словно в последний раз решая, вернуться назад или завершить начатое. Что-то ему подсказало, что вернуться назад он просто не имеет права. Когда он не очень уверенно вошел в довольно просторную каменную залу, то увидел Учителя, сидящего на соломенной циновке в позе Будды. Тусклый свет исходил от масляного светильника. Учитель сидел неподвижно, и глаза его были прикрыты. Его морщинистые руки мирно покоились на коленях. Казалось, что Учитель не дышал - он напоминал каменное изваяние. Когда глаза Хранителя Древнего Знака привыкли к тусклому освещению, он смог рассмотреть лицо Учителя - единственное, что заставляло поверить в присутствие в нем жизни. Оно было напряженным, искаженным гримасой то ли боли, то ли отчаяния. Хранитель, понимая, что самовольно ослушался Учителя, почтительно опустился в нескольких шагах перед ним на колени и замер в ожидании: он решил во что бы то ни стало услышать его голос и ощутить покой в душе, для чего мог ждать сколько угодно. Сколько прошло времени, Хранитель Древнего Знака не знал - час, два или больше. Ему стало казаться, что он теряет сознание: то ли от усталости, то ли от того, что на него что-то воздействовало. Казалось, на его плечи навалилось что-то тяжелое и огромное, его стало пригибать к каменистому полу. Вот-вот его лоб должен был коснуться камней, когда неожиданно послышался тихий слабый голос Учителя: - Я ЗНАЛ, БРАТ МОЙ, ЧТО ТЫ ОСЛУШАЕШЬСЯ МЕНЯ... - каким-то напевным голосом сказал он. - ОДНАКО УПРЕКАТЬ ТЕБЯ ЗА ЭТО Я НЕ БУДУ, ТЫ СПАС МЕНЯ ОТ МЕНЯ САМОГО. ЗАВТРА БЫЛО БЫ УЖЕ ПОЗДНО: МОЯ ДУША ВЕРНУЛАСЬ БЫ В КОСМОС. НО И БЛАГОДАРИТЬ ТЕБЯ ЗА ЭТО Я ТОЖЕ НЕ БУДУ, ИБО НЕ ЗНАЮ, ЧТО БЫЛО БЫ ЛУЧШЕ ДЛЯ МЕНЯ... - Он немного помолчал, собираясь с силами. - ПРАВ ТЫ БЫЛ И ТОГДА, КОГДА ПОНЯЛ МОИ МЫСЛИ О ЛЮБИМОМ УЧЕНИКЕ. ДА, ИМЕННО БОЛЬ ЗА НЕГО И ЗАСТАВИЛА МЕНЯ УЙТИ В УЕДИНЕНИЕ. МНЕ БЫЛО ОЧЕНЬ ТРУДНО ЭТИ ДНИ: ТОЛЬКО СЕГОДНЯ Я, НАКОНЕЦ, СУМЕЛ ОТЫСКАТЬ ЕГО! ЭТА СВЯЗЬ ТОЖЕ БЫЛА ОЧЕНЬ КОРОТКОЙ, НО Я УСПЕЛ ОСОЗНАТЬ, ЧТО СЛУЧИЛОСЬ С НИМ... - Старый Учитель продолжал сидеть с закрытыми глазами и говорил так тихо, что, казалось, разговаривает сам с собою. Иногда Хранитель Древнего Знака с трудом слышал и скорее угадывал его слова. - С НИМ ПРИКЛЮЧИЛАСЬ БЕДА, И Я ПОКА НЕ ЗНАЮ, КАК ОКАЗАТЬ ЕМУ ПОМОЩЬ... - И снова гримаса боли исказила его лицо, он помолчал несколько минут, потом спокойно продолжал: - КАКОЕТО ЗЛО ВЫЧЕРКНУЛО ЕГО ПАМЯТЬ, ЕГО ПРОШЛОЕ, И СЕЙЧАС ОН СТРАДАЕТ ОТ ЭТОГО И НЕ МОЖЕТ ОТЫСКАТЬ ПУТЬ К СЕБЕ... - Он снова замолчал, и его лицо в который раз исказилось гримасой боли и отчаяния. - Учитель! - воскликнул Хранитель Древнего Знака, - неужели он навсегда останется без своего прошлого? - В его глазах появился страх. - Неужели ему нельзя помочь? - ВСЕ ВРЕМЯ С ТЕХ ПОР, КАК Я ПРИНЯЛ ОТ НЕГО ЭТО ПРИЗНАНИЕ, Я ПЫТАЮСЬ ПОМОЧЬ, НО... - Учитель тяжело вздохнул, - НО УДЕРЖИВАТЬ КОНТАКТ С НИМ НА НЕОБХОДИМОЕ ВРЕМЯ НЕ ПОЛУЧАЕТСЯ... ТО ЛИ НА НЕГО ВОЗДЕЙСТВУЮТ КАКИЕ-ТО СИЛЫ, ТО ЛИ Я УТРАТИЛ СВОЮ ЭНЕРГИЮ... - Что вы. Учитель! - тут же воскликнул Хранитель Древнего Знака. - Ваша энергия так сильна, что я ее ощущаю даже кончиком своих пальцев! - ТЫ ОЩУЩАЕШЬ ЕЕ, БРАТ МОЙ, ПОТОМУ, ЧТО В ТЕБЕ ЕСТЬ ВЕРА И ПАМЯТЬ, А ОН... - Старый Учитель опустил голову и покачал головой. - Неужели нет выхода? - ВЫХОД ВСЕГДА ЕСТЬ! - мягко возразил Учитель. - ОДНАКО ДАННЫЙ СЛУЧАЙ - ОСОБЫЙ, И К НЕМУ НЕЛЬЗЯ ПОДХОДИТЬ С ОБЫЧНЫМИ МЕРКАМИ... ЕМУ НУЖЕН КАКОЙ-ТО СИЛЬНЫЙ ТОЛЧОК, НЕОРДИНАРНАЯ СИТУАЦИЯ, КОТОРАЯ ПОДТОЛКНЕТ ЕГО МОЗГ В ПРОШЛОЕ И ЗАСТАВИТ ЕГО ВСЕ ВСПОМНИТЬ! - Мне кажется, что нет ничего страшнее потери памяти! - задумчиво проговорил Хранитель Древнего Знака. - Что вы решили, Учитель? Вы еще остаетесь здесь? - НЕТ... ЗДЕСЬ Я СДЕЛАЛ ВСЕ, ЧТО МОГ... - Старик прикрыл глаза и несколько минут что-то шептал про себя. Слов невозможно было разобрать, но по его равномерно шевелящимся губам было заметно, что он читает молитву. Вскоре он открыл глаза и повернулся к Хранителю Древнего Знака. - Я ПРИНЯЛ РЕШЕНИЕ! - торжественно проговорил он. - ЕСЛИ НЕ ХВАТАЕТ ЭНЕРГИИ ОДНОГО ЧЕЛОВЕКА, ТО НЕОБХОДИМО СОЕДИНИТЬ ЭНЕРГИЮ НЕСКОЛЬКИХ ЛЮДЕЙ! - Учитель! Ты хочешь обратиться за помощью к Братьям? - догадался Хранитель Древнего Знака. - ДА. ЭТО ЕДИНСТВЕННЫЙ ВЫХОД, ЧТОБЫ СПАСТИ ЕГО И ВЕРНУТЬ УТРАЧЕННУЮ ПАМЯТЬ... - Учитель закрыл глаза, сделал глубокий, всей грудью, вдох, проделал несколько пассов рукой. Затем уверенно поднялся на ноги и взглянул на Хранителя Древнего Знака. - ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ СОЕДИНИЛАСЬ ЭНЕРГИЯ БРАТЬЕВ, НЕОБХОДИМА ТЩАТЕЛЬНАЯ ПОДГОТОВКА, И НА ЭТО УЙДЕТ ОПРЕДЕЛЕННОЕ ВРЕМЯ, ОДНАКО И ЭТОГО БУДЕТ МАЛО: СОЕДИНЕННУЮ ЭНЕРГИЮ НУЖНО БУДЕТ ТОЧНО НАПРАВИТЬ, А ДЛЯ ЭТОГО ТРЕБУЕТСЯ МАКСИМАЛЬНО ТОЧНО ВЫСЧИТАТЬ ВРЕМЯ, ЧТОБЫ ИЗБЕЖАТЬ ВНЕШНИХ ФАКТОРОВ ВЛИЯНИЯ... - Учитель, вы прибегали уже к этому способу? - не очень уверенно спросил Хранитель Древнего Знака. - К СОЖАЛЕНИЮ НЕТ, БРАТ МОЙ, - вздохнул Учитель, - НО ЗАДОЛГО ДО ТОГО, КАК ТЫ ПРИШЕЛ К НАМ, МОЙ УЧИТЕЛЬ ПЕРЕД САМОЙ СВОЕЙ СМЕРТЬЮ ОТКРЫЛ МНЕ СЕКРЕТ ЭТОГО ПОСЫЛА... ПОСЫЛА СОЕДИНЕННОЙ ЭНЕРГИИ ЧЕРЕЗ ОТКРЫТЫЙ КОСМОС... ЭТО ТЯЖЕЛОЕ ИСПЫТАНИЕ ДЛЯ МЕНЯ И МОЖЕТ ОКОНЧИТЬСЯ ТЕМ, ЧТО МОЯ ДУША ОСТАНЕТСЯ В ОТКРЫТОМ КОСМОСЕ... - Но как же мы, Учитель? Как мы останемся без тебя? - Голос Хранителя дрогнул, и глаза его стали печальными. - КОГДА-ТО ЭТО ДОЛЖНО СЛУЧИТЬСЯ, - вздохнул Учитель, - И ТЫ ЗАЙМЕШЬ МОЕ МЕСТО, ПОКА НЕ ПРИДЕТ ТВОЯ ПОРА... - он помолчал немного, потом снопа взглянул ему в глаза, - А МЕСТО ХРАНИТЕЛЯ ДРЕВНЕГО ЗНАКА ПУСТЬ ЗАЙМЕТ О'ХАРА: У НЕГО ХОРОШАЯ ДУША, ОТКРЫТОЕ СЕРДЦЕ И ХОЛОДНЫЙ УМ! - Да, Учитель, он более всех достоин возглавить наших Братьев! - чуть задумчиво проговорил Хранитель Древнего Знака, затем решительно произнес: - И мне кажется, Учитель, что не мне, а ему должно встать после вас! - Я ОЧЕНЬ РАДУЮСЬ ТОМУ, ЧТО УСЛЫШАЛ СЕЙЧАС ОТ ТЕБЯ, И ВЕРЮ В ТВОЮ ИСКРЕННОСТЬ, НО ОН ДОЛЖЕН ПОБЫТЬ СНАЧАЛА ХРАНИТЕЛЕМ ДРЕВНЕГО ЗНАКА. ЭТО ОЧЕНЬ ВАЖНО... ВСЕ! - Старик рубанул рукой воздух, как бы завершая эту тему. - А ТЕПЕРЬ ИДИ И СКАЖИ БРАТЬЯМ, ЧТО С ЗАВТРАШНЕГО ДНЯ РАСПИСАНИЕ НАШЕЙ ЖИЗНИ СТАНЕТ НА НЕКОТОРОЕ ВРЕМЯ СОВЕРШЕННО ДРУГИМ: НАЧНЕМ ПОДГОТОВКУ К ТРУДНОМУ ИСПЫТАНИЮ! ИДИ, ЧЕРЕЗ НЕСКОЛЬКО МИНУТ Я ПРИСОЕДИНЮСЬ К ВАМ... - Учитель повернулся и взглянул в верх каменного свода пещеры, воздел морщинистые руки и вдруг издал какойто странный громкий возглас, напоминающий рык тигра... Хранитель Древнего Знака, уже дошедший до поворота, вздрогнул от неожиданности, оглянулся и застыл в изумлении: из того места, куда смотрел Учитель и куда были направлены его руки, неожиданно вырвался яркий солнечный луч. Этот луч, словно луч лазера, был узким и ярко-белым. Учитель поднес обе руки к лучу, и тот, словно подчиняясь им, стал отклоняться в сторону, пока руки Учителя не остановились, и как только он взмахнул ими, произошло удивительное: в том месте, куда падал луч, оказалась какая-то отражающая поверхность, и луч, преломившись в ней, устремился в сторону и там, снова наткнувшись на отражающую поверхность, преломился в третью сторону. Это продолжалось до тех пор, пока все помещение не было заполнено удивительными переплетениями лучей, которые напоминали хитроумную систему сигнализации какого-нибудь банка. Но самое удивительное было то, что каждое преломление луча проходило мимо Учителя и только последнее направило луч прямо в переносицу старика, стоящего с закрытыми глазами. Зачарованный этим удивительным и странным зрелищем, Хранитель Древнего Знака стоял, как соляной столб, не в силах тронуться с места, пока Учитель вдруг не опустил руки резко вниз, и мгновенно луч исчез, словно его и не было, а Хранитель Древнего Знака смог сдвинуться с места. ДВА ГЕНЕРАЛА У генерала Богомолова впервые за последние два-три месяца было хорошее настроение. Ему было от чего радоваться: наконец-то он получил долгожданное донесение от своего заграничного агента. А все началось в тот день, когда он, собрав тех, кому доверял, пришел арестовывать генерала Галина, своего непосредственного начальника. Возможно, пройди все гладко, и окажись генерал в Лефортовской тюрьме, где с ним можно было бы работать, ничего бы не обнаружилось. Но... Константин Иванович, пройдя от рядового до генерала, убедился, что таких случайностей не бывает, а если они и происходят, то их необходимо расследовать гораздо серьезнее, чем само преступление. На первый взгляд все выглядело действительно нелепой случайностью. Группа проверенных товарищей пришла арестовывать того, кто предал Органы. Тот резко потянулся к столу, и у одного не выдержали нервы: единственный выстрел оборвал жизнь генерала Галина. Богомолов, тогда еще полковник, находился в непосредственной близости от Галина, и другому сотруднику показалось, что второй выстрел должен быть предназначен именно ему, полковнику Богомолову. Сотрудник дал очередь и сразил наповал убийцу генерала Галина. Казалось, что Богомолов должен быть благодарен за свое спасение этому сотруднику, и он действительно поблагодарил его, но... Богомолов до тошноты не переваривал, когда в какомлибо деле остаются неразъясненные вопросы Через некотооое время, когда путчисты были арестованы и народ облегченно вздохнул, Богомолов, ставший за это время генералом, снова вернулся к событиям того дня, когда Президент России распорядился арестовать генерала Галина. Имея профессиональную память, Константин Иванович стал в мельчайших деталях вспоминать происшедшее. То, что ранее не останавливало на себе внимания, сейчас, когда появились серьезные сомнения, заявило о себе в
в начало наверх
полный голос. Богомолов отчетливо вспомнил, что стрелявший в Галина сотрудник был совершенно спокоен и сосредоточен. Генерал Галин (Константин Иванович и это отчетливо вспомнил) потянулся не к столу, где, возможно, и было оружие, не к карману, а к кнопке вызова адъютанта, который не представлял никакой угрозы - он уже был арестован. Это во-первых! Во-вторых, даже если предположить, что генерал решился оказать сопротивление, что он мог сделать с пятью вооруженными сотрудниками-профессионалами? Далее, капитан выстрелил генералу прямо в сердце, а следующее движение его руки указывало на то, что он хотел выстрелить ему и в голову. Так обычно поступают наемные убийцы, профессионалы своего страшного дела. Жертве не давалось ни малейшего шанса на жизнь. Но если капитан хотел добить генерала и не покушался на жизнь Богомолова, почему майор убил его? Богомолов проработал с этим человеком много лет и никак не мог назвать его нервным. Наоборот, тот всегда был осторожен и расчетлив. И только один раз за все долгие годы работы с майором Богомолов видел его несколько растерянным: в тот самый день, незадолго до убийства генерала Галина, когда майор докладывал Богомолову о том, что сам услышал о предполагаемом перевороте. Сейчас, подвергая все сомнению, Константин Иванович вспомнил то, на что тогда не обратил внимания: майор не был растерян! Он играл растерянного человека! Этот вывод настолько потряс генерала, что он в волнении стал ходить по кабинету. Если он прав, то его кто-то классно использовал. Вероятно, кому-то не хотелось, чтобы генерал Галин, будучи раскрытым, остался в живых. Он слишком много знал и мог дать ответы на многие вопросы. Придя к этим выводам, генерал решил осторожно проверить подноготную и убитого капитана, которого не очень хорошо знал, и майора, который убил этого капитана. Однако подполковник, который должен был заняться проверкой, попал в госпиталь и там же скончался "от сердечной недостаточности", как было написано в документах. А майор, по распоряжению заместителя председателя Комитета, был отправлен инспектором в Казахстан и погиб в авиакатастрофе: вертолет, в котором он летел, потерпел аварию в горах при довольно странных обстоятельствах. Комиссия, расследовавшая этот случай, пришла к выводу, что взрыв произошел из-за неисправностей в топливной системе. Несколько дней назад к Богомолову пришел генерал в отставке Порфирий Сергеевич Говоров, которого тоже мучили сомнения относительно происшествия в кабинете генерала Галина. Они проговорили около двух часов и пришли к заключению, что не может быть и речи о случайностях в этом деле: за всем этим стоит какая-то страшная и умная сила. Они детально разработали план дальнейших действий и договорились о системе связи между собой, чтобы не насторожить опасного противника и не подвергнуть свои жизни опасности. Их усилия принесли кое-какие результаты. Именно это и подняло настроение генералу Богомолову: его агент сообщил такую информацию, что поначалу генерал даже отказывался верить в нее. Он срочно назначил встречу с Говоровым. Не доверяя никому в этой ситуации, генерал Богомолов сам сидел за рулем и довольно долго проверял, нет ли "хвостов", и только потом появился на их явочной квартире. Старый генерал был уже там и внимательно следил за событиями в мире на экране телевизора. - Приветствую вас, Порфирий Сергеевич! - приветствовал Богомолов своего соратника. - Судя по торжествующим ноткам в вашем голосе, вы пришли не с пустыми руками! - улыбнулся тот, крепко пожимая ему руку. - Что не с пустыми, это точно, а вот что до торжества... - Богомолов поморщился. - Ладно, не тяните душу, рассказывайте... - Говоров стал серьезным, почувствовав, что Богомолова что-то волнует. - Может, сначала по рюмашке? - неожиданно предложил Константин Иванович, открывая свой "дипломат" и доставая из него бутылку французского коньяка. - Вот как, оказывается, живет сейчас простой российский генерал! - усмехнулся Говоров, рассматривая бутылку. - Ну что ж, по рюмочке так по рюмочке... - Он сразу понял, что Богомолову нужно снять напряжение, и решил не торопить его. Константин Иванович достал также банку черной икры, помидорчики, огурчики и лимон. - Все уже помыто и нарезано. - Он ловко разложил закуску в разовую посуду, вытащил из небольшого бара рюмочки и разлил коньяк. - Первый тост просто за здоровье! - Они чокнулись, и Богомолов, залпом выпив, тут же налил вторую. Говоров сделал глоток и поставил рюмку на стол. Потом покачал головой: - Кажется, тебя здорово припекло, Костя... - отбросив субординацию, тихо проговорил он, глядя ему в глаза. - От вас ничего не скроешь, Порфирий Сергеевич, - усмехнулся Богомолов, снова выпил, закусил ломтиком лимона и только тогда поставил рюмку на стол. - Ну, вот, теперь и поговорить можно! Старый генерал молча смотрел на него в ожидании. - Мой человек разыскал, наконец, тех, кто сосватал вашего любимого ученика в ту игру, - тихо проговорил Богомолов. - Григорий Маркович... - догадался старый генерал. - Вы опасный человек! - усмехнулся Константин Иванович. - И я очень рад, что мы с вами в одной команде. Да, Григорий Маркович и его любовница - Лана... - И где же они осели? - Сначала в Турции околачивались, сейчас - в Сингапуре. Однако не это самое главное... - Богомолов выдержал эффектную паузу, словно подготавливая собеседника к важной информации, потом неожиданно спросил: - Вы помните такого Рассказова? - Аркадия Сергеевича? "Стального человека"? Не его ли ты имеешь в виду? - У вас феноменальная память! - улыбнулся генерал. - Да, именно его! - Что это вдруг? Неужели объявился? - Порфирий Сергеевич нахмурился: в свое время он вплотную заинтересовался этим человеком, когда тот неожиданно для всех исчез, не оставив за собой никаких следов. Когда Порфирий Сергеевич узнал, что уничтожены даже следы Рассказова в архивах, то понял, что здесь не обошлось без специального распоряжения сверху. Когда он впрямую попытался спросить о Рассказове у Севостьянова, руководителя отдела ЦК КПСС, курировавшего в то время Комитет госбезопасности, то ответ был настолько пространным и в то же время недвусмысленным, что генерал решил: его догадки не лишены оснований, но лучше оставить свои "изыскания". - Мой агент сообщает, что Григорий Маркович уже несколько лет работает на бывшего генерала КГБ Рассказова Аркадия Сергеевича. И именно по его личному указанию был втянут в их игры Савелий Говорков! - Вот как?! - воскликнул старый генерал. - Надо же, как тесен мир! - Более тесен, чем мы иногда предполагаем! - вздохнул Богомолов. - У вас, я вижу, тоже не получается разыскать Савелия? - Да, пока никаких результатов... - с огорчением поморщился Говоров. - Есть достоверные сведения, что не только мы разыскиваем его. - Рассказов тоже, - перебил Говоров. - С вами просто неинтересно... - обиженно проговорил Константин Иванович. - Нетрудно догадаться: именно Савелий провалил из игру и сумел вывести нас на генерала Галина и Майкла Джеймса. - И это несмотря на заложенную в дискете дезин формацию! - подхватил генерал. - А также личную трагедию... - Вы имеете в виду Лану? - Да, именно ее. С другой стороны, я пытался свести концы с концами и... Что-то здесь не так! - Что именно? - Она, как говорил Савелий, стреляла в него не один раз: первый выстрел в грудь отбросил и оглушил его, а потом, Савелий четко помнит, она подошла к нему, чтото сказала, потом сделала еще несколько выстрелов, попав ему в ногу и плечо. - И что же вас настораживает? - Савелий лежал на спине, а выстрел был в грудь, и когда она подошла к нему едва не вплотную, то не заметить, что на груди нет крови, она не могла. - А коль скоро не могла не заметить, то почему промолчала? Торопились, вот и промолчала... - Хорошо, допустим, но почему не прикончила выстрелом в голову? - Вероятно, жалость взяла верх. - Возможно, и жалость... - кивнул старый генерал. - Но мне кажется, что здесь произошло следующее: первый выстрел был сделан неприцельно - стреляла, не задумываясь, за возможность уехать за границу, о которой так мечталось, но Григорий Маркович, возможно, приказал добить его, и она, подойдя к нему с уверенностью, что совершила уже преступление, стреляя в свою Любовь, с облегчением выяснила, что на нем бронежилет. Потом она отворачивается и делает несколько выстрелов... - Считаете, что Любовь победила разум? Ох и романтик вы, Порфирий Сергеевич! - рассмеялся Богомолов и плеснул себе коньяку. - С огромным удовольствием выпью за романтиков! - Во мне говорит не только романтик, - возразил Говоров. - Простой и четкий анализ фактов и попытка просчитать эту женщину. Однако за романтиков выпью "с огромным удовольствием"! - с иронией передразнил он интонацию Богомолова. Они выпили, закусили лимоном, немного помолчали, после чего генерал в отставке спросил: - И чем же сейчас занят наш бывший коллега? - Существует вполне легально. Я пытаюсь подыскать к нему ключик. - Да, внедрить к нему своего человека - почти нереальная задача! - задумчиво проговорил Говоров. - Совсем близко пока вряд ли удастся, но... - Говори, не тяни кота за хвост! - Дело в том, что Рассказов так и остался большим любителем молоденьких девочек и каждую, а у него их с десяток, проверяет и отбирает для себя сам. Долго они у него не задерживаются - год-два, самое большое. Правда, одна держится у него уже около трех лет. Гюли! - Та, о которой рассказывал Савелий? - Вот-вот... Она у этих девочек вроде главной, и к тому же - личный секретарь Рассказова. - Видно, ваш агент обедает с ним каждый день! - усмехнулся Порфирий Сергеевич. - Если бы... - тяжело вздохнул Богомолов. - Его уже нет больше: это было последнее сообщение от него. И в нем был сигнал об опасности: по всей вероятности, Рассказов сумел его вычислить. Его нашли со сломанной шеей в канале... - Да, наш бывший коллега разыгрался не на шутку. - Говоров задумался. - Может, имеет смысл мне засветиться? - Вам? Вы что, шутите? - удивленно спросил Богомолов. - А что, неплохая мысль: я давно отошел от дел, Рассказов меня помнит и даже уважает, как мне кажется... А если судить по его интересу к своей бывшей родине, проявленному так недвусмысленно, то можно быть уверенным в его серьезных планах: идет напролом и не жалеет ни средств, ни людей. - Лично мне это кажется совершенно абсурдной идеей, но, зная вас и уважая ваш опыт, обещаю подумать над ней... - Генерал вздохнул и потянулся к бутылке с коньяком. - Надеюсь, что размышления будут не слишком долгими: меня очень беспокоит то, что Рассказов тоже бросился на поиски Савелия. - Неужели вы, его старый наставник, не можете просчитать его местонахождение? - Богомолов покачал головой и быстро выпил. - Мне кажется, нет. Я просто уверен, что с ним чтото случилось, и это как-то связано с тем злополучным взрывом на его лестничной площадке... Кстати, нашли исполнителей? - Это было не очень сложно: квартирный вопрос... Жена при разводе отсудила квартиру и выставила бывшего мужа на улицу, а он, талантливый химик, соорудил самоделку и... Теперь парню грозит срок, хорошо еще, обошлось без жертв. - А где сейчас капитан Воронов? - неожиданно спросил Говоров. - Названный брат Савелия? В Ялте, восстанавливает силы после ранения, а что? - Не выпускайте его из виду. Думаю, он скоро сможет оказаться нам полезным... Кстати, как у него решился вопрос с обвинением? - Вы о той злополучной пленке, где он расстреливает пленных? - О ней. - Эксперты сказали свое слово: расстрел оказался очень талантливой инсценировкой, а доказательством, снимающим все сомнения, оказалось то, что двое так называемых "мертвецов" были захвачены при переброске контрабанды через афганскую границу. Чтобы спасти свою шкуру, они признали свое участие в фальсификации. Самое интересное, что и в этом случае все указывает на то, что все нити сходились к Рассказову! - Это лишний раз подтверждает, что его интерес к России не случаен. - Говоров помолчал немного, потом взглянул прямо в глаза Богомолову. - Мне нужно выйти на Рассказова! - тихо, но твердо произнес он. - Понимаешь, нужно! Я кожей чувствую, что это наш если не единственный, то очень большой шанс покончить с этой гнидой! Я никогда тебя ни о чем не просил. Костя... - шепотом добавил он и замолчал, ожидая ответа. - Не волнуйтесь, генерал, я же сказал: подумаю. - Богомолов, улыбнувшись, подмигнул. - И не очень долго. Кстати, было бы совсем не плохо установить контакт с Майклом Джеймсом: что-то зачастил наш бывший
в начало наверх
коллега в Америку. ТАИЛАНДСКИЕ "КУРОЧКИ" ДЛЯ РАССКАЗОВА А в это время тот, о ком говорили два генерала, был занят довольно приятным делом: он подбирал себе новеньких "курочек". Случилось так, что из десяти его девочек осталось только шесть. Трех он сам прогнал, обеспечив им безбедное существование, потому что перестал испытывать, как он говорил, "нежное удовлетворение", а для другой работы они не годились. И он расстался с ними без всякого сожаления, предупредив напоследок, что "для их здоровья" будет лучше до конца дней своих держать рот на замке, а еще лучше - забыть, вычеркнуть из памяти то время, что они провели с ним. Затем, выделив им приличную сумму на жизнь, сказал, что они подготовлены очень хорошо и могут работать не только по "сексуальной линии", но быть отличными квалифицированными секретарями, массажистками, так что если кто из них пожелает, пусть обратится в фирму "Рокси" к управляющему. Он вручил каждой свои визитки и тепло распрощался. Надо заметить, что девушки не испытывали особой радости от этого расставания. В последнее время Аркадия Сергеевича потянуло на совсем молоденьких девочек: то ли возраст давал о себе знать, то ли хотелось испытать что-то новенькое. Во всяком случае, он дал задание подыскать "не старше пятнадцати и не моложе десяти", но чтобы "было за что подержаться и на чем остановить свой взгляд" и "желательно, девственниц", но... Рассказов в упор посмотрел на красавца, который и занимался "естественным отбором": не должно быть никаких проблем ни с властями, ни с родителями. Средств не жалеть! Получив это трудное задание, Стив, так звали парня, совсем приуныл. Зная нрав своего хозяина, он понимал, что все требования должны быть выполнены, а тут такие "вводные"! Немного поразмыслив, он решил, что придется подбирать таиландских девочек. Однако нужно досконально проверить каждую кандидатку, чтобы не получилось так, как с четвертой, которая оказалась наркоманкой и, боясь потерять работу, долгое время морочила голову даже их медикам. Именно Стиву и пришлось исправлять ошибку: он утопил ее, а заодно сломал шею и ее знакомому, который оказался невольным свидетелем расправы и попытался оказать ей помощь. После этого случая были заменены два врача и сделаны внушения Стиву о более тщательной проверке кандидаток. У Стива были кое-какие знакомые, которые поставляли живой товар из Таиланда, и он попытался с ними связаться. Секретарша сказала, что они сейчас как раз в Таиланде и тут же набрала номер. Стив коротко рассказал о своих проблемах, и Ван Донг, с которым он был более чем в тесных контактах, предложил ему приехать к ним на недельку, чтобы на месте решить все проблемы. На следующий день Стив уже был в Таиланде. Его встретили прямо в аэропорту и пару часов везли в небольшой городок, где Ван Донг имел свою фирму, для работы на которой якобы и набирались девушки. Набор проходил в несколько этапов. Сначала его агенты подыскивали девушек, подходящих по внешним данным, после чего другие агенты выясняли все о семье претендентки, об их взаимоотношениях с властями, стараясь найти струны, на которых можно будет играть, чтобы родители оказались более сговорчивыми. На третьем этапе девушки проходили тщательный медицинский контроль: они должны были быть здоровыми во всех отношениях. По желанию заказчика некоторые из них обучались иностранным языкам. Этот бизнес был очень выгодным и, несмотря на большие затраты, приносил огромные доходы. Ван Донг и его люди снабжали живым товаром не только бордели, ночные заведения, личные гаремы богатых бизнесменов, но и поставляли детей для усыновления. Стив приехал в очень удачный момент: Ван Донг получил большой заказ как раз на девушек нужного ему возраста для Америки. Ему даже срочно пришлось строить времянки для размещения первого набора. Конечно, условия жизни там были далеко не идеальными, но по сравнению с тем нищенским существованием, которое влачили семьи этих девочек, вполне сносными. Здесь их хорошо кормили, и девочки беспрекословно подчинялись любым приказаниям своих "учителей". Все решал Ван Донг, и никто из его сотрудников не решился бы на своевольный шаг, не испросив разрешения у него. Только с его согласия они могли взять на ночь приглянувшуюся девушку. Ван Донг держал при себе хороишх медиков, которые обследовали претенденток и принимали решение: можно ли без лишних затрат вылечить тех, кто претендовал на хорошее место, если они больны чем-либо легким. Особое внимание уделялось девственницам: их стоимость была на порядок выше остальных. Хотя надо заметить, проституция в Таиланде приняла такой размах, что порой ночная жизнь этих девочек начиналась уже в десятилетнем возрасте. - Приветствую тебя, Красавчик-Стив! - радушно воскликнул Ван Донг, когда Стив переступил порог его роскошного кабинета. - Как здоровье твоих родителей, близких? Как твое здоровье? Хорошо ли идут твои дела? - начал он обычное восточное приветствие. - Спасибо тебе, уважаемый Ван Донг. У меня все здоровы, чего желаю и твоим родным и близким! - Благодарю тебя, Красавчик-Стив! Присаживайся на почетное место. - Он указал на роскошный мягкий диван, в котором Стив с удовольствием утонул, вытянув вперед ноги. - Чего хочешь выпить? - Если не возражаешь, виски и ананасовый сок. И то, и другое со льдом! - Стив промокнул платочком обильно выступающий на лице пот. Ван Донг хлопнул в ладоши, и маленькая симпатичная девчушка, которую Стив поначалу не заметил, неслышно, по-кошачьи выскользнула за дверь. Стив причмокнул губами. - Хороша, не правда ли? - довольно улыбнулся Ван Донг. - Да, ты, уважаемый Ван Донг, всегда отличался отменным вкусом! - похвалил Стив. - Сколько же ей лет? - О, ей уже четырнадцать. Два года у меня, очень способна. Если хочешь, могу прислать ее тебе сегодня. Что-то подсказало Стиву, что он не должен воспользоваться этим жестом гостеприимства. - Нет, уважаемый Ван Донг, я не могу злоупотреблять нашей дружбой, - мягко отказался Стив. - Я думаю, мы без особого труда найдем что-нибудь для меня среди ваших претенденток. - Можете не сомневаться, Красавчик-Стив, весь набор будет перед вашими глазами! - он уважительно перешел на "вы", его тон стал еще более радушным, и Стив порадовался своей интуиции. - Для моей фирмы ваше обращение очень лестно, мы постараемся полностью удовлетворить ваши желания, и цена будет для вас прежней, несмотря на достаточное повышение для остальных! - Он чуть поклонился Стиву. - Я благодарю тебя, Ван Донг, однако не нужно на нашей дружбе терять заработок: мы готовы оплатить все по новым расценкам, - с улыбкой возразил Стив. - Не обижайте нашу дружбу, Стив, - с некоторой обидой ответил Ван Донг. - Она ценится гораздо больше презренного металла! - Хорошо, это ваше право, право хозяина, и гость должен уважать то, что предлагается самим хозяином, - кивнул Стив. - Вот и отлично! - обрадовался тот и снова хлопнул в ладоши. Тут же открылась дверь, и девушка внесла поднос с виски и ананасовым соком. Рядом стояло изящное серебряное ведерко со льдом. Поставив поднос на столик, девушка быстро и ловко наполнила стаканы, бросила в них лед и тенью выскользнула за дверь. - Прошу! - кивнул Ван Донг и сам взял стаканчик с виски. - Теперь можно поговорить о том, что именно вас интересует. - Как я вам уже сказал по телефону, - начал Стив, отпив добрую половину, - моего шефа интересуют девушки от десяти до пятнадцати лет, желательно девственницы. - Для усыновления или для других целей? - поинтересовался Ван Донг. - Для других, - кивнул Стив. - Понятно... Какой язык они должны знать? - Английский или русский, лучше и тот и другой. - Русский? - удивленно воскликнул Ван Донг и скептически покачал головой. - Этот пункт весьма проблематичен: много времени уйдет на подготовку, а мне кажется, что именно его-то у нас очень мало, не так ли? - Вы это очень тонко подметили, уважаемый Ван Донг! - улыбнулся Стив. - Чем быстрее, тем лучше, потому-то нас и не интересует цена. - Какие еще пожелания? - Не говорю о красоте и фигуре, это само собой разумеется, но хотелось бы, чтобы девушки были без комплексов и не строптивы! Могу вас заверить, уважаемый Ван Донг, тем, кто попадет в эту четверку, чертовски повезет, они будут вас благодарить до конца дней своих и не будут ни в чем нуждаться. - Мне достаточно, если вы и ваш патрон останетесь довольны, - улыбнулся Ван Донг. - Мне думается, что на пятьдесят процентов я могу выполнить ваш заказ прямо сейчас: мы подготовили двух для усыновления и хотели их отправить на днях, но тот заказчик подождет. Обе отлично знают английский, удивительно сложены, весьма обаятельны и податливы. Две других будут готовы дня через три-четыре. - Так быстро? - удивился Стив. - Они почти готовы, но нужно немного поработать над их характером, - уклончиво пояснил Ван Донг. - Двум по тринадцать лет, одной - пятнадцать, а самой молоденькой исполнится десять через четыре дня. Я хочу вам предложить самому попытаться определить тех, кого я имел в виду. Сейчас сюда приведут двенадцать красавиц, среди которых и будут находиться эти четыре. Согласны? - А что, это даже интересно! - воскликнул Стив, допил виски и налил еще. Ван Донг дважды хлопнул в ладоши, и в кабинет вошел огромный кучерявый детина под два метра ростом. Хозяин кабинета что-то быстра сказал ему на местном наречии, и тот, кивнув, тут же вышел. - Мне очень нравятся ваши слуги: исполнительны и немногословны. - Это делается очень просто, - усмехнулся хозяин. - Все мои слуги-мужчины кастрированы, и у них вырезан язык. - Он это сказал так просто, словно речь шла об обычной школе подготовки служащих. - Я имею дело со своеобразным товаром: можно потерять и много денег, и уважение партнеров, а немой и безграмотный слуга никогда не сможет предать тебя, даже если попадется в лапы властей или конкурентов! - Ван Донг заразительно рассмеялся, но Стиву этот смех показался жутковатым. Вскоре послышался негромкий стук в дверь, и Ван Донг хлопнул в ладоши. В кабинет цепочкой вошли двенадцать девушек. Ван Донг нисколько не преувеличивал, когда говорил, что они красавицы - у Стива даже слюнки потекли. Они стали полукругом, словно давно привыкли к подобным просмотрам. Судя по всему, с ними уже была проведена работа: волосы уложены по-разному, с учетом формы головы, расположения глаз, роста. Каждая была одета не броско, но довольно нарядно и со вкусом. Их взгляды были устремлены на Стива, и ему было както не по себе. Девушки улыбались, их улыбки были разными: застенчивые, любопытные, дежурные, но в глазах каждой мелькала надежда. Оглядев всех, Стив понял, что был очень самоуверен, когда надеялся сразу же выбрать тех, кого предлагал Ван Донг: он не мог никому из них отдать предпочтение. Тогда он решил применить метод исключения, исходя из тех скупых сведений, что предоставил ему Ван Донг. Итак, сначала возраст. Он внимательно осмотрел девушек, потом встал и обошел их сзади. Неужели он не в силах отличить десятилетнюю от тринадцати-пятнадцатилетних? Ван Донг с любопытством наблюдал за растерянностью Стива, но решил не мешать и довести эксперимент до конца. Наконец Стив взглянул на Ван Донга и хотел уже попросить его "показать товар лицом", надеясь, что без платьев будет гораздо проще разобраться, но Ван Донг, словно прочитав его мысли, что-то коротко бросил девушкам, и те спокойно и решительно быстро скинули с себя платья, оставшись в одних кружевных трусиках. "Да, - подумалось Стиву. - У Ван Донга действительно работают профессионалы своего дела! Какие попочки, какие грудки! Статуэтки - и только!" Девушки, не стесняясь своей наготы, с улыбкой наблюдали за ним. Они, казалось, начинали догадываться о том, в каком он находится затруднении. Стив чисто интуитивно указал на одну симпатичную девушку, и та сделала шаг вперед, ее глазки радостно блеснули. Стив увидел чуть удивленное лицо Ван Донга - кажется, он не ошибся. Это придало ему уверенности и он, неожиданно для себя самого, сказал по-английски: - Девушки, прошу вас вытянуть руки вперед вниз ладонями. Первыми подняли руки вперед четыре девушки, за ними остальные. И снова Стив порадовался своей интуиции: на двух девушек из четырех он уже обратил внимание. Он не стал торопиться и указывать на них, не раскрывая того, что знание ими языка уже подсказало ему правильное решение по крайней мере на семьдесят пять процентов, потому что из этих четырех он должен выбрать только трех. И здесь он решил руководствоваться своим вкусом: сначала указал на тех двух, что уже отметил, потом указал на ту,
в начало наверх
что игриво подмигнула ему. Ужасно довольный собой, он повернулся к Ван Донгу с видом победителя. - Я ожидал худшего результата, - покачал тот головой. - Смею вас уверить, не потому, что у вас плохой вкус или не развита интуиция. Мною специально были отобраны очень похожие девушки. - Да, пришлось изрядно попотеть, - признался Стив. - Но хотя бы половину девушек я угадал? - Более того, трех из четырех или четырех из пяти, если первая названа вами не случайно. - Он снова улыбнулся. - Вы же говорили о четырех девушках, не так ли? - Да, о четырех... - Стив не понял, о чем говорит Ван Донг. - Выбрали вы четверых, но одна, о которой я вам говорил, десятилетняя, до сих пор стоит в "общем строю". - Довольный произведенный эффектом (а он был уверен, что Стив именно о первой девушке подумал, что она самая молодая), Ван Донг кивнул, и вперед вышла улыбающаяся красавица с огромными глазами и довольно пышной грудью, которая и сбила Стива с толку. - Не переживайте, любой мужчина наверняка бы ошибся, - подмигнул Ван Донг. - Ну, что будем делать с выбранными? Неожиданно одна из девушек что-то быстро сказала Ван Донгу, и тот ей резко ответил. Видно, ответ был ужасным для нее, и на ее глазах, как и на глазах стоящей с ней рядом той самой молодой девушки, блеснули слезы. - Что она вам сказала? - нахмурился Стив. - Дело в том, что эти четверо знали, что я их предлагаю вам, а пятая - сестра той молоденькой... - Ван Донг зло посмотрел на дерзнувшую заговорить, и та испуганно съежилась под этим взглядом. - Не хотят расставаться? - догадался Стив. - Их желания здесь не имеют значения! - угрюмо бросил тот. - Хорошо, уважаемый Ван Донг, отпустите девушек, а мы побеседуем, - сказал примирительно Стив и оглянулся на пятую девушку. Он ободряюще подмигнул ей, и ее глаза осветились надеждой. Когда кучерявый красавец вывел девушек из кабинета, Стив повернулся к Ван Донгу и протянул ему руку. - У вас действительно отменный вкус! Я в полном восторге и надеюсь, зная вкус своего шефа, что и ему они придутся по душе! Надеюсь, они девственны? - Вне всяких сомнений! - заверил тот, повеселев от похвалы. - Выпьем за нашу дружбу и удачную сделку, - предложил Стив, поднимая стаканчик с виски. - Ну что же, за дружбу и я готов поднять свой стакан, хотя и не пью вообще! - Вдвойне благодарю! - Стив опрокинул в рот виски, и Ван Донг посмотрел на него с изумлением. - Мой шеф приучил меня пить залпом - он из России! - Вот как?! - воскликнул Ван Донг. - Тогда - за вашего шефа! - Он тоже залпом выпил чуть ли не полный стаканчик виски и тут же закашлялся. - Что же вы так, мой дорогой Ван Донг, к этому привычка нужна! - Он протянул ему стакан с соком. Было заметно, что хмель сразу ударил Ван Донгу в голову, и Стив решил сказать то, о чем в другой ситуации вряд ли стал говорить. - Я прошу вас меня извинить, мой дорогой, но хочу обратиться к вам с личной просьбой... - осторожно начал он. - Для вас - все, что угодно! - Пятую я тоже хочу взять... для себя. - И только-то? - Ван Донг полез обниматься. - Эту пятую получи от меня в подарок... бесплатно! Я так хочу! - Он пьяно топнул ногой, заметив, что Стив хочет возразить ему. - От всей души благодарю вас, мой друг. Тогда пришлите ее сегодня ко мне. - Без проблем! - Он икнул. - Только знай, что она только-только начала обучаться английскому. Выпьем? Вскоре Ван Донг "сломался" и заснул прямо в кресле, успев перед этим по просьбе Стива отдать необходимые распоряжения по поводу пятой девушки. Стив отправился в свой довольно уютный номер из двух комнат, разделся, принял душ и, расположившись на огромной кровати, включил телевизор. Было около восьми, а девушку он заказал на одиннадцать, и потому, решив отдохнуть после перелета, Стив заснул. Ему показалось, что он спал недолго, когда почувствовал легкое прикосновение к груди. В комнате, несмотря на кондиционер, было довольно душно, и Стив лежал абсолютно голым. Прикосновения были настолько легкими, что он подумал, будто это происходит во сне. Лениво потянувшись, он широко раскинул руки и улыбнулся. Девушка, приняв это как поощрение, не очень умело начала прикасаться к его коже пухлыми губами. Она была очень благодарна этому господину: помощник Ван Донга успел ей шепнуть по секрету, что тот решил взять ее с собой. У нее было трудное детство. Родители умерли, когда ей не исполнилось и шести лет: отец погиб под машиной, а мать, зарабатывавшая им на жизнь проституцией, заразилась от клиента и вскоре скончалась, оставив двух дочерей на голодную смерть. Вероятнее всего, так бы и случилось, но спас случай: однажды она попалась на глаза одной богатой женщине, которая подбирала таких, как она с сестрой, и готовила их для Ван Донга. Как старшая Уонг присматривала за самыми маленькими обитателями "фабрики живого товара". Ей, едва не с грудного возраста привыкшей заботиться о себе, было не трудно, она успевала и с крошками повозиться, и с сестренкой поиграть, и обучаться тем наукам, какие полагались в этом "пансионате". Единственное, что ей трудно давалось, - это английский язык, который ее младшая сестренка освоила довольно быстро. Когда Уонг еще не умела говорить, она уже видела все, что делала ее мать, выполняя прихоти своих клиентов. И маленькой девочке навсегда запомнилось, что мужчина - самый главный на свете, и нужно все делать так, чтобы ему было хорошо. Тогда он не станет бить ее, а будет дарить вкусные конфеты и красивые украшения. Став взрослой, девочка не раз вспоминала добрым словом свою несчастную мать. Будучи проституткой самого низкого пошиба, она, как самка, бросилась на защиту своей пятилетней дочки, когда пьяный клиент решил посягнуть на девочку. Вцепившись в его волосы, отчего тот сразу протрезвел, она стала оттаскивать его от девочки, и, несмотря на жестокие удары, не отпустила до тех пор, пока тот не выкрикнул, что никого не тронет и тут же уйдет. Находясь в "пансионате", девочка слышала много сказок о том, как самым красивым и послушным девочкам повезло в жизни: кого удочерили богатые и любящие дяди и тети, кого даже взяли в жены, и они стали "уважаемыми леди". Это настолько запало ей в душу, что мысль о сказочной, полной удовольствия жизни стала для нее навязчивой идеей, и она терпеливо ждала, перенося спокойно и нередкие побои от хозяйки, и трудную работу. Когда она увидела этого сильного молодого красавца, показавшегося ей сказочным принцем ее мечты, то поняла, что это и есть ее шанс. Она была настолько уверена, что он заметит ее и увезет с собою, что впервые за свою коротенькую жизнь заплакала, когда воплощение ее мечты оказалось под угрозой. Ее сердечко готово было выпрыгнуть из груди, когда она узнала, что он зовет ее к себе. Это был особый случай, когда девушке давали и дорогую косметику, и удивительно пахнущий шампунь, и отличные благовония для тела, и, конечно, шикарное белье. Три часа девушка работала над собою и, когда осталась довольна, отправилась к нему, своему господину. Негромко постучавшись и не услышав ответа, она вновь едва не расплакалась, решив, что красивый господин передумал и отказался от нее или забыл о ней совсем. Немного поразмыслив, девушка решительно толкнула дверь, и та бесшумно распахнулась. Уже не раздумывая, Уонг проскользнула внутрь и тихонько прикрыла за собой дверь, повернув ключ в замке. Она прислушалась и услышала негромкую музыку, доносившуюся из комнаты. С трудом сдерживая волнение и страх, она вошла и увидела его... Он лежал обнаженный на огромной деревянной кровати. Его загорелое красивое тело в приглушенном свете настольной лампы казалось вылитым из золота. Несколько минут Уонг любовалась этим зрелищем и не могла сдвинуться с места от охватившего ее волнения. Она не понимала, что с ней происходит: ей было тревожно и хорошо одновременно. Наконец она пришла в себя и осмотрелась вокруг. Заметив огромное, до пола, зеркало, подошла к нему, сбросила халат, воздушный пеньюар и, немного подумав, кружевные трусики. Критически осмотрела себя с ног до головы: довольно крутые, не по возрасту, бедра, тонкая талия, упругие, красивой формы груди с набухшими розовыми сосочками, чувственный ротик с пухлыми губами, большие европейские глаза... Этот осмотр придал ей уверенности, и она осторожно подошла к кровати. Увидев капельки пота на его широком лбу и мощной груди, девушка взяла со стола салфетку и осторожно промокнула влажные места. Она делала это настолько нежно, что красавец даже не почувствовал. Затем она нежно провела пальчиком по его груди, и он вдруг вздохнул, перевернулся на спину и широко раскинул руки, улыбнувшись так нежно, что девушке показалось - улыбка предназначается ей, именно ей. Она тоже улыбнулась ему, опустилась на колени и прикоснулась губами к его упругому животу. У него была нежная кожа и от нее пахло удивительно приятно. Неожиданно Уонг вспомнила, как стонали от блаженства мужчины, которых приводила ее мать, когда она начинала целовать их мужскую доблесть. Нисколько не стесняясь, она наклонилась и осторожно притронулась губами к его нежной плоти. Она уловила какой-то странно волнующий запах, который был совершенно не похож на тот, что был у нее, и этот запах заставил сильнее забиться ее сердечко, а по всему телу пробежала какая-то дрожь, которая настолько приятно взволновала ее, что она не удержалась и своими длинными пальчиками погладила его плоть, которая неожиданно вздрогнула и прямо на глазах стала твердеть. Стиву все еще казалось, что ему снится какой-то удивительный и прекрасный сон. Как ни странно, в его сне присутствовала та пятая девушка: сначала они с ней купались в теплой, как парное молоко, воде, потом расположились на песчаном берегу под ласковыми лучами солнца. Ему казалось, что эта прекрасная девушка, глядя ему в глаза своими огромными глазами, шептала нежные слова и ласкала его нетерпеливую плоть. И вдруг он почувствовал там ее язычок, и почувствовал настолько явственно, что, не открывая глаз, потянулся к ней рукой. Когда рука наткнулась на копну пышных волос, Стив открыл глаза и увидел ту, которая ему снилась. Это было настолько неожиданно и приятно, что он несколько минут лежал неподвижно, словно боясь, что видение исчезнет. И тут он понял, что это не сон - вполне реальная девушка стоит перед его кроватью на коленях и целует его плоть. Стив положил руку ей на голову, ласково погладил волосы, потом осторожно прижал к себе. Девушка от неожиданности вздрогнула и машинально приоткрыла ротик. Его плоть настолько налилась силой, что казалось, вряд ли сможет войти в нее. Стив не спешил и щадил девушку: он нежно и осторожно входил в ее ротик все глубже и глубже, пока не прикоснулся к горлышку. Он взял девушку за шею и пальцами ощутил свою плоть. Девушке была не очень приятна эта процедура, но она не обращала внимания, ощущая, что ему очень приятно. Ей казалось, что она сейчас задохнется и стала дышать носиком, стараясь прятать свои острые зубки, чтобы не поранить нежную кожу. Ей было странно и тревожно, по она сама настолько возбудилась, что вдруг почувствовала, как и ее нежная плоть стала влажной и чего-то желающей. Чисто инстинктивно девушка легла на Стива и своей плотью стала тереться о его ногу. Ощущения были настолько необычными, что она даже застонала от охватившего ее блаженства. Ее стон совпал со стоном Стива, и девушка уже хотела остановить свои ласки, подумав, что сделала что-то ему неприятное, но в этот момент горячая струя ударила в ее горлышко. От неожиданности она дернулась, но сильные руки удержали ее голову и Уонг, машинально сглотнув странную жидкость, продолжила ласкать его язычком, благодарная за то, что ему нравятся ее ласки. - Боже, как хорошо! - воскликнул Стив, и ей казалось, что она понимает его слова. Несколько минут они лежали не двигаясь, как бы прислушиваясь к каким-то новым ощущениям, родившимся в них. - Как твое имя, красавица? - Я так, как ты хотеть... - улыбнулась девушка, глядя счастливыми глазами на Стива. - Ты - мой господин! - Хорошо, ты будешь... - Он прищурил глаза, словно стараясь получше рассмотреть девушку и найти для нее самое подходящее имя. - Да, ты будешь Диана! - Да, Господин мой, я есть Диана! Я нравится имя! - Мне нравится это имя, - поправил Стив. - Мне нравится это имя! - повторила она. - У тебя были мужчины? - неожиданно нахмурился он. - Нет-нет, Господин мой! - испуганно выпалила девушка. - Только вы и нет никто! - Но где ты этому так хорошо научилась? - недоверчиво спросил Стив. - Говори правду! - Он сжал ее плечо. - Я не учится этому! Я видеть моя мама с мужчинами... - Она готова была заплакать. - Все другое отсюда! - Девушка взяла его руку и прижала к своему сердцу. - Я даже никто не целовать... только мой сестра... маленький совсем! Верь, прошу!
в начало наверх
- Хорошо, - сказал Стив и вдруг повернул девушку на спину, раздвинул ей ноги и осторожно ввел внутрь указательный палец, который тут же уткнулся в девственность девушки. Он делал это осторожно, но ей стало больно, однако она лишь поморщилась и безропотно терпела. Затем улыбнулась ему: - Теперь мой Господин верить мне? - Возможно... - сказал Стив, затем прильнул к ее груди губами. Соски тут же набухли, а грудь стала еще тверже. Она простонала от этой нежности и ласково прижала руками его голову. - Ты очень красивый! Ты очень хороший! Спасибо! - прошептала девушка. - Я возьму тебя и твою сестру с собой. Старайся учить язык! Меня будешь называть просто Стив. - Да, мой Господин! - радостно вскрикнула девушка, благодарно прильнув губами к его руке. - Любимый Стив! - Если твоя сестра будет вести себя правильно с моим шефом, то она тоже будет счастлива! - Если она будет рядом, то я помогу ей нравиться твой шеф! - тихо сказала девушка. - Да, вы часто сможете видеться с ней... А теперь ты должна знать главное и передать сестре и тем, кого я отобрал, что с этого момента ваши рты должны быть на замке, а глаза видеть только то, что буду разрешать вам я и мой шеф! Понятно? - Да, мой Госпо... любимый Стив! - Тебя я назначаю главной среди девушек. Все их просьбы и пожелания - только через тебя! Ты должна будешь сохранять их в целости до встречи с моим шефом! И обо всем будешь докладывать мне! Ясно? - Да, мой любимый Стив! - А теперь поцелуй меня! - улыбнулся Стив, и девушка радостно бросилась ему на шею. НАМ НУЖЕН РЭКС! Огромный зал напоминал мини-Коллизей, только вместо арены посередине был установлен самый настоящий ринг, гораздо большего размера, чем стандартный, от которого расходились едва не до самого потолка ряды для зрителей. Удобные мягкие кресла с небольшими откидными столиками, под сиденьем мини-бар - казалось, все было тщательно продумано для удобства каждого зрителя. Мест было не очень много, потому что между рядами оставлялось довольно широкое пространство для изящных девушек, обслуживающих посетителей. У этих девушек, одетых только в открытый бюстгальтер, узенькие планочки и небольшой передничек, было много функций: они могли принести любой напиток и закуску, промассировать затекшее тело, а также выполнить любые интимные желания клиентов, но все их услуги оплачивались отдельно, и цены были очень высоки. Кресел было ровно двести пятьдесят, но в самые удачные дни набивалось до трехсот посетителей, желающих пощекотать свои нервы и попытаться сорвать солидный куш с тотализатора. Сегодняшний день был не из самых лучших: зрителей не набралось даже на половину зала. Раньше, когда эти виды борьбы были запрещены и поединки проходили в строгой секретности, "турниры" проводились не чаще одного раза в месяц. Сейчас же, когда все запреты были сняты, не было четкого расписания, но каждую субботу обязательно проводились встречи пяти пар. Сегодняшние бойцы выглядели довольно вяло и невыразительно, словно и они понимали, что сегодняшняя публика вряд ли раскачается на высокие ставки, а потому и "ломаться" не очень хотелось. Оплата каждого из бойцов, кроме оговоренной индивидуальной суммы, зависела от количества сделанных на них ставок: чем больше на тебя ставили, тем больше получал твой партнер. Это не оговорка: система дополнительной оплаты была на первый взгляд не очень сложной. Выиграл - получи свой процент. Однако процент будет существенно выше, если больше поверили в твоего партнера и поставили на него, а выиграл ты. Лолита была не в духе, ее все раздражало. Она была страстной болельщицей и любила рисковать, ставя довольно внушительные суммы на поединщиков. Конечно, она обладала более точной информацией о бойцах, чем любой из зрителей, однако сюрпризы случались и для нее. Были и договорные поединки, но это было опасно для всех участников сделки, если она становилась достоянием гласности. Здесь первым делом падал престиж организаторов, и неизвестно, чем все могло закончиться. Однажды один из бойцов под пытками сознался в получении крупной суммы за то, что он "ляжет" под своего противника, и был убит не только хозяин зала, но и организатор боя. А обоим бойцам поломали руки и ноги, сделав их инвалидами на всю жизнь. Этот случай специально придали огласке, чтобы другим неповадно было. Взяв все в свои руки, Лолита стала сама составлять пары для поединков, стараясь подбирать более или менее одинаковых по силам бойцов. Как ни странно, это принесло ощутимую пользу для бизнеса: авторитет их клуба стал намного выше, а значит, и посетителей стало больше. На некоторые встречи к ним приезжали даже из бывших республик, а иногда из дальнего зарубежья. Наблюдая за очередным бесцветным поединком, она посчитала сегодняшний день потерянным и уже хотела уйти, как ей в голову неожиданно пришла очень интересная идея. Дождавиись окончания схватки, в которой выиграла неожиданно для себя пятьсот долларов, что придало ей еще большей уверенности, Лолита взяла в руки микрофон: - Уважаемые господа! Во-первых, я хочу поблагодарить вас за то, что вы сумели выкроить время и посетить наш клуб "Виктория", и надеюсь, что, несмотря на не очень выразительные бои, вы сумели отдохнуть и получить немного удовольствия! - О да, госпожа Лолита! - не очень трезвым голосом воскликнул один толстячок, державший в своих руках несколько ночных казино. Он выразительно погладил по пышной груди красивую блондинку, сидящую у него на коленях. - Ваши девочки просто прелестны! - Приятно это слышать, у вас хороший вкус! Сейчас, перед последним поединком сегодняшнего вечера, хочу вам сообщить приятную новость: ровно через месяц нашему клубу исполнится десять лет! - Браво! - воскликнул кто-то, и раздались аплодисменты. - Спасибо вам, друзья! Чтобы отметить это знаменательное событие, мы решили провести самое настоящее шоу с приглашением звезд кино и эстрады, и кроме того, вместо пяти встреч будет проведено семь. Восемь лучших бойцов страны проведут четыре встречи, и четыре победителя встретятся в двух поединках, которые определят финалистов. Они будут бороться за звание чемпиона России и довольно приличный приз - десять тысяч долларов! - Отлично, Лолита! - выкрикнули едва не хором несколько человек, и снова раздались бурные аплодисменты. - Я рада, что вам понравилась моя идея, - улыбнулась Лолита. - Передайте своим партнерам, что всех кандидатов на звание чемпиона России я жду в течение двух недель. Заявки на посещение этого зрелища принимаю с сегодняшнего дня! Стоимость билетов тройная, надеюсь, вы понимаете, почему! Ставки будут приниматься в течение трех дней после утверждения списка бойцов! Прошу, господа, не держать на меня зуб, если не все ваши заявки будут выполнены: вы знаете, что здесь только двести пятьдесят основных мест. Однако можете быть уверены в том, что ни один из регионов не будет обижен, это я вам гарантирую! - Ваше слово является полной гарантией! - сказал в микрофон подошедший высокий худощавый мужчина лет пятидесяти, галантно поцеловав ей руку. - Очень рад быть одним из первых, кто хочет оказаться на этом празднике. - Он достал из портмоне визитку, что-то на ней черкнул, затем протянул Лолите. Лолита взяла визитку. "Четыре места - центральный регион" гласила запись, а под ней - размашистая подпись. - Очень оригинальная заявка! - улыбнулась Лолита. - Не обещаю, что она будет полностью удовлетворена, но постараюсь, потому что вы действительно первый. - Буду вам очень признателен! - Он снова поцеловал ей руку и добавил: - Кроме того, наша фирма готова спонсировать в разумных пределах это интересное мероприятие, и первый взнос в размере пяти тысяч долларов делаем прямо сейчас! - Он вытащил из внутреннего кармана чековую книжку, быстро сделал надпись и протянул чек Лолите. - Можете считать, что ваша заявка будет выполнена на все сто процентов! - улыбнулась довольная Лолита и сказала в микрофон: - Чтобы господа не думали, что здесь сделано исключение, объявляю вам, что заявки спонсоров будут удовлетворятся в первую очередь! - А что, это справедливо! - воскликнул толстячок, сталкивая с колен пышногрудую блондинку. - Моя фирма тоже готова стать спонсором! - Он вытащил из внутреннего кармана пачку стодолларовых купюр и подошел к Лолите. - Здесь три тысячи, но будет тоже пять! - Он сказал это в микрофон, и было ясно, что говорит он не для нее, а для всех присутствующих. Толстяк напоминал старых русских купцов, готовых последнее отдать, чтобы не ударить в грязь лицом перед себе подобными. "Хорошее начало!" - подумалось Лолите, и она с легким поклоном приняла деньги. - Вашу визитку, господин представитель! Она знала почти всех, но здесь не принято было называть имена вслух. Вероятно, это правило возникло со времен запрета, чтобы не давать информацию случайным "ушам". Толстячок вытащил свою визитку и протянул Лолите. - Нашему округу достаточно и двух мест, - бросил он. - Благодарю вас! - Она сделала пометку в своей изящной книжечке. - Начало сделано, господа! Остальных желающих прошу в мой офис! Хорошего окончания сегодняшнего вечера! Ее объявление словно подстегнуло последнюю пару, дат и всех присутствующих посетителей: бойцы резво выскочили на ринг, а девушки, принимающие ставки, не успевали бегать между креслами. Поединок оказался действительно очень интересным и упорным: кровь текла ручьем, но ни один из бойцов не хотел уступать, и потому переживали то одни болельщики, то другие. Лолита, охваченная энтузиазме от неожиданного успеха своей идеи, уже не обращала внимания на ринг, поручив своему помощнику довести до конца вечер и проконтролировать оплату всех ставок. Она быстро собралась, села в подаренный Лешей-Шкафом "мерсик", как ласково она называла голубой "мерседес", и помчалась к Леше в офис. По дороге она по радиотелефону связалась с ним и предупредила о своем приезде. - Извини, Лешенька, что отрываю тебя от дел, но мне нужно с тобой срочно повидаться! - ласково проворковала она. - Нет таких дел, милая, какие я не мог бы отодвинуть для тебя! - отозвался он. - Целую и жду. Когда Лолита вошла в кабинет, Леша сидел за столом и с кем-то говорил по телефону: - Я все понял... Продолжай в том же духе! Как только он останется один, вызывай меня. Все! Ко мне Лола пришла! - Он положил трубку, встал и чмокнул Лолиту в щеку. - Мне кажется, я могу угадать, что тебя так спешно погнало ко мне. - Я буду этому очень удивлена... - Лолита покачала головой. - Наша "темная лошадка", не так ли? - Откуда ты знаешь? - Девушка была действительно ошарашена. - Это элементарно, Ватсон. Как только мне сообщили о твоем плане проведения годовщины клуба... - Уже сообщили... - пробурчала она. - Должен же шеф фирмы все знать. - Он довольно улыбнулся. - Так вот, для выгодного воплощения твоей идеи нам необходима "темная лошадка". Правильно я говорю? - Ты всегда правильно говоришь, дорогой мой Лешенька! А вот первые взносы спонсоров! - Лолита вытащила пачку долларов и чек. - Восемь тысяч, и это только начало! - Я в тебе никогда не сомневался. - Он поцеловал ее в губы. - Это действительно прекрасная идея! И я думаю, что провести ее необходимо на самом высоком уровне. Во-первых, поговорю с Иосифом. - Может быть, и Пугачиху можно будет заполучить? - Попробуем, если не совпадет с какими-нибудь крутыми гастролями. - Тогда и Киркорова нужно будет пригласить... - Естественно, мне кажется, что там все двигается к свадьбе. - А что, будет самая настоящая "сладкая парочка"! Однако ты замалчиваешь самое главное... - Как можно, дорогуша? - усмехнулся он. - Когда ты вошла, я как раз говорил о нашей "темной лошадке": выжидаю нужный момент, чтобы пригласить его работать на нас. - А если он откажется? - Не откажется! - усмехнулся Леша-Шкаф. - Помнишь, как в "Крестном отце": "У вас такие аргументы, что я не могу вам отказать". - С позиции силы с ним вряд ли можно будет договориться - не забывай, что он бывший "афганец". Они же непредсказуемые! - Ничего, справимся! - Он задумался, затем согласно кивнул головой. - Хотя, возможно, ты и права: с ним нужно придумать что-то пооригинальнее... В этот момент зазвенел телефон. - Да! - бросил Леша-Шкаф в трубку. - Слушай, шеф, бабенка одна вышла из подъезда, и парень сейчас в доме один...
в начало наверх
- Надеюсь, ты догадался кого-нибудь за ней послать? - Обижаешь, шеф. Бульдозер не упустит ее! - Сделаете вот что! - Леше-Шкафу мысль пришла неожиданно и настолько понравилась, что он не стал даже раздумывать. - Бульдозер должен взять ее, сунуть в машину и отвезти на мою дачу... - А дальше? - Дальше я выйду на сцену! - усмехнулся Леша. - Доложишь, как только девчонка окажется на даче! - Понял, шеф! ШАНТАЖ А в это время Наташа спешила на вокзал, чтобы встретить бабушку с братом, которые возвращались из Переделкино. Все ее мысли сейчас были не о предстоящей встрече, а о ее новом знакомом. Чем-то этот парень приворожил ее, несмотря на его странность и непонятную робость, даже нежелание близости с ней. Наташа чувствовала, что она ему нравится, да он и сам сказал об этом, и ей было непонятно, почему Рэксик отказался от ее тела. Какие у него сильные и нежные руки! Такое странное сочетание: сила и нежность! Все-таки интересно, что же с ним случилось? Кто он и откуда? Сначала ей показалось, что он ей просто морочит голову, что он простой "бич", то есть "бывший интеллигентный человек", но чем больше она с ним общалась, чем больше узнавала вроде бы мелочей: английский язык, шрамы, наколка... Нет-нет, с этим парнем действительно что-то случилось. Она не замечала, что за ней шел здоровенный парень лет двадцати пяти. Это был тот самый Бульдозер, который выжидал удобного момента, чтобы схватить ее и бросить в "мерседес", следовавший за ними по пятам. Сделать это на главной улице было нереально: слишком много народу, ктонибудь мог вмешаться. Неожиданно Бульдозер вспомнил, что если девчонка свернет за угол, то у него будет несколько минут для захвата: там такой безлюдный переулочек, что вряд ли окажется народ. Этим переулком пользуются только те, кто знает о нем, чтобы сократить путь до метро. Скорее всего девчонка о нем знает, и Бульдозер, махнув водителю "мерседеса" рукой, ускорил шаг. Наташа действительно свернула за угол, хотя и не очень любила этот переулочек, но сейчас, опаздывал к электричке, решила сократить путь. В этот момент она вспомнила, как попыталась едва не насильно заставить Савелия овладеть ее телом, и при воспоминании о пережитом блаженстве ее охватила истома. - Девушка! - услышала она и тут же обернулась. Перед ней стоял огромный детина, странно улыбаясь во весь рот. Сначала Наташа подумала, что он хочет чтото спросить, но в этот момент обратила внимание на медленно следующую за ним машину. Водитель и парень, сидящий рядом, смотрели на нее. Все это настолько насторожило ее, что она мгновенно забыла, о чем размышляла, и внутренне собралась. - Такая красивая и без охраны, - продолжил тот. - Может быть, со мною отправишься? Поверь, не пожалеешь! - Слушайте, молодой человек, нашли бы вы для себя какое-нибудь другое занятие вместо того, чтобы приставать к незнакомым девушкам! - Она говорила очень спокойно, порадовавшись, что на этот раз одета в джинсы. Бульдозеру явно не понравился ее независимый тон. Улыбка мгновенно стерлась с его лица, и он без дальнейших расспросов, попытался схватить ее за руку. Наташа, ожидая чего-то подобного, сама схватила его за рукав, нырнула под руку и вдруг резко ударила сзади под колено. Это было настолько неожиданно для здоровячка, что тот рухнул на колени. - Ах ты, сучка! - взревел он скорее от злости, чем от боли, и снова попытался схватить девушку, но тут получил такой удар ногой в ухо, что его отбросило набок. После первого же приема из "мерседеса" выскочил высокий парень лет двадцати и бросился на помощь своему приятелю. Ор сразу же понял, что девчонка обладает навыками рукопашного боя и попытался достать ее своими длинными ногами, но она вдруг прыгнула и ударила его сначала в живот ногой, а потом, когда он сломился пополам, нанесла удар локтем под затылок. Он был настолько сильным, что парень потерял сознание. Бульдозер еще раз попытался достать девушку, но получил такой удар между ног, что завыл от боли, катаясь по земле. Наташа повернулась к "мерседесу" и крикнула водителю: - Может, ты хочешь попробовать? - и двинулась в его сторону, а тот вдруг дал задний ход. Это даже развеселило Наташу: она громко рассмеялась, повернулась к кл ежащим и покачала головой. - Это вам урок на будущее - не все женщины беззащитны перед вашей силой! - сказала она и спокойно поспешила своей дорогой. Дойдя до конца переулочка, Наташа оглянулась и увидела, как водитель "мерседеса" помогал своим приятелям забраться в машину. Усмехнувшись, она скрылась за углом и не видела, как к "мерседесу" подбежал тот, что следил ночью за подъездом. - С ней что, кто-то был? - удивился он, когда увидел Бульдозера с перекошенным лицом и второго, еще не пришедшего в себя после страшного удара. - А ей никто и не нужен - она такое творила! - воскликнул водитель "мерседеса". - Трое здоровенных мужиков не смогли справится с девчонкой?! - Никита не мог поверить в такой поворот. - Вы знаете, что сделает с вами Леша-Шкаф? Где эта девица? - Только что за угол свернула... - Ладно, езжайте к Леше и все ему расскажите, я - за ней. - Будь осторожнее с этой мегерой! Может и ноги повыдергать, - предупредил его очнувшийся высокий парень. - Спасибо, вовремя предупреждаешь, - крикнул Никита и быстро побежал за девушкой. Он догнал ее достаточно быстро и стал незаметно следить за ней. Наташа, взглянув на расписание пригородных электричек, направилась к пятому пути. Он понял, что девушка когото встречает и немного успокоился: очень уж не хотелось куда-то ехать. Электричка подошла минут через пять и вскоре девушка встретилась с пожилой женщиной и мальчиком лет пяти-шести. Никита быстро подскочил к телефону-автомату, набрал номер. - Уже все знаете, шеф? - Не упустил? - не отвечая, спросил Леша-Шкаф. - Никак нет, шеф! Как можно! Она встречала на вокзале какую-то старуху, то ли мать, то ли бабушку, и пацаненка лет шести... - Вот! - воскликнул Леша. - Это то, что нужно! Перед подъездом постарайся отвлечь старуху. Высылаю ребят! Все! Не очень-то соображая, что задумал шеф, но привыкнув беспрекословно исполнять все его приказы, Никита быстро нагнал троицу и постарался держаться поближе, но не попадаясь им на глаза. Когда до подъезда оставалось метров десять, Никита обогнал их и быстро вошел внутрь, чтобы буквально через секунду выйти назад. Наташа с бабушкой и братом были уже у самого подъезда, и Никита заметил, как рядом с ними ехала черная "Волга" с ребятами. Все еще не понимая, что произойдет, Никита повернулся к пожилой женщине, которая держала мальчика за руку, и спросил: - Извините, пожалуйста, где находится дом шесть? - Он сделал вид, что заглядывает в какую-то бумажку. - Какой? - нахмурилась та. - Я что-то не припомню такого дома, - бросила Наташа, открывая дверь подъезда, но тут что-то насторожило ее, и она быстро оглянулась. В этот момент рядом с мальчиком, руку которого выпустила бабуля, остановилась черная "Волга", из нее выскочили два здоровых парня. Наташа почувствовала, что сейчас что-то произойдет, бросилась им навстречу, но не успела. Подхватив парнишку, те вскочили в машину, которая тут же сорвалась с места. - Сереженька! - в отчаянии вскрикнула бабушка и растерянно опустилась на скамейку у подъезда. Наташа бросилась за "Волгой", но когда добежала до угла, она было уже далеко, влившись в поток других машин. Девушка обратила внимание, что номера в "Волге" были замазаны грязью. Вспомнив про бабушку, она вернулась к подъезду. Бабушка сидела на скамейке, громко причитая и выкрикивая имя мальчика. - Это черт знает что! Уже детей стали похищать средь бела дня! Нашли Америку! - Наташа готова была ругаться от злости. - Что же делать, Наташа? Нужно в милицию заявить! - всхлипывая, проговорила бабушка. - В милицию? Нет, бабушка, здесь что-то не так... - задумчиво сказала Наташа. Почему-то она была уверена, что нападение на нее и похищение братика както связаны между собой: это не могло быть простым совпадением. - Пойдем домой, там и поразмыслим... Кстати, а где тот мужчина, что спрашивал про дом шесть "а" - неожиданно спросила Наташа. - Не знаю, внучка... - растерянно ответила она. - Он сразу исчез как-то... Видно, испугался... - Возможно, - неуверенно сказала Наташа. - Странно все это... Когда они поднялись на этаж, то увидели Савелия, который поджидал их на лестничной площадке. Он сразу же сказал: - Наташа, не волнуйся, я все знаю. С мальчиком все в порядке, я только что разговаривал с ним! - Кто это, Наташа? - удивленно спросила бабушка. - Это мой знакомый, бабуля. Что они хотят? Денег? - нахмурилась Наташа. - Нет, милая, все гораздо проще. - Савелий посторонился и пропустил их в квартиру. Бабушке было не по себе, и Наташа отвела ее в комнату, уложила на кровать, дав ей успокоительного. - Ты отдохни, бабуля, и не волнуйся - все будет хорошо... - Как я могу отдыхать, когда Сереженька в беде? - укоризненно сказала она. - Не волнуйся, поверь, все будет тип-топ! - Наташа укрыла ее пледом и вернулась к Савелию, который ходил из угла в угол по кухне. Перед ним стоял телефон. - Что? - нетерпеливо спросила девушка. - Деньги им не нужны. - Они что, меня требуют? - Наташа быстро рассказала о нападении парней из "мерседеса". - Нет, милая, о тебе они не упоминали. - Он стиснул зубы. - Жаль, что меня рядом не было! Говорил же, пойдем вместе! - Ничего, они получили свое! - усмехнулась Наташа. - Так что же им нужно? - Сказали, чтобы я ждал у телефона: перезвонят! - Чтобы ты ждал у телефона? - удивилась она. - Да, чтобы именно я ждал у телефона! - Ничего не понимаю, откуда они знают про тебя? - Для меня это тоже загадка. - Савелий пожал плечами. - Странно все: сначала на тебя напали, теперь похитили пацана... - А не может это каким-то образом быть связано с твоим прошлым? - предположила Наташа. - Если связано, то остается только ждать их звонка. - Савелий стукнул кулаком в ладонь. - Ох и зря вы пацана впутали в ваши делишки! Ох, зря! - это было сказано тихо, но в голосе была такая злость, что было понятно: вряд ли он станет кого щадить. В этот момент прозвучал телефонный звонок, и Савелий моментально схватил трубку. - Кого вам? - он взял себя в руки и говорил очень спокойно. - По всей вероятности, вас! - сказал уверенный голос. - Если вы приятель сестры Сереженьки... - Ну? - Простите, вас как зовут? - Рэкс! - Рэкс? Странно, впрочем, это не столь важно: Рэкс так Рэкс... Я прошу меня извинить, но я вынужден признаться, что мне совершенно неясна суть дела: мне позвонили по телефону и попросили кое-что вам передать... - Ну? - нетерпеливо буркнул Савелий. - Так вы приятель сестры Сереженьки? - Да, черт возьми! Дальше что? - он успокаивающе помахал Наташе рукой. - Мне кажется, что здесь что-то не так... - Мужчина чуть помолчал, словно раздумывая, говорить дальше или нет. - А дальше попросили передать следующее - вы должны быть у памятника Пушкину через сорок минут после окончания разговора! Вы должны быть один и не делать необдуманных поступков, чтобы все остались довольны. Вы извините, я передаю вам слово в слово... В руке вы должны держать пустую бутылку из-под молока. Если вы хотите знать мое мнение, молодой человек, я бы не пошел на эту встречу: слишком таинственно она обставляется. Звонят мне, совершенно постороннему человеку, заставляют звонить вам... Нет, я бы не пошел! - Они угрожали вам? - быстро спросил Савелий. - Нет, что вы, были очень любезны, но... Мне кажется, что это дурно пахнет, Рэкс. Так вы просили себя называть? Что вы решили? - Вам что, из любопытства хочется знать? - Нет, они будут мне перезванивать, чтобы я им сказал ваше имя и ваше решение. - Передайте, что буду через сорок минут. - Он положил трубку и задумчиво посмотрел на Наташу. - У тебя найдется молочная бутылка? - Молочная бутылка? - переспросила удивленная девушка. - Зачем она тебе? - Это знак для них. Странно, это означает, что они меня не знают в лицо. В таком случае зачем я им нужен? До памятника Пушкину отсюда минут тридцать, не больше? - Как добираться, можно и за двадцать, если на машине. Я поеду с тобой! - она произнесла это так решительно, что Савелий понял:
в начало наверх
отговаривать бесполезно. - Хорошо. Мои тряпки высохли? А то в халате както не очень с руки по городу шастать, - криво улыбнулся Савелий. - Не только высохли, но я успела их погладить! - Ты моя рукодельница! Где? - На кухне. Там и бутылку у холодильника найдешь, а я пойду бабушку предупрежу. Как думаешь, стоит ли ей правду говорить? - Вряд ли, беспокоиться будет. Скажи, что с Сережей все в порядке и мы поехали за ним. Пусть не волнустоя и ждет от нас весточек. - Савелий подмигнул и пошел на кухню. Они довольно удачно поймали такси и вскоре были уже у памятника Пушкину. До назначенного времени оставалось минут десять, и они решили поговорить, усевшись на садовой скамейке. - Что ты думаешь насчет этого странного похищения? - спросила Наташа. - Ничего. - Савелий покачал головой. - Надеюсь, они сами все расскажут; не ради же шутки пошли на такое! Ты будешь сидеть здесь, а я пойду к памятнику! - Нет, я пойду с тобой, - упрямо заявила она. - Наташа, пойми - это неразумно! - Я пойду с тобой! Это мой брат! - Она была непреклонна. - Но... - Никаких "но"! Пойду с тобой! Все, время! - сказала Наташа, подхватывая его под руку. У памятника к ним тут же подошел огромный верзила, одетый, что называется, с иголочки, и дружелюбно улыбнулся: - Это вас так странно зовут - Рэкс? - Допустим, - тихо ответил Савелий и внутренне приготовился к любым неожиданностям: он увидел, как за спиной незнакомца выросло трое здоровячков, которые внимательно прислушивались к их разговору, держа правые руки в карманах. Савелий понял, что они вооружены и, судя по их физиономиям, не задумываясь применят оружие. - А вы, конечно, Наташа, сестра Сереженьки? - Вы удивительно догадливы! - усмехнулась девушка и тут же спросила: - Где братишка? - Напрасно вы, девушка, не зная меня и сути дела, заранее зачислили меня во враги, - мягко проговорил он. - Меня зовут Леша. - Очень приятно, - снова усмехнулась Наташа. - Мы вас слушаем! - Ты что же, Рэкс, не узнаешь своего старого сослуживца? - Леша-Шкаф повернулся к Савелию. После того как Леша узнал, что того зовут Рэкс, он решил вести себя, как соратник по Афганистану. Наверняка перед этим парнем прошло много людей, и он вряд ли всех помнил, но люди, прошедшие одну войну, обычно с симпатией относятся друг к другу. Савелию показался знакомым голос стоящего перед ним громилы-щеголя. - Может, назовешь мое имя? - Савелий спросил это настолько серьезно, что ввел в замешательство ЛешуШкафа, который подумал, что тот его проверяет. - Имя твое не помню, а то, что тебя называли Рэксом, запомнил! - Он дружелюбно улыбнулся. - Так-то, молодой человек... - А ты что, тоже из десантников? - неожиданно спросил Савелий. Он уже понял, откуда ему знаком этот голос именно с этим человеком он разговаривал по телефону. - Куда нам... - усмехнулся тот. - Мы больше по земле ходим да на броне сидим. - Пехота? - Она, милая, будь неладна! Пойдем, посидим в сторонке, - предложил Леша-Шкаф. - Я с вами! - тут же сказала Наташа. - Не волнуйтесь, милая девушка, мы в сторонке посидим, потолкуем. - Он вопросительно взглянул на Савелия. - Хорошо! Подожди здесь, Наташа, - сказал Савелий и первым направился к садовой скамейке. - Мы должны благодарить случай за то, что он свел нас, - радостно проговорил Леша, едва они сели рядом. - Не понял... - Я - за то, что повстречал однополчанина, а ты - что наткнулся на меня. Дело в том, что ты, как мне кажется, совершенно случайно перешел дорогу одному моему знакомому, и тот потерял кое-какие денежки, да еще и обиделся на тебя. - Не понял! - снова сказал Савелий. - Понимаешь, "черные" хотят нашу столицу прибрать к рукам, - и потому решено немного поприжать их: хочешь торговать - плати! Думаю, что это разумно, не так ли? - Что за "черные"? - Как говорят в печати, "лица кавказской национальности". Помнишь то столкновение у палаток? Зачем ты вмешался? - Не нужно им было меня трогать! - спокойно бросил Савелий. - Я не знаю, кто был прав, а кто виноват, но люди потеряли свой "навар" и хотят, чтобы им был возмещен нанесенный ущерб. Мне их требования кажутся вполне уместными, - Леша говорил очень убедительно и терпеливо, словно с нерадивым учеником. - Но при чем здесь пацаненок? - Савелий явно начинал злиться. - Пусть и требуют с меня! - А вот здесь ты совершенно прав! - сразу согласился Леша. - Как только я узнал подробности, то же самое сказал им, особенно тогда, когда догадался, что ты мой однополчанин! Потому-то я и вызвался стать между вами посредником, чтобы попытаться найти разумный для обеих сторон компромисс... Конечно, я согласен, их действия не очень, мягко сказать, порядочны, но... Посуди сам: узнав, что с тебя самого они вряд ли могут что-то взять... - он многозначительно посмотрел на Савелия, который согласно кивнул, - решили воздействовать через тех, кем ты, по всей вероятности, дорожишь, не так ли? Савелий снова кивнул. - Сначала попытались твою девушку задержать. - Он ехидно улыбнулся. - Однако она оказалась им не по зубам. Потом прихватили ее братишку... - Пусть они отпустят пацана! - нахмурился Савелий. - А ты можешь заплатить сумму, которую они потеряли? - Сколько? - Два "лимона" плюс моральные издержки, и поверь мне, что эта сумма, если бы не мое участие, была бы на порядок выше! - дружелюбно проговорил Леша, словно речь шла о какой-нибудь сотне. - Таких денег у меня нет, но я обещаю, что со временем верну долг. - Ну что же, ты, я вижу, вполне разумный человек, но им нужны будут гарантии. Сейчас гарантией является этот пацаненок. - Ты что, не веришь мне? - нахмурился Савелий. - Почему же, я-то верю... - Леша замолчал, словно размышляя о чем-то, потом взглянул прямо в глаза Савелию. - Я могу выступить гарантом, но... - Но что я могу гарантировать тебе, не так ли? - Что-то вроде этого! - кивнул Леша. - Два миллиона - деньги немалые, даже для меня. - Он снова помолчал. - Вот что, давай заключим с тобой деловое соглашение. - Деловое? - Савелий явно не понимал, о чем идет речь. - Вот именно. У тебя есть то, чем можно погасить долг, который я внесу за тебя... - Он снова многозначительно замолчал. - Не понимаю, - признался Савелий. - Понимаешь, Рэкс. Кстати, а как твое настоящее имя? - Какая разница... - Почему-то Савелий не захотел признаваться этому человеку в своей беде. - Ты прав. - Леша прищурился, согласно кивнул головой и продолжил: - Я возглавляю фирму, которая проводит в своих клубах поединки по правилам восточных единоборств. - Понимаю... ты хочешь, чтобы я отработал свой долг, выступая в этих поединках? - Тебя что-то смущает? - По каким конкретно правилам поединки? - Правило только одно: победить противника любым способом голыми руками. Побежденным считается тот, кто либо постучит по рингу рукой трижды, либо в течение десяти секунд не сможет встать на ноги. Победитель получает денежное вознаграждение. О деталях поговорим позднее. - А почему ты решил, что я соглашусь? - А разве у тебя есть другой выход? - Ты прав. Скажи, чтобы отпустили пацана. Я согласен! - Никита! - крикнул Леша-Шкаф и к нему тут же подошел одни из парней. - Позвони и скажи ребятам, что мы пришли к разумному соглашению. Пусть привезут сюда мальчика. - Хорошо, шеф! - Он быстро пошел в сторону кинотеатра. - Ты где живешь, Рэкс? - спросил Леша-Шкаф. - Нигде... пока. - Вот и хорошо. - Казалось, Леша даже обрадовался этому ответу. - Жить будешь при клубе: отличный номер-люкс, сауна, зал для тренинга, регулярное питание и от Наташи не очень далеко! - Он хитро усмехнулся. - Когда первый поединок? - Для подготовки у тебя есть около месяца. - Состав бойцов? - Самые лучшие: будет оспариваться звание чемпиона России. Восемь лучших с выбыванием! - Семь поединков, и победит тот, кто выиграет три боя... - Ты отлично разобрался во всем! - Леша был явно удивлен. - Сколько получает победитель? - В первом круге - тысячу баксов, во втором - четыре, а чемпион получает десять тысяч зелененьких. - Пятнадцать тысяч долларов? - Да, если ты станешь чемпионом, то почти сразу вернешь свой долг, во всяком случае, большую половину его. - Неплохо... - задумчиво проговорил Савелий. - Но мне кажется, что ты говорил о "деталях", - напомнил он. - Ты мне нравишься, Рэкс, ухватываешь самое главное и не выпускаешь из внимания, - улыбнулся Леша. - Эту сумму можно удвоить. - Каким образом? - На бойцов делаются ставки, и чем больше поставят на того, кто проиграет, тем больше получит победитель, на которого никто не обращал внимания. - Как на ипподроме? - Похоже... - согласился Леша. - И мне кажется, что у тебя есть отличный шанс! - В таком случае вряд ли разумно жить и тренироваться в твоем клубе - тайну сохранить трудно. - А ты умнее, чем кажешься на первый взгляд! - Леша покачал головой. - Но о тебе будут знать только трое: я, моя жена, она же директор клуба, и твой телохранитель, он же массажист, водитель и прочее. Он круглые сутки будет рядом с тобой! - Боишься, что могу сбежать? - От меня ты никуда не сбежишь! - тихо и очень серьезно отозвался Леша-Шкаф, но тут же рассмеялся, словно только что услышал забавный анекдот. - Да и зачем тебе бежать? Уверен, что тебе понравится работать со мной, а я ценю тех, кто меня не предает. Для всех, кроме вышеназванных трех, ты работаешь просто консультантом... скажем, по финансовым вопросам. - Но я же... - попытался возразить Савелий. - А тебя никто и не будет экзаменовать! - хмыкнул Леша. В этот момент рядом с памятником остановился "мерседес", который Савелий видел на месте столкновения у ларьков. Из него выскочил мальчик и бросился к Наташе. - Как видишь, я умею держать свое слово, - с намеком проговорил Леша. - Я тоже, - бросил Савелий. - Никита! - позвал Леша-Шкаф. Парень быстро подошел к ним. - Никита, возьмешь мою "девятку", вон она стоит. - Он протянул ключи. - Поступаешь в распоряжение Рэкса. Жить он будет в "Виктории", а сейчас, я думаю, ему хочется оказаться рядом со своей девушкой и ее братиком. Не так ли? Это не возбраняется... Часа три-четыре тебе хватит? - Вполне! - кивнул Савелий. - Отвезешь их домой и будешь ждать Рэкса, пока он не выйдет, после чего - в "Викторию", где мы и скрепим наш договор. Там же познакомишься с моей Лолитой, - добавил он, обращаясь к Савелию. Савелий заметил, что Никита странно поморщился при упоминании Лолиты, но, увидев, что Савелий смотрит на него, тут же надел на лицо маску безразличия. Вскоре Савелий и Наташа с братиком вышли из зеленой "девятки" и вошли в подъезд. В машине Савелий успел дать знак Наташе, и они промолчали всю дорогу. Даже маленький Сережа, обычно и минуты не сидевший спокойно, не проронил ни единого слова, словно понимая ситуацию. Он как бы сразу повзрослел на несколько лет. - Я буду все время здесь! - сказал на прощание Никита. - Хорошо, - бросил Савелий и хлопнул дверкой машины. - Что проис... - начала Наташа, но Савелий перебил девушку. - Как дела, герой? - спросил он Сережу. - Нормально, - как-то бесцветно отозвался мальчик. - Они что, пугали тебя? - Нет, шоколадом кормили, мультики показывали и говорили, что это просто игра такая. - Ну, правильно! - деланно рассмеялся Савелий. - Эти дяди решили так пошутить. - Да, пошутили... - недоверчиво повторил мальчик. - А один дядя сказал мне, что если Рэкс умным будет, то я сегодня увижу сестру... А кто такой Рэкс? - Рэкс - это я, - улыбнулся Савелий. - Вот здорово! - радостно воскликнул мальчик и захлопал в ладоши. - Значит, ты очень умный! - Почему ты так решил? - удивился Савелий. - Ну как ты не понимаешь, раз я вижу Наташу уже сейчас, то, значит, ты - очень умный! - Да-а... - протянул Савелий. - В логике тебе не откажешь! Наташа открыла дверь, и они вошли в квартиру. Сережа сразу бросился в бабушкину комнату, но был остановлен Наташей. - Сережа, обувь! - грозно напомнила она. Мальчик послушно вернулся, снял туфельки и сунул ноги в тапочки. Когда он ушел, Наташа повернулась к Савелию.
в начало наверх
- Сейчас ты мне можешь объяснить, что происходит, милый? - Во всяком случае, попытаюсь! - криво улыбнулся он. - Пойдем к тебе в комнату. Когда Савелий рассказал псе Наташе, она несколько минут молча сидела и удивленно качала головой, наконец тихо сказала: - Знаешь, Рэксик, что-то здесь не так, у меня такое впечатление, что им нужен именно ты, а не те два миллиона, которые якобы потеряны по твоей вине. - Но я же действительно сорвал их планы у того злополучного ларька! - воскликнул он. - Не могли же они просчитать то, что я вмешаюсь! - Тоже верно... - со вздохом согласилась Наташа. - Правда, есть один положительный момент в этой истории. - Она подмигнула Савелию и потерла ладони. - Не понял... - По крайней мере, мы сейчас точно знаем, что ты воевал в Афганистане! Плохо, что твое имя этот бандит не помнит. - Да, бусинка к бусинке, - ухмыльнулся Савелий. - А ты как думал? - возмутилась Наташа. - Ты, главное, верь и почаще нагружай свой мозг! - Ты знаешь... - начал он и смущенно замолчал. - Даже и не знаю, может, глупость... - Говори! Глупость не глупость - видно будет! - Помнишь, я говорил тебе о дереве? - Ну? - Тогда мне показалось, что там был еще какой-то старик, а сегодня ночью этот старик явился мне! - Явился? Во сне, что ли? - Даже не знаю... И во сне и наяву. И так ясно, словно живой... Сидит на скрещенных ногах и в упор смотрит на меня, словно хочет, чтобы я что-то понял... - Может, дедушка твой? - Ага, дедушка! - усмехнулся он, - Седой как лунь, и лицо явно восточного типа. Самое интересное, что оно мне показалось очень знакомым. Я пытаюсь за чтото ухватиться и, кажется, вот-вот ухвачусь, но старик вдруг исчез и с ним все мысли мои. - Интересно! - воскликнула Наташа. - Вспоминай почаще его лицо, может, это поможет тебе... Ладно, - пойдем пообедаем, бабушку и Сережку накормим, а потом поедем в твой клуб. - Но... - Никаких "но": в четыре глаза и четыре уха мы скорее что-нибудь узнаем, не так ли? - В ней было столько упрямства и смелости, что Савелий решил смириться с ее решением, хотя и ощущал какую-то тревогу. Когда зеленая девятка" остановилась перед довольно обшарпанным старым зданием, построенным скорее всего в девятнадцатом веке, Савелий с Наташей удивительно переглянулись. Их удивление заметил и Никита. - Не судите по внешнему виду! - многозначительно бросил он, затем нажал на клаксон, который издал красивую незатейливую мелодию. Вскоре часть стены, вернее, ворота, закамуфлированные под стену, сдвинулись в сторону и открыли арку, куда машина и въехала. Ворота тут же закрылись. Они оказались во дворе здания, построенного в виде квадрата. На этот раз Савелий и Наташа удивились другому: внушительный дворик был с потолком и скорее напоминал отличный гараж с мойкой, несколькими боксиками для легковых машин и даже со своей автозаправкой. - Если уж здесь такой гараж, то можно себе представить, что нас ожидает внутри! - с восторгом произнес Савелий, - Кажется, Никита, вы были правы... Тот ничего не сказал и лишь довольно усмехнулся. - Куда прикажете? Ничего, что я не в смокинге? - ерничал Савелий. У него было какое-то странное, игривое настроение, но Наташа была серьезна, и ей явно не нравилось его состояние. Савелий вздохнул и сменил тон. - Или в машине будем сидеть? - Сейчас к нам выйдут, - заверил лениво Никита. Не успел он ответить, как из роскошного стеклянного подъезда вышел высокий парень и подошел к машине. - Вас ждут! - коротко сказал он, глядя на Савелия. Когда за Савелием из машины вышла и Наташа, парень сказал: - Нет, мне ведено привести только его! - Она пойдет со мной, - тихо бросил Савелий. Парень секунду подумал, но не решился брать решение на себя и вытащил из кармана рацию. - Извините, мадам, но с ним еще девушка... - Пусть побудет пока в машине. - Женщина говорила повелительно, но потом, вероятно осознав, что ее могут слышать, добавила: - Передайте, что ей не придется долго ждать, за ней скоро придут, пусть извинит меня. Парень повернулся к ним и пожал плечами, как бы говоря, что он попытался помочь, но... - Ладно, Наташа, побудь здесь... с Никитой. - Савелий многозначительно посмотрел на него. - Можете не волноваться о своей девушке - сохраню, как мать родную! - Вот-вот! Именно, как мать родную - кивнул Савелий и успокаивающе притронулся к Наташиной руке. - Все будет хорошо, - прошептал он, затем повернулся к высокому парню: - Что ж, веди к своей "мадам"! - Ее зовут Лолита. - Было заметно, что ему не очень понравился тон Савелия. Он повернулся и довольно быстро пошел вперед, а Савелий понял, что речь идет о той самой, кого упоминал их новый знакомый по имени Леша. Они вошли в просторный вестибюль, застеленный ковровыми дорожками. В нишах стен стояли красивые живые цветы. Посередине вестибюля бил небольшой фонтанчик, выложенный из розового мрамора. Огромные зеркала создавали своеобразный уют, дополненный огромными мягкими креслами вокруг журнальных столиков. Они подошли к лифту, внутри которого тоже можно было посидеть на мягкой скамейке, и довольно быстро поднялись на шестой этаж. Судя по кнопкам, в здании было восемь этажей, хотя снаружи Савелий насчитал десять. Когда дверь лифта раскрылась, он снова увидел копровые дорожки, но гораздо более дорогие. Вестибюль был несколько меньше, чем на первом этаже, а дверей было всего две. Высокий парень повел Савелия а дальнюю от лифта. Савелий вошел и остановился, несколько пораженный увиденным: огромный кабинет выглядел просто роскошно. Розовая итальянская мягкая мебель, обитая тончайшей натуральной кожей, на стенах полотна известных художников, еле слышно гудел кондиционер, королевский ковер, разложенный на полу, был так великолепен, что по нему было жалко ходить в обуви. Савелий в нерешительности остановился у порога. Утопая в огромном кресле перед столом с компьютером, музыкальным центром и отличным "Панасоником" с метровым экраном, миловидная девушка с полудетским личиком внимательно смотрела на Савелия и, казалось, изучала его. Как ни странно, ее взгляд постепенно становился все более безразличным, даже брезгливым. Парень, стоящий перед ней, совершенно не производил впечатления того, кто мог стать ее кумиром на ринге и на котором можно было заработать хорошие деньги. Пауза продолжалась, и было похоже, что девушка не знает, как прекратить ее и выпроводить посетителя. Савелий совершенно спокойно ожидал, когда эта симпатичная "мартышка", как он мысленно окрестил ее, начнет разговор. Конечно, он уже понял, что не произвел на нее ожидаемого впечатления, но это нисколько не огорчило, а скорее, позабавило его. Неожиданно для себя самого он вдруг пошел по этому роскошному ковру, утопая в нем по щиколотку, подошел к стоящему напротив стола креслу и плюхнулся в него. Лолита с недоумением и любопытством наблюдала за ним, и в ней боролись два чувства: неожиданное уважение к незнакомцу и задетое самолюбие. Никто из ее окружения не решился бы так вести себя в ее присутствии. Что себе позволяет этот недоносок? Откуда столько самоуверенности и наглости? Ее рука уже потянулась к кнопке. После сигнала в кабинет бы ворвались ее телохранители, чтобы вышвырнуть отсюда этого нахала. - Я вижу, что ваше любопытство уступило место негодованию и вы хотите прогнать меня отсюда. Не так ли? - Савелий сказал это настолько простым и естественным тоном, вдобавок угадай ее мысли, что девушка, не желая признать его правоту, неожиданно изменила свое решение. - Вы правы только наполовину: вы действительно возбудили во мне любопытство. Что же касается второй половины... - Она нажала другую кнопку, и в кабинет тут же заглянула высокая стройная девушка. Савелий сразу же оценил ее стройные ноги, едва прикрытые коротенькой юбчонкой, и высокую грудь под прозрачным шифоном. - Чего изволите, мадам Лолита? - с обворожительной улыбкой спросила девушка. - Что будете пить и есть? - повернулась Лолита к Савелию. - Виски с содовой и фрукты! - хмыкнул Савелий. - Ананас, киви, кокосы и манго... - Савелий не смог больше придумать ничего экзотичнее, но бы уверен, что его заказ оценен по достоинству. - А мне джин-фисс и те же фрукты! - Лолита очаровательно улыбнулась Савелию. - Вы мне начинаете нравиться, молодой человек. - Лолита встала из-за стола, обошла его и остановилась прямо перед Савелием. Она была одета в коротенькие шортики, которые удивительно подчеркивали ее точеную фигурку. У Савелия мгновенно пересохло во рту: она напоминала ему кого-то из прошлого. Это было приятное воспоминание, точнее сказать, не воспоминание, а ощущение, но и грустное одновременно. Лолита приняла его замешательство на свой счет, и это было ей явно приятно. - Думаю, что я вам нравлюсь! - самоуверенно проговорила она. - Да, вы... - Савелий запнулся, пытаясь найти слова для своих ощущений, но так и не нашелся что сказать, и снова Лолита поняла его замешательство по-своему. - Но я недосягаема для вас! - закончила она. - Что-то вроде этого, - решил согласиться он. Лолита присела на подлокотник кресла. Ее грудь оказалась в соблазнительной близости от его лица, но ее это нисколько не шокировало, скорее наоборот, видно было, что девушке захотелось немного поиграть: она положила руку ему на плечо и склонилась, томно прошептав, едва не касаясь его губ: - Все в наших руках, милый мальчик! - Мальчик? - усмехнулся Савелий. - А вам, мадам Лолита, не жалко своей аппаратуры и мебели? - В каком смысле? - его вопрос явно озадачил Лолигу. - Кто-то заметит эту странную сцену, донесет до ушей вашего Леши, его бравые мальчики бросятся на меня, и мне придется защищать вашу честь и свою жизнь, а значит, пострадает ваш интерьер! - Он говорил спокойно, как бы назидательно, и вызвал на ее лице улыбку. - И вы, конечно же, уверены, что выйдете победителем в этой схватке! - Она притронулась к его бицепсам. - Ого! Железный мальчик... Хорошо! - Она легко встала и снова вернулась на свое место. - Мы с Лешей доверяем друг другу, и если одному из нас придет в голову переспать с кем-либо, то он пожелает другому хорошо провести время и, главное, получить удовольствие. Вам ясно? - с намеком бросила она. - Более чем! - Вот и хорошо. Теперь о деле... - Сначала разрешите вопрос? - Прошу. - Нельзя ли пригласить сюда мою девушку, которая дожидается в машине и... - И волнуется за вас? - хмыкнула Полита. - Что вполне естественно! - кивнул он. - Через пять-десять минут ее пригласят. Сначала мы должны все обговорить вдвоем... - В этот момент в дверь постучали, и та же девушка вкатила в кабинет столик на колесиках, на котором стояло все, что они заказывали. - Прекрасно, Машенька, ты свободна, - сказала Лолита, и девушка, бросив исподтишка любопытный взгляд на Савелия, тут же выскользнула из кабинета, тихонько прикрыв за собой дверь. - Прошу вас... Рэкс, кажется? - кивнула Лолита на столик, и Савелий вынужден был встать, взять ее джинтоник, поставить перед ней и спросить: - Что из фруктов? - Ломтик ананаса. - Она взяла его с тарелки, протянутой Савелием, своими изящными пальчиками с яркими наманикюренными ногтями и подняла свой бокал. - За то, чтобы наше с вами сотрудничество принесло то, чего каждый из нас ожидает. - Прекрасный тост, особенно вторая его половина, - усмехнулся Савелий. - Вы все еще не можете успокоиться из-за причин, которые заставили вас согласиться с нашим предложением? - А вы как думаете? - не очень дружелюбно бросил Савелий. - Что же, если придерживаться традиций, то мы должны стать в будущем хорошими друзьями, - улыбнулась Лолита. - Там видно будет... - Савелий отпил виски, взял из вазы киви, оглядел стол в поисках ножа. - Ну, Машка! - бросила в сердцах Лолита и потянулась к кнопке. - Не волнуйтесь, мадам Лолита, я, как тот комсомолец, всегда ношу ножичек с собой! - Савелий сунул руку в карман и вытащил найденный им у трупа нож. С характерным щелчком выскочило лезвие, и Савелий, увлеченный чисткой киви, не заметил, как взволнованно заблестели глаза у хозяйки кабинета при виде этого ножа. Однако через мгновение Лолита взяла себя в руки. - Интересная вещичка... разрешите? - Она взяла ножик и стала его внимательно рассматривать. Это был определенно тот самый нож, которым она кастрировала своего насильника. Странно, как мог он оказаться у этого парня? Ее волнение не ускользнуло от Савелия. - Эта игрушка вам что-то напоминает? - неожиданно спросил он. - В общем... - Она не сразу нашлась, что ответить. - Кажется... нет, я просто уверена, что это тот самый нож, что у меня пропал с месяц тому
в начало наверх
назад... - Поняв, что сидящий перед ней парень не так прост, как может показаться с первого взгляда, она не решилась свести все на шутку, а сказала полуправду. - Откуда он у вас? - Нашел. - Савелий совсем не хотел говорить правду, хотя его и подмывало на это, чтобы посмотреть на реакцию хозяйки, но это могло оказаться опасным. - Чуть не на помойке валялся, весь в грязи... А когда почистил и смазал, совсем ничего. - Да, мне очень в нем ручка нравилась - с большой любовью сделана. - Мастера всегда видно... Если-хотите, могу вам его подарить. - Правда? - Она облегченно вздохнула. - Приму с удовольствием и попытаюсь возместить вам эту утрату. - Не стоит, право... - Он сделал вид, что сконфужен. - Ладно, оставим взаимные любезности и перейдем к делу. - Долита, получив желаемое, сразу превратилась в деловую женщину. - Я готов. - Вот и прекрасно. Как вам уже известно, вы должны быть готовы к юбилею клуба - это ваша основная задача. Сейчас вам покажут ваш номер, тренировочный зал, ресторан, комнату отдыха. Единственное условие, которое вы должны выполнить беспрекословно, - я должна всегда знать, где вы находитесь. Именно поэтому с вами всегда будет Никита. Вопросы, пожелания? - Вопросов нет, а свои пожелания я уже высказывал. - В таком случае... - Лолита нажала кнопку, и в кабинет вошел Никита. - Никита, покажи Рэксу наш клуб и его номер. - Слушаюсь, мадам Лолита. - Да, его девушку можешь привести. - Она повернулась к Савелию. - Как вы понимаете, она тоже будет под защитой. - Можете быть спокойны: глупостей ни я, ни она не наделаем, договор есть договор! - заверил Савелий. - Приятно иметь дело с умным человеком. Желаю удачи, еще увидимся. - Спасибо за виски - ухмыльнулся Савелий и вышел вслед за Никитой. Едва дверь за ними закрылась, Лолита взяла в руки нож и задумчиво нахмурилась. Это совпадение ей показалось странным: не стоит ли за всем этим что-то более серьезное? КАПИТАН ВОРОНОВ Андрей Воронов постепенно приходил в себя, и как только начал ходить, позвонил Савелию. Он звонил довольно рано, в семь утра, но телефон Савелия молчал. Первая неудача нисколько не насторожила его: мало ли почему человек не оказался дома в семь утра. Да и позвонил он ему только потому, что уже две недели не получал от него весточек, которые тот обычно посылал регулярно. Как и сам Воронов, Савелий не очень любил писанину, и его послания скорее напоминали конспективные записи, но, надо отдать ему должное, он всегда умел выделить самое важное. Воронов пунктуально отвечал на его послания и очень скучал по Савелию. Последние события - Андрея ранило, а Савелий, сам находясь в смертельной опасности, сумел спасти его от гибели - еще сильнее связали их, укрепили дружбу, тянущуюся с детства. Это была даже не дружба, а нечто большее, что невозможно передать простыми словами. Каждый из них, говоря о другом, обязательно добавлял: "Он мне больше, чем брат!" Конечно, самым большим событием, сплотившим их воедино, была война в Афганистане. Страшная война, на которой чувствуешь себя уязвимым со всех сторон. Те, кто оставался на этой войне почти с самого начала, как они с Савелием, довольно быстро осознали дикую ненужность этой "освободительной" войны. Осознали, но ничего не могли поделать: они были СОЛДАТАМИ, они исполняли свой ДОЛГ, подчиняясь только одному командиру - ПРИСЯГЕ. Воронов часто думал об этой войне, пытаясь что-то доказать самому себе, пытаясь понять, почему ему и Савелию (и он неоднократно говорил ему об этом) было гораздо спокойнее и увереннее там, за Речкой? И не находил однозначных ответов. Капитан Воронов понял одно: прошедшие войну в Афганистане и не прошедшие ее - совершенно разные люди. Нет, он нисколько не идеализировал первых: были среди них подонки, проходимцы, рвачи и предатели, но процент таких людей был очень маленьким. Воронов, отдавший всю свою сознательную жизнь армейской службе, читал не только уставы. Он анализировал события, в том числе и опыт американцев во вьетнамской войне, и прекрасно понимал, что рано или поздно у ребят, прошедших афганскую войну, может развиться "военный синдром", и это может грозить большими неприятностями не только для "афганцев", но и для окружающих. Он не понимал, почему страна, кинувшая их в мясорубку этой ненужной войны, не заботится о них, хотя опыт американцев ясно говорил, чем это грозит для ее сыновей. Да, конечно, страна переживает сейчас трудный период и плохо многим: развалена экономика, не хватает средств для решения жизненно важных проблем... Но чем виноваты молодые ребята, которых бросили в этот котел? Совсем еще пацаны, без жизненного опыта, обязанные взрослеть не по дням, а по часам... Нет, Воронов никак не мог простить стране то, что она не уделяет должного внимания этим бывшим солдатам. Им нужны реабилитационные центры, медицинское наблюдение, помощь в решении социально-бытовых проблем. Воронов повесил трубку и чертыхнулся, выходя из кабины. - Не отвечает ваша знакомая? - усмехнулась телефонистка. - Что? А... Не отвечает... - угрюмо бросил Воронов. "С Савелием что-то случилось! - подумал он. - Не мог он, даже если уехал из города, не сообщить ему об этом. Не мог!" - Вот что, девушка, наберите-ка вот этот номер, пожалуйста! - Он быстро набросал на бланке-квитанции телефон Богомолова. - В течение часа... - начала она, но, перехватив его взгляд, поняла что-то, а может, ем передалось его волнение. - Я попытаюсь, - виновато добавила она и стала набирать номер. Воронова подмывало походить по залу, но он не мог оторваться от стойки, словно своим присутствием мог помочь моментальной связи с Москвой. - Воронов?! - услышал он через несколько минут. - Вам повезло: Москва на проводе. Шестая кабина! - улыбнулась девушка, довольная, что так быстро удалось соединить с Москвой этого странного мужчину с военной выправкой. - Спасибо! - крикнул он, устремляясь в кабину. - Приемная? Мне генерала Богомолова. - Генерал занят, - услышал он бесстрастный голос помощника. - Кто его спрашивает? - Товарищ полковник, это срочно! Скажите генералу, что из Ялты звонит капитан Воронов. - Не уверен, но попытаюсь доложить. - Чуть поразмыслив, полковник решил, что лучше получить нагоняй за назойливость, чем взбучку, если там действительно чтото важное. Он нажал кнопку селектора. - Товарищ генерал, на проводе капитан Воронов из Ялты... Он не успел закончить фразы, как из динамика вылетел торопливый голос генерала: - Соедините, срочно! Порадовавшись своей интуиции, полковник переключил телефон и снова вернулся к бумагам. - Слушаю вас, капитан Воронов! Что случилось? - Константин Иванович, здравствуйте! Меня очень волнует то, что Говорков не отвечает на звонки и не пишет мне... - Чувствовалось, что Воронов очень взволнован. - Как ваше лечение? - попытался оттянуть ответ Богомолов. - Да здоров уже, здоров, надоело бока пролеживать! - ответил Андрей и тут же спросил: - С ним чтото случилось? - Понимаешь, капитан, ничего конкретного мы не знаем, но... Говорков действительно исчез, и, где он, никто не знает! - Так... - вздохнул Воронов. - А что все-таки известно? - На его лестничной площадке произошел взрыв, который несколько повредил его квартиру и две другие, повыбивав у них двери. Но по данным расследования этот взрыв к Говоркову отношения не имеет. С тех пор он как в воду канул... - виновато закончил генерал. - Интересное кино получается! - буркнул Воронов. - Исчез человек и всем наплевать! Так, что ли? - Ну зачем вы так? Его поисками занимаемся вплотную, но результатов пока нет, вы правы, - признал генерал. - Все, заканчиваю свое лечение и сегодня же вылетаю в Москву! - выпалил Воронов. - А вы уверены, что вам уже можно? - Когда Савелий спасал меня и лез под пули, спасая вашу чертову демократию, он не задумывался, что может погибнуть. - Капитан проговорил это тихо и зло. - Хорошо, возможно, вы правы. Вылетайте и сразу же ко мне: пропуск будет выписан, - согласился генерал и через мгновение поинтересовался: - У вас есть какието соображения? - Только одно: то, что взрыв не был предназначен для него, еще ничего не означает! Он мог оказаться случайным и ненужным свидетелем. - Мы с вами одинаково мыслим. До встречи! - В трубке раздались короткие гудки, и Воронов положил ее, задумчиво покачивая своей седоватой головой. Оплатив разговор и еще раз поблагодарив телефонистку, Воронов быстро добрался до касс "Аэрофлота", и после некоторых затруднений, разрешившихся после второго звонка Богомолову, ему удалось приобрести билет на самолет, правда на завтрашний день. Полученная от генерала информация не давала покоя. Капитану не хотелось никуда идти. Он уложил свой нехитрый багаж в спортивную сумку, улегся на диван и уткнулся в экран телевизора: какая-то инструментальная группа что-то наяривала, звука не было, но Воронова это устраивало - немой экран не мешал размышлять. "Что же с тобой случилось, сержант? Почему не сообщаешь о себе? Неужели тебя уже нет в живых? - Воронов так стиснул зубы, что начало сводить скулы. - А может, тебя держат где-нибудь и не дают ни с кем связаться?" Капитан встал и начал взволнованно ходить из угла в угол. Нет, не могло с Савелием случиться чего-то непоправимого! Он столько испытал, что этого хватило бы на несколько жизней. Не может быть Бог так несправедлив к нему! Не может! Скорее бы наступило утро, тогда можно будет отправиться в Москву. Воронову казалось, что он наверняка сможет разыскать Савелия, помочь ему. Воронов снова прилег на диван и попытался успокоиться. Ему вдруг вспомнилось детство... С маленьким Савушкой они подружились как-то случайно. Савушка воспитывался в детском доме, который находился недалеко от деревни, где Андрей жил со своей теткой. Он был на несколько лет старше своего приятеля и считал себя вполне самостоятельным мужчиной. Деревня была малонаселенной, да и то одними старушками и стариками. Андрею не хватало общения со своими сверстниками и потому постоянно тянуло к ограде дома, за которой слышались веселые детские голоса. В тот день он остановился у потайного места, укрытого в густой зелени, и в небольшую щелку наблюдал, что происходит во дворе. Ему нравилось смотреть, как старших мальчиков учили ходить "по-военному", как они играли в пятнашки, в прятки, и он часто представлял себе, как он присоединяется к ним и поражает их своей ловкостью и сообразительностью. Замечтавшись, он не заметил, как трое мальчишек подошли к его "наблюдательному пункту". Сначала он думал, что пацаны уединились от посторонних глаз, чтобы покурить, но вдруг заметил, что они крепко держат щупленького паренька, щелкая его то по носу, то по ушам, то отпуская ему подзатыльники. Андрея поразило, что этот паренек, чуть не на голову ниже своих мучителей, стоически переносил издевательства, не издавая ни стона, не прося пощады. - Ну, что, сосунок, попросишь у своей Томочки денег? - осклабился один из мальчишек, весь усеянный конопушками. - Не дождешься, Рыжий! - выпалил неожиданно паренек. - А это тебе за "рыжего"! - Тот вдруг предательски дал пареньку под дых, и он глухо ойкнул. - Зря ты не хочешь дружить с нами. Прав тот, кто сильней! - совсем по-взрослому добавил Рыжий. - Я никогда не буду такими, как вы! Никогда! - пересиливая боль, выкрикнул паренек. - И знайте, вы трусы! И я вас всех отловлю поодиночке! - Не успел он договорить, как вновь получил сильный удар, на этот раз по лицу. Из носа потекла кровь. Этого Воронов уже не смог вынести: он быстро перемахнул через забор и выхватил из штанишек отцовский ремень, которым всегда гордился. Ремень был единственной памятью об отце, умершем от старых фронтовых ран. Через два года после его смерти мать, не сумевшая справиться с горем и постепенно спивающаяся, повесилась, и ее сестра забрала Андрюшу к себе. Он много читал и особенно любил приключенческие романы, где говорилось о долге, чести и дружбе. Эти книги пробудили в нем обостренное уважение к справедливости, честности, своему слову, которое он никогда не смог бы нарушить. Сейчас перед ним были враги, которые держали в руках его друга и всячески издевались над ним. Их больше, и они сильнее его, но он должен освободить приятеля во что бы то ни стало. Андрюша бросился на них и стал лупить ремнем по чему попало. Ошеломленные неожиданным нападением, пацаны выпустили своего маленького пленника, попытались сопротивляться, но действовали настолько неумело и неслаженно, что вскоре решительно бросились наутек. А Рыжий, отбежав на безопасное, с его точки зрения, расстояние, остановился и, всхлипывая от боли, крикнул: - Ты еще попомнишь нас! Мы еще встретимся! В горячке Андрюша метнулся
в начало наверх
к нему, и тот моментально бросился за угол. Андрюша остановился, постоял немного, все еще ощущая желание кому-нибудь наподдать, потом повернулся к пацаненку. Тот уже оправился от боли и стоял, широко расставив ноги и держа в руках какую-то суковатую палку. У него был настолько воинственный вид, а рост был настолько маленьким, что Андрюша не выдержал и громко расхохотался. Сначала пацаненок насупился и хотел обидеться, но его защитник так заразительно смеялся, что и он не выдержал. Насмеявшись до икоты, они повалились в траву, утонув в ней, и устремили свои взоры в синее небо, по которому медленно плыли редкие белые облака, похожие на причудливые деревья, на фантастических зверюшек. - Кто такая Томочка? - неожиданно спросил Андрюша, - Тетя Тома - наша истопница, - немного помолчав, ответил мальчик. Сначала он не хотел отвечать, но потом ему вдруг захотелось поделиться со своим спасителем самым сокровенным. - Она очень жалеет меня... то конфетку даст, то печенье. - Он вздохнул. - Холостая она... - ни с того ни с сего проговорил он. - А то, может быть, и взяла бы меня в сыновья. - У тебя что, никого нет: ни папы ни мамы? - нахмурился Андрей. - Никого, - вздохнул пацаненок. - А я тоже... - Он вдруг замолчал и добавил: - С теткой живу. Вон там, в белом доме. - Знаю, - сказал пацаненок. - На нем еще ставни с петушками. - Откуда ты знаешь? - удивился Андрей. - Я видел там тебя один раз. - А, когда вы на речку шли? - подмигнул он. - Тебя как зовут? - Савушка. - Савка? - Он вдруг встал и протянул ему руку. - А меня Андреем! - Савушка быстро вскочил и пожал протянутую руку. Ему вдруг стало удивительно хорошо и тепло, он улыбнулся. - Если что, ко мне прибегай, мы им покажем! Будут знать, как маленьких обижать! - Андрей погрозил кулаком в сторону скрывшихся Савушкиных мучителей. - Значит, ты хочешь со мной дружить? - Мальчик никак не мог поверить в свалившееся на него счастье. - Конечно! Есть хочешь? - Я всегда хочу есть... - виновато ответил Савушка. - Тогда дуй за мной! - весело бросил Андрюша и устремился к забору, где давно раскачал и вытащил из доски нижний гвоздь. Отодвинув доску в сторону, он повернулся к Савушке, который все еще никак не мог решиться без спросу выйти за ограду, но голод и любопытство победили: он махнул рукой и быстро юркнул в щель в заборе. Маленький Савушка с трудом поспевал за Андрюшей, но ни разу не попросил его остановиться. Наконец они добежали до полосы зеленых насаждении, и Андрюша, дождавшись Савушку, приставил к губам палец, поводил головой по сторонам, затем кивнул - следуй за мной! - и юркнул в густую зелень. Савушка последовал за ним и едва не ткнулся ему в спину. Они оказались у проволочного заграждения, и Андрюша осторожно выглянул из кустов. - Это огуречное поле, - шепотом проговорил он. - Урожай на них в этом голу очень уж хорош: так и прет! - с восхищением проговорил он, явно повторяя то, что слышал от взрослых. - Наедимся сейчас от пуза! - А если поймают? - чуть испуганно выдавил из себя Савушка. - Это же колхозное поле... - Не бойсь, в это время сторож завсегда спит в своем шалаше. Я ж не раз ходил сюда! - прихвастнул Андрей, однако было заметно, что и его что-то беспокоит. - Ты что же, боишься? - спросил он и уставился на Савушку. - Нет, не боюсь, только страшновато чуть: а вдруг стрельнет из ружья солью или еще чем... Знаешь, как больно? - прошептал тот. - В тебя что, уже попадали? - удивился Андрюша. - Не... пацаны рассказывали, дней пять садиться больно. Андрюша немного помолчал. Он и сам уже готов был вернуться, но очень уж не хотелось ударить в грязь лицом перед своим новым другом. - Вот что, ты будь здесь, посматривай, - совсем повзрослому предложил он. - Свистеть умеешь? - Умею двумя пальцами, - доложил Савушка, довольный, что может хоть чем-то помочь Андрюше. - Увидишь кого, свисти. Понял? - Ага. - Так я пошел. - Андрей еще раз выглянул из кустов, осмотрелся и, не заметив опасности, ринулся на поле, быстро складывая за пазуху зелененьких толстячков. Чисто интуитивно он двигался не к середине поля, а по краю, отходя в сторону от того места, где его ожидал Савушка. А тот, увлеченный наблюдением за полем, не заметил, как сзади него появился щупленький сморщенный дед в заплатанном ватнике. В руках он сжимал древнюю берданку. Он напоминал шолоховского деда Щукаря. Сторож только что сытно перекусил и решил прогуляться перед тем, как подремать на солнышке. На Савушку он наткнулся совершенно случайно: зашел в кустики по нужде, и вдруг его глаза наткнулись на вихрастую детскую головку. Он неожиданности дед даже забыл о своих потребностях. Если бы паренек был постарше, то он, возможно, и рявкнул бы на него, а этот шпингалет еще заикаться начнет... Нет, такой грех он не может взять на себя. И вот Трофимыч, как величали его в деревне, стоял и не знал, как ему поступить. Наконец, он решил осторожно уйти восвояси. Сделав пару шагов, он уже хотел повернуться, но в этот момент под ногой предательски хрустнула сухая ветка. От неожиданности старик замер, а маленький Савушка испуганно повернулся на звук и тоже замер с открытым ртом, увидев перед собой сторожа с ружьем. Несколько секунд они смотрели друг на друга, и оба, правда по разным причинам, с испугом. Первым нарушил молчание старик. Как можно более дружелюбно он произнес: - Что, тоже до ветру зашел в кустики? - Я? - Савушка настолько испугался, что даже не слышал вопроса. - Ты чей, постреленок? - с улыбкой спросил старик. - Что-то я тебя не знаю. Из городских, что ли? В гости приехал к кому или как? - Он вдруг заметил испуганный взгляд мальчонки, устремленный на его берданку. - Да не боись ты ее! - Старик чертыхнулся про себя: "Черт бы побрал эту оружию!" - Она и не стреляет вовсе! Вот смотри! - он снял ее с плеча, опустил прикладом вниз и даже стукнул о землю, чтобы убедить пацана в правдивости своих слов. Но тут случилось нечто неожиданное: неизвестно по какой причине, возможно оправдывая пословицу "Раз в год и кочерга стреляет", берданка, словно обидевшись на своего обладателя, выстрелила. Звук выстрела был настолько громким, что мальчик упал в траву и не шевелился, а старик побледнел как мертвец, не в силах сдвинуться с места. Как же так, стреляло же вверх? Неужели парнишку убил? Он наконец бросил в сторону злополучное ружье и наклонился над пацаненком: - Господи Боже мой! Как же так, хлопчик, родной, та не вмирай ты за ради Бога! - Он вытащил из кармана ополовиненную чекушку, трясущимися пальцами откупорил ее и влил в рот Савушке. Тот сделал глоток, закашлялся от крепости сорокоградусной, открыл глаза и совершенно бессмысленно посмотрел на старика. - Слава тебе. Господи! - воскликнул тот и тоже хлебнул на радостях. - Жив, постреленок! Как же ты испужал старого дурня! - А где я? - спросил Савушка, озираясь вокруг. - Где-где... та рядом с огуречным полем, будь оно не ладно! - отозвался старик. - Сам-то ты чей? - Из детдома я... - Он вдруг все вспомнил и огляделся по сторонам. - Мы... я тут... - Сиротинушка значит... - Старик покачал головой. - Вот дурень старый! - Он вздохнул и вдруг спросил: - Голодный, небось? Савушка не ответил и только опустил глаза. Старик сунул руку за пазуху и вытащил оттуда небольшой сверток. Там был кусочек сала и ломоть хлеба - все, что осталось от его обеда. - Вот возьми... Погодь! - Он вскочил на ноги, как молодой побежал в сторону поля, поднырнул под проволоку и вскоре вернулся, неся аппетитные зеленые огурчики. - Бери: сам покушай и друзьев своих попотчуй. - Он вздохнул, погладил Савушку по головке, поднял с земли злополучную берданку и медленно направился к своему шалашу, смахивая на ходу старческие слезы. Савушка смотрел ему вслед и ему почему-то было жаль этого доброго дедушку, который так хорошо угостил его. - Как ты, Савка? - донесся из-за кустов испуганный шепот Андрюши. - Ушел он... - вздохнул Савушка. - У меня душа в пятки ушла, когда выстрел услышал. Думал, что либо тебе, либо мне в зад сейчас влепит. Так это он по тебе стрелял? - Не-е-е... дедушка и сам испужался, когда она выстрелила! - Мальчик почти успокоился, но ему явно нужна была разрядка, и он захохотал. - Он ею стук об землю, а она как бабахнет! - Он снова закатился от хохота, а его новый дружок растерянно смотрел на него и молчал. Наконец Савушка отсмеялся и взглянул на Андрюшу. - Что-то есть хочется. - Вот... - его друг высыпал из-за пазухи несколько огурцов. - Остальные порастерял, когда сюда бежал. - А дедушка вот что нам дал, - Савушка указал на хлеб и сало. - Живем, братишка! - воскликнул Андрюша, и они стали уплетать за обе щеки неожиданно свалившуюся на них еду. Воронов улыбнулся, вспомнив, как Савушка совсем еще пацаненком проявил настоящий характер. Он долго пытался научить Савушку нырять с дерева, причудливо изогнутого прямо над водой. До воды было метра два с половиной, вроде не очень высоко, но как же трудно преодолеть свой страх в таком возрасте! Он и сам, хотя и был гораздо старше Савушки, долго не решался испытать это "удовольствие". Решительно взбираясь на дерево, когда никого вокруг не было, он смотрел вниз, и поверхность воды казалась такой далекой, что моментально начинала кружиться голова, и он намертво вцеплялся в спасительный ствол и сидел на дереве до тех пор, пока его оттуда не сгонял голод. Тогда он осторожно спускался с дерева и обещал себе, что в другой раз непременно прыгнет. Ему помог случай. Однажды, оглядевшись и никого не увидев вблизи, он взобрался наверх, и снова его обуял страх. Вполне возможно, что и в этот раз ему пришлось бы спуститься на землю обычным свои путем, но... - Какой же вы смелый! - неожиданно услышал Андрюша. Он увидел девочку лет тринадцати и сразу же вспомнил, что тетка говорила о ней. Она приехала из Ленинграда к своей бабушке на неделю, пока ее родители не вернуться из-за границы. На ней было красивое голубое платье, а в длинных волосах торчал огромный, такого же цвета, бант. - Вы, наверное, часто с него прыгаете? - спросила она и улыбнулась. Какой молодой человек признается в такой ситуации, что ни разу не прыгал, да и сейчас прыгать не собирается? Преодолевая страх, Андрюша уверенно уселся верхом на ствол и покровительственно посмотрел на девочку. - Когда хочется, тогда и прыгаю! - ответил он не очень любезно. - А вы не возражаете, если и я попробую? - проговорила она и, не дожидаясь ответа, быстро скинула платье, оставшись в ярко-синем закрытом купальничке, собрала волосы в тугой пучок на затылке и снова взглянула на Андрюшу. На ее миловидном лице было столько конопушек, что их невозможно было сосчитать. - Как вы прыгаете: ногами вниз или головой? - спросила она, и в ее голосе ему послышалась ирония. Этого Андрюша уже допустить не мог. Не отвечая на ее, как ему показалось, издевательский вопрос, он уверенно поднялся, но, взглянув на воду, с трудом удержался на ногах, покачнувшись от страха. У него вновь закружилась голова. Но он сумел справиться с минутной слабостью и посмотрел на ехидную девочку. - "Солдатиком" прыгают только маленькие! - бросил он и вдруг решительно ринулся вниз головой. Ему показалось, что он летел целую вечность, но это был такой упоительный полет, что ему уже было все равно. Страх ушел куда-то прочь, и он даже услышал, как испуганно вскрикнула девочка, но уже не успел это осмыслить: его руки коснулись воды, и он ушел в глубину. Вынырнув, он горделиво осмотрелся вокруг, ища на берегу девочку, но там лежало только ее платье. Он уже подумал, что она испугалась и убежала, по в этот момент увидел ее па дереве. Она помахала ему и вдруг вспорхнула вверх, словно пытаясь взлететь, как птица в небо, потом изящно изогнулась в воздухе, сложила руки вместе и очень красиво, почти без брызг, вошла в воду. Андрюша вылез на берег. Его праздник, его триумф был вконец испорчен этой кривлякой. Он сел на траву и с завистью поглядывал, как классно плывет девочка. А она, - видя его внимание, специально демонстрировала различные способы плавания, легко и грациозно взмахивая над водой худенькими руками. Вволю наплававшись, она вышла на берег и кокетливо распустила свои волосы, которые засверкали на солнце, переливаясь волнами на девичьих плечиках. Неожиданно у него совсем изменилось настроение, и он уже не обижался на эту горожанку. - А знаешь, я же первый раз прыгал, - неожиданно признался он и смущенно покраснел. - Я знаю: второй день наблюдаю за тобой! - просто отозвалась она, смешно взмахивая руками, чтобы стряхнуть с тела воду. Андрюша снова покраснел и опустил голову, но потом неожиданно весело
в начало наверх
рассмеялся. - Так ты меня специально подначивала? - Конечно! - кивнула она и тоже рассмеялась. - А ты классно плаваешь и ныряешь, - признал он. - Не очень: я же за город выступаю, а когда входила в воду, чуть ноги назад завела... - увлеченно начала она, но тут же спохватилась. - А тебя как зовут? - Андрей. - А меня Таней. Вот и познакомились... Интересно, сейчас, вспоминая эту девочку, которую он так больше никогда и не видел, Воронов почувствовал такую тоску по тем беззаботным временам, что у него защемило в груди и почему-то стало жалко себя. На чем он остановился? А, вспомнил: как Савушка проявил свой характер... В тот день они уже пару часов плескались в воде, а Андрюша все подтрунивал над Савушкой, пытаясь заставить его прыгнуть в воду с дерева, но тот никак не хотел поддаваться на уговоры. Вскоре они проголодались, но Савушка не захотел возвращаться в детдом на обед, и Андрюша предложил ему подождать, а сам побежал домой, чтобы принести чего-нибудь тайком от тетки, которая все время ворчала за то, что ей приходится "содержать еще одного нахлебника". Прихватив краюху хлеба и пару помидоров, Андрюша незаметно проскочил мимо тетки и побежал назад к пруду. Когда он подбежал ближе, то увидел, что на дереве сидит Савушка, крепко обхватив ручонками ствол. Сначала Андрюша хотел броситься к нему на помощь, но потом решил понаблюдать, что будет дальше: решится или нет. Время шло, а Савушка все еще сидел верхом на стволе, и Андрей уже решил, что тот вряд ли прыгнет и вскоре начнет спускаться. Он не мог понять, что Савушка был таким маленьким, что ему труднее было спуститься вниз, чем забраться наверх. Андрюша вышел из-за дерева. - Тебе помочь. Савка? - крикнул он. Савушка не ответил и вдруг соскользнул с дерева вниз ногами. Андрюша подумал, что он просто свалился, и уже бросился к воде, чтобы помочь другу, но в этот момент из воды показалась голова Савушки, и он радостно закричал: - Ты видел Андрюша? Ты видел, я прыгнул! Прыгнул! - Здорово-о-о - закричал и Андрюша. - Ты просто молоток! Пошли, я есть принес! - Сейчас, Андрюшечка, я только еще один разочек прыгну! Хорошо? - Ладно, давай, - согласился он и стал наблюдать, как Савушка уверенно полез наверх и даже встал на ствол ногами. - Осторожно, Савка, ноги-то мокрые! - заволновался он, но в голосе слышалась гордость за друга... Где ты сейчас? Что случилось с тобой, Савелий? Воронов тяжело вздохнул, его веки наконец-то сомкнулись, и он заснул крепким, без сновидений, сном. "БУДНИ" РАССКАЗОВА День сулил Рассказову удачу, и у него было прекрасное настроение. Этому способствовало то, что буквально в первые минуты пробуждения, когда мозги находятся еще во власти грез, но уже приходит первое осознание реального мира, раздался звонок, которого он ожидал с большим нетерпением уже несколько дней. Человек, которого все-таки удалось внедрить в международный отдел по борьбе с наркобизнесом, сообщил две новости: одну не очень приятную, а другую - просто отличную. Первая касалась Майкла Джеймса, того самого Майкла Джеймса, который попортил им достаточно крови в предыдущей операции в России. Именно он способствовал провалу сотрудника ФБР, который сделал много полезного для Рассказова на Среднем Востоке. Рассказов самолично отдал приказ похитить Джеймса, и этот приказ был исполнен. Как докладывал Четвертый, Джеймса постоянно держали на наркотиках, чтобы вытащить его, как козырного туза, в самый нужный момент. Кто мог предположить, что этот человек родился под счастливой звездой? Получить такие дозы наркотиков, оказаться почти мумией и суметь не только выжить, но и вернуться работать на прежнюю должность, да еще с более широкими полномочиями! Эта новость немного уменьшила радость от второго сообщения, но совсем чуть-чуть. Рассказов даже был, как ни странно, доволен. Он любил запутанные и опасные игры, был игроком по натуре, но выигрывать предпочитал в трудных условиях и с достойным противником. Майкл Джеймс и Савелий Говорков задели его самолюбие: и в том, и в другом случае Рассказов самолично составлял план игры, был единственным режиссером, но... Оба раза он потерпел неудачу, и поквитаться с этими двумя стало для Рассказова просто делом чести. Вторая новость касалась огромной партии героина, которая вот-вот должна была поступить в надежное место. Рассказов, словно что-то предчувствуя, решил подстраховаться, несмотря на заверения своих помощников о полной безопасности, и, никого не поставив в известность, поручил своему доверенному человеку загрузить в контейнеры полиэтиленовые пакеты, но в них, как и было указано в документах, была питьевая сода. И вдруг его человек из ФБР предупреждает о том, что их отдел готовит операцию по захвату этого груза. Рассказов ехидно улыбнулся, представив лица сотрудников ФБР, когда они вместо ожидаемой огромной партии героина обнаружат обыкновенную питьевую соду. Он поблагодарил своего человека за информацию и предложил ему самолично участвовать в перехвате груза. - Как? Вы не отмените доставку груза и позволите им его захватить? - Сотрудник был явно обескуражен: речь шла о десятках миллионов долларов. - Не понимаю... - Вам и не нужно ничего понимать! - твердо заявил Рассказов. - Я вам плачу за то, чтобы вы все время держали глаза и уши открытыми и своевременно информировали меня! Делайте, как я вам говорю, и вы будете долго жить, сладко есть и пить. - Прошу прощения... - тут же подхватил тот, понимая, что действительно полез не в свои дела. - Вот и правильно! Если вам удастся попасть в группу захвата, попытайтесь повнимательнее приглядеться к ее руководству: вполне возможно, что кто-то из них поможет нам выйти на того, кто "засветил" наши планы... - Все понял. Первый! Я всегда восхищался вашим умом! - искренне воскликнул агент. - Еще раз прошу прощения за свои неуместные замечания и обещаю, что подобное больше не повторится. - Уверен в этом. Действуйте. - Он положил трубку и снова улыбнулся. Казалось бы, любой другой человек на его месте должен был просто взбеситься от создавшейся ситуации, но Рассказов всегда пытался даже из неудачи извлечь максимальную пользу для себя и своего дела. И в данной ситуации он не изменил своему правилу: первая новость, как он решил, может помочь ему выйти на Савелия Говоркова. Как? Пока он и сам не знал, но был твердо уверен, что коль скоро Майкл Джеймс бежал с базы вместе с эти треклятым Рэксом, то рано или поздно они должны подать друг другу весточку. И он распорядился установить круглосуточное негласное наблюдение за Майклом Джеймсом. Однако это решение вряд ли могло дать быстрые результаты. Второму же сообщению Рассказов уделил большее внимание. Если уж в его окружении завелся "стукачок", то его нужно как можно быстрее обнаружить и ликвидировать. Ничего, и в данном случае не следует спешить: он сумеет выждать, чтобы нанести удар наверняка. Вот в таком удивительно спокойном и хорошем настроении он вспомнил, наконец, о своих "курочках". И куда подевался Стив? А, вспомнил: он же в Таиланд отпрашивался. Какое сегодня число? Рассказов внимательно пролистал настольный еженедельник, в котором обязательно отмечал все необходимое. Вот! Стив должен был вернуться вчера вечером. Тогда почему он не звонит? Видно, отдыхает. Рассказов взглянул на часы: пожалуй, хватит отдыхать, молодой человек. Он нажал кнопку селектора, соединенного с кабинетом Стива. - Слушаю, шеф! - мгновенно отозвался бодрый голос. - Докладывай! - приказал Рассказов. - Все просто отлично! - воскликнул Стив. - Помоему, все ваши пожелания удалось выполнить на сто процентов. - Не будь таким самоуверенным! Возраст? - Десять, две по тринадцать и пятнадцать. - Так... с возрастом все ясно. Язык? - Почти все сносно говорят по-английски. - Хорошо. Минут через тридцать приведи их к бассейну. - О'кей, шеф, - сказал Стив, но в его голосе Рассказову почудилось некоторое удивление. - В чем дело, Стив? - спросил он. - Да это я так... просто удивился, что вы не поинтересовались их девственностью. - А зачем спрашивать, если я об этом уже говорил? - нахмурился Рассказов. - Что, есть проблемы? - Никак нет, шеф! - моментально выдохнул Стив. - "Проверено - мин нет!" - Он усмехнулся. - Надеюсь, при проверке ты не допустил небрежность? - Обижаете, шеф... - Это я так, к слову. Через тридцать минут! - сказал он и тут же положил трубку, хотя Стив продолжал что-то говорить. Рассказов сладко потянулся в кресле, затем бодро вскочил на ноги, скинул атласный халат и вошел в душевую комнату. Он очень любил эту душевую, для которой специальным рейсом привез голубоватый мрамор и сантехнику из Швеции. Особенность этой душевой была не только в редком мраморе и позолоченных деталях сантехники, но и в том, что она выполняла функцию массажной: при нажатии ручки сверху опускалось круговое устройство, из которого со всех сторон вырывались многочисленные струйки воды. Напор этих струек можно было регулировать, а получаемую пользу и удовольствие от этой процедуры невозможно было передать словами. Тело после десяти-пятнадцати минут водного массаж получало ощущение такой легкости, что, казалось, стоило оттолкнуться чуть от пола, и тут же взлетишь ввысь. Усталость исчезла моментально. В эту душевую он не допускал никого, кроме молодой женщины, которая занималась уборкой в его спальне, ванной, туалете и комнате отдыха. Постояв под мощными водяными струйками минут десять, Рассказов крякнул от удовольствия, тщательно вытерся, накинул яркий атласный халат и направился было в сторону бассейна, но потом решил, что давно уже не заходил в свою "святая святых". Так все его подчиненные называли компьютерный центр, работающий постоянно. Эта комната была оборудована так, что в случае отключения городской электроэнергии она автоматически переключалась на автономное питание. Круглосуточно на мощный компьютер со всех концов Земли стекалась разнообразная информация, которая тщательно отбиралась, классифицировалась и в кратком изложении выдавалась на принтер, отсылая все подробности на архивный файл. Информации, которая могла бы привлечь его внимание, в распечатке не было, и он, быстро пробежав ее глазами, сунул в аппарат, и бумага моментально превратилась в настолько узенькие полоски, что, даже если она и могла попасть в посторонние руки, восстановить напечатанный текст было бы невозможно. Однако хваленая интуиция Рассказова на сей раз подвела его. Дело в том, что один из его источников сообщал из Москвы о том, что буквально через две недели в бывшем нелегальном клубе восточных единоборств состоится юбилей клуба, на котором будет определен лучший боец России. Рассказов никак не мог предположить, что именно на этом юбилее он мог бы встретить того, кого уже несколько месяцев пытался разыскать - Савелия Говоркова. Рассказов подошел к бассейну и сразу же увидел Стива в окружении молоденьких девушек. Умеющий ценить красоту женского тела. Рассказов еще издали отметил идеальные фигурки девушек, изящные линии талин и ног. Зная его требования, Стив одел новеньких в узенькие плавочки, не мешающие видеть природные данные. Грудь же вовсе не была прикрыта. Волосы были уложены в прически, открывающие шею и плечи. Первым его увидел Стив, что-то коротко бросил девушкам, и те мгновенно повернулись. Рассказов подошел и сел в любимое кресло, стоящее рядом с небольшим столиком, сервированным всевозможными напитками. Он был большим ценителем марочных вин и крепких напитков почти всегда привозил из тех стран, где бывал, какие-нибудь местные "специалитеты", поэтому сразу же заметил яркую наклейку на новой пузатой бутылке и понял, что ее привез Стив. Не торопясь, он откупорил бутылку - новые напитки он любил открывать сам, - плеснул немного в широкий фужер и поднес к носу. Запах оказался очень нежным, несколько напоминал мяту и совсем отдаленно - землянику. Стив с некоторым напряжением следил за ритуальными движениями хозяина, и когда тот попробовал и довольно прикрыл глаза, Стив облегченно вздохнул и подал девушкам знак приготовиться. А Рассказов наполнил фужер до половины, немного отпил из него и только после этого взглянул на Стива: - Отлично, мой дорогой! Надеюсь, ты догадался сделать там запасы этого чудного напитка? Если нет, придется снова поехать туда. - Он был в хорошем расположении духа, и это чувствовалось по его голосу. Стив все понял и тут же воскликнул: - Вы обижаете меня, шеф! Пятьдесят бутылочек в вашем распоряжении. - Небось бизнес хотел сделать, если мне не понравится, - подмигнул
в начало наверх
Рассказов. - Так точно, шеф! - рассмеялся Стив, остановившись в метре от Рассказова. - Вам большой привет от Ван Донга и просьба принять от него этот скромный подарок. - Он вытащил из внутреннего кармана пиджака изящной работы поясной нож в золотых инкрустированных ножнах. На конце рукоятки красовался довольно крупный изумруд. - Отличная работа! - восхищенно проговорил Рассказов и отложил подарок на столик, чтобы потом полюбоваться им в уединении. - По твоим сияющим глазам вижу, что ты сумел привезти стоящий материал. - Вы правы, шеф! Девочки что надо! - Стив причмокнул губами. - Хорошо, приступим, - с усмешкой махнул рукой Рассказов, зная слабость Стива прихвастнуть. Стив кивнул, щелкнул пальцами, и крайняя девушка грациозно поспешила к ним. Остановившись метрах в пяти, она медленно повернулась, предоставляя им как можно лучше рассмотреть свое тело, потом подошла, опустилась перед Рассказовым на одно колено, прижала руки к груди и торжественно произнесла: - Приветствую тебя, мой Повелитель! - Она склонила голову и замолчала в ожидании. - Ты очень хорошо говоришь по-английски, - добродушно заметил Рассказов, внимательно рассматривая ее пышную грудь, чуть прикрытую изящными руками. Затем повернулся к Стиву. - Она недурна. Сколько ей? - Пятнадцать, - ответил тот. - Встань и подойди ближе! - приказал Рассказов. Несколько волнуясь, девушка встала и сделала шаг вперед, затем, подчиняясь его взгляду, осторожно присела ему на колени. Рассказову вдруг показалось, что эти глаза он уже встречал, очень давно, в своей далекой юности. Эти воспоминания были настолько неожиданны, что он прикрыл глаза и нежно прикоснулся к ее волосам. Неожиданно девушка совершенно неосознано благодарно прильнула губами к его руке. - Ты очень нежен, мой Повелитель... - прошептала она. - Ты тоже... - почему-то шепотом отозвался он, прижал ее головку к своей груди и сказал: - С этого дня твое имя будет Наташа. - Да, мой Повелитель, Наташа... - эхом отозвалась девушка, замерев от предчувствия счастья и покоя, жизни без страха и побоев, когда не нужно будет думать о том, что будешь есть завтра. Она уже поняла, что ее благополучие зависит от этого строгого и очень нежного мужчины, и она сделает все, чтобы ему было хорошо с ней. - Ее комната будет рядом с моей. Отведи ее туда, а Бригиту переведи в свободную, - сказал он по-русски Стиву, потом добавил: - Выбери ту, что побольше, и подари ей от меня сережки. - Все понял, шеф, она не будет обижена, - догадливо улыбнулся Стив, - А Наташу приготовить на вечер? - Там видно будет... Иди! Стив притронулся рукой к плечу девушки и велел следовать за ним, но она, встав с колен Рассказова, неожиданно спросила его: - Я могу задать тебе вопрос, мой Повелитель? - Спрашивай, - не без удивления согласился Рассказов. - Ты поможешь мне изучить красивый язык, на котором ты сейчас говорил с добрым господином? - Обязательно! С завтрашнего дня вы все будете учить русский язык и многому другому научитесь, что пригодится вам для дальнейшей жизни. - Он сказал это громко, его слова были услышаны и другими девушками. Они радостно вскрикнули, а одна даже захлопала в ладоши. Наташа вдруг снова благодарно прильнула губами к его руке, потом встала и уверенно пошла за Стивом. Рассказов уже знал, что двум другим девушкам - по тринадцать лет, но выглядели они не моложе первой. Обе были чертовски хорошо сложены, а одна даже решила показать ему свою гибкость и легко, без всяких усилий, сначала встала на мостик, прогнувшись так, что, казалось, у нее совершенно отсутствует позвоночник, потом так же легко села на шпагат. Ее он назвал Оксаной, а вторую - Ольгой. Они чем-то были похожи друг на друга и, видно, дружили, и он решил поселить их вместе, за что те бросились ему на шею и готовы были зацеловать до смерти. Вызвав Гренадершу (так мысленно назвал Рассказов Розу-Марию, которая осуществляла надзор за его "курочками"), он распорядился насчет этих двух девушек, и та сразу увела их с собой. С Розой-Марией у Рассказова были особые отношения. Он нашел ее в Америке на грани физического истощения. Она была иммигранткой из Восточной Германии, ее отец бежал оттуда нелегально. Он был художником, но у него не хватало способностей и не было желания работать. Постепенно он спился, стал приворовывать, пока не погиб пол колесами грузовика. Роза-Мария, вынужденная с ранних лет заниматься тяжелой работой да еще содержать пьяницу отца, не очень горевала о его гибели и продолжала работать. Все было бы хорошо, если бы у нее была фигура похуже, но она была высокой крепкой блондинкой с пышной грудью, и однажды на нее положил глаз хозяин дома, где она снимала комнату. Роза-Мария держалась несколько дней, несмотря на его натиск. Возможно, она бы и уступила сразу, но очень уж боялась его жены, словно чувствуя для себя опасность с ее стороны. Однажды вечером, когда хозяйка уже видела второй сон (она привыкла рано ложиться и рано вставать), он зашел к Розе-Марии и сумел убедить ее, что им ничего не грозит. Он принес с собой угощение и выпивку. Роза-Мария впервые попробовала алкоголь и явно не рассчитала своих сил, а хозяин вообще перебрал... Короче говоря, их разбудил не первый луч солнца, а рассвирепевшая хозяйка. Огрев шваброй своего суженого, она вцепилась в волосы Розы-Марии. Не желая оставаться в долгу и понимая, что миром это происшествие окончиться уже не может, она схватила бедную женщину за плечи и оттолкнула ее, а та не удержалась на ногах и упала лицом на пол. Вой, крик, кровь из сломанного носа и... два месяца тюрьмы. Да еще спасибо хорошему адвокату. Деньги, отложенные на черный день, кончились, с работы прогнали, из комнаты, естественно, тоже, и осталась она на улице... Когда на нее обратил внимание Рассказов, она при росте метр восемьдесят три весила пятьдесят восемь килограммов. Что-то заставило его забрать ее с собой. Она была первой девушкой, которая стала жить постоянно в его доме. Как любовница она не очень устраивала его, но у нее были отличные мозги, память, беспрекословная и самозабвенная преданность своему спасителю и хозяину. И постепенно она стала незаменимым человеком в доме. Она делала все, чтобы он нуждался в ней, словно чувствуя, что другим способом ей вряд ли удастся удержаться рядом с ним. Она следила за порядком в этом роскошном доме руководила прислугой, занималась "воспитанием" его "курочек", была для них настоящей сторожевой: не дай Бог кому из них пришло бы в голову только подумать взглянуть на сторону, не то чтоб изменить! Ее тяжелой руки побаивались даже слуги-мужчины, так что уж говорить о "курочках"... Кроме того, у нее был очень хороший вкус, и она до тонкостей знала вкусы самого Рассказова. Эти две девушки понравились ей, и она сразу окрестила их своими "любимицами", решив сделать все, чтобы они не допустили ошибки и не оказались на улице как она в свое время... Когда Роза-Мария с девушками вышла. Рассказов несколько минут молча наблюдал за оставшейся девушкой. Он никак не мог поверить, что ей всего десять лет. Может быть, здесь какая-то ошибка? - Иди сюда, милая, - негромко произнес он, и девушка, несколько смущаясь его взгляда, медленно направилась к нему, смешно держа руки скрещенными впереди себя, словно защищая свою девственность. Остановившись в метре от него, девушка потупилась. - Нет, смотри мне в глаза! - приказал он и деланно нахмурился. - Слушаюсь, мой Господин, - чуть слышно произнесла она. - Сколько тебе лет? - Господин знает сколько, но не верит этому... - Казалось, что она готова заплакать. - Я не люблю слез! - строго произнес он. - Можешь быть уверена, что если ты не будешь делать того, что нельзя, и будешь всегда со мной честна, то тебе никто не сделает ничего плохого. - Вы правду говорите, Господин мой? - дрожащим голосом воскликнула она. - Да. Теперь говори, - сказал он уже мягче. - Я боюсь, что на меня будет сердиться этот добрый госполин - Она кивнула на то место, где ранее стоял Стив. - Не будет! - нетерпеливо заверил Рассказов. - Говори! - Вы были правы, Господин мой, когда сомневались в моем возрасте... - решилась наконец девушка. Потупив голову, она тяжело вздохнула, словно собиралась открыть страшную тайну. - Мы с сестренкой решлли прибавить мне целых полгода! - сказала она с какимто вызовом и посмотрела ему в глаза. - Зачем? - изумленно спросил он. - Моей сестренке пятнадцать, а мне - девять. Она подслушала, что приехал очень важный господин, которому нужны девушки от десяти до пятнадцати лет... - Вот оно что! - протянул Рассказов и вдруг рассмеялся. Не зная, как реагировать на его смех, девушка стояла и смотрела на него чуть испуганно, но он так заразительно смеялся, что она не выдержала и тоже захохотала. - Это хорошо, что ты честно призналась: если так будет всегда, то тебя ждет счастливое будущее, - прекратив смеяться, заметил Рассказов, затем усадил ее к себе на колени и прижал к себе. Она податливо, совсем по-детски, прильнула к нему и стала целовать его все еще мощную шею. - И кто же твоя сестренка? - неожиданно спросил он. - Та, которая была первой? - Нет, мой Господин, ее не было среди них. Ее взял к себе тот добрый господин. - Вот как? - нахмурился Рассказов. - Не сердитесь, мой Господин, на него за то, что он не стал ее вам показывать! - простодушно проговорила девушка, гладя его по волосатой груди. - Не сердиться? Почему? Она что, некрасива? - Во-первых, хотя она моя сестра, но я лучше ее, во-вторых, мы все еще не имели других мужчин, а она уже имела. - Это было сказано так просто, словно она говорила об изъянах платья или обуви. Во всяком случае, Рассказова это смутило и заставило задуматься. Чего это он, собственно набычился? Он просил привезти четырех девушек, и Стив отлично выполнил задание: давно уже у него не было такого набора девушек. Так пусть пользуется пятой, но почему он не сказал ничего о ней? Ладно, потом разберемся... - Ты умеешь плавать? - неожиданно спросил он девушку. - Лучше меня кто плавает? - хитро улыбнулась она. - Может быть, только мой, Госполин? - Сейчас посмотрим! - завелся он, подхватил ее на руки и устремился к бассейну. Поставив ее на бортик, он скинул халат и приготовился для прыжка. Девушка приняла ту же стойку. - По команде "три"! - сказал он и начал считать: - Раз! Два! Три! - крикнул он и сиганул в воду. Девушка последовала за ним, и если бы Рассказов имел возможность наблюдать со стороны, как она вошла в воду, то понял бы, что она действительно может тягаться с профессионалами. Она очень легко догнала его и плыла рядом, совершенно не напрягаясь. Было ясно, что она намеренно не желает обгонять его. Рассказов первым коснулся противоположной стенки и, тяжело дыша, посмотрел на девушку. - Поддалась? - Честно? - Конечно! - кивнул он. - Если честно, то чуть-чуть... - Она с хитринкой взглянула в его глаза и вдруг бросилась ему на шею. - Ты очень хороший и умный Господин! Я буду не просто твоей женщиной, я буду тебя любить! Она это сказала с такой естественной страстью, что Рассказов смутился и не нашел, что ей сказать, но почувствовал, что к этой девушке он не сможет относиться, как ко всем. - Я буду называть тебя Машенькой! - сказал он и нежно поцеловал ее в детские пухленькие губки. МАЙКЛ ДЖЕЙМС НАЧИНАЕТ ОСАДУ Как это ни удивительно, но Майкл Джеймс, которого поминал недобрым словом господин Рассказов, тоже был озабочен думами именно о Рассказове. О нем он услышал совершенно случайно еще тогда, когда был захвачен людьми Рассказова. Это не было заранее продуманной операцией, им просто повезло. Майкл знал, что его агент провален и что Рассказову известно об их встрече, во время которой агент должен был передать важные сведения о возникновении новой мощной организации в наркобизнесе. Выходя на связь, он не сообщал никаких имен, боясь утечки информации. Он уже был под наблюдением людей Рассказова, и его телефон круглосуточно прослушивался. Во время последнего сеанса связи с Майклом Джеймсом, на котором оговаривалась встреча, он лишь сказал, что руководит этой новой структурой, суля по фамилии, человек из России. Это было единственной, но роковой ошибкой агента: получив эту информацию, Рассказов приказал его убрать. Его людям не удалось выяснить, с кем именно тот должен был
в начало наверх
встретиться, и когда они пришли, чтобы расправиться с ним, то совершенно неожиданно для себя наткнулись там на Майкла Джеймса. Потеряв в перестрелке двух людей, но убив при этом агента Майкла, они захватили его самого, оставив на всякий случай в живых. Для Рассказова это бы самым настоящим подарком. Он приказал перекинуть Майкла на Четвертого и держать на наркотиках. "Зачем?" - не понял Стив, и здесь случилось то, за что он наверняка поплатился бы головой, узнай об этом Рассказов: Стив упомянул его фамилию при пленнике, находящемся в наркотическом бреду. Собственно говоря, этого никто не заметил - ни сам Стив, ни охранники Майкла. И только натренированный мозг Майкла сумел даже в таком состоянии запомнить фамилию, столь необычную для американского уха. Имеющий уши да услышит! Находясь под наблюдением российских медиков, Майкл, постепенно приходил в себя, и его крепкий организм довольно быстро восстанавливался после ранения и наркотического шока. Во время одной из бесед с полковником госбезопасности Богомоловым он совершенно случайно, если можно в данный ситуации говорить о случайности, услышал фамилию Рассказова, которая показалась ему знакомой. Оказавшись у себя на родине и снова вернувшись к своим обязанностям, он иногда вспомпинал эту фамилию, пытаясь понять, откуда она ему известна. И наконец мозг выдал нужную информацию: он слышал эту фамилию от одного из тех, кто организовал его "визит" на базу. Специалисты по России сказали, что эта фамилия довольно редкая, так что простое совпадение почти исключалось. Майкл стал постепенно прощупывать различные источники, чтобы узнать хоть что-то об этой загадочной личности. Долгое время ничего не обнаруживалось, и Майкл уже отчаялся, и хотел сдать дело в архив, но однажды один из его сотрудников попросил приехать и взглянуть на наркоманку, которая обещала сказать такое, что "они просто ахнут", если ее не станут привлекать за "малюсенькую порцию", которую она пыталась продать средь бела дня. Эта была молодая женщина со следами былой красоты. Узнав, что Майкл Джеймс именно тот "господин начальник", который и может решить ее судьбу, она предложила сделку. Майкл обещал, что, если сведения действительно окажутся важными, он ее отпустит. Немного подумав, она решила, что пятнадцать-двадцать лет тюрьмы гораздо хуже той возможной опасности, которой она подвергнет себя, рассказав о том, что обещала забыть навечно. Однако заявив, что она пару недель работала на "самого Рассказова", девица, видно, опомнилась и замолчала, залившись горючими слезами. Майкл Джеймс выполнил свое обещание и отпустил ее восвояси, приказав одному из сотрудников не спускать с нее глаз. Через пару дней и девицу, и сотрудника выловили из реки. Их задушили, и бросили в воду, где они проплавали более суток. Это насторожило Майкла Джеймса и заставило более серьезно заняться Рассказовым. Вскоре его усилия увенчались успехом, и ему удалось определить его местожительство. Однако настораживал факт, что о нем не было никаких сведений ни в полиции, ни в других специальных органах. Майкл понял, что наскоком этого "зубра" не возьмешь, и потому стал постепенно обкладывать его, уверенный, что рано или поздно тот попадет в его сети. Рассказов был не прав, предполагая, что о его грузе сообщил какой-то "стукачок" - это была обыкновенная плановая проверка. Когда Рассказов, не предупредив непосредственных исполнителей, отменил загрузку героина, он допустил нечаянную ошибку: доверяя этому каналу, исполнители, как это часто бывает, решили заработать, прикупив нелегально немного героина, и сунули его между пакетами питьевой соды. Когда же на судно неожиданно явилась группа сотрудников ФБР, то, несмотря на небольшое количество опасного товара, избавиться от него не успели. Специально натасканные для таких операций собаки довольно легко обнаружили пакеты с героином и даже облаяли их владельцев. Их тут же повязали и отправили на допрос. Майкл сразу понял, что попались мелкие сошки, но закрывать это дело ему почему-то не хотелось. Агент Рассказова тут же доложил о происшествии и этим вывел шефа из себя. Если бы "эти людишки", допустившие такой промах, оказались рядом, они вряд ли остались бы в живых. Немного успокоившись и тщательно проанализировав ситуацию. Рассказов пришел к выводу, что произошла какая-то случайность и, вполне вероятно, судя по количеству сотрудников ФБР, это был не "захват груза", а обычная проверка. Черт бы побрал этих недоумков! Не дай Бог, если они раскроют свою пасть! Хоть о нем они и не знают, но знали о предполагаемой партии героина, а это сразу насторожит ФБРовцев, да и терять надежный канал совсем не хотелось: столько средств и трудов было затрачено на его создание. И убирать этих мерзавцев было довольно рискованным делом - это также могло насторожить сотрудников ФБР. После недолгих раздумий Рассказов позвонил своему приятелю-юристу и попросил его вытащить этих "шалунов" под залог. Это был отличный юрист, и провинившиеся вскоре оказались на свободе. Получив солидное вознаграждение и новые документы, они тут же были переправлены в другую страну. Когда это стало известно Майклу, он был вне себя от ярости, ругал всех и вся, а в первую очередь себя, за то, что не успел толком допросить задержанных. Да, недооценил он этих ребят: за ними явно стояла весьма мощная и богатая организация, способная внести солидный залог. Почему-то он был уверен, что дело тут не обошлось без Рассказова, и потому, тщательно все обдумав, решил действовать. Как ни странно, идею операции подсказала внезапно погибшая наркоманка. Поначалу он никак не мог разложить все по полочкам и прийти к чему-либо определенному. Он был похож на маленького ребенка, который роется в кубиках, составляя их так, чтобы получить определенную картинку. Но в отличие от той игры у Майкла была только часть "картинок", и их нужно было сложить так, чтобы догадаться о содержании целого. Пока выстраивалась цепочка: Рассказов - наркотики - девица - арестованные. Девица погибла и уже ничем не сможет ему помочь. Арестованные исчезли и выйти на их след вряд ли удастся. Небольшое количество наркотиков уже отданы на экспертизу, и вскоре будет известно об их происхождении. Рассказов? Это единственная часть цепочки, которая никуда не исчезла, но... Попробуй доберись до него, если он "правильный и законопослушный" господин... И вдруг Майкла осенило: Рассказов может быть законопослушным здесь, но был ли он таким у себя на родине? Необходимо связаться с русскими коллегами и попытаться что-либо выяснить о его прошлом, как можно скорее организовать за ними тщательное наблюдение, подключив самых опытных сотрудников. Конечно, идеально было бы внедрить к нему своего человека, но для этого необходимо выявить все его слабые места. Главное - сеть закинуть, может, что и удастся выловить. Неожиданно Майклу пришло в голову, что не следует делать русским коллегам официальный запрос. Почему? Он и сам не смог бы ответить, но что-то ему подсказывало, что это будет ошибкой. Интересно, как там поживает бывший полковник Богомолов, ставший генералом после путча и возглавивший важный участок в Органах? Майклу он показался очень толковым и порядочным парнем. Может, поговорить с ним? Но как оформить встречу, чтобы не привлекать ненужного внимания и не ставить генерала в неудобное положение? Память неожиданно подсказала: финские коллеги сообщили об аресте одного солидного бизнесмена, который, получив свой груз, прошедший транзитом почти через всю Россию, из Петербурга пытался отправить его в Европу. Финских таможенников заинтересовал столь необычный маршрут, и они решили тщательно проверить багаж. Какого же было их удивление, когда в запаянных консервных банках они обнаружили внушительную партию героина! Бизнесмен был американцем, и таможня тут же сообщила о происшествии Майклу. Что же, это может быть отличным поводом для поездки в Москву, а как повидаться с генералом он решит не месте... ЛЕША-ШКАФ ПРИСТУПАЕТ К РЕШИТЕЛЬНЫМ ДЕЙСТВИЯМ Лолита задумчиво крутила в руках нож, который почти выпросила у Савелия. Как он мог попасть к нему? На экране телевизора бушевали "мексиканские страсти", которые Лолита обычно с удовольствием смотрела, но сейчас она была настолько встревожена, что ни о чем другом, кроме ножа, думать не могла. При воспоминании о той сцене, ей становилось жутко: казалось, что это сделала не она. Не могла она сотворить такое, не могла! Видно, злость копилась и копилась, пока не пролилась через край. Смогла бы она сейчас повторить ЭТО? Вряд ли... Однако она чувствовала, что тот день что-то перевернул в ней, заставил совершенно по-другому взглянуть на себя. А увидев себя такой, она ужаснулась и разозлилась. Но злиться на себя - дело совершенно бесперспективное, и поэтому Лолита стала вымещать злость на других. Нет, со своим "избранником" она вела себя внимательно и нежно, словно понимая, что их двоих связывает на только чувственность, но и смерть, которую они как бы разделили пополам. Не желая понапрасну тревожить своего Лешеньку, она несколько дней не говорила ему о ноже, решив разобраться сама с этим новеньким. Несколько раз она появлялась на тренировках, сознательно не предупреждая никого. От Никиты требовала тщательного доклада о подопечном: что? как? где? с кем? о чем говорит? к чему или к кому проявляет интерес? Но ничего настораживающего она не услышала. Это немного успокоило ее, и она решила рассказать о ноже Леше, чтобы посоветоваться кое о чем. А Лешины мысли были в этот момент далеки от ее проблем: он был не в самом хорошем расположении духа. Уже несколько недель он пытался наладить контакт с "русско-итальянскими" братьями, но те никак не хотели остановиться на каком-либо конкретном варианте договора и при каждой новой встрече вносили поправки, которые уже начинали раздражать Лешу. Постепенно он догадался, что братья, не решаясь отказаться от его проекта впрямую, тянули, как говорится, "кота за хвост". Леша понимал: они не так глупы, чтобы пойти на открытый конфликт - слишком уважаемые люди свели их. Непонятно, что же их насторожило? Может быть, они боятся, что потеряют контроль над этим каналом переброски товаров? В этом они были недалеки от истины. А может быть, их напугали масштабы деятельности? Сейчас, заработав достаточные средства и прибрав к рукам довольно прочный банк, Леша мог себе позволить такое. Даже мало-мальски грамотному бизнесмену понятно, что стабильное дело необходимо расширять и совершенствовать, чтобы обойти конкурентов. Леша еще мог бы понять их волынку, если бы они сами решили расширяться, но, по его сведениям, итальянский "брат" слишком зарвался там, у себя, и с трудом держится на плаву. Нет, он не позволит держать себя "за болвана"! Пора показать этим "родственничкам", что такие фокусы с Лешей не пройдут! Сегодня Леша собрал своих боевиков и, не вдаваясь в детали, приказал им "потрясти" офис и склады "русского братишки". Задача была поставлена коротко и ясно: поломать все, что там окажется, ничего не брать, не оставлять следов, а главное - никаких живых свидетелей. Леша не хотел, чтобы в этом разгроме заподозрили его. Если "брат" все же догадается, что это исходит от Леши, он будет вынужден пойти на переговоры, а если не догадается, все равно придет к нему, чтобы попросить защиты. Боевиков Леша использовал редко, в самых крайних случаях, когда нужно было все сохранить в тайне. Он им доверял, как самому себе. Этих пятерых ребят он набирал самолично и каждого из них пристроил на легальную работу в своих филиалах. Там им платили зарплату, а раз в два месяца они получали лично от Леши приличные деньги в конвертах. Каждый имел официальное разрешение на личное оружие, якобы для сопровождения инкассаторов. Это были профессионалы, прошедшие подготовку либо в спецназе, либо в ОМОНе, не просто исполнители: каждый из них мог самостоятельно принимать решения, имея свою легенду на случай провала (каковых пока не случалось). На задания они выходили с новеньким оружием, от которого тут же избавлялись, оставляя на самом видном месте, и с отличными фальшивыми документами, на проверку которых у милиции уходили долгие месяцы. Во время выполнения подобных операций они были немногословны и уж ни при каких обстоятельствах не называли никаких имен. Их действия были так четко распределены, что говорить особой нужды не было. Изучив за двое суток намеченные объекты - склад и офис - они пришли к выводу, что гораздо эффективнее будет провести операции одновременно, разделившись на две группы. Склад будуть брать трое, а для офиса достаточно и двух человек, хотя тот был расположен не очень удачно: примыкал к сберегательной кассе. Возможно, по этой причине там и дежурил всего один человек, а на складе, построенном на пустыре, - четверо. Этот склад был очень хитро замаскирован: сверху стоял небольшой ангар, а основные помещения находились под землей. Однако, внимательно проследив за въездом и выездом грузовиков можно было обо многом догадаться. Поначалу, заметив сигнализацию, боевики подумали, что выполнить операцию будет довольно сложно, но когда ночью они наблюдали за грузовиками, то поняли, что решение найдено. Три гудка давали понять охране, что приехали свои: два охранника выходили, оставляя калитку в воротах открытой, проверяли документы у водителя, а потом один заходил внутрь, и вскоре ворота автоматически открывались. Двое других охранников, вероятнее всего, либо отдыхали, либо несли дежурство внутри склада. И то и
в начало наверх
другое вполне устраивало группу захвата. Одновременный захват офиса и склада назначили на два тридцать ночи, когда усталость активно дает о себе знать. За час до назначенного времени боевики угнали две машины: группа по офису - черную "Волгу", а группа по складу - небольшой фургон. До двух тридцати приезжал только один грузовик около двенадцати часов. Разгрузка заняла минут сорок, после чего он уехал и больше машин не было. Точно в назначенное время боевики подъехали к воротам ангара и дали условный сигнал. Через несколько минут калитка распахнулась, из нее вышел заспанный здоровяк. Второй по каким-то причинам остался внутри. Этот случай они тоже предусмотрели, и поэтому в машине был только один из них, а двое других стояли наготове за ангаром. - Ты что, раньше не мог приехать? - не очень дружелюбно бросил охранник, подходя к машине. - И так сутки уже за рулем, - зевая отозвался боевик. - Ладно, давай документы! Что привез? - А я почем знаю? Коробки какие-то... - пожал он плечами. - Закурить есть? - Как не быть. - Парень полез в карман, остановившись у самой дверцы кабины. И вдруг водитель резко толкнул дверцу и ручкой угодил охраннику прямо в лицо. Удар был настолько сильным, что тот упал на землю без чувств с залитым кровью лицом, не издав ни звука. Водитель спокойно вышел из кабины, ударил для верности лежащего рукояткой пистолета в висок и сунул тело в кабину. В это время двое других уже вбежали в открытую калитку, вырубили устремившегося к ним навстречу второго парня и открыли ворота. Фургон тут же въехал внутрь, ворота за ним закрылись. Ангар служил гаражом и помещением для охраны. Прямо от въезда с постепенным уклоном дорога делала крутой поворот и вела прямо под землю. Один остался у входа, а двое других поехали вперед, держа оружие наготове. Метров через пятьдесят они заметили огромные решетчатые ворота, у которых подремывали двое упитанных парней. Услыхав шум машины, они подняли головы, но ничуть не встревожились, подождали, когда машина остановится, и направились к ней. Но сказать они ничего не успели: два профессиональных выстрела оборвали их молодые жизни. Боевики рванули машину вперед, сорвали ворота с петель и врезались в штабель картонных коробок с видеотехникой и компьютерами. На их лицах не отражалось ничего, словно они занимались обыкновенной уборкой дома или посадкой овощей на собственном огороде... Гораздо менее успешно, как ни странно, произошел захват офиса. Боевики успешно отключили сигнализацию и позвонили в двери. Один из них был в милицейской форме. Охранник спросил, не открывая: - Кто там? - Милиция! - буркнул тот, что был в форме. - По какому вопросу? - Интересно получается! - хмыкнул "милиционер" - А ты кто такой? - Я на охране здесь... А что? - Что-что! - вспылил он неожиданно. - Сигнализация сработала, и мы должны проверить! - Здесь все в порядке, - попытался заверить охранник, но его перебили. - Именно это мы и должны проверить. И ваши документы - тоже. - Хорошо! - согласился тот и щелкнул замком. И здесь боевики допустили небольшую промашку: едва дверь начала приоткрываться, они дернули ее на себя, но охранник не успел снять цепочку, и она задержала дверь. Заподозрив неладное, парень выхватил пистолет. Второй из боевиков, не видя этого, со всей силы рванул дверь на себя и сорвал цепочку. От испуга и неожиданности парень выстрелил ему прямо в лицо. Пистолет был газовым, но шум мог привлечь других охранников. На пистолетах боевиков были надеты глушители, и первый произвел два выстрела: в голову и в грудь. Парня откинуло на диван, и боевик аккуратно положил ему на грудь свой пистолет. Второй, получив сильный ожог лица, устремился в ванную и подставил лицо под струю холодной воды. Первый подошел к двери и прислушался: в коридоре было тихо, видно, никто не услышал выстрела. Он вошел в комнату и стал крушить факс, компьютер, рвать папки с документами. Его лицо также ничего не выражало, никаких эмоций, словно он был роботом. Пока боевики выполняли задание, Леша специально "засветился" в нескольких общественных местах, чтобы иметь добротное алиби на время разгрома. Как нельзя более кстати оказалось приглашение на презентацию новой русско-немецкой фирмы офисной мебели в Доме кино, и, судя по программе, приложенной к билету, торжество должно было длиться почти до самого утра. Позвонив Лолите, он рассказал о презентации и предложил ей быть готовой к одиннадцати часам вечера: он сам заедет за ней. Было уже около девяти, и времени оставалось очень мало. Решив хотя бы немного отвлечься от назойливых мыслей о злополучном совпадении с ножом, Долита стала наводить красоту, чтобы затмить всех на презентации. На днях она приобрела в "Ле Монти" прекрасное платье. Оно отлично сидело на ней, подчеркивая ее хрупкость и гибкость, а глубокий вырез на груди мог свалить наповал любого представителя мужской половины. Одевшись и окончив макияж, Лолита после недолгих раздумий позвонила в салон красоты и отменила встречу со своим мастером. Она решила, что для этого платья не нужно сооружать что-то на голове - длинные пышные волосы, ниспадающие на открытые плечи, будут великолепно смотреться. Критически осмотрев себя в зеркало, она осталась довольна, взглянула на часы и пошла к выходу. Не успела она дойти до двери, как та распахнулась, и на пороге появился Леша-Шкаф. - Да ты просто Мисс Вселенная! - воскликнул он, восхищенно оглядывая свою Лолиту. - Когда ты успела купить это платье? И скажи, где выращивают таких красавиц? - Тебе правда нравится? - Она была очень довольна произведенным впечатлением. - Не то слово! Нравится... Я просто в шоке! - Он так стремительно бросился к ней, что она испуганно отскочила в сторону. - Смотреть можно, трогать - нельзя: платье помнешь! - решительно остановила она его порыв. - Пойдем? - Негоже такой удивительной красавице приходить секунда в секунду. Пускай гостей наберется, чтобы повыше штабель оказался! - Какой штабель? - не поняла Лолита. - Из мужских тел. Увидев тебя, каждый мужик будет в отключке! - Может, хватит трепаться, Лешенька? - Трепаться? Я тебе врал когда-нибудь? - Пока нет! - Она хитро прищурила глаза. - Никогда не врал и врать не буду! Пошли, усугубимся пока шампанским. - Он подмигнул и направился к бару. - Чтобы блеск появился в глазах! - Мне кажется, что у тебя давно блестит в глазах. Уже причастился? - чуть укоризненно проговорила Лолита. - Угадала! Повод был... - Вот как?! Рассказывай! - Сегодня ночью будут воспитывать моих будущих партнеров! - загадочным тоном ответил он. - А, русские итальяшки? - догадалась она. - Что, так и продолжают на волынке играть? - Ничего, завтра на цыпочках ко мне прибегут: "Спаси, родной, убивают, грабят..." - Теперь мне понятно, зачем мы на люди идем. Я-то грешным делом подумала, что он мне хочет развлечение устроить, а ему, оказывается, алиби понадобилось! Хорош гусь, нечего сказать! - Она скорчила обиженную физиономию. - А вот это ты напрасно: просто совпало так... Держи! - Он протянул ей фужер с шампанским. - За тебя, моя красавица! - Ладно - прощен! - улыбнулась Лолита, взяла фужер и чокнулась с Лешей. Немного отпив, она задумчиво взглянула ему в глаза. - Не тяни, говори, что тебя мучает, мой котеночек, - ласково проговорил он и усадил себе на колени. - Скажи, куда его труп дели? - неожиданно спросила девушка. - Странно... Почему это ты вдруг о нем вспомнила? - нахмурился Леша-Шкаф. - Ты не ответил, - упрямо напомнила она. - Достаточно далеко, чтобы не волноваться, - усмехнулся Леша и сделал большой глоток шампанского. - Ты уверен? - хмыкнула с вызовом Лолита. - И нож там же бросили? - Про нож не знаю, но я приказал избавиться от него... - Леша вдруг почувствовал, что ее вопросы неспроста и взволновался. - Говори! - А что говорить? - вздохнула она, затем встала, открыла в стенке бельевой ящик, вытащила нож и нажала кнопку: лезвие со свистом выскочило из ручки и блеснуло в свете люстры. - Откуда... - начал он, взяв нож в руки, но запнулся, внимательно рассматривая его. - Да, это мое перышко. - Он вопросительно посмотрел на Лолиту. - Ты с дивана свалишься, когда узнаешь, у кого я его выклянчила. - Не тяни! - Он начал злиться. - У нашего нового бойца! Действительно, темная лошадка... - У Рэкса? - воскликнул Леша. - Не может быть! - "Удивительное рядом"!.. Нашел, говорит. - И давно у тебя этот нож? - Недели две... - Две недели! И ты только сейчас мне говоришь об этом? - Леша грубовато столкнул Лолиту с колен, вскочил и в раздражении едва не хлопнул фужером об пол. - Ты что, не понимаешь? - Лешенька, ты за дуру меня держишь? - Она тоже встала, налила шампанского и быстро выпила. - Я все прекрасно понимаю! Я специально, чтобы лишний раз не волновать тебя, не рассказала об этом, решив все выяснить сама. - И что же ты выяснила? - зло хмыкнул Леша. - По-моему, самое главное: скорее всего, он говорит правду! - Откуда у тебя такая уверенность? Кстати, ты сказала, что выпросила его, так? - Ну... - Под каким соусом? - А вот здесь, Лешенька, я кажется допустила промашку. - Она виновато вздохнула. - Я сказала, что точно такой нож пропал у меня. - Что? Вот дура! Ты понимаешь, что ты натворила? А если он наткнулся на труп? - Он так разозлился, что начал кричать на нее. - Успокойся, милый! Я же сказала, что такой же пропал у меня! Мало ли у кого он мог оказаться... - Она хитро улыбнулась. Леша нахмурил лоб, задумался, затем тоже налил шампанского и медленно выпил его. - Ты извини меня, лапочка, что накричал. - Он покачал головой. - Действительно, ничего страшного нет. Однако странное совпадение, не кажется ли тебе, а? - Оно было бы странным, если бы не ты его сосватал, а он бы просился к тебе на работу! - Может быть, ты и права, но... - Он снова задумался. - Думается мне, что за ним нужно присматривать гораздо внимательнее. - За это можешь не беспокоиться: он будет "под колпаком", как говорил один киношный герой. - Она подмигнула. - Послушай, мой Мюллер, а ты, по-моему, совсем не прочь переспать с этим парнем. - А по-моему, у тебя не все дома! - слишком уж поспешно выпалила Лолита. - Напрасно! Это совсем недурной вариант. - Прищурился Леша. - Ты это серьезно? - Помнится, ты сама это предлагала... - Но тогда это для дела нужно было. Сейчас же он дал согласие работать на нас! - Дать-то дал... - согласно кивал головой Леша, - но сейчас, когда всплыл этот дурацкий нож, было бы совсем недурно выяснить поподробнее, как он его нашел. А в постели мы такие расслабленные и разговорчивые... - Вряд ли что получится, милый, этот парень, кажется, всерьез влопался в свою девчонку. - Никогда не поверю, что тебя, если ты чего-то захочешь, можно остановить. - Ну, балда! Ты самая настоящая балда! - Ты хочешь сказать, не я балда, а у меня балда! - хитро посмеиваясь, поправил он. - Которая мне очень даже нравится! - подхватила Лолита, погладив рукой его естество. - Не заводи, лапочка, нам выскакивать пора! - Он не удержался и тоже прижал ее к себе. - А сам что делаешь? - прошептала Лолита, отвечая на его поцелуй, но тут же нехотя оттолкнула его. - Хватит, а то действительно никуда не уедем! - Она подошла к зеркалу, поправила прическу. - А с этим парнишей я вот что решила: используем его на всю катушку, а потом избавимся! - Все никак не могу понять: откуда в таком хрупком и красивом теле столько жестокости? - Он покачал головой. - От вашего кобелиного племени, мой милый! - Да-а-а... - протянул он. - Не хотел бы я иметь врага в твоем лице. - Ты, мой милый, вне конкуренции. Ты - мой папочка! - Она ласково провела пальчиком по его щеке, но от этого нежного прикосновения ему стало как-то жутковато. - Пошли? - Пошли! - с задором воскликнула Лолита, подхватила его под руку и увлекла за собой.
в начало наверх
СХВАТКА С РОБОТОМ Небольшой тренировочный зал словно специально был оборудован только для одного человека: двум, тем более трем спортсменам там было не развернуться. Он был наполнен снарядами для накачки мышц и для отработки ударов, каждый из них был подключен к компьютеру, который регистрировал все данные и, более того, исходя из состояния и подготовки спортсмена, выдавал собственные рекомендации. Когда они не "доходили" до тренирующегося, компьютером подавался годос-предупреждение, а если и это не действовало, то все-снаряды мгновенно блокировались. Савелий довольно быстро освоился с новой техникой и даже успел полюбить ее. Он внимательно следил за рекомендациями компьютерного тренера, и тот, словно в благодарность, ни разу не подавал голос. Вскоре Савелий настолько вернул свою форму, что совершенно спокойно делал с места двойное сальто, во время которого наносил по тренажеру до трех-четырех ударов. Сегодняшняя тренировка для него была особенной, он был просто в ударе. Дело в том, что он впервые разрешил присутствовать на ней Наташе. С полчаса ушло на обычную разминку. Савелий не столько тренировал мышцы, сколько готовил свой Дух и концентрировал мозг для схватки с отсутствующим противником. Наташа сидела молча, и первоначальный интерес в глазах постепенно сменялся восхищенным удивлением. Какое владение телом! Какая точность ударов! А прыжки? Высоко взлетая над полом из разнообразных положений, Савелий каждый раз приземлялся на ноги, готовый к отражению атаки или нападению. Он напоминал кошку, которая, как ее не подбрось, обязательно спустится на лапы. Разбираясь достаточно профессионально в этих вопросах, Наташа не верила своим глазам. Для Савелия словно не существовал закон земного притяжения. Казалось, пожелай он - и тут же спокойно оторвется от пола, станет парить в воздухе. А Савелий совершенно забыл о ее присутствии: он уверенно и спокойно отрабатывал движения, которые, по его мнению, не достигли автоматизма. Неожиданно раздался какой-то странный звук из компьютера, и Савелий прекратил разминку, повернувшись на звук. - Ваши параметры дают основание считать, что вы готовы сразиться со мною! - не очень громко, но отчетливо прозвучал электронно-металлический голос. Наташа чуть слышно ойкнула, скорее от неожиданности, чем от испуга. Савелий взглянул на нее, потом на компьютер и покачал головой. Интересно, промелькнуло в его голове, как эта машина собирается сражаться с ним? - Если вы готовы к этому, то нажмите клавишу со стрелкой вверх, если нет - клавишу со стрелкой вниз! - бесстрастно предложила машина и включила прерывистый сигнал. - Может, не надо, Рэксик... - тихо прошептала Наташа. - Черт знает, какая программа заложена в ней. - Программу заложил человек, - спокойно отозвался он, подходя к клавиатуре. Не раздумывая ни секунды, он нажал клавишу со стрелкой, направленной вверх. Прерывистые сигналы тотчас прекратились, и снова раздался голос: - Мне нравится ваше решение! - Послышался какой-то звук, похожий на скрип металла. Во всяком случае, его нельзя было назвать приятным. В глухой стене сдвинулась дверь, и оттуда вперед выдвинулось какое-то сооружение, отдаленно напоминающее человеческую фигуру. Это чучело было укреплено на выдвижном постаменте, который находился на небольшом, в три-четыре квадратных метра пятачке, окруженном прочными канатами. Все это напоминало ринг в миниатюре. - Вы должны встать в центр этого мини-ринга и, как только будете готовы к поединку, произнести команду: "Атака!" С этого момента ровно на три минуты по канатам будет пропущен ток и ваш противник начнет действовать. Ваша задача - нанести противнику пять поражающих, обозначенных красным цветом, или десять болевых, обозначенных зеленым цветом, ударов. При выполнении того или другого задания канаты тут же обесточиваются. Запомните: удары должны быть полновесными, только тогда они будут засчитываться. Желаю удачи! Если бы Савелий не видел все это собственными глазами, то вряд ли бы поверил в такую чушь. Он взглянул на Наташу и по ее испуганному взгляду понял, что она все слышала. Савелий успел рассмотреть, что это чучело может двигаться только взад-вперед, и это уже упрощало задачу. Интересно, из чего оно сделано? Рассмотрел он и красные круги на своем противнике: их оказалось четыре, и каждый находился там, где находились "смертельные" точки у человека. Странно, голос говорил о пяти точках! Где же пятая? На всякий случай он попытался запомнить и десять зеленых кругляшков, раскиданных по всему "телу": руки, ноги, голова, грудная клетка... - Пятая под затылком! - крикнула Наташа, сумевшая заметить то, что Савелий не мог рассмотреть со своего места. - Отлично! - подмигнул Савелий. Махнув рукой Наташе, он легко перемахнул через канаты и встал напротив своего "противника". Не успел он занять место, как вдруг у чучела открылись глаза, и оно как бы повело плечами. Интересная "куколка", - с улыбкой подумал Савелий и решил серьезно отнестись к ней. Он сделал глубокий вдох, медленно выдохнул, принял боевую стойку и коротко бросил: - Атака! Савелий был прав, когда принял решение отнестись к "противнику" со всей серьезностью: "руки" робота молниеносно вскинулись, и одна из них сумела задеть его плечо. Удар был ощутимый, и это разозлило Савелия. Помня о том, что по канатам пустили ток, он, стараясь не задевать их, попытался провести несколько ударов впрямую, но робот отреагировал четко и не пропустил ни одного, умело ставя защиту. - А ты не так прост, оказывается! - хмыкнул Савелий и тут заметил, что робот не отрывает "взгляда" от его глаз. - Понятно! - подмигнул ему Савелий и с этого момента стал прятать свой взгляд от умного чучела. И снова повторил серию ударов. На этот раз один из них достиг цели, и если бы оказался посильнее, то первый красный кружочек был бы поражен. Отлично, значит, он оказался прав в отношении сенсорного взгляда. Пошли дальше... Неожиданно Савелий прыгнул вверх, стараясь не выпускать из поля зрения своего визави. Видно, и площадка, на которой они сражались, подавала информацию о его передвижениях: как только Савелий оказался в воздухе, робот стал "беспокоиться", вертя "глазами" из стороны в сторону. Воспользовавшись этим, Савелий нанес ему очень точный и сильный удар под затылок. - Ой! - громко вскрикнуло чучело, и Савелий, не ожидавший ничего подобного, приземлившись, взглянул на него. - Двадцать четыре секунды - первое поражение! - раздался знакомый голос. Неужто прошло так мало времени? Савелий нахмурился и на миг притупил бдительность. Вероятно, на это и было рассчитано: чучело мгновенно выкинуло "ногу" вперед и нанесло Савелию довольно ощутимый удар в грудь. Его отбросило назад, и он с огромным трудом сумел застыть в нескольких сантиметрах от канатов. Переживая за Савелия, Наташа едва не вскрикнула, но сдержалась, понимая, что этим может отвлечь его внимание. Удар был не столько болезненным, сколько унизительным для Савелия: какая-то там машина сумела перехитрить его. Человека!? Ну, электронный мешок, держись. Савелий вновь легко вспорхнул вверх и провел серию резких хлестких ударов, которые сопроводились тремя громкими "Ой!", а бесстрастный голос констатировал: - Шестьдесят восемь секунд - четыре поражения! - И вновь без всякой паузы, на этот раз "рукой", машине удалось задеть его ухо. Савелию показалось, что к уху поднесли горящую свечу, и он машинально потер его ладонью. Это вконец разозлило его: красное пятно, которое еще не было им задето, находилось чуть ниже солнечного сплетения, и Савелий, не поднимая глаз, точным отработанным ударом выбросил вперед правую руку. Удар был настолько силен, что синтетическая кожа "болвана" прорвалась. Он успел провопить "Ой!", потом его голова дернулась, склонилась вперед и уставилась на Савелия застывшими глазами: Зрелище было жутковатым, и Савелий брезгливо отвернулся, затем осторожно попробовал канаты. Тока не было, и он перескочил их. В это время дверь распахнулась, и в зал вошел Никита. - Ну, паря, ты даешь - со злым восхищением произнес он. - Да ты знаешь, сколько эта техника стоит? - Пусть впредь не лезет! - усмехнулся Савелий. - Она стольких до тебя уделала, что... - Он не нашел слов и воскликнул: - А ты с ней расправился за полторы минуты. Класс - Он причмокнул губами. - Сейчас ужин, потом... - Может, сначала ополоснуться позволите? - хмыкнул Савелий. - Я разве не сказал про душ? - нахмурился Никита. - Конечно, сначала душ, потом ужин, потом два часа свободного времени и баиньки. В свободное время чем хочешь заняться и где? Савелий повернулся к Наташе, которая пожала плечами, словно предоставляя ему самому решать. - Помнится, кто-то обещал ночной боевичок. - Савелий хитро взглянул на Никиту. - Понял! - кивнул тот и вытащил из бездонного внутреннего кармана кожаной куртки кассету. - Никита всегда выполняет обещанное! - торжественно произнес он и с полупоклоном сделал шаг вперед. Это было проделано с такой важностью, что, казалось, сейчас он преклонит перед Савелием колено. - "По прозвищу Зверь" называется. - Интригующее название, - кивнул Савелий. - Чей? - Наш, российский! - горделиво заявил Никита. - Парень там... круче бывают, как иногда говорит наш босс, только крутые яйца. - Он заржал на весь зал. - Представляешь, "шерстяные" его в "командировку" отправили, а он дергает оттуда к ним на разборку! Савелий перехватил недоуменный взгляд Наташи и коротко пояснил: - Мафия отправляет парня в тюрьму, а он бежит оттуда, чтобы с ними разобраться... - Неожиданно Савелий оборвал себя на полуслове, и его взгляд стал какимто странным, отсутствующим. Ему показалось, что внутри что-то защемило и ему даже стало трудно дышать. - Что с тобой, милый? - встревоженно воскликнула Наташа и тут же подбежала к нему. Савелий словно окаменел и продолжал молчать. Она схватила его за плечи и попыталась встряхнуть. Обеспокоился и Никита: он обхватил своей мощной дланью шею Савелия, а другой похлопал его по щеке. Савелий повернулся. - Чего это вы меня трясете, как грушу? - недоуменно спросил он. - На землю тебя вернули, - с облегчением усмехнулся Никита. - С тобой все в порядке? - Лучше не бывает! - ответил Савелий. Казалось, он все еще не пришел в себя. - Тогда возьми! - Никита протянул ему кассету. - Значит, вы никуда не собираетесь выходить? - Никуда, - машинально отозвался Савелий, продолжая о чем-то размышлять. - Тогда... - Никита взглянул на Наташу, - мы здесь тебя подождем, пока ты пот смываешь, о'кей? - Хорошо... Я мигом! - бросил Савелий Наташе. - Не волнуйся, милый. - Она подмигнула и хитро взглянула на Никиту. - В такой компании не соскучишься! - Это точно! - осклабился тот. Савелий подхватил спортивную сумку и быстро вышел. - Да, классного ты себе чувака отхватила! - глядя ему вслед, бросил Никита, потом подошел к сломанной "кукле", нажал одну из кнопок, чтобы поставить ее на место, но, видно, автоматика тоже была повреждена и он, со вздохом поморщившись, обхватил ручищами край платформы и с усилием задвинул ее назад в стену. - Наши специалисты вряд ли быстро разберутся в потрохах этой куклы! - Он повернулся к девушке. - И часто с ним бывает такое? - В первый раз, а что? - Я вдруг подумал: выйдет на поединок, начнет драться, а его вдруг замкнет. Из него же отбивную сделают! - Не сделают! - отрезала Наташа. - Откуда такая уверенность? - хмыкнул он и вдруг потянулся к ней своей ручищей. - Оттуда! - задорно воскликнула она, нырнула под руку, захватила ее и резко дернула вверх. Не ожидая от девушки такой прыти, Никита изогнулся в дугу и, чтобы удержаться на ногах, попытался вывернуться в другую сторону, но потерял равновесие и завалился на спину, больно ударившись головой об пол. - Ты что, сбрендила? - потирая затылок, буркнул он. - А ты руки не распускай! - зло бросила Наташа. - Я же пошутить хотел... - Так и я пошутила, - в тон ему ответила девушка. - Ну и шуточки у вас, мэм! - Он вдруг взглянул на себя со стороны, и ему стало так смешно, что он не удержался, откинулся на спину и зашелся в хохоте. - Это надо же, чуть руку не оторвала такому бугаю! Ха-ха-ха! Скажи кому - не поверят! - А ты предложи тому неверующему самому попробовать. - В ее глазах была такая невинная улыбка, что он не понимал, серьезно она говорит или
в начало наверх
шутит. - Это у тебя случайно вышло... - Он все никак не мог смириться с тем, что эта девчонка так ловко скрутила его. - Хочешь, еще раз попробуем? - О чем речь? - хмуро поинтересовался Савелий, заметив Никиту, валяющегося с веселым смехом. Увидев Савелия, он тут же оборвал смех и чуть сконфуженно поднялся на ноги. - Да Никита хотел один прием испробовать... - начала Наташа, но ее вдруг перебил Никита: - Так попробовал, что до сих пор затылок болит! - Он попытался свести все на шутку и снова засмеялся, преувеличенно морщась, якобы от боли, и причесывая свой затылок. - Поблагодари девушку за то, что она тебе голову не оторвала! - хмыкнул Савелий и внимательно взглянул на Наташу. Сытно перекусив в уютном ресторанчике, который был так хитро сконструирован, что огромный зал мог в считанные минуты делиться на небольшие кабинки, Савелий с Наташей, помахав ручкой Никите, уныло пристроившемуся недалеко от входа в номер Савелия, вошли внутрь. Савелий, молчавший почти весь ужин, продолжал молчать, и у Наташи создалось впечатление, что он избегает смотреть ей в глаза. Не чувствуя за собой никакой вины, она терялась в догадках и не знала, как себя вести, интуитивно ощущая, что пока не должна приставать к нему с вопросами. Но Наташа напрасно думала, что чем-то расстроила Савелия: она была совершенно ни при чем. Его спокойствие было нарушено тем, что он услышал от Никиты о фильме. Савелию казалось, что его сможет каким-то образом связан с его прошлым. Ничего не понимая, он никак не мог отделаться от своих мыслей, пытаясь вызвать чтото конкретное в своей памяти. Нет, нужно как можно быстрее посмотреть этот фильм. А Наташа? Он взглянул на нее и тут же отвел глаза. Он почему-то хотел посмотреть фильм один, но не знал, как сказать об этом Наташе. Он совсем не хотел обидеть ее, а она, по всей вероятности, уже решила остаться с ним на ночь. Савелий не был еще готов к этому и потому еще больше раздражался. - Мне кажется, дорогой, тебе хочется побыть одному, - неожиданно для пего и для себя самой тихо проговорила Наташа. - Ну что ты, Наташа... - не очень уверенно воскликнул Савелий. Девушка почувствовала его состояние. - Не нужно, милый, мы же с тобой друзья, не так ли? - Наташа увидела его смущение и ласково пропела ладошкой по его щеке. - Позвони мне завтра, хорошо? - Ты удивительная девушка! - проговорил Савелий и признательно прижался губами к ее руку. Когда они вышли из номера, Никита обеспокоенно вскочил и удивленно уставился на Савелия. - Вы что, изменили программу? - Успокойся, Никита, я остаюсь, а ты отвези Наташу домой. - Он повернулся к девушке, чмокнул ее в щеку и тут же вернулся назад. По дороге домой Наташа внушала себе, что поступила правильно, оставив Рэксика наедине со своими мыслями, но это у нее плохо получалось. Внутри нее боролись два вечных начала: ум и сердце, разум и чувство. Она понимала, что с ним что-то случилось и ее присутствие может помешать. Что же послужило толчком к такой внезапной перемене в его настроении? Наташа внимательно прошлась по сегодняшнему дню с момента их встречи и совершенно неожиданно пришла к выводу, что его настроение изменилось с того момента, когда Никитй рассказал о фильме на кассете. Что-то задело его в том рассказе. Она взглянула на Никиту, уверенно управляющего машиной. - Есть проблемы? - тут же откликнулся он. - Проблемы? - Она пожала плечами и, словно только что вспомнила, добавила: - Про фильм подумала, о котором ты рассказывал. Жаль, что не посмотрела. - Фильм действительно класс! Ничего, завтра посмотришь. - "Нет, нет, нет... Я хочу сегодня!" - неожиданно пропела девушка и заразительно рассмеялась. - Очень похоже! - согласился он с улыбкой. - Если найду другую кассету, то звякну, - пообещал он. - Не стоит, завтра посмотрю! - чуть подумав, решила Наташа, не желая привлекать излишнего внимания к своему любопытству. "УЧИТЕЛЬ, КОГДА КО МНЕ ВЕРНЕТСЯ ПАМЯТЬ?" А в это время Савелий, быстро переодевшись в спортивное трико, уютно расположился на диване и включил видеомагнитофон. С первых же кадров он почувствовал какое-то волнение, которое все сильнее охватывало его. Ему показалось, что он все это где-то уже видел и совершенно четко знает, что произойдет дальше. Не в силах смотреть на экран, Савелий выключил изображение, лег на спину и стал смотреть в потолок, словно там хотел найти ответы на мучившие его вопросы. Постепенно усталость и нервное напряжение дали о себе знать, и он забылся в неспокойном сие. Неожиданно он ощутил на себе чей-то взгляд, и глаза его непроизвольно открылись. Савелий повернул голову, но вместо комнаты увидел перед собой странно знакомое каменистое плато, на котором в полупоклоне почтительности и уважения стояли мужчины в странных одеждах. Их взоры были устремлены на восседавшего на скрещенных ногах седовласого старца. Он сидел на возвышении, и его взгляд был обращен к солнцу. У Савелия промелькнуло в голове: откуда в его гостиничном номере оказалось все это? Но он тут же забыл об этом и стал воспринимать все без всякого удивления, словно так и нужно. Неожиданно старец опустил голову и посмотрел прямо на Савелия. - ВСТАНЬ, БРАТ МОЙ! - проговорил он торжественно, и Савелий поднялся с дивана, подошел и опустился перед старцем на колени. - ТО, ЧТО ТЫ СЕЙЧАС УСЛЫШИШЬ, ЗАВТРА НЕ ВСПОМНИШЬ. Голос Учителя был очень грустным, но нежным. - НО ТВОЙ МОЗГ, КОТОРЫЙ СЕЙЧАС ИСПЫТЫВАЕТ ОГРОМНУЮ НАГРУЗКУ, ЗАПОМНИТ ВСЕ ЭТО... - Он немного помолчал, затем обвел рукой окружавших его мужчин. - ТОЛЬКО БЛАГОДАРЯ ЭНЕРГИИ, КОТОРУЮ СОВМЕСТИЛИ ВСЕ БРАТЬЯ, НАМ УДАЛОСЬ ПОЯВИТЬСЯ В ТВОЕМ СОЗНАНИИ. ТВОЙ СИГНАЛ БЕДЫ МНОЮ ПОЛУЧЕН ДАВНО, НО ОДИН Я НИКАК НЕ МОГ ДОСТУЧАТЬСЯ ДО ТВОЕГО ВОСПАЛЕННОГО МОЗГА, А ДЛЯ ОБЪЕДИНЕНИЯ ЭНЕРГИИ БРАТЬЕВ НУЖНО БЫЛО ТЩАТЕЛЬНО ПОДГОТОВИТЬСЯ... - Старик снова немного помолчал и его глаза заблестели от слез. - ТЫ БЫЛ МОИМ САМЫМ ЛЮБИМЫМ УЧЕНИКОМ, И Я УВЕРЕН, ЧТО ТЫ НИКОГДА НЕ ЗАБУДЕШЬ МЕНЯ И НИКОГДА НЕ ИЗМЕНИШЬ НАШИМ ЗАПОВЕДЯМ! - Да, Учитель! - тихо проговорил Савелий. - СЕГОДНЯШНИЙ КОНТАКТ С ТОБОЙ СМЕРТЕЛЕН ДЛЯ МЕНЯ, И, КОГДА ОН ЗАКОНЧИТСЯ, Я УЙДУ В ОТКРЫТЫЙ КОСМОС! НО Я С ЛЕГКОЙ СОВЕСТЬЮ ПОШЕЛ НА ЭТО, ЧТОБЫ СПАСТИ ТЕБЯ! ДА, МОЯ ДУША УЙДЕТ В ОТКРЫТЫЙ КОСМОС, НО Я ВСЕГДА БУДУ НАБЛЮДАТЬ ЗА ТОБОЙ, А ТВОЯ ПАМЯТЬ ОБО МНЕ ПОМОЖЕТ НАМ ОБЩАТЬСЯ. В ЭТОМ НАМ ПОМОЖЕТ КРОВЬ НАША, ПЕРЕМЕШАННАЯ ДРУГ В ДРУГЕ! - Учитель, я ничего не помню! - воскликнул с болью Савелий. - ДА, БРАТ МОЙ, ИМЕННО ПОЭТОМУ И ПРИШЛОСЬ ОБЪЕДИНИТЬ НАШУ ЭНЕРГИЮ, ЧТОБЫ ПРИЙТИ ТЕБЕ НА ПОМОЩЬ... ТВОЙ МОЗГ БЫЛ ПОДВЕРГНУТ СИЛЬНОМУ УДАРУ, ОТ КОТОРОГО ОБЫЧНЫЙ ЧЕЛОВЕК НЕ ВЫЖИЛ БЫ, - с грустью вздохнул Учитель. - А ТЫ ПОТЕРЯЛ ПАМЯТЬ О ПРОШЛОМ. ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ ОНА ВЕРНУЛАСЬ К ТЕБЕ, ПОМОГИ ЕЙ, НЕ ЖАЛЕЙ СВОЕГО МОЗГА. ЗАСТАВЛЯЙ ЕГО РАБОТАТЬ В ПОЛНУЮ СИЛУ! А МОЖЕТ БЫТЬ, ТЕБЕ ПОМОЖЕТ И ТО, ЧТО ПРИНЕСЛО ТЕБЕ ВРЕД... НО Я УВЕРЕН, ЧТО ПАМЯТЬ К ТЕБЕ ВЕРНЕТСЯ И ТЫ ВНОВЬ ОБРЕТЕШЬ САМОГО СЕБЯ. - Когда, Учитель? - НЕ МОГУ СКАЗАТЬ ТОЧНО: ВСЕ ЗАВИСИТ ОТ ТЕБЯ. ПОДОЙДИ БЛИЖЕ! - приказал он и взял в правую руку удлиненный ромб, висящий на его груди на массивной цепочке. Савелий встал с колен, подошел к старому Учителю и склонил перед ним голову. - ЭТОТ ЗНАК-СЫН, СИМВОЛ ВЛАСТИ, СПРАВЕДЛИВОСТИ И ПОКРОВИТЕЛЬСТВА СЛАБЫМ, ДОЛГИЕ ГОДЫ ПРИНАДЛЕЖАЛ МНЕ, И СЕЙЧАС, КОГДА Я УХОЖУ В ОТКРЫТЫЙ КОСМОС, Я ДОЛЖЕН ПЕРЕДАТЬ ЕГО ДОСТОЙНЕЙШЕМУ... - Он вопросительно, но с надеждой оглядел своих собратьев. Никто из них не осмелился заговорить. Затем из-за спины старика вышел огромный лысый верзила и почтительно склонил голову. - ГОВОРИ, ХРАНИТЕЛЬ ДРЕВНЕГО ЗНАКА! - кивнул Учитель. - Долгие годы. Учитель, ты передавал нам свои знания, свой опыт и вкладывал в нас свою душу. - Он говорил с болью в душе, но голос был торжественным и уверенным. - Твой любимый ученик - наш брат, и ему сейчас нужна наша помощь! Разве могут быть какие-то сомнения? Знак-Сын сейчас ему нужнее, чем нам, и потому он должен быть передан ему. Все вокруг со вздохом облегчения согласно закивали головами. - НУ ЧТО Ж, ХРАНИТЕЛЬ ДРЕВНЕГО ЗНАКА, Я НЕ ОШИБСЯ В ВАС, Я БЫЛ УВЕРЕН, ЧТО ВЫ ПРИМИТЕ ПРАВИЛЬНОЕ РЕШЕНИЕ! - Он снял с шеи Знак-Сын и надел его на шею Савелия. - НОСИ ЕГО С ЧЕСТЬЮ, БРАТ МОЙ! - тихо сказал он и притронулся сухими губами к его затылку, затем вновь повернулся к своим собратьям. - БРАТЬЯ МОИ! - громко воскликнул он, - ЭТОТ ЗНАК-СЫН ВЕРНЕТСЯ К ВАМ В ТОТ МОМЕНТ, КОГДА К НОСЯЩЕМУ ЕГО ВЕРНЕТСЯ ПАМЯТЬ, И ВЕРНЕТСЯ ОН К МОЕМУ ПРЕЕМНИКУ, КОТОРЫЙ СТОИТ СЕЙЧАС ПЕРЕД ВАМИ И КОТОРОГО ВЫ НАЗЫВАЕТЕ ХРАНИТЕЛЕМ ДРЕВНЕГО ЗНАКА. ДА БУДЕТ ТАК! - выкрикнул он и вздел руки к солнцу. С громким выдохом все вскинули руки к солнцу, а когда снова взглянули в сторону старика, то его уже не было. Он исчез! - Свершилось то, о чем говорил Учитель: он ушел в открытый космос! - торжественно произнес Хранитель Древнего Знака, затем повернулся к Савелию. - Брат мой, никогда не снимай с себя Знак-Сын! Никогда! И не бойся: ты его не потеряешь и никто не сможет украсть его у тебя. - Он улыбнулся, прижал к своей мощной груди голову Савелия - Помни! - Помню, Учитель... - ответил Савелий и дважды повторил: - Помню! Помню! Он открыл глаза и с удивлением осмотрелся: в его номере было темно и тихо. Мигали цифирки видеомагнитофона, который он забыл выключить. "Надо же, заснул как убитый", - усмехнулся Савелий. Он потянулся к тумбочке, нащупал там пульт и выключил видеомагнитофон. Но когда он стал снимать спортивный костюм, его рука неожиданно наткнулась на странный предмет, висящий на шее. Он включил настольную лампу и внимательно осмотрел его: это был удлиненный ромб, напоминающий тот, что был у него на левом предплечье. ОПЕРАЦИЯ "РЭКС" После того как Воронов побывал на квартире Савелия и распросил жильцов, которые ничего нового не поведали, он позвонил в приемную генерала Богомолова. - Константин Иванович, как и договаривались - звоню! - без особого восторга сообщил Воронов. - Что, успели побывать на квартире Говоркова? - заметил тот. - По голосу заметили или доложили? - усмехнулся Воронов. - Квартира под наблюдением. Вот что, капитан, у меня сейчас совещание, потом вызов "наверх", а в... скажем, в пять часов жду вас у себя в кабинете. Пропуск будет заказан. Вопросы? - Могу я, чтобы не ездить к себе за город, пока пожить у Савелия? - Воронов вздохнул. - Зайдите к начальнику ДЭЗа и возьмите ключ, я сейчас отзвоню ему. - Спасибо, - бесцветно отозвался капитан и положил трубку. Он вышел из будки, молча огляделся по сторонам и медленно побрел в сторону жилищной конторы. Приехав в Москву, он не только успел поговорить с соседями Савелия, но и обзвонил бывших однополчан: может, они что знают о нем? Однако они ничего не слышали о Савелии, но обещали сразу же сообщить Воронову, если появится какая-либо информация. Когда капитан вошел к начальнику ДЭЗа, тот без лишних слов протянул ему ключи и снова уткнулся в бумаги. Выйдя на улицу, капитан решил зайти в ближайший продуктовый магазин. Уйдя полностью в свои мысли, он встал в очередь и бессмысленно уставился на рекламу, висящую на стене. Она гласила, что в Москве проходит чемпионат России по кикбоксингу. Воронов так долго смотрел на рекламу, что поневоле заставил обратить на нее внимание тех, кто стоял за его спиной. Это были двое шикарно "упакованных" мужчин, которые о чем-то разговаривали. Один из них, перехватив странный взгляд Воронова, взглянул на рекламу и, улыбнувшись, подтолкнул своего приятеля: - А вы, Геннадий Константинович, пойдете на юбилей? - Какой юбилей? - не понял тот. - Клуба "Виктория". - А что там интересного? - Как? - удивился первый. - Там же будет проводиться закрытый чемпионат России по восточным единоборствам! Встретятся самые лучшие пары! Воронов прислушался к разговору: жаль, что нет сейчас Савелия. Вот кому нужно было бы оказаться на этом чемпионате! - Там можно такие башли выиграть! - продолжал восхищаться тот, что заинтересовался рекламной афишей. - На тотализаторе, что ли? Бывал как-то там, рядом с Чистыми вроде? - Ну! С билетами, правда, трудновато уже, но есть один канальчик...
в начало наверх
Как, достать? - А сколько этот "канальчик" запросит? - хмыкнул Геннадий Константинович. - Канальчик-то прямой... - чуть обиженно отозвался его приятель. - Через Лешу-Шкафа! - Вот как? Это уже интересно! Мне как раз необходимо выйти на него. - Никаких проблем, если есть грины! Первое - взнос клуба, второе - благотворительный взнос, третье - стоимость билета и участие в тотализаторе. - А это обязательно? - Вы имеете в виду участие? Обязательно! В этот момент Воронов подошел к продавцу и продолжение разговора ему так и не довелось услышать. А именно оно и было так нужно ему: говорили о новеньком, который появился недавно у Леши-Шкафа и которого охраняют как зеницу ока. Речь шла, как вы уже вероятно, догадались, о Савелии Говоркове... Перекусив на скорую руку, Воронов тщательно осмотрел все укромные уголки однокомнатной квартиры Савелия, но ничего, чтобы могло бы оказать помощь в поисках хозяина, не нашел. Желая скоротать время до встречи с Богомоловым, он решил поваляться на тахте, а чтобы не мять покрывало, откинул постель в сторону и хотел уже прилечь, но тут заметил в изголовье аккуратно сложенные документы: паспорт, военный билет, водительские права. Эта находка совсем выбила его из колеи. Савелий всегда брал документы с собой за исключением особых случаев, как, например, в Афганистане: в разведку, на задание... Если до этой находки капитан мог еще как-то оправдать и отсутствие Савелия, и его внезапное исчезновение, и долгое молчание, то сейчас в голову лезли самые неприятные мысли. Взглянув на часы, Воронов чертыхнулся про себя и быстро вскочил с тахты: он едва-едва успевал на встречу с генералом Богомоловым. Как и обещал генерал, пропуск был заказан. Более того, Воронова ожидал порученец Богомолова, который и проводил его до самого кабинета. Предложив капитану присесть, он вошел в кабинет и буквально сразу же вышел: - Проходите, товарищ Воронов. Генерал вас ждет! - дружелюбно проговорил он, и когда Воронов вошел, прикрыл за ним дверь. - Приветствую вас, капитан! - радушно проговорил Богомолов, вставая из-за стола и выходя к нему навстречу. - Как доехали? Как здоровье? Успели ли отдохнуть? - засыпал он вопросами. - Спасибо, все в порядке, - коротко ответил Воронов и только тут заметил знакомое лицо. - Здравствуйте, Порфирий Сергеевич! - Он сделал шаг, обрадовавшись этой встрече, но тут же смущенно взглянул на Богомолова. - Разрешите? - Все в порядке, капитан, - подмигнул тот. - Валяйте! Капитан подошел к Говорову, и они крепко, по-мужски, обнялись. - Какими судьбами, товарищ генерал? - удивился Воронов. - Бывший, капитан, бывший! - усмехнулся Порфирий Сергеевич. - По той же причине, что и ты. - Савелий? - догадался Воронов. - Точно так, - улыбнулся Говоров, но почти сразу же выражение его лица стало серьезным и озабоченным. - Мы пригласили тебя, капитан, чтобы... -...сообщить пренеприятнейшее известие! - с усмешкой добавил Воронов. - Дело обстоит гораздо серьезнее, чем можно было предположить. - Старый генерал не принял иронического тона Воронова и после небольшой паузы, словно предоставляя ему возможность осознать сказанное, продолжил свою мысль и рассказал все, что им было известно о Рассказове и его делах. Когда он закончил свой рассказ, неожиданно прозвенел телефонный звонок. Богомолов раздраженно схватился за селектор. - Я же просил никого со мной не соединять! - Константин Иванович, это звонят из американского посольства, - отозвался порученец. Богомолов переглянулся с явно удивленным Говоровым. - На ловца и зверь бежит! - хмыкнул тот и повернулся к Воронову. - Нисколько не удивлюсь, если мы сейчас услышим нашего общего знакомого. - Думаете, это как-то связано с Майклом Джеймсом? - нахмурился капитан. - Во всяком случае, моя интуиция подсказывает именно это... - Хорошо, соединяйте! - бросил в селектор Богомолов и взял трубку, нажав клавишу громкой связи. - Господин генерал, - с довольно сильным акцентом произнес голос, который все сразу узнали. - Надеюсь, что вы могли узнавать меня? Богомолов сразу понял, что Майкл Джеймс не хочет называться вслух и потому решил подыграть ему. - Разумеется, я вас помню. Надеюсь, наша просьба не была для вас слишком обременительной? - Без никаких проблем, господин генерал! Мы сумели подготовить для вас справку о тех бывших "афганцах", что, по нашим сведениям, находятся в плену. - Спасибо вам большое! Может, и я для вас смогу чем-то быть полезным? - Без всякой сомневательности! - воскликнул Майкл. - Мне с вами необходима встреча о происшествии на таможне с нашей соотечественницей. - Мне понятно, о ком идет речь. - Богомолов обрадовался, что так просто нашлась причина для встречи. - Когда вам было бы удобно встретиться? - Когда выскажете. - В голосе Майкла послышались радостные нотки. - Если я не нарушу ваши планы, было бы хорошо встретиться прямо сейчас, заодно покажем Москву. - Богомолов дал понять Майклу, что он будет не один. - Звучит очень хорошо! Где? Когда? - Через полчаса у Большого театра, - переглянувшись с Говоровым, предложил Богомолов. - Отлично, еду! - сказал Майкл и дал отбой. Богомолов долго смотрел на трубку, словно пытаясь что-то понять, потом положил ее и повернулся к своим собеседникам. - Ну и интуиция у вас, товарищ генерал! - Он покачал головой. - Если быть откровенным, то о Майкле Джеймсе я брякнул с бухты-барахты! - признался Говоров, и все рассмеялись. - С бухты-барахты или нет, но приезд Майкла Джеймса в Москву как нельзя кстати, - заметил Богомолов. - Вы думаете, он имеет какие-то сведения о Савелии? - спросил Воронов. - Не знаю, как о Савелии, но уверен, что речь пойдет о бывшем генерале Госбезопасности Рассказове, - задумчиво проговорил Говоров. - Снова интуиция или "с бухты-барахты"? - ехидно бросил Богомолов. - Нет, на этот раз интуиция, - даже не улыбнувшись, ответил старый генерал. - Как я понимаю, на встречу с Майклом Джеймсом, майором Федерального бюро расследований, мы идем втроем, - полувопросительно добавил он. - Правильно, - кивнул Богомолов. - И времени у нас остается только на то, чтобы выйти из кабинета. - Так что же мы сидим? - Говоров легко поднялся с кресла. - Пошли! - Он сейчас напоминал охотничьего пса, взявшего след. - Миша, машину к подъезду. Без водителя, сам буду за рулем! - сказал в селектор Богомолов. - Какую, Константин Иванович? - Серую "Волгу". - Будет исполнено, товарищ генерал! Когда они вышли из подъезда, "Волга" стояла уже перед ними, а рядом - водитель лет сорока довольно внушительных размеров. Он вопросительно взглянул на Богомолова и протянул ключи от машины. - На сегодня ты, Володя, свободен. Завтра, как обычно. - Понял! - кивнул тот и без лишних слов удалился. До Большого театра они ехали в полном молчании, но каждый думал о человеке, который ожидал их - о Майкле Джеймсе. Воронов узнал его сразу, несмотря на то, что Майкл был одет довольно необычно для майора ФБР: джинсовый костюм, очень хорошо сидевший на нем, ботинки на высоких каблуках. Он напоминал рекламного ковбоя с широкой улыбкой, обнажающей белоснежные зубы. Не выходя из машины, Воронов махнул рукой, и Майкл тут же подошел. Он едва захлопнул за собой дверцу, как Богомолов сорвал машину с места, внимательно поглядывая в зеркало заднего вида. - Отчего такая осторожность? - удивленно спросил Майкл. - Предосторожность! - поправил Богомолов. - Исхожу из нашего с вами разговора по телефону. - Думаю, что это излишне, - улыбнулся тот. - Мне не хотелось только называть свое настоящее имя: сейчас я - полковник Джефферсон. Так, за всякий случай. - На всякий случай, - снова поправил Богомолов. - Ох уж этот мой русский, - смутился Майкл. - По сравнению с тем, как вы говорили при нашей последней встрече, вы сделали большие успехи, - заверил Богомолов. - Вы хотите льстить мне. - Майкл, однако, был очень доволен похвалой. - Как я понимаю, ваш соотечественник, задержанный с наркотиками, только повод для нашей встречи. Не так ли? - нетерпеливо вмешался в разговор Говоров. - Разве можно что скрыть от вас? - улыбнулся Майкл. - Но сначала хочу говорить, что много рад видеть вас и капитана в живым и здоровьем! - Живыми и здоровыми, - машинально поправил Богомолов. - Мы тоже рады видеть вас в нашей стране. - А где же Рэкс? - продолжая улыбаться, поинтересовался Майкл. - Наш приятель пропал, - вздохнул Богомолов. - Пропал? - нахмурился Майкл, не понимая значения этого слова. - Умер? - Нет, исчез. Не дает о себе вестей, и мы не знаем, что с ним и где он, - пояснил Говоров. - Странно... Мне он казался весьма собранным и точным солдатом, - задумчиво проговорил Майкл. - А если не может или не имеет возможность предупреждать? - Мы были бы этому очень рады! - искренне воскликнул Воронов. - Майкл, скажите, а для чего вы искали встречи с нами? - не выдержал наконец Богомолов. - Вам говорит что-нибудь фамилия Рассказов? - неожиданно спросил Майкл. - И да и нет: смотря о ком идет речь... - осторожно ответил Богомолов и покосился на Говорова. - Речь идет о том генерале, который занимал много годов назад ваш офис, - хитро улыбнулся Майкл. - Неужели вы на него вышли? - не скрывая своего удивления, воскликнул Говоров. - Да, он совсем неожиданно попал в поле нашего видения. И я совсем уверен, что без него не обошлось и в вашей с Рэксом судьбе! - Он бросил взгляд на Воронова. - Не понял! - нахмурился капитан. - Есть большая уверенность, что именно он руководил той базой в Казахстане, где вы меня спасли. - Как странно переплетаются порой жизненные пути... - задумчиво сказал Говоров. - Думаю, Константин Иванович, нам нужно где-то поговорить. - Вполне с вами согласен. Мы уже едем в одно место... Богомолов остановил машину у того самого дома, где он совсем недавно встречался с Говоровым. Когда они расселись вокруг журнального столика, на котором стояла бутылка коньяка, бутерброды и бутылки "пепси", они обменялись информацией. Конечно, более ценные сведения сообщил им Майкл Джеймс, но и он узнал о Рассказове много любопытного. В данном случае интересы двух великих держав, давно соперничающих друг с другом, совпали: Майкла интересовал Рассказов как источник появления наркотиков в Америке, а Богомолова он интересовал как источник опасности для России. И наконец, Воронова и Говорова этот "спрут", как обозвал его старый генерал, заинтересовал тем, что он представлял серьезную угрозу для Савелия Говоркова. Каждый из них понимал, что Рассказов не успокоится до тех пор, пока не уберет Савелия. Из всего услышанного Воронов понял одно: нужно во что бы то ни стало опередить людей Рассказова и найти Савелия прежде, чем они найдут его. После недолгих колебаний генерал Богомолов принял предложение Майкла Джеймса о совместной работе, но поставил одно условие. - Господин Джеймс, думаю, вы понимаете, чем я рискую, принимая ваше предложение? - Ну зачем так официально, Константин? - обиженно произнес тот. - Я ничего не знаю о том, что вы встречались с Майклом Джеймсом для определения какой-то совместной работы, я знаю только о том, что полковник Джефферсон обратился за помощью к генералу Богомолову о деле, связанном с американским гражданином, арестованным финскими таможенниками, не так ли? - Он хитро посмотрел на Богомолова. - И генерал Богомолов был настолько гостеприимным хозяином, что угостил полковника Джефферсона рюмкой коньяка! - в тон ему проговорил генерал и улыбнулся. - Вот именно! Только не понимаю, почему только рюмкой? А если я хочу еще по чуть-чуть? - Все дружно рассмеялись, а Майкл сам разлил коньяк и сказал: - Мне много приятно, что я встретил на моей дороге вас! И конечно, я понимаю, что вам приходится перешагивать, если за господином Рассказовым стоит большая сила, уничтожи... - он наморщил лоб, пытаясь правильно договорить трудное для него слово, - ...вавшая... - Уничтожившая, - не удержался Богомолов. - Точно так! Уничтожившая все его следы в документах! Скажу больше: я тоже ощущаю его силы, которые могут стоить мне жизни. И
в начало наверх
потому наши интересы совпадают даже в этом! О связи мы договорились: это очень надежный источник и можете доверять ему, как мне. В самых срочных случаях можно использовать и телефон, но... - добавил он, заметив протестующий взгляд Богомолова, - ничего говорить важного нельзя, только назвать свое имя. - Имя? Совсем лишнее! - заметил долго молчавший Говоров. - Если нужна срочная встреча, то нужно сказать любую фразу, в которой должно прозвучать какоенибудь кодовое слове. - Очень хорошая мысль, - согласился Майкл. - Какое слово? - Рэкс! - неожиданно вырвалось у Воронова. Все одновременно повернулись к нему. Некоторое время стояла странная тишина, словно капитан произнес чтото запретное. - А мне нравится! - прервал молчание генерал Богомолов. - Пусть и вся наша операция, связанная с бывшим генералом Рассказовым, называется "Рэкс". Нет возражений? - Никаких! - воскликнул Майкл. - За Рэкса! - Он поднял рюмку, и в тишине красиво и звонко прозвенел хрусталь. ГОГА БАРДАНАШВИЛИ Эти четверо таких разных людей, объединившихся для борьбы со злом, даже и предположить не могли, что совсем скоро им придется встретиться вновь, но эта встреча будет носить вынужденный характер... Прошло несколько дней, а "русско-итальянские" братья и не думали приходить к Леше-Шкафу искать защиты. Это его сильно тревожило и раздражало. Он понимал, что не прийти к нему братья могли только по двум причинам: если нашли другую "защиту" или решили вступить с ним в борьбу. Первое исключалось - Москва была поделена на сферы влияния, и вряд ли кто-то решился бы "пастись" на его территории. Значит - второе? Но решиться на войну с ним мог только сумасшедший или тот, кто заручился поддержкой "авторитетов". Решив хотя бы немного прояснить ситуацию, Леша-Шкаф решил встретиться с Гогой. Георгий Барданашвили был весьма интересной личностью. Пару десятков лет назад он приехал из Грузии в Москву, закончив свою спортивную карьеру в самом пике славы, завоевав титул олимпийского чемпиона по борьбе. Его имя, известное не только в стране, но и за рубежом, сыграло свою роль: не было мало-мальски известной тусовки, хоть спортивной, хоть эстрадной, где бы не оказывался Георгий, который постепенно становился тем Гогой, каким он был сейчас. Вскоре он перетащил в Москву и своего брата, продолжавшего выступать за сборную Грузии по борьбе. Сколотив свою команду из спортсменов, братья уверенно захватывали в Москве такие золотоносные жилы, как игорный бизнес, рекламу, торговлю, спорт. Постепенно их влияние стало настолько мощным, что невозможно было провести ни одно массовое мероприятие, не заручившись их поддержкой. С ними считались даже правоохранительные органы, и это не могло не беспокоить московские власти. Леша-Шкаф был лично знаком с Гогой, и до сих пор никаких недоразумений у них не возникало. Леша старался, чтобы его интересы не пересекались с интересами Гоги, а тот благосклонно делал вид, что это положение его вполне устраивает. Приняв решение, Леша-Шкаф немного нервничал, чувствуя, что перешел грань, за которой начинались Гогины интересы, но нужна была ясность, и он набрал нужный номер. По сменившейся интонации секретарши после того, как она доложила о его звонке шефу, Леша-Шкаф понял, что его опасения не лишены оснований, но ход был сделан. - Слушаю тебя, дорогой! - услышал он вкрадчиволюбезный тон Гоги, не сулящий ничего хорошего. - Рад приветствовать тебя, Гога, давно не общались, - как ни в чем не бывало, радостно отозвался Леша. - Да, очень давно, - согласился Гога. - Ты вышел в открытое плавание и мои дружеские советы тебе уже не нужны. - Это прозвучало с таким намеком, что Леша-Шкаф почувствовал, как тучи сгущаются над его головой. - Обижаешь, дорогой Гога, моя лодочка еще не может пережить все штормы и бури без твоей поддержки и внимания. - Он постарался, чтобы его голос звучал обиженно и одновременно уважительно. - Ладно, говори, зачем вспомнил обо мне? - не очень дружелюбно заявил Гога, словно пытаясь быстрее отделаться. - Повидаться хочется. - Хорошо! Завтра... нет, послезавтра устроит? - А сегодня? - Леша-Шкаф не хотел тянуть и решил поспешить со встречей. - Сегодня... - Гога пошуршал для вида бумагами, словно отыскивая свободное время, хотя знал не только о том, что оно есть, но и о том, почему Леша-Шкаф так спешит со встречей. - Ладно, если можешь приехать прямо сейчас, у нас будет минут двадцать для разговора. - Еду! - тут же согласился Леша-Шкаф и положил трубку. Из этого странного диалога, когда, казалось, ничего не было сказано конкретно, он понял, что разговор предстоит тяжелый, если не сказать больше. Не подвела, значит, интуиция: братья успели "обкашлять" с Гогой свои претензии, и нужно быть готовым к самому худшему. Он позвонил и вызвал к себе своего начальника охраны. - Срочно собери пару машин ребят "в полной упаковке": поедете за мной... Нет, ты поедешь в моей машине, а они за мной, - приказал Леша-Шкаф. - Серьезная заварушка предстоит? - радостно потирая руки, спросил тот. - Не уверен, но все может быть. Когда я войду в дом, будьте наготове. - Он протянул передатчик, маленькую металлическую коробочку, а сам нажал на кнопку своих часов - из коробочки раздался громкий писк. - Если услышишь этот сигнал, влетайте в дом и попытайтесь вытащить меня, если я еще буду в живых. - Он зло усмехнулся. - Если нет, всех там уничтожить! Понял? Всех! - Понял, шеф! - охранник пожал плечами и тут же спросил: - А может, мне с тобой пойти? - Вряд ли пустят... - Леша задумчиво покачал головой. - Однако спасибо, я всегда верил в тебя! - Он пожал ему руку. - Идите к машинам, я сейчас выйду! Охранник вышел из кабинета, а Леша-Шкаф открыл свой мощный сейф, задумчиво подержал в руках двенадцатизарядный пистолет, потом положил назад: если чтото случится, то пистолет ему вряд ли поможет, будь что будет. На всякий случай он сделал еще один звонок, чтобы быть уверенным, что его исчезновение не останется неотомщенным. Он не стал звонить Лолите, чтобы не волновать ее и чтобы она не наделала каких-нибудь глупостей. Кавалькада их трех "мерседесов" выглядела довольно внушительной. Они остановились у шикарного особняка девятнадцатого века. Огромный детина, стоящий у входа, что-то сказал в портативную рацию, и в дверях показались трое здоровяков, придерживающих под полами курток оружие. Леша-Шкаф усмехнулся и вышел из машины. - Меня ждет Гога! - спокойно и уверенно бросил он, и первый, что говорил в рацию, кивнул: - Я в курсе, проходите. - Он посторонился, пропуская Лешу к дверям. - Я могу взять с собой своего юриста? - спросил Леша-Шкаф. - Мне о нем ничего не говорили, - ответил тот, пожимая плечами. - Нет так нет! - бросил Леша-Шкаф и наклонился к окну своей машины. - Видишь, я был прав. Будьте наготове! - Он подмигнул и вошел в дверь. В сопровождении одного из охранников он вошел в огромный вестибюль. Несколько месяцев назад ЛешаШкаф встречался с Гогой, но тогда его офис был небольшим, всего три комнаты, расположенные в полуподвале жилого дома. Этот двухэтажный особняк выглядел дворцом по сравнению с тем помещением. Внутреннее убранство поражало роскошью. Из вестибюля сопровождающий провел Лешу в небольшую комнату, где молодой сухощавый паренек в очках провел прибором по его телу, проверяя наличие металла. - Можете не волноваться: оружие я оставил в машине, - усмехнулся Леша-Шкаф. - А что мне волноваться? - улыбнулся парень. - Таковы правила, и я выполняю свою работу! - Главное - точно выполнять свою работу! - Леша-Шкаф подмигнул и пошел за своим провожатым. У высоченных двустворчатых дверей в кресле сидел двухметровый парень со спортивной фигурой. Он тут же встал и подозрительно посмотрел на Лешу-Шкафа. - Гога ждет его! - тут же подсказал сопровождающий, и тот сделал шаг в сторону, пропуская Лешу-Шкафа в "предбанник", где сидел еще один "секретарь", который взглянул на вошедшего без всякого удивления. - Гога ждет вас! - бросил он, не вставая с кресла и милостиво кивая в сторону украшенной причудливой резьбой двери. "Да, попробуй доберись до него через все кордоны! - мелькнуло в мозгу Леши-Шкафа. - Видно, никому не доверяет, если так осторожничает..." Он открыл тяжеленные двери и, стараясь быть спокойным, уверенно вошел в просторный кабинет с довольно скромной обстановкой. Не вставая из-за стола, Гога протянул ему руку, что было довольно обнадеживающим жестом. Леша-Шкаф крепко пожал ее и сел в кресло напротив. - Какие проблемы? - тут же спросил Гога, глядя прямо в глаза Леше. Чем-то его тон отличался от того, как он говорил по телефону. - Я не хотел беспокоить тебя по пустякам... - начал Леша осторожно, но Гога неожиданно перебил его, в раздражении вскочив из-за стола. - По пустякам, говоришь? А ты знаешь, что на складе, который с твоей подачи превращен в развалины, был и мой груз? А четыре трупа? Ничего себе, пустяки! Не кажется ли тебе, что ты слишком зарвался? А? "Черт бы побрал этого информатора! Не мог предупредить насчет груза Гоги... А может, Гога использует это как зацепочку? Что-то не верится, чтобы он стал бы держать свой товар на чужих базах. Здесь что-то не так!" - эти мысли в секунды промелькнули в голове Леши-Шкафа, и он решил, что при любом раскладе не должен брать на себя эту акцию. Глядя честными глазами на собеседника, он изобразил на лице такое изумление, что ввел в заблуждение даже такого игрока как Гога. - Послушай, Гога, о каком складе ты говоришь? - Ты брось ваньку валять! - не очень уверенно бросил тот. - Можно подумать, что ты и газет не читаешь, и телевизор не смотришь. - Он бросил перед Лешей "Московский комсомолец" с обведенной красным фломастером коротенькой заметкой, которую Леша-Шкаф знал наизусть. Взяв в руки газету, он внимательно прочитал заметку об уничтоженной видеотехнике и компьютерах, о четырех обгоревших трупах. Ни фамилий, ни названия фирмы не сообщалось - ведется следствие. Ниже вывод газетного репортера: "По всей вероятности, мы опять имеем дело с разборкой между преступными группировками и, как всегда, найти виновных не удастся". - Я действительно, Гога, газет не читаю - некогда, а по телевизору я этого не видел. Однако не могу взять в толк: ты что, меня подозреваешь в этом дерьме? - Леша обиженно бросил на стол газету. - Это даже не на моей территории! Если кто-то указал на меня и моих людей, значит, нас явно хотят столкнуть лбами. Ты же знаешь меня не первый год, Гога! Да если бы я что-то захотел сделать, неужели не посоветовался бы с тобой? - А зачем на нашу встречу взял с собой своих боевиков? - неожиданно спросил Гога. - Зачем, если не чувствуешь за собой вины? - К нашей встрече это не имеет никакого отношения, - искренне заверил его Леша-Шкаф. - Когда ты предложил встретиться прямо сейчас, мы собирались потрясти кое-каких должников, вот я и решил прямо отсюда наведаться к ним. Это объяснение звучало довольно убедительно, и Гога засомневался, но что-то все еще не отпускало его, и он, чтобы потянуть время, перескочил на другую тему: - О чем ты хотел поговорить? - Ты знаешь "русско-итальянских" братьев? - стараясь быть спокойным, спросил Леша, он решил пойти вабанк. Вопрос застал Гогу врасплох, это было заметно по тому, как он выдержал паузу, пытаясь найти ответ. - Что конкретно тебя интересует? - Ладно, спрошу прямо: ты заинтересован в них? - Леша в упор взглянул на Гогу. - И да, и нет. Смотря в чем... - Гога явно осторожничал, это Леша-Шкаф почувствовал сразу, на этом и решил сыграть. - Дорогой Гога, я уже несколько недель пытаюсь добиться от них договоренности в одном общем деле, которое принесет огромные деньги всем участникам. Зная меня, ты конечно же понимаешь, что в этом деле учтены и твои интересы. - Он сделал паузу, чтобы Гога смог осознать сказанное, и потом во всех деталях рассказал ему о своем проекте. Гога слушал очень внимательно и ни разу не перебил. - И вот сейчас, когда им стала известна суть этого дела, как ты понимаешь, без подробностей, они хотят вильнуть хвостом. Прямо заявить об этом не решаются, вот и ищут причины для разборок. Не знаю, может, это просто совпадение, или они сами решились на убийства и поджог склада, я бы не очень этому удивился, но... все очень странно. - Леша-Шкаф немного помолчал, а потом "бросил кость": - И я совершенно уверен, что они и к тебе обращались за поддержкой, не так ли? Гога не ответил, но Леше все было и так понятно, коль скоро Гога не
в начало наверх
стал этого отрицать. Да, Гога оказался в довольно щекотливом положении: с одной стороны, он обещал поддержать братьев (за них хлопотал очень уважаемый человек), с другой стороны, Леша-Шкаф обрисовал такие перспективы, что не поддержать его мог только идиот. - Дорогой Гога, я конечно же понимаю, что ситуация для тебя не совсем ординарная, - словно подслушав его мысли, заговорил Леша-Шкаф. - И мне кажется, что есть один выход. - Интересно... - В отличие от них я не буду настаивать на помощи, но... - Понимаю, - ухмыльнулся Гога. - Но и им я не должен помогать? Нейтралитет, не так ли? - он явно повеселел. - Я тебя, дорогой Гога, ни о чем не просил, - рассмеялся Леша-Шкаф, вскидывая руки вверх. Он понял, что только что выиграл очень сложную и опасную партию. - Но за дружбу и верность рюмку бы с тобой опрокинул. - Мне нравится общаться с тобой, Лешенька. - Гога улыбнулся, нажал на пульте кнопку и сзади него в стене откинулась с мелодичным звоном дверка зеркального мини-бара. - Что будешь пить? - Я помню твой вкус, дорогой Гога, и потому буду пить то же, что и хозяин этого кабинета! - Леша-Шкаф подмигнул. - А я помню твой вкус, дорогой Лешенька! - в тон ему отозвался Гога. - Для нас желание гостя - закон, но я хочу сделать так, чтобы приятно оказалось всем - и гостю и хозяину! - Как скажешь, дорогой Гога! Гога налил для Леши-Шкафа свой любимый коньяк "КВВК", а себе плеснул любимого шотландского виски Леши. - У меня есть тост: выпьем за верность и взаимопонимание! - произнес Леша-Шкаф, глядя прямо в глаза собеседника. - Очень хороший тост, - после небольшой паузы, согласился Гога. - И мне хочется добавить лишь одно: постарайся решить возникшую проблему быстро и без осложнений! - Он залпом опрокинул виски, запил его тоником, потом с улыбкой спросил: - Я слышал, твой клуб хочет отметить грандиозный юбилей? - Ты прав, дорогой Гога, - усмехнулся Леша-Шкаф и вытащил из кармана два билета. - Это я привез лично тебе. - А почему ты не говоришь, что каждый билет чегото стоит? - спросил Гога, рассматривая билеты. - Разве я могу брать деньги с друзей? - Но если я выиграю, твой клуб должен будет отдать мне мой выигрыш, не так ли? - Разумеется. - В таком случае... - Гога открыл ящик стола и вытащил пачку стодолларовых купюр. - Я слышал, что некоторые уважаемые люди стали не только владельцами билетов, но и спонсорами торжества? - У тебя хорошо налажена информация! - улыбнулся Леша-Шкаф. - Вот! - Гога протянул доллары. - Здесь десять тысяч. Хватит, чтобы выглядеть достойно среди уважаемых людей? - Более чем! Благодарю, дорогой Гога, от нашего клуба и лично от его хозяйки Лолиты. - Весьма обаятельная девушка! - кивнул Гога. - Однако... - Он снова сделал паузу и договорил очень серьезно: - Она очень импульсивна и напориста, а это не всем нравится. Постарайся немного сдерживать ее необдуманные поступки. Но это так, дружеский совет. - Он подмигнул и встал из-за стола. - Извини, дорогой, но у меня действительно трудно со временем. Уверен, что у нас больше не будет никаких недоразумений! Помощник Гоги проводил Лешу до самого автомобиля и был очень дружелюбен, но Леша-Шкаф продолжал мысленно оценивать встречу с Гогой. Он понял, что был на волосок от смерти и лишь какое-то чудо и стечение обстоятельств помогло ему не только выкрутиться, но и заручиться гарантиями по крайней мере на какое-то время. И нужно максимально быстро использовать предоставленную передышку, чтобы совсем отвести от себя удар. Остался у Леши-Шкафа и неприятный осадок. Лолита! Кому-то она наступила на любимую мозоль. Кому? Хорошо еще, что Гога проявил интерес к юбилею, а значит, ей ничего не грозит до празднования. Правда, времени осталось всего несколько дней... А значит, решение и этого вопроса нужно форсировать. Когда они отъехали от особняка Гоги, начальник охраны нетерпеливо спросил: - Что, опасения были напрасны? - Мои опасения никогда не бывают напрасными! - хмуро отозвался Леша-Щкаф. - Бог помог оттянуть время, но... - На Бога надейся, а сам не плошай, - полувопросительно закончил за него собеседник. - Вот именно, - задумчиво подтвердил ЛешаШкаф. - Вот что, едем в "Викторию"! - неожиданно бросил он водителю. - О'кей, шеф! - с удалью воскликнул тот и резко, прямо по двойной полосе, развернулся в противоположную сторону. Он это сделал так лихо, что гаишник, стоящий метрах в двадцати, ничего не успел заметить, и только следующие за машиной Леши боевики, чуть прозевав их финт, проделали разворот с опозданием, и к ним тут же устремился постовой. - Притормози-ка, лихач! - без злобы бросил ЛешаШкаф. - И сними сам напряг! - Без проблем, шеф! - так же весело хмыкнул водитель, выскочил из машины и подскочил к сотруднику ГАИ раньше, чем его коллеги. - Товарищ капитан, разрешите обратиться? - В чем дело? - нахмурился тот. - Я проиграл! - огорченно ответил тот. - Не понял! Кому проиграли? - Друзьям моим. - Он кивнул в сторону нарушителей. - Что вы мне голову морочите! - Капитан явно начал сердиться. - Понимаете, товарищ капитан, мы поспорили с друзьями; они говорили, что вы при нарушении осевой линии их задержите, а я - что вы не заметите это нарушение. - Он так открыто и глуповато улыбался, что капитан хитро посмотрел на него и спросил: - И на что поспорили? - Проигравший покупает ящик коньяка, да еще и штраф платит, который вы назначите... - Он виновато взглянул на капитана. - Так что от вас зависит, отощает мой кошелек или нет. Его приятели шли медленно, словно почувствовав чтото. Капитан посмотрел на их внушительные фигуры, потом взглянул на улыбающегося парня. - Тебе, сынок, повезло, я сегодня в отличном настроении: семью на юг отправил. Но штраф на тебя наложу... - Он хмыкнул. - Только сделай это незаметно. - Он открыл свой планшет и встал так, чтобы нарушителям не было видно. - На литр коньяка! - Спасибо, капитан, - шепнул тот и быстро сунул в планшет в два раза больше, чем просил капитан ГАИ. Тот заметил это, но ничего не сказал и повернулся к подходящим. - Можете ехать, я не вам свистел. Прошу извинить. - Капитан улыбнулся и деловито пошел на свое место. - Чем это ты его умаслил? - усмехнулся один из боевиков, но водитель Леши-Шкафа только улыбнулся загадочно, махнул рукой и направился к своему "мерседесу". - Много отстегнул? - машинально спросил ЛешаШкаф. - Да нет, мелочь... - Лихачить больше не будешь, - хмыкнул ЛешаШкаф. - Но за то, что выполнил мое распоряжение не задумываясь - держи! - Он протянул водителю стодолларовую купюру. - Спасибо, шеф!.. - восхищенно подмигнул тот, подхватил неожиданный подарок и сунул в карман. - Ох, и балуешь ты их, - поморщился начальник охраны. - Не все же кнутовать! - буркнул Леша-Шкаф, продолжая о чем-то усиленно размышлять. - Я сейчас переговорю с Лолитой, а ты дождись меня в моем кабинете. - Как скажешь, шеф! Кого вызвать? - Там видно будет... - неопределенно отозвался Леша-Шкаф. ДЕРЗКИЙ ПЛАН ЛОЛИТЫ Лолита была на месте и Леша-Шкаф, раздраженно выгнав всех, остался с ней наедине. - Что-то случилось, Лешенька? - озабоченно произнесла Долита, удивленная его состоянием: она никогда его не видела таким. - Кому-то мы с тобой очень сильно мешаем... - Он самым подробным образов рассказал Лолите о только что закончившейся встрече с всесильным Гогой. - Он что, так и сказал: "Импульсивна и напориста, а это не всем нравится"? А ты, значит, должен сдерживать мои необдуманные поступки? - Она вдруг вскочила с кресла. - Подонок. - Что это тебя так вздрючило? - удивился ЛешаШкаф. - Твой Гога несколько месяцев ко мне подкатывался. Цветами и подарками заваливал, все соблазнить хотел. - Лопнта взяла сигарету, чиркнула зажигалкой. Ее движения были нервными, даже злыми, было видно, что, ее действительно что-то сильно задело. - И ты устояла? - искренне удивился Леша-Шкаф. - Терпеть не могу "черных"! - со злостью выдохнула она. - Не успокоился, значит? Ну, мужики пошли! Не уломал, так хотя бы покусаю! - Может, хватит так переживать? Он, собственно, только дружеский совет дал... - Леша попытался ее успокоить, но еще сильнее раззадорил. - Дружеский совет? Ха-ха! Рассмешил! Мягко стелет, да жестко спать! Слушай "дружеские советы" такого, и никаких врагов не нужно. Это еще та змея... - Она вдруг оборвала себя на полуслове, немного помолчала, потом совершенно спокойно спросила: - Что ты решил? - А как ты думаешь? - Он зло усмехнулся. - Вот таким ты мне нравишься! - В ее голосе ЛешаШкаф отметил тот самый задор, который его всегда заставлял чуть вздрагивать: такой задор у Лолиты появлялся, когда кому-то грозила смерть. - Ты меня не так поняла... - попытался несколько охладить ее пыл Леша-Шкаф, но это было уже бесполезно. - Я прекрасно тебя поняла! - твердо заявила Лолита. - Здесь поможет только хирургическое вмешательство. Или ты хочешь все время ходить и оглядываться? - Ну... почему оглядываться? - неуверенно начал Леша, но девушка тут же прервала его, словно размышляя вслух: - Началось все с этих идиотских братьев, так? - Вроде так... - И ты все мирные варианты им предлагал, так? - Даже очень выгодные для них. - Вот видишь! Далее, Гога... - Она задумчиво наморщила лоб. - Но он-то вроде за нас... мешать не собирается. - Леша-Шкаф снова попытался вмешаться, чтобы приостановить ее "грандиозные" планы, но... - Не будь мягкотелым: с волками жить - по-волчьи выть! Если ты их не уберешь, то они тебя уберут! - Но это же война! - А сейчас что, мир? - хмыкнула Лолита. - Нет, Лешенька, коль ты ввязался в эту игру, то иди до конца, как говорится: "взялся за грудь, говори что-нибудь!" - Она как-то зло рассмеялась, и Леше-Шкафу стало действительно жутковато. - Послушай, Лолочка, здесь нужно все внимательно обдумать, обмозговать... - Он тщетно попытался обратиться к ее благоразумию. - Лешенька, милый мой. - Она прижалась к нему всем своим хрупким телом, которое так волновало его, и провела длинным пальчиком по щеке. - Доверься мне и перестань волноваться: пусть теперь они волнуются. - Она опустила руку и взялась за его бунтующую плоть. - Ой, ты уже в боевой готовности... - Лолита неожиданно потянула его на себя, и они повалились на диван. Чтобы не придавить ее хрупкое тело своей массой, Леша повернулся, и она оказалась сверху. С некоторых пор Лолита моментально возбуждалась от его насильственных действий и даже иногда специально оказывала ему сопротивление, доводя его возбуждение до опасной черты. Поначалу Леша-Шкаф раздражался и фыркал, пока не понял, что от него требуется, и это ему так понравилось, что он и сам стал получать удовольствие. Усевшись на него сверху, Лолита стала нетерпеливо расстегивать его брюки, а он схватил ее за ворот платья и рванул на себя. Платье издало жалобный треск, обнажив красивую девичью грудь, которую он сжал своими огромными ладонями. Лолита томно простонала и нервно обхватила своей ручонкой его возбужденную плоть. Леша сорвал с нее остатки платья, рванул ажурные трусики и попытался посадить ее на свое жаждущее естество, но девушка начала извиваться всем телом, не давая ему осуществить задуманное. Тогда Леша стал грубо тискать ее своими лапищами, и казалось, что ее косточки не выдержат, переломятся, но Лолита только постанывала от желания, совершенно не ощущая боли. Не в силах более бороться с собой, Леша грубо схватил ее в охапку, поставил на колени и, держа железной хваткой за тоненькую шейку, другой рукой направил в нее свою плоть. Боясь причинить ей боль, он не стал сразу резко входить внутрь, а лишь чуть-чуть "окунулся" и замер в таком положении, словно наслаждаясь своей властью над ней. В такой момент Лолита теряла голову и с ней можно было делать все что угодно. Когда он остановился, Лолита инстинктивно дернулась назад, но Леша, словно играя, чуть отстранился, удерживая найденное им равновесие. - Ну!.. Ну! - воскликнула она в нетерпении, и в этот раз Леша ринулся на призыв девушки: он так резко вошел в нее, что, казалось, его каменная плоть порвет все внутри. Она громко закричала от боли и страсти, и сама стала помогать ему двигаться туда-сюда, постепенно наращивая темп. - Еще! Еще!.. Не кончай без меня!.. Еще! - кричала Лолита, а когда ей показалось,
в начало наверх
что сейчас она взорвется изнутри, откинулась на него, заставив опрокинуться на спину, и со всей силы обрушилась на его плоть с истошным криком. Почувствовав, как по нему потекла горячая жидкость, Леша не стал более сдерживать себя и, обхватив руками ее ягодицы, стал сам задавать ритм, то ускоряя движения, то, наоборот, опуская ее медленно-медленно, и вскоре Лолита ощутила горячую струю, ударившую ее внутрь живота. - Боже мой!.. - в изнеможении вскрикнула она, на секунду замерла, а потом стала ерзать из стороны в сторону своей изящной попочкой, заставив и его промычать нечто нечленораздельное. - Как же ты здорово трахаешься, милый! - прошептала она, нежно прикасаясь губами к его ногам, потом ни с того ни с сего спросила: - Надеюсь, ты не забыл про запасную одежду для меня? - Естественно... - с усталой улыбкой отозвался он, порадовавшись, что именно сегодня прикупил несколько платьев и юбок, чтобы оставить их в кабинете именно для таких случаев. Когда Лолита приняла душ и привела себя в порядок, она снова заговорила о том, что прервала охватившая их страсть. - Я все продумала, можешь положиться на меня... - С хитроватой улыбкой она прищурила огромные глаза. - Может, ты посвятишь меня в свой гениальный план? - отозвался Леша-Шкаф с той же интонацией, что и Лолита. - Зря иронизируешь, милый! - Она стерла, с лица улыбку, подошла к бару. - Выпьешь? - Нет, родная, спасибо, меня еще дела ждут. - А я, пожалуй, выпью. - Девушка наполнила фужер шампанским и стала отпивать маленькими глоточками, поглядывая в нетерпеливые глаза "своего Лешеньки", словно решая, стоит ли его посвящать в задуманное. - Доверься мне, милый... Мне необходимо знать только одно: где ты проведешь сегодняшний вечер? - Сегодняшний вечер? А где ты хочешь, чтобы я его провел? - Он был явно озадачен, но понял, что этот вопрос Лолита задала не из праздного любопытства. - Лучше всего в окружении друзей. - Она снова улыбнулась. - А ты? - Естественно, с тобой! - воскликнула она и хихикнула. - Цезарь и жена Цезаря должны быть вне подозрений. - Где встречаемся и во сколько? - Он понял, что с ней бесполезно спорить: если она что-то задумала, то сделает это во что бы то ни стало. - Соберем вечеринку у нас дома... часиков с девяти и, по возможности, до самого утра... - Она подмигнула. - Мы же давно не собирались, а причина есть: мой день рождения! - Господи! - растерянно воскликнул он. - Что же ты молчала? Я же подарок еще должен тебе купить... - Милый, у тебя полно времени и возьми, пожалуйста, на себя приглашение гостей. - Но... - попытался возразить Леша-Шкаф, однако Лолита мягко оборвала его. - Все, милый, пока! - Она взяла его под руку и повела к выходу. - И не забудь, милый, о гостях. - Господи, что ты со мной делаешь? - Он покачал головой, чмокнул ее в щеку и вышел. А Лолита уже думала о другом: ее глаза горели, и любой мог подумать, что у нее лихорадка. Она подошла к столу, немного подумала, словно взвешивая в последний раз, стоит ли начинать это опасное дело, потом решительно набрала номер телефона. - Не упустил? - сразу спросила она, услышав голос. - Как можно? Только... - Говори! - Ее лицо тревожно нахмурилось. - Семья увеличилась. - Второй тоже здесь? - невольно воскликнула она с радостью. - Так точно. - Встреча должна состояться сегодня от девяти вечера до двух ночи... и месяца три я не хочу о тебе слышать, понял? Если понадобишься, сама вызову! - Все понял, буду ждать. - Удачи тебе, Стасик... - Спасибо, хозяйка. Лолита положила трубку и заметила, как подрагивают ее пальцы. Все, механизм запущен, ей остается только уповать на Бога и на удачу. Вдруг Лолита быстро схватила трубку и снова набрала номер, чертыхаясь про себя, что едва не забыла об одной важной детали своего дьявольского плана. - Вам кого? - раздался простуженный голос. - Встреча произойдет сегодня. Действуй, как договорились! Затем жду тебя на своем дне рождения у нас дома. - Все понял, буду! Лолита облегченно перевела дух, откинулась на спинку кресла, взяла бокал шампанского и залпом выпила. Ее план был продуман до мелочей и отличался особой жестокостью. Братьев она возненавидела с той самой минуты, когда узнала, что они не хотят допускать их фирму на Запад, а это ломало все ее мечты о создании международного клуба по восточным единоборствам. Она уже видела себя на торжественных открытиях международных встреч в Лас-Вегасе, на Багамах, в Сингапуре... Почему именно там? Она и сама не знала: названия красивые. Именно с того момента она и задумала расправиться с этой двойкой. Среди надежных людей Леши-Шкафа она отобрала двух парней, один из которых должен был следить за "московским братом" двадцать четыре часа в сутки, а второй, специалист, как говорится, от Бога, должен был подготовить инженерно-техническую часть плана. Чисто интуитивно Лолита не стала знакомить первого со вторым, сама не зная почему. Через пару недель она уже знала все привычки "московского брата": кого он регулярно посещает, где останавливается на ночь и с кем. Остальное было, как говорится, делом техники, которая была уже готова, стоило лишь дать сигнал к началу операции. На всякий случай Лолита и ее люди выработали специальный код для переговоров. И у первого, и у второго в машине был радиотелефон, но пользовались они им крайне редко. Лолита определила место, где ЭТО произойдет: метрах в двухстах от дома "московского брата", где тот ежедневно ставил свой "БМВ". Ритуал приезда был отработанным и повторялся до мелочей изо дня в день: водитель останавливался напротив подъезда, за ним - машина с телохранителями. Один направлялся в подъезд, а двое других - к машине хозяина. И только когда первый выходил из подъезда и подавал знак, что все "чисто", из "БМВ" вылезал хозяин и в окружении телохранителей направлялся к подъезду. Лолита решила, что покончить с "московским братом" безопаснее с помощью технических средств. По ее поручению специалист изготовил управляемое по радио взрывное устройство, заложенное в обыкновенную детскую игрушку. А чтобы исключить возможность поимки исполнителя, она приказала специалисту создать и второе взрывное устройство, которое было заложено в его машину. Если произойдет что-то непредвиденное, специалист должен будет взорвать его по радио. Лолита очень обрадовалась, когда узнала, что и второй брат приехал в Москву: было бы просто отлично, если бы удалось одним ударом расправиться с обоими. - Да поможет мне Бог! - воскликнула она и отпила шампанского прямо из бутылки. Все произошло так, как она и планировала: около одиннадцати вечера, когда день рождения был в полном разгаре, к дому "московского брата" подъехал "БМВ", за ним - оранжевая девятка", из которой тут же вышли трое. Один из них направился в подъезд, а двое других - к машине хозяина. Это для них было настолько привычной процедурой, что они не очень-то оглядывались по сторонам и не обратили внимание на две машины, которых никогда ранее не было перед этим домом. Белая "Волга" остановилась метрах в пятидесяти сзади них, а красная "Нива" стояла с другой стороны двора. Вскоре из подъезда вышел парень, махнул рукой и сам направился навстречу. Тот, что сидел в белой "Волге" наблюдал за ними в бинокль ночного видения, а другой рукой сжимал небольшой приборчик с рычажком и красной кнопкой. Дождавшись, когда дверцы "БМВ" распахнулись, он положил прибор на колени и стал двигать рычажком. Из-под кучки листьев выползла красивая детская машина "скорой помощи" и медленно, почти бесшумно, выкатилась на асфальтовую дорожку, ведущую к подъезду. Из машины вышли оба брата и, о чем-то переговариваясь, быстро направились к подъезду. Машинку почти одновременно заметили один из братьев и тот, что проверял подъезд. Он растерянно и тревожно оглянулся вокруг и полез в карман за оружием. - Ты посмотри, братишка, "скорая помощь" к кому-то приехала... - проговорил "московский брат", еле ворочая языком от выпитого, и наклонился к игрушке. - Не надо! - вскрикнул вдруг один из телохранителей, что-то почувствовав, и в этот момент прогремел взрыв. Заряд был настолько мощным, что все пятеро были разорваны в клочья, а "БМВ" перевернуло взрывной волной. К счастью для исполнителя, людей во дворе не было видно, и он спокойно уехал. Сидящий за рулем красной "Нивы" облегченно перевел дух и тоже поехал со двора, поставив предварительно на хитрый предохранитель кнопку взрывного устройства, вделанную в зажигалку. Выезжая на проезжую часть, он бросил взгляд на место происшествия, которое быстро заполнялось испуганными жильцами, выбегавшими из подъездов. Он достаточно быстро догнал белую "Волгу" и поехал за ней на довольно большом расстоянии. Минут через пятнадцать "Волга" остановилась на пустынной улице рядом с коричневой девяткой". Водитель быстро пересел в нее и рванул с места. Немного выждав, "специалист" открыл "Волгу" своим ключом, вытащил из-под сиденья небольшую коробку из-под печенья, подхватил пульт управления, затем аккуратно закрыл машину. Он очень трепетно относился к технике и не хотел исполнять то, что приказала Лолита. Но в этот момент ему привиделось, что она стоит рядом и смотрит с усмешкой в его глаза. Этот жуткий взгляд был настолько реальным, что "специалист" вздрогнул, снова открыл машину, бросил на сиденье коробку из-под печенья, на нее положил пульт и ключи от машины, захлопнул дверцу и только тут быстро огляделся вокруг: не видел ли его кто? На его счастье вокруг никого не было. Он облегченно вздохнул, быстро сел в "Ниву" и двинулся вперед. Отъехав метров на сто, он с сожалением нажал на кнопку взрывного устройства. Второй мощный взрыв эхом прокатился по пустынным улицам... САВЕЛИЙ ИЗБАВЛЯЕТСЯ ОТ СЛЕЖКИ Савелий проснулся рано, и это его порадовало: значит, он обрел свою обычную форму. Он понял, что ежедневные тренировки ему больше не нужны; ему хотелось побыть одному, поразмышлять над тем, что его тяготило. Но его ежечасно охраняли, поэтому сначала нужно было избавиться от назойливого "хвоста". Конечно, можно побыть одному и в своем номере, но ему очень хотелось побродить по городу и не чувствовать себя пленником. Что же, нужно попробовать... Савелий быстро встал, умылся, заказал в номер завтрак и быстро расправился с ним. Взглянув на телефон, пожалел, что он соединяет только с двумя номерами: с Долитой и его вечным стражем, а то можно было бы придумать хороший телефонный розыгрыш. Он осторожно выглянул в коридор: Никита, утомленный ожиданием и бездействием, тихо посапывал в кресле. Вероятно, он видел что-то приятное во сне: на его лице застыла безмятежная улыбка. "Это просто прекрасно", - подумал Савелий и решил воспользоваться ситуацией. Он быстро на цыпочках проскочил по коридору и, чтобы случайно не разбудить Никиту, не стал пользоваться лифтом, а устремился к запасной лестнице. Он конечно же понимал, что обмануть Никиту - только половина дела; еще нужно было умудриться никого не встретить на пути и проскочить мимо охраны при выходе. Второй момент прошел без сучка без задоринки: никто из тех, кто мог им интересоваться, не встретился по дороге. Савелий перевел дух и совершенно спокойно и уверенно вышел в вестибюль перед выходом, где стояли трое "костоломов". Он и сам не знал, почему решился на такой трюк. Когда заметил, что охрана обратила на него внимание, он вдруг остановился, словно забыл о чем-то важном, повернулся в сторону лестничной клетки и громко бросил: - Никита, я забыл бумагу, о которой говорила Лолита, она лежит на телевизоре, принеси, пожалуйста, а я подожду тебя в машине, - и тут же отозвался низким голосом за Никиту: - Хорошо, Рэкс. Савелий не знал, насколько похоже он сумел изобразить голос Никиты, но до охранников было довольно далеко, и они ничего не заподозрили. Он подошел к ним и бодро поздоровался: - Привет, мужики! - Привет! - отозвались они. - А где машина? - выглядывая в дверь, спросил Савелий. - Ты чего, Никиту не знаешь - снова оставил ее перед входом, - лениво отозвался один из них и протянул Савелию ключи от машины. Казалось, сам Бог помогает Савелию: окажись машина внутри двора, Савелию нужно было придумывать, как выбраться на улицу. - Что, по делам или просто прогуляться? - поинтересовался охранник.
в начало наверх
- Какое там "прогуляться!" - хмыкнул Савелий. - Дело делать нужно! Это прозвучало так убедительно, что тот вздохнул и нажал кнопку. Ворота открылись. - Машина слева от входа, метрах в пятидесяти, - добавил парень и уткнулся в какой-то иностранный журнал. Савелий вышел на улицу и быстро побежал в противоположную от машины сторону. Он бежал легко, без суеты и со стороны могло показаться, что он просто разминается. Попетляв немного по переулкам, Савелий оказался на центральной улице. Оказавшись вне стен "Виктории", без постоянного сопровождения, он почувствовал необыкновенную легкость, словно вырвался из клетки на свободу. В какой-то момент ему показалось, что эти ощущения ему знакомы, что он уже испытывал ранее что-то подобное. Это похоже на еле уловимый запах духов, который ты ощутил на улице, и тебе вдруг показалось, что он тебе знаком и навевает какие-то приятные воспоминания. Человеческий организм очень странен и чертовски сложен даже для науки. Ты можешь забыть человека, забыть важное событие, которое произошло с тобой в прошлом, но стоит перехватить какой-нибудь незаметный сигнал, будь то запах, цвет или звук, и мозг мгновенно срабатывает, у тебя сразу же меняется настроение. Если воспоминания приятные, то и настроение улучшается, а нет - хоть волком вой. У Савелия были странные ощущения: с одной стороны, они были весьма приятны, словно он снова окунулся в теплоту и нежность, но с другой - вызывали тревожные предчувствия. Откуда все это? Почему они возникли? Что стоит за всем этим? Он бесцельно шел по улицам Москвы и стискивал от бессилия зубы. Нет, так не может больше продолжаться! Нужно что-то делать, не может он так больше жить. Не может! Савелий вырвался из-под наблюдения, чтобы не просто побыть одному и поразмышлять над тем, что его мучает последнее время. Он решил побродить по городу в надежде, что кто-то узнает его, поможет хоть что-то вспомнить из прошлого или хотя бы его имя. Савелий специально вертел головой по сторонам, чтобы ни один прохожий не прошел мимо него, не взглянув в его молящие о помощи глаза. Однако то, что произошло с ним, не мог разгадать никто. И сейчас, описывая происшедшие события, приходится задумываться о том, поверит ли в них уважаемый читатель, не подумает ли, что рассказанные факты - выдумка? Кто-то из великих сказал, что правда, изложенная на бумаге или пересказанная собеседнику, чаще всего выглядит малоправдоподобной. Тем не менее, решив придерживаться только фактов, я излагаю события так, как они происходили на самом деле, а читатель пусть сам решает: верить или нет. Итак, мы остановились на том, что Савелий медленно брел по улицам Москвы в надежде встретить знакомое лицо. Он не заметил, что в нескольких шагах сзади шел моложавый, спортивного сложения мужчина и старался не упускать его из виду. Несколько минут назад он наткнулся на Савелия и вначале спокойно прошел мимо, не узнав человека, которого тщетно пытался найти уже несколько недель, - настолько неожиданным это было для него. Однако профессиональная память секундой позже сработала, он остановился как вкопанный и тут же сунул руку в карман. Дело в том, что этот мужчина лет сорока не знал Савелия, но имел в кармане его фотографию, где тот был снят со своим названным братом Андреем Вороновым в первые дни после прибытия в Афганистан. С тех пор прошло много лет, на лице Савелия появился шрам, в волосах пробилась седина, но глаза, выражение лица - остались прежними. У майора Госбезопасности, которому генерал Богомолов поручил разыскать Савелия Говоркова, не было никаких сомнений, что он наконец встретил именно его. Имея четкие инструкции, он постарался не привлекать внимания своего подопечного, но и потерять его из поля зрения не мог. Конечно, он мог вызвать по рации подкрепление, но не хотел рисковать, боясь упустить его. Заметим, что это оказалось роковой ошибкой для такого опытного сотрудника. Но откуда он мог знать, что Савелия разыскивает не только он? Дело в том, что почти одновременно с майором Савелия засек парень лет тридцати, у которого в кармане тоже лежала его фотография. На этой фотографии Савелий, израненный и истерзанный, был запечатлен в окружении душманов, один из которых держал его за волосы, чтобы хорошо было видно лицо. Парень имел задание от Красавчика-Стива либо доставить Савелия в Казахстан, откуда его переправят к Рассказову, либо, на крайний случай, "замочить" его. Парень был прилично одет и напоминал разбогатевшего грузчика. В прошлом он был мастером спорта по самбо, а впоследствии, отбыв несколько лет в местах не столь отдаленных за драку в ресторане, выехал за границу, где брался за любую работу, чтобы выжить, пока его не подобрал Стив, "отмазав" от довольно крупного долга местным бандитишкам. Все это заставило Жору, то есть Георгия Крупнина, стать беззаветно преданным Красавчику-Стиву и выполнять все, что он прикажет. Из Георгия Крупнина он превратился в Жоржа Кроуппа, и в кармане у него стали водиться деньжата. Приехав в Москву, которую он покинул много лет назад, Жора с удивлением обнаружил, что она стала совсем другой, как и люди живущие в ней. Ему крупно повезло, что он столкнулся с Савелием всего на четвертый день своих поисков. Жора хотел сразу же с ним заговорить, но уроки, которые он получил от Стива, не прошли даром: он почти сразу же заметил "хвост" за Савелием. Это сильно осложняло его задачу, и Жора после недолгих размышлений решил, что "хвоста" нужно будет убрать. Он был хорошо оснащен - в его карманах были не только фотографии и зеленые купюры, но и несколько ручек, при помощи которых можно было сделать с человеком что угодно: усыпить на несколько часов, вызвать инфаркт, а то и отправить на тот свет. Ручки были сделаны так тщательно, что могли выполнять и свое прямое предназначение - писать на бумаге. Решив убрать мужика, который следил за Савелием, Жора и подумать не мог, что в его планы может вмешаться кто-то посторонний. А такой посторонний был. Дело в том, что Никиту разбудил телефонный звонок. Он сразу же схватился за телефонную трубку, в которой услышал раздраженный голос Лолиты: - Где тебя черт носит? - Я здесь, госпожа Лолита... - растерянно ответил Никита, сразу почувствовав, что случилось нечто неординарное и ему предстоит взбучка. - А где в таком случае Рэкс? - ехидно спросила Лолита. - Как где? В номере... - Такого Никита совсем не ожидал и приготовился к серьезным последствиям. - В номере? Так... Тогда почему не отвечает его телефон? - Ее голос был ласковым, что не предвещало ничего хорошего. - Сейчас выясню. Дело в том, что я отходил на несколько минут в туалет... - Он посчитал это спасительной отговоркой. Положив трубку на тумбочку, он быстро вбежал в номер Савелия и сразу же понял, что его там нет. Никита вернулся и снова взял в руки трубку: - Госпожа Лолита, в номере его нет. Может, он в ресторане или в спортзале? - Вот что, милый Никита: бери ноги в руки, поднимай всех, кого сможешь, и в город, по улицам, по рынкам, магазинам. Ищи где хочешь, но к двадцати двум нольноль он должен быть у себя в кровати! Охрана доложила, что он два часа назад вышел из клуба. Тебе все ясно? - Ясно! Доставлю его хоть из-под земли, госпожа Лолита! - отчеканил Никита и уже хотел положить трубку, но вдруг услышал вновь голос хозяйки и крепко прижал трубку к уху. - Ты знаешь, сколько он сейчас стоит? - спросила она вкрадчиво, но не стала дожидаться ответа. - У тебя за всю жизнь не скопится столько денег, даже если ты будешь обворовывать фирмачей каждый день! И смотри: ни один волос не должен упасть с его головы! - А если... если он не один? - решился на вопрос Никита. - Если с бабой, то обоих - вежливо - сюда! А если с кем другим... сам решишь, что делать, понял? - Так точно, госпожа Лолита! - Он положил трубку, хотя толком так ничего и не понял, кроме одного: если он не доставит Рэкса к десяти вечера в номер, то его голова слетит с плеч. ТРАГИЧЕСКОЕ ПРОИСШЕСТВИЕ Через десять минут, ссылаясь на распоряжение Лолиты, Никита собрал человек пятнадцать и шесть машин и коротко, но четко разъяснил задачу. К своему удивлению, перед входом он заметил и свой "мерседес". К счастью, у него был запасной ключ, и вскоре все разъехались на поиски злополучного Рэкса. В каждой машине была рация и можно было координировать поиски. Не прошло и трех часов, когда один из ребят сообщил Никите: - Вижу наш объект, он следует по Пироговке. Идет медленно, не торопясь... - он усмехнулся. - Погулять, видно, вышел мужик, а за ним целую гвардию снарядили... Стоп! - Что? - нахмурился Никита. - За ним плетется "хвост"! - Парень снизил свой голос до шепота, словно боясь, что его может услышать Рэкс и тот, что следит за ним. - Ты уверен? - Как пить дать! - воскликнул тихо тот, но тут же не удержался и громко бросил: - У, черт! - Что еще? - нетерпеливо спросил Никита, кивнув водителю ехать побыстрее. - Еще один "хвост"... - Опиши их, может, кто из наших. - Вряд ли. - Парень видно совсем растерялся. - Один - мужик лет сорок, не больше, чувствуется военная выправка. Скорее всего - мент. Второй, что идет сзади обоих, здоровенный парниша, явно знаком с борцовским ковром. Одет прилично и подозрительно держит руку в кармане... - Вас сколько в машине? - быстро спросил Никита. - Кроме меня - водитель и мой брат, а что? - "Машинки" с собой? - Одна только, и то для "запаха", - ответил тот, что означало, они вооружены только газовым пистолетом. - Внимательно следите за обоими "хвостами": если я правильно понял, то второй "хвост" должен кого-то из них убрать. Не дайте причинить вреда нашему парню! Делайте что хотите, но он должен быть "чистым и непорочным". - Последние слова означали, что Савелий не должен быть ранен, убит или замешан в какой-нибудь инцидент с властями. - Никита, здесь Павел! - раздался вдруг другой голос. - Говори! - сразу отозвался Никита, тревожно сжимавший рацию, ведь всякая новость могла быть решающей. - Наша тачка уже на месте. Мне удалось опознать второго: мы с ним "парились" на одной "командировке"! - Ну? - нетерпеливо буркнул Никита. Он знал, что в прошлом Паша отсидел небольшой срок за угон машины, и не очень удивился его сообщению. - Крутой парень, после отсидки, как я слышал, был замешан и в "мокром". Потом слинял за кордон... - Вот что, Паша, наш пацан должен быть жив и здоров, а остальное меня не интересует, понял? Я скоро подъеду! - Как не понять... - ответил Паша и отложил рацию в сторону, потом повернулся к сидящим на заднем сиденье "коллегам". - Слышали? Так что готовьте "пушки" - этот Жора здесь неспроста. Если попытается напасть на наш объект - стреляйте, потом второго и объект - в машину! Выходим! - Они быстро выскочили из машины и пошли вслед за странной троицей, охватив их в полукольцо. Всего этого Савелий не видел, увлеченный своими мыслями и немного опьяненный свободой. Он с большим удовольствием сталкивался с идущими навстречу и на их негодование отвечал улыбкой настолько добродушной, что и ему улыбались в ответ. Недалеко было метро, и народу было особенно много - продающих всевозможные товары с рук и просто прохожих. Неизвестно, сколько бы продолжалось это странное шествие за Савелием, но неожиданно он столкнулся лицом к лицу с одним старым человеком. Сначала старик скользнул по лицу Савелия безразличным взглядом, но потом вдруг остановился как вкопанный, словно увидел перед собой привидение. Он быстро повернулся и взглянул прямо в глаза Савелию. В его взгляде было много оттенков: удивление, страх, любопытство, но самым сильным чувством была ненависть. Рядом с ним шел восточного типа молодой парень, который, что-то почувствовав, сузил и без того узенькие глазки. Судя по всему, это был телохранитель. - Вот так встреча! - с каким-то надрывом выдавил из себя старик. - Бешеный!? А я уж думал, что ты на том свете... - Воланд?! - неожиданно для самого себя воскликнул Савелий. Да, это был Владимир Андреевич, он же Воланд, который принес Савелию столько неприятностей и бед, что, несмотря на потерю памяти, Савелий мгновенно все вспомнил. Словно при ускоренном воспроизведении фильма перед его глазами промелькнули лица, события давно минувших дней. Тюрьма, колония, фото истерзанного друга, гибель Ларисы, подозрительная смерть адвоката, надругательство над Варварой, после которого она не смогла дальше жить и покончила с собой... Савелий не знал, что Воланд тоже сильно пострадал, жизнь его жестоко покарала. Не поделив что-то с партнером, он пошел на конфликт, а тот, в свою очередь, выкрал у него внучку, в которой старик души не чаял. За эту девочку тот обобрал его до нитки, но ее так и не вернул: растерзанное тельце вскоре случайно обнаружили в канализационном колодце. Обезумев от
в начало наверх
горя, Воланд сам явился на квартиру душегубца и всадил в него всю обойму из пистолета, после чего сел на диван перед трупом и сидел неподвижно до тех пор, пока не приехала милиция. Целый год длилось следствие, во время которого он не произнес ни единого слова. Опытный адвокат, нанятый его приятелями, сумел добиться психиатрической экспертизы, которая признала его невменяемым, и он был отправлен в психолечебницу закрытого типа. Проведя там три года, Воланд после необходимых денежных инъекций "нужным людям", был выпущен из больницы. Он не был сумасшедшим, просто стал ко всему безразличен. Постепенно жизнь взяла свое, и он снова окунулся в бизнес, пытаясь использовать для этого старые связи. Он часто задумывался о своем прошлом, и ему все сильнее казалось, что все его беды начались с Бешеного, с Савелия Говоркова. Именно с него началась полоса неудач, которая привела к таким трагическим последствиям. И сейчас, когда он увидел перед собой того, кого считал воплощением зла в своей испорченной жизни, он решил, что сам Всевышний посылает ему это Зло, чтобы он смог его уничтожить. С того злополучного дня, когда Савелий расправился с его телохранителями в подъезде дома, где жила его внучка, Воланд, плюнув на осторожность, стал сам носить пистолет под мышкой. Увидев врага, Воланд даже внешне преобразился: на лице разгладились морщины, глаза заблестели, распрямилась фигура. Казалось, он помолодел на добрый десяток лет. - Узнал, - ехидно процедил он. - Давненько я ожидал нашей встречи, давненько... - Зачем? - со вздохом спросил Савелий. - Тебе мало было того, что произошло? Мало загубленных тобою людей? - В глазах Савелия появился тот самый холодный металлический блеск, который помнил Воланд: он даже отступил на шаг и быстро сунул руку под пиджак, а его восточный приятель двинулся навстречу Савелию. Дальше все произошло настолько быстро, что Савелий лишь растерянно смотрел по сторонам, пытаясь понять, что случилось. Воланд неожиданно схватился за сердце, его восточный приятель, намеревавшийся броситься на Савелия, неожиданно споткнулся и упал на своего хозяина, словно прикрывая его своим телом. Какой-то мужчина, рванувшийся в их сторону, тоже упал, а Жора уверенно направился к Савелию, дружески махая ему левой рукой, а правой вытаскивая что-то из кармана. Он не дошел до Савелия каких-то пяти метров: его обогнали трое внушительных, даже по сравнению с ним, ребят. На какоето мгновение они заслонили его от посторонних глаз и один из них профессионально воткнул Жоре в левый бок стальную спицу. Жора даже не почувствовал боли и, продолжая улыбаться, сделал еще два шага навстречу Савелию, хотя уже несколько секунд был мертв, и неожиданно рухнул всем своим огромным телом на асфальт. А произошло следующее. Когда неожиданно появился Воланд со своим телохранителем и майор, пренебрегая осторожностью, стал довольно быстро двигаться в сторону Савелия, Жора понял, что настал самый удобный момент избавиться от "хвоста" и захватить Савелия. Он вытащил две ручки и незаметно направил одну на майора, но заметил, что Савелию грозит опасность с другой стороны, и когда Воланд потянулся за оружием, а азиат повторил этот жест, Жора не стал искушать судьбу и сменил цель. Негромкие хлопки на шумной улице никакого внимания не привлекли, и Жора сунул руку за третьей, смертельной ручкой, заряд от которой достался майору. Не имея возможности и времени выбирать, кому какой выстрел подарить, Жора послал Воланду заряд "инфаркта миокарда", но сердце старика не выдержало и он скончался мгновенно. Восточному парню достался самый безвредный заряд: он на несколько часов погрузился в глубокий сон. В таком состоянии его и обнаружили сотрудники милиции, едва не отправив в морг. А беспечному майору достался смертельный заряд с мощнейшим ядом, держащимся в организме человека не более двух часов, после чего его невозможно было обнаружить... Когда Жора медленно осел на асфальт, трое ребят во главе с Никитой уже подходили к Савелию. - Ну ты шутник, уважаемый Рэкс! - хитро подмигнул ему Никита. - Как тебе удалось так незаметно проскользнуть мимо меня? А главное, зачем? Мы же и так ходим где хотим и куда хотим... Когда Савелий увидел Никиту в окружении его людей, он сразу же понял, что внезапно падающие вокруг него люди как-то связаны с этим появлением. Но то, что к нему вернулась память, отодвинуло все остальное на второй план. - Ты так крепко спал, что не хотелось тебя тревожить! - усмехнулся Савелий. - А ждать не хотелось. - Ну и шутник! Ладно, пошли, госпожа Лолита хочет тебя видеть. - Зачем? - Она мне не докладывала, - отозвался Никита и вдруг услышал воющий звук сирены: то ли милиция, то ли "скорая помощь". - Пошли быстрее, а то можно вляпаться по уши! - в его голосе чувствовалось волнение. Он кивнул ребятам, которые тут же подхватили под руки Савелия и быстро направились к машинам. Когда они отъехали, Никита спросил: - Откуда ты знаешь этого старика? - Владимира Андреевича? - простодушно улыбнулся Савелий. - Работали как-то вместе, а что? - Работали? - Никита покачал головой. - Мне показалось - что он был готов тебя разорвать на куски. - Возможно, - спокойно согласился Савелий. - Бабу одну не поделили... - Бабу? - Никита неожиданно весело расхохотался. - Силен старик, если с таким, как ты, решил бабу делить! ПАМЯТЬ ВЕРНУЛАСЬ Когда они приехали в клуб, охранники прямо при входе предупредили Савелия, что госпожа Лолита уже несколько раз спрашивала о нем и ожидает его в своем кабинете. Но когда они вошли в приемную, секретарша, молодая миловидная девица с длинными ногами, улыбнувшись Савелию, попросила его немного обождать, а Никиту - пройти в кабинет. Савелий сразу понял, что Никиту она вызвала для того, чтобы тот сам рассказал, как они нашли Савелия: кто-то успел доложить ей о происшествии. Савелий был прав. Лолита действительно уже все знала и нервничала, ожидая их возвращения. Как только Никита вошел, она сразу спросила с раздражением: - Что за бойню вы там устроили? - Госпожа Лолита, вы меня не первый день знаете, не так ли? - начал он, пытаясь скрыть досаду. - Никакой бойни мы там не устраивали, но одного пришлось "успокоить", потому что он хотел убрать нашего подопечного. - Одного? Откуда же взялись четыре трупа? - Она была явно обескуражена, зная, что Никита никогда не решится ее обманывать. - Когда мы вышли на Рэкса, его уже "сдали", причем разные команды. - Никита сделал небольшую паузу. - Здесь не театр! - нетерпеливо бросила Лолита. - Говори! - Судя по всему, прямо за ним шел мент, а следом плелся некий Жора, которого опознал Паша, он с ним сидел вместе. Когда мы вышли на них, случилась странная история... - Он нахмурился и покачал головой. - Человека, который неожиданно наткнулся на Рэкса, я знал много лет назад: работал на него, пока его не загребли менты. Деловой был мужик, ничего не скажешь, и очень крутой: никогда не оставлял ни следов, ни свидетелей... - Если такой деловой, то как же его сцапали? - недоверчиво усмехнулась Лолита. - На внучке он прокололся... любил ее очень. - Он вздохнул с сожалением. - Вот и решил отомстить за нее: всю обойму всадил... - Ну и дурак! Ладно, хватит о нем. Что дальше? - Он узнал Рэкса, и в какой-то момент мне показалось, что он готов его зубами порвать! Я даже приготовился вмешаться, когда эта тройка... - Какая тройка? - не поняла она. - Так Воланд же был с телохранителем... - Воланд? Интересная кличка. Дальше! - А дальше все, как в кино! - Глаза Никиты даже заблестели. - Когда Воланд и его телохранитель сунули руки в карманы, и не для того, чтобы предложить ему сигарету, мы уже хотели вмешаться, но тут сначала один снопом повалился на родную землю, потом - другой, а тут уже хотел вмешаться мент, который следил за нашим приятелем, но и он выпал в глубокий осадок. А вот с Жорой, каюсь, наш грех... Но что было делать? Если уж он убрал троих, то и с Рэксом поступил бы так же: размышлять было некогда. - Так... - задумчиво произнесла Лолита. - Кто-нибудь видел, как вы его... - Девушка сделала характерный жест. - Ну что вы, госпожа Лолита, со мной были профессионалы! - ехидно хмыкнул Никита. - Шел человек, и ему вдруг стало плохо: кто же виноват? А от чего он отошел в мир иной, можно определить только на вскрытии. - Ты уверен, что за вами никто не следил? - Лично я был бы этому очень удивлен. Нет, хозяйка, все вокруг было чисто! Когда мы с Рэксом отъехали, ребята там крутились до тех пор, пока менты и "скорая" не забрали валяющихся на земле мужиков. - Ох, Никита, наказать бы тебя следует... - Лолита со вздохом покачала головой. - Ладно, оставлю до следующего прокола, но уж тогда... - Понял! Получу под завязку за все сразу! - быстро договорил Никита. - Вот именно! Ладно, иди и жди, когда Рэкс выйдет от меня, но жди не в приемной, а в коридоре. И смотри: даже в туалет он не должен выходить без тебя. - Понял! - Скажешь, чтобы зашел, когда я позову. Как только Никита вышел из кабинета. Лолита взяла в руки пульт дистанционного управления и включила телевизор. Она нажала какую-то кнопку, скрытую под крышкой стола, и на экране появилась приемная, где перед столом секретарши стоял Савелий. - Что-то я тебя здесь раньше не видел. Недавно работаешь? - спросил Савелий. - Почему недавно? Давно... - кокетливо заметила девушка и с вызовом взглянула прямо в глаза Савелию. Лолита усмехнулась. Она сама выбрала эту девушку и была уверена, что Савелий клюнет на нее. Своим дьявольским умом она продумала все: девушка была стройная и красивая. Она была уверена, что именно такие нравятся ему, потому что Наташа была близка к этому типу, да и она сама была такая, и помнила, как Савелий смотрел на нее в первый раз. Кто знает, не будь она женщиной Леши-Шкафа (а это могло заглушить в Савелии все чувства), и она могла бы попытаться соблазнить его. Но и Машка хороша! Классно зыркает на него глазищами! А сколько в ней страсти! Лолита как-то решила попробовать с ней то, что в народе называют "розовым светом". Это было еще до Леши-Шкафа. Они с Машкой были в одной компании, но все мужики оказались такими занудливыми, что они решили сбежать. В то время Машка снимала однокомнатную квартиру, и они, прихватив с вечеринки спиртное и фрукты, поехали к ней. Прилично набравшись, они в шутку стали нежничать друг с другом, и это неожиданно так "завело" их, что они готовы были от страсти разорвать друг друга. Их "роман" продолжался недели две, но вскоре надоел обеим, и они спокойно прекратили его, оставшись хорошими подругами. К своему удивлению, Лолита довольно часто вспоминала проведенное с Машкой время и в эти моменты ощущала странное волнение и мелкую дрожь во всем теле. Они не теряли друг друга из виду и довольно часто перезванивались. Когда Лолита связала свою судьбу с Лешей-Шкафом, она сразу же предложила Машке работать на нее. Та согласилась не раздумывая. Сначала Лолита решила проверить свою давнюю подругу и первые пару месяцев та работала у них в доме как технический секретарь, отвечая на звонки, печатая различные бумаги и обучаясь работе на компьютере. Проверка заключалась в том, чтобы посмотреть: станет ли она бросаться на Лешу-Шкафа? Лолита явно недооценила свою давнюю подругу. Быстро осмотревшись и смекнув в чем дело, а также очень хорошо зная Лолиту, Маша поняла, что ей выпала редкая удача выйти совсем на другой уровень жизни. Ей уже давно надоело зависеть от разных мужиков, зарабатывая на безбедное существование своим "передком". Она сразу заметила, что Долита довольно уверенно вертит ЛешейШкафом, а потому она может многого добиться, если станет у Лолиты правой рукой. Да, были моменты, когда она могла затащить Лешу в кровать, и Лолита ничего бы не узнала (кстати, и сам Леша был явно не против "пообщаться"), но Маша пересилила себя и совершенно вычеркнула Лешу из списка мужчин: он был для нее просто начальником ее шефа. Лолита убедилась в преданности своей подруги и стала поручать ей все более серьезные дела. Когда у Лолиты возникла мысль еще раз попробовать совратить Рэкса, она сразу же подумала о Маше. После некоторых раздумий она решила обставить их знакомство как случайное. Машу не нужно было учить искусству соблазнения, но Лолита предупредила ее, что это не будет столь легко, как с предыдущими "объектами", и это еще больше раззадорило ее. Едва Маша увидела того, кого ей предстояло соблазнить, она сразу поняла, что в этом мужчине кроется большая внутренняя сила и с ним действительно все будет не так просто, как ей казалось. Этот мужик относился к той породе людей, которые делают только то, что хочется им, а не кому-то. Маша уже сталкивалась с такими. Они любят свободу и сами выбирают правила игры, но стоит им почувствовать влечение к кому-либо, они
в начало наверх
становятся самыми преданными и верными. Именно из таких и получаются отличные мужья. Савелий понравился ей сразу, и она была готова отдаться ему прямо здесь, в приемной, но ее опыт подсказывал, что это будет роковой ошибкой, после которой ей надо будет сразу забыть о нем. - Да ты садись, в ногах правды нет! - приветливо предложила она, когда Никита вошел в кабинет. Немного помедлив, Савелий сел на стул, стоящий рядом с девушкой, и оглядел ее с ног до головы. Та внимательно читала какой-то документ, делая вид, что не замечает его взгляда. Повернувшись, чтобы положить бумагу, она как бы случайно обнажила свои красивые колени и "забыла" поправить юбку. Ее загорелые ноги открылись настолько, что стали видны розовенькне ажурные трусики. Савелий с трудом оторвал взгляд и понял, что она явно заметила, куда он только что смотрел. Савелий чуть смутился и, чтобы сгладить неловкость, хотел что-то спросить, но в этот момент из кабинета вышел Никита. - Госпожа Лолита сказала, что позовет тебя, - проговорил он и вышел из приемной. Маша взглянула на Савелия, словно ожидая вопроса, и он действительно спросил: - Что-то я тебя здесь раньше не видел? Недавно работаешь? - Почему недавно? Давно. А что? - Нужно же о чем-то говорить... - неожиданно бросил Савелий и усмехнулся. - А ты ничего - свой парень! - с улыбкой ответила она. - "СП"! - он вдруг фыркнул, вспомнив Майкла. Маша с недоумением взглянула на него: чего это он развеселился? - Тебя как зовут-величают? - Величать меня рановато, а зовут Машей. - Так вот, Маша, вспомнил забавный случай... Говорю как-то одному приятелю: "Да ты просто "СП"! А он мне: "Нет-нет, я не шпион"! - Савелий снова заразительно рассмеялся. - Извини, Рэкс, но до меня не доходит... - Она пожала плечами. - Так и не должно: я ж еще ничего не рассказал! - он с трудом заставил себя прекратить смех. - Понимаешь, этот парень был иностранец и подумал, что я его обозвал шпионом. "Спай" - шпион! - А что такое "СП"? - Она забавно вздернула плечики. - "СП"? Свой парень! - Свой парень? - машинально повторила Маша и вдруг захохотала во весь голос. Казалось, еще немного, и с ней случится истерика. - Свой парень! Савелий странно взглянул на девушку, встал, налил в стакан воды из графина, набрал в рот и прыснул не нее. Маша мгновенно прекратила смех, сделала серьезнообиженное лицо. - Чего это ты обливаешься? - Слава Богу, думал, что тебе сейчас плохо станет... - Савелий сделал пару глотков воды и поставил стакан. - Мне, конечно, приятно, что ты беспокоился за меня, но прошу больше так не делать: напугал и прическу намочил... - Извини, не хотел! - вздохнул Савелий. - Скажи, что это с тобой здесь так носятся: только и слышишь - Рэкс, да Рэкс? - неожиданно спросила она. - Откровенно говоря, я и сам бы хотел узнать почему? Лолита решила, что ей пора вмешаться: слишком скользкую тему они задели. Она нажала кнопку селектора: - Маша, пригласи ко мне Рэкса! - Хорошо, мадам Лолита. - Она повернулась к Савелию и нежно проворковала: - Прошу в кабинет. Савелий как-то странно взглянул на нее, ничего не сказал и быстро вошел. - Вызывали? - с усмешкой произнес он, остановившись у порога. - Да, прошу вас... - не замечая иронии, пригласила Долита, указав на кресло рядом со столом. Пожав плечами, Савелий утонул в кресле и стал молча ожидать, что скажет хозяйка кабинета. - Как живется будущему чемпиону? - Почему вы так уверены в моей победе? - ответил он вопросом на вопрос. - Плохой бы из меня был бизнесмен, если бы я стала вкладывать деньги в того, в кого не верю. Однако вы не ответили на мой вопрос, - мягко напомнила девушка. - Приемлемо, если не вдаваться в подробности, - уклончиво ответил Савелий и с вызовом взглянул ей в глаза. - А если вдаваться? Что вас не устраивает? - Мне не нравится, когда у меня над душой все время кто-то висит! Не нравится, когда рядом со мной странным образом погибают люди! Не нравится, когда мною крутят, как марионеткой, не посвящая в дело! - Все это он произнес жестко и немного грубовато. - А мне не нравится, что мой партнер не до конца выполняет условия договора! - отрезала Лолита. - Подумаешь, решил побродить один по городу... - хмыкнул он. - Ваше "побродить по городу" стало причиной гибели нескольких человек! Кто те люди, которые хотели расправиться с вами? - Я уже рассказывал Никите, что когда-то мы с Владимиром Андреевичем не поделили женщину... - Бросьте дурака валять! - оборвала Лолита. - Он был слишком стар для того, чтобы оказаться вашим соперником в амурных делах! Но это ваше дело: не хотите отвечать - не надо! Кстати, мои ребята остановили только одного: который хотел вас отправить к праотцам, а трое других были убиты... - Трое других? - перебивая, воскликнул Савелий. - А вы что, так были увлечены встречей с Воландом, что ничего вокруг не видели? - И кто же были эти люди? - Это у вас нужно спросить: они за вами следили. - Ничем не могу вам помочь. Я действительно не знаю, кто мог за мной организовать охоту. - Отвечая скорее машинально, Савелий пытался вспомнить, кто окружал его в момент того трагического происшествия. Перед ним мелькали разные лица, но ни одно из них не вызывало в нем хоть каких-нибудь ассоциаций. А не вводит ли эта девица с дьявольским взглядом его в заблуждение? Но для чего это ей? Он и так связан по рукам и ногам. Нет, видно, она говорит правду и его действительно кто-то "пас", да так умело, что он не заметил слежки. Но кто? После того как Савелий столкнулся с Воландом, который сумел вырвать его мозг из полного вакуума и вернуть ему память, Савелий ни на секунду не прекращал вспоминать и вспоминать. Да, он наконец вспомнил, кто он и откуда, вспомнил свое детство, своего названного брата, Афганистан, ранение, домик в Ялте, оставленный теткой в наследство, переезд в Москву, свою квартиру, Ларису - при воспоминании о ней он чувствовал какой-то горький осадок, - потом вспомнил своего друга и однополчанина Варламова, которого зверски убили по приказу Воланда. Вспомнил он тюрьму, колонию и милую Варечку, которая покончила с собой, когда над ней грязно надругались подручные Воланда... Тогда, несмотря на то, что Савелий доставил его под окна КГБ, ему удалось избежать наказания, но как веревочке не питься, а конец всегда найдется. Бог все видит и возмездие наконец настигло его, прервав никчемную и уродливую жизнь. Но что же было дальше? Почему память оборвалась на этих воспоминаниях? Почему так часто он видит седого старика, лицо которого ему кажется знакомым? Что значил для него этот старик в прошлом? Он заметил странную особенность: стоило ему подумать об этом старике, как место, где была нанесена наколка ВДВ, начинало непонятно зудеть. Он никак не мог вспомнить, откуда у него появился странный ожог в виде удлиненного ромба, такого же, как висящий на шее на золотой цепочке. Обнаружил он в себе и еще одну особенность: ему показалось, что он может читать мысли человека, с которым общается. Впервые он ощутил это с Наташей и несколько раз продемонстрировал, чем вызвал у нее бурный восторг. Потом проверил и на Никите, но не стал раскрываться перед ним. Прочел он и последние мысли Воланда. Сейчас, разговаривая с этой порочной девчонкой, которая не прочь была бы переспать с ним, он читал и то, что она хочет заработать на нем большие деньги, а потом закрыть свою лавочку и слинять заграницу. Когда Савелий находился в приемной, он почувствовал, что за ним наблюдают, и вскоре заметил скрытые глазки камер. Это разозлило его, но он быстро взял себя в руки и с огромным удовольствием читал мысли этой симпатичной дурочки Маши, которой поручили соблазнять его. Его размышления были прерваны странным "сообщением" от Лолиты: ее мысли вдруг перенеслись к каким-то убийствам, и сначала Савелию показалось, что она размышляет о тех людях, что погибли рядом с ним, но откуда там взрывы? И он понял, что Лолита вспомнила совсем о других событиях. - И поскольку я вложила в вас огромные деньги, естественно, что меня заботит ваше здоровье и безопасность, - закончила Лолита свой длинный монолог. Ей показалось, что собеседник ее совсем не слушает, и она даже хотела сказать ему об этом, но Савелий опередил ее. - Нет-нет, госпожа Лолита, я вас слушаю! - Что? - растерялась она. - Вы же сами упрекнули меня, что я невнимателен. - Он пожал плечами, чертыхаясь про себя, что допустил такой непростительный промах. - Когда я вам это сказала? - недоуменно спросила Лолита. - После того, как заявили, что вас заботит моя безопасность. - Он произнес это настолько спокойно и уверенно, что Лолите действительно показалось, будто она это сказала. Этот маленький инцидент настолько выбил ее из колеи, что она совсем забыла, о чем хотела поговорить с ним. - Вероятно, вы хотели сказать мне о дне схваток... - намекнул Савелий. - Точно! - Она даже обрадовалась. - Сегодня среда, а юбилей состоится в субботу. Вы готовы? - Более чем! - с улыбкой заверил он. - Смотрите, дорогой Рэксик, я очень на вас надеюсь, - кокетливо проворковала Лолита, а Савелий прочитал скрытое: "Господи, и чего ты такой упрямый: все равно я затащу тебя в кровать. Какие же у тебя глаза, милый, обалдеть!" - Глаза и у вас красивые, мадам Лолита, - неожиданно проговорил Савелий. Лолита вздрогнула и странно посмотрела на Савелия, словно пытаясь что-то понять для себя. Ей казалось, что этот парень играет с ней, как кошка с мышкой, но его взгляд был таким простодушным и даже глуповатым, что Лолита отогнала прочь свои мысли и продолжила: - Так что вам, Рэксик, придется смириться и с режимом, и с Никитой до окончания чемпионата. Договорились? - Еще вчера! - усмехнулся Савелий. - Это все? - Да, можете идти... - задумчиво проговорила девушка, и когда за ним дверь закрылась, она уже думала о той разборке, которая произошла по ее распоряжению. Прошло уже два дня, а вокруг такое молчание, словно ничего страшного не произошло - и не было убийства братьев, не были взорваны машины. К ее удивлению, молчала даже пресса: ни одной заметки. РАССЛЕДОВАНИЕ ГЕНЕРАЛА ГОВОРОВА О гибели майора Осадчего, которому было поручено разыскать Савелия Говоркова, генералу Богомолову сообщили минут через тридцать, и это известие настолько потрясло его, что он некоторое время не мог поверить в случившееся. Связавшись со следователем, генерал приказал ему отправиться на место происшествия и во всем разобраться. Положив трубку, он задумчиво уставился в никуда, а потом его словно кто-то подтолкнул: он вновь набрал номер, и к счастью, генерал оказался дома. - Добрый вечер, Константин Иванович! Что-то случилось? - сразу спросил он. - От вас ничего не скроешь... То ли умер, то ли убит майор Осадчий, - начал рассказывать Богомолов. - Помню: тот, кому вы поручили Савелия. Где это произошло? Кто ведет следствие? - У метро "Спортивная" сорок минут назад. Туда выехал следователь Лебедев. - Толковый малый, хоть и молодой. Выезжаю на место и буду держать вас в курсе! - деловито отчеканил Говоров. - Спасибо, дорогой Порфирий Сергеевич! - Генерал положил трубку и почувствовал себя более уверенно. Когда Говоров прибыл на место, сотрудники милиции уже оцепили довольно большой участок. На асфальте Порфирий Сергеевич увидел четыре меловых силуэта. Он отыскал глазами Лебедева и направился к нему. - Сюда нельзя, гражданин! - строго проговорил сухощавый сержант, преграждая ему дорогу. - Мне можно, товарищ сержант! - Генерал полез во внутренний карман за удостоверением, но в этот момент его увидел Лебедев. - Сержант, пропусти, - скоро бросил он. - Здравствуйте, товарищ генерал! При слове "генерал" сержант вытянулся и даже побледнел. - Извините, товарищ генерал, не знал! - испуганно выдавил он. - Ничего-ничего, сержант, все правильно. - Говоров отечески похлопал его по плечу и поздоровался с Лебедевым. - Какими судьбами, Порфирий Сергеевич? - Здесь что, бойня была? - нахмурившись, спросил Говоров.
в начало наверх
- Вот, товарищ генерал... - Понимая, что сейчас не до светской беседы, следователь открыл папку и достал пакет, в котором лежали три авторучки и иностранный паспорт. - Некто Жорж Кроупп, у него были обнаружены эти стреляющие авторучки. Опрос свидетелей ничего не дал, но есть предположение, что стрелял именно Жорж Кроупп. - А что он сам-то говорит? - В том-то все и дело, что ничего. Он тоже мертв, но отчего помер, ума не приложу: говорят, что он шелшел и внезапно упал... - Остальные трупы опознаны? - быстро спросил Говоров. - Только майор Осадчий, старик - пока нет. - А четвертый? - Он оглядел четыре силуэта на асфальте. - Четвертый оказался жив, только ему очень спать захотелось... - Понятно... Куда отправили трупы? - Во Вторую городскую. Если вы туда, то поедем вместе: здесь больше ничего не выжмешь... - Следователь повернулся и окликнул мужчину лет сорока пяти: - Иван Кондратьевич, доведите все до конца, а мы во Вторую городскую... - Хорошо, Василий Александрович, как закончу - к вам. Когда они сели в машину, генерал спросил: - А у старика и у того, что оказался спящим, ничего не оказалось в карманах, что ли? - Почему не оказалось... - хитро улыбнулся следователь. - Я как раз хотел вам показать. - Он открыл портфель, лежащий на сиденье, и вытащил два полиэтиленовых пакета, в которых было по пистолету Макарова. - Вот как? Очень интересные ребята! - Глаза бывшего генерала задорно заблестели. - А тот, что оказался живым, по удостоверению, выданному фирмой "Элонс", является Каримом Керимовым и работает консультантом по общим вопросам. Думаю, что он - телохранитель этого старика. - Похоже на то, - задумчиво согласился Говоров. - Вот что, дорогой Лебедев, все это срочно на экспертизу. - Он кивнул на пакеты. - Майора Осадчего - на вскрытие, а Керимова срочно вывести из сна! Да, и проверьте этого Жоржа не только по нашим каналам, но и по линии МВД. - МВД? Странно... - следователь недоуменно пожал плечами. - Так, на всякий случай: что-то мне лицо его показалось знакомым. - Понял! Куда сейчас? - Пока будут приводить в чувство Керимова, хочу взглянуть на трупы... Когда Порфирий Сергеевич пришел в морг, то майора Осадчего уже не застал: увезли на вскрытие. Дежурный врач, встретивший его, был очень любезен, несмотря на запавшие от усталости глаза. "Интересно, что ему наговорил про меня Лебедев?" - с иронией подумал генерал и, деловито поздоровавшись, спросил: - Что-нибудь предварительно сказать можете? - Не только предварительно, - вздохнул пожилой врач. - Я буду весьма удивлен, если мой диагноз не подтвердится вскрытием... Итак, у того, что увезли, обнаружат небольшую пульку с быстродействующим ядом. - Смерть была почти мгновенной. Второй, пожилой мужчина лет шестидесяти восьми-семидесяти, умер от сердечной недостаточности. - Третий, молодой мужчина лет тридцати пяти. - Доктор вздохнул с сожалением. - Вот кого здоровьем Бог не обидел, но... - Он покачал головой. - Работали профессионалы! При вскрытии в его сердце наверняка будет обнаружена дыра. - Пуля? - Нет, товарищ генерал. - Доктор оживленно заходил из угла в угол. - За время моей работы в моргах это второй случай. - В первый раз я дал маху: не обратил внимание. Хотите взглянуть? - Обязательно! - нетерпеливо воскликнул Порфирий Сергеевич. - Отлично, пошли. Он проводил Говорова в огромное помещение, с оцинкованными столами и уверенно подвел к самому дальнему, где лежал огромный детина. - Вот, смотрите! - В голосе доктора слышалось восхищение, словно он собирался продемонстрировать важное открытие. Он отодвинул в сторону руку мертвеца и показал на малюсенькую точку, похожую на родинку. - И что я должен сказать? Что вижу странную родинку? - Говоров пожал плечами. - Именно такую ошибку я и допустил лет двадцать назад, - довольно улыбнулся доктор и вытащил из кармана лупу. - Смотрите теперь... - Похоже на запекшееся кровавое пятнышко, - не очень уверенно ответил Порфирий Сергеевич. - В самую точку, товарищ генерал! - воскликнул доктор. - Именно так и убили этого бугая: всадили ему в бок длинную стальную спицу! Потому-то я и уверен, что в сердце будет обнаружена дыра! - Звучит убедительно, - сказал старый генерал, однако без большой уверенности. - А как же со стариком? Кстати, где он? Доктор подвел его к столу, на котором лежало тело, покрытое простыней, и откинул ее. - Кроме разнообразных медицинских терминов, которые я мог бы произнести для определения причин смерти... - начал доктор, но его неожиданно прервал Говоров. - Погодите-ка, уважаемый доктор! - сказал он, уставившись на лицо мертвеца. - Неужто знакомого встретили? - не без опаски произнес доктор, боясь, что генерал опознал близкого человека. - Вы угадали, доктор, старинного знакомого, по которому многие тюрьмы плакали... Когда можно будет поговорить с тем, что остался в живых? - Которого едва в мертвые не определили? - усмехнулся доктор. - Думаю, что он уже способен отвечать на ваши вопросы. Он в тридцать первой, на втором этаже. - Один? - встревожился старый генерал. - Ну почему один, кто-то из ваших составил ему компанию. Проводить? - Спасибо, доктор, сам найду. - Говоров крепко пожал врачу руку и быстро направился в сторону выхода. Он шел, встревоженный, ведь на столе он увидел Воланда! Человека, которого Савелий несколько лет назад собственноручно захватил и доставил под окна Комитета государственной безопасности. Но тогда его арестовать так и не удалось: дружки выручили. И вот на тебе! Лежит себе на столе мертвый... Старому генералу казалось, что эта смерть как-то связана с Савелием. Он и Воланд были смертельными врагами и если бы они столкнулись на узкой дорожке, один из них должен был умереть! Но смерть Воланда явно не была делом рук Савелия, да и другие погибли не так, как мог бы это сделать его любимый ученик. Что-то не давало успокоиться старому генералу, и он решил повнимательнее приглядеться ко всем деталям. Когда он вошел в небольшую палату на одного человека, молодой парень ярко выраженного восточного типа сидел на кровати и раскачивался из стороны в сторону, уставившись в одну точку. Его руки были скованы за спиной наручниками. Рядом сидел упитанный старший сержант, не сводя с него глаз. Его взгляд был цепким, но совершенно невозмутимым. - Старший сержант... - начал Порфирий Сергеевич, переступив порог. - Дубенков! - громко закончил тот, вскакивая со стула. - Меня уже предупредили, товарищ ге... - Он тот же поправился: - Товарищ Говоров! - Подежурьте у дверей, чтобы нам не мешали, - приказал генерал. - Слушаюсь! - Сержант вышел и встал у самых дверей, широко расставив ноги. Было ясно, что покинуть свой пост он может только мертвым или по приказу генерала. - Вот что. Карим, я не буду мучать тебя вопросами - это еще впереди... - устало проговорил Говоров, давая понять парню, что пришел он к нему только потому, что так "положено", а вобще-то он устал и торопится домой, чтобы принять ванну, выпить стопочку-другую и лечь в мягкую постель перед экраном телевизора. Генерал даже деланно зевнул. - Ответь только на один вопрос: ты видел раньше того парня, что вам встретился? - Бля буду, начальник, никогда не видел! - горячо возразил тот, и генерал, наобум задавший этот вопрос, с волнением сделал паузу, чтобы успокоить взбунтовавшиеся нервы. - А ты смог бы его описать? - А чо его описывать: крепкий такой, голубоглазый, светловолосый... не знаю, что еще сказать... - Он прищурил и без того узкие глазки. - А, вот еще... - Он скосил глаза на свою щеку. - Шрам у него был, рваный такой... - Вот здесь? - генерал намеренно провел пальцем по другой щеке. - Точно, только с другой стороны... Да, с другой! - уверенно добавил он, на секунду прикрыв глаза, словно мысленно вспоминая Савелия. - Давно освободился? - быстро спросил генерал. - Два года уже... - Карим тяжело вздохнул. - Ну вот, а теперь, если нет других делишек, за пистолет посидишь. - Нет, - тот тряхнул уверенно лохматой головой. - За пушку меня не посадят: разрешение имеется! - горделиво заявил он. - А за другое... пусть ищут. Найдут - отсижу, нет - извините! - Ну что же, желаю удачи! - усмехнулся генерал, встал со стула и направился к двери. - Как? - удивленно воскликнул Карим. - И только за этим ты приходил, начальник? - Угадал: только за этим. Дежурный! - крикнул он, и в палату заглянул старший сержант. - Займите свой пост. Я ухожу. - Товарищ Говоров, вас ожидает следователь! - тут же доложил старший сержант. - Где ожидает? - удивился генерал. - В коридоре. - Почему не зашел? - Так вы же сами сказали не мешать, - смутился тот. - А-а... - хмыкнул Говоров. - Все правильно! Когда генерал вышел из платы и увидел Лебедева, то с трудом сдержал смех. - Не пустили? - "Сказали, чтобы никто не мешал допросу!" - очень похоже передразнил следователь старшего сержанта. Они оба засмеялись, но Говоров тут же спросил: - Есть новости? - Ну вы даете, товарищ генерал, - и получаса не прошло. - Следователь покачал головой и добавил: - Однако новость есть. Вскрытие тела майора показало, Что он умер от быстродействующего яда, попавшего в организм... - ...из маленькой пульки, выпущенной скорее всего из ручки-пистолета, - закончил за него генерал. - Откуда... - начал тот, но Говоров сразу же пояснил: - О причинах смерти каждого мне рассказал дежурный врач морга, который так долго проработал на своем месте, что обходится без вскрытия. И, судя по тому, что вы мне сказали, он редко ошибается. Но меня интересует другое: кроме документов и стреляющих ручек у этого Жоржа было еще что-нибудь? - Да-а, - протянул восхищенно следователь. - Много я слышал о вас, но... - Он вытащил из портфеля две фотографии и протянул генералу одну, на которой Савелий был снят в окружении душманов. - Эта фотография была у так называемого Жоржа Кроуппа, он же Георгий Крупнии, а эта - на второй фотографии Савелий стоял со своим названным братом Андреем Вороновым - была найдена у майора. - Так я и думал... - проговорил Говоров. Когда Карим описывал встретившегося им парня, генерал сразу же понял, что речь идет о Савелии Говоркове, его любимом ученике. И сейчас, увидев его на фото, он встревожился за его жизнь. Чтобы не было никаких сомнений, Говоров, не говоря ни слова, быстро вернулся в палату. Лебедев поспешил за ним. Старший сержант моментально вскочил со стула, увидев влетевшего в комнату генерала. Говоров, не обращая на него внимания, быстро подошел к кровати и сунул Кариму под нос фото Савелия. - Это был он? - Он, - подтвердил парень и удивленно взглянул на странного мужчину в штатском. - Я так и думал, - тихо повторил генерал и, ни слова не говоря, вышел из палаты, оставив в недоумении старшего сержанта и Керимова. В коридоре генерал внезапно остановился. - Вот что, Лебедев, - задумчиво произнес он. - Эти фотографии я оставлю пока у себя, нужны будут - позвонишь Богомолову! Продолжай работу, но могу тебе сказать, что убийца старика и майора лежит в морге с дырой в сердце, а кто сделал эту дыру... - Он помолчал немного. - Мне это хотелось бы узнать как можно скорее! Но я прошу, дорогой Лебедев, пока ни с кем не делиться моими выводами. - Понял, товарищ генерал! - серьезно отозвался тот. - Кроме нас с вами, о них никто не узнает. - Вот и хорошо. Обо всех новостях моментально сообщать мне или генералу Богомолову. - Есть, товарищ генерал! - Желаю нам удачи, - сказал Говоров и пошел к выходу. По дороге к Богомолову старый генерал старательно пытался соединить все звенья в единую цепочку, выстроить что-то определенное. Но как бы он не выстраивал ситуацию, в нее никак не вписывалось поведение Савелия. Не мог он вести себя так, когда вокруг гибнут люди, не мог! Но это же был он? Он! Так что же? Одно из двух: либо он, старый дурак, так и не знает своего любимого ученика, либо с Савелием что-то произошло... Но что? Богомолов ожидал его уже с Вороновым. Стараясь не упустить ни одной подробности, Говоров рассказал все, что узнал о происшествии на Пироговке. - Занятно, очень занятно... - задумчиво проговорил Богомолов. - А что вы можете сказать об этом ЖоржеГеоргии? - неожиданно спросил он, быстро подняв глаза на Говорова. - Мне кажется... нет, я просто уверен, что Жорж - посланник Рассказова, - уверенно ответил тот. - И ваша уверенность имеет под собой реальную основу! - Генерал сделал эффектную паузу и продолжил: - Я сразу же, как только узнал об этом
в начало наверх
Кроуппе, сделал запрос Майклу и только что получил от него ответ. Жорж Кроупп или Георгий Крупнин работает на Рассказова, а все его бумаги для поездки в Москву проталкивал некий Стив Блессинг по прозвищу Красавчик-Стив. - Это надо же! - с горечью воскликнул Воронов. - Каких-то четыре дня в Москве и уже вышел на Савелия, а мы... - Он махнул рукой. - Удачное стечение обстоятельств, - резонно заметил Говоров. - Я просто уверен в этом! - Не слишком ли много случайностей и совпадений? Рассказов, Воланд... - начал перечислять Андрей. - Не забывай, что и наш майор оказался в тот момент там же, - напомнил Богомолов. - И поплатился за это жизнью... - с грустью добавил Говоров. - До сих пор не верю! - Богомолов встал и с раздражением стал холить по кабинету. - Опытный сотрудник, столько лет проработал в органах и так бездарно погиб! - Всего предусмотреть невозможно, - вздохнул Говоров. - Откуда он мог знать, что, встретив Савелия, он тут же столкнется, и с его врагами? Пожалуй, роковой его ошибкой было то, что он не вызвал подкрепление, но допускаю, что он просто не успел. - Этого мы уже никогда не узнаем. - Богомолов огорченно вздохнул. - Непонятно одно: куда мог исчезнуть Савелий? Неужели испугался и сбежал? - Все что угодно, только не это! - горячо возразил Воронов. - Не мог Савелий так поступить! - Я тоже так считаю, - поддержал его Говоров. - Думаю, что его вынудили уйти с места происшествия! Хозяин кабинета хотел что-то сказать, но в этот момент в селекторе раздался голос помощника: - Константин Иванович, звонит некто Лебедев, говорит - срочно! - Соедините! - приказал генерал, переглянувшись с Говоровым. - Извините, товарищ генерал, что беспокою... - начал Лебедев. - Говорите! - перебил его Богомолов. - Моему помощнику удалось найти одного свидетеля, который видел, как парня со шрамом усадили в бежевую "девятку" трое молодых мужчин. Номер, к сожалению, он не запомнил, да и обратил на это внимание только потому, что за этой "девяткой" двинулся целый эскорт: два "мерседеса" и "Москвич". - Попробуйте с этим свидетелем поработать и составить фоторобот "молодых мужчин", - приказал Богомолов. - Этим сейчас занимаются, - ответил следователь. - Рад, что не ошибся в вас! - Спасибо, товарищ генерал. - По голосу было слышно, что Лебедеву очень лестна похвала высокого начальства. - Передайте генералу Говорову, что дежурный врач морга оказался прав на сто процентов: все его предположения подтвердились при вскрытии. Копии заключений находятся у меня. - Хорошо! Как только будут готовы фотороботы, разошлите их по всем отделениям! Если их обнаружат, установите наблюдение и доложите. - Слушаюсь, товарищ генерал. Разрешите выполнять? - Выполняйте. - Богомолов положил трубку и повернулся к Говорову. - Это уже кое-что. - Очень интересно... - проговорил Говоров. - Кто же это тебя так "окучивает", Савушка?.. Кстати, капитан, - обратился он к Воронову, - вы не об этой фотографии рассказывали? - Говоров вытащил из внутреннего кармана фото Савелия в окружении душманов. - То же место, но другой ракурс... Нет, это не фото! - уверенно произнес он. - Откуда оно у вас? - Эта фотография обнаружена у Жоржа Кроуппа, то есть у Георгия Крупнина. - Ай да Рассказов! - с явным восхищением произнес Богомолов, посмотрев на фото. - И с душманами подружился! - Нет, товарищ генерал! - быстро возразил капитан и тут же смущенно добавил: Простите. Разрешите сказать? - Ладно, попробуйте, товарищ Воронов! - усмехнулся Богомолов. - На втором плане виден тот, кого опознал Майкл Джеймс - некто Уокер. - Капитан прикрыл глаза, вспоминая, что, им поведал Майкл. - Был инструктором в Африке, наемник со стажем, двойной агент... Уверен, что именно через него Рассказов заполучил это фото. - Уокер... Уокер... - несколько раз повторил Богомолов. - Что-то очень знакомое. - Вы пили когда-нибудь виски "Джонни Уокер", товарищ генерал? - с иронией напомнил Говоров. - В другой момент я бы посмеялся... - задумчиво проговорил Богомолов, потом нажал на кнопку селектора. - Миша, ты уже отнес материалы по задержанию на таможне? - Нет еще, они у меня, - отозвался помощник. - Принести? - Обязательно! - нетерпеливо сказал Богомолов, и вскоре в кабинет заглянул моложавый подполковник. - Разрешите, товарищ генерал? - Давай, Миша! Взяв пухлую папку, генерал стал быстро листать бумаги, приговаривая себе под нос: - Это не то... не то... так... нет... - Но вот он победоносно взглянул на Говорова. - Не подвела меня память-то! - Он пробежал нужный листок глазами. - Ага, вот: "Задержанный совершенно случайно назвал фамилию, как он сказал, давнишнего приятеля, который, по его словам, к данному делу никакого отношения не имеет. В его голосе мне послышалась какая-то фальшь, и потому я решил занести эту фамилию в протокол - Уокер. В дальнейшем, когда я снова заговорил об этом Уокере, задержанный пояснил, что много лет назад воевал вместе с ним... Следователь по особо важным делам Прокуратуры РФ А.С.Семушкин". Ай да Семушкин! - довольно потирая руки, проговорил Богомолов. - Нужно будет снова связаться с Майклом. - Вряд ли Майкл Джеймс знает, где сейчас Уокер, - скептически проговорил Говоров. - После провала с Савелием многие участники тех событий ушли на дно. - Но Рассказов-то не ушел! - вставил Воронов. - А ему просто деваться некуда, - хмыкнул Богомолов. - Поэтому он и пошел на такой риск, как посылку наемника. - И я не буду удивлен, если он послал к Савелию не одного человека, - добавил Говоров. - Нам крайне необходимо найти Савелия первыми! - Но почему он сам молчит и не выходит на связь? - с горечью воскликнул капитан. - В этом вся и загвоздка! - Богомолов развел руками. - Мы узнали главное: он жив. А все остальное спросим, когда повстречаемся! - бодро подытожил Говоров. НЕПРИЯТНЫЕ ВЕСТИ ИЗ МОСКВЫ Красавчик-Стив был не в самом хорошем расположении духа: сегодня Жорж, посланный им в Москву, опять не вышел на связь. Если в первый раз, не услышав его голоса, Стив не очень взволновался, то сейчас он был выбит из колеи. Через пару дней он должен услышать весточку от второго человека, посланного на всякий случай вдогонку Жоржу. Второй посланец был американцем в третьем поколении и работал на Стива только из-за денег, которых у него всегда катастрофически не хватало: он был очень азартным игроком и играл во все, что могло заставить его помечтать о "сказочном" выигрыше. Но надо сказать, что Джон Кинг (как ни странно, это была его подлинная фамилия, а не кличка) ни разу не закончил игры с положительным для себя итогом. Если Жорж был выходцем из России и мог совершенно спокойно раствориться в российской толпе, то Книг знал по-русски всего несколько слов. На всякий случай и он имел в кармане фотографию Савелия, но его главной задачей было вовремя сообщить, как дела у Жоржа. Задача была не из сложных, и Джон сразу же согласился, тем более что он давно мечтал побывать в этой странной стране. Он выклянчил себе на расходы больше, чем предполагал, и был этим очень доволен, не подозревая о том, что Красавчик-Стив, зная слабость Книга, сначала предложил ему меньшую сумму, а затем "скрепя сердце" увеличил ее. И оба остались довольны друг другом... Красавчик-Стив, раздраженно меряя шагами кабинет, с нетерпением ожидал, когда позвонит Джон. Он чувствовал, что в Москве что-то случилось. Еще тогда, когда Рассказов приказал прислать в Москву надежного человека, Стив подумал, что это довольно рискованная затея. Мало того, что разыскать в огромном городе человека, которого не могут найти органы, почти невозможно, так его еще нужно было попытаться вывезти из страны или, в крайнем случае, - убить. Нужно отдать должное Жоржу: он уже выполнял подобные поручения, и срывов у него не было. Несмотря на свою внешнюю безалаберность, он был исполнительным и пунктуальным боевиком, и то, что он не вышел дважды на связь, было на него непохоже. На свой страх и риск Красавчик-Стив решил послать не только Джона для наблюдения за Жоржем, но и еще одного боевика, на которого мог положиться, как на самого себя. Рональд Бредфорд был "дубовым", как прозвал его Стив, исполнителем. Он, словно робот, выполнял все, что ему приказывал Стив, которого он считал своим господином и покровителем. Он забрал Рональда из "психушки", в которой тот мучился лет с двенадцати. Его упрятала туда мать, родственница Стива, перед тем, как сама попала в наркологическую больницу, где тихонько и скончалась, взяв перед смертью со Стива слово, что он позаботится о ее сыне. Понемногу встав на ноги, Стив вспомнил о своем обещании и решил навестить "малыша". Каково же было его удивление, когда к нему вышел двухметровый верзила. Его детское лицо было каким-то вяло-потухшим и безразличным. Сильно сомневаясь в правильности своего решения, Красавчик-Стив оформил необходимые документы, забрал его из психбольницы и привез в свою пятикомнатную квартиру. Ронни было двадцать четыре года, о нем никогда никто не заботился, и доброе отношение к нему Стива настолько поразило его, что он привязался к нему, как собачонка. Ронни был немногословен, тих и неприметен, несмотря на свой внушительный вид, и это вполне устраивало Красавчика-Стива. Во всяком случае, ему понравилось, что тот никогда ему не мешал, а внушительный вид Ронни заставлял посторонних верить, что он телохранитель Стива. Вполне возможно, что так бы продолжалось довольно долго, если бы не один случай. Красавчик-Стив пришел в один ночной клуб, чтобы взять с хозяина обычный "защитный взнос", но тот, решив, что больше не нуждается в подобных "услугах", нанял троих охранников. Когда Красавчик-Стив повысил голос, хозяин приказал выбросить его из клуба. Там было много посетителей, и Стив не мог воспользоваться пистолетом. Он уже хотел ретироваться и отложить разборку до другого раза, но в этот момент Ронни почувствовал, что его покровителю угрожают. Смирный парень неожиданно превратился в настоящего зверя, защищающего своего детеныша. Он с такой легкостью раскидал троих охранников, что все вокруг оцепенели, а сам хозяин застыл с открытым ртом. Ронни, оглядевшись и не заметив больше никакой опасности для своего покровителя, мгновенно успокоился и стал влюбленно глядеть на Стива. Подошел хозяин клуба и безропотно отдал деньги. Красавчик-Стив успел уже взять себя в руки и снисходительно похлопал его по плечу. - Смотри, в последний раз прощаю! - сказал он и повернулся к своему неожиданному защитнику. - Пошли, дорогой Ронни, все в порядке! - Он проговорил это с такой нежностью, что Ронни заулыбался во весь рот и пошел вслед за ним. Он глядел по сторонам с видом человека, которого любят, о котором заботятся. Ради Стива Ронни был готов на все... С тех пор прошло четыре года. За это время Стиву удалось сильно улучшить умственные способности своего подопечного. Хорошее отношение сделало то, что не удалось бы ни одному психиатру. А природные данные Ронни были настолько хороши, что школу боевых искусств, в которой воспитанники обучались около двух лет, он закончил за год и стал отличным боевиком. Его преданность Стиву была настолько безрассудной, что он не задумываясь мог вцепиться зубами в любого, кто попытался бы недобро посмотреть на благодетеля. Вручив Ронни фото Савелия и двух других посланников, Красавчик-Стив приказал ему то же самое, что и Жоржу. Он был уверен в Ронни, как в себе самом, и потому нисколько не беспокоился, зная, что тот ни за что не отойдет от поставленной задачи и не станет понапрасну себя подставлять. По его расчетам, Ронни уже должен был разыскать Джона и Жоржа. Он взглянул на часы: осталось несколько минут до сеанса связи, и Стив волновался. Неужели опять не будет звонка? В эту минуту тишину взорвал длинный междугородний звонок, и Стив мгновенно схватил трубку. - Слушаю! - Стив? Это Джон, - услышал он чуть встревоженный голос. - Говори! - нетерпеливо бросил Стив. - Знакомого пока не нашли, а наш приятель ушел в бессрочный отпуск... - Все документально оформлено? - Красавчик-Стив с трудом сдержался, услышав, что Савелий пока не найден, а Жоржа отправили на тот свет, и
в начало наверх
спросил Джона, знает ли тот подробности его гибели. - Более или менее, - ответил Джон. - Какие будут поручения, шеф? - Мой сынок связался с тобой? - Он сейчас сидит рядом, дать ему трубку? - Подожди! Его задача остается прежней: отыскать нашего знакомого и пригласить его в гости, а тебе придется помочь ему в поисках. Денег не жалеть! Попытайтесь как можно больше быть на людях и держите глаза и уши открытыми. У вас есть десять дней, если вы его не найдете, возвращайтесь. Но было бы лучше, если бы вы его отыскали! - В его голосе послышалась явная угроза. - Дай трубку сыночку! - Стив, родной, здравствуй! - услышал он радостный голос Ронни. - Очень скучаю по тебе! - Здравствуй, Ронни! Я тоже по тебе скучаю и очень люблю тебя. Как только ты найдешь того человека, о котором мы с тобой говорили и привезешь ко мне в гости, так и увидимся. - Всю Москву переверну, а найду его! - горячо проговорил Ронни. Стив в его словах нисколько не сомневался. - Дай трубку Джону! Вот что, Джон, при любых обстоятельствах звони мне в определенные часы. При любых! - жестко добавил он. - А если что-то срочное, то в любое время дня и ночи! - Понял, шеф! Можешь быть уверен! Красавчик-Стив положил трубку и задумчиво покачал головой: что он сейчас скажет Рассказову? Можно себе представить, как он разъярится, когда услышит, что его кандидат, не выполнив задания, отправился на тот свет. Зная своего шефа, Красавчик-Стив мог предположить, что тот прикажет ему самому отправиться на выполнение этого сложного задания. При других обстоятельствах Красавчик-Стив с удовольствием побывал бы в России, на родине своих предков. Его дед эмигрировал из Питера незадолго до Октябрьской революции, почувствовав что ничего хорошего не может произойти в стране, где открыто проповедуют "всеобщее равенство и братство". Дед был человеком с головой, но владел не очень большими капиталами, однако сумел их приумножить, оставив сыну в наследстро хороший дом, доходное дело и приличный счет в банке. Но сын довольно сильно отличался от отца. Он рано женился, был мотом, выпивохой и любил по-крупному рисковать на бирже. Ни в одном из трех своих увлечений он не знал меры и успел промотать все наследство еще до того, как Стив достиг совершеннолетия. У них остался только дом, много раз перезаложенный. А когда Стиву исполнился двадцать один год, его отец, набравшийся по этому поводу сверх меры, оставил грешную землю. Он попал под грузовик, который, по иронии судьбы, был доверху наполнен отменным виски, столь любимым покойником. Его мать, всю жизнь боровшаяся с пороками мужа, после его гибели моментально сдала, словно ее силы поддерживались только этой борьбой. Через пару месяцев она слегла и вскоре отправилась вслед за мужем, чтобы продолжить борьбу за его душу уже в загробном мире. Оставшись один, Стив довольно быстро оказался на улице. Беспощадные кредиторы отобрали в счет погашения долгов отца все, что имело хотя бы какую-то ценность: дом, мебель, даже те немногочисленные тряпки, что не успел пропить безалаберный отец. После неудачных попыток найти работу Стив несколько раз попадал за решетку и скорее всего, обладая дурным характером, закончил бы жизнь с ножом в груди под забором, но однажды он познакомился с крутым мужиком, который и взял его пол свое крылышко. Этот мужик занимался довольно опасным ремеслом - контрабандой наркотиками. Он был одним из доверенных людей того бизнесмена, с которым впоследствии разделался Рассказов. Однажды Стив вместе со своим покровителем пришел к Рассказову "качать права". Убив главаря. Рассказов побеседовал с каждым из сопровождающих в отдельности. Стив мгновенно понял, что Рассказов именно та лошадка, на которую можно ставить не задумываясь, и ответил согласием на предложение работать на него. Его прямота понравилась Рассказову, и с этого момента Стив превратился в Красавчика-Стива. Важным моментом было и то, что Стив поведал Рассказову о своем деде, выходце из России. Красавчик-Стив, никогда никому не присягавший на верность, оценил нового шефа и стал преданно служить ему. Постепенно Рассказов, убедившись в его верности, приблизил к себе и сделал своей правой рукой. Нужно заметить, что не только сам Рассказов учинял Стиву неожиданные проверки. Его противники, стремясь добраться до Рассказова, пытались запугать и подкупить Стива, но тот не шел ни на какие сделки и моментально докладывал обо всем своему шефу. Стив обладал хорошей реакцией, отличной интуицией, и эти качества не раз спасали не только его самого, но и Рассказова... Прежде чем отправиться к шефу, Красавчик-Стив позвонил ему. Он хорошо знал его распорядок дня - в этот момент тот занимался своими "курочками". Неожиданный приход сам по себе мог вызвать неудовольствие шефа, а если учесть информацию, которую нес ему Стив, стоило ожидать бури. - Приветствую вас, шеф! - деланно бодро сказал Стив в трубку. Он услышал плеск воды. Значит, шеф не изменил привычке, и сегодня: он принимал "курочек" в бассейне. - Есть новости? - томно спросил Рассказов, расслабившийся от легких прикосновений своих массажисток. - Да, кое-что есть, - уклончиво ответил Красавчик-Стив, облегченно вздохнув: судя по всему, шеф был в отличном расположении духа. - Срочно или как? - спросил Рассказов, и Стив сразу же понял, что тому не очень хочется прерывать массаж. - Или как! - весело отозвался тот. - Не хочешь присоединиться к нам? - неожиданно услышал Стив и немного опешил. Однажды случилось так, что они с Рассказовым здорово перебрали и очнулись под утро в окружении "курочек". Шеф тогда ничего не сказал Стиву, но несколько дней удерживал его на расстоянии, обращался с ним сухо и только по делу. - Но... - начал Красавчик-Стив, не зная как реагировать на столь лестное предложение, которое могло оказаться и обычной проверкой. - Успокойся, дорогой мой мальчик, забудь о том, что было. Сейчас я тебя приглашаю без всяких задних мыслей. Просто мне хочется разнообразить свою сексуальную жизнь! - сказал Рассказов откровенно. - И мне хочется, чтобы в этом разнообразии участвовал самый близкий мне человек! Если хочешь, можешь взять с собой ту "курочку", которую ты привез с собой... Теперь Стиву все стало ясно: Рассказов никак не может смириться с тем, что он с ним не посоветовался, когда привез для себя из Таиланда Уонг-Диану. Ну что же, шеф имеет на это полное право. Это был единственный раз, когда Красавчик-Стив не стал раскрывать перед ним своих намерений. Когда Рассказов как бы мимолетно предложил прихватить девушку с собой, Стив понял, что сейчас он должен раз и навсегда определить свое отношение к шефу. Он понимал, что если придет один, без Дианы, то Рассказов не покажет вида, что это его както задело, но в нем застрянет заноза, которую Стиву будет очень сложно вытащить. Стоит ли девушка таких жертв? Да, она мила, преданна, заботлива, и он ей обещал, что, кроме него, у нее никого не будет, но... Взвесив все за и против, Красавчик-Стив решил, что вряд ли стоит держать слово, данное девушке: она должна его понять. Он решительно нажал на кнопку связи с Дианой: в момент нажатия в ее спальной раздавался звоночек, и она знала, что господин хочет видеть ее. Когда он прошлый раз раздраженно выгнал ее, Диана нисколько не была обижена, понимая, что внезапная злость исходит не от него, а от посторонних сил. Однако как он не хочет понять, что она любит его и хочет разделить с ним все невзгоды, все белы, сделать так, чтобы ему было хорошо? Вернувшись к себе, Диана уткнулась в учебник английского языка и стала монотонно повторять новые слова, но ее мысли возвращались к нему. Она была счастлива, ее баловали, хорошо одевали и кормили. Она научилась делать массаж, а ее руки словно специально были созданы для этого, они снимали не только усталость, но и боль. Она скучала лишь по общению с подругами: кроме Красавчика-Стива, она никого не видела, не считая пожилой угрюмой американки, которая обучала ее языку и хорошим манерам. Она настолько ушла в свои мысли, что не сразу услышала радостный для нее звук колокольчика, который возвещал о том, что ее Повелитель помнит о ней. Диана вздрогнула, швырнула книгу и радостно бросилась к зеркалу. Ее сердце почему-то тревожно билось, но Диана отбросила страхи в сторону и поспешила к Нему. СТИВ ПРИНИМАЕТ РЕШЕНИЕ Красавчик-Стив лежал на огромной софе в атласном халате. Диана счастливо улыбнулась, едва увидев его красивые улыбающиеся глаза. Видно, к нему вернулось хорошее настроение, и она, ни слова не говоря, медленно подошла, опустилась на колени и прижалась благодарно к его руке, ожидая знака для дальнейших действий. Она настолько тонко чувствовала его желания и перепады настроения, что иногда это даже удивляло Стива. Их любовные ласки были возведены до степени неких ритуальных действий, и в основном это исходило от нее. Именно она была режиссером этого одухотворенного эротического действа, а ему отводилась роль актера и зрителя. Прошло несколько томительных минут, но он не предпринимал никаких действий. Диана тихо спросила: - Милый, тебя что-то мучает? Скажи... Красавчик-Стив с грустью взглянул ей в глаза. Он был талантливым актером, и театральные подмостки многое потеряли в его лице. Изображая грусть, КрасавчикСтив был занят только одной мыслью: как ей сказать обо всем, чтобы сохранить ее верность? - Ты хочешь сказать мне что-то плохое? Ты хочешь расстаться со мной? - прошептала она с тревогой. Слезы вот-вот были готовы брызнуть из ее огромных глаз. - Нет, моя милая Диана, я не хочу расставаться с тобой... - тут же отозвался он и снова многозначительно замолчал. - Не хочешь? - радостно воскликнула девушка. Это было для нее главным, все остальное ее нисколько не заботило. - Милый, тогда все в порядке: если ты не хочешь со мной расставаться, то все остальное... - она забавно пожала плечиками и по слогам добавила: - Е-рун-да! - Ты уверена? - Абсолютно! - не задумываясь воскликнула девушка. - Даже если тебе придется быть милой и обаятельной с другим мужчиной? - неожиданно спросил он. - С другим? - она несколько растерялась, помолчала немного. - А тебе это нужно? - Очень... - Он тяжело вздохнул. - Для моего повелителя я сделаю все, что он прикажет, - серьезно проговорила девушка, и сейчас она была не Диана, а Уонг. Это было поразительно. Она добавила: - Могу даже умереть, если тебе нужно. - Я... я очень благодарен тебе, моя Уонг, - тихо сказал он. - Да, мой повелитель, я сейчас - Уонг... Кто он? - Это мой хозяин. - Я все поняла: он должен быть довольным. - Да... - Он снова вздохнул. - Куда я должна идти? - спросила девушка и встала с колен. - Я там тоже буду, и там ты увидишь своих подруг. - Красавчик-Стив поднялся с софы и вдруг обнял девушку за плечи и крепко прижал к груди. - Правда? - Она даже обрадовалась, затем подняла на него свои огромные глаза. - Я поняла: всем должно быть весело и хорошо. Я все сделаю, и всем будет хорошо, обещаю! - твердо проговорила девушка, затем крепко поцеловала Красавчика-Стива, вложив в этот поцелуй всю свою страсть и нежность. - Пошли! - Подожди... - Красавчик-Стив критически оглядел ее коротенький полупрозрачный халатик, который едва прикрывал узенькие плавочки и обнаженную пышную грудь, и остался доволен. - Идем! - Он обхватил ее за талию, и они направились к выходу... Рассказов возлежал на невысокой кушетке. Над его телом трудились три таиландки, нежно пробегая по нему пальчиками. Четвертая, самая молодая, сидела перед ним, и он привычно ласкал грудь, живот, бедра, заставляя ее всякий раз вздрагивать, когда пальцы прикасались к заветным местам. Очень тихо и неназойливо играла восточная мелодия, которая, казалось, обволакивала и завораживала. В какой-то момент Рассказов почувствовал в движениях и прикосновениях девушек нечто совсем необычное и удивленно скосил глаза, чтобы понять, чтр происходит. Увидев Красавчика-Стива с молоденькой стройной девушкой, Рассказов довольно улыбнулся. В который раз он убеждался в том, что Красавчик-Стив готов ради него на все. Он привел сюда свою пассию, в которую, по достоверным сведениям, был действительно влюблен и которую пока никому еще не показывал, а значит, Стиву не жалко ее для своего хозяина. Рассказов медленно встал с кушетки и подал знак "курочкам", которые, как ни странно, не бросились, как обычно в бассейн, а уставились на вошедших, словно увидели привидения. Рассказов вспомнил, что эти девушки оттуда же, что и та, которую привел Красавчик-Стив. - Стив, дорогой, как я рад, что ты принял мое приглашение и пришел не один, а с изумительной девушкой! - радушно воскликнул он. - Ее имя - Уонг! - представил девушку Стив, и та мгновенно оценила это: представив ее как Уонг, Стив словно отделил свою Диану от той, что присутствует здесь. Она благодарно посмотрела на него, потом, стараясь понравиться Рассказову, грациозно подошла и опустилась на колени.
в начало наверх
- Я очень рада, мой Господин, быть представленной вам. - Она не только мила, но и отлично говорит по-английски! - Рассказов повернулся к остальным девушкам и милостиво сказал: - Я знаю, что вы подруги, и потому пообщайтесь между собой, пока мы поговорим с Красавчиком-Стивом о разных глупостях. - Спасибо вам, Господин, я очень давно не видела подруг! - воскликнула Уонг, потом встала, сделала шаг к Рассказову и благодарно поцеловала ему руку. Этот странный порыв девушки неожиданно чуть смутил Рассказова, и он повернулся к Красавчику-Стиву: - А ты умеешь воспитывать своих девушек... - Ваша школа, дорогой хозяин! - усмехнулся довольный Красавчик-Стив. - Ладно, оставь свои реверансы, - сказал Рассказов, однако чувствовалось, что ему приятно это слышать. - Ответь мне честно: тебе же не очень хотелось вести ее сюда, не так ли? - Дорогой шеф, по-моему, у вас есть одна хорошая пословица: "Трубку, коня и жену не отдам никому!" По поводу трубки и коня ничего не могу сказать, вам, кажется, отдал бы, а вот по поводу жены могу сказать определенно: не уступил бы, если бы она была против. Но эта девушка, Уонг, не жена мне, а вы мой босс. Кому другому не позволил бы, но вам... - Он уставился на Рассказова не мигая. - Можете поверить, уступлю без всяких колебаний! - Не знаю почему, но я тебе верю, - серьезно проговорил Рассказов. - А как она отнесется к этому? - Она уже все знает, но... - Красавчик-Стив хитро усмехнулся. - Было бы хорошо сгладить всяческие нюансы хорошим коньяком. - Все ясно, принимаю с удовольствием, давай устроим алкогольно-эротический разгул. Курочки! - крикнул Рассказов, повернувшись в сторону бассейна, где плескались радостно-возбужденные от встречи девушки. - Через пять минут прошу к столу! Девушки прекратили веселый гомон, услышав приглашение, и медленно направились к поручням. Они вытерлись насухо и продолжали что-то рассказывать друг другу. Когда Уонг потянулась к своему халатику, одна из девушек сказала: - Когда Хозяин приглашает к столу, это большой почет, но здесь не принято надевать верхнюю одежду, можно только трусики и то не всегда. - Понятно. - И еще, подруга... - Она совсем понизила голос. - Не знаю, как у тебя там со Стивом, но здесь любая просьба Хозяина является законом. - Ясно, - кивнула Уонг и искоса поглядела в сторону мужчин. Конечно, Стив гораздо моложе своего Господина, его красивая статная фигура явно выигрывала рядом с ним, но... Она критически осмотрела Рассказова и нашла, что и он подтянут и привлекателен, несмотря на возраст. Уонг специально настраивала себя на то, что придется ублажать этого Госполина, потому что это нужно ее любимому Стиву, а значит, обязательно и для нее. Ну что ж, она постарается, чтобы этот Господин остался доволен. Она уже хотела двинуться вперед, но ее остановила та девушка, что давала ей пояснения. Уонг благодарно пожала ей руку и оглядела ее: очень красивая хрупкая фигурка с плотными острыми грудями, нежные длинные пальцы на руках... Уонг понравилось, что она приняла участие в ней. - Тебе нравится Красавчик-Стив? - неожиданно спросила Уонг. - Очень! - не задумываясь ответила она. - Он мне понравился еще тогда, на нашей родине. - Он очень любит долгую нежность, а еще... - шептала ей Уонг, но закончить фразу не успела: Рассказов громко хлопнул в ладоши, и девушки пошли к столу с напитками и фруктами. Рассказов сам указал каждой девушке ее место. Рядом с собой он усадил Уонг и самую молоденькую - Машеньку. Наташу, с которой разговаривала Уонг, он посадил с правой стороны от КрасавчикаСтива, а Оксану - с левой. Как бы одна осталась Ольга, но это ее нисколько не смутило. У нее была большая свобода, чем у остальных девушек. Если те обязаны были сидеть, где их усадили, то Ольга могла делать все, что ей хотелось, не забывая только об одном: следить, чтобы бокалы были всегда наполнены. Уонг сразу заметила, что ее бокал был наполнен виски до самых краев, и она чуть заметно взглянула на Красавчика-Стива. Он перехватил ее взгляд и едва заметно кивнул, ободряюще улыбнувшись. Когда они были вдвоем со Стивом, то довольно часто пили спиртные напитки, но, как он говаривал, для настроения и в очень небольших дозах. До встречи с ним она никогда не пила ничего крепче пива и в первый раз попробовала шампанское с опаской. Но потом это ей понравилось, и уговаривать ее не было нужды. Получив одобрение Стива, Уонг уверенно взяла в руки бокал и повернулась в сторону Рассказова, ожидая его слов. Ему это понравилось и он весело проговорил: - За нашим столом появилась новая прекрасная девушка по имени Уонг. Я предлагаю выпить за нее, надеюсь, что ей понравится с нами, а значит, она будет бывать здесь почаще! - Он чокнулся с ней и игриво подмигнул. - Спасибо, мой Господин! - вежливо улыбнулась Уонг и храбро поднесла бокал к губам. До этого она ни разу не пила виски, и ее язык обожгло словно она хлебнула кипятку. Девушка поперхнулась, но допила до конца, благодарно приняла от Рассказова сок манго и победоносно улыбнулась. - Наш человек! - радостно воскликнул тот и быстро опрокинул свою дозу в рот. Повернувшись к Уонг, он притянул ее за хрупкую шею и впился в ее губы. К чему-то подобному она была готова и потому охотно откликнулась на поцелуй, но здесь ее ожидал сюрприз: оказывается. Рассказов оставил во рту последний глоток виски и влил его ей в рот. Это было настолько неожиданно, что она чуть заметно дернулась, но его руки держали ее крепко, да и виски показалось во второй раз не таким обжигающим. Поцелуй продолжался долго. Все присутствующие девушки уже прошли это "испытание" и с любопытством наблюдали за ними. Красавчик-Стив, хлобыстнув полстакана виски, чтобы притупить ненужные чувства, также смотрел с интересом. Когда Рассказов оторвался от ее губ и, глядя на девушку, перевел дыхание, та, немного опьянев от виски и коварного поцелуя, посмотрела на него смело и вызывающе. - Вот это по-нашему! - воскликнул Рассказов, и все вокруг зааплодировали и выпили за Уонг, столь хорошо выдержавшую экзамен на выносливость. - Почему ты не появлялась у меня в гостях раньше? - игриво прошептал на ухо девушке Рассказов. - А вы меня и не приглашали! - весело ответила она. Хмель сразу ударил ей в голову, и ей хотелось подурачиться. - Может, искупаемся? - спросила она, пытаясь освободиться от его руки, которая поползла по бедру. - Нет, у меня другое предложение: я сделаю тебе подарок в честь нашего знакомства, но сначала хочу, чтобы ты предложила тост, а все выпили! - Он многозначительно смотрел ей в глаза, и девушке стало жутковато, но она постаралась перебороть это ощущение, задорно рассмеялась, взяла свой бокал в руки и с удивлением заметила, что он уже наполнен. - Внимание! - воскликнул Рассказов. - Наш Уонг хочет что-то сказать. Девушка встала, чуть пошатнувшись от выпитого, и заметила, как Красавчик-Стив с грустью вздохнул, но тут же, взяв себя в руки, ободряюще кивнул. - Господин Аркадий, хозяин этого дома, был очень любезен, произнеся первый тост за меня, девушку из далекой страны, и я ему очень благодарна за это! - Она посмотрела на Рассказова. - Спасибо вам, мой Господин! - Уонг наклонилась и чмокнула его в щеку. - Если позволите, я попрошу всех сидящих за этим прекрасным столом выпить за здоровье Хозяина этого дома! Рассказов рассмеялся, покачал головой, словно говоря "что поделаешь с этой девчонкой?" и стал медленно пить. И только тогда, когда он допил до дна, Уонг вдруг очень быстро выпила свой виски и, не давая ему ни запивать, ни закусывать, впилась в его губы и в точности повторила проделанное им испытание. Для него это было совсем неожиданно, но пришлось подчиниться. Когда девушка оторвалась от его губ, он с огромным трудом сумел отдышаться, а ничего не понявшие девушки весело зааплодировали. - Неожиданно... - сказал наконец удивленный Рассказов, - но очень приятно! Такое вознаграждается! Пошли со мной! - сказал он девушке, встал с кресла (было видно, что он уже слегка пьян) и пошел нетвердой походкой. Уонг тоже встала, хмельно и несколько вопрошающе взглянула на Красавчика-Стива, как бы давая ему последний шанс заставить ее отказаться, но тот согласно кивнул головой, и девушка, с улыбкой оглядев своих подруг, подмигнула им и весело бросила: - Не давайте скучать моему Хозяину, а мы... мы скоро вернемся! - Она быстро пошла догонять Рассказова. Едва они скрылись, как девушки набросились на Красавчика-Стива, со смехом подхватили его на руки и осторожно перенесли на пушистый ковер. Было заметно, что они с радостью приняли призыв своей подруги и готовы были разорвать его на кусочки в порыве страсти. Даже самая молоденькая, названная Машенькой, и та, захваченная азартом подруг, включилась в игру. Она откровенно прикасалась к его плоти своими маленькими пальчиками и радостно повизгивала, когда вдруг ощущала трепетное вздрагивание, ловила губами его губы, целовала в грудь. Красавчик-Стив сразу понял, что девушки были не только подстегнуты алкоголем, но и давно не видели посторонних, а потому были рады пообщаться с ним, тем более, что они были уже знакомы. Эти девчонки, несмотря на молодость, были умны и толковы и сразу сообразили, что Уонг появилась здесь не случайно. Своим Господином они были довольны. Он был внимателен, нежен, часто оделял подарками и особенно ценил в них немногословность. Они отличались от западных девушек: ни одна из них не стремилась к лидерству, не испытывала зависти, а главное - не ревновала к другим. Более того, они были очень дружны между собой и всякий раз делились друг с другом после какой-нибудь неудачи, предостерегая других. То, что Господин удалился с Уонг, обрадовало их: они часто вспоминали о Красавчике-Стиве, и эти воспоминания были им приятны. Когда Стив появился сегодня у бассейна, они многозначительно подмигнули друг другу и стали терпеливо ожидать. И теперь, не успела закрыться дверь за Рассказовым и их подругой, как они сразу же набросились на Красавчика-Стива. Но и он был на взводе от выпитого, и от вынужденной уступки девушки, к которой он чувствовал какую-то нежность. Он сам себя не узнавал, внутри все клокотало и требовало выхода. Обычно уравновешенный и спокойный даже в самых сложных и опасных ситуациях, КрасавчикСтив был сейчас так взвинчен, что готов был сорваться по любому поводу. Срывать злость на милых и обаятельных девушках ему не хотелось, но стресс снять было нужно, и он, боясь самого себя, неожиданно предложил: - Девочки, вы такие милые, мне так хорошо с вами! Давайте расслабимся по полной программе?! Машенька, неси шампанское! - Он провел указательным пальцем по ее носику, подбородку, между красивыми упругими грудками, по животу, затем стал опускать вниз трусики, и девушка вдруг напряглась и замерла в ожидании. Остальные понимающе переглянулись, перестали щебетать, и только их нежные руки мягко прикасались к телу Красарчика-Стива и их подруги. Девушки знали то, чего не знал Красавчик-Стив. Дело в том, что Рассказов до сих пор не сделал Машеньку женщиной. Нет, не потому что он пощадил девочку, а потому, что решил поиграть в благородство. Когда он впервые стал ее ласкать, Машенька вдруг жалобно на него взглянула, и ему показалось, что из красивых глаз сейчас хлынут слезы. Ему вдруг почудилось, что перед ним лежит его дочка. Ощущение было столь сильным, что он моментально встал с огромной кровати, повидавшей много тел и страстей, отечески хлопнул ее по розовенькой попочке и попросил принести что-нибудь выпить. С тех пор он стал относиться к ней по-отечески, нежно и ласково. Но внутри него клокотала страсть, которая жаждала ее тела, подталкивала к ней, однако ему всякий раз удавалось не переступать черту. Девушка была очень благодарна своему Господину и старалась быть с ним нежна, услужлива и с детской непосредственностью подвергала его плоть мучениям, когда принималась ласкать его. Иногда она доводила его до белого каления, и казалось, что он вот-вот сорвется и, как зверь, набросится на ее хрупкое тело, подомнет под себя и начнет терзать... Но Машенька интуитивно каждый раз улавливала эту грань, начинала по-детски мурлыкать и что-то ласково шептать, отвлекая его и снимая напряжение. Несмотря на свою молодость, девушка знала очень многое из того, что в этом возрасте лучше бы и не знать. Эротические игры постепенно увлекли ее, и единственным, что ее удерживало от последнего шага, было желание ощутить первую близость с тем, кто ей понравился, - с Красавчиком-Стивом. Да-да, именно он запал в душу девушке, когда она впервые увидела его, и каждый раз, лаская тело Рассказова, она представляла себе КрасавчикаСтива. Однажды он пришел к Рассказову, когда девушки плескались в бассейне. Рассказов неожиданно заметил, как Машенька смотрит на Красавчика-Стива. В первый момент его охватила ревность, но он немного подумал и решил, что ситуация складывается весьма удачно. С одной стороны, он давно уже хотел познакомиться с девушкой Стива, и как можно ближе (заодно можно будет еще
в начало наверх
раз испытать верность своего помощника, к которому он относился как к сыну), а с другой - можно будет разрубить "гордиев узел" с Машенькой: пусть КрасавчикСтив вспашет поле, а уж сеять будет он... Не желая отвлекать Машеньку, девушки принесли шампанское и фужеры, а потом, когда Стив с Машенькой слились в поцелуе, стали лить на них шампанское. Смеясь, они ловили шипящую струю ртами, напоминая огромных птенцов. Шампанское попадало в рот, в нос, стекало по их телам, звонкой струйкой устремляясь к их взбунтовавшейся плоти. Это было настолько приятно, что у обоих захватило дух, и Машенька вдруг откинулась на спину, увлекая на себя Красавчика-Стива. Они стали торопливо сдирать друг с друга остатки одежды. Всезнающие ее подруги, охмелев от шампанского и необычного зрелища, весело смеясь, помогали им отделаться от трусиков. Оксана стала нежно ласкать тело Стива язычком, и эти ласки становились все откровеннее, а Ольга увлеклась девичьим телом, которое извивалось в изнеможении. Стив позабыл обо всем, каждая клеточка его тела была возбуждена и, казалось, вздрагивала от прикосновений множества женских рук. Он уже ничего не помнил и не ощущал, кроме желания обладать этим нежным и хрупким созданиям. Он уже хотел направить свою отвердевшую плоть в нужном направлении, но вдруг почувствовал, как нежные пальчики Оксаны обхватили его естество и несколько раз сжали, словно проверяя мощь. Затем она вдруг наклонилась, медленно вобрала его в рот и несколько раз качнула туда-сюда, не забывая пальчиками ласкать Машеньку. Ольга легла на спину между ног Оксаны и начала лаекать язычком ее трепещущую от возбуждения плоть. Когда Оксана почувствовала, что пухлые губки Машеньки достаточно омочились от желания, она выпустила изо рта твердый член Красавчика-Стива и направила его в девушку. Ее горячие губы обхватили его член, она нетерпеливо дернулась к нему навстречу и вдруг коротко вскрикнула от боли. Девушке показалось, что ее задело внутри раскаленным железом, и она в страхе замерла, боясь пошевелиться. Красавчик-Стив, распаленный страстью, хотел продолжить, но его вдруг пронзила догадка, и хмель мгновенно исчез. Машенька оказалась девственной! Боже, что скажет Рассказов?! Он за меньшее отправлял людей на тот свет, а здесь... Эта девчушка столько времени живет в его доме, и Красавчик-Стив был уверен, что она уже давно стала женщиной. Что это может означать? Если бы Рассказов хотел, чтобы она оставалась девушкой, то наверняка предупредил бы его: Машеньку не трогать! А вдруг он попросту забыл предупредить? Стив опустил руку под ее упругую попочку и осторожно притронулся к нежной плоти, потом, стараясь не привлекать внимание девушек, взглянул на пальцы: они были окрашены яркоалой кровью. - Машенька, что же ты меня не предупредила, что ты еще никогда... - тихо зашептал Стив, но она вдруг впилась в его губы. Боль, пронзившая ее насквозь, прошла, по всему телу разлилась приятная истома, которую она еще никогда не ощущала. Это было настолько восхитительно, что девушка, откинув прочь мысли о возможной боли, снова дернулась ему навстречу, словно пытаясь вобрать его внутрь себя. В какой-то момент боль снова настигла ее, но она была не такой острой, как в первый раз, и девушка удержалась, не вскрикнула, лишь сладостно простонала. Она откинула руки и уперлась в пушистый ковер, чтобы лучше принимать его. Одна рука ее неожиданно наткнулась на что-то влажное и горячее, и Машенька поняла, что это жаждущая ласк женская плоть, принадлежащая Ольге, которая благодарно потянулась к ней навстречу, помогая Машеньке ее ласкать. Этот странный человеческий клубок из трех девушек и одного мужчины был настолько гармоничным, и каждый получал такое наслаждение, что для них, казалось, ничего не существует вокруг. Есть только четверо на этой грешной земле, и им никто больше не нужен... Это слияние было настолько органичным, что они почти одновременно вскрикнули в страстном изнеможения, потеряв ощущение веса, времени и пространства. Они парили над землей в счастливом упоении друг другом... А в это время в нескольких десятках метров двое других также пытались обрести блаженство. Как всякий сильный и уверенный в себе человек, Рассказов не торопил события: он очень любил поиграть в чувственность с приглянувшейся ему "курочкой". Вот и сейчас, когда Уонг довольно легко пошла ему навстречу, он старался оттянуть миг окончательного сближения, тем более, что был изрядно пьян. Однако Уонг не зря училась у Красавчика-Стива, да и сама была очень умненькой девушкой, хотя и молодой. В первый момент, когда Господин вдруг ослабил напор, девушка забеспокоилась: не сделала ли она что-то, что может навредить Стиву, но потом поняла игру, ей это даже понравилось, и она моментально подключилась к ней. Огромная спальня напоминала дворцовый альков: под балдахином стояла огромная старинная кровать, застеленная белоснежным шелковым бельем. Вверху было невероятных размеров зеркало, отражавшее партнеров. Стены были завешаны атласными шторами, и определить, есть ли за ними окна, было невозможно. Великолепной работы ковер закрывал весь пол и был настолько нежным и мягким, что Уонг даже зажмурилась от удовольствия. Она никак не могла понять, откуда струился свет, мягко заполняющий все помещение. Чтобы скрыть неожиданное смущение, охватившее ее, девушка повернулась к Рассказову. - По-моему, мы напрасно не взяли с собой чего-нибудь выпить, мой Господин... Рассказов чуть заметно ухмыльнулся, вытащил из небольшого шкафчика дистанционный пульт и нажал одну из многочисленных кнопок. Прямо в изголовье над спинкой кровати сдвинулась потайная дверка, и появился зеркальный бар с напитками. - Как интересно! - совершенно по-детски воскликнула Уонг. - Прошу! - театрально вскинул руку Рассказов. - Сегодня ты здесь хозяйка. Уонг бойко вскочила на огромную кровать. Она выбрала два напитка, которые уже успела попробовать с Красавчиком-Стивом: французский коньяк "Наполеон" и легкое, очень терпкое на вкус алжирское вино. Ловко и быстро девушка плеснула коньяку в один фужер, вина - в другой и первый протянула Рассказову. - У нас на родине, если хозяину дома хотят хорошего, говорят: "Пусть ваш дом будет полным, как эта чаша, пусть у вас будет столько здоровья, сколько дают этому напитку энергии солнце, вода и земля, и пусть самые большие неприятности оставляют в вашей голове лишь легкое опьянение, которое очень быстро проходит!" - Она замолчала, глядя прямо в глаза своему собеседнику. - Ты так молода и так умна... - удивленно начал он. - Но откуда ты, при своей молодости, могла услышать такой интересный тост? - Мой папа, хоть и горький пьяница, был довольно грамотным и даже учился в воскресной школе, - с гордостью отвечала девушка. - Он очень много знал, и, когда был в хорошем настроении и не выпивал больше положенного, говорил очень красиво. За это его, мой Господин, часто приглашали на различные торжества, пока он окончательно не спился и его не забрал к себе Господь! - Девушка произнесла это совершенно спокойно, без надлома и грусти, словно рассказывала о совершенно постороннем человеке. - Что ж, благодарю тебя, милая девочка, за хорошие слова. - Рассказов ткнулся фужером в ее чуть вздернутый носик и залпом опрокинул коньяк в рот, затем взял сочный персик и надкусил. По подбородку на волосатую грудь стекли струйки сока. Уонг, как бы передразнивая его, быстро выпила, игриво потянулась к персику в его руках и вонзила в его золотистый бок жемчужные зубки. Сок брызнул во все стороны и устремился по ее загорелому телу к темно-вишневым сосочкам. Взгляд Рассказова остановился на ее восхитительной груди. В нем было столько желания и страсти, что Уонг чуть вздрогнула, попыталась засмеяться, но вдруг поймала себя на том, что уже не может больше ни о чем думать кроме его жаждущих губ, сильных уверенных рук и того, что вдруг стало топорщиться под халатом. Уонг отбросила в сторону свой фужер, который беззвучно упал на пущистый ковер, обхватила ручонками мощную шею Рассказова и прижалась к нему всем телом. В первый момент он даже несколько растерялся, но потом дотянулся до бара, поставил фужер и крепко обнял девушку. Теплая и нежная водна прокатилась внутри, заставляя чаще биться сердце, задыхаться, словно от нехватки воздуха. - Что происходит? - прошептал Рассказов, ощущая внезапную слабость во всем теле. - Ничего не понимаю... - Все в порядке, мой Господин, все в порядке... - услышал он как бы издалека ее мелодично-журчащий голос и медленно опустился на кровать, поддерживаемый нежными руками девушки. Он в сладострастном упоении прикрыл глаза, когда ее пальчики забегали по всему телу, едва прикасаясь к коже. Она распахнула халат и увидела его мужскую доблесть, гораздо большую, чем у Красавчика-Стива. Дрожащими руками она потянулась к его члену, и от этого прикосновения он вздрогнул, напрягся так, что, казалось, вот-вот лопнет. Не открывая глаз, Рассказов потянулся рукой к девушке, нащупал ее грудь и стал нежно ласкать соски. - Не нужно, мой Господин... - тяжело дыша, прошептала девушка, - я и так уже на пределе... Вы только лежите и получайте удовольствие: я сегодня буду активной. Приняв условия игры, Рассказов выпустил ее грудь, раскинул руки в стороны и стал ждать. Ощущая его состояние, девушка перестала ласкать член, наклонилась и язычком увлажнила ему головку, потом потерла ее сосочками, отчего по мощному телу Рассказова волной пробежала мелкая дрожь и он с огромным трудом удержался, чтобы не вцепиться в ее хрупкое тело. Словно в благодарность за эту борьбу с собой, девушка еще раз увлажнила губами его внушительную головку, затем привстала над ней и стала медленно опускаться, впуская его в себя. Член был таким огромным, что в какойто момент девушку пронзила боль, но она вытерпела, замерев на время, потом продолжала опускаться и, когда вобрала его весь и ощутила, как он запульсировал, стала двигаться из стороны в сторону. Для него это было настолько необычно, но приятно, что он, помурлыкивая от удовольствия, забыл обо всем. А Уонг, доведя себя до критической точки, думала о Красавчике-Стиве, о его статной фигуре, чувственных губах. Ей нравилось заниматься с ним любовью, но более всего тот момент, когда в нее ударяла мощная горячая струя. К этому моменту она всегда сознательно готовилась и старательно отдаляла его, продлевая чувство нетерпеливого ожидания, доводя себя до полного изнеможения. Почувствовав, что Рассказов вот-вот "взорвется", Уонг приготовилась к упоительному моменту "извержения вулкана". Сейчас... сейчас... Рассказов напрягся всем телом, по-зверинному зарычал, дернулся пару раз и обмяк. Ничего не понимающая Уонг озадаченно взглянула на него, потом осторожно приподнялась с обмякшего члена и заметила на нем белую густую капельку. Ее разочарованию не было границ. В этот момент Рассказов открыл глаза и нежно взглянул на девушку: - Как давно я не испытывал этого... - Его благодарный голос вывел девушку из разочарования, и она тихо спросила: - Вам действительно хорошо, мой Господин? - Лучше бывало лишь в далекой молодости! - с еле заметной грустью заметил он и улыбнулся. - А я уж думала, что сделала что-то неправильно, если вы не смогли завершить... - Как, не смог? - удивленно воскликнул он, - Кончил и еще как кончил! - Он бодро вскочил на ноги, благодарно обнял ее и нежно поцеловал в губы. - У тебя есть какая-нибудь мечта? - Он был в таком настроении, что мог выполнить любой ее каприз. - Мечта? - Она смущенно улыбнулась, не понимая, что должна отвечать. - Ну да, мечта! - Ну, если... - Она вдруг хитро взглянула на Рассказова. - Быть богатой и счастливой! - С первым, я думаю, нет проблем... - Он задумался на мгновение. - А второе... второе, мне кажется, зависит большей частью от тебя самой... Ответь честно: тебе, действительно, хорошо со мной или ты просто подыгрывала? Девушка недоуменно посмотрела ему в глаза. - Скажи правду, я нисколько не обижусь, - заверил он. - Если честно... - Уонг провела пальчиком по его щеке, словно набираясь смелости. - Я же вас, мой Господин, вижу впервые и, естественно, не могу уверенно о чем-то судить, но... - Но? - повторил он. - Но одно могу сказать твердо: я не подыгрывала, я просто хотела, чтобы вам, мой Господин, было хорошо. - Вот и прекрасно! - Рассказов был явно доволен ее ответом. Он подошел к шкафу в стене, открыл дверку, за ней оказался сейф. Он приложил большой палец к красному пятнышку, через несколько секунд раздалась красивая музыка и сейф распахнулся. Рассказов вытащил из него красный кожаный футляр, закрыл сейф и подошел к девушке. Она удивленно смотрела на него, ожидая, что будет дальше. - Вот, милая моя девочка, - он раскрыл футляр и Уонг увидела массивное золотое ожерелье с крупными изумрудами. - За то, что ты подарила
в начало наверх
мне возможность ощутить это прекрасное состояние, я дарю тебе это ожерелье! - Он взял его из футляра и надел девушке на шею. - Но, Господин мой, это же стоит огромных денег, - растерянно проговорила она, все еще-не веря в происходящее. Да, Красавчик-Стив не был скупым человеком и постоянно одаривал ее платьями, бижутерией, дорогими духами, но... Этот Господин за одну секунду сделал ее богатой. Но, может быть, он сделал этот подарок в хмельном угаре и, когда придет в себя, пожалеет о своей глупой щедрости. Это может сразу ухудшить ее положение. Нет, она не может так просто принять такой дорогой подарок, не может... В этот момент Рассказов повернул девушку к зеркалу. - Такое впечатление, что это ожерелье специально сделано для твоей шейки! - Он наклонился и нежно притронулся губами к ее плечу. - Нет, Господин мой, я не могу принять столь щедрый подарок... - с грустью произнесла Уонг и потянулась к ожерелью, чтобы снять его. - Почему, девочка моя? - Он был удивлен: обычно его "курочки" радовались, словно дети, когда он одаривал их золотыми безделушками. Конечно, те подарки никак не могли сравниться с этим ожерельем, но... - Придет утро, у вас будет другое настроение, и вы станете жалеть о своей неосторожности... - она запнулась, потому что слово "выходка" показалось ей несколько грубоватым, - ...о своем неосторожном шаге, - поправилась девушка и снова попыталась нащупать застежку ожерелья. - Так... - Рассказов нахмурился. - Ты хочешь сказать, что я сейчас поступаю неразумно и позднее буду раскаиваться, так, что ли? Она со вздохом кивнула головой. - Когда я спросил, хорошо ли тебе было со мной... - он мягко, но настойчиво оторвал ее руки от застежки и поднес к губам, - ...я хотел предложить остаться у меня. - Рассказов пытливо уставился в ее огромные глаза. - А как же мой Хозяин? - растерянно воскликнула девушка, не зная, как себя вести и что ответить. Однако она знала, что если она откажет этому господину, то сделает плохо не только себе, но и Красавчику-Стиву, а если даст согласие, то ей придется расстаться с первым в жизни мужчиной, которого, как ей казалось, она любит. - О Красавчике-Стиве ты можешь не волноваться, с ним я всегда сумею договориться! - Его тон был настолько спокойным и уверенным, что девушке стало немного не по себе. - Для меня главное - услышать твой ответ... - он сделал небольшую паузу и добавил: - А чтобы тебе было легче принять правильное решение, слушай: здесь тебя никто не обидит, а если нам по какой-либо причине придется расстаться, твоя будущая жизнь будет хорошо обеспечена. От тебя требуется лишь быть верной, послушной и немой с другими. - Как рыба? - совсем по-детски спросила девушка. - Примерно... - Он вдруг весело рассмеялся, потом резко оборвал смех и строго взглянул ей в глаза. - Ну, что ты ответишь? - А другие девушки тоже будут с тобой, мой Господин? - вдруг спросила она. - А ты что, очень ревнива? - удивился Рассказов. - Разве я имею на это право? - Девушка чуть заметно улыбнулась. - Ну, знаешь!.. - Он даже не нашел слов и снова рассмеялся. - О своих землячках я спросила не из ревности, мне хотелось бы иметь возможность чаще их видеть. - Да хоть каждый день! Девушка замолчала ненадолго, словно продолжая раздумывать над его предложением, хотя уже приняла его. Она подошла к зеркалу, внимательно осмотрела прекрасный подарок, свою фигуру, представила себе КрасавчикаСтива и мысленно поцеловала его со словами: "Прощай, мой любимый, я была так счастлива, что долго это не могло продолжаться". Девушка взглянула на Рассказова: если к нему внимательнее присмотреться, то его тоже можно полюбить. Да, он намного старше Красавчика-Стива, но он и мудрее, увереннее, не говоря о том, что несметно богат. Да и за фигурой следит... Рассказов почувствовал, что девушка его изучает, оценивает, но это не было ему неприятно, скорее наоборот. Он терпеливо ждал, что она скажет. - Я буду верной, послушной, молчаливой и... - девушка хитро взглянула ему прямо в глаза, - ... не ревнивой. - А это - тост! - воскликнул довольный Рассказов, поцеловал ее в губы, затем накинул на нее коротенький прозрачный халатик и повел ее к тем, кого они оставили. Когда они вышли к бассейну, то увидели КрасавчикаСтива, резвящегося с тремя девушками в воде. Рассказов кивнул Уонг, и она подкатила столик к краю бассейна. Рассказов выстрелил пробкой от шампанского, разлил его по фужерам. Купающиеся подплыли к ним, с нетерпением ожидая, что скажет Хозяин. - Друзья мои, хочу вам представить новую хозяйку моего дома, - торжественно проговорил он, указывая на Уонг. - С этого дня ее имя - Любава! Прошу! - Он кивнул на фужеры. Красавчик-Стив в первый момент погрустнел, но тут же взял себя в руки и засуетился, раздавая фужеры девушкам. - Не нужно грустить, дорогой Стив, - заметил Рассказов. - Ну что вы, шеф! - протестующе воскликнул тот. - Я от души поздравляю вас с отличным приобретением! - Но я должен чем-то компенсировать тебе потерю. - Он хитро прищурился, и, когда Стив хотел чтото возразить, перебил его: - Не спорь, мой дорогой! Ты можешь взять любую из этих трех моих "курочек", если кто-то тебе приглянулся, а если нет, то я оплачу твою поездку в Таиланд и ту, что придется тебе там по душе. - Любую, шеф? - переспросил Красавчик-Стив. - Любую! - с улыбкой подтвердил Рассказов. - В таком случае, я уже выбрал! - Стив повернулся к Машеньке и снова взглянул на Рассказова - Я был уверен, что ты остановишься на ней, - хмыкнул он, потом подмигнул. - Она твоя, мой дорогой Стив! И тут, неожиданно для всех, обычно тихая и сдержанная Машенька ухватилась прямо из бассейна за руку Рассказова и прильнула к ней губами. - Благодарю вас, мой Господин! - с горячностью воскликнула она. - Я вижу, что вы уже спелись здесь без меня, - чуть завистливо проговорил Рассказов, потом махнул рукой. - Что ж, тем лучше! Сегодня празднуем всю ночь, а дела... - Он посмотрел на Красавчика-Стива. - Дела оставим на завтра. САВЕЛИЙ ВСПОМНИЛ ВСЕ Сегодня Савелия вызвала к себе Лолита. Он был совершенно уверен, что это связано с предстоящими поединками: снова придется выслушывать слова напутствия и пожелания успехов. С того дня, когда в присутствии Савелия были убиты люди, его ни на шаг не отпускали: слежка продолжалась днем и ночью. За эти четыре дня он только единожды повидался с Наташей, да и то ее привезли в клуб. Они провели пару часов в его номере, не желая выходить. Он очень ждал этой встречи не только потому, что соскучился по Наташе, но и желал услышать от нее подробности о происшествии на Пироговке, но она ничего нового не рассказала: двум людям неожиданно стало плохо, и они были отправлены в больницу. Это были слухи, пробежавшие по городу: ни в прессе, ни по телевидению ничего не сообщалось. Савелий чувствовал, что здесь что-то не так: видимо, кому-то очень хотелось скрыть то, что произошло на самом деле. Но кто может воздействовать на прессу, которая так охоча до "жареных фактов"? Вряд ли у Леши-Шкафа найдутся такие связи и деньги... А значит, здесь замешаны либо высшие инстанции, либо... После встречи с Воландом Савелий очень многое вспомнил из своего прошлого, но всякий раз, когда пытался продолжить воспоминания, он натыкался на пустоту. Сейчас, пытаясь разобраться хотя бы немного о том, что его окружает, он снова ушел в воспоминания, и на этот раз его охватила какая-то тревога. Она подкатила к горлу, обхватила его, словно стараясь лишить Савелия воздуха. Он мгновенно покрылся потом, стал тяжело дышать, пытаясь набрать в легкие воздуха, и вдруг перед его глазами вновь возник сморщенный, седой как лунь старик. Его глаза печально смотрели на Савелия и молчаливо вопрошали: "Что же ты, сынок, неужели не узнаешь меня?" И вдруг Савелий упал перед ним на колени и склонил голову. - Учитель! - СПАСИБО, БРАТ МОЙ! - Старик положил морщинистую руку на голову Савелия. - Я БЫЛ УВЕРЕН, ЧТО ТЫ УЗНАЕШЬ СВОЕГО БЕДНОГО УЧИТЕЛЯ... - Он горестно вздохнул. - НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ НАЗАД Я СУМЕЛ ПРОБИТЬСЯ К ТЕБЕ ЧЕРЕЗ КОСМОС И УЗНАТЬ О НЕСЧАСТЬЕ, ПОСТИГШЕМ МОЕГО ЛЮБИМОГО УЧЕНИКА. ВСЕ ТВОИ БРАТЬЯ, КОТОРЫХ ТЫ НАКОНЕЦ-ТО ВСПОМНИЛ, СОБРАЛИ СВОЮ ЭНЕРГИЮ ВОЕДИНО, ЧТОБЫ ВЕРНУТЬ ТЕБЕ ПАМЯТЬ. ПОЛУЧИВ ЭТУ ЭНЕРГИЮ, ТЫ СТАЛ НАМНОГО СИЛЬНЕЕ, МУДРЕЕ И ОПЫТНЕЕ. - Его голос вдруг чуть дрогнул. - И Я ТЕБЕ БОЛЬШЕ НЕ НУЖЕН... - Учитель! - протестующе воскликнул Савелий, но старик поднял руку, заставляя его замолчать. - НЕ СПОРЬ, БРАТ МОЙ... - Его взгляд стал спокойным и уверенным. - Я УЖЕ ПЕРЕШЕЛ В ДРУГОЕ СОСТОЯНИЕ, БОЛЕЕ ВЫСОКОЕ, ЧЕМ ДО СИХ ПОР, И ВЕРНУТЬСЯ ОБРАТНО НЕВОЗМОЖНО. - Голос казался Савелию очень величественным, но какимто нереальным. - МЫ, СВЯЗАННЫЕ ОДНОЙ КРОВЬЮ И ОБЩИМ ДУХОМ, ВСЕГДА БУДЕМ ПОМНИТЬ ДРУГ О ДРУГЕ, И В ТРУДНУЮ МИНУТУ ЖИЗНИ ЭТО ТЕБЕ ПОМОЖЕТ. - Да, Учитель! - И ПУСТЬ У ТЕБЯ НИКОГДА НЕ ОПУСТЯТСЯ РУКИ В БОРЬБЕ, НЕ ОСЛАБНЕТ ДУХ, НЕ ПРИДЕТ УСТАЛОСТЬ НИ В ТВОЮ ДУШУ, НИ В ТВОЕ ТЕЛО! - Да, Учитель! - СЕЙЧАС, КОГДА ТЫ СНОВА ОБРЕЛ ПАМЯТЬ, Я СТАЛ ПОКОЕН И МОГУ УЙТИ В СОЗЕРЦАНИЕ. НАПОСЛЕДОК Я ОТКРОЮ ТЕБЕ ТРИ ТОЧКИ, КОТОРЫЕ ПОМОГУТ НАМ СВЯЗЫВАТЬСЯ ДРУГ С ДРУГОМ. ВОТ ОНИ! - Старый Учитель прикоснулся сначала ко лбу Савелия, потом к сердцу и, наконец, к солнечному сплетению, - К ЭТИМ ТОЧКАМ ОДНОВРЕМЕННО НУЖНО ОБРАЩАТЬСЯ ТОЛЬКО В САМОМ КРАЙНЕМ СЛУЧАЕ: НЕЛЬЗЯ РАСХОДОВАТЬ ЭНЕРГИЮ КОСМОСА ПО ПУСТЯКАМ. ПОМНИ ОБ ЭТОМ, БРАТ МОЙ! - Да, Учитель! - НУ, ЧТО Ж... - Учитель снова прикоснулся к Савелию, и ему показалось, что старый Учитель стал на целую голову выше. Он благоговейно преклонил колено. - ПРОЩАЙ, СЫН МОЙ... - Голос старика дрогнул, он наклонился и прижался бесплотными губами к макушке Савелия. - Учитель! - чуть не плача воскликнул Савелий и поднял голову, чтобы взглянуть в последний раз в его глаза, но того уже не было: он исчез так же бесшумно, как и появился. Савелию вдруг захотелось прикоснуться к Древнему Знаку из золота, который был передан ему братьями. Он вспомнил ту ночь и все, что говорил Учитель. Металл излучал странное тепло, и Савелию стало покойно и хорошо. Он крепко сжал в руке знак удлиненного ромба и замер, а когда разжал руку, то в ней ничего не было, знак исчез. Значит, к нему окончательно вернулась Память... Несколько минут Савелий стоял на коленях, словно прощаясь с Учителем, отдавая ему все свои мысли, потом решительно поднялся на ноги и неожиданно стукнул кулаком по столу. - Вы захотели использовать меня? Отлично, я помогу вам! - Он зло усмехнулся. В этот момент в номер заглянул испуганный Никита. - Чего тебе? - рявкнул Савелий. - Нет... я так... показалось что-то. Я тебе не нужен? - Пока нет, - ответил Савелий спокойно, ругая себя за то, что повысил на Никиту голос: он-то здесь причем? - Хорошо, Рэкс. - Никита моментально закрыл за собой дверь и пожал плечами: он готов был поклясться, что слышал в номере два голоса и потом сильный стук. Неужели у него начались "глюки"? Видать, от недосыпу... Он уселся в кресло и склонил голову на руку в перчатке с прикрепленной к ней "липучкой". После того раза, когда он заснул и проворонил свой объект, Никита самолично сделал такую перчатку: стоило ему задремать, как подбородок или щека съезжали по перчатке и кожа терлась довольно больно о колючую "липучку". Никита усмехнулся: "Неплохо было бы запатентовать свою, как говорит шеф, "ноу-хау"! Коротко звякнул телефон на тумбочке, и Никита быстро схватил трубку: - Да, госпожа Лолита, я здесь. - Чем занимается твой подопечный? - Ничем особенным... - замялся он, не зная, стоит ли докладывать о своих "глюках", - мне показалось, я слышал в его номере два голоса: его самого и пожилого мужчины. - И кто это был? - В том-то и дело, что когда я заглянул, кроме нашего Рэкса, никого больше не было. Вот ведь какая штука! А я же отчетливо слышал этот странный голос. - Ты там не переутомился случаем? - сердито спросила Лолита. - Ну что вы, госпожа Лолита, как можно? - залепетал он, проклиная себя за то, что все же решился доложить о своих сомнениях. - Хорошо, позови-ка его ко мне. Сейчас! - Она раздраженно бросила трубку. РОБОТ СМЕРТИ До сегодняшнего утра Лолита была уверена, что задуманный ею сюрприз принесет огромные деньги, по сейчас... Этот звонок совершенно вывел ее из себя: позвонил парень, которого она сумела перевербовать на свою сторону. Он работал на одного из ее соперников, которого Лолита, действительно,
в начало наверх
побаивалась, не в смысле физической расправы, а в умении широко и свободно мыслить. Он не раз сумел перехитрить Лолиту, выискивая очень сильных бойцов, чье умение держал в такой тайне, что иногда даже его подчиненные ставили на других и проигрывали. Они-то проигрывали, но сам Колюжный, прозванный Хитрованом, делал себе на этом огромные "бабки". Несколько раз Лолита пыталась подобраться к его окружению, но тот, видно, или слишком много платил им, или сумел найти слабые струны у каждого, и этим умело пользовался. Полите помог случай: однажды, проезжая по улице, она заметила у обочины легковую машину. Молодой парень, лицо которого показалось ей знакомым, копался в моторе. Она остановилась и спросила, не нужна ли ему помощь. Парень был столь растерян, что не сумел скрыть своей радости. В машине сидела его старушка мать, которую он вез в больницу. Когда машина заглохла, он пытался остановить кого-нибудь, но безуспешно. Лолита же согласилась помочь, и он быстро пересадил мать в ее машину и сел сам. По дороге Лолите удалось выяснить, откуда ей знакомо лицо этого парня: именно он часто сопровождал на поединки своего шефа по прозвищу Хитрован. То ли из благодарности, то ли из-за того, что Лолита ему приглянулась, по Эдик, так звали парня, не заставил себя долго уговаривать и согласился снабжать ее информацией, по с условием, что встречаться они будут только в крайнем случае, а так - звонок - пароль - отзыв - информация, все! Об оплате тоже договорились: Лолита не поскупилась, и Эдик остался доволен. Сегодня он сообщил, что Хитрован привез из-за кордона какую-то звезду рукопашного боя, у которого на счету было уже несколько убитых противников. Он был беспощаден, кровожаден по-садистски и очень хорошо держал удары. Хитрован уверен в его победе, но сделает хитрый ход: сам поставит довольно крупную сумму против своего бойца, а его подставное лицо почти все деньги Хитрована поставит на этого гориллу по кличке Робот Смерти. Эдик уже видел этого бойца, и тот действительно поразил его: сплошная груда мышц, которые мгновенно взрываются и бросают мощное тело на противника... Это просто взбесило Лолиту, и она, не зная, что предпринять, решила сначала пообщаться с тем, на кого собиралась поставить. Она не знала, о чем будет говорить с ним. Вполне возможно, ей просто захотелось лишний раз убедиться в правильности выбора и окончательно решить, стоит ли ставить на эту лошадку. Лолита, естественно, понимала, что никто, кроме Господа Бога, не сможет точно сказать, кто из них выиграет последний бой, но она была очень импульсивна и доверяла своей женской интуиции, которая, нужно признаться, никогда ее не подводила в самые трудные минуты. Нет, она не будет бросать монетку и вручать свою судьбу случаю, она сама поймет, правильно ли сделала выбор. Лолита очень многое ставила на карту. Даже ЛешуШкафа она не посвятила в свои сокровенные планы на будущее, где и ему отводила достойное место. Уже несколько недель в тайне даже от Леши-Шкафа она заводила нужные связи. Где женскими прелестями, где заманчивыми предложениями, она все подготавливала почву для проживания в далекой стране. Заплатив несколько тысяч долларов человеку, которому она доверилась, Лолита внесла задаток за двухэтажную виллу на берегу Адриатического моря и поручила найти фирму, занимающуюся предприятиями, которые стоят на грани банкротства. Она открыла этому человеку свои перспективные планы и обещала ему пост юрисконсульта. Нарисованные ею перспективы могли соблазнить кого угодно, и Феликс, бывший психиатр, пробивной человек, всецело доверил свою судьбу этой "маленькой хищнице", как сам называл ее. Лолиту очень волновала победа или проигрыш Рэкса, потому что, истратив достаточно большие средства на виллу, она нуждалась в крупных суммах, чтобы воплотить свою мечту в реальность. Как отгадать, кто выиграет: Рэкс или Робот Смерти? Ее размышления были прерваны стуком в дверь. - Да! - раздраженно бросила она, и в дверь просунулась голова Никиты. - Привел... - тихо проговорил он, заметив настроение хозяйки. - Пусть войдет один! Савелий вошел, и Никита тихонько прикрыл за ним дверь. Кивнув Лолите, Савелий прошел без приглашения к креслу, стоящему напротив стола, и молча плюхнулся о него. Долита тоже не начинала разговора. Со стороны могло показаться, что эти люди понимают друг друга без слов. Игра в молчанку продолжалась несколько минут. Савелий с удовлетворением ощущал, что совершенно четко читает ее мысли. Это для него было так забавно, что он даже усмехнулся. - Чему это вы так радуетесь? - не выдержав, спросила Лолита. - Радуюсь? Вы неправильно расшифровали мою улыбку, - совершенно спокойно отозвался он. - Просто люблю наблюдать за человеком в экстремальной ситуации. - Откуда вы... - начала Долита, но тут же осеклась. - Почему вы решили, что я нахожусь в экстремальной ситуации? - Почему - не столь важно, как, впрочем, и то, откуда я это знаю. - Он ехидно хмыкнул. - Гораздо важнее для вас понять другое... - Савелий сделал довольно длинную паузу, до тех пор, пока Лолита не начала нервно ерзать в кресле. - Можно ли ставить на меня или нет, не так ли? - Что? - Она так округлила глаза, что, казалось, они вот-вот вылезут из орбит. - Бред какой-то... Вы должны мне сказать, откуда вы это узнали! - она встала и капризно топнула ножкой. - Да никто мне ничего не говорил... - Он устало потянулся в кресле, снова сделал паузу и добавил: - Это же элементарно, дорогой Ватсон... - Савелий усмехнулся. - Завтра начинаются поединки, вы неоднократно говорили, что хотите на мне заработать, и вот вы меня срочно требуете к себе... Зачем? Или сделать мне напутствие, или лишний раз убедиться в правильности своего выбора, логично? - Он вызывающе уставился ей прямо в глаза. Лолита ответила не сразу, она была немного ошарашена. О Рэксе она имела свое представление, и оно было довольно простым и определенным: бывший спортсмен или "афганец", с неудачно сложившейся жизнью, довольно потрепанный, опустившийся, не очень умный, но определенна ценящий себя, однако последнее, как говорится, отголоски прежнего "я". А тут? Она поймала себя на мысли, что совершенно не знает сидящего перед ней человека. Он не так-то прост, как показался сначала. Неожиданно Лолита почувствовала к нему симпатию, неудержимую тягу. Захотелось встать, подойти и прижать его голову к груди. Она настолько реально представила себе это, что даже почувствовала сладкую истому во всем теле, казалось, еще миг, и она не сможет сдержать свой порыв. В этот момент раздался телефонный звонок, который показался ей таким громким, что она вздрогнула, со злостью покосилась на телефон, потом виновато взглянула на Савелия, словно извиняясь за что-то, и взяла трубку: - Слушаю! - резко бросила она, забыв отключить громкую связь. - Милая, что с тобой? - раздался голос Леши-Шкафа. Он не был напуган ее тоном, вопрос был скорее участливым. - Со мной? - Лолита чуть помолчала, пытаясь вернуться к реальности от своих мыслей. - Нет-нет, все в полном порядке... - Она смягчила тон и бодро добавила: - Просто немного устала... Есть проблемы? - Она сказала эту условную фразу для того, чтобы он знал, что она не одна. Почему-то ей совсем не хотелось переключать телефон. Чуть отвлекшись, Лолита не заметила, как Савелий криво хмыкнул, услышав ее последние слова, и, когда Лолита повернулась к нему, знаком предложил оставить ее одну, но Лолита отрицательно покачала головой. - Ну и хорошо, - облегченно вздохнул ЛешаШкаф. - Я очень хочу, чтобы на завтрашнем празднике ты была самой красивой. - Спасибо, милый! - А звоню я вот по какому поводу: мне стало известно, что Хитрован готовит нам какой-то сюрприз, но какой - выяснить не удалось. Дело в том, что из твоего резерва мне пришлось отдать еще шесть билетов: четыре - приморскому региону и два - нашим возможным западным партнерам. Слова "приморский регион" означали, что кто-то из боссов Приморского края решил посетить их праздник, а "возможные западные партнеры" - что прибудут гости из Италии. - Слушай, такой ажиотаж вокруг нашего Юбилея, что очень многим приходится отказывать. - Как ни странно, в голосе Леши-Шкафа не было большого энтузиазма, скорее озадаченность. - Не беспокойся, милый, все будет на самом высшем уровне. - Лолита полистала свою записную книжку и добавила: - Если нужно, можешь использовать еще семь билетов из резерва, себе оставлю только два, на всякий случай. - Спасибо, ты меня просто выручила! - Голос Леши-Шкафа явно повеселел. - Как там наш Рэксик поживает? - Кажется, нормально... - Она сделала паузу, словно решая, сказать или нет. - Кстати, если есть желание, можешь сам спросить его об этом. Он сидит прямо передо мной... - Вот как? - Было заметно, что этот сюрприз был для него не из самых приятных, но он бодро сказал: - Очень хорошо! Дай ему трубку. Лолита взглянула на Савелия, словно пытаясь понять, как он отнесся к такому неожиданному повороту, но тот спокойно протянул руку и взял трубку. - Слушаю, шеф - проговорил он без каких-либо эмоций. - Привет, чемпион! - Идущий на смерть приветствует тебя! - усмехнулся Савелий. - Откуда такой пессимизм? - Ну, почему же сразу пессимизм? Так гладиаторы приветствовали римского императора. - Да, я читал "Спартака", - хмыкнул ЛешаШкаф. - Как самочувствие? Есть ли пожелания? Просьбы? - Самочувствие отличное! А пожелание только одно: чтобы поскорее наступило завтра. - Что ж, мне нравится, что ты рвешься в бой. - Не столько в бой, сколько быстрее развязаться с тобой! - Савелий нисколько не старался смягчить тон. - Ну зачем же так-то? Неужели тебе плохо с нами? - Какая разница - плохо или хорошо? Просто не люблю быть под чьим-то началом. Я - собака, которая гуляет сама по себе! - Хорошо-хорошо, сделаешь дело и гуляй смело, - примирительно произнес Леша-Шкаф. - Ты спросил - я ответил... Есть еще что, или передать трубку хозяйке? - Ладно, передай... - В голосе Леши послышалась обида. Лолита взяла трубку и отключила громкую связь, понимая, что сейчас Леша спросит что-то о Рэксе. - Да, слушаю, милый. - Что с ним? - недовольно спросил Леша-Шкаф. - Это я и пытаюсь выяснить... - осторожно ответила Лолита, посмотрев на Савелия. - Может, стоит его чуть "подогреть"? - У них это означало: припугнуть, шантажировать, сыграть на чем-нибудь, в данном случае, на Наташе или на ее братишке. - Ни в коем случае! - отрезала она. - Верь мне: все будет в порядке! - Смотри, а по поводу Хитрована я все-таки подстрахуюсь. Кстати, только что разговаривал с Гогой... придется существенно поделиться с ним нашими завтрашними доходами. - Из-за братьев? - догадалась Лолита. - Естественно... - Он что, так и будет сидеть у нас на хвосте? - Посмотрим... Ладно, милая, целую! - Я тоже. - Лолита положила трубку и нервно закурила. - Проблемы? - с иронией спросил Савелий. - Есть немного... - согласилась она, не обращая внимания на его тон. - Ничего, справлюсь... Вот что, Рэксик, хочу вас спросить о другом, что меня волнует сейчас гораздо больше... - Она немного помедлила, затягиваясь сигаретным дымом, затем выдохнула и продолжила: - В нашей игре есть два варианта. Если предположить, что вы выиграете и станете чемпионом, то мы, поставив на вас, можем сорвать хороший куш, который сразу покроет ваш долг. Но можно прямо сейчас "открыть" вас, создать хорошую рекламу, заставить многих поверить в вашу победу, а самим поставить против вас... Как видите я ничего не скрываю. Конечно, второе менее прибыльно, но безпроигрышно. - Вы что-то недоговариваете. Судя по всему, у вас появились сомнения на мой счет, и связано это с новостью, которую вы получили сегодня. Поэтому вы и решили прощупать меня, не так ли? - А вы очень опасный человек, от вас ничего не скроешь! - За кокетливым тоном Лолита попыталась скрыть свое удивление. - А зачем вам скрывать что-то от меня - мы же партнеры. - Он ехидно ухмыльнулся. - Вы правы. Да, у меня, действительно, появилась информация, которая заставляет насторожиться. Дело в том, что один из наших конкурентов приготовил нам сюрприз: вместо заявленного ранее бойца он выставляет другого, которого привез из-за границы. Этот метис никогда не проигрывал, угробил нескольких противников, а кличка у него под стать биографии - Робот Смерти. - Лолита как-то странно посмотрела на Савелия: то ли испытующе, то ли с сожалением. - Вот как! - Улыбка моментально слетела с его лица, и в глазах появился стальной блеск. - Очень хорошо, что вы мне сказали об этом:
в начало наверх
можете ставить на меня все, что имеете, - завтра его победное шествие прервется! - В его голосе было столько неприкрытой злости, что Лолита даже чуть вздрогнула, подумав, что не желала бы никому иметь этого человека своим врагом. - Обо мне кто-нибудь знает? - неожиданно спросил он. - Ну что вы! - Если вы сумели получить информацию о противнике, то как вы можете быть уверенны в том, что он не смог сделать то же самое? - Вполне логично! - была вынуждена согласиться Лолита. - Но что же тогда делать? - Думаю, что нынешний хозяин этого Робота Смерти уверен в его победе, но если он хоть что-то узнал обо мне, то... как бы вы поступили на его месте? - неожиданно спросил Савелий. - Деньги-то, судя по всему, немалые! - Я бы попыталась свести на нет возможность вашей победы. - То есть? - Подослала бы костоломов! - Правильно! А для того, чтобы этого не произошло, меня нужно усиленно охранять. Именно об этом вы сейчас подумали, не так ли? - Точно! - Конечно, это существенно уменьшает их шансы, но я уверен, что и противник об этом подумал, а значит, пойдет не только лобовым путем, но и более сложным... Он попытается найти кого-нибудь из вашего окружения, купит его с потрохами, и тот либо пырнет меня сзади ножичком, что маловероятно, либо подсыпет чего-нибудь в еду. - Организую проверку каждого блюда! - Сейчас известны такие препараты, что обнаружить их обычным способом почти невозможно, а снятие пробы ничего не даст, результат может проявиться прямо на соревнованиях... - Он говорил с ней, как учитель с нерадивым учеником. Лолита несколько минут размышляла над тем, что услышала от Савелия. Нет, ей определенно нравился этот парень. Отличная голова! Как четко он все разложил по полочкам! Вот кого бы заиметь "консультантом"... - Я с вами согласна на все сто и потому принимаю решение: прямо из кабинета вас отвезут ко мне... к нам на квартиру. Я думаю, что с вашей стороны нет возражений. У нас много комфортнее, чем в вашем номере. - Не сомневаюсь, - кивнул Савелий. - Но как на это посмотрит ваш "милый"? - А вот это вас не касается! - Ошибаетесь, хозяйка, очень даже касается: приревнует и... - Он провел рукой по горлу. - Не бойтесь, не тронет. - Лолита с улыбкой подмигнула. - Я не за себя, за него боюсь! - жестко отрезал Савелий, и улыбка слетела с ее лица. - Все будет нормально, с Лешей мы как-нибудь это уладим, - заверила она, но Савелий сказал: - Лучше бы прямо сейчас: не люблю сюрпризов! - Хорошо! - Лолита схватила трубку и быстро набрала номер. - Милый, это я... Знаешь, после твоего звонка я подумала, что ты был прав и нам нужно быть умнее наших противников. - Есть предложения? - Мне кажется, что Рэксу во избежание каких-либо сюрпризов нужно пожить у нас до самого начала поединков, как ты думаешь? Савелий с улыбкой покачал головой. Хитрая бестия, очень умело играет на Лешиных слабостях... Тот, видно, уже расплылся в улыбке и думает, что он это сам придумал... - Ты умница! Я сейчас позвоню и предупрежу, чтобы Марина готовила еще на одного человека. - Ты просто прелесть, милый! Целую! - Она с довольным видом бросила трубку. - Ну, как? - Высший пилотаж! - хмыкнул Савелий. - Вот что, Рэксик, Никита вас выведет через мой личный вход. Я не хочу, чтобы кто-то узнал, что вас нет в номере. - Вы опасная женщина. Идею схватываете просто на лету, - вынужден был похвалить ее Савелий. - Опасная только для врагов, а для друзей... - Лолита игриво подмигнула и нажала на кнопку под столом. В кабинет тут же ввалился Никита. - Слушаю, Хозяйка! - Вот что, Никита, выведешь его через мой личный вход, не привлекая внимания, посалишь в машину и отвезешь к нам на квартиру. Там передашь его Константину и вернешься, поговорим. Ясно? - Так точно, Хозяйка: он здесь, но его нет! - весело выпалил Никита. - Вот именно: он здесь, а его нет! - И еще кое-что... - сказал Савелий. - Слушаю вас! - с интересом повернулась к нему Лолита. - Жеребьевку кто будет проводить? - Это в моих руках, - понимающе ответила она. - Можете быть уверены, что в первом поединке вы с ним не встретитесь... - А ставки делаются сразу или принимаются после каждого поединка? - Ставки прекращают приниматься с первым гонгом каждого боя. - Придется потрудиться, - усмехнулся Савелий. - Еще как!... - воскликнули Лолита и протянула Никите ключи. - До вечера! Никита кивнул Савелию, чтобы следовал за ним, и они вышли в дверь, расположенную прямо за ее столом. Там оказалась еще одна комната, где был диван, телевизор и небольшие тренажеры. К комнате примыкали ванная, туалет, небольшой бассейн с финской баней. Все это Никита успел ему рассказать, пока они не подошли к двери, за которой скрывался лифт. Спустившись, они оказались в небольшом вестибюле, где Никита попросил подождать, пока он не подгонит машину прямо ко входу. Вскоре машина стояла на месте. Никита, быстро осмотревшись, кивнул Савелию, и тот быстро юркнул в машину и спрятался на заднем сиденье. Никита сел за руль и быстро отъехал прочь. В машине Савелий с удовольствием ушел в своим мысли. Он точно рассчитал с Лолитой: убедительные доводы подтолкнули ее к тому, что она решила вытащить Савелия из клуба, чего он, собственно, и добивался. Теперь необходимо связаться с полковником Богомоловым, если он еще работает в Органах. Сейчас Савелий вспомнил все и был бесконечно благодарен за это своему старому Учителю, который появился как нельзя кстати. К полковнику Богомолову у него было много вопросов: и по происшествию на Пироговке, и о капитане Воронове, и о трупе, на который он наткнулся в подземной теплотрассе. Он и так потерял слишком много времени, чтобы продолжать бездействовать. Конечно, он мог бы попытаться связаться с Богомоловым через Наташу, но почему-то не решился впутывать ее в это дело. Савелий не знал, что его бывший учитель по спецназу уже получил о нем сведения, но никак не мог понять, почему Савелий сам не ищет связи с ним или с Богомоловым. Вычислив, что Лолита переведет его из номера, скорее всего, к себе на квартиру, Савелий хотел только одного: найти возможность позвонить Богомолову, а если его уже нет в Органах, то разыскать Зелинского. Конечно, он понимал, что за каждым его шагом будут следить, но если Никита был с ним с самого начала и успел получить нагоняй от хозяйки, то этот Константин, надо надеяться, не сразу врубится в то, что он него требует Лолита. Когда Никита ввел его в квартиру Лолиты и ЛешиШкафа, перед ними предстал огромный детина с кобурой под мышкой, из которой виднелся пистолет Макарова. - Вверяю тебя, Рэкс, в надежные руки, - с усмешкой произнес Никита. - Живите дружно, пока! - Он тут же вышел. - Константин! - дружелюбно представился детина. - Зовите меня просто Рэкс! - произнес Савелий, погусарски стукнув пятками и склонив голову. - Чем будем заниматься? - Как насчет обеда? - не обращая внимания на явную иронию, спросил Константин. - А кто будет готовить, не ты ли? - скривился Савелий. - У нас есть кому готовить... Между прочим, здесь отличная повариха: пальчики оближешь... - невозмутимо ответил тот, получив, видимо, от Лолиты вполне определенные указания "создать гостю уют и комфорт". - В таком случае, я - за!.. Кстати, откуда можно позвонить? - как бы между прочим поинтересовался Савелий. - Телефон на стене. Но звонить ты должен только в моем присутствии и только Наташе! - Он не изменил тона, но Савелий почувствовал, как он доволен, что имеет право хотя бы на этот запрет. - Как - только Наташе? А родственникам, брату например? - Савелий сделал такое удивленное лицо, что тот даже несколько смутился. - Нет, если ты по этому вопросу сам не можешь принять решение, то давай я позвоню госпоже Лолите, и она подтвердит, что уж братуто я могу позвонить! - Савелий сделал шаг к телефону, но был остановлен, как и рассчитывал. - Хорошо, можно и брату, но в моем присутствии, - решительно проговорил Константин. - Естественно, приказы начальства не подлежат обсуждению! - на полном серьезе произнес Савелий и набрал телефон Богомолова. - Приемная... - услышал он мужской голос. - Соедините, пожалуйста, с Константином Ивановичем, - спокойно проговорил Савелий. - Как доложить? - Скажите, что звонит его младший брат. - Савелий не задумываясь пошел на эту ложь в надежде, что офицер либо соединит машинально, либо доложит Богомолову, и тот прикажет соединить из любопытства. После недолгой паузы Савелий услышал голос Богомолова: - Слушаю! - Костя, это я, твой "бешеный" брат! - Савелий подмигнул Константину, а у самого внутри все звенело: узнает ли его Богомолов, примет ли условия игры. Он очень надеялся, что тот сразу поймет все, как понял его тогда, когда Савелий сообщал ему о генерале Галине. Константин Иванович сразу же узнал голос Савелия и с трудом сдержался, чтобы не засыпать его вопросами. Не зная, откуда звонит Савелий, и не будучи уверенным, что их разговор не подслушивается кем-либо третьим, он решил предоставить Савелию возможность самому решить, что и как говорить. - Привет, братишка! - весело проговорил он. - Давно ты мне не звонил, как дела? - Понимаешь, Костя, тренировался много: готовился к серьезным поединкам на звание чемпиона России, и потому никак не мог выбрать время связаться с тобой, а сейчас, за день до схваток, нашел возможность... Очень бы хотелось, чтобы ты появился и поддержал меня, но с билетами трудно: вмиг разошлись по самым крутым кругам. И вряд ли удастся у кого-нибудь перекупить. Я тут встретил на днях старого знакомого, хотел у него попросить, но... да ты его должен помнить: я его как-то раз привозил к тебе на "мерседесе"... - Да, я его помню... Спасибо за приглашение, попытаюсь через знакомых достать... Желаю удачи и помни: я всегда болею за тебя, как и многие другие, кто любит тебя и всегда помнит! Звони, когда сможешь! - Если смогу, то конечно! - сказал Савелий с явной усмешкой. - Хорошо бы повидаться, чайку попить, потолковать о том, о сем... - Еще повидаемся. - Богомолов сделал небольшую паузу и тут же добавил: - Помни, теперь я всегда буду рядом с тобой! - Я знал, что на брата я всегда могу положиться, как на себя самого. Всем огромный привет! - Последним словам Савелий особенно обрадовался: Константин Иванович смог засечь номер телефона, а значит, найдет и адрес. Он положил трубку и взглянул на Константина. - Ну, как, вроде никакой оплошности я не допустил? Я ж понимаю, что ты выполняешь свою работу, и потому не собираюсь тебя подставлять. Могу даже не говорить про разговор с братом, которого она не знает. - Он произнес это так спокойно, словно речь шла о совершеннейшем пустяке. Константин понял, какую глупость он сейчас совершил, но совладал с собою и во вздохом сказал: - Можешь говорить, можешь не говорить: хозяйка и сама узнает об этом звонке. Все разговоры с этого телефона записываются. - Он взглянул испытующе в глаза Савелию, но тот справился с охватившими его чувствами и спокойно сказал: - Ну что ж, тем лучше! - В мыслях он прокручивал весь разговор с Богомоловым, пытаясь найти хоть чтонибудь, что могло бы насторожить Лолиту. Если она обратит внимание на "старого знакомого, которого "встретил на днях"... Но и здесь есть отмазка: можно сказать, что встретил его, когда смотался из номера в тот злополучный день. Кто он? Да хотя бы Алик. Очень увлекается боевыми искусствами, вот и хотел у него билетиком разжиться. Почему не рассказал про брата? Кто он и чем занимается? Здесь, конечно, посложнее... Приемная! Хорошо еще, что помощник не назвал, что за приемная. Чем занимается? Президент коммерческой фирмы! Самая популярная сейчас профессия... Неожиданно Савелий вспомнил о мыслях Долиты, когда она разговаривала по телефону с Лешей-Шкафом. Тогда, занятый другими проблемами, он зафиксировал их и отложил в память, а сейчас эта информация неожиданно выплыла, заставив его сосредоточиться. Лолита тогда подумала о каких-то двух покойных братьях, которые были уничтожены с ее подачи. А ведь она не курочка, Лолита только прикидывается курочкой, на самом деле она стервятник!
в начало наверх
НА СВЯЗЬ ПОЙДЕТ ВОРОНОВ Генерал Богомолов был настолько изумлен, звонком Савелия Говоркова, что в первые минуты с трудом справился с волнением. Он его столько разыскивал, столько было затрачено сил на его поиски, которые принесли даже гибель одному сотруднику, что этот звонок буквально ошарашил генерала. Внутри у него просто клокотало, когда он бодрым голосом изображал его брата. Услышав голос Савелия, Константин Иванович тут же подал знак своему помощнику определить телефон, с которого он звонил. По его тону генерал понял, что Савелий разговаривает с ним под наблюдением и этот разговор может прослушиваться еще кем-то. Понял он также, что Савелию нужна помощь, а если судить по тому, что он пошел на такой риск, ситуация действительно может быть самой экстремальной. Хотелось надеяться, что Савелию удалось набрать номер без посторонних глаз, но если всетаки им удалось его засечь, то нужно быть готовым к проверке. Константин Иванович распорядился, чтобы этот номер перевели на отдельный телефон, куда посадили сотрудника для круглосуточного дежурства. Кроме того, нужно было придумать легенду о работе брата Савелия. Помощник уверенно заявил, что не называл их ведомство и сказал только одно слово: приемная. - Что мог сказать Савелий? Какую легенду он выдумал? Вряд ли он стал бы придумывать что-то сложное... Скорее всего, то, что очень популярно в стране и у всех на слуху. Какая-нибудь коммерческая структура... Стоп! Приемная может быть у директора банка, фирмы... Савелий работал в фирме "Феникс" и, скорее всего, использовал этот факт, чтобы не проколоться на каком-нибудь пустяке. Итак, фирма, а раз приемная, то брат - директор или президент. Прекрасно... Теперь нужно продумать следующее: если их разговор записан, то голос генерала тоже зафиксирован, и теперь только он может говорить от имени брата. С этим ясно, дальше... В дверь кабинета постучали. - Можно? - заглянул его помощник, полковник с очень звучной фамилией - Рокотов. - Пожалуйста, Михаил Никифорович. - Удалось выяснить адрес и хозяев квартиры... - Слушаю, полковник! - нетерпеливо бросил Богомолов. - Квартира оформлена на Марию Петровну Подшивалову, но проживает в ней ее племянник - Иконников Алексей Дмитриевич по кличке Леша-Шкаф. Личность довольно известная в криминальных кругах, им не единожды интересовались органы внутренних дел, ко каждый раз он выходил сухим из воды. Занимается бизнесом, пытается найти выходы на зарубежный рынок, имел контакты с представителем итальянской фирмы "Алаконд", которая принадлежала одному из известных братьев... - Принадлежала? - нахмурился генерал. - Да, Константин Иванович. Несколько дней тому назад оба брата были уничтожены взрывом у своего дома. Следствие ведется. - Продолжайте... - задумчиво бросил Константин Иванович, пометив что-то в своем блокноте. - Последнее время проживает с Илоной Мезенцевой по кличке Лолита. Судя по всему, взаимоотношения очень серьезные... - Судя по чему? - перебил генерал. - Ранее Леша-Шкаф разрывался на две части: и фирму возглавлял, и свое любимое хобби не бросал. Он увлекался рукопашными боями и был одним из сильнейших бойцов в городе, когда еще каратэ было под запретом... Генерал неожиданно поднял глаза, услышав слово "каратэ" - Именно тогда он и организовал клуб, где проводил подпольные поединки. Выловить в то время его так и не удалось: каждый раз он менял помещение, бои проводились втайне, допускались только доверенные лица. Так вот, когда в его жизни появилась Лолита, он отдал ей свое детище, и сейчас она возглавляет клуб "Виктория". И там проводятся состязания, теперь уже на вполне официальном уровне. - Стоп! - неожиданно воскликнул Константин Иванович. Он сразу же понял, что такое совпадение не может быть простой случайностью и то, о чем говорил Савелий Говорков, скорее всего, связано именно с клубом "Виктория". - Вот что, дорогой Михаил Никифорович, мне нужна срочная и полная информация об этом клубе, а в первую очередь - о ближайших состязаниях, которые, я уверен, будут проводиться завтра. Во что бы то ни стало нужно достать на эти состязания хотя бы пару билетов. - Не думал, что вы интересуетесь восточными единоборствами... - Полковник удивленно пожал плечами, но, перехватив серьезный взгляд своего шефа, тут же сменил тон. - Я так понимаю, что попасть туда нужно не под нашей крышей. - Разумеется! И билеты должны быть приобретены, а не получены в подарок. - Да, но... - полковник чуть замялся. - Если так, то они очень дорого стоят. - Не дороже денег! - резко оборвал генерал, но потом добавил: - Почему вы так считаете? - Да есть у меня один приятель - бизнесмен, который тоже увлекается единоборствами, но по другим причинам... - Заметив подозрительный взгляд шефа, полковник быстро добавил: - Нет-нет, он нормальный мужик и большой умница, из кадровых военных. Когда попал в аварию и потерял ногу, занялся коммерцией и делает деньги, на чем может. Он рассказал мне об этих боях, где, как на ипподроме, делаются ставки, и можно выиграть большие деньги. Уверен, что, если завтра в этом клубе будут состязания, он будет на них. - Рокотов подумал немного и решительно сказал: - Думаю, что именно через него и можно обзавестись билетами. - Только очень аккуратно, - бросил генерал. - Разумеется. Разрешите идти? - Да, и держите меня в курсе! Когда полковник вышел, Константин Иванович задумчиво покачал головой: уж слишком все гладко идет! Он не любил, когда судьба подносила ему легкие успехи, которые почти всегда позднее вели к срывам. Но, может быть, сейчас все повернется по-другому и судьба будет более милосердной... Он быстро набрал номер. - Порфирий Сергеевич? Очень рад, что застал вас дома! - Богомолов не смог скрыть радости в голосе и не очень удивился, когда старый генерал мгновенно "вскрыл его, как консервную банку": - Неужели нашелся Говорков?! - С вами просто неинтересно! - привычно заметил он. - У вас нет срочных дел? - Даже если бы и были! - быстро ответил Говоров. - Где и когда? - Высылаю машину, а пока она едет, созвонитесь с Вороновым. - Без проблем! - бодро подхватил Говоров и положил трубку, словно боясь, что Богомолов может передумать. Генерал Богомолов связался с теми, кому была поручена слежка за квартирой Леши-Шкафа. Возглавлял эту слежку весьма толковый капитан, которого генерал Богомолов присмотрел у воздушных десантников. Тогда он был старшим лейтенантом и командовал разведротой. Генералу понравился его независимый характер, гибкий ум, цепкая память и отличное владение приемами рукопашной схватки. С его красивой внешностью и стройной фигурой он вполне мог сойти за актера одного из столичных театров. Капитан Иннокентий Решетников владел двумя языками - английским и арабским, его родители преподавали в институте иностраных языков. Он мог спокойно получить высшее образование в том же институте, но вдруг отказался от уготованной ему проторенной дорожки и пошел в армию, в воздушно-десантные войска, там добился направления на учебу и вернулся в ту же дивизию уже лейтенантом. Он был очень деятельным человеком, и вскоре ему наскучила однообразная служба в дивизии, поэтому, когда генерал Богомолов обратил на него внимание во время инспекции, старший лейтенант Решетников без особых колебаний согласился перейти работать в органы госбезопасности. Когда Богомолов возглавил отдел, он взял к себе Иннокентия офицером для особых поручений и был им весьма доволен, зная, что на него можно положиться во всем. И он был единственным, кого генерал называл по имени. - Кеша? Это Богомолов! Есть новости? - Только что приехала хозяйка дома, Константин Иванович, - сразу же стал докладывать тот. - Судя по тому, что машину не отпустила, заехала ненадолго. Других посещений не было, из квартиры никто не выходил. Константин Иванович, может быть, стоит посетить квартиру? Есть один довольно надежный простой планчик. - Может быть, он и понадобится... - задумчиво ответил генерал. Очень уж заманчивым было предложение его любимца, но и опасность велика: можно было навредить Савелию. - Пока только пассивное наблюдение! А второй группе поручить не выпускать из виду хозяйку. Третья группа отозвалась? - Так точно, Константин Иванович! Они крепко вцепились в самого хозяина и не выпускают его из виду ни на минуту. Тяжеловато им приходится: мотается по всему городу. Что-то у них назревает... - Нам это известно, - ответил Богомолов. - Хорошо, будь на связи и, если что, сразу выходи лично на меня. - Слушаюсь, товарищ генерал! - Гуд лак! - по-английски пожелал ему удачи Константин Иванович и улыбнулся, когда услышал в ответ: - А как же! Дело в том, что Богомолов впервые увидел Иннокентия на занятиях английским языком, которые тот проводил в своей роте. У него был один солдат, который на любой вопрос, заданный по-английски, отвечал: "А как же!" Даже когда он обратился к нему с вопросом: "Как служится?", этот солдат, нисколько не смущаясь, ответил: "А как же!" Как ни странно, Иннокентий стал его защищать и уверял Богомолова, тогда еще полковника, что солдат этот очень способный, отлично говорит по-английски и просто валяет дурака! Размышления Богомолова были прерваны стуком в дверь. - Входите, Михаил Никифорович! - Вот! - Полковник выложил три билета. - Отлично! Теперь подробности, пожалуйста. - Генерал стал рассматривать билеты с довольно многообещающей надписью: "Дорогой друг! Президент клуба "Виктория" имеет честь пригласить Вас на празднование юбилея клуба, где Вам гарантируется отличное настроение, возможность пощекотать нервы, а некоторым - поправить свои финансовые дела. Клуб и Лолита ждут Вас". - Билеты стоят от двухсот пятидесяти до тысячи долларов. Это как минимум - некоторые и по пять-десять тысяч платили. - Вот как? - нахмурился Богомолов. - Очень интересно. Надеюсь, эти вам обошлись в минимальную сумму? - Естественно, по двести пятьдесят. - Отчет ко мне на стол, я подпишу. Дальше! - Как я и говорил, клуб с недавних пор возглавила Лолита и очень круто взялась за дело: ремонт, мебель, новая обслуга - красивые, стройные, длинноногие, хоть в манекенщицы направляй. Очень серьезное внимание уделяет службе безопасности, которая, судя по всему, занимается и другими деликатными делами. Завтра состоится юбилейный вечер, или, скорее, ночь, так как длится он до пяти утра. На этом празднике будет разыгрываться титул Чемпиона России. - Все точно... - как бы про себя заметил Константин Иванович, вспомнив свой разговоре Савелием. - Это как раз и является главным, ради чего туда собираются очень богатые и азартные люди. - Тотализатор? - вставил генерал. - Так точно! Меня подробно посвятил в это дело мой приятель. - Стоп! Вы еще не сказали, Михаил Никифоропич, каким образом он достал нам билеты, если они в таком дефиците? - Все в порядке, Константин Иванович. Нам просто повезло: у моего приятеля как раз завтра назначена встреча в Питере, и он был рад уступить мне свои билеты. - Полковник хитро улыбнулся. - Надеюсь, встреча в Питере, которую вы организовали, не разочарует вашего приятеля? Слушаю дальше... - Каждый обладатель билета обязан делать ставки, и не менее чем на три поединка! - Рокотов со вздохом покачал головой. - Минимальная ставка сто "зеленых", хотя меньше пятисот там никто не ставит. Делать ставку можно до первого гонга каждой встречи. - А если кто-то не захотел делать ставку или не смог - денег, допустим, нет, - тогда как? - Если тебя знают и верят, то предоставляется кредит, в противном случае - вежливо попросят пройти к выходу. - Понятно... и достаточно справедливо: нет денег - сиди дома и зарабатывай мозоли на жене! - Генерал хмыкнул. - Как одеваться? - Обязательно смокинг и бабочка. Мой друг особо подчеркнул: оружие с собой не брать, оставлять в машине. Самым почетным гостям разрешено проводить с собой одного телохранителя, который стоит наверху, за последним рядом, и весь праздник проводит на ногах. Питание получает наравне со всеми, кроме спиртных напитков. - Да, ритуал расписан четко! - Генерал подумал, потом решительно опустил ладони на стол, словно ставя точку. - Очень хорошо, что вам удалось достать именно три билета. Сейчас сходите, пожалуйста, - он бросил взгляд на часы, - они еще там, успеете - к начфину и получите на свое имя пять тысяч долларов. И скажите, чтобы ко мне зашел Варданян. - Есть! Разрешите идти! - Да-да, выполняйте! - проговорил генерал, мысли которого были уже далеко. Майор Варданян был незаменимым человеком при любой власти: он закончил школу дизайнеров, был классным художником, модельером, портным и черт знает кем. Любого человека он мог одеть в пять минут, да еще успевал рассказать, как носить ту или иную вещь, в каких случаях зонтик, тросточку и головной убор можно оставить, а в каких - сдать швейцару или в гардероб.
в начало наверх
Он знал, кажется, все этикеты - от воровского до приема в Кремле или на Елисейских полях. Не успел он войти в кабинет и поздороваться, как генерал сказал: - Дорогой Ашот, нужны три смокинга, три бабочки и три пары обуви. - По какому случаю приемчик? - поинтересовался тот. - Юбилей фешенебельного клуба, где соберется блатная знать со всего бывшего Союза. Не исключено, что будет и зарубеж. - Понятно. Кого нужно одеть? - Было заметно, что майору это не очень интересно: он любил сложные и необычные задания, когда его способности могли проявиться во всем блеске. - Во-первых, меня, во-вторых... - Генерал вновь взглянул на часы, - минут через пять придут еще двое. Костюмы должны быть готовы завтра к семнадцати часам. Майор хотел еще что-то спросить, но тут в дверь кабинета постучали. - Войдите! - тут же отозвался генерал, и в кабинет вошли Говоров и Воронов. - А вот и те, о ком мы говорили! - воскликнул генерал, встал из-за стола и крепко пожал им руки. - Знакомьтесь: незаменимый в своем деле майор Варданян! - не без пафоса произнес он. - Здравствуйте, - кивнул тот, задумчиво оглядывая их с головы до ног. - У вас, обратился он к Говорову, - пятьдесят четвертый, второй рост, обувь - сорок второй, а у вас - пятьдесят второй, третий рост, обувь - сорок третий. Отлично! Я могу идти? - спросил он, повернувшись к Богомолову. - Да, вы свободны! - чуть усмехаясь, ответил генерал, и Варданян тут же вышел, бормоча что-то про себя. - Кажется, вы что-то придумали? - Говоров вопросительно глянул на Богомолова. - Что с Савелием? - не выдержав, спросил Воронов. - А разве генерал ничего вам не рассказал? Ах да, он и сам ничего еще не знает! Так вот, слушайте... - И Богомолов рассказал им все, что ему было известно о Савелии и о предстоящих состязаниях. - Если Савелий решился на такой риск, как звонок под наблюдением, то дело там намечается очень серьезное, - задумчиво проговорил Говоров. - Вы точно пересказали то, о чем он говорил с вами? - Можно сказать, дословно, - заверил генерал. - Так... Сигнал опасности не подал, значит, не хотел, чтобы мы сразу бросились его вытаскивать оттуда. Но тон разговора говорит о том, что он находится под серьезным наблюдением и не имеет возможности свободной связи, а она ему очень нужна. Очень! - со вздохом повторил Говоров. - Вот три билета на этот ночной пикник, где он будет участвовать в схватках за... как тут пишется, звание Чемпиона России. - Теперь понятно, в чем специализируется майор Варданян! - усмехнулся Говоров. - А кто пойдет с нами третьим? - неожиданно спросил Воронов. - Третьим пойду я, - спокойно ответил Богомолов. - Вы? - почти одновременно воскликнули с изумлением Говоров и Воронов. - Или я чего-то не понимаю или... - начал Говоров. - Или я свихнулся, не так ли? - договорил за него Богомолов. - Не так грубо, но где-то близко... - согласился тот. - Понимаете, дорогой Порфирий Сергеевич, - не торопясь начал объяснять генерал, - то, на что идет Савелий, очень опасно, и мне хочется, чтобы как можно меньше посторонних было связано с этим. - Рассказов... - прошептал Говоров. - Да, Рассказов. - Генерал тоже машинально понизил голос, словно боялся, что их может кто-то подслушать. - Позднее, когда мы сможем вытащить из всего этого Савелия, я подробно расскажу вам о плане, о котором пока знаю только я. - Но вы же прекрасно знаете, какому риску подвергаете себя, решившись нырнуть в это логово! - Знаю, но стараюсь свести риск до минимума и потому прибегну к искусству Варданяна не только в одежде, но и в гриме. Увидите, все будет в порядке! - Богомолов рассмеялся. - Так что завтра мы окунемся в ночную жизнь богатых людей и будем швырять "зеленые" направо и налево, но... в разумных пределах! - усмехнулся он. - Деньги-то государственные! - Разрешите задать вопрос? - сказал Воронов. - Прошу. - Намечается активная операция? - Ни в коем случае! - резко ответил Богомолов. - Только наши пассивные наблюдения и пассивные, повторяю, поиски контакта с Савелием. Но почему вы об этом спросили, капитан Воронов? - Вы же сами говорили, что мы должны быть как все, не так ли? Богомолов явно не понимал, к чему клонит Воронов. - А там будет тотализатор... - в глазах Воронова промелькнула хитрая усмешка. - Капитан хочет сказать, что государственные деньги можно вернуть с хорошей прибылью! - пояснил Говоров. - Откуда такая уверенность? А если его противником окажется какой-нибудь профессионал? К тому же мы не знаем, в каких условиях находился наш приятель и в какой сейчас форме, - не очень уверенно пытался отговориться Богомолов, хотя было видно, что идея пришлась ему по душе. - В каких бы условиях ни содержался Савелий, но если он дал согласие участвовать в этих схватках, то можно смело ставить на него! - уверенно воскликнул Воронов. Богомолов внимательно посмотрел на капитана, потом перевел вопросительный взгляд на Говорова, словно ища у него поддержки. - Боюсь, что в этом вопросе я всецело на стороне капитана Воронова, но, в отличие от его эмоционального порыва, я сделаю небольшой анализ в пользу этого решения. Судя по всему, Савелий участвует в этих состязаниях под покровительством владельцев этого клуба, и его участие держится под большим секретом. Вполне резонно можно предположить, что его хотят выставить "темной лошадкой", на которую вряд ли многие решатся поставить, а как раз на это расчет его покровителей: они хотят сорвать на нем огромные деньги. В таком случае жизнь нашего приятеля была немного лучше, чем у нас с вами. Во всяком случае, кушал и тренировался Савелий не хуже, чем Тайсон. - Звучит убедительно, - вынужден был согласиться Богомолов. - Скажу больше, - продолжил Говоров. - У меня скопились кое-какие сбережения на старость, так я все поставлю на своего любимца. - А если проиграете? - Если проиграю, то, по крайней мере, не будет стыдно за то, что я не поверил в него. - Константин Иванович, я не имею никаких сбережений и не прошу вас выделять мне служебные деньги, но дайте мне в долг, сколько сможете, а если что... то я заработаю и верну! - попросил Воронов. - Вы что, сговорились? - улыбнулся Богомолов, потом немного подумал и махнул рукой. - Была не была, иду вам навстречу, а сам не могу, не имею права: только в пределах служебных интересов... - Скажите, Константин Иванович, вы уверены, что у хозяев клуба "Виктория" достаточно сил, чтобы оградить празднование юбилея от возможных инцидентов? - неожиданно спросил Говоров. - Что вы имеете в виду? - Я знаю хорошо своего ученика: он не пойдет на компромисс и будет биться до последнего, а это может не устроить хозяев его соперника. - Вы думаете, что те попытаются ему что-нибудь подстроить? - встревожился Богомолов. - Во всяком случае, такой момент нельзя исключать. - А что если усугубить ситуацию до предела? - снова вмешался капитан Воронов. - Каким образом и для чего? - не понял Богомолов. - Представьте себе: вы готовите "сюрприз" своим соперникам и старательно держите его в тайне, вдруг звонит некто и предупреждает, что вашему "сюрпризу" готовится ловушка. Что вы предпримете? - Продумаю все варианты защиты моего "сюрприза" от этих ловушек... - не очень уверенно проговорил генерал Богомолов. - Стоп! - воскликнул Говоров. - А в этом что-то есть! Давайте поразмыслим: что может сделать нечистоплотный противник в подобной ситуации? На открытое пападение вряд ли решится: открыть себя в таких делах - значит навлечь на себя угрозу со всех сторон. Физическое вмешательство маловероятно... - Отравление! - воскликнул хозяин кабинета. - Вот! Именно на это, я уверен, и должны пойти его соперники. Нисколько не сомневаюсь, что именно поэтому Савелия и перевели в дом, и у тех остается слишком мало времени, чтобы осуществить свой план, - с момента появления Савелия в клубе до выхода на ринг. - Комната, где он будет переодеваться, коридор, по которому его поведут к месту схватки и судья... - задумчиво перечислил Богомолов. - Ему, может, захочется и водички попить, - добавил Воронов. - И массаж! Во время массажа вполне можно ввести какую-нибудь дрянь, - поморщился генерал. - Нет, массаж Савка делать не будет! - решительно заявил Воронов. - Он готовит мышцы по специальной методе внутреннего созерцания, и в этот момент остается один. - Итак, комната, коридор и судья. - Богомолов покачал головой. - Многовато... - Думаю, что и комнату можно уверенно исключить, - заявил Говоров. - Посторонних туда не допустят, а пить перед схваткой Савелий и сам не будет. А коридор и судья... Это самые уязвимые места в системе защиты, вот о них-то и нужно предупредить Савелия и его хозяев. - С хозяевами-то просто: звонит "доброжелатель" и предупреждает... Стоп! Мой очень толковый офицер, который сейчас ведет наблюдение за этой квартирой, предлагал план встречи с Савелием. - Что за план? - встрепенулся Говоров. - Сейчас... - Генерал взял в руку рацию. - Первый! Первый! - Первый слушает! - тут же отозвался голос. - Кеша, это Богомолов. Новости есть? - Хозяйка уехала, пробыв в квартире минут тридцать, больше никакого движения. - Кеша, какой планчик был у тебя! Или он уже устарел? - Никак нет! - обрадованно заверил Решетников. - Прямо под ними живет старушка. Она уже несколько раз жаловалась, что ее заливают сверху... - Он красноречиво замолчал. - Да-а... - протянул генерал. - Простота, которая хуже воровства! Сам придумал или в кино увидел? - Это вы зря, Константин Иванович... - без всякой обиды ответил капитан. Было заметно, что ему не впервой выслушивать от генерала подобные насмешки. - Эту информацию мы получили от участкового инспектора, которого старушка не раз вызывала. - Ладно, верю. Свяжись через своих ребят с диспетчерской этого участка: пусть там появится запись о протечке в квартире... - Сорок девятая, Константин Иванович. - В квартире сорок девять. И пусть сделают пометку, что туда направился сантехник. На все это у тебя есть... - Он повернулся к Говорову, и тот показал на пальцах двадцать пять минут. - Пятнадцать минут, ясно? - Не сомневайтесь, Константин Иванович - бодро заверил капитан. - Гуд лак! - А как же! - усмехнулся Иннокентий. Генерал Богомолов с улыбкой покачал головой и отложил рацию. - Я так понимаю, что вы направитесь сантехником к Савелию, не так ли, генерал? - повернулся Богомолов к Говорову. - Мне этого очень бы хотелось, но, думается, лучше будет пойти капитану Воронову. - Откровенно говоря, я думал, что мне придется убеждать вас отправить меня на эту встречу, - смущенно заметил Андрей. - Мы с Савкой еще в детстве придумали систему знакового общения между собой... - Он замолчал и умоляюще смотрел на Богомолова. Тот покачал головой, поморщился, словно пытаясь бороться сам с собою, но слишком уж убедительно прозвучал последний довод Воронова, и потому он вздохнул и согласно кивнул. - Сейчас мой помощник отведет вас к Варданяну, и тот сделает вас классным сантехником. К дому ЛешиШкафа, вас отвезет мой водитель. Остановитесь за пару кварталов до объекта, а назад вас отвезет кто-нибудь из людей Кеши. Они сами подойдут к вам и скажут: "У нас, земляк, снова протекает, а обещали, чти все будет нормально". В ответ вы скажете: "Слово нужно держать". - В каком месте они подойдут? - Это неважно, но думаю, там, где вас высадят. - Главное, что вы должны сообщить Савелию: опасность в коридоре и опасность со стороны судьи, а от него узнать, какая ему нужна помощь и система связи, если он решит там задержаться. И прошу вас, никакой самодеятельности! - серьезно добавил Богомолов. - Никакой! Мы не знаем, что за люди окружают Говоркова и что с ним произошло за последнее время. - Не беспокойтесь, Константин Иванович, Савка мне как брат родной, даже больше: я жизнью ему обязан! - Капитан встал, расправил плечи и, казалось, стал даже выше, мощнее оттого, что у него, наконец, появился реальный шанс помочь Савелию. - Я готов! - Вижу! - улыбнулся Богомолов и вызвал помощника.
в начало наверх
ПОСЛАНИЕ ОТ САВЕЛИЯ А Савелий в этот момент сидел перед огромным экраном "Панасоника" и смотрел фильм, в котором Джеки Чан шутя расправлялся со своими врагами. Однако мысли Савелия были заняты совершенно другим. Он пытался поставить себя на место Богомолова: что бы он сделал в его положении? Во-первых, постарался бы найти клуб, где будет проходить юбилей. Во-вторых, попытался бы найти возможность контакта здесь, в квартире. Но это совсем уж из области фантастики. Пойти на такой риск! Для этого нужно такое прикрытие, чтобы комар носа не подточил. Савелий не очень удивился приезду Лолиты: скорее всего о звонке сообщил Константин, который с него буквально не сводил глаз. Лолита задала несколько вопросов о его самочувствии, о том, как ему понравился их дом, а потом, как бы невзначай, поинтересовалась его братом. Савелий спокойно расписал ей, чем он занимается, без колебаний назвал номер телефона, уверенный, что Богомолов уже успел подстраховаться, и посетовал на то, что из-за отсутствия билетов не может пригласить брата на поединки. Лолита сделала скорбную физиономию и пожурила его за то, что он не сказал, что ему нужно кого-то пригласить. Для Наташи билет она оставила, причем, как важно заявила она, за счет клуба, гостевой, по которому она может не делать ставки. Когда он поинтересовался, что это означает, Лолита ответила, что без гостевого билета неучастие в тотализаторе может привести к тому, что ее просто выведут из зала. Ей, конечно, очень жаль, что она уже не может помочь с билетами, но в следующий раз... Она многозначительно посмотрела на него, пожелала хорошего отдыха, затем что-то шепнула его охраннику и тут же вышла. Савелию снова удалось прочесть ее мысли: она была сильно озабочена новоявленным братом и собралась проверить все, что он ей рассказал. В какой-то момент она решила плюнуть па резерв и отдать оставшиеся билеты его "брату", но Савелий, предупреждая ее эмоциональный порыв, заверил, что у брата достаточно возможностей достать билеты, было бы желание. В этом случае он будет рад их познакомить. На всякий случай Савелий решил подготовиться к возможному появлению человека от Богомолова в квартире. Он припрятал салфетку во время обеда, стянул авторучку и в туалете быстро набросал несколько строк. Он ничем не рисковал, если бы этот клочок оказался у кого-нибудь, кроме Воронова: только он мог разобраться в столбике цифр, напоминавшем подсчет упражнений, прыжков, поднятия тяжестей, что было совершенно естественным. Он даже не стал прятать этот листок, а просто сунул в карман. Осталось только ждать и надеяться. В тишине квартиры звонок в дверь показался оглушительным, и парень, внимательно поглядывающий на Савелия, чуть заметно вздрогнул. Судя по его реакции, он никого не ждал в это время. Сунув руку под мышку, он выхватил пистолет и бросил Савелию: - Сиди тихо! - Потом подошел к двери, заглянул в глазок и сонно спросил: - Кого нужно? - Сантехник я, из ДЭЗа. Протечку от вас сделали в нижнюю квартиру... Из-за толстой двери слышно было довольно плохо, но голос показался Савелию знакомым. - А кто вас послал? - Как кто? Диспетчер. Вот люди, к ним с делом пришли, а они - кто да что... Если не верите, - позвоните диспетчеру. - Чувствовалось, что мужчина за дверью начал раздражаться. - Хорошо, подождите. - Константин подошел к телефону и быстро набрал номер. - Вам звонят из пятьдесят третьей квартиры дома девятнадцать, вы направляли к нам сантехника?.. Хорошо-хорошо, не нужно так кричать! Не мы виноваты, что квартиру заливает, у нас вроде все сухо. - Он бросил трубку, подошел к двери и нехотя открыл ее. На пороге Савелий увидел капитана Воронова. Несмотря на то что Савелий был наготове и ждал чего-то подобного, он был настолько ошарашен, что если бы Константин знал его-давно, то наверняка бы сразу заподозрил что-то неладное. Однако Савелий быстро взял себя в руки и тут же подал знак "опасность". Их взгляды встретились буквально на мгновение. Со стороны могло показаться, что два незнакомых человека мимолетно оглядели друг друга и тут же забыли об этом. На самом деле они вложили в эти взгляды столько информации, что непосвященному это понять было бы невозможно. Они сказали, что очень скучали и переживали друг без друга, что Андрей совсем отчаялся разыскать Савелия, но никогда не терял надежды на благополучный исход, что Савелий не мог ничего сообщить о себе, но об этом он расскажет потом, что сейчас ему необходима помощь, но с ней нужно быть весьма осторожным, что он приготовил для него послание и готов его передать, на что и Андрей ответил тем же. В этих взглядах было и многое другое, что невозможно рассказать на бумаге. Воронов поставил на пол чемоданчик. Критически оглядев Константина, обратился к Савелию. - Ты, что ли, здесь хозяин? - не очень вежливо спросил он. - Не угадал, приятель, - усмехнулся Савелий. - А мне все равно, - равнодушно буркнул Воронов и повернулся к Константину: - Где тут у вас ванная и туалет? Тот молча кивнул следовать за ним и на миг отвернулся. Этого было достаточно, чтобы Воронов незаметно сунул бумажку за косяк. Когда они скрылись в ванной, Савелий подскочил к чемоданчику, сунул свою записку под замок, подхватил послание Андрея и проворно вернулся на свое место, что оказалось весьма своевременно. Оба вернулись. Савелий подал знак Андрею, что он все успел сделать. - Прямо не знаю, что и делать... - задумчиво проговорил Воронов, ожидающе поглядывая на Константина. - Везде вроде сухо, а соседи под вами залиты. - Но вы же сами убедились, что у нас сухо... - несколько раздражаясь, ответил тот. - Убедиться-то убедился, но, может быть, вы залили их и успели все подтереть. Тогда как? - рассудительно спросил Воронов. - И что же делать? - Парень видно совсем растерялся. Неизвестно, сколько бы продолжалась эта "дипломатическая" игра, если бы к ним не вышла мощная, но миловидная дамочка. Она укоризнеияо посмотрела на Константина. - Ну мужики пошли: ни черта не могут - ухмыльнулась она, сунула руку в карман фартука, вытащила оттуда несколько пятисотенных купюр и вручила их Воронову. - Вы же сами пришли и увидели, что у нас все сухо и нигде не течет! - Она подмигнула ему. - Вот я и говорю, что протечка, видно, внутренняя. - Воронов хитро улыбнулся. - Так и доложу инженеру, пусть сами решают, что делать. - Он поднял с пола чемоданчик. - Бывайте, хозяюшка! - благодарно сказал он женщине, а на Константина даже не взглянул и пошел к выходу, бормоча что-то себе под нос. Константин закрыл за ним дверь, затем повернулся к домработнице. - Что ты так на меня смотришь? Откуда я мог знать... - оправдывающимся тоном начал он. - Он что, не мог прямо сказать? - Прямо? Этот мужик работает на государственной службе и пашет за гроши. Он скажет прямо, а какойнибудь охламон пойдет и сдаст его с потрохами! - Но... - парень явно смутился. - Вот тебе и "но"! - Она повернулась к Савелию. - Через пятнадцать минут прошу к столу: будет все, как вы просили. - Было заметно, что Савелий ей по душе. - Очень хорошо! - воскликнул он и направился в ванную комнату. - Помыться, побриться и смокинг надеть! - весело добавил он и церемонно пропустил вперед себя женщину. Этот джентльменский жест вызвал на ее щеках румянец смущения. Она улыбнулась и, кокетливо виляя крутыми бедрами, направилась в сторону кухни. Савелий вошел в ванную, закрылся на задвижку, пустил воду и только после этого вытащил послание Воронова: оно было весьма похожим на то, что послал им сам Савелий, и только они с Вороновым могли разобраться в этом выдуманным ими шифре. В записке говорилось, что они очень обеспокоены тем, что Савелий столько времени не давал о себе знать, и если ему не удастся дать им какую-нибудь информацию, то пусть будет наготове по пути из своей комнаты отдыха до тотами: они попробуют что-нибудь придумать. Ни в коем случае он не должен что-либо пить в клубе, кроме того следует внимательно отнестись к судье: есть обоснованное подозрение, что ему хотят создать физические сложности, чтобы не дать стать победителем. (Савелий благодарно улыбнулся: его интуиция подсказывает то же самое, а это почти исключает случайность.) На юбилее обязательно будут его друзья, и потому пусть не нервничает. Следующие слова заставили Савелия нахмуриться: объявились посланцы старого знакомого из-за кордона, которые, скорее всего, хотят с ним посчитаться. Эти пойдут на все, и лишняя осторожность ему не помешает. Дальше шла приписка Андрея: "Учти, Савка, я ставлю все свои кровные на тебя!" Дорогой мой Андрюша, как мне тебя не хватало в последнее время! Можешь не волноваться: твой братишка не подведет тебя!" - Савелий подмигнул, словно Воронов был рядом, затем тщательно порвал послание и смыл клочки в раковину. Он стал быстро раздеваться и вдруг подумал, что, скорее всего, и они сейчас читают его записку... Савелий оказался прав: "великолепная тройка", действительно, читала его послание. В нем сообщалось, что он несколько недель находился в состоянии амнезии, что за это время он познакомился с девушкой по имени Наташа, которая ему стала близким человеком, что ЛешаШкаф этим воспользовался и шантажом заставил Савелия работать на него, выкрав ее братишку. И потому он просит обеспечить им безопасность. На Пироговке произошел случай, во время которого погибли люди, и среди них Воланд. Савелий уверен, что это дело рук людей Леши-Шкафа. Он просит еще некоторое время для того, чтобы попытаться прояснить ситуацию. Пока лучще всего общаться знаковой системой, которую знает Воронов... И последнее: у него есть предчувствие, что во время юбилея клуба, может что-то произойти. - Это все, товарищ генерал, - сказал Воронов, расшифровав записку Савелия. - Да-а... - протянул задумчиво Богомолов. - Неожиданный поворот. - Извините, Константин Иванович, мне кажется, что ничего неожиданного здесь нет, - вступил в разговор Говоров. - Более того, лично мне очень приятно слышать, что выводы моего любимого ученика, хотя он и не обладает той информацией, какой обладаем мы, совпадают с нашими. Сказанное им по случаю на Пироговке лишь уточнило наши предположения. Мы же знали, что эти убийства как-то связаны с Савелием. Меня очень беспокоит эта девушка с братишкой! - А за это можете не волноваться. - Константин Иванович нажал кнопку селектора. - Радченко, зайдите, пожалуйста, ко мне... Этот капитан "собаку съел" на охране объектов. - Хорошо бы и с девушкой поговорить, - осторожно промолвил Воронов. - Я уверен, что она обязательно будет на этом юбилее. - Может ей стоит "заболеть"? - предложил генерал. - Ни в коем случае! - тут же возразил Говоров. - Это встревожит Савелия - раз, может насторожить инициаторов этого юбилея - два... Нет, мне думается, нужно поговорить с этой Наташей. Вы как, не возражаете? - спросил он у Богомолова. - Ни в коем случае, - с иронией передразнил он Говорова. - Звоните! Я правильно записал телефон? - повернулся он к Воронову. - Абсолютно! - заверил капитан, взглянув в листок. - Откуда вы знаете, вы же не посмотрели в его записку? - Нужные цифры я запоминаю с одного прочтения. - Тогда... - генерал пожал плечами и пододвинул листок с телефоном Говорову. - Прошу. Порфирий Сергеевич не торопясь набрал номер: - Простите, пожалуйста, можно мне поговорить с Наташей? - спросил он, услышав какой-то старческий женский голос. - А кто просит Наташеньку? - после небольшой паузы спросила она. - Скажите, что с ней хочет поговорить знакомый Савелия... - Савелия? - удивленно переспросила старушка и после небольшой паузы в трубке послышался молодой женский голос. - Извините, кто это говорит и кто вам нужен? - Наташа, это вы? - Да, я Наташа, но у меня нет никакого знакомого по имени Савелий! - Девушка сказала это довольно уверенно, и Говорова это несколько смутило. Неужели с телефоном путаница? И он совершенно машинально, не зная, как дальше продолжить разговор, неожиданно спросил: - Наташа, вы завтра пойдете смотреть его бои? - Господи! - воскликнула тревожно-радостно Наташа. - Так вы говорите о Рэксе? - Да, его так называли в Афганистане, - быстро сказал Порфирий Сергеевич, боясь, что девушка повесит трубку. - Значит, вы его давно знаете? - Очень давно! - И тут Говоров вспомнил о том, что говорилось в записке Савелия. - К нему уже вернулась память, Наташа. Вам от него большой привет! - Где он? Что с ним? - с тревогой воскликнула девушка. - Я была в клубе, хотела увидеть его, но мне сказали, что он отдыхает и к нему
в начало наверх
нельзя, а мы с ним договаривались сегодня встретиться... - в ее голосе слышалось волнение. - С ним все в порядке, не волнуйтесь, пожалуйста. Скажите, Наташа, вы случайно не почувствовали, что за вами кто-нибудь следит? - Извините, а кто вы? Почему я должна отвечать па ваши странные вопросы, даже не зная, с кем разговариваю? - Меня зовут Порфирий Сергеевич... - Он посмотрел вопросительно на Богомолова: была включена громкая связь, и в кабинете все было слышно. Богомолов тут же кивнул на свой телефон, и Говоров облегченно вздохнул. - Вот что, Наташа, запишите телефон, с которого я сейчас вам звоню, и перезвоните, хорошо? - И что это даст? Откуда я буду знать, что этот телефон какой-то особенный? - Минуту, Наташа... - Говоров отключил микрофон и вопросительно взглянул на генерала. - Узнаю руку Савелия! - Он улыбнулся. - Девушка-то права... Что будем делать? Богомолов поморщился и покачал головой. - Как не хочется вводить новых людей... А светиться для встречи с ней тоже не очень разумно: ее могут "пасти" люди Леши-Шкафа... Ладно, пусть позвонит сама по "ноль девять" и узнает номер справочной Комитета, а там назовет этот номер и попросит соединить. - Он взял другую трубку. - Миша, свяжись, пожалуйста, с нашей справочной и попроси в порядке исключения соединить меня с тем, кто сейчас позвонит. - Он положил трубку и кивнул Говорову. - Наташа, запишите, пожалуйста, номер... Вы запишите, потом я вам объясню. - Он продиктовал номер Богомолова. - А сейчас сами позвоните в справочную и спросите номер справочной Комитета госбезопасности. Попросите соединить с номером, который вы уже записали, хорошо? - Я вас поняла, сейчас... Говоров положил трубку. - Видно, там все гораздо серьезнее, чем мы предполагали... - задумчиво проговорил он. - Не кажется ли вам, дорогой Константин Иванович, что завтрашняя встреча может оказаться с сюрпризами? - Думаете, что нужно подключить группу захвата? - Не уверен на все сто, но подумать об этом не мешает. Богомолов уставился глазами в окно, словно желая оттуда получить подсказку, а его рука что-то нервно чертила авторучкой на бумаге. Наконец он перевел взгляд на листок, покачал головой и сказал: - Возможно, вы и правы. Думаю, что... - Закончить свою мысль он не успел: зазвонил телефон, и Говоров сразу схватил трубку. - Порфирий Сергеевич? - послышался голос Наташи. - Да, это я, Наташа, - спокойно ответил он. - Теперь у вас нет сомнений? - Прошу вас извинить меня, по Рэксик, в смысле Савелий, предупреждал... - Ничего, вы все сделали правильно. - Он пытался подбодрить ее. - А теперь ответьте на мой вопрос: вы не замечали за собой или вашим братиком слежки? - О, за нами наблюдают круглосуточно, и я очень боюсь! - ее голос чуть дрогнул. - Ничего не бойтесь, Наташа, все будет в порядке! - бодро заверил он и тут же попросил: - Подождите еще минутку!.. - и снова отключил микрофон, перехватив взгляд Богомолова. - Скажите ей, что если к ней обратится кто-то со словами: "Девушка, а я помню вас в очках!" то она должна этому человеку довериться и выполнять все его приказания... И спросите, в чем она будет на юбилее клуба "Виктория"? - Наташа, извините, - сказал Говоров, снова включая микрофон. - В любом месте к вам может обратиться человек с фразой: "Девушка, а я помню вас в очках!", а вы скажете: "Важно, чтобы я вас помнила". Запомнили? - Да, Порфирий Сергеевич, запомнила, но для чего это? - Для какой-нибудь экстремальной ситуации. Теперь вас все время будут охранять наши люди, а человеку, который скажет вам ту фразу, можете всецело доверять и делать то, что он скажет, договорились? - Вам виднее, - согласилась девушка. - Вы можете на завтрашний юбилей надеть что-нибудь такое, что могло бы отличить вас от других? - Поняла... Я буду одета в голубое платье с обнаженными плечами, и на шее у меня будет золотая цепочка с овальной иконой Божьей Матери. Этого достаточно? - Вполне. И прошу вас: ничего не бойтесь; доверьтесь нам. - А как с Савелием? Ему тоже можно не беспокоиться? - Думаю, что да! - твердым уверенным голосом ответил Говоров. - Спасибо вам, Порфирий Сергеевич! Вы меня успокоили! - Всего доброго, до встречи! - До свидания. - Она положила трубку. - Да-а, кажется, к ней придется прикреплять Кешу, - сказал Богомолов - А кто за Савелием присмотрит? - нахмурился Говоров. - Не беспокойтесь, есть у меня один резерв, который я использую только в крайнем случае. Хотя... - Он побарабанил пальцами по глянцевой крышке стола. - Лучше их пустить к девушке, а Кешу оставить на месте... Точно! Так будет вернее! - генерал придавил ладонью стол, как бы ставя точку, и с веселым задором взглянул на собеседников. - Не пора ли нам чего-нибудь покушать, господа? - Я бы сказал, что мысль просто насущная на данный момент! - поддержал Говоров и взглянул на Воронова. - А моя ложка всегда-в сапоге! - усмехнулся тот. БОЛЬШАЯ СХОДКА Гога буквально влетел в свою двухэтажную квартиру на Тверской, совсем рядом с магазином "Армения". Он только что вернулся с довольно крутой сходки, где главари нескольких группировок встретились, чтобы разрешить проблемы, возникшие из-за гибели братьев. Вначале Гога молчал, спокойно взирая па своих коллег, которые пытались взвалить вину за убийство друг на друга. Эти перепалки напоминали детские разборки: "А помнишь, что делал ты?" - "А что ты сделал в тот раз?" - "А где ты был в то время?" и так далее и тому подобное. Казалось, что этому не будет конца. Гога решил, что посидит еще пять минут и уйдет, сославшись на дела. Но в этот момент, один из самых неприятных ему людей, входивший в солнцевскую группировку, вдруг остановил на нем свой взгляд. Их неприязнь была давнишней и непримиримой. Началось это с того, что однажды ребята Гоги подловили его ребят на своей территории: те занимались выколачиванием "бабок" из палаточников. Чтобы их вызволить, он самолично появился у Гоги и вальяжно бросил: - Я - Профессор! И пришел к тебе за своими ребятами! Гога уважительно относился к "авторитетам", понимая, что не всегда можно уследить за своими боевиками. И если бы Профессор извинился и дал слово, что его ребята никогда не будут "пастись" на чужой территории, то, скорее всего, Гога пошел бы на мировую и даже не стал бы накладывать "штраф". Но наглый вид Профессора, его безапелляционный тон и неприкрытая угроза в поведении привели к тому, что Гога, не вступая с ним в словесную перепалку, спокойно выслушал его, затем тихо сказал: - Послушай, Профессор, ты пришел ко мне в дом в первый раз: ни я тебя не знал до этого, ни ты меня. Однако ты ведешь себя так, словно я твой должники ты пришел включить мне "счетчик"... - Он говорил так спокойно и тихо, что Профессору пришлось чуть наклониться к нему, чтобы услышать. В спокойствии Гоги было столько уверенности и злости, что тому стало не по себе, он даже попытался прервать его; но Гога резко сказал: - Когда ты говорил так много и не всегда по делу, я молчаливо слушал, уважая право гостя, но теперь ты уважай право хозяина и дослушай, меня до конца! - Когда он волновался, его акцент усиливался. - Думаю, что ты немного попутал масти, и потому выслушай мои условия: за то, что твои парни нарушили договоренности, пытаясь "работать" на моей территории, вы должны в течение трех дней принести пять миллионов рублей, после чего парни будут свободны, и мы будем считать инцидент исчерпанным при условии, что ты дашь мне слово, что такого больше не повторится. - А если меня не устраивает такой оборот? - презрительно бросил тот. - Если нет, то ты своих людей больше не увидишь и за стол переговоров я с тобой никогда не сяду! - зло бросил Гога. - Вот как? - воскликнул Профессор. - Но я еще имею право обратиться к Большой сходке! - Я уважаю это право, но на сходке цифра выкупа будет уже другой: десять лимонов! - Это с какой стати? - Пять за нарушения, два на счетчик и три за моральный ущерб и за потерянное мною время. - И это твое последнее слово? - Самое последнее. Три дня - пять миллионов, сходка - десять! На том они и расстались. Профессор повидался с несколькими "авторитетами", решив посоветоваться, и каждый них заверил его, что он еще должен быть благодарен, что Гога не раздел его до нитки. Не найдя ни у кого поддержки. Профессор скрепя сердце собрал нужную сумму и на третий день принес Гоге. - Вот то, что вы нам выставили! хмуро проговорил он и небрежно бросил пакет с деньгами на стол. Этот жест тоже не понравился хозяину, но он ничего не сказал, вывалил пачки на стол и стал спокойно пересчитывать деньги. - Можете быть уверены: сумма точная! - нетерпеливо заверил Профессор. - Может быть... - согласно кивнул головой Гога, продолжая считать и не обращая внимания на гостя. Он не закончил, пока последняя пачка не прошла через его руки. - Все точно! - едва ли не через час сказал он и нажал на потайную кнопку. К ним вошел огромный детина с довольно уродливым лицом, покрытым многочисленными шрамами: - Слушаю, Хозяин! - бросил он, недобро поглядывая на Профессора. - Выдай, сынок, Профессору тех ребят и пожелай им здоровья. - Хорошо, Хозяин, - тупо повторил тот и выжидающе уставился на Профессора. - Заходи, Профессор, если что! - с неприкрытым ехидством произнес Гога. - Постараемся обойтись! - отрезал тот, и с тех пор каждый из них не упускал случая, чтобы не уколоть другого, несмотря на то, что их много раз пытались примирить и на сходках, где они клялись в дружбе друг другу, и просто в компаниях, куда их специально приглашали обоих... - Прошу всех выслушать меня! - громко выкрикнул Профессор, не отрывая глаз от Гоги. Когда стало немного тише, он вдруг ткнул пальцем в сторону Гоги и громко сказал: - А почему он молчит? У него есть что сказать на этой уважаемой сходке! - В его тоне было столько уверенности, что многие попросителыю посмотрели в сторону Гоги. - Не понимаю, что имеет в виду Профессор? - Гога спокойно пожал плечами. - Да, Профессор, может быть, пояснишь народу? - подхватил щегольски одетый парень по кличке Сивый. Он совсем недавно возглавил район Домодедово и старался казаться крутым. - Мне стало известно, что за день до убийства братьев, которые приносили нам большую пользу, Гогу навещал один из наших коллег, у которого были трения с этими братьями. - Он выразительно посмотрел в сторону Леши-Шкафа. - Ты что, выдвигаешь обвинение? - нахмурился один из самых уважаемых "авторитетов". Он лет двадцать провел на "командировках" и заработал там чахотку. Его дыхание было прерывистым, он часто покашливал и отхаркивался в специальную баночку, с которой никогда не расставался. У него была странная кличка - Мабуту, и его многие побаивались за бескомпромиссность и жестокость при разборках. - Я пока никого не обвиняю, но мне хочется понять: не была ли эта встреча чем-то большим, чем простое совпадение, - за время, прошедшее с их первой встречи с Гогой, Профессор научился сдержанности и спокойному общению даже со своими врагами. - Что ты можешь ответить, Гога? - Мабуту повернулся к Гоге и снова хрипло закашлялся, что было на руку Гоге: он мог спокойно подумать над ответом. Когда Мабуту прокашлялся, Гога встал с места. - Меня удивляют намеки, сделанные Профессором, - спокойно начал Гога. - Многие из здесь присутствующих приглашены на завтрашний юбилей клуба "Виктория", принадлежащего Леше-Шкафу, и в тот злополучный день, о котором упоминает Профессор, Лешашкаф, действительно, заезжал ко мне, чтобы вручить билеты на этот юбилей. Это я говорю не для того, чтобы оправдаться перед Профессором, а потому, что меня спросил уважаемый Мабуту. - Каждый раз произнося слово "Профессор", Гога настолько не скрывал иронии, что тот с большим трудом сдерживался, чтобы не вступить с ним в перепалку. Многие из присутствующих ехидно посмеивались, а Хитрован вдруг подмигнул Гоге и дал знак, что после сходки хочет с ним переговорить. Гога кивнул ему, что понял, и осмотрел сидящих за столом, потом остановил взгляд на чахоточном Мабуту.
в начало наверх
- Мне думается, что Профессор несколько перегнул в своих намеках и должен взять свои слова назад! - Мабуту несколько раз глубоко вздохнул, и его острый взгляд уткнулся в Профессора. Почувствовав, что снова не нашел поддержки среди "авторитетов", Профессор встал из-за стола и примирительно сказал: - Я не имел в виду ничего плохого, хотел только прояснить для себя то, что было непонятно, и если мои слова тебя, Гога, как-то задели, прошу их забыть! - Я тоже уверен, что ты ничего не имел в виду плохого. Профессор, и буду рад завтра поиграть против тебя на ставках в "Виктории". - Гога был сама любезность, но в его голосе все равно слышалась непримиримость. - С удовольствием принимаю твой вызов, Гога! - Профессор облегченно вздохнул и внутренне порадовался: случайно он стал обладателем очень важной информации, которая могла принести ему огромные деньги на схватках. Об этой информации он, действительно, узнал совершенно случайно, когда на одной из светских тусовок встретился с Хитрованом. Тот был изрядно пьян, и хвастливо проговорился, что его Робот поломает кого угодно, но потом осекся и внимательно уставился на Профессора, пытаясь понять: слышал тот про Робота или нет. Профессор сделал глуповато-пьяную физиономию и фальшиво запел "Нинку" Высоцкого... Гога, с трудом сдержавшийся на сходке, потом разговаривал еще и с Хитрованом, который предлагал ему что-то за помощь его брату, который угодил под следствие за рэкет. У Гоги была "рука" на Петровке, и через этого человека он многим помогал. Но сейчас он не был в состоянии что-то понять и предложил Хитровану встретиться вечером у него в офисе. - Гаденыш! Какой гаденыш! - выкрикивал Гога, бегая по комнатам. Нюх у Профессора, как у хорошей ищейки: никак не может успокоиться за те пять лимонов. С ним надо что-то делать, подумал Гога и нервно налил себе полный стакан грузинского вина, которому отдавал предпочтение перед всеми иностранными винами. Выпив его едва ли не залпом, он несколько раз причмокнул губами, прислушиваясь, как живительная влага, вобравшая в себя солнечные лучи, побежала по всем жилам, успокаивая взвинченные нервы, потом довольно крякнул и взглянул на телефон. Интересно, о чем это хочет поговорить с ним Хитрован? Гога слышал, что с его братом случилась какая-то неприятность, и он наверняка будет просить его о помощи. С год назад Гога уже отмазывал этого брата от следствия, и тогда Хитрован клялся ему в вечной дружбе, что он предложит сейчас? Гога без особой охоты набрал его номер. - Хитрован? - спросил он, когда услышал мужской голос. - Извините, кто спрашивает Хозяина? - Скажи, Гога звонит! - Хозяин просил передать, что он уже едет к вам. - Хорошо! - Гога положил трубку и чертыхнулся: он совсем забыл, что сам предложил встретиться у себя в офисе. Он быстро накинул пиджак, сунул под мышку газовый пистолет, переделанный в боевой так, что невозможно было определить с первого взгляда (даже заряды напоминали газовые), и вышел из квартиры. У подъезда стоял серебристый "ниссан-патрол", который он водил сам. Гога любил машины, они были его любимым хобби, и менял их довольно часто: больше года у него не задерживалась ни одна машина. До офиса от его дома было минут пятнадцать езды, но в этот раз он доехал минут за десять: движение не было столь интенсивным, как обычно. Гога вспомнил, что сегодня пятница, и многие уже отправились на дачи, чтобы провести там выходные. Когда он подъехал к офису, то сразу увидел голубой "скорпио" Хитрована. Охранник, увидев машину шефа, тут же подскочил к ней, открыл дверцу. - Вас уже ждут, шеф! - коротко доложил он. - Давно? - Нет, минут семь-восемь... - Хорошо, поставь машину на место и, если кто приедет, сначала доложи, а потом будем решать: есть я или нет. - Слушаюсь, шеф! Гога не торопясь поднялся в свой кабинет и в приемной увидел Хитрована, который очень нервно пил кофе. - Извини, дружан, немного задержался! - виновато улыбнулся Гога, похлопывая его по плечу. - Ничего-ничего, Гога, я только что вошел, даже кофе еще не допил. - Проходи! - Гога посторонился, пропуская его в кабинет, потом повернулся к стройной секретарше. - Пока, Нинуленька, меня нет, но минут через десять докладывай и о звонках, и о посетителях. - Хорошо, шеф! Может, вам кофе? - Удачная мысль! - подмигнул Гога. - Минут через пять... - Он вошел в кабинет и плотно прикрыл за собой дверь. Хитрован стоял посередине просторного кабинета и с удовольствием рассматривал стены, увешанные картинами довольно известных художников. - Давненько я у тебя не был, дорогой, - натянуто-ласково проговорил он. - Многое здесь изменилось, стало очень уютно... - Присаживайся, дружище. - Гога постарался быть максимально любезным. - Чем могу быть полезен? - Можешь, дорогой Гога, еще как можешь! - взволнованно воскликнул он. - Понимаешь, мой брат, шалопай, снова попал в дерьмо... - Когда? Обвинение выдвинуто? Где сидит? - быстро спросил Гога. Очень многое зависит от того, когда подключаешься к делу. - Забрали вчера, следствие еще не начато, сидит на Петровке! - быстро отчеканил тот, словно заранее подготовил ответы на вопросы Гоги. - Что же, на этот раз ты поступил более разумно и не стал тянуть время, как в тот раз. - Гога довольно улыбнулся: на этом этапе освободить человека, сидящего на "петрах" проще пареной репы, но Гога решил немного "поиграть". - За что на этот раз залетел? - Да... - махнул рукой Хитрован. - Деньги с одного вахлака выбивали, ну, и перестарались малость, а может, наоборот, недостарались. Поприжигали его утюжком, а он вдруг резко к небесам потянулся, они думали, что помер, выскочили за пивком, чтобы темноты дождаться, а тот возьми и оклемайся да сдерни с хаты. В "Склифе" все и выложил ментам... - Рэкет? - деланно воскликнул Гога. - Это хуже... - Он задумчиво замолчал. - Гога, дорогой, мне неважно, сколько это будет стоить - взмолился Хитрован. - Помоги! Все уши оборву мерзавцу, на цепь посажу. - Понимаешь, дорогой Хитрован, в свете указов Президента и мэра города Москвы об усилении борьбы с организованной преступностью... - начал разглагольствовать Гога, но прервался. В дверь постучали: длинноногая секретарша внесла на подносе две чашки кофе и коробку шоколадных конфет. - Разрешите? - Да, поставь, пожалуйста, Нинуленька? Она грациозно подошла к низенькому столику и наклонилась перед ним, чтобы поставить поднос. Этот прием она освоила до совершенства: ее коротенькая юбчонка приподнялась сзади, а остановилась девушка, как и полагается, лицом к хозяину и спиной к гостю. Красивые бедра приоткрылись прямо перед лицом Хитрована. Ажурные трусики были настолько узенькими и прозрачными, что ничего не скрывали. Гога с ехидной улыбкой перехватил взгляд Хитрована: кажется, он сейчас напрочь забудет, для чего пришел сюда. Он незаметно подмигнул Ниночке и подал знак уйти. - Еще что-нибудь нужно, шеф? - нежно проворковала она. - Нет, Нинуля, спасибо! Раскачивая бедрами из стороны в сторону, словно профессиональная манекенщица, уверенная, что вслед ей устремлена по крайней мере одна пара глаз, девушка медленно дошла до дверей, грациозно повернулась, кивнула и тут же вышла. - Хороша, черт возьми! - не удержался от похвалы Хитрован, потом спохватился, стер с лица похоть и повернулся к хозяину кабинета, вопросителыю глядя на него. - Я, разумеется, дорогой мой, перекашляю с нужными людьми, но полной гарантии дать не могу, - со вздохом сожаления ответил Гога. - Знаешь, дорогой Гога, я пришел к тебе не только просить о помощи, но и кое-что предложить. - Он сделал красноречивую паузу, словно предоставляя собеседнику время для осмысления сказанного. - Слушаю тебя, - не очень заинтересованно отозвался Гога. - Сегодня я слышал, как ты бросил вызов этому... - Он чуть замялся, пытаясь найти слово, которое понравится Гоге и не очень заденет Профессора, если до его ушей донесется этот разговор. - Я понял, кого ты имеешь в виду, - Гога помог ему в щекотливой ситуации. - И что дальше? - Мне думается, что ты имеешь возможность не только ткнуть его носом в дерьмо, но еще и прилично заработать... - Пока что-то не очень понимаю, - нахмурился Гога, потом взял свой кофе и отхлебнул. - Сейчас, дорогой Гога, ты услышишь то, что пока не знает никто! - Хитрован проговорил это таким торжественным тоном, что могло показаться, сейчас будет открыта страшная тайна. - Дело в том, что мне удалось найти за границей настоящего бойца-убийцу. В его активе не было ни одного поражения, а несколько поединков заканчивались смертью его соперников. У него и кличка под стать: Робот Смерти! - Да, впечатляющая кликуха, - кивнул Гога. Но как тебе удалось сохранить все в тайне? - Это получилось почти случайно. Дело в том, что я заявил поначалу совсем другого бойца, парня из Казахстана. Тоже, между прочим, отличный боец, но совсем недавно меня вывели на этого монстра, и я, посмотрев его схватки в Сингапуре, сразу же кинулся его уговаривать. Ты даже не представляешь, во сколько мне обошелся контракт с этим бойцом и его менеджером. - Могу только догадываться, - усмехнулся Гога. - Мне удалось вовремя внести его в списки участников вместо казаха и, естественно, под вполне безобидной кличкой: Тихий Робот. - И ты уверен, что ему не найдется соперников в завтрашней заварушке? - На сто процентов! - с горячностью воскликнул Хитрован. - Правда, мне стало известно, что и ЛешаШкаф готовит сюрприз, но... - он хитро прищурился, - я предпринял кое-какие шаги в этом направлении. - Можно надеяться, что твои "шаги" не станут достоянием гласности? - Естественно, дорогой Гога. - Я так понимаю, что сюрприз, который ты готовишь, будет гвоздем программы и ты поделился им со мной, чтобы я помог вытащить твоего братца из дерьма, в которое он угодил?! - Не только поэтому, дорогой Гога, - обиженно произнес Хитрован. - Просто я уважаю тебя, и мне хочется, чтобы и ты заработал на этом большие деньги. - Ну-ну... - Гога встал из-за стола и дружески похлопал Хитровапа по плечу. - Конечно же, я помогу твоему брату, можешь быть спокоен и уделяй больше внимания своему Роботу! Думаю, что завтра, когда мы встретимся в клубе "Виктория", я смогу сообщить тебе приятные новости о твоем родственнике. - Вот спасибо, дорогой Гога, я всегда был уверен, что ты придешь на помощь старому другу. - Он крепко пожал ему руку и добавил: - Может быть, и я когда-нибудь смогу быть тебе полезным... До завтра! - До завтра, дорогой, - попрощался Гога. Он правильно оценил словесный понос Хитрована: никогда бы он не дождался от него такой любезности, если бы не грозящая его брату опасность. Однако, он что-то говорил про сюрприз Леши-Шкафа... Гога задумался: после той злополучной сходки ему совсем не хотелось встречаться с Лешей до того, как буря пройдет. Надо сказать, что его ребята сработали четко: никаких следов не оставили на месте гибели братьев, ни один свидетель ничего не видел! А у него и Лолиты железное алиби: человек десять могут подтвердить, что они были вместе до середины ночи и никто из них не отлучался. Кстати, Лолита! Гога вздохнул, подумав о ней. Когда-нибудь он все равно доберется до нее! А сейчас неплохо было бы повидаться с ней по делу: ведь она сейчас занимается всеми делами клуба. Гога уверенно набрал ее номер: - Госпожу Лолиту можно услышать? - А вы уже с ней разговариваете! - Было заметно, что Лолита в очень хорошем настроении. И было с чего: ей удалось прояснить ситуацию со звонком брата Рэкса, и там все подтвердилось. Она даже очень мило сама с ним поговорила, и оказалось, что у них могут быть "довольно близкие совместные интересы по бизнесу, связанному с заграницей". Ей так понравился этот разговор, что она даже решила пригласить его на юбилей клуба. Как же она была удивлена, когда узнала, что тот уже имеет билеты и много слышал об этом клубе. Это несколько обескуражило Лолиту: до этого разговора она была уверена, что знает всех, кто придет к ней в гости. Выходит, кто-то из тех, кто получил билеты, покупал их для него, а это значит, что он не из мелких людей - раз, и действительно увлекается рукопашными боями - два. Второе, что подняло ей настроение, было то, что им с Лешей-Шкафом удалось тайно перевезти их подопечного на свою квартиру. Никита, которому было поручено продолжать охрану якобы отдыхающего Рэкса, доложил, что пищу, которую принесли в номер, он проверил на одной из кошек, снующих по коридорам, и минут через десять кошка буквально взбесилась: то ходила шатаясь, то падала на спину и сучила лапами. Что с ней будет дальше, было неизвестно. Но главное, что Никите удалось, вычислить человека, который что-то подсыпал в пищу: это был повар, который сразу же, как только поднос с едой понесли в номер, сказался больным и даже вызвал "скорую помощь". Через пару часов по клубу пустили слух, что кто-то из гостей отравился и очень плохо себя чувствует.
в начало наверх
Лолита завела такой порядок: любой странный безадресный звонок сразу докладывался ей лично. Так было и в этот раз: позвонила жена повара якобы по его просьбе и сказала, что ему было сделано промывание и сейчас он уже вернулся домой. Чувствует себя не очень и, возможно, проваляется дня три-четыре. А потом она вдруг спросила, не пострадал ли еще кто-нибудь? На что шеф-повар, с которым она разговаривала, с грустью сказал, что и кто-то из гостей получил расстройство желудка. НЕ РОЙ ДРУГОМУ ЯМУ Лолита довольно улыбнулась: план сработал на все сто процентов, и противник, кто бы он ни был, уверен, что сумел вывести из строя главного претендента на победу. Именно в этот момент и раздался звонок Гоги, которого она сразу узнала. Интересно, что понадобилось этому слюнявому грузину? Ей очень хотелось послать его куда подальше, но она пересилила себя, помня, что этот тип хоть чем-то оказался полезен ее Лешеньке. Однако Лолита сделала вид, что абсолютно не узнала его, прекрасно сознавая, что это ударит по его кавказскому самолюбию. - Лолиточка? - радостно воскликнул Гога. - Быть тебе богатой - не узнал! - Простите, но... - услышал он недоуменный голос девушки. - Не узнала? - Гога, действительно, огорчился. - Это Гога с тобой говорит, девочка, Гога! - И тебе быть богатым, Гога, совсем не узнала: ты уже почти совсем от акцента избавился. - Она с трудом сдерживала себя, чтобы не рассмеяться. - А Лешеньки нет, делами занимается где-то. - Может быть, даже и лучше! - бросил тот. - У меня есть небольшой разговорчик в той области, которой руководишь ты, моя девочка! Несмотря на то, что ее покоробило выражение "моя девочка", она пропустила его мимо ушей, выхватив главное: он хочет разговора о завтрашнем юбилее клуба. Лолита была уверена и в этом, и в том, что, скорее всего, это както связано с Рэксом, но ей не хотелось выказывать свою заинтересованность, и она сказала безразлично: - Вообще-то я сейчас сильно занята подготовкой. Может быть, завтра, а еще лучше послезавтра. - Она была уверена, что Гога настоит на немедленной встрече, и оказалась права. - Мне бы не хотелось ломать твои планы, - девочка, но вопрос довольно серьезный и как раз касается завтрашнего юбилея. Может быть, прямо сейчас встретимся? - Хорошо, - после недолгого раздумья сказала Лолита. - Подъезжай ко мне в клуб. - Я мигом! - не скрывая радости, воскликнул Гога, и в трубке раздались короткие гудки. Интересно, что понадобилось Гоге? Долита вышла в приемную и сказала своей подруге-секретарше: - Когда ко мне придет посетитель, постарайся организовать несколько звонков по нашему списку. - Лолита подмигнула. - А что это за фрукт? - Ты его прекрасно знаешь. - Она ухмыльнулась. - Гога! - Гога?! - ее даже передернуло. - Будь спокойна, все будет в самом лучшем виде! Лолита прекрасно помнила случай, о котором узнала не от Маши, а от совершенно постороннего человека. Машка тайком встречалась с одним милым молодым парнем, которого обожала еще со школьной скамьи. Этот шалопай с красивым обаятельным лицом вовсю пользовался своими данными и жил в основном за счет женщин. Этакий альфонс русского разлива. Но с Машкой у него все было по-другому до тех пор, пока его жадность не пересилила все остальные чувства. Однажды в одной шумной компании они оказались вместе с Гогой. И случилось так, что его выбор в этот вечер пал на Машу. Не привыкший ни в чем себе отказывать, он кивнул своим телохранителям, и те подвели к нему Машиного ухажера. Гога прямо спросил: сколько тот хочет денег, чтобы исчезнуть на недельку, оставив Машу в покое? Сначала парень изобразил явное негодование, но, увидев пачку хрустящих купюр, сразу замолчал, а когда к первой пачке добавилась вторая, он согласно кивнул, подхватил деньги и тут же исчез. Маша, не обнаружив своего приятеля, стала его искать, но тут к ней подошел Гога и предложил потанцевать. Когда же она вежливо отказала, то он попросил ее пройти в пустующую комнату, чтобы там кое-что сказать о ее ухажере. Решив, что ему что-то угрожает. Маша метнулась туда, но его там не оказалось. А тут вошел Гога и спокойно объяснил ей, что Валик продал ее на недельку ему, Гоге, за десять тысяч рублей (довольно внушительная сумма по тем временам). В первый момент Маша не поверила, но Гога говорил так убедительно, что у нее исчезли все сомнения. Она неожиданно разрыдалась, и он, чтобы "успокоить" девушку, поднес ей полный стакан "хитрого" шампанского - разбавленного спиртом. Маша залпом выпила эту адскую смесь и... ей вдруг стало весело и "все до фени". Потом еще выпила, еще... Она не помнила, как Гога раздел ее, предварительно разогнав оставшуюся компанию и щедро заплатив хозяину квартиры за причиненные неудобства. Не помнила, как Гога всю ночь "трудился" над ней в поте лица, опробывая все мыслимые и немыслимые способы интима. А потом, случайно наткнувшись на "полароид", сделал несколько снимков... Когда Маша наконец пришла в себя где-то под вечер следующего дня, она долго соображала: где она? зачем она? где Вадик? Почему она голая, а его нет рядом? Голова просто раскалывалась от выпитого накануне, и в этот момент в комнату вошел голый Гога, который держал в руках поднос с коньяком и закуской. Она выбила из его рук поднос и стала звать на помощь своего Вадика, но Гога ей спокойно объяснил, что к чему и что ночью ей было даже очень хорошо, если судить по тому, что она ему говорила. Маша долго отказывалась верить, пока Гога не показал ей фотографии. С ней случилась истерика, и она снова напилась, но на этот раз, все прекрасно соображая, отдавала Гоге только свое тело, лежа под ним совершенно бесчувственной и безразличной, пока он не выгнал ее прочь, плюнув на оплаченную неделю "счастья". Маша возненавидела своего бывшего возлюбленного, а на Гогу затаила злобу. Как ни странно, но со временем эта злоба перешла в нечто иное: ей захотелось, чтобы Гога снова обратил на нее внимание. Она верила, что тут же ему и откажет. Как она ни старалась себя в этом убедить, но нет-пет, да вспоминались ей сцены из той ночи и того вечера, проведенных с Гогой. Этот мужик был в ее вкусе и, когда она встречала кого-то на него похожего, к ее лицу приливала кровь, а сердце начинало бешено колотиться. Сейчас, когда Лолита сказала, что придет Гога, у нее сразу подскочило давление, и она, с трудом сдерживая свои эмоции, дождалась, когда Лолита уйдет к себе в кабинет, и стала быстро приводить себя в порядок. Когда Гога вошел, он даже остановился, пораженный и растерянный. - Вот кого не ожидал здесь увидеть! - выговорил он наконец. - Так ты, значит, с Лолитой трудишься? - Как видишь, - как она ни пыталась, но ей не удалось скрыть свое волнение. - Как все глупо... - усмехнулся Гога, уставившись в коробку шоколадных конфет, которую держал в руках. - Это я прихватил для секретарши Лолиты. - Он вдруг рассмеялся, затем снял с мизинца золотой перстенек с изумрудом. - Это больше подходит такой красавице, как ты. Маша! - Он взял ее за руку, надел перстенек на указательный пальчик, потом нежно прижался к руке. - Ты занята сегодня вечером? - Там видно будет. - Маша явно была довольна неожиданным поворотом. - Иди, тебя ждет Хозяйка, - напомнила она. - Но ты дождись меня! - Гога погрозил ей пальцем. - Раньше Хозяйки я никогда не ухожу. Иди-и... - она игриво подтолкнула Гогу к дверям кабинета. Лолита с трудом сдерживала смех, наблюдая, как ее Машка завладела Гогой. Можно представить, как она его попотрошит! Состроив на лице "рабочее выражение", она отключила монитор видеокамеры и уткнулась в бумаги. В этот момент Гога постучал в дверь. - Войдите! - ответила Лолита. - Лолита, девочка моя! - радостно воскликнул Гога, тщательно прикрыв за собой дверь. - Как же ты прекрасно выглядишь! - Гога, как всегда, в своем репертуаре! - усмехнулась Лолита. - Скажи откровенно, ты пропустил хотя бы одну юбку? - Если откровенно, то... стараюсь не пропускать! - признался он и тут же громко расхохотался: - Разве можно вас не любить? - Хорошо-хорошо! - замахала она рукой. - Перейдем к делу, а то ты долго не слезешь со своего любимого конька. Ты уж извини: работа!.. Словно в подтверждение раздался телефонный звонок. Лолита недовольно подхватила трубку. - Маша, я же просила меня пока не соединять! - Она намеренно не отключила громкую связь и он, естественно, услышал ответ секретарши: - Я помню, госпожа Лолита, но звонят из приемной заместителя министра печати. Юрий Николаевич хочет поговорить с вами. - Хорошо, соедини, - бросила она недовольно, а в сторону Гогн пожала плечами, как бы извиняясь, что приходится прерываться. В ответ Гога знаками заверил, что может подождать, пусть она спокойно разговаривает. - Госпожа Лолита? - спросил красивый баритон. - Да, Юрий Николаевич, слушаю вас. Чем могу быть полезна? - Во-первых, пусть запоздало, но хочу поздравить вас с днем рождения. Раньше не мог, на Адриатике был... - Ничего страшного, Юрий Николаевич! Спасибо, очень приятно, что вы вспомнили обо мне. - А я вас никогда и не забываю. Во-вторых, у меня есть к вам просьба, я слышал о вашем завтрашнем мероприятии, и мне очень хочется попасть на него. Это возможно? - И чтобы вам, Юрий Николаевич, обратиться на пару дней пораньше! Боюсь, что эту просьбу я не смогу исполнить, - со вздохом сожаления проговорила Лолита, просматривая свои записи. Краем глаза она увидела удивленное лицо Гоги: кому отказывает? Неужели нет возможности оказать любезность такому человеку? - Неужели пары билетов не найдется для меня, а? - Дорогой Юрий Николаевич, это раньше вы имели различные брони, а сейчас их нет, и не потому, что я вас не уважаю, а потому, что мы работаем на коммерческой основе: продаем, пока берут. Хороша бы я была коммерсантша, если бы оставила в заначке такие дорогие билеты! А если бы они так и не ушли? Единственное, что могу вам предложить: приезжайте к началу, но хороших мест не гарантирую. - Что ж, спасибо и на этом: я подумаю. - В его голосе не было обиды: скорее сожаление. - Желаю вам удачи! - Спасибо, Юрий Николаевич, - без особых эмоций отозвалась Лолита и извиняющимся взглядом посмотрела на Гогу, словно говоря: "Как они мне все надоели! И звонят, и звонят..." - Так о чем разговор, Гога? - Послушай, Лолиточка, мне стало известно, что вы обладаете каким-то сюрпризом, не так ли? - осторожно начал Гога, хитро поглядывая на нее. - Не понимаю, о чем разговор? - она сделала удивленные глаза. - Я имею в виду вашего бойца... - Откуда тебе стало известно о нем? - нахмурилась Лолита. - А вы что, и от меня решили сохранить его в тайне? - не отвечая на ее вопрос, спросил Гога и прищурил глаза. - А вот это ты зря... - обиженно сказала Лолита. - О нем мы хотели тебе сказать завтра, перед началом поединков. По-моему, мы никогда не обходили тебя, дорогой Гога! - Верю! - согласно кивнул он. - Но скажи, ты сама-то веришь в него? - Я-то верю, хотя всякое может случиться... Но ты не ответил на мой вопрос, - напомнила она. Он задумался, размышляя, на кого ему рискнуть поставить? Интуиция подсказывала, что нужно пойти за фаворитом Леши-Шкафа, но... Хорошо зная Хитрована, он был уверен, что тот никогда не бросает слов на ветер и что-то предпримет. - Что, Гога, боишься прогадать? - усмехнулась Лолита. - Ты должен понять меня правильно: я не могу дать стопроцентную гарантию, что наш подопечный станет Чемпионом, - вдруг проиграет? Ты же первый станешь предъявлять мне претензии, не так ли? Так что, милый Гога, ты уж сам выбери, что тебе больше по душе, а на мой вопрос можешь не отвечать, если не хочешь, но... Я уверена, что ты пришел не только для того, чтобы рассеять свои сомнения: что-то еще есть, я права? Все-таки, хитрая баба Лолита, с восхищением подумал Гога. Недаром она так ему нравится! Что делать? Конечно, если Хитрован воплотит свои угрозы в жизнь, то можно смело ставить на этого Робота, а если у него сорвется? Его мысли были прерваны звонком. - Госпожа Лолита, это шеф-повар звонит. - Да, слушаю! - Она снова нахмурилась и то ли забыла, что разговор стоит на громкий прием, то ли специально так оставила. - Госпожа Лолита, я все перепробовал, остальные блюда в порядке, не знаю, что и думать. Сначала повар, потом тот, в номере... - Ладно, спасибо, Кеша, все в порядке, работай! - Она положила трубку
в начало наверх
на аппарат. - Что-то случилось? - тут же поинтересовался Гога, чувствуя, что разговор Политы с шеф-поваром служил как бы продолжением его мыслей: кажется, Хитровану что-то удалось; кажется, он не напрасно сюда приехал... - Нет-нет, все нормально: просто двух человек понос пробрал... - Она деланно рассмеялась. - Так я тебя слушаю, Гога. - Собственно говоря, я услышал все, что хотел услышать. - Он попытался улыбнуться, но улыбка была настолько натянутой, что напоминала гримасу. - Смотри, дорогой Гога, тебе виднее. - Она прищурилась. - Но напоследок хочу сказать: не прогадай! Потом не говори, что я тебя не предупреждала! - Лолита подмигнула и встала из-за стола, но в этот момент снова раздался звонок. - Да, Маша, слушаю! - Госпожа Долита, звонят из Москомимущестпа. - Хорошо, соединяй! - Она повернулась к Гоге. - Если торопишься, то извини, что не могу проводить, или подожди минутку. - Лолиточка, здравствуйте, это Горлов. - Да, слушаю вас, Геннадий Константинович. Здравствуйте! - Могу пас порадовать: вашему письму уже дан ход. Думаю, через пару месяцев вы сможете получить свой особнячок. Правда, там много работы предстоит, но... - Я понимаю, Геннадий Константинович. Спасибо вам огромное! Можете быть уверены, что ваш труд будет достойно оценен! - На этот счет у меня нет никаких сомнений. Я был просто рад помочь развитию шоу-бизнеса в нашем городе. - В его тоне сквозило ехидство. - Спасибо за приятное сообщение. Заходите, когда пожелаете! Вам здесь всегда будут рады. - Непременно, Лолиточка! До свидания! - А ты в гору идешь, моя девочка, - с явной завистью произнес Гога. - Стараюсь, Гога, стараюсь. - Лолита вышла из-за стола и проводила его до самых дверей. - До завтра, дорогой Гога! - Она протянула ему руку. - До завтра, девочка, до завтра! - он галантно склонился к руке и нежно прикоснулся к ней губами. - Лолиточка, - неожиданно повторил он ее имя так, как только что слышал по телефону, - у меня есть небольшая просьба. - Слушаю. - Она хитро улыбнулась, догадываясь, о чем он хочет попросить. - Я сегодня так одинок, а ты сейчас так недосягаема, что приходится довольствоваться малым... Ты не отпустишь свою помощницу? - А ты что, знаешь ее или сейчас успел сговориться? - Она укоризненно покачала головой. - Нет-нет, мы очень давно знакомы. А здесь увидеть ее никак не ожидал! - Хорошо, пусть зайдет, мне нужно дать ей задание на завтра, а ты подожди в приемной. Чего не сделаешь для старых друзей! Только смотри, завтра она должна быть в восемь на работе и выглядеть, как огурчик! - Она вновь погрозила пальчиком. - Можешь мне довериться. - Он прижал руку к сердцу. - Спасибо! - Он вышел из кабинета и вскоре вошла Маша. - Вот что, подружка! Я тебя отпускаю, чтобы проверить свою интуицию. - Как? - Конечно, он обалдел от твоего вида, как, кстати, и я. Когда только успела? Но мне кажется, что он надеется с твоей помощью прояснить ситуацию с нашим Рэксом! - И что же мне ему говорить? - Во-первых, скажешь, что только слышала что-то о нем, и то вскользь, во-вторых, что сегодня был какойто ажиотаж с его самочувствием. Ничего конкретного не знаешь, но видела, как я была сильно чем-то расстроена. - Все поняла! Может быть, его нужно убедить в слабости нашего парня? - Нет! - резко сказала Лолита. - Зачем себя подставлять, когда можно сделать проще: заставить его самого себя подставить. Однако ты должна выяснить, ради чего он сюда приходил. Мне почему-то кажется, что он не сказал того, что хотел. Что-то заставило его изменить свои намерения. - Она наморщила лоб и вдруг радостно воскликнула: - Мне кажется, я знаю, что! - Что же? - Звонок шеф-повара! Теперь я уверена, что он приходил сюда с какой-то информацией. Делай что хочешь, хоть всю ночь его трахай, но выведай ее! - И есть за что! - Маша подмигнула, показывая подарок. - Неужели он? - усмехнулась Лолита. - Он так удивился, что готов был раздеться прямо в приемной! - Вот и суй в железо, пока горячо! Кстати, кто звонил? - неожиданно спросила Лолита. - Не узнала? - Маша хохотнула. - Об особняке Никита распинался, а Юрий Николаевич сам и звонил... - Ее смех мгновенно оборвался, когда она перехватила мгновенно посерьезневший взгляд Хозяйки. - Ты что, не могла мне намекнуть? - она разозлилась. - Ох и тупая ты, Машка! - Я думала, ты сразу узнаешь его голос... - Настроение было испорчено на весь вечер, и можно было представить, что ожидает Гогу. - Вот что, звони ему, извинись от меня, скажи, что у меня в кабинете было много желающих получить билеты и потому я так с ним разговаривала. В общем, придумай что-нибудь... Вот, возьми два билета и завези к нему. Это даже хорошо, что и Гога будет с тобой. Главное, чтобы он оказался на работе. - Все сделаю, как надо, спасибо Лолочка. - Машино настроение явно улучшилось. - Все отлично! Вперед, подружка! - Она подмигнула, и направилась к столу. Сама не зная почему, Лолита решила переговорить с теми, кто наблюдал за квартирой пассии Рэкса. С ними она связалась по рации: - Здесь Лолита... - Здравствуйте, Хозяйка! - бодро отозвался руководитель группы, туповатый, но исполнительный парень лет тридцати. - Есть что-нибудь? - Никак нет! Бабка ходила в магазин, ни с кем не общалась. Девчонка пару раз выскакивала по хозделам и тоже ни с кем не общалась. Мне кажется, что она знает о нашем наблюдении: пару раз очень внимательно смотрела в нашу сторону. - Это не столь важно, даже хорошо. Что пацаненок? - Того ни разу не выводили: дома сидит. - Смотри: головой за него отвечаешь! Он не должен исчезнуть из твоего зрения. И девчонка тоже! - В ее голосе была неприкрытая угроза. - Можете быть спокойны: наши ребята тенью ходят за ней. - Если что, сразу сообщить мне или Леше-Шкафу. - Понял! - Все! - она отключила связь. Что-то ее беспокоило, но Лолита и сама не могла понять что. Она позвонила домой и сразу услышала голос телохранителя. - Все нормально. Хозяйка! Пообедал, отдохнул, видик посмотрел и сейчас посапывает на диване. - Больше никуда не звонил? - Никуда. Может быть, я вмешиваюсь не в свои дела, но... - Говори! - После разговора с братом он стал каким-то другим. - Не поняла. - Радостно-возбужденный, что ли... - Разве это плохо? - Как сказать... Во всяком случае я все время жду от него какого-то сюрприза. - Да ты, вижу, психолог! - усмехнулась с некоторым облегчением Лолита, ожидавшая чего-нибудь плохого. - Но ты абсолютно прав: осторожность никогда не помешает! Ладно, пока. Мы с Лешей будем часов в одиннадцать-двенадцать. - Лолита положила трубку и удивленно подумала, что ее предчувствия странным образом совпадают с предчувствиями этого парня. Ладно, чему быть, того не миновать! Скоро ожидания закончатся: меньше суток осталось... Она хотела встать и отправиться к Леше, но тут вспомнила, что должна дождаться звонка от Маши. А это очень важный звонок... Лолита набрала номер Лешиного радиотелефона. - Вас слушают! - отозвался голос его помощника. - Где твой шеф, Славик? - Я в приемной одной фирмы, а Хозяин у президента. Что-нибудь хотите передать, госпожа Лолита? - Передай, чтобы позвонил мне из машины, когда закончит свои переговоры. - То, что Слава не назвал фирму, говорило о том, что сделка нелегальная. - В ваш офис или домой? - В офис, Славик, в офис. Пока! Не успела Лолита отключить связь, как зазвонил телефон. - Госпожа Лолита, еще раз приветствую вас! - услышала она голос Юрия Николаевича. - Сейчас вы можете говорить? - Да, Юрий Николаевич, я одна в кабинете и прошу извинить меня за то, как я разговаривала с вами... - Не берите в голову, мне ваша помощница все рассказала. Хочу поблагодарить вас за билеты и скажите своей помощнице... кажется. Маша? - Да, Маша. Что я должна ей сказать? - Чтобы она взяла с меня за билеты, я просто настаиваю на этом! - Но... - Никаких "но", - мягко возразил он. - Я же буду играть и, возможно, выиграю, не так ли? - Я хотела сказать, что эти билеты мне хотелось вам подарить как компенсацию за тот разговор! - Вы компенсировали его уже тем, что дали соответствующие объяснения и доставили билеты прямо ко мне. Так что, не будем спорить, хорошо? - Хорошо. Передайте трубку Маше. - Она вас слышит, госпожа Лолита. - Маша, я жду твоего звонка! - Поняла, госпожа Лолита! Думаю, что отзвоню даже раньше, чем мы предполагали. - Что ж, до свидания, Юрий Николаевич, до завтра. - До завтра, госпожа Лолита. Кажется, Машка уже что-то знает, во всяком случае, что-то прощупала. Это радует. Ей бы не очень хотелось сидеть в офисе до тех пор, пока та не затрахает бедного Гогу. В этот момент ожил радиотелефон: значит, Леша уже в машине. - Да, Лолочка, слушаю тебя! - Было заметно, что у него отличное настроение. - Судя по твоему тону, разговоры с возможным клиентом принесли хорошие результаты! - Ты, как всегда, права, милочка! Что у тебя? - Во-первых, звонил Юрий Николаевич и пришлось отдать ему последние билеты... - Это ничего, он нужный человек, - вставил ЛешаШкаф. - Именно поэтому он их и получил. Во-вторых, к счастью, подтвердилось, что наш парень звонил своему брату, более того, у меня есть предчувствие, что этот брат нам пригодится. - В каком смысле? - Во всех! У него отличный выход на зарубежные фирмы. - Ты билет ему дала? - Предлагала, но он вежливо отказался. - Жаль. - Почему жаль? Он завтра будет на нашем Юбилее! Кто-то из его друзей позаботился о билетах. - Вот как? Это меняет дело. Можно вычислить, кто ему вручил билеты? - Вряд ли, - вздохнула Лолита. - Сначала я вела учет рядов и мест, но потом так все быстро пошло-поехало... - Будем надеяться, что именно его билеты попали в твоей список. Что еще? - Наши опасения по поводу Рэкса были не напрасными! - Кто? - Повар! Что-то подмешал ему и тут же сказался больным. - Удалось сохранить в тайне, что в номере его нет? - Пока удалось. - Ты у меня все-таки умница, милая! - А ты сомневался? - игриво спросила Лолита. - Никогда! - Ты знаешь, кто только что побывал у меня? Никогда не догадаешься. - Налоговая инспекция? - Леша-Шкаф усмехнулся. - С ума сошел, что ли? Нет, все гораздо проще, хотя и неожиданно, особенно для тебя... - Она сделала паузу. - Меня навестил Гога! - Что? Гога? - Его действительно удивила эта новость. - Что ему было нужно? Снова к тебе приставал? - Успокойся, милый, мне никто, кроме тебя, не нужен. Здесь скорее, меркантильный интерес. Ему очень хотелось вызнать что-нибудь про нашего Рэксика. - Но откуда ему про него известно? - Разве ты ему ничего не говорил? - Лолита стала серьезной. - Значит, он, действительно, что-то знает от кого-то... - Что ты ему сказала? - Ничего, что могло дать ему какую-то информацию. А тут еще звонок был от шеф-повара, и телефон стоял на громкую связь... - И, конечно, как всегда, случайно. - Леша усмехнулся. - Естественно. - Она засмеялась. - После этого Гога ничего не стал говорить, а мы с тобой, кажется, скоро будем знать, что он хотел нам сказать... Я подставила ему Машку. - Бедный Йорик! - снова усмехнулся Леша-Шкаф. - Ты когда дома будешь? - В принципе... - Леша-Шкаф задумался. - Заеду еще по одному делу и свободен, а что? - Ты позвони, если там не очень долго будешь, то, может быть, вместе и отправимся. - А я думал, ты уже домой навострилась. Дела еще есть? - Собственно, никаких, только звонка от Машки хочу дождаться. - Да, это, действительно, важно! Если что срочное, сразу звони! Хорошо? - Как скажешь, милый. Целую! - Она задумчиво уставилась на трубку
в начало наверх
радиотелефона. Да, Лешенька с трудом сдержался и теперь, наверняка, затаил злобу на Гогу. Как бы во что не вляпался, это тебе, Лешенька, не братья-олухи... Нужно будет успокоить милого, а то мужики в таких вопросах до того нетерпимые, просто жуть! Интересно все-таки правильно ли я угадала о тебе, Гогочка? Словно отвечая на ее вопрос, тут же прозвенел телефон. - Слушаю, - быстро подхватив трубку, бросила Лолита. - Это я, подружка, - услышала она тихий голос Маши. - Слушай, у меня буквально несколько минут, я послала его в ванную... Какой-то Хитрован хотел или хочет подстроить нашему бойцу подлянку, и, как он думает, это удалось. Потому Гога и хочет поставить на какогото монстра из-за границы, которого и привез этот Хитрован. Кто он, выяснить не удалось. - Отлично, Машка! - воскликнула Лолита. - Ты просто умница, с меня причитается! Все остальное - моя забота. Теперь поработай с этим мешком на себя! - Я его заставлю поставить на... Вспомнила: Робот!.. Ой!.. - В трубке раздались короткие гудки. - Ай да Машка! - воскликнула Лолита. Хоть она и была уверена, что ее подруга и помощница справится с Гогой, но столько узнать... Значит, Хитрован решился на такие игры! Очень интересно! Он же прекрасно знает о том, что ждет его, если об этом узнают нужные и уважаемые люди... Неужели этот Робот так силен, что Хитрован пошел на такой риск? Но откуда ему стало известно о Рэксе? Неужели кто-то "стучит"? А может быть, это так, на всякий случай? Может быть, этот повар и "стукнул", что у фирмы "Виктория" появился странный гость, которому готовится высококалорийная пища чуть ли не по спецзаказу? А сделать вывод в преддверии боев не так уж сложно... Конечно, они допустили огромную ошибку, оставив его жить в клубе! Было бы лучше вообще не светить его... Ладно, что сделано, то сделано! Небольшой ажиотаж тоже на пользу. Сам того не зная, Хитрован сослужил им огромную пользу с этим поваром. Скорее всего, Гога не стерпит и тоже трепнет тому-другому... Дело осталось за одним: Рэкс должен стать победителем! И тогда все их усилия не будут напрасными! Теперь нужно отзвонить милому... Лолита улыбнулась: как ни странно, но она все больше привязывалась к этому Леше-шкафу и попросту начинала "балдеть" от его сильных и нежных объятий. - Лешенька, все наши предположения сбылись. - Быстро же Машка его окрутила! - За что и держу! - похвасталась Лолита. - Всю воду мутит Хитрован. Как ты и предполагал, он и перекупил повара, чтобы Рэкс себя "плохо почувствовал". - Непонятно. Ему-то какой резон? - Очень даже простой: он выписал из-за границы какого-то мастодонта... Помнишь, как он неожиданно внес изменения в список бойцов? - Ну? - Вот он и хочет сотворить то, что задумали мы: своего затемнить, а стрелки перевести на нас. - Но откуда он мог узнать о нашем Рэксе? - А он ничего и не знал о нашем Рэксе! - Она усмехнулась. - Не понял. - Все очень просто: нормальный бросок на всякий случай! Никто же из них ни разу не упомянул имени Рэкса. Ни Гога, ни Хитрован. - Теперь мне все понятно! Ты, действительно, умница, шлая моя Лолиточка! Значит, мы поступили очень разумно, поселив нашего Рэксика у нас дома. И очень нужно поддержать его "недомогание". - За это можешь не волноваться: - все идет как надо. Ты когда дома будешь? - А что, есть какие-то предложения? - Никаких, хочу нормально отдохнуть перед завтрашним днем. - Милая, я сейчас переговорю с одними ребятами и домой! "РЭКС МНЕ НУЖЕН ЖИВЫМ!" - Разрешите, шеф? - спросил Красавчик-Стив, заглядывая к Рассказову в кабинет. - Входи, дорогой, входи! - Аркадий Сергеевич находился в самом хорошем расположении духа. На днях ему сообщили информацию, которая заставила его поразмышлять несколько часов. Здесь необходимо заметить, что эти размышления, часто прерывались им самим: он вдруг резко вскакивал, хватался за трубку, поручал своим помощникам что-то выяснить, что-то разыскать и с нетерпением дожидался ответных звонков. Аркадий Сергеевич был страстным "любителем" боевых искусств и ради своего увлечения был готов сорваться куда угодно. Не так давно он высмотрел на одних состязаниях прекрасного бойца и стал им серьезно интересоваться. Это был прекрасный экземпляр для рукопашных схваток: сильные ноги, узкий таз, мощный торс с быстрыми руками и моментальная реакция. Он поистине оправдывал свое прозвище - Робот Смерти. Все поединки он проводил очень жестоко и никого не щадил. Сам он совершенно не чувствовал боли, а может быть, это только казалось и он просто умел переносить ее. Он обладал железными кулаками, и коронным его ударом был удар в голову, который никто не мог вынести. Несколько раз этот удар отправлял противников на тот свет. С первой же встречи он произвел на Рассказова очень сильное впечатление. Он не пропускал почти ни одного состязания, где участвовал Робот Смерти, и чем больше наблюдал за его поединками, тем сильнее хотел заполучить его к себе. Пару раз он подсылал к его менеджеру Красавчика-Стива, чтобы тот прощупал почву, но всякий раз менеджер уходил от конкретного ответа. Текущие дела немного выбили Рассказова из привычного ритма, и он выпустил Робота Смерти из виду. На днях ему захотелось пощекотать себе нервы, и он попросил Красавчика-Стива разузнать, где сейчас выступает Робот Смерти. Вскоре Красавчик-Стив сообщил, что один русский "фирмач" сумел-таки заключить с менеджером Робота Смерти контракт на бои в Москве. Судя по всему, сумма контракта была внушительной. Первым, скорее импульсивным, желанием Рассказова было лететь на родину и посетить бои. Он даже заказал билеты себе и Красавчику-Стиву, но после долгих часов раздумий заколебался. Тут и постучался в его кабинет Красавчик-Стив. - Входи, дорогой, входи! - радушно проговорил Рассказов. - Чем порадуешь? - Вот, шеф! - Красавчик-Стив положил перед ним билеты и паспорта. - Удалось провернуть в момент, правда, с вашей визой в российском консульстве сначала были затруднения... - Какие? - нахмурился Аркадий Сергеевич. - Сотрудника консульства очень интересовало ваше прошлое. Откуда вы? Когда были в России в последний раз? Есть ли у вас там родственники? - И что? - Как мы и договорились: никогда там не был, родственников нет, прапрадед был выходец из России, но вы его совершенно не помните. - Так в чем же заключались затруднения? - Понимаете, шеф, это чисто мои наблюдения... - он хитро улыбнулся. - Дело в том, что мой паспорт с визой вернули буквально через час, а ваш продержали более четырех часов. Рассказов сразу понял, что его фамилия запрашивалась через Москву. Все-таки здорово, что все данные о нем и его семье были уничтожены и практически Органам не за что уцепиться, чтобы потянуть клубок. Единственным слабым звеном была его внешность: стоило случайно столкнуться с каким-либо знакомым, и его в миг бы расшифровали. Зря он в свое время не согласился на пластическую операцию. Переменил бы внешность, фамилию, и ни одна собака в мире не опознала бы его. Конечно, врача и ассистента пришлось бы убрать, но... Аркадий Сергеевич взял в руки свой паспорт, полистал его и остановился на российской визе. Сердце странно забилось, и какая-то теплая волна прокатилась по всему телу. Интересное дело, он почти никогда не вспоминал о родине и не испытывал то, что называют ностальгией, но сейчас очень уж внутри заныло: захотелось оказаться в России, побродить по знакомым улицам, услышать со всех сторон русскую речь, даже откровенный мат. Ему вдруг показалось, что и запах родины совсем другой, не такой, как здесь... Ну вот, разнюнился. Хватит сопли пускать! Словно он не знает, чем все это может кончиться. Не время еще. Не время! Рановато раскрывать себя! - Вот что, дорогой мой Красавчик-Стив, - ласково произнес Рассказов. - Я лишний раз убеждаюсь в твоей расторопности и очень доволен твоей работой, но... - Он нахмурился. Неожиданно ему в голову пришла странная мысль: а что если на этом состязании окажется и Савелий Говорков? Он и сам не знал, откуда возникла эта мысль. Это было похоже на озарение, подсказку Всевышнего, что ли... - Вот что, дорогой Стив, - продолжил Рассказов. - Ты возьмешь с собой самого надежного человека и сегодня же полетишь в Москву. Без меня! - резко добавил он, заметив, что Стив удивленно посмотрел на пего. - Но, шеф, я не смогу за столь короткий срок когонибудь оформить в Москву... - Стив явно растерялся, но тут же просиял. - Есть! - выкрикнул он обрадованно. - Там уже есть мой человек, я ему верю как самому себе! - Кто это? - Вы должны его помнить: я как-то говорил о нем. Это - Ронни! - Да, помню, ты очень его расхваливал, - кивнул Рассказов. - И уверяю вас, есть за что! - Хорошо, считай, что уговорил. - Аркадий Сергеевич задумался. - Прямо сейчас дай знать своему Ронни, чтобы он во что бы то ни стало приобрел билеты на юбилей спортивно-коммерческого клуба "Виктория". Денег пусть не жалеет. Обязательно поучаствуйте в ставках... - Он задумался, пытаясь сообразить, на кого бы он сам поставил: на своего протеже, Робота Смерти, или на своего главного врага, Савелия Говоркова, как бишь там его - Рэкс, Бешеный, Тридцатый... но так и не смог окончательно решить. - Короче, я уверен, что именно там вы увидите Рэкса. - Откуда такая уверенность, шеф? - КрасавчикСтив был несказанно удивлен. - Откуда-откуда... от верблюда! - сердито бросил Рассказов по-русски. - Что вы сказали, шеф? - Я сказал, что и сам не знаю откуда... И там будет Робот Смерти, как ты мне доложил, и если не будет Рэкса, то смело ставьте все свои монеты на Робота, а если будет Рэкс... - Рассказов неопределенно пожал плечами. - Да кто такой этот Рэкс? - усмехнулся КрасавчикСтив. - Рэкс?.. Рэкс - это... - Аркадий Сергеевич попытался найти подходящее определение, но не смог и закончнл свою фразу довольно просто. - Рэкс - это Рэкс!.. - Да его РОБОТ Смерти пополам сломает! - Я бы не был столь категоричен... - задумчиво проговорил Рассказов, со вздохом покачивая головой. - Хорошо, приехали, поставили на того или другого, посмотрели, выиграли или проиграли, а что дальше? - А ты так и не понял? - Рассказов неожиданно обозлился. - Ты так и не понял, для чего я посылал Жоржа, который там отдал Богу душу, и, я уверен, не без участия этого проклятого Рэкса? Ты не понял, почему туда же были отправлены Роняй с Джоном, так, что ли? - Нет, что вы, шеф! - Стив вскочил со стула. - Я просто подумал, что вы хотите изменить вводную... - Ты прав. Извини, дорогой Стив, меня совсем вывел из себя этот проклятый ублюдок! Да, я решил чуть изменить вводную: мне эта тварь нужна живой, понимаешь ты, живой! Я добьюсь, что он будет работать на меня! Добьюсь! - А если не удастся взять его живым и переслать по нашему азиатскому каналу, тогда что? Прикончить? - Я же сказал: он мне нужен живым!. С его головы не должен упасть и волосок! Ясно? - Ясно! - Если не удастся, то... - Аркадий Сергеевич неожиданно схватил телефонную трубку и быстро набрал номер. - Как же я сразу не подумал об этом... - прошептал он. - Вас слушают... - проговорил металлическо-электронный голос. - Здесь находится друг, который ищет поддержки... - внятно проговорил Рассказов и тут же положил трубку. - Отличная штука, между прочим: мой голос попадает в компьютер, тот сверяется со своей памятью, определяет, что на этот голос нужно срочно отвечать Хозяину, сообщает об этом по коду в банк данных, а тот сообщает непосредственно Хозяину, который уже и принимает решение: звонить мне или нет. - Думаете, позвонит? - неуверенно поморщился Стив. - Нисколько не сомневаюсь! - усмехнулся Рассказов. Не успел он договорить, как, действительно, раздался звонок, и Аркадий Сергеевич посмотрел на КрасавчикаСтива с видом победителя: - Да, я у телефона! - сказал он, едва подняв трубку. - Есть предложение? - спросил мужской голос. - Есть и очень серьезное. Жду вас у себя. - Хорошо, сейчас буду. Рассказов положил тоубку и взглянул на КрасавчикаСтива. - Ты сможешь прямо сейчас сделать паспорт? Помнится, ты говорил, что у тебя есть неплохой контакт... - Легальный или как? - Лучше легальный. Вот фотография. - Рассказов вытащил из сейфа фото Франка. - Фамилия, данные? - Любые и попроще. Допустим, Франк, бизнесмен. - Насколько я понял,
в начало наверх
этот человек должен полететь со мной? - Ты умненький мальчик... - загадочно улыбнулся он. - А он знает, что он уже сегодня полетит в Россию? - Пока нет, но вскоре узнает... Все, иди, оформляй паспорт, но сначала позвони Ронни: пусть достанет три билета. - А этот человек... - замялся Красавчик-Стив. - Надежный или нет? - хмыкнул Рассказов. - Вот там и проверишь! Однако с ним нужно быть весьма осторожным: если он захочет работать против нас, то его нужно ликвидировать как можно быстрее, пока он не обратил тебя в свое орудие. - Голос Рассказова был очень серьезным, и потому Красавчику-Стиву стало как-то не по себе. - А стоит ли в таком случае рисковать? - Кто не рискует, тот не пьет шампанского - благодушно рассмеялся шеф. - Тем более, я постараюсь свести к минимуму этот риск, - уверенно добавил он. - Вам виднее, Хозяин - кивнул Красавчик-Стив и тут же скрылся за дверью. Если бы он мог знать, какую силу таит в себе этот Франк, то даже его нервы вряд ли смогли бы выдержать такое напряжение. И хорошо, что это ему известно. Интересно, думал Рассказов, сразу ли согласится Франк с его проектом? Конечно, он был уверен, что рано или поздно тот примет его условия: это будет зависеть только от суммы гонорара, и здесь не нужно экономить, чтобы у него не возникла мысль продаться еще кому-нибудь... - Можно? - постучавшись, приоткрыл дверь Франк. - Вам, дорогой Франк, всегда можно! - радушно воскликнул Рассказов, вставая из-за стола к нему навстречу. Они крепко пожали друг другу руки, и Аркадий Сергеевич предложил ему сесть напротив. - Выпить, попить или сигару? - спросил он гостя. - Если побалагурить, то и то, и другое, и третье. Если серьезный разговор, то только сигару: они у вас просто отличные! - Прошу. - Рассказов открыл коробку гаванских сигар и специальную коробочку со щепками из бука для поджигания сигары. - Я так и подумал, что для разговора, - согласно кивнул тот, не торопясь обрезал кончик сигары, поджег длинную щепку от спички и только потом поднес огонь к сигаре и с удовольствием затянулся. - Отлично! Слушаю вас. - Вы мне как-то говорили, что с огромным удовольствием потягались бы с сильной личностью... - Рассказов замолчал и уставился на собеседника. Тот молча кивнул, и в его глазах проявился явный интерес. Он снова сделал глубокую затяжку и прикрыл глаза от удовольствия. Рассказов не торопился продолжать, понимая, что нельзя прерывать удовольствие от смакования отличного табака. - Да, слушаю вас, дорогой, - наконец проговорил Франк, выпуская дым и открывая глаза. - Вы, действительно, сумели заинтриговать меня. Этот объект далеко? - Четыре часа лету... - Лету? - Франк задумался, потом спросил: - А его нельзя доставить сюда? - И тут же спохватился: - Хотя, о чем я спрашиваю? Если б было можно, то он уже был бы здесь, не так ли? - Вы правы, как всегда. - И что я должен с ним сделать? - Закодировать на подчинение. - Кому: мне или вам? - Сначала - вам, потом - мне... - Рассказов хитро прищурился. - Можно надеяться, что он не является заметной фигурой, например, в политике? - На все сто! - тут же воскликнул Рассказов. - Это хорошо... Где находится объект? - В Москве. - Та-а-ак... - протянул Франк. - Час от часу не легче! - Он снова задумался, потом спросил: - Когда лететь? - Сегодня. - По легенде? - Подойдет любая. - О документах не спрашиваю: уверен, они будут готовы к отлету, но этот объект... он останется там или должен прилететь вместе со мной? - Это было бы прекрасно! - воскликнул Рассказов. - Все удовольствие обойдется вам в двести тысяч долларов, если я его закодирую, но не смогу сюда привезти, и в пятьсот тысяч, если он окажется здесь. Расходы по его доставке не входят в эту сумму. - Все это он изложил спокойно, будучи уверенным, что ему не откажут. Рассказов, конечно же, понял, что эти цифры завышены едва ли не вдвое, но понимал, что сейчас лучше не торговаться, и потому полез в стол, вытащил пятьдесят тысяч долларов и протянул Франку. - Я согласен. Это вам аванс на расходы для организации встречи с объектом. Могу вам сказать, что эта сумма может существенно увеличиться, если вы сделаете верные ставки. - Тотализатор? - оживился Франк. - Это же просто отлично! Надо было бы с этого начинать, и вполне возможно, что мои запросы были бы несколько скромнее. - Он хитро усмехнулся. - Ничего, мой бюджет выдержит ваше пожелание, - в тон ему ответил Аркадий Сергеевич. - Вот почему мне нравится с вами работать, дорогой мой: не люблю жадных людей. Кстати, кто летит со мной? - Вы его знаете - Красавчик-Стив! - Очень толковый молодой человек, - кивнул тот. - Вероятно, он и проинструктирует меня? - Разумеется... Положитесь во всем на него, и он вас не подведет! - Надеюсь... Сколько мы там пробудем? - Эти состязания состоятся через день, а сколько у вас уйдет на выполнение задания... - Рассказов пожал плечами. - Короче говоря, я буду в далекой России не более трех-пяти дней, - задумчиво проговорил Франк, потом спросил. - Вы позволите мне позвонить? - Прошу, дорогой Франк, сколько угодно. Франк быстро набрал номер, потом приложил к трубке пейджер, выслушал запись автоответчика, нажал на кнопку и сказал: - Меня не будет пять дней, буду в лаборатории, не тревожить. Все! - Неужели эта система действует и никто не ослушается? - засомневался Рассказов. - Никто! - решительно произнес Франк, затем зловеще прищурил глаза и добавил: - Потому что это опасно для здоровья. В его голосе было что-то такое, от чего Аркадия Сергеевича немного передернуло. Словно заметив это. Франк вдруг дружелюбно улыбнулся и похлопал его по плечу: - Но это касается только врагов, а мы с вами друзья, не так ли? - О чем вы говорите, дорогой Франк? Конечно, друзья? - искренним тоном произнес Рассказов, а про себя подумал: "Когда в друзьях-приятелях имеешь смертоносную змею, всегда необходимо быть начеку! Не зря ли я обратился за помощью по такому деликатному вопросу к Франку?" И он решил, что нужно будет обязательно дать дополнительные указания на этот счет Красавчику-Стиву. Береженого и Бог бережет... - Нельзя ли обратиться к вам, мой дорогой Франк, с одной просьбой, - вкрадчиво добавил Рассказов. - Просто у меня есть один пунктик... - Он выразительно покрутил пальцем у виска. - Сделать кодовым словом на подчинение - Маврик! - Маврик? - удивленно воскликнул тот. - Что за странная идея? - Во-первых, это слово малоупотребляемое, значит, меньше вероятность какой-нибудь случайности, а во-вторых, оно наводит меня на детские воспоминания... - Маврик, так Маврик... - пробормотал тот, но вдруг подозрительно взглянул на Рассказова. - Учтите, дорогой, никто, кроме вас, не должен бросать ему это слово. Никто! - Почему? - удивился тот. - Вы же сами говорили, что у этого парня твердый характер и сильная психика, а это значит, что вмешательство лишнего голоса может привести к самым неожиданным последствиям. Так что лучше не рисковать. - Понял. ОШИБКА РАССКАЗОВА Когда генерал Богомолов уже собирался домой (а было уже около десяти часов вечера), из спецотдела пришло сообщение, что вчера был сделан запрос о возможности выдачи визы Рассказову Аркадию Сергеевичу. В анкете сказано, что он никогда не бывал в России и родственников там он не имеет. Москву хочет посетить как турист. Сообщение не было послано сразу, потому что молодому офицеру не было известно о том, что Управление генерала Богомолова интересовалось ранее этим человеком. Далее спрашивалось, можно ли выдавать визу этому человеку? Чертыхнувшись про себя, генерал тут же позвонил в спецотдел и хотел сделать внушение офицеру, допустившему такой промах, но потом передумал, решив, что тому и так уже досталось от своего начальства. - Павел Игоревич? Приветствую, дорогой! - дружелюбно проговорил он в трубку. - Здравствуйте, Константин Иванович, - несколько настороженно ответил тот. - Какое решение принято? - Конечно же, положительное. А что? - спросил вдруг Богомолов. - Неужели отказали? - Наоборот, тот офицер, запросив банк данных и не получив отрицательных сведений об этом человеке сам отстучал "добро" на визу. Я и выдал ему по первое число. - Представляю... - усмехнулся Богомолов. - Ладно, хоть угадал этот офицер, но "воспитание" получил заслуженно: впредь будет внимательным и не столь рисковым... - Он замолчал. - Что-нибудь еще, товарищ генерал? - напомнил о себе полковник. - Нет, спасибо. - В мыслях Богомолов был уже далеко от этого полковника: его голова была занята Рассказовым... Неужели он настолько глуп и нагл, что осмелится самолично появиться в Москве? Или настолько уверен в своих старых связях, что спокойно решился на такой безумный шаг? Нет, не может быть! Не настолько он глуп, чтобы пойти на такое... Богомолов нервно постучал пальцами по столу, выбивая ритм "Сказок венского леса", потом набрал номер и сказал: - Извини, полковник, это снова Богомолов. - Слушаю, товарищ генерал! - Свяжись-ка с таможней... нет! - перебил он себя. - Сам поезжай туда и подежурь в аэропорту. Фотографию я тебе подошлю. - Задержать? - Ни в коем случае! - повысил голос генерал, но тут же взял себя в руки. - Установить наблюдение и сообщать о каждом его шаге. - И сколько дежурить? - Два дня, не более... Погоди-ка! - Константин Иванович вдруг подумал, что если интуиция его не подводит, то Рассказов вряд ли появится в Москве один. - Ты можешь проверить, он один получал визу или в группе? - Группы не было, но был еще один человек, а сегодня был запрос еще на одного... - Отлично, я так и думал, - задумчиво прошептал Богомолов. - Не понял, товарищ генерал? - Говорю, что вы должны, сколько бы ни было пассажиров из Сингапура от вчерашнего числа до завтрашнего, установить за ними негласное наблюдение и докладывать лично мне, ясно? - Ясно, товарищ генерал! - И еще, воэможно, к вам подойдет от меня человек и скажет, что он от "КаИ", в этом случае вы должны будете передать руководство ему и подчиняться беспрекословно. - Так точно, товарищ генерал! - Все, желаю удачи! Она нам очень нужна. - Он положил трубку. Мысль о подкреплении пришла ему в последний момент, когда он вспомнил, что завтрашний день, точнее, его вторую половину, он будет занят в клубе "Виктория", а значит, необходимо подключать кого-то из самых толковых ребят. Но очень не хотелось расширять круг посвященных в это дело. И вдруг ему в голову пришла совершенно неожиданная мысль: Воронов! Вот кто ему нужен! Он снова набрал номер и подумал: "Хорошо бы застать его с машиной". В трубке слышались длинные гудки, и это вселяло надежду. - Да, вас слушают! - услышал он знакомый голос. - Капитан, ты машину не отпустил? - не представляясь, спросил Богомолов. - Нет, мы зашли вместе с Порфирием Сергеевичем ко мне "на чаек" побеседовать о том, о сем! - Прекрасно! Дай-ка ему трубку... - Слушаю, Константин Иванович, - тут же взял трубку Говоров. - Что-нибудь случилось? - в голосе его послышалась тревога. - Пока ничего особенного, - хмыкнул генерал. - Не тяни душу-то, Константин Иванович! - взмолился тот. - Дал о себе знать наш старый знакомый. Как говорится, легок на помине. - Майкл звонил? - Наконец-то и вы не угадали! - усмехнулся Богомолов. - На этот раз "сам" дал знать о себе... - Никак визу запрашивал? - Господи, ну как можно с вами работать? - спросил с усмешкой генерал. - Запрашивал... Интересно, чего это он захотел побывать здесь? - И ты думаешь, приедет? - не отвечая на вопрос, спросил Говоров. - Сомневаюсь. - Я тоже. Кто вместе с ним подавал документы? - Пока двое... Черт, мы с вами подумали об одном и том же. - По-другому и быть не должно: школа-то одна, - задумчиво проговорил Говоров. - А ехать он сюда захотел из-за нашего Говоркова. - Да, но... - начал Богомолов, но Говоров перебил его: - Во-первых, вспомните убитого "иностранца"! Извините, Константин Иванович, что перебил вас... - он виновато перешел на "вы". - Ничего-ничего, продолжайте, Порфирий Сергеевич. - Он ведь тоже был с визой из Сингапура! - Точно! И как это я... - генерал вздохнул.
в начало наверх
- Во-вторых, он запрашивает визу перед выступлением Савелия в состязаниях. Нет, я не верю в такие совпадения! И не верю; что он сам решится приехать в Москву! Скорее всего, это был импульсивный шаг, о котором он сейчас очень сожалеет, но что-то отменить уже нет времени. - Что вы имете в виду? - не понял Богомолов. - Юбилей завтра? - Ну? - Чтобы послать кого-то другого или поменять документы тем, кто вместе с ним подавал их в консульство, и снова оформить визу, нужно время, а его у нашего знакомого нет совсем. Так что я уверен, что посланец или посланцы от него будут среди тех, кто подавал документы в тот же день, что и он, или после него. Логично, не так ли? - В этом вас не упрекнешь. Имею в виду, в отсутствии логики. Вот я и решил... - В аэропорт послать Воронова! - закончил за него Говоров. - Больше некого, - словно оправдываясь, буркнул генерал. - И прекрасно, только ему нужны помощники, если их будет не один. - Он фыркнул. - Ну и состроил фразу! - Потому-то я сейчас и звоню: следующий рейс из Сингапура завтра рано утром. - Ничего, успеет выспаться. Сейчас он будет у вас. - Хорошо, жду! До завтра, Порфирий Сергеевич! - Богомолов положил трубку и взглянул на часы: половина одиннадцатого. "Да-а-а..." - мысленно протянул он, хотел что-то добавить, но в этот момент раздался звонок. - Слушаю! - Это Иннокентий, - услышал генерал своего любимца. - Докладывай! - Только что вернулась хозяйка дома, и мне уже сообщили, что и сам хозяин тоже направляется сюда. - Ты хочешь узнать, не можешь ли пойти поспать? - с иронией спросил Богомолов. - Ну что вы, шеф, как такое вам могло прийти в голову? - шутливо ответил тот. - Просто о новостях докладываю! - Я так и понял. - Генерал покачал головой. - Так что, милый, придется тебе в машине подремать и то по одному глазу зараз. - А как же! - обреченно-бодрым голосом отозвался Иннокентий. - Вот-вот, действуй. Но и отдохнуть успей: завтра может быть очень горячий день. Точнее, вечер... - У клуба или внутри? - Внутри? Губы раскатал! - усмехнулся генерал. - Все вы будете в оцеплении, но этого никто не должен заметить. - А как же! - Иннокентий явно оживился. - Оружие? - Обязательно, - серьезно ответил Богомолов. - Понял! - На этот раз в его голосе не было и тени шутки. - Удачи, Кеша! - генерал подмигнул, словно тот мог его увидеть. - Кажется, она нам будет очень нужна. Спасибо, шеф! Генерал положил трубку и несколько минут смотрел на аппарат, с нежностью думая об этом толковом парне, балагуре с виду, но тонко чувствующем, когда можно побалагурить, а когда необходима полная концентрация всего, что ты умеешь, чему тебя учили... "Интересно, как там поживает спецгруппа?" - подумал он, и тут же ожила рация, словно подслушав его мысли. - "КаИ!" "КаИ!.." На связи - "Резерв"! - "КаИ" на связи - отозвался Константин Иванович. - У нас все спокойно. Наши "приятели" нас не покидают. - Хорошо! Если не будет ничего экстренного, жду вашего звонка по телефону зазтра в десять ноль-ноль. - Вас понял, "КаИ". В десять ноль-ноль! - Отбой. - Отбой. Богомолов отключил рацию и снова побарабанил по столу: на душе его почему-то было неспокойно, словно что-то должно случиться непредвиденное. - Константин Иванович, к вам Воронов, - раздался голос помощника в селекторе. Богомолов поморщился - он снова забыл о своем помощнике. - Пусть войдет! Михаил Никифорович, что же вы не сказали, что вы еще здесь? - Ну как же, Константин Иванович, вы же тоже еще здесь. - Я - это я, а вам отдохнуть нужно: завтра будет трудный день. Так что можете ехать домой: возьмите мою машину, а потом пришлите сразу же ко мне. - Спасибо, Константин Иванович, но я же сам на машине, не беспокоитесь за меня: мои сейчас на отдыхе, что мне делать дома одному? Вдруг я вам понадоблюсь? - Ладно, как знаете. В любом случае - спасибо! - Не за что, товарищ генерал, это моя работа... Входите, товарищ Воронов! Богомолов покачал головой: непробиваемый помощник, он очень толковый и пунктуальный, а память - что твой компьютер! - Можно, товарищ генерал? - заглянул в кабинет Воронов. - Входи, капитан, входи! Присаживайся. Уверен, что генерал уже ввел тебя в курс дела. - Так точно, - без всякого энтузиазма отозвался Андрей. - Что такой хмурый-то? - Да так... - Он покраснел. - А-а, - догадливо протянул Богомолов. - Думаешь, не попадешь на юбилей? Воронов опустил голову. - Ошибаечься, дорогой Воронов! - генерал подмигнул ему. - Можешь не огорчаться: я уверен, что твои "подопечные" именно на этот юбилей и летят. - По душу Савелия! - оживленно встрепенулся тот. - Несомненно! - подтвердил Богомолов. - Я думал, что Говоров тебе рассказал о наших выводах. - Думаю, что ему некогда было, а скорее всего, он подумал, что я и сам додумаюсь. - У Воронова явно поднялось настроение. - Вы фото должны мне вручить, - напомнил он. - Не только... - улыбнулся Богомолов, вытаскивая из стола фото Рассказова. - Ты возглавишь эту операцию. Под твоим началом будет полковник Седых, это такой феноменальный мужчина, что ты его издалека узнаешь... - Он даже усмехнулся. - Такой маленький или такой большой? - - Бывший баскетболист сборной России. Подойдешь к нему и скажешь: "Я от "КаИ!", и он вместе со своей группой перейдет под твое подчинение. - Я думаю, это не очень разумно, Константин Иванович. - Воронов смутился. - Почему? - Мне кажется, что он или они обязательно должны будут отправиться в клуб. Если он будет один, то проблем со слежкой у меня не будет, если их будет двое или трое, то они отправятся туда вместе, и тоже не будет проблем, а несколько человек могут все испортить. - Что же, вполне разумно, - согласился Богомолов. - В таком случае, решай сам на месте. Ладно, хватит энтузиазма на сегодня. - Генерал решительно встал. - Пошли, сначала тебя завезу, потом сам домой... - Может быть, наоборот? - смущенно предложил Воронов. - Наоборот можно, но не сейчас: я же на дачу еду, а это по пути к тебе. И вообще, не пора ли прекратить спорить со старшим по званию, а? - на полном серьезе добавил он, и Воронов машинально вытянулся по стойке "смирно", но тут Богомолов усмехнулся и подмигнул ему. - То-то же... Пошли! - Он шутливо подтолкнул его к выходу. - Меня больше всего сейчас интересует наш Савелий: как ему спится перед схватками? - А вот насчет этого, товарищ генерал, можете быть совершенно спокойны: Савелий умеет отключаться перед самыми серьезными испытаниями. Как-то он рассказывал мне про один случай в зоне. - Ну-ну, интересно послушать! - Пришел, Константин Иванович! - кивнул Воронов в сторону бесшумно открывавшегося лифта, и они вошли в него. - Ему стало известно, что из ШИЗО, так называется в зоне штрафной изолятор... - Знаю! - хмыкнул Богомолов. - ...выходит его заклятый враг, который наверняка придет его убивать. - Лифт остановился, и они вышли в вестибюль. Дежурный вытянулся перед генералом и хотел что-то доложить, но тот махнул рукой. - Отставить доклад. Спокойного дежурства тебе, капитан. - Спасибо, товарищ генерал! - с волнением ответил тот и чуть суетливо распахнул перед ними тяжелую дверь. Они вышли и сели в черную "Волгу", на заднее сиденье. - Ну-ну, продолжай, - заинтересованно проговорил Богомолов. - Савелий, конечно же, мог предупредить начальство... - Но он же гордый! - с неприкрытой иронией вставил генерал. - Нет, Константин Иванович, это не гордость, хотя у Савелия ее - хоть отбавляй, просто он привык всегда рассчитывать только на себя, па свои силы и, как ни странно, это помогало ему выживать в совершенно безнадежных ситуациях. - Не обращай внимания, - примирительно сказал Богомолов. - Просто, как только речь заходит о Говоркове, мне кажется, что я сталкиваюсь с каким-то нереальным миром, с фантастикой, мой мозг отказывается верить тому, что видят глаза... Хотя бы тот случай, когда он вырвал сердце у Четвертого... Ужас! - генерал передернул плечами. - Как можно в такое поверить? - Я и сам порой, несмотря на то что знаю его с самого детства, не могу поверить собственным глазам. Как он, например, проведя руками по моим ранам, моментально остановил кровь... Позднее доктор сказал мне, что впервые в его практике человек с таким ранением и потерей крови остался в живых. - Да, уникальный тип твой названый братишка... - задумчиво сказал Богомолов. - Так что же было дальше? - Он высчитал, что раньше, чем через час после отбоя, они вряд ли придут, и лег под одеяло прямо в одежде и сапогах, а чтобы не сморил сон после трудной работы, стал внутренне подготавливать свои мышцы. Когда они тихонько вошли в барак и окружили его кровать, а главный вытащил нож, Савелий неожиданно вскочил и этим настолько поразил их, что те на несколько секунд застыли в изумлении... - А дальше? - Дальше менее интересно, - махнул рукой Воронов. - Дальше, как говорится, дело техники: того, что с ножом, он отправил на долгие месяцы в больницу, других просто вырубил и спокойно лег спать. - Интересно, как он завтра выступит? - задумчиво произнес генерал. - Завтра? Если откровенно, то я не завидую тем, кто попытается встать на его пути, - зло бросил Воронов. - Если бы вы его видели сегодня! Я знаю его глаза: сегодня они были чересчур спокойные, но... - Воронов покачал головой. - Недаром его прозвали Бешеным. Видно, здорово они помотали ему нервы и теперь пусть ждут от него ответа. - Как бы дров сгоряча не наломал - осторожно заметил Богомолов. - Дров? - видно было, что Воронов вот-вот готов взорваться. - Савка никогда не сорвется и не сделает больше, чем готовятся сделать ему! Но если он почувствует, что ему или кому-то из тех, кого он любит, угрожает смертельная опасность, то... - он зло усмехнулся, - тогда я им не завидую! Нечем будет - руками порвет, рук не будет - зубами загрызет, зубы выбьют - одной злостью достанет! - Очень убедительно! - Генерал покачал головой. - Вот и приехали. Спасибо, Константин Иванович и... до завтра? - До завтра, Андрюша, желаю удачи, - с отеческой нежностью произнес Богомолов, крепко пожимая ему руку. НАВЯЗЧИВОЕ ЖЕЛАНИЕ ЛОЛИТЫ Андрей Воронов пошел отсыпаться, а Леша-Шкаф вернулся к своей Лолите, которая с полчаса назад пришла домой. Ей сразу же доложили, что их подопечный давно уже уединился в комнате и просил его не беспокоить. На окнах этой комнаты были железные решетки, и телефон оттуда был убран. Лолита переоделась, приняла душ и попросила приготовить ужин к прикоду своего Лешеньки. После этого подошла к двери комнаты и прислушалась. Оттуда доносилась тихая музыка, и она решительно открыла дверь, стараясь не очень шуметь на случай, если Рэкс уже спит. Лолита специально привела себя в порядок и выглядела очень сексуально. На ней был прозрачный пеньюарчик, едва доходящий до середины бедер. Волосы были небрежно распущены, но красивые локоны по бокам говорили о том, что эта небрежность нарочитая. Перед тем как войти в комнату, Лолита критически осмотрела себя и осталась весьма довольной: выглядела она действительно отлично. Телевизор был включен, шла музыкальная программа. Тихий неназойливый звук приятно волновал девушку. В полумраке комнаты она не сразу нашла Савелия, лежавшего не на кровати, а на огромной тахте. Он крепко спал, раскинув жилистые руки. Одет он был только в спортивные трусы, и, когда глаза Лолиты привыкли к полумраку, она стала с удовольствием рассматривать его красивое тело. Она поморщилась, заметив несколько шрамов, осторожно притронулась к ним, стараясь не разбудить Савелия, и вдруг это прикосновение пронзило ее тело, словно током, но от этого тока не было больно или неприятно, наоборот, ее охватила страсть, неожиданное желание отдаться этому мужчине, и она ничего не могла с собой поделать. Лолита даже наплевала на то, что сейчас может вернуться ее любимый, и это может привести к непоправимым последствиям. Для нее сейчас не существовало ничего вокруг - ни Леши-Шкафа, ни клуба "Виктория", ни юбилея. В ней проснулась самая настоящая самка, которая хотела только одного: отдаться этому странно притягивающему ее мужику. По телу пробежала дрожь, дыхание стало тяжелым, учащенным, между ног у нее мгновенно
в начало наверх
повлажнело, а лицо запылало страстью. Господи! Что же с ней такое творится? Она ничего не понимала. До сих пор ей казалось, что она сама может руководить не только своими чувствами, но и любым мужиком, а сейчас? Даже то, что она потрагивалась к его телу, непонятным образом заставляло ее возбуждаться, казалось, что еще несколько мгновений и она доведет себя до настоящего экстаза. Чуть сдвинув в сторону трусы, она увидела его мужское естество и, не в силах более себя удерживать, опустилась на колени и прижалась к нему губами. Савелий нервно дернулся: ему на миг показалось, что к нему прикасается Наташа. Первым желанием было прижать к себе ее голову, ощутить ее губы, отдаться страсти до конца, но в следующее мгновение его словно током пронзило: каким образом Наташа могла здесь оказаться, кто ее впустил? Все еще во власти охватившего его недоумения, Савелий чуть приоткрыл глаза и взглянул вниз. Даже в полумраке комнаты он понял, что рядом с ним находится не Наташа, а его Хозяйка. - Простите, сударыня, но мне кажется, что вы перепутали комнату... - тихо, но твердо проговорил он. Его голос был настолько холоден, что Лолите показалось, будто ее обдали холодной водой. Но она, все еще не в силах прервать охватившее желание, попыталась продолжить свои ласки. И тогда Савелий спокойно взял ее за волосы, стараясь не быть очень грубым, оторвал от себя, сел в позе Будды и спокойно взглянул ей в глаза. - Ты что же, боишься, Рэксик? - тяжело дыша, спросила Лолита. - Я ничего не боюсь, сударыня, но мне бы не хотелось создавать неприятности вам и ломать свой режим перед схватками. - Обо мне вы можете не беспокоиться, мой дорогой Рэкс: Лешенька мой хоть и ревнив, но не настолько, чтобы не доверять мне. А вот второе, действительно, важно! - Лолита уже пришла в себя и встала на ноги. Это было вовремя, так как в комнату вошел ЛешаШкаф. - Ну, как чувствует себя наш герой? - заботливо проговорил он, странно поглядывая на свою Лолиту. - Наконец-то, Лешенька! - Она подскочила к нему и как ни в чем не бывало чмокнула его в щеку. - Вот, зашла проведать его с тем же вопросом и пригласить поужинать с нами, - быстро добавила она, невинными глазами поглядывая то на Савелия, то на Лешу-Шкафа. - Самочувствие отличное! Жалоб и просьб не имею! Спасибо за приглашение на ужин! - по-солдатски отчеканил Савелий, вытягиваясь перед ними по стойке "смирно". Это было очень забавно и смешно, учитывая, что на нем были одни трусы. - Спасибо "да" или спасибо "нет"? - с трудом сдерживая смех, спросил Леша-Шкаф. - Спасибо, да! Если только дадите время на переодевание. - Точнее сказать, на одевание! - хихикнув, подхватила Лолита. - Мне нравится твое настроение - кивнул ЛешаШкаф. - Ждем тебя в столовой через десять минут, хватит времени? - Вполне! - Ну и отлично, пошли, мамочка. - Леша-Шкаф обнял Лолиту за талию и, подхватив словно пушинку, потащил из комнаты. "Ну и баба!" - подумал Савелий. Он покачал головой, спокойно накидывая на себя спортивный костюм. Какое нужно иметь самообладание, чтобы, чуть не сделав постороннему мужику минет, спокойно встретить своего мужа и уверенно втирать ему мозги? Вот стерва, не хватало еще все испортить перед самым началом... Савелий на миг представил себе картину: Леша-Шкаф заглядывает в комнату пятью минутами раньше... Интересно, что бы в таком случае придумала эта баба? Скорее всего, подставила бы его, Савелия. В этом он нисколько не сомневался. Нужно будет за ужином быть повнимательнее: какую-то странную игру она затеяла. У него никак не укладывалось в голове, что у этой "бабы", как мысленно он ее называл, не было никаких задних мыслей, кроме мыслей обыкновенной самки, желающей заполучить приглянувшегося ей самца. Когда Савелий вышел к ним в столовую, то в некотором изумлении остановился перед обилием наставленных блюд. - Что значит хозяин пришел, - ехидно подметил он. - Можно подумать, что тебя кормили хуже, - самодовольно отозвался Леша-Шкаф. - Гораздо хуже! - на полном серьезе заявил Савелий и тут же рассмеялся. - Слава Богу, а то я уже подумал: не пора ли втык дать нашей домработнице. Присаживайся - кивнул Леша на стул напротив себя. Савелий сел и окинул глазами стол еще раз. - А раков-то и не хватает! - снова съехидничал он. - Вот и не попал! - Леша-Шкаф снова довольно улыбнулся, протянул руку к столику, стоящему за ним, и поднял крышку блюда с отменными раками. - Как? - У меня нет слов... - Савелий развел руками. - Что вам можно пить? - спросила его Лолита. - Бокальчик сухого вина не повредит. - Может, лучше шампанского? - предложил ЛешаШкаф. - Нет, от этих "пузырьков" у меня назавтра башка как не своя. - Хозяин - барин! - согласился Леша-Шкаф и налил Савелию белого вина. - Тебе шампанского, милая? - Нет, Лешенька, надо же кому-нибудь составить гостю компанию. Мне тоже этого вина. - Она хитро посмотрела в сторону Савелия. - Не стоит вам, госпожа Лолита, такие жертвы приносить ради меня. Вы уж лучше со своим супругом делите все радости и горести, а я могу выпить и с Константином, если, конечно, ему это дозволено. - Он нарочито громко говорил, чтобы тот его услышал: так, на всякий случай. - Черт! - в сердцах воскликнул Леша-Шкаф. - А я, грешным делом, совсем забыл о парне. И ты мне не напомнила, - укоризненно бросил он Лолите. Та ничего не ответила и лишь пожала плечами. - Костя! - громко позвал Леша-Шкаф. - Слушаю, шеф! - тут же откликнулся тот, едва не вбегая в комнату. - Успокойся, все в порядке, - подмигнул хозяин стола. - Присаживайся с нами. - Он взял с маленького столика прибор, поставил рядом с Савелием и, не спрашивая Константина, налил ему белого вина. - Я на работе не пью, - угрюмо попытался протестовать тот. - Ты будешь делать все, что я тебе скажу! - со злой улыбкой решительно заявил Леша-Шкаф. - Ладно, шеф, - тут же согласился Костя. - Вот именно! - Себе и Лолите Леша налил шампанского. - Так, у всех налито, и потому прошу выпить за нашу завтрашнюю удачу. - Сегодняшнюю! - поправил Савелий. - Не понял? - нахмурился тот. - Сегодняшнюю, говорю. Взгляни на часы! - усмехнулся Савелий. - Ты, действительно, прав: уже двадцать две минуты первого. За нашу сегодняшнюю удачу! - Леша хотел чокнуться со всеми, но понял, что не дотянется, а вставать не хотелось и он чокнулся только с Лолитой, а другим кивнул и стал медленно пить. Однако Лолиту это не устроило: она встала, обошла вокруг стола и чокнулась с Савелием. - За главного виновника нашей возможной сегодняшней удачи - с пафосом сказала она, уставившись ему прямо в глаза. - Не стоило так беспокоиться: я мог и сам подойти к вам, - нахмурился Савелий, злясь на нее за то, что она все время пытается обострить ситуацию, но, видно, ЛешаШкаф знал ее лучше. - Эх, Рэкс, Рэкс... - с усмешкой заметил он. - Если этой женщине понравился мужик, то он напрасно пытается отбиться от нее: чем больше он отбивается, тем больше ее это заводит. Поцелуйтесь, может, успокоится! - Он громко рассмеялся. - Он дело говорит, Рэксик! - томно прошептала она, наклоняясь к его губам. - Не сомневаюсь, госпожа Лолита, но если честно, то мне очень вредно экспериментировать с нервной системой перед схватками на татами. - Савелий говорил спокойно и внушительно, надеясь, что его тон не заденет самолюбие этой самки и найдет поддержку у Хозяина. - Если так, то... - Лолита томно вздохнула и вдруг громко рассмеялась. - Ну и мужики нынче пошли: чуть что - в кусты! - Точнее будет: на татами, - хмыкнул Леша-Шкаф и добавил: - Нужно заметить, дорогой Рэкс, я очень уважаю профессионалов и их закидоны. Выпьем за профессионалов! - Он снова наполнил фужеры и на этот раз встал, чтобы обойти стол и чокнуться с Рэксом, но тот вдруг попросил: - Разрешите минуточку внимания? - И тоже встал. - Прошу, - удивленно ответил Леша-Шкаф. - Как говорится, небольшое "алаверды"... К тосту хозяина за профессионалов хочу добавить - и за людей слова! - Он уставился на Лешу-Шкафа, явно намекая ему на что-то. - Что же, я с удовольствием поддерживаю это добавление: настоящий мужик и настоящий профессионал всегда человек слова! Как ни странно, но на последних словах Лолита с каким-то недоверием взглянула на своего Лешеньку, словно хотела что-то возразить, но лишь едва заметно пожала плечами. Если бы они были одни с ней, то Савелий смог бы "услышать" ее мысли, но... Просто он отметил для себя эту непопятную реакцию. Когда все выпили, неожиданно для всех подал голос Константин: - Можно, шеф, я скажу? - Валяй, Константин, валяй! - с интересом взглянул на него хозяин стола. - Конечно же, я мало видел по сравнению с сидящими за столом мужчинами, но мне до вас, шеф, пришлось потрудиться у многих... - Он замялся, пытаясь найти слово, чтобы определить людей, на которых он работал, так и не нашел, а потому продолжил без определения: - Но вот уже около года работаю с вами, шеф, и могу сказать, что последний тост, а особенно добавление нашего гостя, - он кивнул в сторону Савелия, - в полной мере относятся к вам, шеф! Не было ни разу, чтобы вы не выполнили вашего обещания или забыли бы что-то... - Наш молчун разговорился! - ехидно бросила Лолита. - Что-то слишком длинно... - добавил ЛешаШкаф. - Ни одна речь про вас не будет длинной, - философски заметил Константин и с пафосом закончил: - Я пью эту чашу за вас, мой шеф! - Он подошел, чокнулся с ним и опрокинул вино в рот Казалось, что он даже не глотал вино, а просто влил его внутрь. - Спасибо, Константин, спасибо! - Леша тоже выпил и тихо добавил. - Преданные люди сейчас - большая редкость! - Какой-то вечер скучный получается, - скривилась Лолита. Она была уже явно в подпитии. - Да и время уже позднее, - заметил Савелий. - Пора и баиньки: завтра предстоит тяжелый день, нужно выспаться. - Тебе виднее, мой друг, - согласно кивнул ЛешаШкаф. - Константин, проводи гостя. - Есть, шеф! - Тот сразу вскочил со стула. Савелий усмехнулся, однако ничего не сказал и молча направился в свою комнату, но в дверях остановился. - Спокойной ночи всем! - Спокойной ночи, приятель - подмигнул ЛешаШкаф, а Долита хитро взглянула на Савелия и сказала: - Я загадала: если вы обернетесь и попрощаетесь, то завтра все будет хорошо. - Именно поэтому я и решил попрощаться, - улыбнулся Савелий. - До завтра, Рэксик. Когда Савелий вышел, Леша-Шкаф ехидно заметил: - Я же говорил, что тебе не удастся завлечь его. - Как сказать... - Она сделала глоток шампанского. - Все могло бы и получиться, если бы ты так рано не вернулся. - Ты хочешь сказать, что еще немного и он бы сдался на милость победителывщы? - недовольно проговорил он. - Во всяком случае, он с большим трудом сдерживал себя, боясь, что ты нас можешь застать... - Ты, конечно же, намекнула ему, что я тебя не ревную? - Естественно, но он очень не хотел каких-либо осложнений между нами. - Вами или нами? - Нами! - Интересный фактик, - задумчиво произнес ЛешаШкаф. - Что-то мне его игры не внушают оптимизма. - Брось, Лешенька: если он принесет нам сегодня хороший куш, то у меня будет время охомутать его. - Вижу, тебе эта затея очень по душе, и не только из спортивного интереса. "Передок" властно зовет, не так ли? - В его голосе она почувствовала ревнивые нотки и решила несколько успокоить Лешу. - Лешенька, милый, неужели ты еще не понял, что мне, кроме тебя, никто больше не нужен? А этот Рэксик... - Она сделала паузу, словно подыскивая правильные слова. - Рэксик... это просто мой каприз, но каприз, который совпадает с нашими делами. - Лолита встала, подошла к Леше-Шкафу сзади и обняла его. - Нет такого супермена, который мог бы тебя заменить, мой милый Лешенька, - прошептала она ему на ухо. - Ну как можно с такой бабой бороться? - тихо проговорил он, затем повернулся к Лолите, подхватил ее за бедра под юбкой, приподнял вверх и поцеловал. - Еще, милый, еще! - томно вскрикнула девушка, обхватывая его голову и прижимая к себе. Леша-Шкаф встал с ней на руках, отнес на диван, затем сдвинул в сторону трусики и стал ласкать языком ее в миг повлажневшие нижние губы. Тихо постанывая, Лолита прижимала все сильнее и сильнее его голову к себе, извиваясь от охватившей ее страсти, бессвязно выкрикивая: - Да-да... Прекрасно... милый... еще-еще! Боже мой! Боже! Мамочка
в начало наверх
родная! Нет, нет!.. А-а-а! - вскричала она, нервно дернулась несколько раз и замерла в сладостном изнеможении. Так они полежали молча несколько минут, потом Лолита тихо сказала: - И после этого ты можешь в чем-то меня подозревать? - Да не подозреваю я тебя, - решительно возразил он. - Просто хочется, чтобы ты всегда принадлежала только мне, хотя и прекрасно понимаю, что такого быть не может потому, что не может быть. - Все-таки вы, мужики, странные: вам можно шастать по бабам, а нам нет? - А мне кажется, что это ты странно рассуждаешь! Все заложено в природе человека. Да-да, не смейся, в природе! Именно она создала нас такими разными: я имею в виду женщину и мужчину. Кстати, не мужского рода "измена", а женского. Мужчина не может не изменять женщине потому, что его сама природа создала так, чтобы он всюду разбрасывал свое семя для продолжения рода человеческого. Именно потому у негой вырабатывается каждый раз около миллиона живчиков, а у женщины, дай Бог, с несколько десятков яйцеклеток за всю жизнь. - Слушай, Лешенька, и откуда ты все это знаешь? - без иронии спросила Лолита. - Читать нужно больше, девочка моя! - игриво воскликнул он, но потом добавил. - Просто однажды наткнулся на одну статью, которую написал какой-то Акопян... - Ничего себе, какой-то! - передразнила Лолита. - Я тоже читала о нем. Но причем здесь то, о чем ты говоришь? Я читала, что он может любую внешность и фигуру женщине сделать... - А я читал, что он любую пипиську может мужику сотворить или даже пол поменять. В той статье и говорилось то, что я тебе пересказал. - Можешь успокоиться, тебе пипиську увеличивать не нужно: и так огромная! - Она хихикнула. - В первый раз думала, что ты насквозь меня прошил! Буровик! - Если тебя устраивает моя пиписька, то зачем ты пялишься на нашего Рэксика? - усмехнулся ЛешаШкаф. - По всей вероятности, я имею мужское начало или в свое первое рождение была мужчиной... Ты же сам говорил, что мужчина разбрасывает свое семя направо и налево. - Ну и хитрая ты баба, как я погляжу! - Какая есть, милый. Что, не нравлюсь? - тихим томным голосом произнесла Лолита, опускаясь на колени и расстегивая у него брюки. - Где же ты, мой милый мальчик? Где? - шептали ее губы, а пальчики нащупали, наконец, его набухающую сабельку, вытащили наружу. Леша-Шкаф вздрогнул, чуть замер в ожидании предстоящего блаженства, затем быстро расстегнул брюки до конца и вместе с трусами опустил все вниз. Не выпуская из руки его отвердевшую плоть, Лолита начала язычком ласкать головку, а другой рукой возбуждать себе клитор. Леша-Шкаф обхватил рукой ее голову и стал прижимать к себе. Его мужская доблесть все глубже и глубже входила в рот девушки, и можно было только удивляться, что этот огромный член не вызывал у нее неприятных ощущений. Старательно пряча остренькие зубки, чтобы не доставить ему неприятных ощущений, Лолита наконец забрала его в себя полностью, ощущая его головку у себя в горле. Это было настолько приятно, что и она тоже возбудилась и ускорила движения как у себя внизу, так и работу над Лешиной доблестью, но, когда почувствовала, что он вот-вот извергнется любовным напитком, она несколько уменьшила темп, чтобы продлить и себе удовольствие. Ей очень захотелось прийти к финишу одновременно. - Боже мой! - вскричал вдруг Леша-Шкаф, молчавший до этого, сосредоточив внимание только на том, чтобы не кончить раньше девушки. - Не выдержу, милая! Не выдержу!.. - Еще, милый, еще! Потерпи немножечко... потерпи... - выпустив его на секундочку, прошептала Лолита и снова с силой вогнала его в себя, едва не подавившись огромной головкой. Пересилив боль, она глубоко вдохнула носом, и вдруг сильно простонала и быстро-быстро заработала над его доблестью, пока сильная горячая струя любовного напитка не ударила в ее горлышко. Чудом успев сглотнуть мощный поток, она приняла второй, третий и тут сама достигла пика блаженства, вскрикнула, повалила его на ковер и все-таки успела сесть на постепенно обмякающую плоть и несколько раз качнуться на ней. Эта смена неожиданно добавила обоим силы, и они еще несколько минут трудились друг над другом, пока в изнеможении не отвалились на ковер. Они несколько минут молчали, словно прислушиваясь к тому, что делается у них внутри, потом Лолита тихо прошептала: - Не знаю почему, но я еще не насытилась... - Но я еще не успел восстановиться... - без всякого смущения произнес он. - Милый, а давай попробуем это... - тихо проговорила она, указывая глазами на свою руку, в которой она держала банан, неизвестно когда взятый ею. Она так кокетливо раздвинула свои стройные ножки, что ЛешаШкаф, не говоря ни слова, взял в руки тропический фрукт и стал ласкать им ее клитор. Лолита прикрыла в изнеможении глаза и стала помогать ему. Ее движения были красивыми, изящными и, как ни странно, действовали на него возбуждающе. Он все глубже вводил банан внутрь девушки, и она томно застонала и взяла в руку его готовую вот-вот проснуться мужскую доблесть. Она была очень опытной девушкой и знала, что делает: не прошло и пары минут, как его солдат снова был готов к бою. Леша-Шкаф положил ее на бок, поднял ей одну ногу и стал осторожно вводить раскаленную плоть в ее прелести. Затем начал уверенно и спокойно качать свой насос, а когда почувствовал, что девушка вот-вот достигнет своей сладостной вершины, он переместил свою саблю в другие ножны, а одновременно с этим во влажные чресла вошел уже пожелтевший банан. - Да, милый, да! Глубже! Еще! Еще! - кричала Лолита в страстном порыве, извиваясь от предстоящей победы. Леша-Шкаф, до этого осторожничая со своими размерами, подхваченный ее призывом, со всей силы вонзил в нее член и одновременно затолкнул в нее весь фрукт. От неожиданно пронзившей ее боли девушка вскрикнула, и первым ее желанием было вырваться, но она пересилила свой инстинктивный порыв, замерла на мгновение и снова продолжала, благодарная себе за то, что сумела дождаться после ненастья хорошей погоды. Притушенная на мгновение болью страсть снова вбежала в свое русло и стала нагонять упущенное. Вскоре девушке показалось, что она как бы отделилась от земли, вспорхнула высоко ввысь и поднимается все выше и выше, пока в ней не прорвалось внутреннее давление, и это давление устремилось навстречу прорвавшемуся мужскому потоку. Леша-Шкаф зарычал, извергая животворящее семя, качнул еще несколько раз, потом осторожно вытащил свою неподвижную плоть из девушки и заметил, как по белоснежной попочке побежала алая струйка. - Девочка моя, да у тебя кровь пошла! - каким-то жалобно-виноватым тоном проговорил он. - Ничего страшного, милый... - прошептала она. - Просто у тебя он такой огромный, что моя вторая девочка еще не успела привыкнуть к нему. Но все равно, хоть и было больно, но было так приятно... Прошу тебя, не забывай про эту находку. - Про эту? - Показал он на банан. - Или про эту? - Он похлопал девушку по попочке. - И про то, и про другое! - Лолита сказала это тихо и серьезно. - Не пора ли, милая, бай-бай? Слишком трудный день нам предстоит... Кстати, забыл спросить тебя: как обстоят дела со знаменитостями эстрады? - Господи, Лешенька, нашел время для расспросов. Ты же знаешь, что у меня никогда срывов не бывает. - Неужели и Пугачиху удалось заполучить? - Нет, к сожалению госпожа Аллочка со своим Киркоровым пребывают сейчас за границей, но вместо нее мне удалось пригласить Князя Серебряного! - Умница! Пенкин хоть и с отклонениями, но классно поет, - не без восхищения заявил Леша-Шкаф. - Эх, милый, ты лучше скажи мне, кто у нас сейчас без отклонений? - Лолита сладко потянулась, провела по своей попе пальчиком, размазывая по ней кровь, потом играючи мазнула окровавленным пальчиком по его висящей между ног тряпочке и сунула его в рот, с нежностью поглядывая на своего Лешеньку. - Черт знает что! - Леша-Шкаф вдруг покачал головой. - И что есть в тебе такое, что заставляет меня каждый раз ощущать такое волнение, словно я это делаю впервые? - А ты как думаешь? - хитро улыбнулась она. - А чо тут думать: трясти надо. Трясти! - Он так забавно изобразил персонажа из древнего анекдота, что Лолита заразительно рассмеялась и повалилась на спину, высоко задирая ноги и открывая перед ним, словно нарочно, свои прелести. - Спать, спать... уснешь тут с тобой, как же! - проворчал он деловито и снова бросился на девушку всей своей огромной тушей. ВОРОНОВ ВСТРЕЧАЕТ "ГОСТЕЙ" Стив вместе с Франком подошли к хмурому таможеннику, рядом с которым стояли двое мужчин среднего возраста. Один из них неизменно привлекал к себе любопытные взгляды: он был более двух метров ростом. - Паспорт, пожалуйста! - по-английски сказал таможенник. - Откуда вы знаете, что я говорю по-английски? - удивленно спросил Красавчик-Стив. - Работа такая... - невозмутимо ответил тот и добавил: - Вещи поставьте на ленту. - Он кивнул на движущуюся ленту, которая вела к монитору. - Вы очень разговорчивы! - язвительно бросил Красавчик-Стив. - Не заедайся, молодой человек: он же на работе! - тихо проговорил стоящий сзади Франк. Тот ничего не ответил, только пожал плечами. Он вдруг заметил, точнее сказать, почувствовал, что наличие двух штатских рядом с таможенниками не совсем обычное дело, и этот факт немного насторожил его. Капитан Воронов тоже заметил повышенное внимание к их персонам, и ему это тоже не понравилось. Молодой таможенник, не зная, что делать, явно тянул время: у него были фотографии этих двух прилетевших из Сингапура, но он не успел получить по поводу них инструкции. Успели только предупредить, что он должен беспрекословно подчиняться двум штатским, стоящим рядом. Понимая, что нужно что-то срочно делать, Воронов вдруг сказал таможеннику: - Семенов, в чем дело? Ты же хвастался, что не засыпаешь до самого конца смены, а сейчас? Ты же спишь на ходу! - Да я... - промямлил тот, еще больше не понимая, что делать. - Все, можешь идти спать домой: я отстраняю тебя от работы на три смены! - серьезным тоном бросил Воронов, которого сейчас не смог бы узнать даже Савелий: ему сделали накладку носа, приклеили пышные усы и совершенно закрасили его седину. - Давай документы и отправляйся домой! - Извините, что происходит? - несколько настороженно спросил Красавчик-Стив. Воронов, не понимая ни слова по-английски, растерянно взглянул на полковника. - Господина интересует, что происходит с этим сотрудником, - пряча улыбку, перевел полковник. - Можете ответить этому госполину, что мы извиняемся за причиненные нашим нерадивым сотрудником неудобство. Он будет непременно наказан, - очень любезным тоном сказал Воронов, улыбаясь во все тридцать два зуба Красавчику-Стиву. Выслушав перевод, Красавчик-Стив облегченно вздохнул и протестующе замахал руками: - Господин... - он не знал, как обратиться к Воронову, и тот подсказал: - Капитан Громов к вашим услугам! Полковник тут же перевел. - Господин капитан, я попросил бы вас не наказывать вашего молодого сотрудника, мы не имеем к нему никаких претензий... - Красавчик-Стив переглянулся с Франком и добавил: - Но мы вам очень признательны за участие: мы перенесли очень утомительный перелет и нам, естественно, хотелось бы поскорее отдохнуть... Полковник перевел почти дословно, и Воронов тут же поинтересовался: - У вас заказан номер в отеле? В каком? Было заметно, что полковник не очень одобрительно отнесся к его инициативе и потому добавил от себя, что капитану хотелось бы дать совет о транспорте. - Еще раз хочу заметить, что люди в пашей стране очень любезны! - Стив добродушно улыбнулся, чуть склонив голову. - Наши номера забронированы в отеле "Белград". Благодарю за желание помочь, но нас будут встречать при выходе... Спасибо! - он подхватил со стойки документы: свои и Франка, еще раз кивнул на прощание, и они не торопясь направились к выходу. - Вы что-то добавили о транспорте? - нахмурился Воронов, поворачиваясь к полковнику. - Так вы знаете английский? - удивился тот. - Думаю, что слово "транспорт" узнал бы любой, даже безграмотный, -
в начало наверх
усмехнулся Воронов. - Вероятно мой вопрос показался вам подозрительным, не так ли? - Что-то вроде этого, - кивнул тот в ответ. - И потому я добавил, что вы хотите ему дать совет о том, как быстрее добраться до отеля. - Что ж, вы были правы, спасибо, - тут же согласился Воронов. - А сейчас прошу меня извинить, - сказал он, услышав писк из кармана. Он вытащил "уоки-токи" и нажал на кнопку приема. - Воронов на связи! - Докладывает "Борт": объект садится в частную "Волгу", номер записан, какие указания? - Сейчас буду! - бросил Воронов, затем присел под стойку и быстро сорвал с себя все, что изменяло его внешность, потом, не вставая, спросил полковника: - Кто-нибудь приглядывается к наше стойке? Тот внимательно осмотрелся по сторонам, но ничего не заметил. - Нет, все спокойно... Может, и мне с вами? - Товарищ полковник, мы же все обсудили, - вставая из-за стойки, ответил Воронов. Увидев его, полковник опешил от неожиданности: - Да-а... - покачал он головой. - Сейчас я спокоен: даже голос ваш не узнать, а уж по внешности... Ладно, капитан Громов, - он подмигнул. - Желаю удачи! - Спасибо! - ответил Воронов, затем пожал ему руку и едва не бегом устремился к выходу. Он уже не видел, как к полковнику подошел тот самый молодой сотрудник, которого Воронов "турнул" от стойки. - Я вам ничего не испортил? - виновато спросил он. - Чуть не испортил! - нахмурился полковник. - Вам что, не сказали, что этих людей нужно было только запомнить и сообщить о них нам? - Нет, сказали, что именно этими людьми вы и интересуетесь, а что с ними дальше делать... - Он опечаленно вздохнул. - Ладно, не переживай, все удалось поправить. Спасибо капитану! А теперь постарайся забыть обо всем, что здесь увидел и услышал. - Уже забыл, товарищ полковник! - Откуда тебе известно мое звание? - Разведка работает, - хитро улыбнулся тот. - Ну-ну... - полковник покачал головой. - Хорошей службы, капитан! - А вы откуда знаете, что я капитан? - растерялся он. - Так сам говоришь: разведка работает! - Полковник хлопнул его по плечу и медленно направился к выходу. Воронов тоже ехал в "Волге", но она была усилена мерседесовским движком, и вскоре они догнали ту машину, в которую сели иностранцы. - Вон они! - радостно заметил водитель. - Я же говорил, что минут через пятнадцать мы их достанем. - Ты уверен, что это они? - Моей памяти свидетели не нужны, товарищ капитан, - несколько обиженно заметил тот. - Было бы хорошо, чтобы наши клиенты не пересели по дороге в другую машину. - Если хотите, я могу пройти мимо них, чтобы вы смогли их рассмотреть. - Нет, не нужно лишний раз светиться, - задумчиво заметил Воронов. - Держись так, чтобы между нами была машина, но старайся, чтобы они все время были в поле зрения. - За это вы можете не беспокоиться: я же гонщик, трижды в год в ралли участвую, - хвастливо сказал водитель. - И движок у нас помощнее раза в три будет. - Мерседесовский? - полуутвердительно сказал Воронов. - Да. Откуда вы узнали? - водитель был несколько удивлен. - Узнал... - пожал плечами капитан. Он вдруг вспомнил то, что рассказывал ему Савелий, когда работал в злополучной фирме "Феникс". Тогда Савелий тоже вставил в "Волгу" мерседесовский движок и был им очень доволен. Господи! Куда на этот раз кинула его судьба? Сколько же она будет издеваться над его братишкой? Воронов так сильно сжал кулаки, что, казалось, вот-вот лопнет кожа. Нет, не на прогулку приехали эти двое издалека. Скорее всего, по душу Савелия. Интересно получается: за границей на него выходит Григорий Маркович, который, как оказывается позднее, напрямую связан с Рассказовым. Представившись майором КГБ, он предлагает Савелию работу: инструктором по подготовке кадров для - охраны спецобъектов КГБ. Тогда у Савелия не было другого выхода: он не имел прописки, а без нее не мог получить работу, и этот замкнутый круг могли разорвать только Органы. Теперь, когда известны важные детали, можно предположить, насколько сильны связи у этого Рассказова. Конечно, бывший генерал КГБ! Воронов огорченно вздохнул: если бы знать тогда все, что он знает сейчас! "Кабы молодость знала, кабы старость могла!" - всплыла в его памяти строчка из песни. Он улыбнулся и покачал головой, затем продолжил свои размышления. И вот Савелий соглашается на эту работу, приезжает на далекий объект в Казахстане - и что? Хорошо еще, что он там встречает его, капитана Воронова, своего названого брата. Это помогает ему быстро сориентироваться в обстановке и принять правильное решение: они уходят в побег. А если бы его там не оказалось? Накачали бы Савелия наркотиками, вложили в руки оружие, хотя и "типовое", с холостыми, и засняли бы на пленку, как он расстреливает "мирных" людей. Для Савелия это был бы такой шок, что... Воронов покачал головой: нет, Савелий не пошел бы на компромисс, как не пошел он сам! Скорее всего, придя в себя, он стал бы крушить всех налево и направо. И горе тому, кто подвернулся бы ему в тот момент. Пойдем дальше... Тщательная подготовка дезинформации Рассказова была ими сорвана, и вполне естественно, что Рассказову это не по душе, а значит, он рано или поздно должен отомстить тем, кто помешал его грандиозным планам. Не будь Савелия, он, Воронов, стал бы основной мишенью Рассказова. И можно быть уверенным, что, если они доберутся до Савелия, вторым на очереди будет Воронов. Но почему Рассказов начал с Савелия? Что он знает такого, чего не знает он, Воронов? База уничтожена. Четвертый на том свете. Разве только Джеймс? Но Джеймса знают нетолько они с Савкой. Здесь должно быть чтото другое. Но что? И Воронов, не торопясь, стал перебирать все в своей памяти, тщательно анализируя каждый их шаг, каждого встреченного на пути человека. Он вспоминал все, что ему рассказывал Савелий, пытался восстановить все детали, все подробности. Вскоре у него возникло ощущение, что он близок к разгадке. Он знал это ощущение, когда каждая клеточка организма начинает "петь и трепыхаться", приливает кровь к мозгу. Кажется, вот-вот, и ответ будет найден... И вдруг его осенило: Григорий Маркович! Господи, как он сразу не подумал об этом? Оказывается, ответ лежал на самой поверхности. Именно Григорий Маркович! Из них двоих только Савелий близко общался с ним, и только он может его провалить! Видимо, Рассказову нужен этот человек и нужен для чего-то очень серьезного, если он не жалеет ни средств, ни людей для того, чтобы подстраховать его и убрать человека, который его лично знает, то есть Савелия! Интересно, что за люди сегодня встретились ему в аэропорту? Этот молодой красавец очень уверен в себе и наверняка имеет большой опыт по "неугодным людям". Глаза такие холодные, расчетливые и умные. Как он насторожился, когда произошла небольшая задержка с документами, а тут еще и какие-то странные гражданские стоят... Вовремя он вмешался. Очень вовремя! А вот второй мужчина вызвал в нем какое-то странное чувство! Воронов не мог бы толком описать его, настолько ординарной была его внешность. Капитан не мог даже определить его рост. Он стоял как-то сжавшись, но его вряд ли можно было назвать сутулым. Скорее всего, он ХОТЕЛ казаться сутулым. А глаза? Воронов только на мгновение успел перехватить его взгляд, но поразил капитана. Казалось, что от этого взгляда сразу же начали свинцом наливаться ноги, бросило в жар. Но, может быть, ему это просто показалось? Хотя... Его смущало то, что память нет-нет, да возвращалась к этому взгляду, и мгновенно в нем то же самое ощущение, что и в тот момент. Если бы иностранец подольше посмотрел на него, то возможно Воронов бы сумел разобраться точнее в своих ощущениях, но тот мгновенно отвернулся в сторону и что-то прошептал своему красивому спутнику. Однако Воронов решил не показывать больше своих глаз этому странному типу. Почему? С одной стороны, он не хотел больше испытывать то ощущение, а с другой стороны, ему показалось, что его глаза были "сфотографированы" иностранцем, а это могло осложнить всю ситуацию. ФРАНК ЧТО-ТО ПОДОЗРЕВАЕТ... Как ни выглядит это странным, но мужчина, о котором размышлял Воронов, в это самый момент думал о нем. Однако его мысли были гораздо стройнее, чем у Воронова. Франк был немного обеспокоен присутствием рядом с таможенником двух людей в штатском. Эти двое были, наверняка, военными и тот, что постарше, явно с высоким званием. Правда, Франка смутило то обстоятельство, что второй, тот что помоложе, неожиданно стал командовать. То ли он ошибся, и его настороженность оказалась излишней, то ли в этой непонятной стране его опыт будет совсем неприемлемым. Он уже хотел успокоиться, но тут его взгляд наткнулся на взгляд того, что моложе. В этом взгляде Франк прочитал недоверие и явную нервозность. Когда они выходили из здания аэропорта. Франк наткнулся на игральный автомат. В его зеркальной стенке ему удалось разглядеть этих штатских. Они спокойно разговаривали, не глядя в их сторону. Это немного успокоило Франка, но внутренний осадок остался. И в машине он рассказал о своих ощущениях КрасавчикуСтиву. - Дорогой Франк, - с беззаботной улыбкой проговорил тот. - Вам нужно было поинтересоваться историей этого безумного народа. Здесь же более семи десятков лет царил самый настоящий террор. А сколько десятилетий был "железный занавес"? Вы что же думаете, стоит объявить перестройку, демократию, и все пойдет как по маслу? Да у них подозрительность передается при рождении, с молоком матери! - он вдруг рассмеялся. - Случайно у вас, Франк, нет предков - русских? - Не понял... - нахмурился тот. - Ваша подозрительность, по-моему, в данном случае, просто чрезмерна. - Я всегда считаю, что лучше перебдеть, чем недобдеть! Как ты думаешь, Роняй? - обратился он к огромному детине, молча сидящему рядом с водителем. - Я думаю так же, как думает мой шеф, - невозмутимо проговорил он, кивнув в сторону Красавчика-Стива. - Коротко и ясно! - усмехнулся Франк. - А что, у Ронни прекрасное качество! - хвастливо воскликнул Красавчик-Стив. - Он предан душой и телом, потому что уверен, что и я никогда его не подведу. А преданность в наше суматошное время очень редко встречающийся товар, не правда ли, Ронни? - Вам виднее, шеф - ответил тот. Красавчик-Стив с видом победителя взглянул на Франка: - Вот вы. Франк, можете мне сказать, что у вас есть такой же преданный человек? - А я любого могу сделать преданным мне и только мне! - неожиданно со злой усмешкой бросил он и так посмотрел на Красавчика-Стива, что тот даже поежился под этим взглядом и неожиданно визгливо воскликнул: - Не советую. Франк, ставить свои эксперименты на мне: это вредно для здоровья! - последние слова он произнес совсем тихо и с явным намеком. Словно почувствовав, что его шефу что-то угрожает, Ронни мгновенно обернулся и схватил огромной ручищей Франка за горло: - Ты что это на моего шефа бочку катишь? От неожиданности и боли Франк стал задыхаться, хрипеть, не мог ничего сказать и только тщетно пытался освободиться от мертвого захвата этого детины. Красавчик-Стив не сразу, словно давая возможность Франку осбзнать, смилостивился наконец и миролюбиво произнес: - Оставь его, дорогой Ронни, мы с Франком немного пошутили. Без особой охоты Ронни отпустил Франка и снова как ни в чем не бывало уставился вперед. Водитель с некоторым страхом скосил на него глаза, но ничего не сказал и с еще большим вниманием стал следить за дорогой. Немного придя в себя. Франк с обидой взглянул на своего соседа и тихо проговорил, стараясь, чтобы не услышал Ронни: - Зачем ты так со мной, Красавчик-Стив? - Я? - искренне удивился тот. - Мы же с вами в одной лодке и приехали сюда для выполнения одной задачи, просто я не успел вас предупредить о своем приятеле. Вы уж извините меня... - Последнюю фразу он произнес таким тоном, что было непонятно, то ли он насмехается, то ли действительно извиняется. - Да-а-а, - протянул Франк. - Типичный закодированный на твою защиту человек. - Закодированный? - Красавчик-Стив с удивлением взглянул на своего собеседника. - Интересно, кем? - Кодирование бывает не обязательно искусственным... - Видно Франк совсем успокоился и с удовольствием сел на своего конька. - Человек может быть закодирован и своим отношением к другому человеку, как, например, любящий может безрассудно броситься на защиту любимого, не задумываясь над последствиями. Природа также может быть средством кодирования, так, например, мать закодирована на защиту своего ребенка. Такое кодирование чаще всего срабатывает у животных: например, собак, кошек, бросающихся на
в начало наверх
защиту своего хозяина... - И к какой группе вы относите моего приятеля? - усмехнулся Красавчик-Стив. - Для того чтобы более полно и точно определить случай с вашим приятелем... - Франк острожно взглянул на сидящего впереди парня, потом он понизил голос, - нужна более полная картина его личности: условия воспитания, его детство, ваши взаимоотношения и многие другие мелкие, но важные подробности. Красавчик-Стив разочарованно откинулся назад и усмехнулся. - Докажите мне, дорогой Франк, если бы вы получили о нем всю информацию, смогли бы вы его перекодировать и заставить его... - он чуть задумался, - например, выступить против меня? - Он настороженно взглянул Франку в глаза и тут же вздрогнул от его холодного и зловещего взгляда. Словно почувствовав, что этим он сейчас может только нанести вред себе и порученному делу, Франк мгновенно "стер" остроту своего взгляда и миролюбиво улыбнулся. - Теоретически это возможно, однако для этого необходимо очень много времени... - Он сделал паузу, потом дружелюбно рассмеялся и похлопал по плечу Красавчика-Стива. - Дорогой мой Стив, вы-то можете не беспокоиться за своего приятеля: мы же с вами в одной лодке и нужны друг другу для выполнения поставленной задачи, не так ли? У Красавчика-Стива было тревожное ощущение от перехваченного странного взгляда. Ему казалось, что он прикоснулся к чему-то отвратительному, холодному, скользкому, с неприятным запахом. Он снова взглянул, пересилив брезгливость, и увидел перед собой спокойные смеющиеся глаза Франка, которые светились добротой и заботой. Красавчик-Стив подумал, что он все себе навоображал и встряхнул головой, словно отгоняя прочь наваждение. - Знаете, Франк, у меня к вам странное отношение. Вы правы, мы сейчас в одной лодке, но, скажу откровенно, я бы очень не хотел, чтобы мы неожиданно оказались в разных лодках... - Он немного помолчал, пытаясь найти правильные слова, потом добавил: - Только не подумайте, что я боюсь вас, нет, я ищу возможность компромисса с вами. Свой страх я подрастерял в разных переделках, но и не подумайте, что я хочу у вас вызвать страх. Примите мои слова как попытку установить элементарное доверие между партнерами. - Я понимаю, Красавчик-Стив, можешь не подыскивать слова и говорить все напрямую! - решил поддержать его Франк. - Напрямую, так напрямую! - решительно выдохнул тот. - Я верю, пока верю, но стоит поколебаться этой вере, я, нисколько не раздумывая, сразу нажимаю на курок, и поэтому-то я и выжил в очень сложных ситуациях. И пока меня ни разу не подводила интуиция. Ни разу! - Что ж, я благодарен за откровенность. Постараюсь никогда не подвергать твою веру сомнениям. Кстати, куда мы сейчас направляемся, в отель? - Нет, сначала мы должны выкупить билеты на юбилей. Он же сегодня состоится, не так ли, Ронни? - Да, шеф, сегодня вечером. Мне удалось выйти на нужного человека, и сначала мы едем к нему. - Было заметно, что Ронни очень горд тем, что обратились к нему, он даже стал как-то серьезнее. - Что это за человек? - сдерживая улыбку, спросил Красавчик-Стив. - Насколько мне известно, какой-то местный заправила. Говорят, он держит в руках весь город. - Что-то мне не верится, - прошептал на ухо Красавчику-Стиву Франк. - И тебе что, дали его адрес? - нахмурился Красавчик-Стив. - Нет, адреса, к сожалению, не дали... - огорченно вздохнул Ронни. - Но его доверенное лицо будет встречать нас у отеля "Пекин". - Как он нас узнает? - По этой "Волге", именно он и дал машину. - Ронни снова воспрянул духом. Красавчик-Стив выразительно взглянул на Франка. - Сдаюсь! - выдохнул тот, поднимая вверх руки. - То-то же, - подмигнул Красавчик-Стив. - Ронни - это моя школа! - А этот "Пекин" далеко от нашего отеля? - спросил Франк. - Нет, минут десять езды, - отозвался Ронни и тут же указал пальцем налево. - Вон видите симпатичное здание? Это и есть наш отель, "Белград". - А что это за шпиль? - поинтересовался Красавчик-Стив, указывая направо. - Министерство иностранных дел России, - неожиданно вставил молчавший до этого водитель. Он с боль шим трудом выговорил это по-английски, по КрасавчикСтив настороженно переглянулся с Франком. - Вы знаете английский язык? - спросил Франк. - Нет знать английский, видеть ваш рука и... - Он пытался еще что-то сказать, но, видно, его словарный запас уже иссяк, он повторил, указывая на здание справа: - Министерство иностранных дел! - Понятно, этот парень просто увидел твой жест, Стив, и решил нам помочь, - успокаивающе проговорил Франк. - Ладно, проехали! - бросил Красавчик-Стив, ругая себя за то, что так неосмотрительно вел себя. Он припомнил их разговор. Но ничего особенного они вслух не сказали, кроме того, что им поручено какое-то дело. Это его немного успокоило. Происшедший в машине разговор помог водителю сориентироваться. Ему была поручена простая миссия: выяснить, кто из приехавших главнее. Если бы КрасавчикСтив знал об этом, то он бы совсем успокоился, и это польстило бы его самолюбию. Вскоре они остановились у гостиницы "Пекин", и водитель вышел из машины, жестом показав им подождать. Они видели, как он подошел к какому-то накаченному парню, одетому в элегантный серый костюм, и что-то сказал ему. Тот кивнул и подошел к "Волге": - Вы пойдете со мной! - сказал он на хорошем английском языке, указывая на Красавчика-Стива. - А остальные подождут в машине. - Но этот парень всегда со мной, - попытался возразить Красавчик-Стив, кивая на Ронни. Подошедший осмотрел Ронни, улыбнулся. - Ваш телохранитель, так я понимаю? Вам он не понадобится: вы находитесь у друзей и под нашей защитой. Но если вы настаиваете, то я не буду возражать. Секунду подумав, Красавчик-Стив понял, что это будет не очень уважительно по отношению к хозяевам и решительно произнес: - Нет-нет, никаких проблем, как говорят у вас, "В чужом монастыр свой устав не приносят!" - с большим трудом выговорил он эту фразу на исковерканном русском языке. - В чужой монастырь со своим уставом не ходят! - с улыбкой поправил парень. - Так-так! - обрадованно кивнул Красавчик-Стив и повернулся к своим спутникам: - Вам придется посидеть здесь, пока я не вернусь. - Не обязательно в машине, - добродушно сказал парень и махнул рукой водителю. Когда тот подошел, он сказал ему по-русски: - Возьми этих двоих и своди в ресторан на первом этаже: там заказан столик на мое имя. Угости их, за мой счет. - Не беспокойтесь, у нас есть деньги - заметил Красавчик-Стив. - Я в этом совершенно не сомневаюсь, - улыбнулся снова парень. - Вы понимаете по-русски? - Через пня колода... - усмехнулся КрасавчикСтив. - Через пень-колоду! - снова поправил тот и тут же спросил: - Вас не смущает, что я поправляю? - Напротив, буду вам очень, признателен, - заверил тот. - Так вот, вы наши гости и прошу не обижать нас... - В чужой монастырь со своим уставом не ходят, - почти без ошибок произнес Красавчик-Стив и облегченно рассмеялся, довольный собой. - Вы очень быстро исправляете свои ошибки! - заметил парень. - Потому еще и живу! - подмигнул Стив в ответ. - Пойдем? - Пойдем... - он засмеялся. - Сейчас вы сказали почти без акцента! - День-другой поживу здесь и буду говорить, как москвич. Парень ничего не сказал и пропустил его в лифт первым. Неожиданная встреча с "авторитетом" Они поднялись на десятый этаж, прошли по длинному коридору и остановились перед массивной дверью. Парень постучал условным стуком, и дверь тут же распахнулась. Перед ним вырос еще один накаченный парень с угрюмым видом. Он держал правую руку в кармане куртки, но, увидев знакомое лицо, тут же посторонился и приветливо кивнул. - Шеф вас ждет! - Как зовут человека, с которым я сейчас встречусь? - быстро спросил Красавчик-Стив. - Если он захочет, то сам представится! - ответил тот, что пришел вместе с ним, затем подошел к дверям и снова негромко стукнул, на этот раз три раза. - Да! - послышался оттуда глухой голос. Парень открыл дверь, впустил в нее гостя, потом вошел сам. Огромным номер был обставлен дорогой старинной мебелью. Посередине стоял круглый стол. На серебряном подносе красовались бутылки марочного коньяка, виски, водки и вина, а рядом в многоэтажной вазе были разложены разнообразные фрукты, лежала огромная коробка шоколадных конфет. За столом восседал тщедушный и очень невзрачный пожилой мужчина явно чахоточного вида. Одет он был в костюм-тройку с очень дорогим, (Красавчик-Стив знал в этом толк) галстуком с бриллиантовой заколкой. Хозяин постоянно подкашливал, но когда вошел гость, то сразу встал и крепко пожал Стиву руку, приговаривая: - Очень рад! Очень рад! Тихо вошедший с Красавчиком-Стивом провожатый, переводил. - Я - Стив! Друзья называют меня - КрасавчикСтив. - Не буду нарушать традицию и надеюсь, что стану твоим другом, а потому тоже буду называть тебя, мой мальчик, Красавчиком-Стивом, тем более что это отражает действительность. А меня можешь называть просто: Мабуту. - Мабуту? - удивился гость. - Да, так окрестили меня мои бывшие сокамерники, а я уже стар, чтобы менять свои привычки, мой мальчик. Ладно, вернемся к нашим баранам! Извини, дорогой! - Он снова закашлялся, вытащил из кармана какую-то баночку, сплюнул в нее, отвернувшись в сторону. - Ты, дорогой мой мальчик, можешь не волноваться, я не заразный! - Уважаемый Ма..буту, - Стив все еще не мог привыкнуть к такому странному прозвищу. - Я свое давно отбоялся! - Что ж, в таком случае мы с тобой похожи. Чай, кофе? - Кофе, и покрепче. - Кофе, пожалуйста, покрепче, - он взглянул на парня-переводчика, но тот отрицательно покачал головой. - И две чашки чая! Сначала Красавчик-Стив не понял, кому говорит хозяин, но потом заметил на рядом стоящем столике небольшой микрофон и улыбнулся. - Что перед кофе? Может, виски? - У себя на родине - виски, у вас - водку. Только вашу водку! - Понял, у тебя хорошее воспитание, но если это только ради хозяина, то не стоит утруждать себя! - Нет-нет, я действительно хочу русской водки и соленый огурчик. - Это по-нашему! - Хозяин был явно доволен, сам взял с подноса бутылку "Столичной" и разлил в два небольших стаканчика. Красавчик-Стив вопросительно взглянул в сторону парня. - А ему нельзя: он на работе - усмехнулся Мабуту. - Понял! - С приездом! - воскликнул хозяин, а КрасавчикСтив добавил: - Со знакомством! Они быстро выпили, и хозяин пододвинул к гостю блюдце с солеными огурчиками. Тот взял один прямо пальцами и захрустел. - Отличный засол! - Да, это деревенский засол, дочка моя присылает. Что ж, дорогой мой мальчик, тебя рекомендовал очень уважаемый мною человек, и потому постараюсь помочь, но, если позволишь, хотелось бы спросить: этот юбилей тебя интересует только из-за боев или еще чем-то? - Здесь нет никакого секрета, - заверил КрасавчикСтив. - Я люблю пощекотать нервы такими боями, но и надеюсь встретить своих друзей, с которыми оборвалась связь. - С кем-то конкретно? - Нет-нет, кого Бог пошет! - улыбнулся гость. - Бог, так Бог! - согласился Мабуту. - Конечно, обратись ты хотя бы на несколько дней раньше, было бы легче... - Расходы у нас не волнуют! - тут же сказал Красавчик-Стив. - Это хорошо. - Мабуту немного подумал и решительно набрал номер. - Мне госпожу Лолиту. Дома? Хорошо, спасибо! - Он заглянул в записную книжку и снова набрал номер. - Лешенька, здравствуй, милый, здравствуй, - ласково произнес он в трубку. - Мабуту? Приветствую тебя. - Тут же узнал Леша-Шкаф. - Чем могу быть полезен? - Понимаешь, дорогой мой, не хочется ставить тебя в неловкое положение, но у меня нет другого выхода... - Говори, уважаемый Мабуту, нет неловких положений, есть неловкие
в начало наверх
люди, - в его голосе послышалась явная тревога. - Это ты очень хорошо сказал. Очень! - хихикнул тот. - Мне нужно три билета на ваш сегодняшний юбилей! - Тебе? - удивился тот. - Ты хочешь прийти к нам на юбилей? - В его голосе было явное облегчение: он думал, что случилось что-то неприятное после той сходки. - Я? Нет, дорогой, меня совершенно не интересуют разбитые носы, поломанные руки и ноги, но эти билеты нужны моим близким приятелям. И, как говорится в песне, "мы за ценой не постоим". Сколько бы они не стоили! - Дорогой Мабуту, ты можешь чуть подождать на телефоне? Билетами занимается Лолита, сейчас спрошу у нее. - Нет, милый, пригласи-ка ее поговорить с дедушкой Мабуту, - засюсюкал он в трубку. - Сейчас вытащу ее из ванной. Мабуту хитро усмехнулся на последнюю фразу и повернулся к гостю. - Да ты наливай, мой дорогой Красавчик-Стив, наливай и пей. Думаю, что я решу твою проблему. А в это время Леша-Шкаф действительно бросился в ванную, но Лолита уже сама выходила оттуда: - Что случилось, милый? - спросила она, увидев его озабоченное лицо. - Мабуту звонит! - Мабуту? - Ее спокойствие мигом улетучилось. - Что ему нужно? Проблемы? - Слава Богу, нет! Ему нужно три билета, и цена его не интересует. - Как с цепи все сорвались, - буркнула Лолита, но в ее голосе слышалось явное облегчение. - Где я найду еще три билета? - Лолиточка, родная, нужно найти! - взмолился Леша-Шкаф, обнимая ее сзади. - Нужно-нужно... я и сама понимаю, что нужно! - Она задумалась, потом тихо сказала: - Вообще-то есть кое-что... - Что? - встрепенулся Леша-Шкаф, быстро поворачивая девушку лицом к себе. - Один из первых спонсоров нашего юбилея заплатил три тысячи долларов и сказал, что позднее добавит еще две, но до сегодняшнего дня он так и не внес обещанное и даже не связался со мною, чтобы забрать билеты. - Сколько? - Два. - Что ж, отлично! - воскликнул Леша-Шкаф. - Сам виноват, что до сих пор не откликнулся. - Но он может заявить свои права, - возразила Лолита. - Какие права? - Леша ненадолго замолчал, потом добавил. - Если вдруг объявится, свяжи его со мной: объясню, что держали до самого последнего момента, но потом решили, что он передумал и продали его места. Если будет настаивать, поставим два кресла рядом с центральными местами: еще благодарить будет... Кстати, где два кресла, там и три! - внезапно осенило его. - А что, это, действительно, выход, - задумчиво согласилась девушка. - Он на телефоне? - Да, телефон в спальне. Лолита выскользнула из его объятий и направилась в спальню. Переведя дыхание, взяла трубку. - Приветствую вас, дорогой, - ласково проворковала она. - Здравствуй, дочка, здравствуй! Надеюсь, Лешенька уже рассказал тебе о моих небольших проблемах? - Извините, что заставила вас ждать: я в ванной была. Нет толком он не успел мне рассказать. - Ой ли? - хитро усмехнулся тот. - Ладно, пусть будет по-твоему. Мне нужны три билета на ваш юбилей. - Три билета? - Три! Не больше и не меньше. Надеюсь, тыне огорчишь меня отказом? - Что вы, дорогой мой, как я могу отказать такому человеку! Кому-кому, но не вам! Я тут подумала и... - Она поморщилась, проговорившись, что уже поставлена в курс дела, но махнула на это рукой. - Вы же были у нас как-то? - Да, был, но тогда тебя еще, дочка, не было. - Да, к сожалению, мы с вами общались только по телефону. - Ничего, как-нибудь старик навестит тебя... Так что ты хотела сказать? - Короче говоря, с двумя билетами я решила, будут хорошие места. А третий билет, вернее третье место... мы поставим кресло в центральном проходе. Единственное отличие от обычных мест в том, что нет собственного бара, но и этот вопрос будет решен, - заверила девушка. - Сколько? - Если бы билеты были лично для вас, то... - она красноречиво замолчала. - Ладно, не тяни: сколько заплатили те, которых ты лишаешь этих мест? - Но откуда вы... - удивилась она. - Наслышан, что творится с вашим юбилеем. Говори! - Шесть тысяч долларов и на артистов четыре... - Короче, пятнадцать вас устроит? - перебил Мабуту. - Конечно, дорогой, как не устроит! - весело воскликнула она. - Значит, договорились: сейчас к вам подскочит мой "сынок" и привезет деньги. Куда ехать? Домой или в клуб? - Если прямо сейчас, то домой. А кто приедет? - Он скажет в дверь, что Мабуту привет передает. - Хорошо, дорогой, буду ждать. - Минут через пятнадцать будет. - Он положил трубку и повернулся к Красавчику-Стиву. - Слышал? - Нет проблем! - улыбнулся Красавчик-Стив, вытаскивая бумажник. Он отсчитал двести стодолларовых купюр и протянул хозяину. - Я же сказал - пятнадцать - поморщился тот. - Так я и даю пятнадцать, - усмехнулся КрасавчикСтив и снова отсчитал, на этот раз сто пятьдесят купюр и снова протянул хозяину. - Не понял. - Очень просто: пятнадцать за билеты, остальные за вашу работу, и ценится она больше, чем билеты. Почему? Просто потому, что без вас не было бы и второго. - Ясно разжевал. - Мабуту вдруг погрустнел. - Как же поскуднел мир! Раньше как было: сегодня ты мне поможешь, завтра я тебе помогу и без всяких там оплат. - Может, я был не прав в чем-то? - удивленно спросил Красавчик-Стив, не понимая, почему тот огорчился. - Да нет... - Мабуту со вздохом махнул рукой, понимая, что тот ничего не поймет, сколько ему ни объясняй. Сложив купюры пополам, он сунул их в карман, потом нажал на кнопку и позвал: - Серый, зайди-ка. - Вызывали, шеф? - заглянул тот, что впускал гостей в номер. - Поедешь домой к Леше-Шкафу: помнишь мы были у него разок? - Ну! - Передай привет от меня и отдай эту пятнашку, а тебе дадут конверт. Привези быстро сюда! - Слушаю, шеф! - сказал тот, подхватил со стола доллары и вышел из комнаты. - Ну, а сейчас можно немного и расслабиться, - потирая руки, проговорил Мабуту, продолжая понемногу откашливаться. В этот момент в номер постучали. Высокая симпатичная моложавая женщина грациозно внесла поднос с тремя чашками, сахарницей и миниатюрными ложечками. - Поставь сюда, Ладочка! - кивнул хозяин на маленький столик. - Может быть, еще что-нибудь? - пробасила та, поставив поднос. Ее грубый голос никак не гармонировал с ее хрупкой фигурой. - Спасибо, Ладочка, если что понадобится, позову. Кивнув, она вышла и тихонько затворила за собой дверь. - Прошу! - Мабуту гостеприимно указал на столик. Их переводчик тут же встал и поставил сначала гостю его кофе, затем хозяину и себе по чашке чаю. - Мне нравится, что ты не жадный человек, - улыбнулся Мабуту. - Хотя я и подозреваю, что вы банкуете не своими. - Вы удивительно догадливы, и я очень рад, что мы познакомились, - хитро улыбнулся Красавчик-Стив. - Деньги, действительно, не мои, но... - Он вновь усмехнулся. - Чем больше я сэкономлю, тем больше достанется мне. - Потому я и сказал, что ты не жадный человек. Мне кажется, что тебе рано или поздно понадобится моя помощь. - Он выразительно посмотрел ему прямо в глаза. - Не исключено... - А чем занимается ваша контора? - А всем понемногу, - уклончиво ответил Стив. - Понятно! Ну, за знакомство и возможную дружбу: ведь я тоже занимаюсь всем понемногу. - Мабуту хмыкнул, чокнулся с гостем и опрокинул рюмку водки в рот. Нисколько не поморщившись, он не стал закусывать, а только смачно крякнул, быстро вытащил сигарету "Мальборо", прикурил и жадно затянулся. - Нет, я так не смогу! - покачал головой КрасавчикСтив, затем выпил, хрумкнул огурцом. - Вы правы, вполне вероятно, что ваша помощь может мне понадобиться. - Он взглянул на переводчика. - При нем можно говорить обо всем, - заверил Мабуту. - Собственно, пока и говорить-то не о чем... - протянул Красавчик-Стив и вдруг неожиданно спросил. - Из ваших ребят кто-нибудь будет на юбилее? - Будет, а что нужно? - Может быть, понадобятся крепкие парни: паратройка, не больше. Их оплата, разумеется, отдельно! - тут же добавил он. - Криминал? - Трудно сказать... - Красавчик-Стив пожал плечами. - Понятно: возможен криминал! - Мабуту задумался и твердо сказал: - Мне нужно знать точно: если убрать кого-то - одно, если разборку кому устроить - другое. - Надеюсь, что до "убрать" не дойдет, но... Короче, уважаемый Мабуту, вы можете с кем-то меня связать? - Ладно, у тебя убедительные методы уговоров, - хитро улыбнулся Мабуту, похлопывая себя по карману, в котором он спрятал доллары. Он вытащил из стола фотографию молодого парня и протянул ее гостю. - Вот, взгляни и запомни! Это наша безопасность. Чемпионом по каратэ был, да выгнали за свирепость, очень уж злопамятен был на татами: стоило кому-то из соперников дотянуться до его лица, тут же зверел и ломал кости по-черному. Зовут Славиком. Он к вам и подойдет. - А как он меня узнает? - А мы сейчас будем знать номер твоего места, - ухмыльнулся тот; и в этот же момент в дверь снова постучали. - Вот видишь, уже принесли! - Можно? - заглянул тот самый, которого он посылал за билетами. Мабуту молча кивнул, тот положил конверт на стол и тут же вышел. - Вот так! - Мабуту вытащил из конверта три билета, внимательно рассмотрел их и протянул один Красавчику-Стиву. - Вот на этом месте и будешь сидеть: третий ряд, тринадцатое место. - Прекрасно: мое счастливое число! - воскликнул тот. - Мое тоже. Двадцатка - задаток, если мокрое, то добавишь потом еще тридцать, идет? - спокойно спросил Мабуту. - Идет - согласно кивнул Красавчик-Стив, снова полез в бумажник и вновь отсчитал двести сотенных купюр. - Прекрасно! Может быть, понадобится охрана? - Нет, спасибо, у меня с этим все в порядке! - улыбнулся Стив. Мабуту взглянул на переводчика, и тот чуть заметно кивнул. - Как хочешь... Что ж, рад был знакомству. Вот моя визитка, если вдруг понадоблюсь - звони! - Спасибо! - Красавчик-Стив крепко пожал хозяину руку и направился к двери. - Проводи гостя, - бросил Мабуту и снова налил себе водки. Когда Красавчик-Стив подошел к знакомой "Волге", там уже сидели его попутчики, и они были явно навеселе. - Ронни, мне очень не нравится, что ты злоупотребил алкоголем, - недовольно произнес он, когда они тронулись с места. - Не беспокойтесь, шеф, я это специально сделал: не то пришлось бы вашего приятеля на руках нести. - Ронни заразительно заржал, ткнув пальцем в Франка. Красавчик-Стив взглянул на сидящего рядом попутчика и хотел уже брезгливо что-то сказать, но тот вдруг поднял руку, пьяно уставился на Красавчика-Стива и несколько минут смотрел на него не мигая. Красавчик-Стив с удивлением заметил, что Франк стал на глазах трезветь и вскоре спокойно сказал: - Напрасно твой приятель так беспокоился за меня, хотя я ему и благодарен за работу: все нормально... Наши друзья-хозяева были настолько гостеприимны, что не хотелось обижать их. - Он усмехнулся, наклонился к Красавчику-Стиву и тихо прошептал ему на ухо: - А вот они так быстро вряд ли придут в себя: какой-то странный у них обычай - заставляют уважаемых гостей участвовать в соревновании, кто кого перепьет! - Если бы они знали, с кем имеют дело, - усмехнулся Красавчик-Стив. Увидев, как быстро Франк привел себя в нормальное состояние, он успокоился и даже улыбнулся. - Как с билетами? - поинтересовался Франк. - Все в полном порядке! - Стив похлопал по груди, где лежали билеты. - Два рядом, а третий в центральном проходе. - Очень хорошо: думаю, что мне нужно будет сидеть отдельно, - задумчиво проговорил Франк, понимая, что Красавчик-Стив именно так и решит, а потому сам и предложил. - Что ж, возможно, вы и правы... - чуть удивленно согласился Красавчик-Стив, затем стукнул себя по коленям. - Сейчас едем в отель, отдыхаем... - он взглянул на часы, - часа три, потом одеваемся, прогуливаемся по городу... если есть, конечно, желание. - Он посмотрел вопросительно на Франка, и тот поморщился:
в начало наверх
- Три часа после такого перелета... Для меня, молодой человек, это маловато и, если ты не возражаешь, то я прихвачу еще пару часов, а потом присоединюсь к вам... - Хорошо! - Красавчик-Стив пожал плечами и добавил: - Если все произойдет сегодня, то вам уже некогда будет знакомиться со столицей России... - Это я как-нибудь переживу. - Франк лениво зевнул. - Здоровье мне гораздо дороже. ЛОЛИТУ БЕРУТ "НА ПОНТ" Ни на одно мгновение Воронов не упускал из поля зрения незваных "гостей". Когда те вышли из машины у гостиницы "Пекин", он приказал водителю следить за их "Волгой", а сам осторожно проследил за Красавчиком-Стивом и его провожатым. На этот рискованный шаг его заставило пойти то, что "гости" неожиданно поменяли гостиницу. Боясь засветиться, Воронов вернулся в машину и быстро связался с Богомоловым: - С вами говорит "Борт"! - "КаИ" на связи, говорите! - тут же отозвался генерал. - Наши гости приехали в "Пекин". Их встретили и разделили. - Что значит "разделили"? Говорите яснее! - Того, что постарше, и встречавшего отвели в ресторан на первом этаже, а третьего проводили в номер 181-1. - Минуту... - Трубка радиотелефона замолчала и отозвалась только через несколько минут. - Этот номер числится за подставным лицом. А проживает в нем "крутой авторитет" по кличке Мабуту! По нашим предположениям, они встретились по поводу билетов на юбилей клуба и скоро должны выйти. - От этой встречи нам только лишние хлопоты, - недовольно проворчал Воронов. - Мы об этом уже подумали, - тут же заверил Богомолов. В его голосе чувствовалась мягкая ирония. - Что-нибудь еще? - Нет, товарищ "КаИ", у меня все. - Вот и прекрасно, желаю удачи, "Борт"! - Спасибо. - Конец связи! - отозвался генерал, и Воронов представил себе его хитрую улыбку. Он снова стал наблюдать за выходом из гостиницы. Ждать пришлось немногим более часа. В сопровождении водителя "Волги" вышли те двое, что были в ресторане, и минут через пять к ним присоединился Красавчик-Стив. Как только он сел в машину, она тронулась с места и направилась к гостинице Белград". Чтобы не рисковать лишний раз, Воронов послал водителя проследить за гостями", и тот вскоре вернулся, доложив, что "гости" заняли два номера: в одном, "люксе", поселились Красавчик-Стив со своим телохранителем, в другом - Франк. И вновь Воронов соединился с Богомоловым. - Вы оказались правы, товарищ "КаИ": после встречи в "Пекине" они поселились в "Белграде", - доложил он. - Думаю, что у вас есть пара часиков, и вы спокойно можете отдохнуть. Вряд ли наши "гости" выйдут раньше, тем более после такого перелета и хорошего возлияния с Мабуту. - Откуда вы знаете? - не удержался Воронов. - Знаю, - загадочно усмехнулся генерал: несколько минут назад он получил сообщение от сотрудницы своего отдела, которая подменила "внезапно заболевшую" горничную. Она сообщила кое-какие подробности об уборке тысяча восемьсот одиннадцатого номера. - Так что, дорогой "Борт", считайте, что вы свою задачу выполнили. Отдохните, и в шесть встречаемся у меня. - Да, но... - попытался возразишь капитан. - За наших "гостей" можете не волноваться: все в полном порядке. - Понял, - облегченно вздохнул Воронов и положил трубку, потом повернулся к водителю. - Что ж, приятель, твоя служба на сегодня закончилась, отвези меня домой и можешь отдыхать. - Как отдыхать? - удивился тот. - Я в вашем распоряжении по приказу Константина Ивановича. - Хорошо, - устало кивнул Андрей. - Тогда поехали ко мне и будем отсыпаться до семнадцати ноль-ноль, потом немного перекусам и к генералу. - Он знал, что спорить бесполезно, а перезванивать по такому пустяку Богомолову не хотелось, да и усталость брала свое: нужно было, действительно, поспать, чтобы быть в форме на юбилее... Когда Богомолов закончил разговор с Вороновым, в дверь постучали. - Войдите! - Это я, Константин Иванович. - В кабинет вошел Говоров. - У меня создается впечатление, что у пас нюх, как у хорошей собаки-ищейки, - покачав головой, усмехнулся Богомолов. - Что, есть новости от Воронова? - Вот именно. Не зря мы с вами обсуждали возможные контакты наших "гостей". - И к кому же они ринулись? В государственные структуры или к "крутым ребятам"? - Можно сказать, к одному из самых крутых - к Мабуту! - Да, у Рассказова работа поставлена на высшем уровне: если криминал - то самый крутой, если Органы - то не ниже генерала. И как прошла встреча? Надеюсь, пальбы не было? - Как на дипломатическом приеме: вино, фрукты, кофе, чай... Судя по всему, они друг другу понравились. - А у Мабуту весело зашелестели зелененькие в кармане... - Не исключено. - Не прибавится ли у нас проблем с этими "крутыми" на юбилее? - несколько озабоченно протянул Говоров. - Вы словно сговорились! - буркнул Богомолов. - С кем это? - То же самое заявил Воронов. - Генерал задумался. - Если откровенно, об этом и я думал. Очень не хотелось бы затевать стрельбу в самом центре города. - Будем надеяться, что обойдется без этого. Хотя, если трезво все взвесить, то к этому нужно быть готовыми. - А что, если... - Богомолов в раздумье опустился в кресло, - если как-то воздействовать на хозяев, убедить их, что проходить на юбилей с оружием опасно? - Мысль хорошая, но как ее осуществить? Вот если бы в их кругах у нас был свой человек... - И что? Допустим, найдем мы такого человека. - Тогда все очень просто: открытым текстом сказать той же самой Лолите - так, мол, и так, менты могут нагрянуть. - А что, очень даже... Господи, зачем нам искать кого-то? А я? - генерал обрадовался, как малое дитя. - Не совсем понял... - Ну как же! У нас с Савелием уже был контакт, так? - Ну... - Так почему я не могу снова ему позвонить и выполнить благородную миссию? Тем более, что и с Лолитой я уже общался. - Но Савелий-то сам звонил вам и, насколько мне известно, не давал вам того телефона. Может, Лолита давала? - Нет, и она не давала. Но, ведь у меня телефон мог быть с определителем, не правда ли? - Мог... - неуверенно ответил Говоров. - Странное дело! - Богомолов снова встал и нервно прошелся по кабинету. - Сколько вас знаю, обычно это вы толкаете меня на рискованные дела, а тут? Никакого же риска! - Да, вроде бы риска никакого, но именно это-то меня и настораживает. - Да что тут может настораживать: этот телефон ими уже проверен, а значит, никаких подозрений. Еще и уважать будут за то, что я предупредил их о возможной проверке. Говоров снова покачал головой, потом решительно махнул рукой. - Что тут говорить: можно подумать, у нас есть еще какой-нибудь вариант. Попробуем! - Вот и хорошо, вот и славненько, - проговорил Богомолов, однако без особой радости. - Звоню! - Он потянулся к телефону, но Говоров перехватил его руку: - А вы с этого телефона говорили? - Ах, черт! Благодарю за своевременную подсказку. - Богомолов тяжело вздохнул, ругнулся про себя, затем решительно набрал номер с другого телефона, включив громкую связь. Только после пятого гудка трубку взяли. - Вам кого? - спросил знакомый мужской голос. Богомолов его сразу же узнал. - Мне бы Рэкса к телефону, - осторожно попросил генерал. - Кто спрашивает? - Это его брат. - Он еще спит. Что передать? - Разбудите, это очень важно. - Не могу, он должен отдохнуть перед боем! - голос был неумолим. - В таком случае позови-ка свою хозяйку! - Сейчас узнаю, дома ли... - С минуту трубка молчала, и генерал у же начал терять терпение, но вот в ней чтото зашуршало. - Вас слушают - голос Лолиты был совершенно безразличным, словно ей не доложили, кто звонит. - Госпожа Лолита? Вас беспокоит брат вашего бойца. - А, Константин Иванович? Узнала... Слушаю вас, - очень радушно отозвалась девушка. - Мы с вами знакомы только по телефону, и ничего нас не связывает, по-крайней мере пока, но... - генерал намеренно сделал паузу. - Что-то случилось? - чуть встревоженно сказала она. - Еще нет. - Вы можете сказать, в чем дело, или вас что-то удерживает? - Если бы не участие моего братишки в вашем празднике, то я вряд ли бы решился на этот звонок... - Кстати, откуда вам известен мой номер телефона? - неожиданно спросила девушка. Говоров бросил быстрый взгляд на Богомолова. - Вы что же, думаете, что телефон с определителем большая редкость в нашем городе? - Ах да... я об этом как-то не подумала. Так что же вы хотите мне сказать? - По моим каналам стало известно, что ваш юбилей может омрачиться неожиданным визитом... - он снова многозначительно замолчал. - И кто же это будет? Надеюсь, не сам Президент? - она чуть заметно хмыкнула. - Да нет, госпожа Лолита, менты. - Менты? Ну и что? Пусть себе заглядывают. - Вы так спокойны? - усмехнулся Богомолов. - А чего нам волноваться? Разве есть причины? - Лично вам волноваться, может, и не стоит, но вашим гостям... - Не понимаю... - Как вы думаете, почему к вам хотят наведаться? - Не знаю, наверное, проследить за порядком. - Горячо. - Может, наркотики поискать, оружие? - она хихикнула. - Насчет наркотиков не знаю, но вот оружие... - Вы думаете? - Предполагаю. - В его тоне был явный намек на что-то более серьезное. - И что вы мне посоветуете? - в ее голосе послышалось волнение. - Что тут можно посоветовать? - Он замолчал, словно что-то обдумывал. - Если бы было больше времени, то можно предупредить гостей, чтобы они не брали с собой лишних предметов, но сейчас остается лишь изымать их при входе. - Слова Богомолова прозвучали так просто, словно речь шла о простых сувенирах. - Да вы с ума сошли! - непроизвольно воскликнула девушка и тут же сконфуженно добавила. - Ой, извините, пожалуйста! Под каким предлогом, интересно, это можно сделать? - Ну, говорить о том, что могут прийти менты, совсем не обязательно. Самое простая версия: вы хотите обезопасить свой праздник от случайностей. Будут ставки, выигрыши, проигрыши, и довольно серьезные, мало ли что. У кого-то могут не выдержать нервы. Начнут палить, испортят праздник, бойцов выбьют из колеи... Многое можно придумать. Все в ваших руках, фантазируйте. Хотя... - Генерал вновь сделал паузу и добавил почти безразличным тоном: - Хотя это, конечно, ваше дело, и я, возможно, напрасно вмешался. Просто я волнуюсь за своего брата: он прошел Афган, и трудно сказать, какова будет его реакция, услышь он выстрелы. - Богомолов понимал, что все сказанное выше имеет гораздо меньшее значение, чем сказанное в самом конце. - Что вы, Константин Иванович, я вам очень благодарна за звонок. Не сомневайтесь, будут приняты самые решительные меры! - Тревога в ее голосе не исчезла, но появилась еще и решимость. - Хочется надеяться, что наше неожиданное знакомство будет продолжено, и не только по телефону. - В этом вы можете быть уверены. - Генерал с трудом сдержал улыбку. - Желаю вам удачного юбилея, и до встречи. - Спасибо, буду ждать с нетерпением, - кокетливо бросила она и тут же положила трубку. - Ну и ловелас же вы, Константин Иванович! - рассмеялся Говоров. - Соблазнили молоденькую девушку, лапши на уши навешали... - Как вы думаете, прислушаются к моему совету? - Судя по всему, ее эта информация весьма озадачила. Уверен, что сейчас она разговаривает со своим партнером по постели и по бизнесу, а принимая во внимание ее характер, думаю, она сумеет его правильно настроить. Мне понравилось, как вы не очень назойливо намекнули на самочувствие Савелия. Скорее всего, именно на него они делают самую большую ставку.
в начало наверх
- Дай-то Бог! - задумчиво пробормотал генерал... Отставной генерал Говоров не ошибся: Лолита, действительно, сразу же бросилась к своему милому. - Ну, и о чем был разговор, дорогая? Почему он хотел поговорить с братом накануне состязаний? - ЛешаШкаф, с трудом умещаясь в довольно широкой ванне, нежился в густой пеней пофыркивал от удовольствия. - Как ни странно, он больше хотел поговорить со мной. - С тобой? - От удивления рот у него остался открытым. - Не ревнуй, милый, речь совсем о другом. - Лолита явно подбирала слова, чтобы подготовить его к правильному решению в таком щепетильном вопросе, как изъятие у гостей оружия. Она, конечно, понимала, что это и в самом деле очень трудно: наверняка многие из приглашенных всегда носят при себе оружие и вряд ли захотят с ним расстаться даже на время без весомых причин. Сейчас она думала о том, говорить или нет своему Лешеньке об истинной причине, о возможном посещении юбилея милицией. Просочись эта информация к гостям, юбилей будет сорван. И отъезд за границу будет отложен на неопределенный срок, а этого ей очень не хотелось. Не желая рисковать, Лолита приняла решение ничего не говорить о милиции. Господи, а запись разговора? Неужели она не отключила магнитофон? Она ласково и интригующе улыбнулась Леше-Шкафу. - Сейчас ни слова. Потерпи, пока не закончишь свои водные процедуры. - Ну, милая, - он попытался сразу вызвать девушку на разговор. - Никаких, "милая"! - твердо заявила она. - Тебе принести халат? - И пивка! - обреченно добавил он. - И пивка! - эхом отозвалась Лолита, скрываясь за дверью. Она бросилась к магнитофону и с облегчением обнаружила, что он был выключен. Подхватив махровый халат и вытащив из холодильника банку любимого Лешиного пива с белым медведем, Лолита вернулась в ванную. - Вот ваше пиво, мой господин! - она с поклоном протянула ему банку, затем повесила халат на вешалку. - Как хорошо! - довольно произнес Леша-Шкаф, отхлебнув пива. - Какой же ты все-таки огромный! - Она знала, чем вызвать у него хорошее настроение: Леша очень любил свое тело и радовался как ребенок, когда кто-то делал на этот счет комплименты. - Мне кажется, что нам нужно сделать вместо ванны небольшой бассейн, места, думаю, вполне достаточно. - Может, смилостивишься, дорогая, и не станешь долго испытывать мое терпение? - Понимаешь, милый, он очень беспокоится за своего брата. - А что с ним может случиться? - удивленно спросил Леша. - Ты же помнишь, что случилось года полтора назад? - О чем ты? - Ну, ты сам мне рассказывал, как один из гостей начал палить от радости в потолок. - Еще бы не помнить: я тогда пятнадцать тысяч продул, поставив не на того, а этот фрайер шестьдесят штук зеленых одним махом загреб! - Он поморщился от неприятных воспоминаний. - И что? Отчего ты вдруг вспомнила об этом случае? И причем тут брат Рэкса? - Как ты сам знаешь, ставки сегодня будут самые крутые, и что будет, если кто-то с радости или с горя вновь начнет палить? - Ну и пусть себе палит! - равнодушно бросил Леша-Шкаф. - Нам-то что с того? Мои "секьюрити" успокоят любого, если надо. - Да я совсем не об этом, милый... - она снова немного помолчала. - Речь идет о нашем Рэксе. - Говори, пожалуйста, толком. Ничего пока не понял! - Брат его сказал, что Рэкс - бывший "афганец". - Нам об этом известно, и что? - Как ты думаешь, кто его лучше знает: мы или брат, который, между прочим, тоже будет на состязаниях и наверняка будет ставить на Рэкса? - И что же он хочет? - благодушное настроение у Леши как ветром сдуло. - Он говорит, что стоит Рэксу услышать выстрел, как ему начинает казаться, что он снова в Афганистане, и тут он может натворить черт знает что! - Да-а-а... Об этом я как-то не подумал. - Как и я, милый. Это мне нужно было все тщательно продумать: у тебя и других забот хватает. - И что же здесь можно сделать? Обзвонить всех приглашенных и попросить не входить в зал с оружием? - И скольких ты сможешь обзвонить? Нет, здесь нужно что-то другое... - Лолита сделала вид, что задумалась. - Хоть проверяй всех при входе в зал! - неожиданно бросил он. - А что, гениально придумано! - радостно воскликнула она и бросилась к нему с поцелуями. - Гениально-то гениально, но... - Леша-Шкаф поморщился. - Не станешь же каждого шмонать при входе? - А шмонать и не нужно, зачем оскорблять уважаемых людей? - Она хитро посмотрела на него. - Вспомни, о какой штучке ты мне рассказывал! - Ты о той, что мне Серый достал? А что, это даже очень ничего: и не шмон вроде, а металл не пронесешь. Умница! - На радостях он притянул ее к себе, стал целовать, и она, не удержавшись, рухнула к нему в ванну. - Ты с ума сошел! - воскликнула она, не в силах рассердиться теперь, когда ее план удался. Леша-Шкаф, конечно, сделает все, чтобы ни один гость не пронес оружие на юбилей. - Ну вот, все волосы мне намочил... - томно произнесла Полита, нежно лаская его мощное тело. Савелий стоял у дверей ванной комнаты. Он слышал почти весь их разговор и одобрил гениальный план "брата". Савелий прекрасно понимал, что интерес к нему, возникший во время гибели нескольких человек, не мог внезапно ослабнуть, и самым подходящим случаем избавиться от него был юбилей - огромное скопление народа, все увлечены схватками и разгорячены возможностью легкой Наживы. Убрать намеченную жертву в такой обстановке не составит особого труда. А самому противостоять невидимому противнику почти невозможно. Услышав тихие шаги в коридоре, Савелий сделал вид, будто только что подошел. Константин подозрительно посмотрел на него, но ничего не сказал, пока сам Савелий не произнес, пожимая плечами: - Хотел принять душ, но... - Он хитро подмигнул. - Наши хозяева просто неутомимы. - А я разве вам не говорил, что здесь есть еще одна ванная? - Еще? - Савелий сделал удивленное лицо. - Шикарно! И где же она? - - Вон, по тому коридору, слева. - Очень признателен вам, сударь! - шутовски шаркнул ногой Савелий. - Что будете на завтрак? - не обращая внимание на явную издевку, спокойно спросил тот. - О, завтрак очень легкий! - весело воскликнул Савелий. - Чай, ветчина, масло, красная икра, немного красной рыбки и пару яиц всмятку. - Хорошо, завтрак будет подан через двадцать минут. - Тридцать пять, если не возражаете, - поправил Савелий. - Через тридцать пять минут, - так же невозмутимо согласился он. "Видно, хозяин провел с ним разъяснительную работу", - подумал Савелий и, насвистывая, пошел в сторону второй ванной комнаты... Сегодня ночью, несмотря на все усилия расслабиться перед ответственным днем, Савелий долго не мог заснуть. Его возбужденный мозг анализировал и предстоящие бои, и возможные встречи с неожиданным противником вне татами. Чем больше он размышлял, тем больше приходил к выводу, что сегодняшние его "хозяева", как ни странно, находятся на его стороне и будут всеми силами обеспечивать его безопасность. Ему пришла в голову нахальная мысль: взять и проиграть последний поединок. Он даже хихикнул от удовольствия. Можно себе представить, что будет с Лолитой и ее "милым", сделай он такое! Нет, он не может позволить себе роскоши опуститься до такой унизительной мести. Не может! Тем более, он уверен, что Андрюшка наверняка поставит на него свои копейки, а подвести друга он не мог. От мыслей о врагах он постепенно переключился на мысли о своих близких. Ему вдруг вспомнилась мать, ее роскошные светлые волосы. На миг ему показалось, что он чувствует ее дыхание, вдыхает ее запах. Вызвав эти болезненные воспоминания, он неожиданно снова очутился в ТОЙ машине, на ее коленях, почувствовал на щеке ласковую материнскую руку. Он ощутил ее последний поцелуй и тут же был вышвырнут этими ласковыми руками из машины. Савелий так явно ощутил ТУ боль в сломанной руке, что даже заскрежетал зубами, словно пытаясь эту боль скрыть... "Мама! Мамочка! Как же мне тебя все время не хватало! Сколько раз я просыпался ночами, когда ты приходила ко мне во сне! И каждый раз, когда я, поверив в то, что ты реальна, открывал глаза, не находил тебя рядом и горько рыдал от непоправимой потери". Савелия всегда удивляло, что он, горячо любя своего отца, гораздо реже вспоминал его и не ощущал той боли, которую чувствовал, думая о матери. Его мысли неожиданно выхватили образ Учителя. Как он там, как его здоровье? Почему в последний раз, явившись ему, он говорил такие странные вещи? Вспомнив Учителя, Савелий вдруг почувствовал тяжесть в груди, словно его чем-то ударили. Сердце забилось учащенно и тревожно. Он давно уже заметил, что образ Учителя возникает тогда, когда ему, Савелию, очень трудно, и нужна помощь. "Учитель! Отец и брат мой! Мне очень нужна твоя помощь сейчас! Подскажи, что мне делать? Как пережить наступивший день?" - шептал Савелий с закрытыми глазами, тщетно пытаясь увидеть своего Учителя. И вдруг ему показалось, что прямо над его ухом Учитель - а это был, несомненно, его голос - прошептал: - СЫН МОЙ! ТЕБЕ ПРЕДСТОИТ ОЧЕНЬ ОТВЕТСТВЕННЫЙ ДЕНЬ, ТЫ ДОЛЖЕН БУДЕШЬ ПРИМЕНИТЬ ВСЕ ЗНАНИЯ, ПОЛУЧЕННЫЕ ОТ МЕНЯ, ПРОЯВИТЬ ВСЕ СВОИ ЛУЧШИЕ ПРИРОДНЫЕ КАЧЕСТВА, СКОНЦЕНТРИРОВАТЬ ВСЮ СВОЮ ВОЛЮ! К МОЕМУ ОГРОМНОМУ СОЖАЛЕНИЮ, Я НЕ СМОГУ ТЕБЯ БОЛЬШЕ ЗАЩИЩАТЬ: Я СЛИШКОМ ДАЛЕКО В КОСМОСЕ, И МОИХ СИЛ НЕДОСТАТОЧНО, ЧТОБЫ ПОДДЕРЖИВАТЬ ТВОЙ ДУХ И ВОЛЮ В ТРУДНЫЕ ДЛЯ ТЕБЯ МОМЕНТЫ: ДАЖЕ СЕЙЧАС, ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ СКАЗАТЬ ТЕБЕ ЭТИ СЛОВА, МНЕ ПРИХОДИТСЯ ОТДАВАТЬ ВСЕ СВОИ СИЛЫ... - Голос становился все слабее и слабее. Савелий попытался открыть глаза, чтобы увидеть Учителя, но его веки, как и все тело, были словно налиты свинцом. - ПОМНИ, ЧТО ТЫ - ПОСВЯЩЕННЫЙ И ПО ТОМУ НЕ ДОЛЖЕН ИСПЫТЫВАТЬ СТРАХА НИ ПЕРЕД ЧЕМ! - снова послышался голос Учителя, но На этот раз Савелию приходилось сильно напрягать слух, что бы понять его слова. - ТЫ ДО САМОГО КОНЦА ДОЛЖЕН ВЕРИТЬ В СЕБЯ, В СВОЕ ТЕЛО, В СВОИ ЗНАНИЯ, В СВОЙ ДУХ, В СВОЕГО УЧИТЕЛЯ! И ПОМНИ: ДОБРО ВСЕГДА ПОБЕЖДАЕТ ЗЛО! ПОМНИ!.. ПОМНИ!.. ПОМНИ!.. - Последнее слово как бы эхом прозвучало несколько раз, все удаляясь и удаляясь. - Помню, Учитель! - прошептал Савелий. Он снова попытался открыть глаза, но тут его сморил сон. Этот сон был удивительно прекрасным: ему снилась Варвара! Она приснилась ему такой, какой он помнил ее в том самом огромном дубе. Эта была ночь их счастья, их любви... В этом сне он совершенно не знал о том, что произошло после. Он, словно наяву, прожил эту ночь со своим самым любимым человеком. Проснувшись, он ощутил огромный прилив сил во всем теле, ему захотелось запеть во весь голос. Он не помнил своего чудесного сна, но от него осталось ощущение счастья, нежности и любви. Ему вдруг чертовски сильно захотелось увидеть Наташу. Почему он так холоден к ней? Чем она заслужила такое отношение с его стороны? Ничем! Ладно, у него еще будет время разобраться во всем этом. Савелий бодро вскочил с кровати, сделал несколько резких движений, словно проверяя готовность своих мышц к борьбе, затем подхватил полотенце и направился в ванную. В квартире было удивительно тихо, и он, стараясь не шуметь, заглянул в комнату хозяев - никого, в комнату, где спал Константин, - никого. Только он подумал, что, действительно, остался один, как из кухни донесся шум посуды. Огорченно вздохнув, Савелий подошел к ванной и уже хотел дернуть дверь, как услышал оттуда слова: - Брат его сказал, что Рэкс - бывший "афганец"... Поняв, что речь идет о нем и о Богомолове, Савелий затаил дыхание и стал внимательно вслушиваться, не забывая и о том, что происходит вокруг него... Он стоял под душем, когда "сладкая парочка" вышла из ванной. НЕОЖИДАННАЯ ПОДДЕРЖКА МАБУТУ - Константин! - крикнул Леша-Шкаф. - Слушаю, шеф! - тут же отозвался тот, выходя из кухни. - Наш герой встал? - Да, уже умывается, сначала сюда дернулся, но я его направил во вторую ванную. Леша с Политой быстро переглянулись. - И долго он стоял под дверью? - нахмурился Леша-Шкаф. Константин понял, что если он сейчас скажет, что не знает, то получит нагоняй за то, что выпустил Савелия из поля зрения. Эта мысль промелькнула
в начало наверх
в его мозгу в считанные секунды, и потому он без всякой паузы ответил: - Он вообще не стоял: подошел, толкнул дверь, а я ему и говорю... - Хорошо, - прервал его дальнейшие объяснения Леша-Шкаф. - Когда он хочет завтракать? - Через... - Константин взглянул на часы, - двадцать две минуты. - Нам можешь подавать минут через пять. - Слушаюсь, шеф! - Он быстро вернулся на кухню, радуясь, что так ловко выкрутился. - Как ты думаешь, Рэкс слышал что-нибудь? - обеспокоенно спросила Лолита. - А черт его маму знает! Ну, а если и слышал? Вроде мы ничего такого не говорили. - Что-то мне это не нравится, - задумчиво сказала она. - Не волнуйся, моя девочка, папочка держит руку на пульсе, - улыбнулся Леша. - Пошли переодеваться: позавтракаем - и в клуб! - Позавтракаем - и в клуб... - автоматически повторила Лолита, продолжая о чем-то думать. - Знаешь, милый, интуиция редко меня подводит... - начала она, когда они переоделись. - И о чем же она тебе сейчас шепчет? - игриво сказал Леша-Шкаф, любуясь ее стройной фигуркой. Она так ему нравилась, что его глаза мгновенно начинали блестеть, а дыхание учащаться, когда он смотрел на округлую розовенькую попочку, на девичьи, но такие аппетитные грудки, которые могли утонуть в его огромной ладони, на тонюсенькую талию, напоминающую линию кувшинов древнегреческих мастеров. - Как же я люблю на тебя смотреть, - прошептал он. Казалось, он набросится на нее. Но девушка очень хорошо изучила своего любимого и потому сразу же пресекла его намерения. - Мне кажется, что ты меня не слышишь. - Ее тон был резким, отрезвляющим. - Леша? - Прости, милая, увлекся, - смущенно улыбнулся он. - Слушаю тебя, и очень внимательно. - Так вот, милый, береженого Бог бережет. Так, кажется, говорит народная мудрость? - Эт-то точно! - Я думаю, будет не лишним чуть-чуть подстраховаться. - Каким образом? - непонимающе скривился ЛешаШкаф. - Девчонка! - Наташа?! Но мы же ему дали слово. Он после этого ни разу не выйдет на схватку. - А зачем ему говорить об этом? - она хитро прищурилась. - Да, но если он не увидит ее в зале, то сразу же все поймет. - А зачем ее уводить из зала? - Ничего не понимаю! - Глупенький мой! - Лолита потрепала его за ухо. - Рядом с ней будет сидеть кто-нибудь из наших людей и обязательно из тех, кого он уже видел у нас, желательно с фигуркой помощнее, а ему сделаем намек, чтобы никаких фокусов с его стороны. Ясно? - Какая же ты стервочка! Но прекрасная стервочка, нужно отдать должное, - восхищенно выдохнул он и чмокнул ее в губы. - Ты страшная женщина! - Страшная? - Она кокетливо бросила взгляд в зеркало. - Страшная не в смысле безобразная, а в смысле опасная! - Опасная - да, но только не для моего папочки. - Она хитро подмигнула, хотела еще что-то добавить, но в этот момент в дверь постучал Константин. - Завтрак на столе, шеф. - Хорошо, сейчас идем. Несмотря на то что Леша-Шкаф согласился со своей ненаглядной по поводу оружия, на душе у него скребли кошки. На миг он представил себе глаза гостей, когда им будет предложено разоружиться. Что бы такое придумать, чтобы было весомо и не обидно? Он вывернул все мозги наизнанку, но ничего подходящего в голову не приходило. И посоветоваться особо не с кем. Сейчас, сидя в своем кабинете, куда он заскочил ненадолго, чтобы подписать кое-какие бумаги и отдать распоряжения, он еще больше ощутил безысходность ситуации. - Алексей Валерьянович, вам звонят по городскому! - раздался писклявый голос его секретарши. Ее голос очень раздражал его, но приходилось терпеть, чтобы угодить Лолиточке. Как она сказала, такой голос отобьет желание "трахнуться" у любого нормального мужика, а значит и времени для работы будет больше. - Кто? - раздраженно спросил Леша-Шкаф. - Он говорит, что вы будете довольны сюрпризу, - растерянно пропищала она, словно собиралась разреветься. Леше-Шкафу даже показалось, что она всхлипнула. - Ладно, соедини. - Понимая, что бесполезно ругать и учить ее, он решил поговорить с незнакомцем, чтобы немного отвлечься. - Лешенька, сынок, здравствуй! - в трубке раздался хрипловатый голос, который Леша-Шкаф узнал бы из тысячи. - Здравствуй, дорогой Мабуту, здравствуй! Вот не ожидал так быстро услышать тебя! - обрадованно воскликнул Леша-Шкаф. - Надеюсь, что билеты уже у вас? - Да, спасибо, сынок, уважил старика. - Он вдруг закашлялся и минут пять давился, потом минут пять пытался отдышаться. - Извини, дорогой, совсем замучил кашель проклятий! Леша-Шкаф вдруг подумал о том, что Мабуту вряд ли доживет до конца года. - Того и гляди до Нового года не дотяну! - словно подслушав его мысли, добавил Мабуту. - Ну, что ты, дорогой мой, не следует думать о смерти, ты еще и нас переживешь, - попытался ободрить его Леша-Шкаф. - Не переигрывай, сынок, хотя и спасибо на добром слове. Я тебе вот почему звоню... - Он сделал паузу, то ли оттого, что все еще переводил дыхание после кашля, толи оттого, что взвешивал все "за" и "против". - Эти билеты, как я уже сказал, нужны были моим знакомым. Их порекомендовал мне очень уважаемый человек, которому я не мог отказать. - Да и Бог с ними: я рад был оказать услугу именно тебе, а не кому-то другому. - Да не в этом дело! - старик явно раздражался. - Никогда я себя так паршиво не чувствовал, как сегодня! - неожиданно вырвалось у него. - Я вдруг почувствовал себя проституткой, которую покупают с потрохами. Поначалу он мне даже понравился, имею в виду того, кто приехал из-за кордона за билетами, а потом, когда он стал меня покупать прямо на корню... - было слышно, как Мабуту раздраженно причмокнул. - Да, неприятная история, - поддакнул ЛешаШкаф. - Но у меня такое впечатление, что ты еще чтото хочешь мне сказать. - Хочу! - решительно выдавил тот и тут же закашлялся, сделал небольшую паузу, видимо отхаркиваясь в свою баночку. - Думаю, что тебе и твоей "мамочке", - он хихикнул, - нужно быть осторожнее. - В каком смысле? - А я и сам не знаю. Знаю только, что этот заграничный франт что-то задумал на твоем юбилее. - Повторю: я рад твоему звонку, дорогой Мабуту! Не позвони ты, сам бы набрал твой номер. - Проблемы? - Как ни странно, есть кое-что, что пересекается со сказанным тобой. - Леша-Шкаф чуть замялся, не зная, как сказать о своих сомнениях. - Говори, сынок, не стесняйся! - подтолкнул тот. - Однажды во время проведения подобного мероприятия в зале была пальба, и сейчас, в вечер юбилейный, не хотелось бы рисковать... - Ты же хозяин и вечера, и клуба, так? - Ну... - Кто тебе мешает что-то сделать по-своему! - Но ведь некоторые могут неправильно меня понять. - А что ты хочешь сделать, чтобы не допустить "игрушки" в зал? - напрямую спросил Мабуту. - Дело в том, что предупредить каждого приглашенного об этом нет ни времени, ни возможности, и поэтому я решил организовать сдачу "игрушек" при входе с помощью прибора. - А что, очень дельняя мысль - неожиданно похвалил тот. - Не нужно только ловчить, скажи прямо: "Уважаемые, я не хочу никаких случайностей, и поэтому сегодня те, кто желает присутствовать на юбилее, должны войти в зал пустыми, без всяких исключений!" Я уверен, что все приглашенные - люди уважаемые и понимающие, а потому не должно быть никаких проблем. Если же они возникнут, ты не должен идти ни на какие компромиссы! Если хочешь, то я могу подослать к тебе тройку своих ребятишек. - Буду тебе весьма признателен, - чуть подумав, согласился Леша-Шкаф, понимая, что участие столь уважаемого "авторитета" будет совсем не лишним. - А может быть, ты и сам наведаешься на юбилей? - осторожно предложил Леша-Шкаф. - Нет, сынок, это мне совсем не улыбается... Да ты не беспокойся: мое мнение будет известно тем, кому нужно, к тому же при входе будет мой человек, который многим известен. - Он усмехнулся. - Скажи, а ты знаешь, зачем пожалуют эти иностранцы на твой юбилей? - Скорее всего, нервы себе пощекотать. - Если бы... - задумчиво протянул Мабуту. - Но мне кажется, их интересует другое... Ладно, желаю удачи! Звони, если что. - Не дожидаясь ответа от ЛешиШкафа, он тут же повесил трубку, словно не желая отвечать на возможные вопросы. Леша был очень удивлен сообщению Мабуту, даже простой его звонок был достаточно необычным делом, а тут... Видно, совсем его допек этот иностранец. Интересно, откуда он? Что ему нужно, если не "зрелище"? Мабуту - старый лис, и его на мякине не проведешь: - если говорит о своих сомнениях, значит, действительно, не все чисто. Странный разговор с "авторитетом" совершенно выбил Лешу-Шкафа из колеи. Он долго сидел неподвижно, пытаясь спрогнозировать будущую ситуацию, но в голову ничего не приходило, и он по привычке решил посоветоваться со своей Лолиточкой и быстро набрал номер телефона. - Милая, ты очень занята? - Он пытался скрыть озабоченность, но, видно, ему это не удалось. - Что-то случилось? - встревожилась она. - Нет-нет, девочка моя, просто нужно посоветоваться. - Хорошо, сейчас я зайду. - Она почувствовала, что Лешу-Шкафа что-то беспокоит, а накануне юбилея это был совсем некстати. - Что случилось, Лешенька? - ласково произнесла она, присаживаясь на ручку его кресла. - Понимаешь... как бы тебе сказать... Короче, мне только что звонил Мабуту. - Неужели сам решил посетить наш праздник? - усмехнулась девушка, но, перехватив странный взгляд милого, добавила: - Или билеты не понравились? - Нет-нет, с билетами все в полном ажуре, а сам он не придет. Он звонил совсем по другому поводу... - Говори, не тяни! - Ему не нравятся те визитеры, которым он вынужден был доставать билеты. - Не нравятся - зачем хлопотал? - удивилась она. - Он не мог отказать тем, кто поручился за них. - А нам-то что? - Мабуту предупредил, что их приезд из-за границы связан с чем-то серьезным. - Наемники, что ли? - встревожилась Лолита. - Нам только этого не хватало! - Мабуту этого определенно не сказал, но посоветовал быть поосторожнее, даже своих людей обещал прислать. Мне кажется, что никто из них не должен сидеть в проходе. Придумай что-нибудь! - Хорошо. - Она чуть задумалась и тут же воскликнула: - как бы то ни было, но мы с тобой оказались правы! Я имею в виду оружие. Надеюсь, ты посоветовался с ним об этом? - Естественно. - И что, ни "да", ни "нет", так? - Не угадала. Он сказал, что мы хозяева праздника и можем ставить условия совершенно спокойно: кто не согласен, может идти в другое место. - Но тогда и валюту нужно будет возвращать... - такой поворот ее явно не устраивал. - Естественно, - повторил Леша-Шкаф. - У тебя что, валюта кончилась? - нахмурился он. - Нет-нет, милый! - встрепенулась девушка. - Просто жалко возвращать. - Ничего, все с лихвой окупится! - заверил он. - А если многие захотят уйти? - Не захотят! - усмехнулся Леша-Шкаф. - Мабуту обещал донести до нужных людей свое мнение. А уж к его мнению прислушиваются многие. - Что ж, будем надеяться, - тяжело вздохнула Лолита и тут же добавила: - Но я бы на твоем месте всетаки задействовала "спецгруппу". Столько денег тратишь на их подготовку! - Никогда не жалей денег, которые тратятся на нашу безопасность, - резко одернул ее Леша-Шкаф. - Я и не думаю жалеть, просто считаю, что именно сегодня они и смогут показать, чему им удалось научиться. - Лолита кокетливо пожала плечами. - Я тебе еще нужна, милый? Очень много осталось звонков и встреч. Кстати, когда ты сможешь спуститься со мной в зал? - Для чего? - Посмотреть, как он украшен. - Я вполне доверяю твоему вкусу, - улыбнулся он и чмокнул ее в щечку. - Ко мне сейчас придут возможные партнеры, и сколько с ними пробуду - одному Богу известно, - добавил он извиняющимся тоном. - Ну смотри, не говори потом, что я тебе не предлагала. - Она игриво погрозила тоненьким пальчиком, потом нежно щелкнула его по огромному носу и выпорхнула из кабинета. - Стрекоза! - ласково бросил Леша-Шкаф вслед и набрал номер
в начало наверх
начальника своей службы безопасности. - Мухой ко мне! - выпалил он и тут же добавил: - Нетнет, все в порядке: просто нужно обсудить одну вещь, а ко мне с минуты на минуты придут люди. - Он положил трубку и усмехнулся, представив, как всполошился тот, услышав его первые слова. Леша-Шкаф еще раз просмотрел свои записи, чтобы не пропустить ни одного из намеченных на сегодня дел. Он облегченно вздохнул: остался только разговор с "секьюрити" и деловая встреча, которая, как он надеялся, долго его не задержит. Времени оставалось очень мало, а еще нужно успеть заехать домой, чтобы переодеться в смокинг. ПОСЛЕДНИЕ ПРИГОТОВЛЕНИЯ Когда Говоров с Вороновым вошли в кабинет, Богомолов даже присвистнул от удивления: так поразил его их вид. Однако и сам он в грязь лицом не ударил. - Граф, вы не находите, что сегодняшние устрицы не так свежи, как на балу у князя Болконского? - с важным видом произнес Говоров, горделиво повернувшись к Воронову. - Вы совершенно правы, ваше сиятельство, не так свежи! - подмигнул чуть заметно Воронов, и все рассмеялись. - Не знаю, как вы себя чувствуете, госпола, по мне воротничок давит, - с недовольной миной произнес Богомолов. - А вы так расхваливали своего специалиста, - подковырнул его Говоров. - А он, действительно, мастер от Бога, это я раздался в последнее время. - Ладно-ладно, - замахал рукой Говоров, потом серьезно спросил: - Как наши боевые посты? - Савелий пока еще на прежнем месте. Я думаю, его привезут к самому началу. - Богомолов покачал головой. - Как жалко, что связь между группами не носит постоянного характера. - Что поделаешь, - Говоров развел руками. - Не станешь же рисковать на последнем этапе. А как девушка? - Наташа тоже дома и сегодня пока никуда не выходила: видно, приводит себя в порядок. - Вы извините, товарищ генерал, можно подумать, что я вас проверяю, - спохватился вдруг Говоров. - Ну что вы, - Богомолов дружески похлопал его по плечу. - Вы старше и намного опытнее меня, я нисколько не обижаюсь, поверьте. - Спасибо, Константин Иванович! - Говоров был явно растроган. - Собственно, последнее, что мне хотелось бы уяснить: удалось ли нашим людям незаметно рассредоточиться вокруг клуба? - Вы думаете, что-то может произойти? - озабоченно спросил Богомолов. - Думаю, не думаю, но нюх подсказывает мне, что нужно быть готовым ко всему. А что, разве не смогли? - нахмурился Говоров. - Нет-нет, все в полном порядке: люди рассредоточены по всем намеченным нами точками, просто очень хотелось бы обойтись без шума. - Генерал похлопал себя под мышкой. - Неужели вы... - удивительно воскликнул Порфирий Сергеевич. - Да, сунул на всякий случай. - Богомолов показал свой "ТТ". - Отлично, еще и наш, армейский! - усмехнулся Говоров. - А что, прекрасная машинка. - Генерал пожал плечами. - Во-первых, мы сами взбаламутили их по поводу оружия и вдруг явимся к ним вооруженными. Во-вторых, коль скоро вы представляете силовые структуры, то вооружаться нужно соответствующе! - Говоров вдруг выдернул из-под мышки вороненый "Макаров". Эта проникновенная речь, произнесенная на полном серьезе, была так комична, что они все дружно рассмеялись. - Ладно, шутки шутками, а никто из нас вооруженными туда не пойдет, - резко заявил Говоров и вдруг смачно откусил кусок ствола от своего "оружия", оказавшегося умело сделанной шоколадкой. - Хочешь? - Он протянул шоколад Богомолову. - Да пошел ты! - обиженно воскликнул тот. - Только шутку придумаешь, а ее у тебя из-под носа и уведут! - Он хитро улыбнулся и сам откусил от своего "пистолета", тоже оказавшегося шоколадным. Хохот стоял оглушительный, смеялись долго, до кашля. Когда же все успокоились, Богомолов повернулся к Воронову. - Если бы еще и у тебя в кармане оказалась такая же шоколадка, то мы, действительно, скончались бы здесь от смеха. - Зная, что вы уже закупили эти штучки, я не решился тратить свои кровные на такой розыгрыш, - ответил Андрей. - Откуда ты мог узнать? - удивился генерал. - От буфетчицы Танечки. - Воронов хитро подмигнул. - Когда я шел сюда, то обратил внимание на этот шоколад и подумал: хорошо бы сейчас разыграть двух генералов, но внутренний голос мне сказал: ты - капитан, а они генералы, и значит - умнее, спроси, на всякий случай, может, тебя уже обогнали... Я и спросил! - Понятно. - Богомолов покачал головой. - Оказывается, ларчик просто открывался. - Он был явно разочарован. - А ну-ка, капитан, вытаскивай свою штучку на стол! - неожиданно скомандовал Говоров. - Какую такую штучку? - невинно переспросил Андрей. - А точно такую же, - подмигнул Говоров. - И откуда вы все знаете? - обреченно вздохнул Воронов и вытащил из кармана "пистолет". - Действительно, откуда? - не понял и Богомолов. - А вот это уже совсем просто, - улыбнулся Говоров. - Как только капитан заявил, что мы оба закупили шоколад, я сразу понял, что он обманывает, а раз обманывает, то значит не хочет оконфузиться! - Не понимаю, как же вы узнали, что он обманывает? - поморщился Богомолов. - Еще проще: это я шел за ним, а не он за мной. - Прекрасно! - воскликнул Богомолов. - Коль скоро у нас такое отличное настроение, можно сказать, что мы готовы к предстоящим на вечере неожиданностям. - Хорошо бы их не было, - чуть слышно произнес Говоров. - Это точно! - эхом отозвался Воронов. - Что мы еще должны обсудить? - спросил Богомолов. - Кто за что отвечает, если случится что-то непредвиденное - стрельба вдруг начнется, на Савелия нападут? - Если стрельба не в нас и не в Савелия, то сохранить полное спокойствие и невозмутимость, словно нас все это не касается, - генерал обвел сидящих напротив взглядом и добавил, - если начнутся выстрелы, то это уже будет делом тех, кто окружает клуб снаружи. - Если же грозит какая-нибудь неприятность комуто из нас или Савелию, то всем действовать по обстановке. Вы согласны со мной, Константин Иванович? - Говоров повернулся к генералу. - На все сто, Порфирий Сергеевич! Что же, на том и порешим. - Богомолов тяжело положил обе руки на стол ладонями вниз, как бы подытоживая разговор. НАЧАЛО ЮБИЛЕЯ Зал, в котором проходили бои, выглядел сегодня празднично: по стенам были развешаны гирлянды цветов с неоновой подсветкой. Все гостевые кресла были покрыты ярко-красными чехлами, а перед каждым на выдвижном столике стоял необходимый набор для праздника - крепкие дорогие напитки, соки, фрукты, бутерброды. Программа праздника лежала отдельно. Она была красочно оформлена, и в ней был четко расписан весь предстоящий праздник: от концертных номеров до каждого боя. Участники боев были представлены под псевдонимами или кличками. Несмотря на то что представители каждого из бойцов честно разыграли между собой будущих партнеров, судьба словно специально развела главных соперников - Савелия и Робота Смерти: их встреча могла состояться только в конце, при условии, что каждый выиграет предварительные бои. Первый бой должен был состояться ровно в девять тридцать. В первой паре встречаются Крепыш из Казахстана и Гром с Украины. Вторая пара - в десять тридцать: Черный Ангел из Армении встречается с Великим Янусом из Латвии, третья пара - в одиннадцать пятнадцать: Робот Смерти, или, как он указан в программке, Тихий Робот, встречается с Меченым из Белоруссии, и, наконец, в полночь: Рэкс - с Красавчиком из Петербурга. Победители второй и третьей пары встречаются в полуфинале номер один, по втором полуфинале встречаются победители первой и четвертой пары, а потом состоится финал, в котором и определится чемпион России. Гости начали собираться заранее, и к открытию вечера, в восемь тридцать, зал был почти заполнен. Появился и Богомолов со своими партнерами. Порфирий Сергеевич, едва войдя в зал, обвел его быстрым взглядом И сразу заметил девушку в голубом платье с глубоким вырезом, открывавшим красивую шею с овальным медальоном на золотой цепочке. - Немного пройдусь! - бросил Говоров своим приятелям и медленно пошел вокруг помоста. Богомолов в легком недоумении взглянул на Воронова, но тот сразу же кивнул в сторону девушки, и Константин Иванович облегченно улыбнулся и громко добавил: - Наш охотник уже присмотрел симпатичный объект и теперь весь праздник будет на нее пялиться! - Он усмехнулся: эти слова были предназначены для какого-то странного типа, стоящего за их спинами. - Да, нашему дядюшке палец в рот не клади, дай за девочками поволочиться, - с готовностью подхватил Воронов. Странного типа за своей спиной он приметил еще при входе, когда их быстро осмотрели хитрым прибором на предмет наличия оружия. Там, на входе, они с удовольствием отметили, что их усилия оказались ненапрасными: с оружием в зал никого не пропустили. Никаких устных или письменных объявлений на этот счет не было, по стоило у кого-то из гостей обнаружить что-то металлическое, как владельца вежливо отводили в комнату, где ему, если тот не был в курсе, очень доходчиво все объясняли и предлагали на время праздника сдать оружие в сейф. Надо заметить, что ни один из пришедших гостей, имевших с собой оружие, не ушел с праздника из-за этой процедуры, хотя и были такие, что недовольно бурчали. Трудно сказать, что сыграло здесь роль: желание ли во что бы то ни стало побывать на этом престижном празднике и попытаться заработать на ставках или авторитет Мабуту, который выполнил обещание и провел соответствующую работу, но факт остается фактом - "отказников" не оказалось. Лолита была очень довольна и встречала гостей в самом отличном расположении духа. "Брата" Рэкса она вычислила сразу и не без удивления отметила, что у него и его двух приятелей места были отличные, что говорило об очень высоком положении этих гостей. Лолиту несколько удивило, что один из них, самый старший, сразу же направился к Наташе. Она сделала знак парню, которому поручила "приклеиться" к этой троице. Тот сразу же подошел. - Ну? - строго и нетерпеливо спросила девушка. - Тот, что постарше, имеет слабость к молоденьким симпатичным "бабочкам", - осклабился парень. - Это что, твои собственные измышления? - нахмурилась она. - Что вы, госпожа Лолита, те двое сами обсуждали эту маленькую слабость своего приятеля. - В голосе парня послышались обиженные нотки. - Мне как, продолжать их пасти? - Нет, можешь расслабиться немного, но будь на входе около одиннадцати, встретишь нашего приятеля. - Она грозно сощурилась. - Впятером возьмете в кольцо и проводите в мой кабинет. - В ваш кабинет? - удивленно переспросил тот. - Вы же говорили, в его комнату... - Мало ли, что я говорила! - вдруг вспылила она. - А сейчас говорю иначе! Что-нибудь не ясно? - Нет-нет, госпожа Лолита, все ясно! Можно исполнять? - Валяй! - вяло махнула рукой девушка. - Разрешите вопрос? - спросил он вдруг. - Ну? - Я могу делать ставки? - А кто тебе может помешать? Деньги-то твои, не так ли? - усмехнулась Лолита. - Понял! - радостно улыбнулся парень и быстро направился в фойе. Лолита поискала глазами своего главного помощника и подала ему знак. Тот кивнул в ответ, вынул из кармана передатчик и что-то сказал в него. Буквально через минуту из-под центральной ложи, откинув в сторону тяжелые портьеры, вышли двенадцать одинаково одетых парней. Они быстро направились каждый в свой сектор, чтобы принимать от гостей ставки. Прием ставок был упрощен до максимума: у каждого контролера был мини-компьютер, в который вносилось имя гостя, размер ставки и имя бойца, на которого делается ставка. Все эти результаты суммировались и выносились на огромное табло, подвешенное почти над самым татами. Результаты
в начало наверх
появлялись почти мгновенно, и каждый гость видел, кому из бойцов отдавалось предпочтение. Несмотря на то что возможности каждого бойца сохранялись в строжайшей тайне, ставки быстро росли на четырех претендентов: выше всех они были на Тихого Робота, на втором месте шел Черный Ангел, на третьем - Великий Янус, на четвертом - Гром. Рэкс занимал предпоследнее место, и это весьма радовало хозяйку клуба, но заставляло нервно ерзать на креслах некоторых из гостей. Напряжение все возрастало. В зале появилось еще трое гостей, в которых без особого труда можно было узнать иностранцев. Они пришли уже минут двадцать назад, но им пришлось задержаться при входе, потому что ни Ронни, ни Красавчик-Стив не хотели расставаться со своим оружием. Со стороны было интересно наблюдать за третьим их спутником, который не сумел скрыть удивления, увидев, что Красавчик-Стив имеет с собой оружие. После довольно долгих и утомительных переговоров с начальником службы безопасности, деликатно объяснившим гостям, что правило это касается всех без исключения и что за свою жизнь они могут не опасаться, Красавчик-Стив наконец понял, что в чужой монастырь со своим уставом не ходят, и милостиво согласился расстаться на время с пистолетом. Затем он кивнул Ронни, и тот нехотя подчинился. В этот момент к ним подошла Лолита и сказала через обаятельную переводчицу, что она, владелица клуба, просит у них извинения за причиненные неудобства. А чтобы хотя бы немного компенсировать их, она пересаживает третьего их приятеля на очень хорошее место и для удобства общения выделяет им двух красавиц переводчиц, которые выполнят все, что гости пожелают. Очаровательно улыбнувшись, Лолита пожелала гостям весело провести время. Один из ее помощников проводил иностранных гостей до их мест, по дороге успев отдать распоряжение старшей "группы девушек" о выделении иностранцам "переводчиц" со знанием английского языка. Не успели гости занять места, как перед ними тут же возникла полуобнаженная симпатичная девица, которая перевела им "котировку" бойцов на электронном табло и программку, лежащую перед ними. Ронни, не спрашивая своего шефа, тут же поставил почти всю свою наличность на Тихого Робота, о котором он слышал еще в Сингапуре. Девушка тут же пояснила, что ставку нужно делать перед каждым поединком. - Это обязательно? - спросил Красавчик-Стив, улыбаясь девушке во весь рот. - Разумеется. Таковы правила этого клуба. - Она улыбнулась ему в ответ. - Минимальная ставка? - Сто долларов. - Она пожала плечами, словно извиняясь за такие жесткие правила. - В таком случае... триста на Украину! - хмыкнул Красавчик-Стив. - А я... извините, шеф, - смущенно вздохнул Ронни, - сто долларов на Крепыша. - Почему ты так решил? - удивился КрасавчикСтив. - Не знаю, просто имя понравилось. Услыхав его ответ, девушка мило улыбнулась Ронни и тут же подозвала букмекера: - Триста баксов на Грома, господин... - она вопросительно взглянула на Красавчика-Стива. - Красавчик-Стив! - подсказал тот. - А вас как? - Хелен, - отозвалась она и продолжила: - И сто баксов на Крепыша, господин... - Ронни, - назвался тот. - Ронни, - повторила девушка и выразительно потерла двумя пальцами. Красавчик-Стив и Ронни протянули деньги, и букмекер пошел дальше по рядам. - Господа желают что-нибудь еще? - Она продолжала стоять у кресла Красавчика-Стива, словно ожидая чего-то. Стив полез в карман, подумав, что она ждет чаевые, но тут увидел одного из гостей, около которого на ступеньке, выдвинутой из-под кресла, сидела девушка, - Вы очень обаятельны, Хелен, - галантно произнес Красавчик-Стив, выдвигая ступеньку из-под своего кресла. - Прошу вас! - Господин знает, что это... - она указала на ступеньку, - за отдельную плату? - Без проблем! - усмехнулся он. - Мне будет очень приятно, что рядом со мной сидит такая обаятельная девушка. Прошу вас, наливайте все, что хотите, а если надо, не стесняйтесь делать заказ. Короче, будто хозяйкой нашего "стола". - Вы очень любезны. - Девушка неожиданно чмокнула его прямо в губы. В это время Франк внимательно изучал расписание поединков с помощью еще одной симпатичной длинноногой блондинки. Взглянув на часы, он поморщился: до появления Рэкса было еще очень далеко. Он заметно нервничал, хотя и сам не мог понять почему: пока все шло гладко и без каких-либо осложнений. Он допускал, что именно поэтому он и нервничал. Франк очень не любил, когда в серьезных делах все шло гладко. Он постарался взять себя в руки и стал спокойно осматривать зал. Со стороны казалось, что ему совершенно безразлично, что происходит на сцене, устроенной чуть выше татами, но это было не совсем так. Его цепкий взгляд, великолепный слух отмечали прекрасное выступление русского певца. Тот был очень эксцентричен, и эта эксцентричность была во всем: в манере одеваться во что-то сверкающе-серебряное, двигаться по сцене во время пения, общаться со зрителями так, что каждому казалось, что певец поет только ради него одного. Он "заводил", бил по чувствительным струнам, очаровывал, и это приносило искомый результат: все, кто сидел поблизости, аплодировали в такт, выкрикивали слова восхищения и благодарности. А Франку больше всего нравился широкий диапазон его голоса. Казалось, что для этого голоса нет предела, что он то возносится высоко-высоко в небо, то опускается в самую землю. Он пел на разных языках - на английском, итальянском, русском. И было полное ощущение, что каждый раз он поет на своем родном языке. - В Европе его прозвали Князем Серебряным! - зачарованно прошептала на ухо Франку переводчица, словно подслушав его мысли. - Да-да... - машинально отозвался Франк, и вдруг понял, что его мысли, несмотря на то что он всецело отдался голосу талантливого певца, находятся очень далеко отсюда. СТРАННЫЙ ПЛЕННИК-АЗИАТ За несколько дней до встречи с Рассказовым Франк встречался еще с одним человеком. Свидание это проходило в обстановке строгой секретности, потому что, узнай о нем Рассказов, Франк вряд ли бы остался в живых. А встречался он с Большим Стэном, который стал называть себя так, когда на его легальном счету собралось более двухсот миллионов долларов. Как ни странно, пути Рассказова и Большого Стэна никогда не пересекались, несмотря на то что они занимались одним и тем же бизнесом. Правда, было одно отличие: если Рассказов играл по-крупному с наркотиками и оружием, то Большой Стэн не гнушался ничем, занимаясь и игорным бизнесом, и торговлей женским телом, и многим другим, что, как он говаривал, "приносило ему большие доходы при минимальных расходах". Разузнав по своим каналам, что Франк напрямую связан с Рассказовым, новоявленным "авторитетом", выходцем из далекой России, Большой Стэн установил за Франком плотную слежку. Он очень осторожничал, потому что не хотел наживать себе в лице Рассказова опасного и жестокого врага. А Франк ему нужен был для того, чтобы развязать язык одному азиату, которого прихватили на границе его "ребятишки". Они и сами не могли сказать, почему они не прикончили этого азиата на месте, тем более, что тот испортил им одно дело на границе, когда они везли контрабандный товар. Пленный азиат проговорился однажды о какой-то важной информации, за которую мог бы стать миллионером, если бы только захотел. Большой Стэн приказал доставить его к себе, и азиата несколько суток держали в закрытой комнате, пытаясь выведать у него тайну, но парень словно в рот воды набрал, и никакие пытки не застазили его проговориться. Когда Франка доставили к Большому Стэну, тот без всяких обиняков спросил: - В нужных кругах говорят, что вы, дорогой Франк, настоящий волшебник, когда дело касается человеческих мозгов. Это, действительно, так? - Прошу извинить меня, Большой Стэн, но мне думается, что ваши головорезы выкрали меня из квартиры и доставили сюда не для того, чтобы вы расточали комплименты в мой адрес, - недовольно отозвался Франк. - Не сердитесь на моих ребятишек, - дружелюбно улыбнулся тот. - Они слишком буквально все воспринимают. Но вы правы, наша встреча состоялась потому, что мне нужна ваша помощь. - Он выразительно посмотрел на Франка. - Слушаю вас только потому, что у меня, очевидно, нет другого выхода, не так ли? - буркнул он. - Обижаете, дорогой профессор, обижаете! У каждого человека имеется много дорог и путей, но только он сам может выбрать точный и правильный маршрут... - И вы его мне подскажете, я правильно понял? - Франк ехидно усмехнулся. - В каком-то смысле... - согласился Большой Стэн. - Я хочу сказать, что вы можете мне помочь, и помощь эта будет щедро оплачена "зеленью". - Что подразумевается под словом "щедро"? - заинтересовался наконец Франк. - Вот и прекрасно! - воскликнул хозяин. - Минут пять-десять вашей работы, и ваш счет в банке увеличится на пятьдесят тысяч баксов. - Вы хотите сказать, на сто пятьдесят тысяч? - поправил Франк. - Нет, я хочу сказать на сто тысяч! - Большой Стэн покачал головой. - В чем заключается моя работа? - Один человек сказал, что носит в себе некую информацию, которая может сделать его миллионером, но сколько мы ни предпринимали усилий, он не хочет ей делиться. - Прошу выписать мне чек на сто тысяч долларов сейчас, - усмехнулся Франк. - А если вы не сможете получить от него эту информацию? - Я не стал бы просить выписать мне чек, - невозмутимо ответил тот. - Мне очень нравится иметь с вами дело! - Большой Стэн весело потер руки, вытащил из стола чековую книжку, быстро проставил требуемую сумму, расписался и протянул чек Франку, но тут же отвел руку. - Нужно ли говорить о том, что услышанное вами не должно выйти из этого кабинета? - Думаю, излишне: в этой голове... - Франк ткнул себя пальцем в лоб, - столько сокрыто, что если бы я пользовался этим, то уже давно стал бы самым богатым человеком в мире, хотя... - Он криво улыбнулся, заметив иронию в глазах Большого Стэна. - Хотя лучше быть просто сытым, но живым, чем богатым, но мертвым. - Очень интересная мысль, - подмигнул Большой Стэн, потом нажал на кнопку под столом. - Слушаю, шеф! - заглянул один из его "мальчиков". - Давай сюда этого ублюдка! Не прошло и пяти минут, как в кабинет втащили непокорного азиата и усадили его в кресло. - Уважаемый Большой Стэн, если вы не против, оставьте меня наедине с этим человеком, - попросил Франк. Не смея возражать, Большой Стэн кивнул головой, и все тут же вышли. Стэн предвидел, что Франк попросит оставить его одного с "пациентом" и потому встречал его в специально оборудованной комнате. Она использовалась им для проверки служащих: в ней была скрытая телекамера и замаскированные микрофоны. Сам Стэн сразу же пошел в другую комнату, откуда можно было следить за работой Франка. - Смотри внимательно мне в глаза! - каким-то странным голосом бормотал Франк, едва ли не насильно заставляя парня поднять глаза на него. Но тот только мычал и со страхом дергал головой, не желая подчиняться своему мучителю. Большой Стэн скептически поморщился: видно, ничего не выйдет у этого "специалиста". - Что же ты, дружок, боишься? Я не сделаю тебе ничего дурного... - Франк был озадачен. - Ничего не понимаю. - Он оставил в покое бедного парня и несколько минут смотрел на него. Неожиданно тот впервые поднял на него взгляд. В его глазах было явное непонимание. Казалось, они спрашивали: "Что вам от меня нужно, в конце концов?" - Господи! - неожиданно воскликнул Франк. - Какой же я идиот! - он даже всплеснул руками от радости, затем снова склонился над парнем и тихо спросил по-немецки: - Ты говоришь по-немецки? Глаза парня оставались такими же. - Ты говоришь по-французски? - спросил терпеливо Франк по-французски. - Да, мсье, - неожиданно прошептал тот. В этот момент Большой Стэн едва не стукнул себя со злости по лбу: как же он не догадался, что парень может просто не знать английского языка! Боже, какие олухи его окружают! Это же так просто! - Хорошо, сынок - ласково журчал голос Франка. - Ты должен довериться
в начало наверх
мне. Ты меня понимаешь? - Да, мсье, понимаю. - Голос парня становился все более спокойным, а взгляд удовлетворенным. - Разве ты не узнаешь меня, сынок? - почти нежно проговорил Франк. - Узнаю, папа! Где же ты так долго был? - Голос стал совсем детским и беспомощным. - Я очень долго тебя искал. А ты где был, родной мой? - Если бы Большой Стэн не знал ранее этих людей, то он был бы совершенно уверен в том, что перед ним отец и сын. - Разве ты забыл, что ты отправил меня к тетке в Афганистан? - Нет, не забыл... Как ты там провел время? - Ой, папочка! - едва не с плачем воскликнул тот. - Меня едва не убили в горах Кандатара, когда русские стали выводить войска. - За что, сынок? - удивленно спросил Франк. - Война закончилась, за что тебя хотели убить, мальчик мой? - Я несколько дней прятался от русских, питался только тем, что находил в горах, на кустах, у волков отбирал... И вдруг наткнулся на солдат, которые несли на плечах очень красивые железные коробки. - Коробки, сынок? Что было в этих коробках? - Не знаю, папа, они были без крышек. - Сколько было коробок? - Пять, как на одной руке пальцев. - Он даже улыбнулся. - А сколько было солдат? - Без коробок только двое. - Но почему тебя хотели убить, сынок? - Они заметили меня и стали за мною гнаться, не знаю, почему. - И что, долго гнались? - Долго, почти два часа, и все время стреляли, стреляли... - Парень всхлипнул. - Что было потом? - А потом... Потом выскочили душманы и открыли по ним огонь. Кого убили, кто сбежал, так я и спасся. - Ты помнишь, где это было? - спросил Франк мащинально своим обычным тоном. - Что? - Парень вдруг странно взглянул на Франка. - Ты помнишь, где они спрятали эти железные коробки? - Кто вы? - испуганно вскрикнул парень. - Ты что, не помнишь своего папу? - Франк снова попытался вернуть его в транс, но парень уже вышел изпод его контроля, и с ним было невозможно справиться. - Какой вы мне папа? Мой папа погиб! Кто вы? - Ах, ты!.. - Франк замахнулся на него, и тот истошным голосом закричал: - Не убивайте меня, прошу вас! Я ничего не знаю! Не убивайте меня! Выждав несколько минут этого воя. Большой Стэн спокойно вышел из своей потайной комнаты и вернулся к Франку. - Ну, дорогой мой, что-нибудь получилось? - спросил он без всякой интонации. - Трудно сказать, отработал я свои деньги или нет, но этот парень говорил о каких-то запаянных контейнерах, спрятанных в горах Кандагара, когда война там уже закончилась. - Почему вы считаете, что речь шла о контейнерах? - спросил он и тут же осекся. - Откуда этому безграмотному азиату знать слово "контейнер"? - Он даже улыбнулся, сумев вывернуться из положения, в которое сам себя поставил, едва не проговорившись, что следил за Франком. - Нет-нет, он не говорил о контейнерах, он говорил о железных коробках. Из чего я решил, что речь идет о контейнерах. А то, что они запаяны это, можно сказать, чисто интуитивное заключение: прячут в горах в момент вывода войск из страны, значит, не рассчитывают быстро их забрать, а в таком случае они должны быть запаяны. - А интуиция вам не подсказывает, что в этих контейнерах? - улыбнулся Большой Стэн. - На этот счет она молчит! - хмыкнул Франк и услышал от собеседника саркастическое: - А жаль! Франк хитро прищурился: - Если вас интересует логика моих размышлений, то я могу ими поделиться с вами, при условии, что вы мою работу принимаете. - Дорогой мой Франк, чек уже принадлежит вам! - дружелюбно похлопал тот Франка по спине. - Отлично! - хмыкнул Франк. - В таком случае слушайте. За несколько дней до вывода войск из страны противника что-то прячется на оставляемой территории, а не вывозится, так? - Так, - задумчиво кивнул хозяин дома. - Это "что-то" прячется тайно, и даже безграмотный азиат, случайно увидевший эту операцию, становится объектом преследования, причем ценою жизни нескольких человек, так? - Ну... - Какой напрашивается вывод? - Франк хитро прищурился. - Да какой угодно: секретное оружие, например! - Маловероятно. Если бы это было секретное оружие, его бы уничтожили, чтобы не рисковать, так? - Архивы? - Близко, но вряд ли. С такими предосторожностями архивы не прячут. - Золото?! - вдруг воскликнул Большой Стэн, и его глаза лихорадочно заблестели. - Это совсем близко к истине, но... - Франк неуверенно поморщился. - Может, наркотики? - Я бы склонился к этому, хотя и не стал бы отбрасывать версию о важных документах или каком-нибудь оборудовании. Очень интересна та обстановка, в которой проводилось захоронение. Я был бы очень удивлен, если бы эта операция проходила по приказу высшего советского командования, - задумчиво проговорил Франк. - Скорее всего, об этих контейнерах знает очень узкий круг людей. - Я вам очень благодарен, дорогой Франк, и буду надеяться, что наша встреча была полезной нам обоим, не так ли? - Лично я не в обиде, - усмехнулся довольный Франк. - Если буду нужен, милости прошу. - Благодарю вас, обязательно воспользуюсь вашим приглашением. Вас доставят домой так же тихо и незаметно, как и привезли сюда. Если бы Большой Стэн знал, что весь их разговор самолично слушал Рассказов, то он не стал бы так радоваться тому, что стал обладателем столь ценной информации. Рассказов, никому не доверяя всецело, приказал своим специалистам постоянно "работать" над одеждой Франка: так, на всякий случай. И случай не заставил себя долго ждать! В тот день оператор, который ежечасно следил за прибором, регистрирующим выход Франка из дома, доложил Рассказову, что их объект вышел погулять, хотя у него по распорядку должен был быть домашний отдых. Не размышляя ни секунды, Аркадий Сергеевич устремился в свою спецкомнату, где уселся за наушники. А через пару часов, когда Большой Стэн видел второй сон, его азиата похитили люди Рассказова. Причем это было проделано столь виртуозно, что исчезновение пленника заметили только утром, когда принесли ему скудный завтрак... И вот сейчас перед Рассказовым, обхватив с двух сторон злополучного азиата, стояли двое громил и во все глаза следили на Хозяином. Рассказов очень хорошо говорил по-французски, и потому решил не доверять никому то, что, возможно, услышит от пленника. - Слушай, приятель, - дружелюбно проговорил он.- Я не питаю к тебе никакой вражды. Ты меня понимаешь? - Да, мсье, понимаю, - кивнул пленник. - И мне не хотелось бы подвергать пыткам такого хорошего парня. - Спасибо, мсье - испуганно прошептал тот мгновенно пересохшими губами. - Но ты мне должен оказать одну маленькую услугу, очень маленькую. И если ты мне ее окажешь, то я тебя сразу же отпущу на волю и даже дам тебе много денег, чтобы ты смог уехать туда, куда захочешь. Ты понимаешь? - Рассказов говорил тихим усталым голосом, и со стороны могло показаться, что все это ему не нужно и он просто выполняет свой долг. - Да, мсье, понимаю, - быстро согласился тот. - А вы действительно меня отпустите? - Можешь мне верить! - глядя прямо ему в глаза, твердо произнес Аркадий Сергеевич. И чтобы он не сомневался, приказал парням, что держали пленника, отпустить его. Это решение настолько подействовало на парня, что он с надеждой посмотрел на своего нового хозяина и спросил: - Какую услугу я вам должен оказать, мсье? - Как я и сказал, весьма небольшую. - Он с улыбкой взглянул на парня. - Однажды ты оказался свидетелем захоронения железных коробок в горах Кандагара. - Откуда мсье это знает? - испуганно вскрикнул парень. - Мсье очень много знает! - загадочно ответил Рассказов. - Но ты можешь не бояться меня: я не причиню тебе зла, если ты поможешь мне. - Да, мсье, - обреченно согласился тот. - Расскажи, что ты еще помнишь о том случае? Может быть, помнишь место, где прятали эти коробки? - Нет, мсье, я оказался в тех местах случайно, долго петлял в горах. - Он наморщил лоб, словно пытаясь представить себе ту местность. - А потом, когда они заметили меня, я так быстро бежал, что не запомнил ничего вокруг. Верьте мне, я правду вам говорю, мсье! - Он едва поплакал. - Я верю тебе, мой друг, верю. - Рассказов даже погладил его по голове. - Но, может быть, ты можешь описать мне кого-то из тех солдат? - Описать? Как это? - искренне удивился парень. - Ну, возможно, у кого-то из них были какие-нибудь приметы на лице, волосы необычные, еще что-то... - Приметы? Шрам - это тоже примета? - Конечно примета! - встрепенулся Рассказов. - Да, у одного парня на лице был шрам, вот такой, - Он прищурился, вспоминая, и провел рукой ото лба к щеке. Рассказов с трудом удержался, чтобы не вскрикнуть от предчувствия, что напал на верный след, но успокоился и тихо спросил: - Может быть, ты помнишь, как они обращались друг к другу? - Я ни слова не знаю по-русски, - жалобно ответил пленник, снова наморщил лоб, пытаясь хотя бы чтото вспомнить и вдруг радостно закричал: - Да! Я вспомнил! - Говори! - нетерпеливо выдохнул Рассказов. - У другого, такого чернявого парня, вот здесь был клок совсем белых волос. - Он показал пальцем с правой стороны, чуть выше виска. - Он еще крикнул тому парню со шрамом какое-то короткое резкое слово, когда увидел меня. - Короткое... Резкое... - Рассказов тоже наморщил лоб. - Может быть, "смотри"! - последнее слово он сказал по-русски. - Нет, еще резче! Как приказ собаке! - Фас? - Очень похоже, - закивал парень, потом отрицательно покачал головой. - Но нет, не то... - Может быть, Рэкс? - осторожно, боясь вспугнуть неожиданную удачу, почти шепотом произнес Аркадий Сергеевич. - Да, Рэкс! Рэкс! - завопил радостно парень и даже затанцевал на месте. - Вы отпустите меня, мсье? Отпустите? - Да, ты заработал свободу и деньги, - кивнул Рассказов, вытащил из бумажника стодолларовую купюру и протянул парню. Увидев такие деньги, тот упал на колени и стал целовать ему руку. - Спасибо, мсье, спасибо! - причитал он. - Встань! Ты свободен! Кланяясь, азиат спиной попятился к выходу, приговаривая на ходу слова благодарности, а Рассказов повернулся к удивленным, ничего не понимающим двум бугаям и коротко бросил: - Убрать его! И чтоб ни-ни! - Последнее означало, что тело парня никто не должен обнаружить. Парни радостно заулыбались - этот язык они понимали - и бросились за скрывшимся в дверях азиатом, чтобы навсегда стереть с лица земли его следы. Нельзя сказать, что решение убрать азиата было для Рассказова легким: парня было жаль. Но он понимал, что об этих контейнерах уже и так знает не он один, а стоит парню попасть еще в какие-нибудь руки, как тут же то, что знает пока он один, станет достоянием другого. Но какое совпадение! Это надо же, как поворачивается порою жизнь, даже самому трудно поверить! Снова Рэкс на его пути... Стоп! А если он притянул за уши то, что на самом деле было иначе? Что, если этот азиат что-то напутал или так называли кого-то другого? В Афганистане многие себя так называли. Рэксы! Воздушные десантники, черт бы их побрал! А шрам? Нетиет! Рассказов самодовольно улыбнулся: не может быть одновременно столько совпадений. Он долго покачивался в кресле, пытаясь успокоиться. Его размышления сводились к следующему: известны по крайней мере двое из семи человек, участвовавших в захоронении этих контейнеров. Конечно, было бы здорово перетянуть на спою сторону Савелия Говоркова, но это было весьма сомнительно, а значит, нужно искать этого парня с проседью и еще кого-нибудь из этой "великолепной семерки". А Савелий Говорков должен быть жив! Жив во что бы то ни стало! Решив так, Рассказов приказал Красавчику-Стиву и Франку оставить Рэкса в живых, даже если не удастся его закодировать. Когда они улетали в Москву, Рассказов снова заперся в своей "святая святых" и несколько часов провел там, подключая к своему компьютеру многоступенчатую связь, по которой в различные концы бывшего Советского Союза полетели его запросы. Он делал их наугад, словно закидывал в морскую пучину огромную сеть в надежде, что хоть какая-нибудь рыбка да попадется. Именно тогда и возникла у него мысль, которая показалась ему стоящей. Он подумал о том, что неплохо было бы объединиться с Большим Стэном в
в начало наверх
поисках этих контейнеров, а уж поделиться... Рассказов зло усмехнулся. ПЕРВЫЕ ПОЕДИНКИ, ПЕРВЫЕ СТАВКИ Красавчик-Стив с легким раздражением смотрел на Ронни, который счастливо и чуть смущенно улыбался: он только что стал богаче на несколько сот долларов. В первой паре победил Крепыш из Казахстана. - Не переживайте так, шеф, вы же знаете, новичкам всегда везет, - глуповато хихикнув, заметил Ронни. - Эт-то точно! - вздохнул Красавчик-Стив. Потом погладил высокую грудь переводчицы и сказал: - Хелен, ты не можешь подойти к нашему приятелю и поинтересоваться, на кого он ставил? - Хорошо, Красавчик, - проворковала она и тут же направилась в сторону Франка. Красавчик-Стив удивленно посмотрел ей вслед: странно, он же не сказал ей, кто их приятель... Через минуту она вернулась. - Ваш приятель поставил пятьсот баксов на Крепыша, - она улыбнулась. - Дьявол! - воскликнул в сердцах КрасавчикСтив, - выходит, что я один попался. На кого ты сейчас хочешь поставить? - спросил он Ронни. - Нет, шеф, теперь вы должны быть первым. - Он пожал плечами. - Но в тот раз ты был первым! - нахмурился Стив. - Поэтому я и выиграл... - Так, значит? Ладно, теперь я ставлю на Черного Ангела, - сказал Красавчик-Стив. - Пятьсот баксов. - В таком случае я ставлю пятьсот на Великого Януса, - хитро улыбнулся Ронни. - Принято! - весело сказала девушка. - Пятьсот долларов Красавчика на Черного Ангела и пятьсот Ронни на Великого Януса! - Она встала и пошла к букмекеру, но тут Красавчик-Стив наклонился и что-то поднял. - Хелен! - окликнул он и быстро подошел к ней. - Вы уронили вашу заколку. - Когда девушка сидела рядом с ним, он специально расстегнул ее. - Ой, как это я... - смутилась та. - Спасибо вам большое! - Рад услужить такой девушке, - галантно ответил он, наклонился к ее уху как бы для поцелуя и быстро прошептал: - Я - на Великого Януса, а Ронни - на Черного Ангела! - Но... - попыталась протестовать девушка. - Выполняй! - резко оборвал он и чуть прикусил ей ухо. Хелен вскрикнула и тут же ответила: - Хорошо, как скажете. Господин! Красавчик-Стив хлопнул ее по пышной заднице, и та упорхнула, чтобы сделать ставки. Между тем Говоров, добравшись до Наташи, долго присматривался, стараясь вычислить тех, кто следил за ней. После внимательного изучения ее окружения он понял, что парень мощного телосложения, сидящий прямо за ней, и есть ее "телохранитель". Когда ажиотаж от схватки несколько поутих, Порфирий Сергеевич подошел к девушке и сказал: - Девушка, а я помню вас в очках! Наташа быстро взглянула на него и едва все не испортила, забыв о пароле, но, увидев его улыбку, вовремя спохватилась: - Важно, чтобы я вас помнила, - сказала она несколько сухо и сразу же решила смягчить не очень вежливый ответ. - Ваше лицо мне знакомо, но... - Немудрено, - улыбнулся Говоров. - Мы с вами виделись на вечеринке у вашего отца, там было столько молодых парней, где вам было заметить старика, - с кокетливой грустью произнес он. - Порфирий Сергеевич. Для близких друзей - просто Филя! - Ой, извините, пожалуйста! - Она встала - Какой же вы старик? Как говорил Карлсон, вы в самом расцвете сил! - Девушка сразу вспомнила того, с кем говорила по телефону, и решила ему подыграть. - Спасибо за комплимент! Как ваша ставка? - Господи! Откуда у меня такие деньги? - всплеснула руками Наташа. - А как же правила? Правила клуба, я имею в виду. - Для меня сделали исключение. - Она вздохнула. - Нет, Наташа, так не пойдет, - запротестовал Говоров. - Давайте поступим так: будем играть вместе. Идет? - Идет, - понимающе кивнула она. - Вот и отлично. - Он повернулся к одному из служителей клуба. - Можно вас? - Слушаю! - любезно откликнулся тот. - Я встретил знакомую, и нам бы хотелось провести весь вечер вместе. - А где ваше место, господин? - Вот, пожалуйста! - протянул билет Говоров. - О, оно гораздо лучше, чем здесь! Я не думаю, что будут проблемы, - ответил парень и тут же стал обмениваться любезностями с ближайшими соседями девушки. Не прошло и пяти минут, как он подошел к ним. - Все в полном порядке. Вот ваши места. - Он указал чуть левее, чем Наташа сидела до этого. Говоров довольно улыбнулся: это было даже больше, чем он ожидал. Тот, что сидел за Наташей, сейчас оказался через два кресла от них и теперь можно было говорить спокойно. Они заняли свои места, и Говоров краем глаза заметил, как разволновался "телохранитель". - Ну, здравствуйте, Наташа, - не глядя на нее, тихо произнес Говоров. - Здравствуйте, Порфирий Сергеевич. - Девушка тоже не смотрела на него. - Зачем такая предосторожность? - Сзади вас сидел один подозрительный тип: они явно что-то задумали, и мне кажется, что это связано с Савелием. - Господи! - взволнованно прошептала Наташа. - Спокойно, дочка, доверься нам. - Он повернулся и с улыбкой сказал достаточно громко, чтобы услышал тот парень: - Может, что-нибудь выпьем, девочка? - Да, Филя, шампанского! - громко ответила девушка, а шепотом произнесла. - Довериться "вам"? - Да, я здесь не один. Пронесла? - Да, он у меня в сумке. - Отлично! Сейчас поотказывайся, - прошептал он и, заметив пристальное внимание "телохранителя", громко сказал: - Вот тебе, девочка, пятьсот долларов: будешь ставить сама. - Нет-нет, пусть деньги будут у вас! - запротестовала она. - Ни в коем случае, а то Фортуна повернется к нам спиной. Дай-ка мне свою сумочку! - Он взял сумочку девушки, открыл ее. - Вот видишь: пятьсот, пересчитай! - Он протянул ей деньги. - Ну что вы, я верю вам и так! - Она оттолкнула его руку. Говоров был уверен, что парень, следящий за ними, будет внимательно смотреть за деньгами, а сам в тот же момент незаметно вытащил из сумочки пистолет и быстро сунул его за пояс. Девушка взяла пятидесятидолларовые купюры и нарочито медленно пересчитала их, демонстративно показывая, что среди денег больше ничего нет. - Да ровно пятьсот, - улыбнулась она, открыла сумочку и удивленно покачала головой: даже ей не удалось уследить, когда ее собеседник сумел забрать оружие. - На кого будете ставить, господа? - остановился перед ними парень в униформе и с прибором в руках. - Я - на Ангела: - быстро сказала девушка и смущенно добавила: - Ой, извините, что опередила вас! - Ничего страшного, - улыбнулся Говоров. - Вы когда-нибудь играли здесь? - Нет, что вы! - Что ж, проверим нехитрое правило, гласящее, что новичкам и дуракам везет. - Он повернулся к парню. - Триста на Ангела! - Простите, но девушка... - Наташа, - подсказала она. - Девушка Наташа не сказала сколько. - Он выразительно взглянул на ее руки. - А-а... сейчас! - Она вытащила из сумочки две купюры по пятьдесят долларов. - Кажется, меньше нельзя? - Вам можно! - улыбнулся тот. - Нет, сто, так сто, - упрямо вздохнула Наташа и протянула деньги парню. Тот быстро занес в компьютер обе ставки: - Спасибо, ваши ставки приняты. - Он поклонился и направился прочь. - Как интересно! - Она совсем по-детски захлопала в ладоши. - Да, будет интересно, если мы проиграем, - с грустной улыбкой прошептал Говоров. - А мы выиграем! - уверенно заявила она. В это время за ними следили: с недоумением - Лолита, и украдкой Богомолов и Воронов. У них было отличное настроение: они сразу договорились, чтобы не рисковать, ставить на разных бойцов, а потом поделить выигрыш. Генерал поставил на Грома сотню, а Воронов втайне от него рискнул поставить триста на Крепыша, и их выигрыш, за минусом десяти процентов и ста долларов генерала, составил тысячу семьсот девяносто долларов. - Ну ты и жук, Воронов! - погрозил пальцем генерал и тут же подмигнул: - Отличное начало! - Кто не рискует, тот не пьет шампанского! - Кстати, о шампанском. - Генерал выдвинул минибар, откупорил бутылку. - За первый куш! Первый поединок едва не поссорил Лолиту с ее милым. - Гром, Гром! - бросала Лолита в лицо Леше-Шкафу. - Говорила же тебе, поставим на Крепыша! Нет, уперся, как... - Девочка! - предупреждающе воскликнул он. - Хорошо еще, что я не послушала... - Она усмехнулась. - Две тысячи баксов просадил! - А ты? Выходит, ты поставила на Крепыша? - Он не знал, ругать ее или благодарить. - Да, вместо семи тысяч чистого выигрыша стало пять! - Ну, ты и бестия! - Бестия? А представь, если бы и ты на него поставил! Двадцать тысяч! Двадцать, а не пять! - Ладно, не жадничай, все еще впереди. Смотри, как наш Рэкс идет, на предпоследнем месте! Сейчас, надеюсь, мы не будем спорить и оба поставим на Черного Ангела? - Не возражаю. - Она вздохнула. - Но здесь дай нам Бог выиграть вдвойне! Вскоре начался поединок, который принес массу удовольствия всем зрителям. Оба противника оказались довольно сильными бойцами, и никто не хотел уступать. Сложность для обоих заключалась еще и в том, что у них была одна школа подготовки. Со стороны казалось, что все отрепетировано заранее: на каждый удар ставился моментальный блок, и зрители приготовились к долгому поединку. Но все обманулись. Победила хитрость. Играя по правилам, Черный Ангел, как оказалось, просто притуплял бдительность соперника. В какой-то момент, когда повторялся один из многочисленных ударов в прыжке, он неожиданно присел в шпагате и снизу нанес Великому Янусу удар в промежность. Этот удар был коварным и запрещенным в обычных состязаниях, но здесь... Великий Янус вскрикнул, упал на татами и стал корчиться от боли. Не обращая внимания на его стоны. Черный Ангел подошел к нему и несколько раз со всей силы ударил несчастного по спине, по грудной клетке. Было слышно, как хрустнули кости, и поверженный противник или потерял сознание, или... В тишине зала кто-то громко вскрикнул, но когда Черный Ангел вскинул руки вверх, зал взорвался громкими аплодисментами, мгновенно забыв о несчастном, которого быстро положили на носилки и вынесли за ширму, где врач стал оказывать ему первую помощь. Франк, не обращая внимания на свою блондинку, сидел молча и бросал быстрые взгляды в сторону своих приятелей. Он откровенно злорадствовал, потому что "эти олухи", как он их называл, помогли ему пронести пистолет. Когда они подошли к парню с прибором. Франк сразу же понял, что можно провести: это был человек с очень неустойчивой психикой, легко поддающийся гипнозу. И когда прибор показал у него наличие металла, Франк пошел за парнем в комнату и, в отличие от своих спутников, не стал тратить время на споры, а максимально извлек пользу из создавшейся ситуации. Однако он напрасно радовался, напрасно считал своих приятелей олухами: Красавчик-Стив заметил его "игры" и успел шепнуть о них своему верному Ронни. Тот понял все с полуслова и, когда они входили в зал. Ронии, получивший навыки у настоящего виртуоза "карманного дела", ловко вытащил пистолет у Франка и даже успел его сунуть своему патрону. Особая ловкость заключалась в том, что он вместо пистолета сумел сунуть Франку металлическую коробку с сигарами. Красавчик-Стив рассудил так: Франку оружие ни к чему, если он сумеет овладеть мозгами того парня, то проблем вообще не будет, а если не сумеет, то парня придется серьезно подранить, чтобы он не устроил шум и потасовку. Нет, устраивать здесь состязания Красавчику-Стиву совсем не хотелось. Вот если бы это было не в России, а там... САВЕЛИЯ ВЕЗУТ НА ЮБИЛЕЙ Савелий был очень рад, что его первый поединок состоится после остальных пар. Он был уверен в себе и чувствовал себя отлично. Отключившись от всего, Савелий расслабленно лежал на спине на твердой кушетке. Его тело отдыхало, а мозг спокойно и уверенно работал, пытаясь проанализировать все возможные ситуации. Он чувствовал, что сегодняшний юбилей очень опасен для него и нужна максимальная концентрация не только физических и моральных сил, но и той силы, что Учитель называл Силой Духа. Сейчас Савелий очень сожалел о тех зря потраченных неделях, когда память отказала ему и он бесцельно бродил
в начало наверх
по улицам, не узнавая ни города, ни людей. Ему неожиданно вспомнился окровавленный нож, который он нашел около убитого. После ножа в сознании возникла Лолита. Как странно она среагировала на этот нож... Было такое впечатление, что он был не просто ей знаком, она им пользовалась. Ее глаза заблестели каким-то странным блеском: нервным, опасным, маньячным. Как будто ей снова захотелось испытать нечто запретное, жуткое... Сейчас Савелий пожалел, что не рассказал о найденном трупе в записке, переданной Воронову. Вполне возможно, что сейчас он бы знал, кем был убитый. И он бы нисколько не удивится, если от убитого ниточка потянулась бы к Леше-Шкафу или к Лолите. Интересно, сколько сейчас времени? По ощущениям, не более десяти часов. Константин говорил, что они поедут в клуб без двадцати одиннадцать. Значит, с минуты на минуту к нему в комнату войдет его "верный страж". Он сказал, что его первая встреча будет с Красавчиком из Петербурга. Когда-то он бывал в этом прекрасном городе, который понравился ему не только своей необычной красотой, но и удивительно вежливыми людьми. Их вежливость, воспитание бросились в глаза сразу. Можно было подумать, что эти люди воспитывались в иных условиях, совсем не в таких, как любой другой российский гражданин. Единственное, что не понравилось Савелию, так это ритм жизни. Он был каким-то вялотекущим, замедленным, спокойно-размеренным. Савелий был быстр на решения, его реакция была мгновенной всегда, будь это даже обычный разговор или игра в шахматы. Казалось, чего тут ломать голову, когда все и так ясно? Но нет, "питерец" продолжает долго думать и рассуждать, потом с большим трудом решается сделать наконец ход, принять какое-нибудь решение, особенно, если оно касается чего-то важного. И все равно он любил тех, кто жил в Питере. Интересно, кто сегодня встретится с ним в бою? Будет очень жаль, если он окажется порядочным парнем, но слабым партнером. Это может подпортить игру, которую задумал Савелий. Что ж, тогда придется ему подыграть. Это может заметить только очень опытный партнер или тренер. Савелий улыбнулся: на такое можно пойти даже ценой риска, чтобы заставить понервничать своих "хозяев". Его размышления были прерваны негромким стуком в дверь. - Нам пора ехать: двадцать три сорок! - раздался голос Константина. - Свет можно включить? - Да, Костя, я уже готов, - спокойно отозвался Савелий, быстро вскакивая с кушетки. В комнате было абсолютно темно, и когда Константин включил свет, то даже вздрогнул от неожиданности: Савелий стоял прямо перед его носом. - Ну ты и... - Он покачал головой. - Вот такое я дерьмо! - хихикнул Савелий и дружески похлопал парня по плечу. - Теперь ты понимаешь, что если бы мне захотелось от тебя сбежать, то я бы уже давно это сделал. - Как сказать... - попытался возражать Константин, но потом махнул рукой. - В любом случае я рад, что ты на это не решился. Двинули? - Двинули, - согласился Савелий. Сидя в машине, Савелий вдруг подумал о том, что, наверное, впервые с тех пор, как расстался со своим Учителем, он не представил себе его образа в такой важный и опасный для него момент жизни. Неужели то видение было пророческим и правдивым и он больше никогда не увидит своего Наставника? Ему стало очень грустно и больно, и он тихо прошептал: - Учитель, я никогда не посрамлю твоего учения и никогда не предам то, чему ты меня учил. - Извини, Рэкс, я задумался и не расслышал, что ты сейчас сказал? - чуть смущенно спросил Константин. - Нет-нет, ничего, это я настраиваюсь на встречу с противником. - Ты что, побаиваешься? - удивился тот. - Побаиваюсь? - криво улыбнулся Савелий. - Хочешь один совет? - Конечно! - Если в тебе сидит страх, то никогда не выходи на дело: ты уже наполовину проиграл его, но никогда не стыдись в себе чувства опасности, именно это чувство помогает человеку сконцентрироваться в нужный момент. - Что до меня, то это слишком мудренно: я никогда ничего не боюсь! - Константин ухмыльнулся. - И никогда не боялся? - недоверчиво спросил Савелий. - Боялся, но когда пролежал в больнице четыре дня между жизнью и смертью, то страх как рукой сняло. Врачи махнули на меня рукой, сказали матери, что я не выкарабкаюсь, а она продолжала верить и ни на минуту не отходила от моей кровати. Между прочим, я верю, что есть жизнь после смерти! - неожиданно серьезно заявил Константин. - Ты что, помнишь как это было? - заинтересовался Савелий. - Не только помню, но и вижу, как... как тебя сейчас! - Можешь рассказать? - Почему нет, могу. Сначала мне показалось, что я как бы взлетел над кроватью и увидел себя всего в бинтах, плачущую мать, суетящихся вокруг меня с приборами врачей... - Извини, почему в бинтах? - Восемнадцать ножевых ран, даже сердце было немного задето... Ну вот, смотрю я сверху на все это и думаю, почему это они так суетятся, почему мать плачет? Ведь я живой! Но вдруг слышу, как один доктор замахал руками и говорит, что все, мол, пульса нет, дыхания нет, давления нет... Умер, мол, парниша! Конец! - И что ты? - А что я? Удивляюсь себе сверху, а тут вдруг яркий свет откуда-то, то ли белый, то ли голубоватый такой... - Он блаженно улыбнулся и прикрыл глаза. - И так мне стало хорошо, тепло так, словно счастье меня коснулось... И взлетел я еще выше, прямо над крышей больницы, над городом, и вдруг вижу какую-то странную трубу... Нет, не трубу, а скорее какое-то странное отверстие, и меня туда затягивает, затягивает, а мне не страшно вовсе. Мне даже показалось, что эта труба и есть мое избавление от всех несчастий. И я вот-вот влечу в нее. Но вдруг, словно сквозь сон, послышался мне голос бабушки, с которой я прожил почти все мое детство. Она умерла за год до того от рака легких. Вот она мне как будто и говорит: "Костик, зачем ты так рано пришел ко мне? Вернись к матери, ведь она не выдержит разлуки с тобой. Вспомни, она еле-еле осталась в живых, когда я покинула вас!" А у мамы действительно очень слабенькое сердце... - И что ты? - А я ее спрашиваю: "Как же ты, бабулепька?" - "За меня, говорит, не беспокойся, мне здесь хорошо и благостно." Так и сказала - "благостно". Потом ее голос пропал, а я очнулся в кровати. Вижу передо собой застывшую мать, хмурые лица врачей, сестер, которые уже стали сворачивать свои инструменты. А мать увидела мои открытые глаза и тихо так сказала: "Что, больно, сынок?" - "Немного, - говорю, - больно". У врачей - шары на лоб, так и замерли! А потом суеты еще больше. Один профессор, совсем старый, сказал, что за всю его практику такое впервые видит. "Считай, - говорит, - что ты с того света вернулся". - "Почему, - говорю, - считай, я, действительно, был там". Рассказал ему, а он не поверил: психиатра ко мне приставил, и я два года еженедельно ходил к нему отмечаться. А ты говоришь... Нет, я верю в жизнь после смерти! - Константин проговорил это с таким вызовом, словно хотел сразу противопоставить свое мнение возражениям собеседника. - Я тоже верю... - тихо отозвался Савелий и еще тверже добавил. - Верю! ПЕРВОЕ СТОЛКНОВЕНИЕ ФРАНКА С САВЕЛИЕМ Когда была объявлена схватка Тихого Робота с Меченым из Белоруссии, в зале воцарилась такая тишина, что, казалось, пролетит комар - и его услышат в другом конце зала. На табло засветились ставки, и можно было сразу же понять, кому публика отлает предпочтение в этой паре: за редким исключением симпатии были на стороне Тихого Робота. А когда он появился перед зрителями, можно было подумать, что потолок сейчас рухнет от восторженных криков и оваций в его честь. Казалось, он был вылит из черной бронзы и скульптор не пожалел металла на его плечевой пояс: тяжелые бугры мышц перекатывались под кожей и вызывали у всех благоговейный трепет. Мощный торс еще больше подчеркивался довольно тонкой талией и пудовыми кулаками. На левом предплечье была цветная татуировка - маска смерти с перекрещенными костями. Тихий Робот торжественно вышел на середину татами, глядя перед собой непроницаемыми, ничего не выражающими глазами на спокойном лице. Оно оставалось спокойным даже тогда, когда он стал играть на публику своими мышцами. Однако стоило появиться его сопернику, как его лицо перекосила гримаса злобы. Это было так неожиданно, что зрители даже вздрогнули от испуга. Его соперник, Меченый из Белоруссии, получивший свою кличку, вероятно, из-за того, что его грудь пересекал страшный шрам, хотя и выглядел несколько менее мощным, по крайней мере на первый взгляд, нисколько не-стушевался перед устрашающим видом соперника и даже выразительно выкинул в его сторону кулак, а другой рукой похлопал по сгибу локтя: этот жест известен во всем мире. Реакция Тихого Робота на этот жест была страшной: он по-звериному зарычал и, казалось, без всякого сигнала бросится на своего соперника, однако громкий голос секунданта чуть охладил его пыл и заставил остаться на месте. - Да, - тихо произнес Богомолов, - профессионалы умеют нагонять на соперника страху... - Мне кажется, что парень из Белоруссии тоже не лыком шит, - шепотом возразил Андрей. - Озгласен, но вряд ли он устоит против этого Робота больше пяти минут. - Да он и десять продержится, - завелся Воронов. - Спорим на сто баксов? - генерал прищурился. - Да хоть на двести? - Идет! - Уважаемые дамы и господа! - обратился секундант к зрителям. - В порядке исключения предлагаю вам еще пять минут, чтобы внести изменения в ваши ставки. Есть желающие? - Он обвел публику глазами, но зал безмолвствовал. - В таком случае... - Он сделал эффектную паузу и громко выкрикнул: - В третьей схватке участвуют спортсмен из далекого Сингапура, представляющий интересы Восточного округа города Москвы, - Тихий Робот - в красном углу, и представитель славной Белоруссии - Меченый - в синем углу! Поприветствовали друг друга! - Он жестом предложил обоим борцам сойтись на середине. Меченый протянул спокойно вперед обе руки в специальных перчатках, но Тихий Робот неожиданно со злостью стукнул обеими руками сверху и тут же встал в стойку нападения. Меченый, словно ожидал чего-то подобного, никак не среагировал на эту выходку своего соперника, но когда тот занял стойку, усмехнулся и повертел правой рукой у виска. Это было так смешно, что по залу прокатился одобрительный рокот: Меченый явно понравился публике. Этот жест вызвал новый рев со стороны Тихого Робота; казалось, его глаза выскочат из орбит, но Меченый спокойно повернулся и направился в свой угол. Скорее всего, это был давно отрепетированный им ход. Дело в том, что через несколько секунд после приветствия судья взмахивает рукой и раздается гонг к началу боя. Быть в этот момент спиной к противнику, тем более при таких правилах, как на этих состязаниях, было весьма неразумным решением. Но все было рассчитано точно! Тихий Робот молнией бросился к сопернику, чтобы первым же ударом сбить его с ног и, может, даже выбросить за канаты, но Меченый как раз этого и ожидал: резко повернувшись, он мощным ударом правой ноги подбил его ноги, и Тихий Робот сам шлепнулся на бок. Он еще не успел вскочить на ноги, как получил второй удар, на этот раз локтем. Казалось, что от таких ударов можно потерять сознание, и зал в едином порыве удивленно выдохнул от восхищения и жалости за свои вложенные в негра деньги. Но Тихий Робот, получив эти страшные удары, спокойно вскочил на ноги и со злой усмешкой посмотрел на своего противника, словно говоря ему: куда ты лезешь, щенок? Он даже руки опустил вниз, как бы специально издеваясь над ним, не ставя его ни в грош. Меченого это возмутило, и он быстро нанес Тихому Роботу серию ударов в голову, в лицо. Удары были такие сильные, что их звук долетал до самых последних рядов зала. А негру хоть бы хны: он только встряхнул несколько раз головой, словно смахивая со лба пот, и снова взглянул на Меченого, на этот раз с такой злой ехидцей, что тот совсем рассвирепел. Это и стало его самой большой ошибкой. Богомолов несколько раз беспокойно взглянул на часы: бой длился уже четыре минуты И, кажется, ему придется расставаться с двумястами долларов. Но когда Меченый стал терять над собой контроль, генерал воспрял духом. Тихий Робот неожиданно высоко подпрыгнул и нанес сопернику мощный удар ногой в голову. Это был коварный удар, Меченый не успел поставить защиту и лишь в последний момент успел слегка уклониться, иначе можно было бы наверняка останавливать бой. Меченого откинуло на несколько шагов в сторону, он упал на татами, но Тихий Робот не стал добивать его: он явно решил поиграть на публику. Несколько раз он обошел Меченого пружинистой походкой, что-то выкрикивая ему, взмахивая рукой вверх и предлагая сопернику встать. Меченый пересилил боль, вскочил на ноги и сразу же бросился на
в начало наверх
противника, но тот ловко увертывался от его ударов, посмеиваясь и делая обидные жесты. Белорус выходил из себя и делал все больше ошибок. Даже неискушенному зрителю было ясно, что финал зависит от Тихого Робота. Шла десятая минута поединка, и Богомолов, тяжело вздохнув, полез в карман, вытащил портмоне и протянул Андрею двести долларов. - Нет, Константин Иванович, это было бы нечестно! - решительно заявил Воронов. - Вы были правы: если бы Робот захотел, то он уложил бы парня в тричетыре минуты. - Спор есть спор, и мне не нужны одолжения, - хмуро заявил тот. - Если бы Меченый был осторожнее, неизвестно, чем бы кончился поединок. Бери - выиграл честно. - Хорошо, - вяло ответил Андрей и сунул деньги в карман. Вероятно, устав забавлять публику. Тихий Робот сделал три-четыре прыжка-пируэта, нанеся Меченому несколько сильных ударов, а потом, закружив его, вдруг нанес такой страшный удар пяткой в позвоночник, что тот коротко вскрикнул, упал на колени, а потом медленно ткнулся носом вперед. Негр хотел нанести ему еще один удар локтем сверху, но удержался, брезгливо пнул его ногой в бок, затем плюнул на неподвижное тело и вскинул победно руки вверх. Раздавшиеся аплодисменты были не очень бурными, и это не понравилось черному атлету. Он вскинул правую руку вверх и прокричал: - Вик-то-ри! Вик-то-ри! Вик-то-ри! Это завело публику: она стала вместе с ним скандировать: "Вик-то-ри! Вик-то-ри!" - Смотри! - тихо бросил Воронов генералу, забыв про субординацию. Богомолов посмотрел туда, куда показывал Андрей, и увидел, что "иностранцы", стараясь не привлекать внимания, пробираются к выходу. - Пошли и мы! - прошептал генерал и жестом предупредил Говорова, чтобы тот оставался с девушкой. Когда они вышли в фойе, то увидели всю троицу. Они якобы вышли покурить, а сами бросали косые взгляды в сторону входной двери, изредка поглядывая на часы. - Теперь уже ясно, что эти ребята приехали по душу нашего Савушки, - уверенно заметил Богомолов. - Странно, - прошептал Воронов, - вы ничего не заметили? - Нет, а что? - Мне кажется, что у того красавчика что-то топорщится под пиджаком. - Ты уверен? Я ничего не заметил, - Богомолов явно встревожился. - Что-что, а оружие я чую за версту, - заметил Андрей. - Что ж, нужно взять его под особый контроль. - Не беспокойтесь, Константин Иванович, я его не упущу. Ой! - тихо вскрикнул он. - Кажется, Савелий! Двери клуба распахнулись, и к ним тут же устремились пятеро здоровенных парней. В дверях показался Константин, который, поздоровавшись со своими коллегами, перекинулся с ними парой слов и тут же пропустил вперед Савелия. Парни сразу же взяли его в кольцо и повели к лестнице, настороженно поглядывая по сторонам. Когда Красавчик-Стив попытался подойти ближе, его спокойно, без всяких разговоров отстранили. Обычно так сопровождают президентов и государственных деятелей. - Ну, с такой охраной можно быть пока спокойным, - довольно усмехнулся Богомолов. - Может быть, может быть... - машинально проговорил Воронов и тут же поспешил следом за группой. Дело в том, что он заметил, как странный мужик, на которого он обратил внимание еще в аэропорту, незаметно направился за Савелием и его охраной. Богомолов не пошел за Вороновым, а стал исподтишка наблюдать за явно раздасадованным "красавчиком". Старясь не привлекать внимания, он медленно подошел ближе и успел услышать только последнюю фразу: - Что же, теперь мы знаем, что шеф был прав: пусть поработает на наши карманы, а потом... - Он понизил голос и, наклонившись к своему земляку, что-то прошептал ему на ухо. Его английский был безупречен, и Богомолов понял все, что услышал. Интересно, кого этот хлыщ имел в виду, говоря о шефе? Однако, больше ничего ему услышать не удалось: эти двое вернулись в зал, и генералу ничего не оставалось, как последовать за ними. Воронов довольно быстро догнал Франка, но не стал приближаться к нему, чтобы не возбуждать подозрений. Он старательно делал вид, что занят поисками нужной ему комнаты или человека. В случае чего он скажет, что просто ищет туалет. Франк, в отличие от Воронова, попытался вплотную подойти к группе, которая вела Савелия. Но тут последний сопровождающий недовольно оглянулся. - Вам чего? - грубо спросил он. - Не понимаю, - по-английски отозвался Франк, глядя на него невинными глазами. - Черт! - выругался парень. - Иностранец? Мужики, кто по-английски шпарит? - обратился он к своим коллегам. - Я только по-немецки немного, - отозвался один из них, - вам что нужно? - спросил он по-немецки. - Не понимаю! - снова ответил тот и глуповато улыбнулся. - Я говорю по-английски! - неожиданно отозвался Савелий. Парни переглянулись между собой, и Константин решил, что не будет ничего плохого, если Савелий поможет им избавиться от назойливого иностранца, но на всякий случай прикрыл его своим мощным телом. - Спроси его, что он здесь ищет, - попросил Савелия Костя. - Господин кого-то ищет? - вежливо спросил Савелий. - О, вы говорите по-английски - обрадовался Франк так, словно услышал что-то весьма необычное. - Да, говорю. Кто вы и что вам нужно? - Я приехал из Сингапура и очень хотел бы сделать репортаж об этом празднике. - Франк улыбался, но его глаза смотрели как-то странно и от них отдавало холодком. - Он что, журналист? - спросил парень, который немного знал немецкий язык. - Он что-то пробормотал про репортаж. - Вы репортер? - спросил Савелий. Его мозг уже настроился на этого странного мужика, но, к своему удивлению, он ничего не смог "услышать", словно наткнулся на какой-то железный занавес. - Я журналист из частной газеты. Мне бы очень хотелось взять у вас интервью. Вы же один из русских бойцов, не так ли? Савелию показалось странным, что незнакомец вдруг узнал в нем одного из бойцов, но решил не показывать своего удивления. - Что он хочет? - снова спросил нетерпеливо Константин. - Интервью хочет взять у тебя, - улыбнулся вдруг Савелий. - У меня? Почему у меня? - Он думает, что ты сейчас будешь бороться! Франк стоял и глупо улыбался, не понимая, о чем говорят эти симпатичные парни, а внутри у него все кипело от злости: этот Рэкс странно воздействовал на него. Ему вдруг показалось, что не он пытается влезть в мозги Рэкса, а сам подвергается исследованию, и Франку пришлось подключить все силы, чтобы держать между собой и "пациентом" дистанцию. - Слушай, пошли его к... В общем, скажи, что здесь нельзя находиться. А ты, Серега, проводи его отсюда! - сердито приказал Константин замыкающему и вдруг увидел Воронова. - Эй, а вам что здесь нужно? - И тут же нахмурился. - Что-то его физиономия мне кажется знакомой. - Ну и память у тебя, Константин. Он похож на нашего сантехника! - улыбнулся Савелий и спросил: - Вы что, заблудились, папаша? - Тоже мне, нашел папашу, - хмыкнул обиженно Воронов. - Заблудишься тут у вас! Так можно и штаны обмочить! - Так вы же прошли эту комнату, там треугольник нарисован! - усмехнулся Константин и задумчиво покачал головой: как это можно было пройти мимо туалета? - Треугольник? - простовато хмыкнул Воронов. - А я думал, что там склад какой. Поди разбери, треугольники-то разные. - Тот, что углом вниз, - мужской! - Константин весело рассмеялся и снова повернулся к Франку: - А вы что стоите? Ты что, не перевел ему? - спросил он Савелия. - Сразу перевел, но он упрямится. - Савелий пожал плечами. Вдруг Франк сунул руку в карман, и Сергей моментально перехватил ее. Это было так неожиданно, что Франк побледнел, подумав, что сейчас у него начнутся неприятности, но, когда парень, бесцеремонно сунул руку в тот карман, в который лез Франк, тот облегченно вздохнул: Сергей вытащил металлическую коробку с сигарами. - Пожалуйста, угощайтесь! - насмешливо предложил Франк. - Спасибо, не курю... сигары, - смущенно буркнул Сергей, затем сунул ему коробку, взял под локоток и предложил идти вперед. - О'кей! - облегченно кивнул Франк, довольный, что для него все так благополучно закончилось, однако его беспокоила мысль: кто подменил пистолет на коробку? - Дурдом какой-то! - бросил Константин. - Тупой иностранец, тупой мужик, похожий на сантехника... - Ну почему тупой? Он всю жизнь знает "М" и "Ж", а здесь какие-то треугольники, - встал Савелий на его защиту. - Ладно, пошли... - Но куда мы идем? Моя комната ведь там? - кивнул Савелий. - Госпожа Лолита распорядилась отвести тебя в свой кабинет. - Понял! - хмыкнул Савелий и быстро пошел вперед. Увидев Андрея, он с огромным трудом сдержал радость. В этот момент они составляли единое целое, и никто из присутствующих не заметил, как они обменялись между собой информацией, которая очень многое сказала каждому из них. Савелий узнал, что в зале присутствует и его наставник по спецназу, генерал Говоров, и генерал Богомолов, а также люди, охотящиеся за ним, а один из них - тот, что хотел взять "интервью". В свою очередь, Савелий сообщил Воронову, что он в отличной форме и ждет только сигнала, чтобы начать действовать, и еще о том, что зтот "журналист" представляет собой самую большую опасность. Воронов не успел понять почему, их развели в разные стороны: Савелия повели дальше, а Воронова завернули. Зайдя в злополучный туалет, Андрей быстро спустил воду, чуть выждал и вышел. И едва не наткнулся на Франка, возвращающегося в зал. Он как-то странно взглянул на Воронова, но тот успел отвести глаза, повернулся и, чертыхаясь, направился в зал. Франк долго смотрел ему вслед и пытался понять, почему этот мужчина привлек его внимание. Что-то показалось в нем знакомым, но что? Франк встряхнул головой, словно приводя мысли в порядок и, вполне вероятно, сумел бы добраться до истины, но его сознание вдруг молнией пронзила мысль: Рэкс! Очень интересный объект! Рассказов был прав, когда говорил о нем как о сильной личности. С таким потягаться - честь! С первых же секунд встречи с Рэксом Франк, собрав в кулак все свое умение, попытался проникнуть в его сознание и заставить прислушаться к себе, но его посыл неожиданно наткнулся на стену и даже отразился от нее, вернувшись к Франку с такой силой, что он ощутил некоторую боль в голове и несколько секунд приходил в себя. Да, этого мужика голыми руками не возьмешь! Эх, если бы им остаться наедине хотя бы минут на пятьдесять, тогда бы он посмотрел, кто кого переборет. Интересно, откуда в нем такая сила? У кого он обучался? А то, что этот злополучный Рэкс прошел спецобучение, не вызывало никакого сомнения. Он нужен ему во что бы то ни стало! Этот парень заставил Франка усомниться в деле всей своей жизни. А этого он не мог позволить никому. Это очень опасный объект, и если Франк не сумеет его обуздать, то должен его уничтожить! Кто же подменил пистолет? Франк попытался вспомнить, с кем он соприкасался с того момента, когда оружие оказалось в его кармане... Есть! Черт бы побрал этого кретина! Франк так стиснул челюсти, что даже услышал скрежет своих зубов. Красавчик-Стив! Конечно, именно он приказал своему громиле осуществить подмену. Но каков виртуоз! Сумел провести даже самого Франка! Кретины! Они не понимают, с какой силой столкнулись! Да они мальчики по сравнению с этим Рэксом! Франк даже себе не признавался в том, что думает о нем с уважением. Нужно что-то предпринимать! Он взглянул на часы: двадцать три сорок шесть. До встречи Рэкса с Красавчиком осталось четырнадцать минут. Нужно пойти и хотя бы успеть сделать ставку на Рэкса. Он был уверен, чти Рэкс разделается с ним в первые же две-три минуты. А потом будет еще три боя: времени вполне достаточно. Франк поймал себя на том, что хочет посмотреть все бои и узнать, кто же победит сегодня - Рэкс или Робот Смерти. Он вошел в зал и первым делом поставил тысячу долларов на Рэкса. Потом некоторое время стоял в проходе и думал, стоит ли поделиться своими новостями с приятелями, но решил, что время пока есть. Добравшись до кресла, где его терпеливо ожидала назойливая девица, он сел и оживленно сказал: - Ну, что, дочка, повеселимся? - Надо же, - удивилась та. - Наш молчун заговорил! - Она вдруг опустила руку ему между ног и нахально ухватилась за его мужское достоинство. - Ято думала... - разочарованно протянула девушка. - Все еще впереди! - хитро усмехнулся он и, неожиданно схватив ее за волосы, повернул к себе и взглянул ей прямо в глаза. Девушка хотела возмутиться такой грубостью, но эти желания вдруг куда-то пропали, и она тихо прошептала: - Какой ты милый! - И ее дыхание участилось. Каждое кресло в первых трех, самых престижных рядах, было отгорожено от соседних довольно высоким барьером, образовывающим своеобразную уютную кабинку на двоих, а по желанию можно было закрыться и спереди плотной материей до
в начало наверх
самого пола. Не хватало только места, чтобы улечься. Но Франку этого и не нужно было. Когда девушка вошла в его подчинение, он опустил штору. Девушка, продолжая шептать в гипнотическом сне нежные слова, опустилась перед ним на колени, расстегнула ему брюки и вытащила его безвольную плоть наружу. Франк сидел совершенно безучастно, словно его все это не касалось, и спокойно потягивал шампанское, продолжая размышлять о Рэксе. Вскоре нежные ласки и поцелуи пухлых губ принесли желаемый результат и его плоть стала твердеть на глазах. Девушка заводилась все сильнее и сильнее. Она вдруг взяла его руку и стала тянуть к себе, но это ие входило в его планы. Он снова взглянул ей в глаза, потом усмехнулся, подхватил с выдвижного столика банан и сунул ей в руку. Не выпуская изо рта его плоть, девушка вставила экзотический фрукт в свои нижние губки и томно застонала, получая, как видно, полное удовлетворение. Франк умел отключать свой мозг от плотских удойольствий, и теперь при полном возбуждении у него даже не участилось дыхание. Он дал установку девушке не произносить ни звука, и пока его второе "я" получало удовольствие, первое продолжало усиленно думать. Он взглянул на часы: двадцать три пятьдесят шесть. Пора! Он послал сигнал девице, и та вдруг нервно дернулась, но ее язычок добился желаемого результата: "выстрел" был сильным и мощным и вонзился прямо в ее горлышко, заставив сделать несколько глотков. Когда все закончилось, девушка вынула из сумочки шелковый платочек, нежно вытерла его обмякшую плоть, потом тщательно промокнула свои нижние губки, застегнула ему брюки, села на выдвижное сиденье и как ни в чем ни бывало взяла в руки бокал шампанского. Франк открыл матерчатую шторку. В зале погас свет, только мощные прожектора были устремлены на центр татами. Вот-вот должны были объявить участников следующего боя. Франк взглянул на электронное табло и злорадно усмехнулся: за соперника Рэкса давали десять против одного. - Отлично, - прошептал он. - Что отлично, милый? - глуповато улыбнулась девушка, удивляясь тому, что вдруг обратилась так к этому "старику", причем помимо своей воли. - Отлично, что почти все поставили на Красавчика. - И я поставила на него. - Ну и дура! - хмыкнул Франк. Девушка хотела спросить почему, но в этот момент на татами вышел секундант. ФРАНК ОЧЕНЬ ОПАСЕН! После того как Воронов получил от Савелия информацию, он быстро вернулся в зал. Коротко он рассказал обо всем Богомолову, и они решили, что назрела необходимость пообщаться всем троим. Они подали знак Говорову, подняв фужеры с шампанским, словно приглашая его присоединиться к их компании. Тот сразу же понял, что его присутствие необходимо, но не знал, что делать со своей подопечной, и, как истинный джентльмен, кивнул на Наташу. Богомолов не раздумывая "пригласил" их вместе. - Наташа, нам с тобой нужно срочно подойти к нашим друзьям, - прошептал Говоров и громко сказал: - Видишь моих приятелей?. Они приглашают нас к себе... - Но скоро начнется бой, - с улыбкой напомнила девушка. - А мы ненадолго: познакомимся, выпьем и вернемся, хорошо? - Ладно, пойдем. - Девушка встала и взяла Говорова под руку. Когда они подошли, Говоров как бы невзначай спокойно осмотрелся, отметил, что их соглядатаи остались на своем месте, повернулся к Богомолову и вовсю улыбаясь, тихо спросил: - Что-то произошло? - а сам стал представлять им Наташу. - Константин Иванович... Наташа... Андрей... Наташа... - Я видел Савелия, - с улыбкой проговорил Воронов, целуя руку Наташи, - и получил от него информацию. Очень приятно с вами познакомиться! - громко сказал он и добавил тихо: - Он в хорошей форме, ждет сигнала для действий. Дал понять, что пожилой иностранец очень опасен. - Чем? - продолжая улыбаться, спросил Богомолов. - Не успел сообщить, но мне кажется, я понял. - Ну-ну? - Генерал наклонился к уху девушки. - Не волнуйтесь вы так, - прошептал он ей и добавил: - А сейчас рассмейтесь, словно я рассказал вам анекдот... - Какой вы, право! - воскликнула она и рассмеялась. Смех был таким заразительным, что и мужчины улыбнулись, и это было как нельзя кстати, чтобы снять напряжение. - Этот мужик обладает то ли гипнотическими способностями, то ли еще чем-то. Я это почувствовал еще в аэропорту. - Воронов вдруг громко рассмеялся и стал разливать шампанское по фужерам, успев прошептать: - На нас смотрят. Все взяли в руки фужеры, и Богомолов, словно произнося тост, улыбался во весь рот, а говорил следующее: - Думаю, что никто ничего не предпримет, пока не закончатся поединки, а потому будем выжидать. - Мне тоже так кажется, - поддержал Говоров. - За победу! - воскликнула Наташа, и все соединили фужеры, которые прозвенели так громко, что к ним присоединились сидящие рядом и чокнулись с соседями, и эта волна покатилась по всему залу. Все получилось так забавно, что Наташа неожиданно громко прокричала: - Ура! - Ура-а-а!!! - прокатилось по рядам. Было заметно, что гости были уже на взводе от выпитого шампанского. - Пожелаем нашему герою удачи, - тихо бросил Говоров и быстро выпил. - За тебя, Савушка! - тихо прошептала девушка и тоже выпила, потом повернулась к Говорову: - Нам пора возвращаться, без пяти уже... - Пошли, девочка моя, пошли. - Он подмигнул приятелям, и они медленно направились к своим местам. - Ну, и на кого ты сейчас поставил? - ехидно спросил Богомолов Воронова. - А вы как думаете, Константин Иванович? - усмехнулся тот. - Да, думаю, что тут и думать нечего... - протянул задумчиво генерал и тут же хмыкнул: - Косноязычен стал: думаю, думать. Скажи, а на какой минуте все закончится? - шепотом спросил он. - Зная характер братишки, уверен, что он от души поиграет с ним, - также шепотом ответил Андрей. - Это почему? - А чтобы хозяевам своим отомстить! - ухмыльнулся Воронов. - Как бы не перестарался. - Кто, Савка? Вы его, значит, плохо знаете. - Андрей покачал головой. - Иногда кажется, что знаю как самого себя, а иногда... - Он махнул рукой. - Вот-вот, его невозможно спрогнозировать. - Но Говорову-то это удается, - возразил Богомолов. - Говорову? Еще бы: он же его учитель, - уважительно произнес Воронов. - Да, хотел бы я когда-нибудь иметь такого ученика, - завистливо вздохнул генерал. - Тогда бы и... - Договорить он не успел: на татами появился секундант. САВЕЛИЙ ПРИНЯЛ РЕШЕНИЕ Когда Савелия ввели в кабинет Лолиты, она заметно нервничала. Только что у нее был довольно неприятный разговор со своим милым, который вовсю расхваливал Тихого Робота. Он был так убедителен, что Лолита засомневалась в Рэксе. Леша-Шкаф был решительно настроен поставить на Тихого Робота, и единственное, чего удалось добиться Лолите, это убедить его не торопиться и сделать окончательный вывод после схватки Рэкса с Красавчиком. Тогда можно будет понять, сможет ли Рэкс противостоять Тихому Роботу. Что же делать? В кого поверить? Правда, еще есть время, чтобы уменьшить риск: у Рэкса есть еще бой и после Красавчика, но... Лолита прекрасно понимала, что от их правильного решения зависит очень многое: их будущее, сытая и богатая жизнь за границей. В этот момент в селекторе раздался голос Константина: - Госпожа Лолита, мы уже приехали. - Пусть войдет только Рэкс, - приказала она, и тут же в кабинет легкой походкой, улыбаясь, вошел Савелий. - Приветствую вас. Хозяйка, - ухмыльнулся он. - Как отдыхалось? - не обращая внимания на его игривый тон, спросила Лолита. - Отлично! Вы что, плохо себя чувствуете? - Он сделал участливый вид и подошел ближе. - Нет, почему же, чувствую я себя отлично. - Она изобразила на лице улыбку. - Тогда вас явно что-то беспокоит! Может быть, я вам что присоветую? - Да, вы правы, меня действительно "что-то беспокоит". Например, сможете ли вы оправдать наши надежды и затраты? - О, вы еще сомневаетесь? - Он покачал головой. - Если так, вы можете поставить на моих противников, и дело с концом. - Можем-то можем, но... - она замолчала на мгновение, потом решительно произнесла: - Но ваши противники и так стоят по рейтингу выше вас, а значит, если они победят, то наш выигрыш будет невелик. - Вполне резонно, - серьезно заметил он. - Но чем я вам могу помочь? Я ваш ставленник и буду выкладываться до конца, а как повернется госпожа Фортуна... - он пожал плечами, - один Бог знает! Ведь и соперник будет выкладываться до конца, не так ли? - Ладно, думаю, что я поняла вас, Рэкс. Пойду к гостям, а то они меня совсем потеряли. - Она внимательно посмотрела ему прямо в глаза, потом подошла к Савелию и тихо сказала: - Не подведи меня, пожалуйста, Рэксик! - Лолита чмокнула его в губы и тут же вышла. Савелий ехидно улыбнулся: он начал игру, которая позволит ему вдоволь потешиться над своими "хозяевами". Напрасно они стали шантажировать его и его близких: это им даром не пройдет! Посмотрим, как они себя будут чувствовать после поединка с Красавчиком. Он на миг представил себе выражение лица Лолиты и усмехнулся. Интересно, как себя поведет Леша-Шкаф? Его провести будет не так-то просто! Вдруг он подумал о своих друзьях-приятелях: как они расценят его представление на татами? Конечно, в Воронове он не сомневался, как не сомневался и в своем наставнике, Порфирии Сергеевиче Говорове, а вот как себя поведут Богомолов и Наташа... Здесь он ничего определенного сказать не мог. Мысли его перескакивали с одного на другое, но это не помешало ему спокойно переодеться, накинуть яркокрасный атласный халат. Он уселся в огромное мягкое кресло, положил ноги на журнальный столик и настолько ушел в себя, что даже задремал. Но, несмотря на это, сразу же услышал за спиной тихие шаги по пушистому ковру. Не глядя назад, он определил, кто подошел. - Что, Константин, уже пора? - тихо спросил он. - В который раз ты меня удивляешь! - воскликнул тот. - И как это тебе удается? - Очень просто, Константин, - серьезно ответил Савелий, потом сделал небольшую паузу. - Ты характерно сопишь, тебя ни с кем не спутаешь. - Да ну тебя! - махнул Костя рукой. - Никогда не поймешь, когда ты шутишь, а когда нет. Пора спускаться: через пять минут выйдет судья. - Отлично! Завяжи-ка. - Савелий легко вскочил на ноги и протянул вперед руки в перчатках. Константин ловко завязал шнурки на перчатках, и они с Савелием быстро направились в зал... ПЕРВЫЙ БОЙ САВЕЛИЯ - Внимание, уважаемые гости нашего праздника! - видно было, что судья, немного устал, но крепился и не пытался поддержать свою энергию спиртными напитками. - Судя по вашим аплодисментам, вам понравилось выступление великолепного дуэта "Кабаре Академия", а обаятельная Лолита и обворожительный Саша доставили вам много приятных минут! - Аплодисменты подтвердили его догадки. - Спасибо, спасибо большое! А сейчас вас снова ожидают спортсмены, которые покажут свое мастерство! Итак, последняя пара отборочных боев для участия в полуфинале на первенство России по рукопашному бою! Встречаются представители двух городов-соперников - Красавчик из Петербурга и Рэкс из Москвы! Оба спортсмена выскочили на татами почти одновременно и определить, кому именно предназначались продолжительные аплодисменты, было невозможно. - В красном углу - естественно, Красавчик! В синем углу - Рэкс! Поприветствуем друг друга! - он подал спортсменам знак подойти к середине. Красавчик был действительно весьма симпатичным и стройным парнем. Он был немного выше Савелия и гораздо моложе. У него были благородные черты лица, и он вполне мог бы играть князей или французских ловеласов. Одна из зрительниц, пораженная его красотой, не выдержала и громко воскликнула: - Боже, какой красавчик! Все вокруг рассмеялись неожиданному каламбуру, а потом зааплодировали. Эти аплодисменты подтолкнули Красавчика на эффектный прыжок с тремя поворотами, во время которых он нанес несколько ударов по
в начало наверх
воображаемому противнику, чем еще больше заслужил симпатии зрителей. Савелий совершенно спокойно наблюдал за этим прыжком и мгновенно отметил все недостатки, которые мог заметить только профессионал: слабые ноги, неустойчивое приземление, не очень хорошее владение телом, но самое главное - неважное зрение соперника. Он был настолько этим поражен, что подумал, будто ошибся, и решил проверить себя. Когда они сблизились для рукопожатия, парень добродушно улыбался, но глаза его смотрели чуть в сторону. Красавчик первым поднял руку для приветствия, и, видно, это был отработанный прием, чтобы соперник сразу же протянул ему руку навстречу. Однако Савелий сделал чуть заметную паузу и на миг заставил Красавчика ошибочно поводить руками из стороны в сторону. По лицу Красавчика пробежала легкая - тень беспокойства, и Савелий быстро пришел ему на помощь, протянув обе руки навстречу. - От души приветствую тебя, Рэкс! - добродушно сказал парень. - И я тебя. Красавчик. - Савелий похлопал его дружески по плечу. - Желаю удачи! - Спасибо! И тебе также. Рефери взмахнул рукой, и тут же раздался гонг. Напрасно Савелий решил, что при таких условиях ему будет трудно изображать тяжелый и упорный бой. Красавчик оказался серьезным противником: он великолепно владел несколькими школами восточных единоборств. Несмотря на отвратительное зрение, он как бы интуитивно ощущал своего противника, и Савелий буквально с первых же секунд понял, что бой будет не из легких. В какой-то момент даже пожалел, что он встречается с Красавчиком в первом же бою. Этот поединок мог бы украсить и полуфинал, а возможно и финал. Савелий специально делал не очень уверенные прыжки и работал, как говорится, на грани фола: ошибись он на какие-то сантиметры, на какие-то доли секунды, и соперник нанес бы ему сокрушительный удар. Савелий специально не наносил ударов в голову, догадываясь, что именно от таких ударов в голову Красавчик и испортил зрение. Как ни странно. Красавчик, начав бой, думал примерно то же самое: вряд ли этот парень с приятным голосом сможет долго противостоять ему. Да, несколько месяцев назад, выступая в одном из состязаний, где все правила заключались в том, чтобы не иметь на руках и ногах посторонних предметов, он получил страшный удар в голову. Несколько дней он пролежал в реанимации и с огромным трудом выкарабкался. Этот злополучный удар не остался без последствий, у него сильно ухудшилось зрение. Официально врачи запретили ему выходить на татами, но у него не было другого выхода, потому что нужно было кормить больную мать и маленькую сестренку. Выходя после того случая на татами, он каждый раз рисковал вообще ослепнуть. В первых двух боях ему удалось не только увертываться от ударов в голову, но и победить. Он с удивлением обнаружил в себе странную особенность: при частичной потере зрения, у него настолько обострились другие чувства, что он почти безошибочно действовал в схватках, и никто не подозревал о его несчастье. Проведя несколько прыжков в сторону соперника, Красавчик почувствовал себя странно: по всем законам боя соперник должен был пропустить его удары. Сначала он подумал, что какая-то счастливая случайность помогла ему увернуться, но когда все повторилось, он решил, что здесь что-то не так. Красавчик был классным бойцом, и многие тренеры пророчили ему большое будущее. И если бы не тот случай, вероятнее всего, он действительно вышел бы на мировую арену. Когда его коронные удары не достигли цели, он стал нервничать и злиться, чего с ним вообще никогда не случалось. Красавчик ничего не понимал: техника этого парня оставляла желать лучшего, и, как ему удавалось избегать его финтов, на которые попадались даже первоклассные бойцы, было непонятно. Ему вдруг пришло на ум, что этот парень занимается "балетом", как называли между собой бесконтактное карате спортсмены, занимающиеся боевым карате. Это черт знает что! Красавчик стал злиться не на шутку и решил проверить свои наблюдения: он специально несколько раз подставлял себя под удары, но Рэкс и не думал их наносить. Зрителям поединок очень нравился, и они начали хором выкрикивать имя то одного бойца, то другого. Эффектные прыжки Красавчика вызывали бурные овации, а не менее эффектные уходы и блоки Рэкса, когда казалось, что ему уже некуда деться, вызывали еще больший восторг. Но Красавчик начал что-то понимать, когда его соперник провел несколько ударов по корпусу. Исполнение их было настолько виртуозным, что он стал сомневаться в верности своих первоначальных выводов. Его вдруг осенило: парень щадит его голову! Это было настолько неожиданно, что на миг он даже остановился и удивленно взглянул на своего соперника. Нет, не может быть! Это просто какой-то трюк! Он слишком хорошо знал цену таким поединкам. В это время Говоров, внимательно наблюдающий за поединком, тоже начал понимать, что Савелий щадит соперника. По условиям подобных состязаний боец получал замечание судьи только в том случае, если вел себя пассивно, чего нельзя было сказать ни об одном из соперников. Каждый из них нападал, ставил блоки и увертывался от ударов. Но так не могло долго продолжаться: ведь кто-то должен был победить! Лолита сидела рядом с Лешей-Шкафом, нервно покусывая губы. Она поглядывала на своего милого, в глазах которого читала приговор Рэксу. Наконец, она не выдержала и тихо спросила: - Что происходит, Лешенька? - Происходит то, что я тебе и говорил. Рэкс, конечно, классно владеет своим телом, но ему не хватает школы, и удары его слабы. - Он отвечал задумчиво и не очень уверенно, что-то внушало ему сомнения в справедливость сказанного. - Посмотрим, что будет дальше. В этом поединке, насколько я разбираюсь, победит тот, кто выдержит такой темп до конца, у кого больше сил. - Знаешь, милый, если бы я не была уверена, что они встретились только сегодня, я подумала бы, что они сговорились. Леша-Шкаф как-то странно посмотрел на Лолиту: именно такие мысли промелькнули и в его голове. - Что он делает? Что делает? - раздраженно шептал Богомолов, реагируя на каждый удачный прыжок или удар соперников. - Что? - шепотом переспросил Воронов. - Он делает то, о чем я вас и предупреждал: играет. - Что-то игра больно затягивается, - недоверчиво поморщился Богомолов. - Ничего, все будет в полном порядке, поверьте мне. Странное чувство испытывал и еще один зритель - Франк. Сейчас, когда этот странный парень по имени Рэкс, был занят боем. Франк мог спокойно наблюдать за ним и сделал вывод, что парень не так прост, как хочет показаться в этом поединке. - Играет, как кошка с собакой, - неосторожно прошептал он, забыв про рядом сидящую девицу. - О ком это ты, милый? - Ни о ком! - резко оборвал Франк. - Сиди и не мешай следить за поединком. - Хорошо, милый, - обиженно произнесла девушка и взялась за шампанское. В какой-то момент соперники сцепились, и неожиданно для себя самого Красавчик спросил Рэкса: - Почему ты щадишь мою голову? Ты что, все знаешь? - он тяжело дышал и говорил тихо. - Зачем ты так рискуешь? - не отвечая на его вопрос, спросил Савелий. - Так надо! - упрямо ответил Красавчик. - Брэк! - услышали они голос судьи и мгновенно отпрыгнули друг от друга. Красавчик все понял. В голосе парня было такое участие, что ему стало вдруг стыдно за то, что он обманывает сам себя. Обманывает зрителей, внимательно следящих за их боем. Как он мог опуститься до такого? Как он не подумал о том, что, если с ним что-нибудь случится, кто позаботится о его матери, о сестренке? Он не может заработать на жизнь иначе? Может! Так что, погнался за большими деньгами? Он вдруг посмотрел на электронное табло, и у него промелькнула спасительная мысль: почти все зрители поставили на него и лишь немногие на Рэкса, а это значит, что если победит Рэкс, то у Красавчика, будет гораздо больший гонорар, чем если бы он выиграл, тем более, что ему никогда не выиграть у такого бойца. Внезапно он почувствовал такую симпатию к этому парню со шрамом, что ему захотелось его по-братски обнять и поблагодарить за то, что он не воспользовался его недостатком, не лишил остатков зрения. Ну что же, надо ему подыграть! Приняв такое решение, он словно обрел второе дыхание и стал в буквальном смысле слова порхать над татами, подключив все свое умение, понимая, что это его последнее выступление, лебединая песня. В какой-то момент, вновь сблизившись с Рэксом, он дружески ему бросил: - Спасибо, друг! - А потом быстро добавил: - Корпус! Савелий все понял. Сейчас, когда они достигли взаимопонимания, бой стал еще красивее, еще неожиданнее. Савелий стал спокойно пропускать удары и довольно умело реагировал на них, заставляя каждый раз вздрагивать Наташу и вызывая недоумение у Франка. Наконец, когда Савелий почувствовал, что Красавчик начинает выдыхаться и вряд ли сможет продержаться более двух минут, он открылся как бы случайно для удара, и Красавчик вложил последние силы в завершение атаки, но в самый последний момент Савелий ловко ушел в сторону и нанес Красавчику довольно ощутимый удар по корпусу сбоку. Красавчик успел перехватить виноватый взгляд соперника и все понял. Конечно, в другом случае он бы сумел выдержать этот не очень сильный удар, сумел бы отдышаться, но... Он довольно картинно поддался, несколько раз перевернулся в воздухе, усиливая зрительское восприятие силы удара, и плюхнулся мешком на татами, притворившись, что потерял сознание. Зал, не ожидая подобной развязки, ахнул и затаил дыхание. Рефери невозмутимо открыл счет и уверенно досчитал до десяти. Красавчик так и не поднялся, и судья знаком велел унести его прочь. Затем подошел к тяжело дышавшему, работавшему на публику Савелию и поднял его руку. - Победил Рэкс - Москва! - Браво! - пронзительно закричала Наташа и бросила ему красную розу. Савелий ловко схватил цветок, послал девушке воздушный поцелуй, поклонился на четыре стороны и спокойно ушел за тяжелые занавеси, где мгновенно был окружен своими внушительными спутниками, которые и проводили его в кабинет Лолиты. Раздраженная хозяйка была уже там, готовая в резкой форме сказать ему в глаза все, что думает о нем, но вдруг увидела такую усталость в его глазах, что ее настроение мгновенно поменялось. - Что, Рэксик, тяжело было? - участливо спросила она. - Невозможно ответить одним словом, - вяло улыбнулся Савелий. - Трудный был соперник, но... - Он хитро посмотрел ей в глаза. - Как я и обещал, победа за мной, не так ли? И эта победа принесла вам довольно солидный выигрыш, или я неправ? - Прав, прав! - машинально согласилась девушка. - Но ты же прекрасно понимаешь, что самое главное впереди. У тебя еще один бой перед финалом: предстоит встреча с Крепышом. - Я помню, - хмыкнул Савелий. - А вы не хотели бы посмотреть запись его боя с Громом? - она уже успокоилась и снова перешла на "вы". - А к чему это? - скривился Савелий. - Если у него есть ошибки, то я о них узнаю при встрече, как и он о моих, так что... - Вы знаете, дорогой Рэкс, этот парень очень жесток, достаточно быстр и поэтому... - Спасибо, Хозяйка, за предупреждение, но откровенно говоря, - он старательно смягчил тон, чтобы не обидеть ее, - мне хотелось бы немного отдохнуть перед следующим боем, сосредоточиться. - Извините, я все поняла, - спохватилась Лолита. - Но напоследок хочу вам показать кое-что. - Она подошла к своему столу, откинула рядом с селектором крышку, под которой открылся небольшой пульт. Девушка нажала красную кнопку, и в стене сдвинулась в сторону панель, за которой оказался монитор. Долита нажала еще одну кнопку, и монитор сразу же включился, на нем показалось изображение всего зала. - Вот этой ручкой можно управлять видеокамерой и ее объективом. - Она показала, как делать укрупнение, как поворачивать камеру в любую сторону. - Советую посмотреть на Тихого Робота. - Она вздохнула и добавила: - Мне бы очень хотелось, чтобы вы с ним разделались, и не только потому, что на этом мы заработаем хорошие деньги, но и... Что она хотела сказать дальше, услышать Савелию так и не удалось, потому что на центр тэтами вышел рефери и громко объявил: - На нашем юбилее присутствуют не только частые гости нашего клуба, но и те; кто впервые посетил нас. Я уверен, что для них этот визит не будет последним! - Его слова были поддержаны аплодисментами. - Спасибо, я был уверен в вас! Но таи, кто у нас впервые, и тем, кто немного подзабыл наши правила, мне хочется напомнить о следующем: в предварительных схватках минимальная ставка - сто долларов, но сейчас состоится полуфинал, и здесь минимальная ставка уже пятьсот, а финал, как вы догадываетесь, еще больше поднимает планку минимальной ставки и доводит ее уже до тысячи долларов! - Знаем! - Давай дальше!
в начало наверх
- Робота давай! - неслось со всех сторон. - Итак, уважаемые гости, делайте ваши ставки. В полуфинале встретятся две пары. Первая - Черный Ангел из Армении и Тихий Робот из Сингапура! - Его голос потонул в бурных овациях, продолжавшихся несколько минут. Судья поднял руку, и аплодисменты постепенно стихли. - Во второй полуфинальной встрече - Крепыш из Казахстана и Рэкс, представляющий нашу столицу! - Несмотря на то, что фразу эту он произнес с пафосом, аплодисменты были менее сильными, чем раньше. - Как видишь, публика очень живо реагирует на то, как боец проводит схватку, - в голосе Лолиты слышались виноватые нотки. - Публика есть публика: ев подавай зрелищ и хлеба, - странно усмехнулся Савелий. - А сейчас извините. - Он встал, выключил монитор и невозмутимо разлегся на диване. - Желаю удачи, Рэксик! - не очень уверенно бросила Лолита и вышла из кабинета. ФИНАНСОВОЕ "ОТКРЫТИЕ" ВОРОНОВА Савелий выждал некоторое время, улыбаясь своим мыслям, потом подошел к столу и нажал на кнопку. Когда изображение появилось, он стал управлять камерой, отыскивая своих друзей. Еще во время схватки он запомнил, где они сидят, и поэтому поиски не заняли много времени. Первым делом он отыскал Воронова и Богомолова, укрупнил кадр настолько, что мог наблюдать их взгляды, даже артикуляцию, и пожалел, что недостаточно хорошо умеет читать по губам. Они о чем-то оживленно разговаривали. Савелий перевел камеру на вторую пару - Говорова и Наташу. Здесь говорил только Говоров, а Наташа с тревогой смотрела вперед и внимательно слушала. Взглянув на девушку, Савелий немного взгрустнул. Ему захотелось прижать ее к себе, успокоить, попросить прощения за то, что заставил ее так нервничать. Ничего, все кончится, и он объяснит ей... Он уверен, она поймет его и простит. Потом он перевел камеру на самодовольного Красавчика-Стива, тискающего какую-то блондинку с длинными ногами, и внушительного парня, сидящего с глуповатым видом и уплетающего за обе щеки фрукты, которые он запивал шампанским. Здесь ничего интересного не было, и Савелий направил камеру на хмурое лицо Франка. Его кресло было расположено гораздо ближе к камере, и он смог укрупнить его лицо настолько, что хорошо рассмотрел его глаза. Сейчас, когда Франк не видел Савелия и не мог "защищаться", Савелий совершенно четко понял, что этот человек очень опасен. Он обладает такой внутренней энергией, что если бы у Савелия не было за плечами школы Учителя, то он вряд ли смог бы противостоять ему. Даже когда он стоял в окружении телохранителей, когда, казалось бы, переплетаются энергии нескольких человек, даже тогда он ощутил попытку сильного воздействия на его подсознание. Интересно, чего он добивался? Вряд ли этого типа послали только для того, чтобы ослабить его во время схватки в финале... Скорее всего, Савелия хотят подчинить себе, заставить на кого-то работать. В чем же должна заключаться эта работа? У него вдруг мелькнула мысль: а что, если сделать вид, будто воля его подчинилась чужому разуму и попытаться подыграть, чтобы вскрыть истинную причину повышенного внимания к себе? Как жалко, что нет возможности спокойно обсудить этот вариант с друзьями, сидящими в зале! Нет, он не имеет права предпринимать такие серьезные шаги, потому что этим подвергнет опасности не только свою жизнь, к чему давно привык, но и близких ему людей. Он снова машинально направил камеру на Наташу и заметил, что за девушкой внимательно следит какой-то детина, сидящий через пару кресел от нее. Сначала Савелий подумал, что девушка просто приглянулась ему, но потом заметил взгляд парня, который мог принадлежать только наемному убийце, - холодный, расчетливый и беспощадный. Теперь ему до конца стало ясно, на что намекал Леша-Шкаф, когда говорил, что он не должен выкидывать какие-либо "фокусы", чтобы не причинять неприятностей своим знакомым. Это открытие разозлило Савелия настолько, что у него возникло желание разгромить все в этой комнате. Вот чего, оказывается, стоят слова его хозяев". Он хмуро и зло усмехнулся. - Заработать на мне захотелось? Что ж, заработаете себе дурдом! Уж я потреплю вам нервы! Вот дурак, едва не клюнул на ее женские штучки. "Желаю удачи, Рэксик!" - передразнил он. - Стервочка! Локти будешь кусать, что не поверила в меня! Интересно, сколько денег вы хотели поставить на меня и сколько вы поставите против меня, когда разуверитесь в том, что я могу выиграть? Как я сейчас ценюсь? - Он повернул видеокамеру на электронное табло. На первом месте - Тихий Робот: двадцать к одному, на втором месте - Крепыш, который переместился на второе место только потому, что Черный Ангел встречался с Тихим Роботом. На Крепыша давали восемь-десять к одному, на третьем месте шел Черный Ангел, и на четвертом - Рэкс. На победу Рэкса и Черного Ангела ставили очень немногие и, если бы кто-то из них оказался победителем, те, кто поставил на них, сразу же становились обладателями огромного состояния. Савелий довольно улыбнулся: пока все идет так, как он и задумал. Главное, чтобы ему удалось ввести их в заблуждение в следующей схватке, хотя это будет нелегкое Крепыш, насколько он понял, очень жестокий малый, и с ним прядется держать ухо востро, а это и было самым трудным делом. Не потому, что Савелий сомневался в своих возможностях и боялся проиграть, нет, он был уверен в выигрыше, как никогда, но... Чем сильнее боец, тем сложнее в поединке с ним изображать более слабого соперника, который победил лишь благодаря случайности. Предстояло серьезное испытание, и поэтому Савелий прилег на диван и стал мысленно составлять план предстоящего поединка. Оставим ненадолго нашего героя и вернемся в зал, где вот-вот начнется первьй полуфинальный поединок. Воронов и Богомолов сидели в некотором напряжении. Каждый из них понимал, что развязка приближается с каждой минутой, но какой она будет, никто нз них не знал. Первым нарушил молчание Воронов. - А вы знаете, Константин Иванович, сколько заработают хозяева этого клуба за сегодняшний вечер? - неожиданно спросил он. - Откуда ж это можно узнать, не видя документой? - удивился генерал. - Я имею в виду не с точностью до рубля, а так, навскидку? - Ну не знаю... - Константин Иванович неуверенно пожал плечами. - Двадцать, тридцать тысяч долларов... - Вы думаете? По самым скромным подсчетам, только с поединков они имеют сорок восемь тысяч долларов, и это если все зрители будут делать ставки по минимуму. А еще стоимость билетов! - Воронов победно взглянул на генерала. - Не понял, откуда такие цифры? - В зале чуть более трехсот человек, для ровного счета округлим до трехсот и не будем брать во внимание обслуживающий персонал, который также делает ставки. В первом круге обязательные ставки составляли сто долларов с человека, так? - Так... - генерал начинал что-то понимать. - А это тридцать тысяч долларов, и то, если ставки будут по минимуму, - напомнил Воронов. - Десять процентов идет в казну клуб? то есть три тысячи долларов, во втором круге ставки - сто пятьдесят тысяч долларов и пятнадцать тысяч - клубу, в финале - тысяча... - Что составит триста тысяч долларов и тридцать тысяч - клубу! - подхватил Константин Иванович. - Ловко! А еще билеты, проценты с напитков, спонсорские... Никогда бы не подумал, что здесь вертятся такие суммы. - Надеюсь, вы не думали, что, когда все это было запрещено, подобные состязания проводились подпольно, с риском тюрьмы, только из любви к спорту? - криво усмехнулся Воронов. - Нет, не думал, но и таких прибылей, естественно, тоже не предполагал. Отличный механизм! Его даже налогом не задушишь. - Конечно, ведь здесь "бегают" живые деньги, их никак не отследишь. - Но кто-то отследил! - Попробуй подтверди мои раскладки, - хмыкнул Воронов. - В такие дебри затянут, что годами будут тянуться поиски, реальных доказательств, а за это время, как написано было, не помню где, "либо царь умрет, либо обвиняемый, либо законы отменят". - Да, черт бы их побрал! - ругнулся Константан Иванович, и было непонятно, кого он имел в виду: правительство, законы или хозяев этого праздника. ВСЕ-ТАКИ ПОСТАВИМ НА РЭКСА! Продолжить дискуссию им не удалось: на татами появились поединщики, и зал приветствовал их бурными овациями. Сейчас, когда прошло достаточно много времени с начала юбилея и многие успели "накушаться", овации раздавались почти одинаково обоим бойцам. Когда бойцы стояли поодаль друг от друга, казалось, что Черный Ангел лишь чуть ниже Тихого Робота. Но-рот они сошлись для приветствия, и стало видно, что он намного меньше своего черного соперника и более изящен, если это определение подходит для мужчины весом примерно в девяносто килограммов. На этот раз Тихий Робот не старался произвести впечатление на зрителей и только единожды взревел, когда Черный Ангел, случайно или нарочно, сплюнул в его сторону. Тихий Робот проревел ругательство в его адрес на каком-то непонятном языке, но довольно быстро замолчал и только несколько раз подергал своими плечами, словно в последний раз проверяя свою готовность к бою. В отличие от своего соперника, Черный Ангел, показавший себя и в первом поединке грубым хамом, не стал изменять своим привычкам: услышав, как Тихий Робот ругается, он вылил на соперника запас самых изощренных ругательств на великом русском языке. Когда они обменялись "любезностями", вызвав среди зрителей взрыв нездорового веселья, рефери приказал им сойтись на середине. Они стукнули друг друга по перчаткам, и почти тут же прозвучал, гонг. Как и в первом поединке, несмотря на большое преимущество в росте и весе. Тихий Робот первым пропустил страшный удар в голову, который Черный Ангел провел, взлетев в красивом прыжке чуть ли не с места. Вполне возможно, он и свое странное прозвище получил за такие полеты над татами. Даже для Тихого Робота удар был ощутим, и он несколько раз встряхнул головой, но удержался на ногах. Казалось, что он специально пропускал первый удар, чтобы получить достаточный заряд злости к сопернику и не расслабляться в дальнейшем. Он преобразился на глазах: стал сосредоточенным, экономным в движениях и более подвижным. А Черный Ангел, так легко доставший своего соперника, вероятно подумал, что справиться с хваленым Роботом не составит особого труда. Он опрометчиво ринулся вперед и, легко взлетев выше головы соперника, сумел нанести ему еще один удар ногой в грудь. Но тут случилось неожиданное: Тихий Робот, спокойно выдержав удар, внезапно цепко захватил одной рукой ногу соперника, крутанул ее, направил на излом и резко ударил другой рукой по колену. Громко хрустнула кость, и раздался истошный крик Черного Ангела, рухнувшего мешком на ковер. Это произошло настолько быстро, что никто толком не успел ничего понять. Зал как будто оцепенел, и в наступившей тишине раздался только стон Черного Ангела, который в горячке попытался встать на ноги. Но поврежденная нога подвернулась, и он снова вскрикнул от боли. По всей вероятности, Тихий Робот сломал ему колено или, в лучшем случае, серьезно повредил связки. Весь бой длился немногим более трех минут. Судья на всякий случай отсчитал положенное, потом подал знак своим помощникам, и те, быстро уложив Черного Ангела на носилки, унесли его прочь. Судья подошел к Тихому Роботу и поднял его правую руку вверх. И снова тот издал звериный рык и снова заставил публику скандировать свое "Вик-го-ри!" - Ну, что теперь скажешь, моя милая? - усмехнулся безрадостно Леша-Шкаф, глядя на свою Лолиту. - Что тут скажешь? - вздохнула она. - Подождем выступления нашего Рэкса. - Ты что, хочешь, несмотря ни на что, поставить на него? - воскликнул Леша-Шкаф, но в его голосе не было того напора, с которым он спорил о Громе и Крепыше. - Да, пока я ставлю на нашего Рэкса! - упрямо заявила она. - И сколько? - Он либо не хотел с ней спорить, либо решил согласиться. Это было довольно неожиданно для Лолиты, и она глянула, словно ожидая подвоха, но тот смотрел на нее серьезно и устало. - Рискую пятью тысячами - выдохнула она. - Что ж, в последний раз послушаюсь тебя, - вздохнул он. - Я тоже поставлю на него десятку. - Спасибо, милый! - Она вдруг кинулась к нему на шею и крепко
в начало наверх
поцеловала в губы. - Интересно посмотреть, что ты скажешь, если он проиграет. Что мне самому нужно было думать, не так ли? - обреченно вздохнул Леша-Шкаф. - На этот раз ты совсем не угадал: ничего не скажу, потому что я уверена - в этой схватке он победит! Должен победить!.. - Посмотрим, милая, посмотрим... Скоротечный поединок ввел в замешательство многих зрителей. В растерянности были и генерал Богомолов, и Наташа, и Франк. Богомолов выразительно взглянул на Воронова, сидящего со спокойным и непроницаемым лицом, хотел что-то сказать, но махнул рукой, понимая, что ответ собеседника будет тем же, что и раньше. Наташа со страхом взглянула на Говорова. - Порфирий Сергеевич, а если он и с Савелием так же? - Не волнуйся, дочка, - прошептал он. - Возьми себя в руки. Как бы наш Рэкс ему самому ноги не повыдергивал! - В его голосе была такая уверенность, что это немного успокоило девушку, и она даже преддожила выпить шампанского. Ее руки заметно дрожали, когда она взяла бокал, и ему пришлось пожать ей ободряюще локоть и дождаться, пока она улыбнется. Франку не с кем было обменяться впечатлениями, но победа Тихого Робота, столь стремительная и жестокая, заставила его призадуматься. Он посмотрел в сторону своих приятелей и с удовольствием отметил, что Красавчик-Стив смотрит на него, будто пытаясь издали посоветоваться. Сделав небольшую паузу, Франк успокаивающе помахал рукой, словно говоря, что нет нужды волноваться и нужно следовать намеченному плану, а значит, пока ставить на Рэкса. А в это время Савелий, который все-таки посмотрел стремительный поединок, закончившийся победой Тихого Робота, был спокоен и сосредоточен. Его нисколько не поразил этот бой. Он сумел отметить главные особенности поведения Тихого Робота: самоуверенность и желание с первых минут завести себя, унизить, испытать боль, а уже потом совершить яростный бросок на соперника. При всей своей мощи, умениии владеть телом, держать удары. Тихий Робот не был интересным противником для Савелия. Да, с ним будут серьезные проблемы, но для их решения не нужно было тщательно составлять план схватки, размышлять над тактикой и стратегией поединка. Савелий вполне мог предположить, что Тихий Робот и сам себя до конца толком не знал. Он был непредсказуем и в любой момент мог выкинуть все что угодно. В самом деле, Савелию он был неинтересен, хотя он понимал, что в бою ему потребуется постоянное внимание и сосредоточенность. Савелий встал, подошел к столу и выключил монитор: почему-то ему не хотелось, чтобы Лолита узнала о его наблюдениях. Он снова растянулся на диване и попытался расслабиться. Первым делом успокоил и привел в порядок свои мысли, подчинив их только одному - наблюдению за мышцами тела: медленно прошелся по ним от пяток до самой макушки, прислушиваясь ко всему организму и порадовался, что все было в полном порядке. Прошло несколько минут, и в кабинет буквально на цыпочках вошел Константин. На этот раз Савелий решил понаблюдать, что будет дальше. Тот подошел к самому дивану, и Савелию показалось, что он даже видит его ехидную улыбку. Когда тот осторожно протянул руку, чтобы его разбудить, Савелий, не открывая глаз, резко перехватил ее и повернул так, что Константину пришлось упасть на колени, изогнувшись в три погибели. - Больно же! - сквозь зубы прошептал он. - А зачем ты подкрадывался ко мне? - усмехнулся Савелий. - Я думал, ты спишь, - вставая с колен, ответил Константин. - Да, с тобой лучше так не шутить! - потирая руку, заметил он. - Не пойму я что-то, и глаза вроде были закрыты, я это точно видел, откуда же такая точность захвата? - Я же тебе говорил, ты очень характерно сопишь, - Савелий рассмеялся. - Что, "борцы на ковер"? - Да, вызывают - Помоги надеть. - Савелий протянул ему одну руку, потом - другую. Когда они спустились, помощник судьи нетерпеливо махнул Савелию. - Уже объявили вас! - громко прошептал он. Но Савелий и сам это понял: зал рукоплескал его сопернику и продолжал рукоплескать даже тогда, когда судья, стараясь перекрыть шум, выкрикнул его имя. Савелий как бы нехотя вышел к зрителям и услышал в свой адрес несколько свистков, но выручили, вопервых, свои, а во-вторых - нанятые Лешей-Шкафом люди. Они стали громко и слаженно аплодировать и вскоре перекрыли редкие свистки. - Прошу поприветствовать друг друга! - с улыбкой бросил рефери, и соперники сошлись в центре. Они оценивающе взглянули друг на друга. Савелий - спокойно, без каких-либо эмоций, хотя, если бы Крепыш лучше знал его, то не стал бы столь ехидно улыбаться. Крепыш был едва ли не на голову выше Савелия, и это стало особенно заметно, когда они оказались рядом. По залу пронесся ироничный шепот, а ктото не выдержал и громко выкрикнул: - Слон и моська! Как ни странно, эта реплика не вызвала особого веселья у зала. Некоторые попытались похихикать, но тут же умолкли, не встретив поддержки. Крепыш был ярко выраженным представителем своей нации, и его узенькие глазки смотрели на Савелия зло и угрожающе. Однако, не встретив ответной злости. Крепыш вдруг подобрел, покровительственно похлопал Савелия по плечу и тихо сказал: - Не боись, до смерти забивать не буду! Савелий поднял на него глаза, и Крепыш, встретившись с ним взглядом, впал в замешательство: губы соперника вроде улыбались ему, но глаза! Они не были ни злыми, ни насмешливыми, но в них промелькнуло что-то такое, что заставило Крепыша занервничать. Он быстро отошел от Рэкса и стал с нетерпением ожидать гонга. Судья немного замешкался, не понимая, что произошло между соперниками, и потому не сразу дал отмашку. И только когда Савелий довольно выразительно на него посмотрел, он взмахнул рукой. Как Савелий и ожидал, Крепыш сразу же ринулся вперед. Было заметно, что он из бывших боксеров. Серия его ударов была впечатляющей, но только для неискушенного зрителя, потому что все удары пришлись либо по плечам, либо по перчаткам Рэкса. Избрав своей тактикой цепкую защиту, Савелий ловко уходил от ударов, стараясь при этом действовать чуть-чуть неловко, словно ему не хватало мастерства и техники. И вновь Наташины глаза были полны тревоги, но Говоров снова отечески накрыл ее руку своей. - Дочка, не волнуйся, все идет как надо. Ты посмотри, что он вытворяет! - с восхищением произнес он. Зная, на что способен его ученик, он прекрасно понял, что в этом поединке ему приходится применять свое умение наоборот: максимально скрывать свои возможности и при этом стараться не допустить роковой случайности, которая могла бы привести к тяжелым последствиям. Его соперник был нагл и упрям, он шел напролом, почувствовав свое превосходство. Крепыш много раз допускал ошибки, и такому бойцу, как Савелий, не составило бы особого труда одним ударом решить исход боя, но он всякий раз сдерживал себя и делал вид, что просто запаздывает использовать промахи своего соперника. Поединок длился уже минут восемь, а Крепыш, к своему удивлению, ни разу не смог по-настоящему нанести удар. Создавшаяся ситуация все больше нервировала его, и он, забыв о защите, ринулся на Рэкса, чтобы "порвать его, как целку" Этот напор принес желаемый результат: один из его ударов достиг цели. Мощный кулак обрушился на голову Савелия. Удар был действительно ощутимым я он, с трудом удержавшись на ногах, отскочил на пару шагов и стал держаться на расстоянии, чтобы прийти в себя. Прорыв соперника заставил Савелия быть более внимательным. Рефери сделал Савелию замечание за пассивность, и это вызвало одобрение у зрителей, а Крепыша еще больше подстегнуло к решительным действиям. Он затратил много сил на удары "по воздуху", как говорят спортсмены, и сейчас выглядел уставшим и тяжело дышал. Это тоже удивляло его, потому что он был очень выносливым и обычно мог по полчаса интенсивно драться не уставая. Сейчас, понимая, что силы, как ни странно, убывают, а до победы далеко, Крепыш, собрал волю в кулак и решил добить соперника. Он стал проводить удары ногами в прыжке. Ноги у него были сильные, и он отлично владел этим приемом, но не любил им пользоваться, отдавая предпочтение своим боксерским навыкам. Для Савелия не был неожиданностью столь крутой поворот в тактике боя соперника, и он решил воспользоваться им для завершения задуманного. Он с "испугом и удивлением" бросал быстрые взгляды на Крепыша. Заметив "неуверенность" соперника, Крепыш усилил напор, словно обретя второе дыхание. В какой-то момент он даже пошел на нарушение правил - направил удар правой ноги в запрещенное место, в промежность, и если бы не пробковый пояс, который Савелий нехотя натянул на себя, то, вполне возможно, он "выпал бы в осадок" после этого удара. Он мог бы пересилить боль и не обратить внимание на этот выпад, но коварство соперника выбило его из колеи. Он припал на колено, словно от дикой боли, и громко вскрикнул. Это ввело Крепыша в заблуждение. Он с довольным видом окинул взглядом зал и бросился на Савелия, чтобы одним ударом закончить поединок. Савелий все рассчитал точно, хотя и шел на определенный риск, находясь в неудобном для отражения атаки положении. Но его соперник был слишком самонадеян и не предусмотрел возможной контратаки. Во время нанесения удара он, как в замедленном кино, увидел, что его рука, отбитая левой Рэкса, уходит в сторону, а в его незащищенный живот кувалдой вонзается кулак Рэкса. Он должен был благодарить Бога за то, что па руке Савелия была надета перчатка, смягчившая мощный удар и не позволившая пробить живот насквозь. Крепыша подкинуло на полметра над татами, он неловко рухнул и неподвижно замер. От неожиданности зал суматошно, взревел и сначала было непонятно: от радости ли за Рэкса или от злости на Крепыша. Рефери начал считать, но потом вдруг озабоченно склонился над Крепышом, пощупал ему пульс и сразу же подал знак помощникам, мгновенно подбежавшим с носилками. - Не дышит, срочно к врачу - испуганным шепотом бросил он, и те быстро унесли прочь неподвижное тело. Судья быстро справился со своими эмоциями, широко улыбнулся зрителям и весело произнес: - Уважаемые гости, я думаю, нет смысла комментировать случившееся! Второй полуфинальный бой выиграл, к собственной радости и всеобщему удивлению, Рэкс - Москва! - Он резко поднял правую руку Савелия. И снова аплодисменты раздались лишь потому, что публика пошла на поводу у маклеров и друзей Рэкса. Невозмутимо поклонившись на четыре стороны, Савелий, изобразив усталость, медленно направился за тяжелые портьеры, где был радостно встречен Константином и его коллегами. - Я был уверен, что ты сделаешь его! - восторженно воскликнул Костя, дружески пожимая ему руку. - Спасибо! Огромное спасибо! - За что? - устало удивился Савелий. - Полторы штуки баксов взял с твоей победы! - Он радовался, как ребенок. - Сразу миллионером стал! - криво усмехнулся Савелий. - Смотри, не продуй в финале, - и подмигнул ему. - Понял! - тот хитро подмигнул в ответ. НЕОЖИДАННАЯ ПРОСЬБА РЭКСА И снова в кабинете его встретила Лолита. Ее глаза сияли в радостном возбуждении, казалось, что она сейчас бросится на него с объятиями. - У меня нет слов, Рэкс. И как тебе удалось завалить этого борова, не пойму? - Я же обещал, - хмыкнул он. - Верно, обещал! - она облегченно вздохнула. - Раз десять за этот бой я прощалась со своей ставкой. Но все хорошо, что хорошо кончается. Мы тут посоветовались с Лешенькой и решили выделить тебе за этот бой премию в тысячу баксов. Он хмуро взглянул ей в глаза. - Нет-нет, к твоим долгам это не имеет никакого отношения. Просто мы сорвали хороший куш, поверив в тебя. - Остается не прогадать в финале, - сказал он с грустью. - Рэксик, милый, может ты чего-нибудь хочешь? - участливо спросила она, а Савелий, "прислушавшись" к ней, вдруг обнаружил, что у нее возникла мысль, которую, однако, она сразу же испуганно отогнала прочь: она подумала, что было бы неплохо, если бы он заболел. Конечно, проиграй Рэкс Тихому Роботу, они с Лешенькой не взяли бы столько, сколько хотели, но и не потеряли бы ничего, тем более, что прошедший бой принес им почти сто пятьдесят тысяч долларов, а на такой выигрыш они совсем не рассчитывали. - И хочется, и колется, и мамка не велит! - зло усмехнулся Савелий. - О чем это вы? - удивленно спросила Лолита, застигнутая врасплох. - Так, ни о чем... Вы знаете, Лолита, у меня действительно есть к вам просьба, вернее две. - Выполню любую! - с горячностью воскликнула она. - Во-первых, хотелось бы пообщаться с братишкой. - А во-вторых? - спросила Лолита, думая, что первая просьба вполне выполнима, тем более, что ей и самой хотелось поближе познакомиться с его братом. - Во-вторых... - Он сделал паузу, словно раздумывая, потом решительно
в начало наверх
сказал, нежно улыбнувшись ей: - А во-вторых скажу после ответа на "во-первых". - "Во-первых" - без проблем - Она нажала кнопку селектора. - Костик, зайди-ка. - Затем включила монитор, отыскала сидящего с Вороновым Богомолова и сказала вошедшему Константину: - Видишь этого мужчину? Его зовут Константин Иванович. - Его брат... - догадался Костя. - Скажи, что с ним хочет повидаться Рэкс, и приведи его сюда. - А если они вместе захотят пойти? - Одного! - отрезала девушка, взглянув на Савелия, который ничего не сказал. - Понял. - Костю как ветром сдуло. - А зачем вы захотели с ним повидаться именно перед финалом? - Родственной энергии хочу набраться перед опасным боем - на полном серьезе ответил Савелий. - И если не трудно, минут на пять попрошу оставить нас наедине. - Надеюсь, не сразу? - Она как-то странно посмотрела на него. - Разумеется, он же джентльмен. Перед самым его уходом, хорошо? - Чего не сделаешь для любимца... - Она томно вздохнула и красноречиво провела обеими руками по своей груди. - Можно? - приоткрыл дверь Костя. - Пусть войдет Константин Иванович, а ты будь там и никого не пускай. - Слушаю, Хозяйка. - Госпожа Лолита! - воскликнул Богомолов, устремляясь к ней навстречу. Он галантно поцеловал протянутую руку. - Очень рад нашему знакомству - Мне тоже весьма приятно, - проворковала Лолита. - Братишка, здравствуй, милый! - генерал быстро подошел к Савелию и крепко его обнял. - Время будет, - успел ему шепнуть на ухо Савелий. - Как же ты меня порадовал! Я же на тебя поставил пять сотен! Ну, думаю, плакали мои копейки... - И я поволновалась! - подхватила девушка. - Никогда бы не подумал, что ты сможешь добраться до финала. Но как же ты думаешь схватиться с этой, простите, Лолиточка, обезьяной? Это же, действительно, настоящий робот, машина! - Ты хочешь сказать, что я должен сдаться без боя? - обиженно сказал Савелий. - Что ты, дорогой, в нашей семье никто не праздновал труса? - с горячностью воскликнул Богомолов. - Только прошу тебя быть поосторожнее, - искренне добавил он. - Мухтар постарается, - грустно улыбнулся Савелий. В этот момент в кабинет вновь заглянул Константин. - Я же просила тебя! - раздраженно бросила Лолита. - Я только хотел сказать, что зрители стали требовать финала и судья обещал начать через десять минут, - виновато ответил тот. - Видите... - Девушка выразительно взглянула на Савелия. - Понял! - вздохнул он, затем повернулся и взял Богомолова за руки. - Хотел уединиться с тобой, чтобы силенок от тебя, родной, набраться, - он вздохнул с огорчением, - да времени нет! - Ничего, я тебе и так смогу их добавить, - улыбнулся генерал. - Так что же во-вторых? - напомнила Лолита. - О чем это вы? - удивился Богомолов. - Знаешь, тут один иностранный репортер хотел интервью у меня взять, но... - Он смотрел генералу прямо в глаза, давая понять, что речь идет об очень серьезном деле. - И что? - Я и подумал: коль проиграю, то интервью он будет брать уже у моего соперника, а тут такая возможность - в иностранном издании обозначиться... не хотелось бы упускать такой шанс! - А что, это действительно для тебя шанс... - Генерал взглянул на девушку. - Я не знаю... времени-то совсем нет... - замялась Лолита. - Кто здесь хозяин? - хитро спросил Богомолов. - Только вот что, Савелий, коли ты выступаешь "под крышей" такой красавицы, то и она должна присутствовать на этом интервью. - А вы меня поддержите! - облегченно подхватила она. - Естественно, - многозначительно подмигнул Богомолов. - Костя! - крикнула Лолита. - Слушаю, госпожа Лолита, - тут же заглянул он. - Смотри! - Она снова взялась за видеокамеру, навела ее на Франка. - Скажи этому господину, что ему дается пять минут на интервью с Рэксом и хозяйкой клуба "Виктория". - Но он же не говорит по-русски... - Девицу рядом с ним видишь? Вот она ему и переведет. - Не нужно: я говорю по-английски, - вмешался Савелий. - Как и все в нашей семье, - добавил Богомолов. - Интересная у вас семья, - задумчиво заметила Лолита. - Это все наша мама: она в школе английский преподавала, вот и заставила нас его выучить, - пояснил Богомолов. - Бывало в наказание за наши проделки в доме два-три дня говорили только по-английски. Волейневолей научишься, если кушать хотца! - Он рассмеялся. - Да-а... - с усмешкой покачала Лолита головой. - Вам не позавидуешь. Когда Константин подошел и извинился за то, что отвлекает Франка от партнерши, тот сначала нахмурился и был готов послать назойливого парня куда подальше, но, когда девица перевела ему разрешение на интервью, Франк обрадованно вскочил и стал искренне благодарить. Он успел перехватить вопросительный взгляд Красавчика-Стива, но подал ему успокаивающий знак рукой. Такой удачи он не ожидал. Что заставило Рэкса пойти на это интервью? Франк был уверен, что инициатива исходит именно от пего, а не от его сегодняшних хозяев. Что-то во всем этом его настораживало, но проанализировать ситуацию более детально не было времени, и Франк решил действовать по обстоятельствам. Было бы здорово, если бы их оставили вдвоем, но, скорее всего, на это рассчитывать не приходится. Что ж, он все равно попробует взять его мозг под контроль, хотя это и будет неизмеримо сложнее. - Госпожа Лолита, я привел его, - доложил Константин. - Войдите! - Прошу вас! - Распахнув дверь. Костя пропустил вперед иностранца, зашел вслед за ним и остановился поодаль. - Добрый день, господа! - в полупоклоне приветствовал Франк присутствующих, и Савелий стал переводить, сосредоточенно поглядывая на вошедшего. - Вас, вероятно, удивляет тот факт, что я, не дождавшись финала, выразил желание немного побеседовать с уважаемым спортсменом? - У вас не более пяти минут, - сухо напомнила Лолита, и Богомолов кивнул ей одобрительно. - Спасибо. - Франк кивнул Лолите и генералу, причем на нем задержал свой взгляд чуть дольше. Повернувшись к Савелию, он не мигая уставился в его глаза и стал быстро задавать вопросы. - Вы где родились? Кто были ваши родители? Сколько лет вы проучились в школе? Где вы служили в армии? Были ли ранены?.. Все эти вопросы носили настолько дежурный характер, что в первый момент Савелий хотел послать его куда подальше, но потом вдруг заметил, что, односложно отвечая на вопросы, он как бы перестал их слышать, а мысли вдруг стали биться в его голове, словно птички, которые, попав в клетку, бьются о тонкие прутья решетки, пытаясь обрести свободу. Его взгляд стал какимто странным, и это обеспокоило Богомолова. Он встревоженно смотрел то на Савелия, то на Франка. Лолита, ни слова не потмая по-английски, тоже почувствовала, что между иностранцем и Рэксом что-то происходит. Она вопросительно взглянула на встревоженного Богомолова, но тот лишь пожал плечами, и тогда она решительно встала, подошла вплотную к Савелию и громко спросила первое, что пришло на ум; - Милый Рэксик, вы не хотите сока или фруктов? - А?.. Что?.. - Савелий встрепенулся и мутным взглядом оглядел Лолиту, словно видел эту девушку впервые. Потом взгляд прояснился, Савелий улыбнулся, мгновенно оценил ситуацию и повернулся к своему собеседнику. - Хотите что-нибудь выпить или, может быть, фруктов? Самое странное было то, что и Франк как-то мутно посмотрел мимо Савелия, словно не только не слышал вопроса, но и вообще не понимал, где он находится и как сюда попал. Савелий спокойно повторил свой вопрос и притронулся к его плечу. Получилось как в сказке: стоило прикоснуться волшебной палочкой к неподвижному предмету, и тот мгновенно оживал. Франк "ожил", как-то странно взглянул в глаза Савелию, потом медленно встал и повернулся к Лолите. - Благодарю госпожу Лолиту за то, что она предоставила мне возможность проинтервьюировать ее подопечного, - совершенно бесстрастным тоном произнес он, и Савелий перевел ей сказанное дословно. - Спасибо! И прошу меня извинить. - Он склонил голову и добавил: - Надеюсь, ваш человек проводит меня до кресла? Лолита кивнула Косте, и тот распахнул перед иностранцем дверь кабинета. Когда гость вышел, все трое переглянулись между собой и вдруг ни с того ни с сего громко рассмеялись. - Чем это вы так его поразили, что у него крыша поехала? - с трудом сдерживая смех, спросила Лолита. - Не знаю. Когда он меня спросил: помню ли я, когда начал ходить, я ему сказал, что помню даже, когда я последний раз писал под себя. - И когда же? - машинально спросила Лолита. - И его это тоже интересовало! - серьезно сказал Савелий. - Я ему сказал, что в последний раз я описался сегодня ночью, потому что страдаю энурезом. - Что? - Лолита снова зашлась в смехе. - Теперь понимаю, почему его как ветром сдуло! Савелий переглянулся с Богомоловым и, выбрав момент, тихо бросил: - Он очень опасен! Не выпускайте его из страны! РЭКС ДОЛЖЕН БЫТЬ УНИЧТОЖЕН! Франк вышел из кабинета совершенно опустошенный, понимая, что он только что потерпел полное фиаско с этим злополучным Рэксом. Это просто какой-то дьявол, и им двоим нет места на земле. Один из них лишний, и Франк был уверен, что лишним являлся именно Рэкс. Он должен быть уничтожен, во что бы то ни стало! Как жалко, что у него не оказалось с собой пистолета: сейчас все проблемы были бы уже решены. С этими-то тремя "винтиками" он расправился бы в два счета. Франк с усмешкой бросил быстрый взгляд на сопровождающего: безвольная тупая рожа! С такими иметь дело одно удовольствие. А что если... Вот идиот! С ним же идет готовое оружие! Он повернулся к Косте, но в этот момент рядом совершенно неожиданно появился Богомолов: - Вам что, плохо? - спросил он по-английски. Это было так неожиданно, что Франку ничего не оставалось, как только поблагодарить одного за участие, а другого за то, что любезно проводил его до зала. Чертыхаясь и проклиная все и вся. Франк подошел к Красавчику-Стиву и раздраженно прошептал ему на ухо: - Закодировать Рэкса не удалось. Он очень опасен, и поэтому его нужно убрать! - С чего вы взяли? - удивился тот. - Меня водили на встречу с ним, - буркнул Франк. - Очень интересно, - с хитрой усмешкой процедил Красавчик-Стив. - Ладно, давайте досмотрим шоу. Мне хочется, чтобы наш негр как следует отделал его. Пятнадцать тысяч на Робота поставил. Франк как-то странно посмотрел на него, потом выразительно повертел пальцем у виска, но ничего не сказал и направился к своему креслу. По пути он остановил букмекера, вытащил пятнадцать тысяч долларов и тихо, почти на ухо, сказал ему: - На Рэкса. Все! - Понял, на Рэкса, - так же тихо произнес тот, быстро внося сумму, имена Франка и Рэкса в компьютер, но посмотрел на Франка словно на сумасшедшего. Франк не знал, что появление в самый ответственный момент Богомолова было неслучайным: едва они отсмеялись, Савелий выразительно посмотрел в глаза генералу и с усмешкой сказал: - А вдруг этому "иносранцу" что-то понадобится, - он намеренно исказил слово. - А Костя ни слова не знает по-английски... - Ничего, я помогу им, - тут же встал с кресла Богомолов. - Тем более, что мне уже пора возвращаться в зал. Спасибо, госпожа Лолита, надеюсь, еще увидимся. - Будет желание, заходите, - кокетливо ответила она. Богомолов быстро вышел из кабинета и устремился вниз по лестнице. Он сразу же понял, что имел в виду Савелий, и очень боялся не успеть. Тогда нужно будет предпринимать экстренные меры. Он так спешил, что едва не наткнулся на них. Костя как-то странно и оцепенело смотрел на Франка, а тот хотел ему что-то сказать, держа его за руку. Когда Франк вошел в зал, оставив их вдвоем, генерал спросил: - Что с тобой, парень? - Не знаю, вроде бы и не пил ничего, а голова вдруг закружилась. - Он виновато улыбнулся. - Ничего, все пройдет. И смотри, внимательнее охраняй моего братишку:
в начало наверх
случится что, самолично спрошу с тебя! - тихо и серьезно сказал генерал. - Можете быть спокойны: все будет тип-топ! - Он подмигнул и побежал к кабинету Лолиты. ЛОЛИТА - ЗА РОБОТА СМЕРТИ, ЛЕША-ШКАФ - ЗА РЭКСА Красавчик-Стив был вне себя от ярости: мало того, что он своими руками отдал выигрыш преданному, но тупоголовому Ронни, который, узнав, что его хозяин делает ставку на Тихого Робота, механически поставил на Рэкса половину своего выигрыша, так еще и этот ублюдок, в которого так верил Рассказов, расписался в своем бессилии. "Уничтожить"! Какой быстрый! Он, Красавчик-Стив, Рэкса уничтожит, потом Рассказов его самого скормит акулам, а Франк останется в стороне. Нет уж, Красавчика-Стива не проведешь! Он будет действовать так, как и задумал: слегка подстрелит этого проклятого Рэкса, а уж из больницы как-нибудь... Пока Красавчик-Стив размышлял над своими планами, единственными, кто еще не сделали ставку, были хозяева клуба. Лолита не знала, что ей делать, и беспричинно смеялась; чтобы скрыть свое волнение. Когда она уже прощалась с Савелием, как обычно пожелав ему удачи, тот вдруг поморщился, потирая рукой правую ногу. - Что с тобой, Рэксик? - обеспокоенно всполошилась она. - Так, ничего: что-то побаливает немного. - Он через силу улыбнулся. - Все в порядке, показалось! - Слава Богу! - вздохнула она, но в ее голосе не было уверенности. Именно эта уловка Савелия, как он и предполагал, заставила Лолиту наконец решиться: она поставила пятьдесят тысяч на Тихого Робота. Леша-Шкаф сомневался до самого последнего момента и в конце концов решился на то, что было запрещено правилами клуба: он зашел в комнату, куда собирались все сведения о ставках, послал оператора за какой-то папкой с документами, а сам быстро просмотрел сводку и едва не присвистнул от изумления. Впервые за все время существования клуба собралась такая сумма: более полутора миллионов долларов! И только несколько человек поставили на Рэкса. Леша-Шкаф быстро просмотрел список: во-первых, его брат, это понятно, во-вторых, его Наташа, тоже ясно, ее сосед поставил на Рэкса, скорее всего, из солидарности, и какой-то Андрей Воронов, возможно, случайный гость. Но более всего его удивило то, что на Рэкса поставили и двое иностранцев. Тут Леша увидел возвращающегося оператора, быстро смахнул программу с дисплея, поблагодарил за папку, вернулся к себе в кабинет и сунул ее в стол. У него вдруг мелькнула сумасшедшая идея: забрать всю наличность и слинять куда подальше. Но он тут же отогнал эту мысль прочь: за такие деньги "друзья" отыщут его и на дне морском. Он тяжело вздохнул. Что же делать? Потом встал и направился в зал. Он уже подумывал поставить на Тихого Робота и довольствоваться тем, что перепадет (а это будут сущие гроши), но уже у самой кассы вдруг передумал, махнул рукой и поставил пятьдесят тысяч на Рэкса. Потом снова передумал и вдвое сократил сумму ставки. Когда он назвал имя, кассир переспросил: - Вы не ошиблись. Хозяин? Вы сказали - Рэкс? - Да, черт бы тебя побрал, я сказал - Рэкс! - раздраженно бросил Леша и пошел из свое почетное место. КОВАРСТВО РОБОТА СМЕРТИ И СУДЬИ Как ни странно, когда судья стал объявлять имена участников финала, публика реагировала сдержанно, никаких оваций не устраивала, и лаже Тихий Робот был встречен спокойно. То ли зрители устали (было около трех часов ночи), то ли оставляли свои эмоции на предстоящую схватку. Издав свой обычный звериный рев, Тихий Робот со страшным оскалом встретил соперника и тут же поморщился, увидев Савелия. Уж очень хлипким он ему показался. Савелий, в отличие от предыдущих своих выходов, легко вспорхнул на татами, взмахнул руками, приветствуя зрителей, улыбнулся судье, потом вдруг подмигнул сопернику. Это настолько не понравилось Тихому Роботу, что он вновь издал звериный рык и, когда судья предложил им поприветствовать друг друга, подбежал к Савелию злобно вращая глазами, стукнул по протянутым перчаткам и неожиданно брезгливо обтер их о свои трусы. Этот жест нисколько не оскорбил Савелия. Он с усмешкой и даже жалостливо посмотрел на своего соперника, покачал головой. В этот момент прозвучал гонг, возвещающий о начале схватки. Тихий Робот уверенно двинулся на Савелия с опущенными руками, желая, как обычно, получить необходимый "заряд" для продолжения боя. Он настолько близко подошел к нему, что Савелию не составило бы большого труда провести не один, а несколько ударов, но ему почему-то было жаль своего неразумного соперника, который не подозревал о существовании жизненно важных точек, для воздействия на которые совсем не обязательно затрачивать много сил: даже при легком ударе в область таких точек можно на время лишить человека возможности двигаться. Савелий принял обманчивую стойку, создававшую впечатление, что боец побаивается соперника и занимает выжидательную позицию. Судя по всему, это совсем не устраивало Тихого Робота, и он пошел вперед, нисколько не думая о защите: его руки продолжали плетями висеть вдоль тела. И вдруг Савелий, словно передразнивая противника, тоже опустил руки вниз и стал повторять все движения Тихого Робота. Казалось, что каждый из них смотрит в искаженное зеркало, в котором видит свои движения, но не узнает себя. Вначале Тихий Робот ничего не понял и продолжал тупо наступать на Савелия, но вот то там, то здесь в зале стал раздаваться смех, словно зрители присутствовали на клоунаде, а не на финальном бойцовском поединке. Тихий Робот чуть растерялся и стал нервно бросать в зал злые взгляды. Когда же он понял, что смеются как раз над ним, он взорвался и неожиданно бросился на Савелия. Как ни готовился тот к подобному исходу, но все-таки пропустил несколько мощных ударов по корпусу и один в голову. До Савелия вдруг дошло, что перчатки соперника совершенно не смягчали ударов, то есть были самым настоящим камуфляжем. Дело в том, что у Тихого Робота были огромные кулаки и со стороны невозможно было заметить, что под кожей перчаток нет ничего, кроме бинтов. Это открытие настолько поразило Савелия, что у него исчезла всякая жалость к сопернику. Отскочив после удара Тихого Робота, он услышал испуганный возглас. Кричала Наташа. Сделав вид, что у него не в порядке шнуровка на перчатке, Савелий попросил судью объявить минутную паузу. По регламенту каждый из соперников имел на это право. Кроме того, в отличие от полуфинальных боев, в финале не делались замечания за пассивность и бой продолжался столько, сколько было нужно для определения победителя. Остановив бой, судья приказал Тихому Роботу отойти в свой угол, а сам направился к Рэксу, чтобы выяснить причины остановки. Тихого Робота такой поворот не устраивал, он начал громко возмущаться и протестовать, но был успокоен своим секундантом, который что-то прошептал ему на ухо. Когда судья подошел к Савелию, он увидел, что тот демонстративно срывает с рук перчатки. - Что вы делаете? - удивленно воскликнул судья. - Вы что, хотите прервать поединок? - Об этом и не мечтайте! - зло усмехнулся Савелий. - Почему вы, как и положено по правилам, не проверили перчатки перед боем? - Но я... Разве что-то не в порядке? - Судья неожиданно смутился. К нему, действительно, подходил перед боем какой-то угрюмый парень и, сунув ему тысячу долларов, сказал, что проверять перчатки не стоит. Он пошел на это без всяких колебаний, потому что всегда можно было сослаться на забывчивость. - Нет-нет, что вы, все в полном порядке! - ехидно заверил Савелий. - Просто я хочу, чтобы условия боя были одинаковы для каждого финалиста. - Но что мне делать? - растерянно спросил судья. - Пойдите в синий угол и скажите, что соперник предложил оставить одни бинты! - А если он не согласится? - Согласится, - усмехнулся Савелий. - Или я во всеуслышанье заявлю о том, что он и так в одних бинтах, и вы вынуждены будете его дисквалифицировать! - Понял, - испуганно шепнул судья и быстро направился к Тихому Роботу. Сказав несколько слов секунданту и получив от него мгновенное согласие, судья подошел к микрофону: - Уважаемые господа! По обоюдному согласию финалистов они будут проводить поединок без предохранительных перчаток. Это, естественно, гораздо опаснее, но... - Он развел руками. - Эти бесстрашные парни пошли на такой риск без всяких колебаний. Поприветствуем их решение! На этот раз зал взорвался овацией, продолжавшейся несколько минут. - Господи! Что он делает? - чуть не плача прошептала Наташа. - Я уверен, что Савелий вынужденно пошел на этот шаг, - задумчиво отозвался Говоров. - И виноват в этом его соперник! Ох, и не завидую я ему... Со своего места Леша-Шкаф нервно поглядывал то на судью, то на Рэкса, не понимая, что происходит. В этот момент секундант помог Роботу снять одну перчатку и стал расшнуровывать вторую, но видно затянул узел и никак не мог его распутать. Тогда Тихий Робот в ярости ухватился за край перчатки и рванул ее. Кожа треснула и обнажила ладони-лопаты, покрытые бинтами. Леша-Шкаф сразу же все понял, как и те, кто оказался ближе к Тихому Роботу. Ах он, каналья! Было ясно, что здесь не обошлось без участия судьи. Перехватив его виноватый взгляд, Леша погрозил судье кулаком. Нужно было что-то срочно предпринять - в зале уже начинали возмущенно роптать, выкрикивая: "Позор!" И ЛешаШкаф взял в руки микрофон: - Уважаемые господа! Я искренне сожалею по поводу этого инцидента. Вина целиком ложится на рефери, который обязан был проверить перчатки и обувь финалистов. А потому, являясь президентом этого клуба и основываясь на правилах проведения подобных соревнований, я отстраняю рефери от судейства и налагаю на него штраф в пять тысяч долларов, который будет вручен... - Рэксу!.. - Рэксу!.. - Рэк-су! - зал начал скандировать его прозвище. - Мнение зрителей - закон! - с улыбкой согласился Леша-Шкаф. - Рэксу! - с пафосом выкрикнул он. - Спасибо! - неожиданно громко сказал Савелий. - Но я отказываюсь от этого неожиданного поощрения. Пусть эти деньги получит победитель! - Вик-то-ри! - взвизгнул вдруг Тихий Робот и вскинул руки вверх. Никто из зрителей не поддержал его призыва, а Леша-Шкаф продолжил: - Рефери на татами заменит наш почетный гость, постоянный участник международных состязаний, обладатель Черного пояса по каратэ, чемпион Японии Тохиро Сиятэ! - Леша повернулся к сидящему рядом пожилому мужчине и попросил его встать. В нем с трудом можно было угадать восточный тип, и только чуть раскосые глаза выдавали его происхождение. Рядом с ним сидел переводчик, который быстро все ему перевел, и Тохиро Сиятэ, застенчиво улыбаясь и кланяясь на все стороны, согласно кивнул Леше-Шкафу и что-то быстро сказал по-японски. - Он очень благодарен за оказанную честь... Он уважает ваш народ, в котором он заметил очень талантливых бойцов. Он понимает, что спортивные бои весьма отличаются от коммерческих, но постарается не слишком мешать спортсменам во время поединка. Спасибо! - закончил переводчик, и зал взорвался аплодисментами. Тохиро Сиятэ снял обувь, скинул пиджак и засучил рукава. Потом вышел на середину тэтами и поклонился зрителям, после чего подошел сначала к Рэксу и тщательно проверил руки в бинтах, потом ощупал его высокие кроссовки. С улыбкой поклонившись ему, он пошел к Тихому Роботу и проделал ту же самую процедуру, после чего взглянул на Лешу-Шкафа, получил согласный кивок и взмахнул рукой. Раздался гонг. ПОБЕДА САВЕЛИЯ Тихий Робот с каждой минутой раздражался все больше и больше, особенно после назначения нового рефери, с которым уже встречался ранее на ринге и получал от него замечания за недозволенные приемы. Понимая, что здесь совершенно другие правила, он не пытался скрыть свое отношение, когда Тохиро Сиятэ осматривал его, но тот никак не среагировал на это, чем еще больше разозлил Тихого Робота. Подскочив к Савелию, он уже не стал затевать с ним свои обычные игры, а пошел напролом. Его движения были резки и точны. Он действительно напоминал робота и это, как ни странно, нравилось Савелию, впервые
в начало наверх
столкнувшемуся с таким бойцом. Он старался как можно меньше блокировать удары Робота, чтобы не повредить руки от его "кувалд". Савелий принял тактику мгновенного уклонения от ударов. Это было очень сложно, потому что Тихий Робот обладал отличной реакцией, но, слава Богу, Савелию не было нужды изображать из себя слабака: игры кончились! И Савелий решил показать, на что он способен. Он легко прыгнул вверх и провел в прыжке несколько ударов по корпусу и голове Тихого Робота. Удары были достаточно точными и мощными, но тот лишь встряхнул головой, словно отмахиваясь от назойливого комара. И когда Савелий приземлялся на ноги, он услышал, как тот зло выкрикнул по-английски: - Я уже отправил к праотцам троих, ты будешь четвертым! - В его глазах было столько жестокого злорадства, что Савелий понял: он говорит всерьез. Его нужно было остановить во что бы то ни стало. И еще Савелий понял, что удары в голову не приносят особого вреда Тихому Роботу и не выводят его из равновесия, а значит, нужно искать более слабые места. Он провел несколько ударов по корпусу, но соперник выдержал и это и даже успел нанести ответные ощутимые удары Савелию по ребрам. Несмотря на пронзившую его боль, Савелия вдруг осенило: именно ребра противника были наиболее уязвимы, а значит, ими надо заняться. Не раскрывая заранее своих планов, Савелий продолжал наносить ему удары в голову, в корпус, по ногам, стараясь не подпускать больше Тихого Робота к своим ребрам. А тот, заметив, что нанес этими ударами своему противнику ощутимый урон, сосредоточил все свое внимание именно на них, забыв про защиту. Тохиро Сиятэ с огромной симпатией наблюдал за Савелием и в какой-то момент, забыв, что должен быть бесстрастным, одобрительно воскликнул, отметив отличную технику Рэкса. Бой длился уже минут восемь, когда Савелий подумал, что пора нанести решающий удар. Сделав несколько своих коронных пируэтов, во время которых несколько ударов пришлось в голову соперника, он вдруг чуть ли не с места сделал замысловатое сальто и оказался сзади Тихого Робота. Трюк был столь стремительным, что Тихий Робот на мгновение потерял своего соперника из виду, а когда до него что-то дошло, было уже поздно: страшным боковым ударом Савелий впечатал кулак в его правый бок. Глухой хруст костей и рев Тихого Робота известили о том, что Савелий достиг желаемого результата, сломав противнику несколько ребер. Ощутив резкую боль в боку, Тихий Робот еще не осознал, что произошло, и в горячке повернулся к Савелию, сумев нанести ему сильный удар ногой в грудь. Савелий даже подумал, что ошибся и с соперником ничего не произошло. Устояв на ногах, он со всей силы нанес Роботу удар ногой в ключицу. Тихий Робот не сумел поднять руку для защиты или блокировки удара от резкой боли в боку. Удар Савелия был настолько точным и сильным, что ключица негра не выдержала и громко хрустнула, его рука плетью повисла вдоль тела. В горячке Савелий хотел нанести ему еще несколько ударов, но тут услышал отрезвляющий возглас Тохиро Сиятэ: - Брэк! Савелий опустил руки и устало направился в свой угол. Ему вдруг все стало безразлично, и он отстраненно наблюдал, как черный гигант вдруг опустился на колени с искаженным от боли лицом. Японский рефери, ощупав его грудную клетку и ключицу, растерянно махнул рукой, вызывая помощников с носилками, затем встал на ноги и выразительно сделал международный жест об окончании поединка. И когда Тихого Робота унесли на носилках, Тохиро Снята подошел к Савелию, благодарно поклонился ему и вздернул вверх руку Победителя. ВЫСТРЕЛЫ ФРАНКА И ГОВОРОВА Несмотря на то, что почти все оказались в проигрыше, публика захлебывалась от восторга. Счастливо улыбалась Наташа, бросаясь на шею Говорову, который покровительственно принимал ее восхищение. Искренне радовался Богомолов, все еще не верящий своим глазам. От души рукоплескал и Леша-Шкаф. Он настолько этим увлекся, что даже не замечал своей милой. Она хмуро наблюдала за ним, потом не выдержала: - Милый, чему ты радуешься? Мы же проиграли! - Мы? - он радостно расхохотался. - Лично я поставил на Рэкса! - Как? - растерялась девушка. - Ты же мне сказал, что... - Верно, сказал. - Он улыбнулся и чмокнул ее в губы. - Но в самый последний момент, к счастью, передумал! - он взял в руки микрофон. - Господа! Счастливчиков, поставивших на Рэкса, поздравляю и прошу пройти к кассе. Мне кажется, что их не так много и очереди не будет! Ха-ха-ха! Савелий все еще оставался на татами. На него посыпался самый настоящий дождь из цветов. Многие зрители пытались пожать ему руку, но грозная охрана никого к нему не подпускала. Красавчик-Стив сидел, словно окаменев: он никак не предполагал такого исхода боя. Теперь он осознал, что подразумевал Рассказов, когда сказал: "Рэкс - это Рэкс!" Ладно, черт с ним, с проигрышем, подумал Стив и хотел решительно встать с кресла, но вдруг ощутил на своих плечах чьи-то руки. Он повернулся и увидел спокойное лицо Франка. - Не спеши, дай нам минут десять, чтобы получить выигрыш, - тихо сказал Франк. - Кому это "нам"? Вы что, ставили на Рэкса? - Стив был явно ошарашен. - А ты как думал? - хитро усмехнулся тот. - На Рэкса, как и твой приятель, не так ли, Роняй? - Он подмигнул. - Да, я тоже ставил на Рэкса... - с глуповатосчастливым видом ответил Ронни. - Если бы хозяин поставил на Рэкса, то я бы сейчас все проиграл. Можно мы пойдем получим свои денежки, шеф? - Ладно, даю вам пять минут, и сразу сматывайтесь из клуба! - шепотом бросил Стив, понимая, что их бесполезно в чем-то сейчас убеждать. Его приятелей как ветром сдуло. Стив честно выждал время, огляделся по сторонам и вялой походкой направился к тому выходу, который был ближе к кулисам. В этот момент охрана Савелия начала расчищать для него дорогу. Увлекшись чествованием победителя, Воронов, до этого внимательно следивший за Красавчиком-Стивом, заметил его снова лишь тогда, когда тот уже скрывался за дверью. Воронов бросил быстрый взгляд на Савелия, который направлялся за кулисы. Он понял, что с этой стороны уже ничего не сможет предпринять: перекричать ликующих зрителей было невозможно. Все это промелькнуло в мозгу Воронова в какие-то доли секунды, и он, успев подать Говорову знак об опасности, устремился к выходу, куда скрылся Красавчик-Стив. Савелий, опустошенный и усталый после тяжелой схватки, причем не столько от физических, сколько от душевных усилий, окруженный "мальчиками", медленно шел вперед, желая только одного - остаться наедине с собой. Он успел заметить красивое лицо иностранца, его странный взгляд, хотел что-то предпринять, но тут его тело обожгло в нескольких местах, и он, так ничего и не поняв, рухнул на руки успевших подхватить его телохранителей. В последний момент Савелию изменила интуиция, и он не совсем правильно оценил источник опасности. На самом деле произошло следующее... Красавчик-Стив действительно шел для того, чтобы "подранить" Рэкса, но в самый последний момент он с удивлением обнаружил отсутствие пистолета. Франк сумел вернуть себе пистолет, и сейчас, злорадно улыбаясь, он спокойно вытащил пистолет, чтобы убрать того, кого он ненавидел всем своим существом, кого должен был стереть с лица земли! Когда он уже нажимал на спусковой крючок, его самого что-то обожгло и он даже успел подумать, что пистолет разорвался у него в руке, но продолжал нажимать на спусковой крючок и успел произвести несколько выстрелов, будучи уже почти мертвым... Стрелял во Франка Говоров. Перехватив сигнал тревоги от Воронова, он тут же метнулся на помощь Савелию, мгновенно поняв, что его любимцу грозит беда. Когда он выскочил в фойе, то увидел Воронова, бросившегося на Красавчика-Стива, и уже хотел успокоиться, как вдруг заметил злой взгляд Франка, который держал что-то в правой руке. Не раздумывая ни секунды, генерал мгновенно выхватил пистолет и сделал пару выстрелов, которые и оборвали жизнь человека, умевшего подчинить себе разум других людей. С первыми же выстрелами в клуб ворвались сотрудники "Альфы" и быстро обезоружили не только охрану клуба, но и охрану Савелия, истекающего на полу кровью. Его быстро уложили на носилки и отправили в институт Склифосовского. Финансовыми делами клуба "Виктория" занялись компетентные органы, которые, "не обнаружив ничего противозаконного", вскоре оставили хозяев в покое. Ничего нельзя было предъявить и Красавчику-Стиву с его помощником, и они спокойно возвратились к себе на родину, где Стив красочно описал свои приключения хозяину. Рассказов же, недолго скорбя по "бедному Франку", задумал новую серьезную операцию, в которой огромную роль отводил нашему герою - Савелию Говоркову по прозвищу Бешеный. Но это уже совсем другая история.

ВВерх