UKA.ru | в начало библиотеки

Библиотека lib.UKA.ru

детектив зарубежный | детектив русский | фантастика зарубежная | фантастика русская | литература зарубежная | литература русская | новая фантастика русская | разное
Анекдоты на uka.ru

 Филип К.ДИК

  ТАМ ПРОСТИРАЕТСЯ ВУБ




Погрузка подходила к концу. С унылым  выражением  лица,  скрестив  на
груди руки, Оптус  стоял  внизу,  у  трапа.  Капитан  Франко  не  спеша  и
ухмыляясь сошел по трапу.
- Что не так? - поинтересовался он у Оптуса. - За все ведь уплачено.
Оптус не ответил: он отвернулся, подобрал полы балахона,  но  капитан
носком ботинка прижал край полы.
- Минуточку, я не все сказал! Не спешите уходить.
- Гм! - Оптус, сохраняя достоинство, обернулся.  -  Я  возвращаюсь  в
деревню. - Он взглянул в на трап, по которому гнали в корабль  животных  и
птиц. - Нужно подготовить новую охоту.
Франко закурил сигарету.
- А почему бы и нет?  Отправитесь  снова  в  вельд,  выследите  новую
добычу. А вот если мы, на полпути между Марсом и Землей...
Не проронив ни  слова,  Оптус  удалился.  Франко  подошел  к  первому
помощнику.
- Как оно, движется? - спросил он и посмотрел на часы. -  Неплохо  мы
скупились.
Помощник был угрюм.
- Как все это понимать?
- Да что на тебя нашло? Нам ведь они нужнее, чем им...
- Пока я вас покину, капитан, - сказал помощник и  пробрался  наверх,
осторожно  ступая  среди  длинноногих  марсианских   страусоидов.   Франко
проводил помощника взглядом: он хотел последовать за  ним  в  корабль,  но
что-то заставило его обернуться.
- О Боже! - ахнул капитан: по тропинке к  кораблю  шагал  Петерсон  с
красным, как помидор, лицом,  в  руке  -  веревочка,  а  на  другом  конце
веревочки...
- Извините, капитан, - сказал Петерсон и за веревочку дернул.
Капитан Франко решительно направился к Петерсону.
- Что это такое? - быстро спросил он.
- Это вуб, - сказал Петерсон. - Я его купил у туземца,  за  пятьдесят
центов. Он сказал, что животное очень редкое, что его очень ценят.
- Вот его? - Франко пнул ногой в громадный округлый бок вуба.  -  Это
же свинья! Здоровенная вонючая свинья!
- Да, сэр, свинья. Туземцы зовут ее вубом.
- Здоровая свинья, весит фунтов четыреста. - Франко дернул за жесткий
пучок щетины между ушей вуба. Тот охнул, и из-под толстых  век  показались
крошечные, влажно блеснувшие глаза, а  по  щеке  вуба  скатилась  одинокая
слезинка.
- Может, у него вкусное мясо? - с надеждой предположил Петерсон.
- Это мы скоро выясним, - пообещал Франко.


Заснув крепким сном в трюме, вуб благополучно  пережил  взлет.  Когда
корабль вышел в пространство, лег на курс,  и  все  пошло  как  по  маслу,
капитан Франко изволил приказать доставить вуба  наверх,  дабы  распознать
свойства этой зверины.
Со вздохами и хрипами вуб протискивался по коридорам.
- Шевелись, - ворчал Джоунс, дергая  за  поводок.  Вуб  пытался  хоть
как-нибудь изогнуться, да только обдирал кожу  на  боках  о  хромированные
стенки. Как пробка из бутылки, он вылетел  в  кают-компанию,  и  лапы  его
подкосились.
- Великий Боже! - изумился Француз. - Что это?
- Петерсон говорит, это вуб, объяснил Джоунс. - Он его его купил.  Од
дал вубу пинка, вуб, пыхтя, поднялся, но лапы его дрожали.
- Чего это он? - Француз подошел поближе. - Его не вырвет?
Все окружили  вуба,  а  тот,  скорбно  закатив  глаза,  оглядел  всех
собравшихся.
- Он пить хочет, - предположил Петерсон и пошел  зал  водой.  Француз
покачал головой.
- То-то мы еле поднялись. Пришлось пересчитывать балласт.
Петерсон принес воды. Вуб с благодарностью начал лакать,  брызгая  на
людей. В дверях возник капитан Франко.
- Ну-с, взглянем. - Он критически прищурился. - Ты его, говоришь,  за
пятьдесят центов купил?
- Так точно, сэр. Он ест почти все. Я ему дал зерна, и он  скушал.  И
картошку съел, и кашу, и остатки обеда, и молоко. Ему вроде  как  нравится
кушать. Когда поест, ложится и спит.
- Понятно, - сказал капитан Франко. - Так,  теперь  касательно  вкуса
его мяса. Это серьезный вопрос. С  моей  точки  зрения,  откармливать  его
больше не стоит. Для меня он уже очень хорошо откормлен. Где кок? Позовите
его сюда. Нужно выяснить...
Вуб перестал лакать и пристально посмотрел на капитана.
- В самом деле, капитан, - сказал вуб, - не лучше ли обсудить  другую
проблему?
Стало тихо.
- Что это было? - спросил капитан Франко. - Вот только что?
- Это вуб, сэр, - сказал Петерсон. - Он заговорил.
Все посмотрели на вуба.
- Что он сказал? Что?
- Предложил поговорить о чем-нибудь другом.
Франко приблизился к вубу, обошел, внимательно осмотрел его  со  всех
сторон.
- Нет ли внутри туземца? - задумчиво предположил он. - Надо открыть и
проверить.
- Ну сколько же можно! - воскликнул вуб.  -  У  вас  что,  навязчивая
идея! Резать, резать и резать?
Франко сжал кулаки.
- Эй ты, вылезай! Вылезай, как там тебя!
Никто, конечно, не вылез, а чтобы  хоть  как-то  разрядить  атмосферу
взаимного непонимания, вуб помахал хвостом, икнул и рыгнул.
- Прошу прощения, - смущенно сказал он.
- Кажется, внутри никого нет, - тихо сказал  Джоунс.  Все  посмотрели
друг на друга.
Пришел кок.
- Вызывали, капитан? А это что еще такое?
- Вуб, - сказал Француз. - Будем  его  кушать.  Ты  его,  пожалуйста,
осмотри, прикинь, где...
- Нам необходимо побеседовать, - перебил Француза вуб. - Я  желал  бы
поговорить, если возможно, с вами, капитан. Я  вижу,  мы  не  сходимся  по
некоторым кардинальным вопросам.
Капитан ответил, но только  заметное  время  спустя.  Вуб  добродушно
ждал, слизывая капли воды с толстых щек и складок подбородка.
- Пройдемте в мою каюту, - сказал капитан наконец. Он  развернулся  и
покинул  помещение.  Вуб  зашлепал  вслед.   Собравшиеся   проводили   его
взглядами, и еще долго было слышно, как вуб карабкается по лестнице.
- Что же это будет? - в недоумении сказал  кок.  -  Ну  ладно,  я  на
камбузе. Если что, позовете.
- Само собой, - сказал Джоунс, - само собой.


Вуб со вздохом опустился на пол в углу капитанской каюты.
- Вы меня простите, - сказал он. -  я  очень  быстро  утомляюсь.  При
таких размерах...
Капитан нетерпеливо покивал, присел за рабочий стол, сцепил пальцы.
- Ладно, приступим, - сказал он. - Ты - вуб? Так?
Вуб пару раз моргнул.
- Полагаю, да. Так меня назвали туземцы. У  нас  имеется  собственный
термин.
- И ты говоришь по-английски. Ты уже вступал в контакт с землянами?
- Нет.
- Откуда же ты знаешь язык?
- Английский? Разве я говорю по-английски? По моему, я вообще  ни  на
чем не говорю. Я изучил ваше сознание и...
- Мое сознание?
- Да, содержимое, в особенности,  семантические  области  накопления,
так я называю...
- Понял, телепатия, - сказал капитан. - Естественно.
- Мы - очень древний народ, -  начал  вуб.  -  Очень  древний,  очень
тяжелый на подъем. Нам тяжело двигаться. Как вы можете  легко  догадаться,
если мы столь медлительны и громоздки, то постоянно  оказываемся  в  руках
более энергичных существ. Мы и  не  пытаемся  обороняться  физически.  Это
бесполезно. Нам все равно не победить. Бегать мы не можем, слишком тяжелы,
драться - тоже, мы  слишком  мягкотелы,  и  добродушие  не  позволяет  нам
охотиться...
- На чем же вы живете?
- Растения, овощи. Мы всеядны. Приемлем все. Мы добродушны,  терпимы,
воспринимаем вещи, как они есть. Живем и даем жить. Вот так...
Вуб присмотрелся к капитану.
- Вот почему я столь твердо воспротивился  замыслу  сварить  меня.  Я
увидел картинку в вашем сознании... большая  часть  меня  -  в  морозилке,
кое-что - в кастрюле, корабельному коту - тоже перепало...
- Так ты читаешь мысли?  -  сказал  капитан.  -  Как  интересно.  Еще
что-нибудь умеешь?
- Так, мелочи всякие, -  рассеяно  сказал  вуб,  оглядывая  каюту.  -
Хорошая квартира у вас, капитан.  Очень  чисто.  Уважаю  аккуратные  формы
жизни. На Марсе есть птицы, некоторые весьма аккуратны. Выкидывают  отходы
из гнезд, потом, выметают...
- В  самом  деле?  -  отозвался  капитан.  -  Но  вернемся  к  нашему
разговору...
- Да, действительно. Вы хотели мною пообедать. Вкус,  как  я  слышал,
очень  приятный.  Мясо  несколько  жирновато,  зато  нежное.  Но  о  каких
продолжительных сношениях между вашим народом и моим можно говорить,  если
ваш образ мысли не поднимается выше столь варварского  уровня?  Скушать  -
меня? Неужели мы не можем предаться беседе,  обсудить  вопросы  философии,
искусств...
Капитан поднялся, выпрямился.
- Философия, говорите? Да будет вам известно,  весь  следующий  месяц
еды не будет. Все наши запасы...
- Я знаю, - кивнул вуб.  -  Но  разве,  следуя  вашим  же  принципами
демократии, не справедливее ли всем нам тянуть жребий - соломинки,  спички
или что-нибудь в таком роде? В конце концов, на то демократия и существует
- охранять меньшинство от посягательств на их права. И если каждый из  нас
проголосует...
Капитан пошел к двери.
- Вот это видел? - Он показал вубу кукиш. Потом  открыл  дверь,  и  с
широко  раскрытым  ртом,  вытаращенными  глазами,   застыл,   как   громом
пораженный, схватившись за ручку двери.
Все это время вуб пристально смотрел  на  капитана.  Некоторое  время
спустя, протиснувшись мимо  Франка,  прошлепал  в  коридор  и  в  глубокой
задумчивости спустился в кают компанию.


Все молчали.
- Вот  видите,  -  нарушил  тишину  вуб,  -  в  наших  мифологических
структурах  немало  общего.  Мифологические  символы,  также,  как  Иштар,
Одиссей...
Петерсон, глядя в пол, заерзал.
- Продолжайте, - сказал он, - продолжайте, прошу вас.
- Ваш Одиссей, как мне кажется,  есть  фигура,  общая  для  мифологий
подавляющего  большинства  народов,  обладающих   самосознанием.   Одиссей
странствует - он индивид, сознающий себя, как такового. Вот  в  этом-то  и
заключена идея, идея  разделения.  Он  отделяется  от  семьи,  от  родины,
начинается процесс индивидуализации.
-  Но  Одиссей  вернулся  домой,  -  сказал  Петерсон,   заглянув   в
иллюминатор на звезды, звезды без конца и края, пылающие маяки  в  пустоте
Вселенной. - В конце он возвращается.
- Как тому и надлежит. Период отсоединения - только  временная  фаза,
недолгие странствия души. Есть начало, есть и конец. Странник возвращается
к родному очагу и сородичам...
Дверь распахнулась, и вуб замолчал. В каюту  ступил  капитан  Франко,
остальные в нерешительности топтались у двери.
- Ты в порядке? - спросил Француз.

 
в начало наверх
- Ты меня спрашиваешь? - удивился Петерсон. - Почему ты меня спрашиваешь? Франко опустил пистолет. - Подойди сюда, - приказал он Петерсону. - Поднимись и перейди сюда. Петерсон посмотрел на вуба. - Иди, - посоветовал вуб. - Это роли не играет. Петерсон поднялся. - Чего вы хотите? - Это приказ. Петерсон пошел к двери. Француз схватил его за руку. - Да что с вами стряслось? - Петерсон вырвался. - Что на вас нашло? Капитан Франко осторожно двинулся в направлении вуба. Вуб смотрел на капитана, смотрел снизу вверх - он, прижавшись к стене, лежал в углу. - Все-таки интересно, - сказал вуб, - до какой степени вас захватила идея меня скушать? Но почему - этого я не понимаю! - Встань, - приказал вубу Франко. - Если вы настаиваете. - Вуб со вздохом начал подниматься. - Секунду терпения - дело для меня нелегкое. - Он наконец встал, но дышал тяжело, открыв пасть, свесив язык, который, как маятник, качался в такт его дыханию. - Стреляйте, капитан, - попросил Француз. - Бога ради! - воскликнул Петерсон. Джоунс, у которого от страха глаза вылезли из орбит, быстро повернулся к нему. - Если б ты его видел... как статуя... стоит, рот раскрылся... Если бы мы не поднялись, он бы и сейчас так стоял. - Кто? Капитан? - Петерсон поглядел по сторонам. - Но сейчас он в порядке! Все смотрели на стоявшего посредине комнаты вуба. - С дороги, - приказал Франко, и люди отступили к дверям. - Вы меня боитесь, кажется? - спросил вуб. - Разве я вам чем-то помешал? Причинил вред? Я категорически против боли, я ненавижу причинять боль. Я всего лишь пытался защитить себя. Или вы думали, что я с радостью брошусь навстречу собственной гибели? Я такое же разумное существо, как и вы. Мне хотелось осмотреть ваш корабль, узнать, как он устроен, познакомиться с вами. Вот я и предложил туземцам... Пистолет в руках капитана задрожал. - Вот видите, - процедил Франко, - я так и думал... Вуб, тяжело вздыхая, сел и лапой подобрал под себя хвост. - Жарковато, - сказал он. - Очевидно, рядом машинное отделение. Энергия атома. Вы научились творить с ней чудеса. Технические... Но моральные, этические проблемы ваша научная иерархия решать не... Франко повернулся к команде. Люди с испуганными глазами молчаливо сбились в кучку. - Я сам. Вы смотрите, если хотите. - Попытайтесь попасть в мозг, - кивнул Француз. - Мозг все равно в пищу не идет. А в грудь лучше не целить, если попадете в грудную клетку, будем черт знает сколько времени выковыривать кусочки кости. - Слушайте. - Петерсон провел языком по сухим губам. - Что он вам сделал? Какой вред причинил? Я вас спрашиваю! И вообще, он мой. Никто не имеет права его стрелять! Он вам не принадлежит! Франко поднял пистолет. - Я уйду, - побледнев, сказал Джоунс: он поморщился, как будто его подташнивало. - Не хочу видеть. - И я тоже, - заявил Француз. Оба, что-то бубня под нос, вышли в коридор. Петерсон же никак не мог выйти, топтался у двери. - Мы про мифы разговаривали, - сказал он. - Он добрый, безобидный. Он покинул каюту. Франко подошел к вубу, а вуб медленно поднял глаза, сглотнул слюну. - Глупо, как глупо, - сказал он. - Очень жалко, что вам проходится... что вам так хочется... У вас есть притча, в которой ваш Спаситель... - и, глядя на пистолет, вуб замолчал. - Неужели вы сможете... глядя мне в глаза? Неужели сможете? Капитан сверху вниз посмотрел на него. - Смогу. Глядя тебе в глаза. У нас на ферме были боровы, грязные черные полосатые боровы. Я смогу. Глядя в мерцающие влажные глаза вуба, капитан нажал на спусковой крючок. У мяса был изумительный вкус. Люди сидели за столом подавленные, кое-кто вообще к еде не притронулся. Если кто и наслаждался обедом, так это капитан Франко. - Еще? - предложил он, обратившись ко всем собравшимся. - Кому добавки? И немножко вина, пожалуй. - Только не мне, - скривился Француз. - Пойду, наверное, в штурманскую. - И я тоже. - Джоунс, отодвинув стул, поднялся. - До скорого. Капитан посмотрел им вслед. Еще несколько человек извинились и ушли. - Как ты думаешь, что это с ними? - спросил капитан, повернувшись к Петерсону. Петерсон смотрел на тарелку перед собой, на картофель, зеленый горошек толстый ломоть нежного, сочного мяса. Он что-то хотел сказать, но не выдавил ни звука. Капитан положил руку на плечо Петерсона. - Всего-навсего органика, - весело сказал он. - Жизненная сущность ушла. - Он отрезал кусочек мяса, корочкой хлеба подобрал соус. - Лично я люблю поесть. Чем еще наслаждаться разумному живому существу? Еда, отдых, медитация, беседы... Петерсон кивал. Еще двое встали и вышли. Капитан сделал глоточек воды и вздохнул. - Ну-с, - произнес он, - обед был превосходный, должен вам сказать. Они были правы - мясо вуба великолепно на вкус. Очень вкусно. До сих пор не было у меня возможности попробовать самому. Он промокнул губы салфеткой, откинулся на спинку стула. Петерсон отрешенно смотрел в стол. Капитан внимательно посмотрел на Петерсона, наклонился к нему: - Ну будет вам! - сказал он. - Веселей! Не унывайте! Давайте побеседуем. - и улыбнулся. - На чем я остановился, когда нас перебили? Ага, я рассуждал о смысле фигуры Одиссея в мифах... Петерсон вздрогнул, в ужасе уставился на капитана. - Продолжим, - как ни в чем не бывало проговорил капитан. - Одиссей, в моем понимании...

ВВерх