UKA.ru | в начало библиотеки

Ѕиблиотека lib.UKA.ru

детектив зарубежный | детектив русский | фантастика зарубежна€ | фантастика русска€ | литература зарубежна€ | литература русска€ | нова€ фантастика русска€ | разное
јнекдоты на uka.ru
   ћ. √орький.

   ј¬“ќЅ»ќ√–ј‘»„≈— »≈ –ј—— ј«џ.


   I. ¬рем€  ороленко.

   ...¬ышел € из ÷арицына в мае на заре ветреного, тусклого дн€, рассчи-
тыва€ быть в Ќижнем к сент€брю, - в этот год € призывалс€ в солдаты.
   „асть пути - по ночам - ехал с кондукторами товарных поездов на  пло-
щадках тормозных вагонов, большую часть  шагал  пешком,  зарабатыва€  на
хлеб, по станицам, деревн€м, по монастыр€м. √ул€л в ƒонской  области,  в
“амбовской и –€занской губерни€х, из –€зани - по ќке - свернул на  ћоск-
ву, зашел в ’амовники к Ћ. Ќ. “олстому, - —офь€ јндреевна  сказала  мне,
что он ушел в “роице-—ергиевскую лавру. я встретил ее на дворе, у дверей
сара€, тесно набитого пачками книг, она отвела  мен€  в  кухню,  ласково
угостила стаканом кофе с булкой и, между прочим,  сообщила  мне,  что  к
Ћьву Ќиколаевичу шл€етс€ очень много темных бездельников, и что  –осси€,
вообще, изобилует бездельниками. я уже сам видел это и, не крив€  душою,
вежливо признал наблюдение умной женщины совершенно правильным.
   Ѕыл конец сент€бр€, землю щедро кропили осенние дожди, по  щетинистым
пол€м гул€л холодный ветерок, леса были €рко раскрашены, - очень  краси-
вое врем€ года, но несколько неудобно дл€ путешестви€ пешком, а особенно
- в худых сапогах.
   Ќа станции ћосква-товарна€  €  уговорил  проводника  пустить  мен€  в
скотский вагон, в нем восемь черкасских быков ехали в Ќижний  на  бойню.
ѕ€теро из них вели себ€ вполне солидно, но остальным  €,  почему-то,  не
понравилс€ и они всю дорогу старались причин€ть мне  различные  непри€т-
ности; когда это удавалось им, быки удовлетворенно сопели и мычали.
   ј проводник, - человечишко на кривых ногах, маленький, пь€ный, с  об-
кусанными усами, - возложил на мен€ об€занность кормить спутников  моих,
на остановках он совал в дверь вагона охапки сена, приказыва€ мне:
   - ”гощай.
   “ридцать четыре часа провел € с быками, наивно дума€, что никогда уже
не встречу в жизни моей скотов более грубых, чем эти.
   ¬ котомке у мен€ лежала тетрадь стихов и превосходна€ поэма в прозе и
стихах "ѕеснь старого дуба".
   я никогда не болел самонаде€нностью, да еще - в то врем€ - чувствовал
себ€ малограмотным - но € искренно  верил,  что  мною  написана  замеча-
тельна€ вещь. я затискал в нее все, о чем думал на прот€жении дес€ти лет
пестрой и нелегкой жизни. я был убежден, что, прочитав мою  поэму,  гра-
мотное человечество благотворно изумитс€ пред новизною всего, что €  по-
ведал ему, что правда повести моей сотр€сет сердца всех живущих на  зем-
ле, и тотчас же после этого взыграет честна€, чиста€,  весела€  жизнь  -
кроме и больше этого € ничего не желал.
   ¬ Ќижнем жил Ќ. ≈.  аронин; € изредка заходил к нему, но  не  решалс€
показать мой философический труд. Ѕольной, Ќиколай ≈лпидифорович вызывал
у мен€ острое чувство сострадани€, и € всем существом моим  ощущал,  что
этот человек мучительно упорно задумалс€ над чем-то.
   - ћожет быть, и так, - говорил он, выбива€ из ноздрей густейшие струи
дыма папиросы, снова глубоко вдыхал дым и, усмеха€сь, оканчивал:
   - ј может быть, и не так...
   –ечи его вызывали у мен€ т€гостное недоумение  -  мне  казалось,  что
этот полузамученный человек имел право и должен был говорить как-то ина-
че, более определенно. ¬се это - и мо€ сердечна€ симпати€ к нему -  вну-
шали мне некую осторожность в отношении к ѕетропавловскому, как будто  €
опасалс€ что-то задеть в нем, сделать ему больно.
   я видел его в  азани, - где он остановилс€ на несколько дней, возвра-
ща€сь из ссылки. ќн вызвал у мен€ пам€тное впечатление человека, который
всю свою жизнь попадал не туда, куда ему хотелось.
   - ¬ сущности, напрасно € сюда приехал!
   Ёти слова встретили мен€, когда € вошел в сумрачную комнату одноэтаж-
ного флигел€ на гр€зном дворе трактира ломовых извозчиков. —реди комнаты
сто€л высокий сутулый человек, задумчиво гл€д€ на циферблат больших кар-
манных часов. ¬ пальцах другой руки густо дымилась  папироса.  ѕотом  он
начал шагать длинными ногами из угла в угол, кратко отвеча€  на  вопросы
хоз€ина квартиры —. √. —омова. ≈го близорукие, детски €сные глаза  смот-
рели утомленно и озабоченно. Ќа скулах и  подбородке  светлые  шерстинки
разной длины, на угловатом черепе - пр€мые давно немытые волосы дь€кона.
«асунув левую руку в карман изм€тых брюк, он звенел там медью, а в  пра-
вой руке держал папиросу, помахива€ ею, как дирижер палочкою. ƒышал  ды-
мом. —ухо покашливал и все смотрел на часы, уныло причмокива€.  ƒвижени€
плохо сложенного костл€вого тела показывали, что человек этот мучительно
устал. ѕостепенно в комнату влезло дес€тка полтора мрачных  гимназистов,
студентов, булочник и стекольщик.
    аронин приглушенным голосом чахоточного рассказывал о жизни в  ссыл-
ке, о настроении политических ссыльных. √оворил он, ни на кого не гл€д€,
словно беседу€ с самим собою, часто делал короткие паузы и, сид€ на  по-
доконнике, беспомощно огл€дывалс€, - над головою его была  открыта  фор-
точка, в комнату врывалс€ холодный воздух, насыщенный запахом  навоза  и
лошадиной мочи. ¬олосы на голове  аронина шевелились, он приглаживал  их
длинными пальцами сухой костистой руки и отвечал на вопросы.
   - ƒопустимо, но - € не уверен, что это именно так! Ќе знаю.  Ќе  умею
сказать.
    аронин не понравилс€ юношам. ќни уже привыкли слышать людей, которые
все знали и все умели сказать. » осторожность его повести вызвала у  них
ироническую оценку.
   - ѕугана€ ворона.
   Ќо товарищу моему,  стекольщику  јнатолию,  показалось,  что  честную
вдумчивость взгл€да детских глаз  аронина и его частое "не знаю" - можно
об'€снить иной бо€знью: человек, знающий жизнь, боитс€ ввести в  заблуж-
дение мрачных кут€т, сказав им больше, чем может искренно сказать.  Ћюди
непосредственного опыта - € и јнатолий - отнеслись  к  люд€м  книг  нес-
колько недоверчиво; мы хорошо знали гимназистов и видели, что в этот час
они притвор€ютс€ серьезными, больше чем всегда.
   ќколо полуночи  аронин вдруг замолчал, вышел на середину  комнаты  и,
сто€ в облаке дыма, крепко погладил лицо свое ладон€ми рук, точно умыва-
€сь невидимой водой. ѕотом вытащил часы откуда-то из-за по€са, поднес их
к носу и торопливо сказал:
   - “ак - вот. я должен итти. ” мен€ дочь больна. ќчень. ѕрощайте!
    репко пожав гор€чими пальцами прот€нутые ему руки, он,  покачива€сь,
ушел, а мы начали междоусобную брань, - об€зательное и  неизбежное  пос-
ледствие всех таких бесед.
   ¬ Ќижнем  аронин трепетно наблюдал за толстовским движением среди ин-
теллигенции, помогал устраивать колонии в —имбирской губернии, - быструю
гибель этой затеи он описал в рассказе "Ѕорска€ колони€".
   - ѕопробуйте и вы "сесть на землю", - советовал он мне. - ћожет быть,
это подойдет вам?
   Ќо убийственные опыты любителей самоист€зани€ не привлекали  мен€,  к
тому же в ћоскве €  видел  одного  из  главных  основоположников  "толс-
товства" ћ. Ќовоселова, организатора “верской и  —моленской  артелей,  а
затем - сотрудника "ѕравославного ќбозрени€" и  €ростного  врага  Ћ.  Ќ.
“олстого.
   Ёто был человек большого роста, видимо, значительной физической силы,
он €вно рисовалс€ крайней упрощенностью, даже грубостью мысли и  поведе-
ни€, - за этой грубостью € почувствовал плохо скрытую злость честолюбца.
ќн резко отрицал "культуру", - что мне очень не понравилось, -  культура
- та область, куда € подвигалс€ с великим трудом, сквозь множество  пре-
п€тствий.
   я встретил его в квартире нечаевца  ќрлова,  переводчика  Ћеопарди  и
‘лобера, одного из организаторов прекрасного издани€ "ѕантеон  Ћитерату-
ры"; умный, широко образованный старик, целый вечер сокрушительно высме-
ивал "толстовство", которым €, в ту пору, несколько  увлекалс€,  вид€  в
нем, однако, не что иное, как только возможность дл€ мен€ временно отой-
ти в тихий угол жизни и там продумать пережитое мною.
   ...я знал, конечно, что в Ќижнем живет ¬. √.   ороленко,  читал  "—он
ћакара", - рассказ этот почему-то не понравилс€ мне.
   ќднажды, в дождливый день, знакомый, с которым € шел по  улице,  ска-
зал, скосив глаз в сторону:
   -  ороленко!
   ѕо панели твердо шагал коренастый, широкоплечий  человек  в  мохнатом
пальто, из-под мокрого зонтика € видел курчавую бороду. „еловек этот на-
помнил мне тамбовских прасолов, - а у мен€ были солидные основани€ отно-
ситьс€ враждебно к люд€м этого племени, и € не ощутил  желани€  познако-
митьс€ с  ороленко. Ќе возникло это желание и после совета, данного  мне
жандармским генералом, - одна из забавных шуток странной русской жизни.
   „ерез несколько времени мен€ арестовали и посадили в одну из  четырех
башен нижегородской тюрьмы. ¬ круглой моей камере не было  ничего  инте-
ресного, кроме надписи, выцарапанной на двери, окованной  железом.  Ќад-
пись гласила:

   ¬се живое - из клетки.

   я долго соображал, что хотел сказать  человек  этими  словами?  »  не
зна€, что это аксиома биологии, решил прин€ть ее как печальное изречение
юмориста.
   ћен€ отвели на допрос к самому генералу ѕознанскому и вот он,  хлопа€
багровой, опухшей рукою по бумагам, отобранным у мен€, говорит  всхрапы-
ва€:
   - ¬ы тут пишете стихи и вообще... Ќу, и пишите. ’орошие стихи -  при-
€тно читать...
   ћне тоже стало при€тно знать, что генералу доступны некоторые истины.
я не думал, что эпитет "хорошие" относитс€ именно к моим стихам. Ќо в то
же врем€ далеко не все интеллигенты могли  бы  согласитьс€  с  афоризмом
жандарма о стихах.
   ». ». —веденцов,  литератор,  гвардейский  офицер,  бывший  ссыльный,
прекрасно рассказывал о народовольцах, особенно восторженно о ¬ере  ‘иг-
нер, - печатал мрачные повести в "толстых" журналах, но когда € прочитал
ему стихи ‘офанова:

   „то ты сказала мне - € не расслышал.
   “олько сказала ты нежное что-то...

   ќн сердито зафыркал:
   - Ѕолтовн€! ќна, может быть, спросила его: который час? ј он, дубина,
обрадовалс€...
   √енерал, - грузный, в серой тужурке с оторванными пуговицами,  в  се-
рых, замызганных штанах с лампасами. ≈го опухшее лицо в  седых  волосах,
густо расписано багровыми жилками,  мокрые,  мутные  глаза  смотр€т  пе-
чально, устало. ќн показалс€ мне заброшенным, жалким, но -  симпатичным,
напомнив породистого пса, которому от старости т€жело и скучно ла€ть.
   »з книги речей ј. ‘.  они € знал т€желую драму, пережитую этим  гене-
ралом, знал, что дочь его - талантлива€ пианистка, а сам он - морфинист.
ќн был организатором и председателем "“ехнического ќбщества"  в  Ќижнем,
оспаривал, на заседани€х этого общества, значение кустарных промыслов  и
- открыл на главной улице города магазин дл€ продажи  кустарных  изделий
губернии; он посылал в ѕетербург доносы на земцев,  ороленко и на губер-
натора Ѕаранова, который сам любил писать доносы.
   ¬се вокруг генерала было нер€шливо: на кожаном диване, за спиною его,
вал€лось изм€тое постельное белье, из-под дивана выгл€дывал гр€зный  са-
пог и кусок алебастра весом пуда в два. Ќа кос€ках окон в клетках прыга-
ли чижы, щегл€та, снигири, большой стол в углу кабинета загроможден  фи-
зическими аппаратами, предо мной на столе лежала толста€ книга на  фран-
цузском €зыке "“еори€ электричества" и томик —еченова "–ефлексы головно-
го мозга".
   —тарик непрерывно курил коротенькие толстые папиросы и  обильный  дым
их непри€тно тревожил мен€, внуша€ смешную мысль, что табак напитан мор-
фием.
   -  акой вы революционер? - брюзгливо говорил он. - ¬ы - не еврей,  не
пол€к. ¬от, - вы пишете, ну, что же? ¬от, когда € выпущу вас, - покажите
ваши рукописи  ороленко, - знакомы с ним? Ќет? это - серьезный писатель,
не хуже “ургенева...
   ќт генерала истекал какой-то т€желый, душный запах. √оворить  ему  не
хотелось, он выт€гивал слово за словом лениво, с напр€жением. Ѕыло скуч-
но. я рассматривал небольшую витрину р€дом со столом, - в ней были  раз-
ложены р€дами металлические кружки.
   √енерал, заметив мои косые взгл€ды, т€жело приподн€лс€, спросил:
   - »нтересно?
   ѕодвинул кресло свое к витрине и, открыв ее, заговорил:
   - Ёто - медали в пам€ть исторических событий и лиц. ¬от вз€тие Ѕасти-
лии, а это - в пам€ть победы Ќельсона под јбукиром,  -  историю  ‘ранции

 
в начало наверх
знаете? Ёто - об'единение швейцарских союзов, а это знаменитый √альвани - смотрите, как прекрасно сделано. Ёто -  ювье, - значительно хуже! Ќа его багровом носу дрожало пенснэ, влажные глаза оживились, он брал медали толстыми пальцами так осторожно, как будто это была не бронза, а стекло. - ѕрекрасное искусство, - ворчал он и, смешно оттопырива€ губы, сду- вал пыль с медалей. я искренно восхищалс€ красотой кружечков металла и видел, что старик нежно любит их. «акрыв - со вздохом - витрину, он спросил мен€: люблю ли € певчих птиц? Ќу, в этой области € знал, веро€тно, больше, чем три генерала. » между нами зав€залась оживленнейша€ беседа о птицах. —тарик уже вызвал жандарма, чтобы отправить мен€ в тюрьму, у кос€ка двери выт€нулс€ солидный вахмистр, а его начальник все еще говорил сожа- лительно чмока€: - ¬от, знаете, не могу достать шура! - «амечательна€ птица! », - во- обще, - птицы прекрасный народ, правда? Ќу, отправл€йтесь с Ѕогом... ƒа, - вспомнил он, - вам учитьс€ надо, ну, там - писать, а не это... „ерез несколько дней € снова сидел перед генералом, он сердито бормо- тал: -  онечно, вы знали, куда уехал —омов, и надо было сказать это мне, € бы сразу выпустил вас. » - не надо было издеватьс€ над офицером, который делал обыск у вас... » - вообще... Ќо вдруг, наклон€€сь ко мне, он добродушно спросил: - ј теперь вы не ловите птиц? ... Ћет через дес€ть после забавного знакомства с генералом, €, арес- тованный, сидел в Ќижегородском жандармском управлении, ожида€ допроса.  о мне подошел молодой ад'ютант и спросил: - ¬ы помните генерала ѕознанского? - Ёто мой отец. ќн умер, в “омске. ќн очень интересовалс€ вашей судьбой, - следил за вашими успехами в ли- тературе и, нередко, говорил, что он первый почувствовал ваш талант. Ќе задолго до смерти он просил мен€ передать вам медали, которые нравились вам, - конечно, если вы пожелаете вз€ть их... я был искренне тронут. ¬ыйд€ из тюрьмы, вз€л медали и отдал их в Ќи- жегородский музей. ... ¬ солдаты мен€ не вз€ли; толстый, веселый доктор, несколько похо- жий на м€сника, распор€жа€сь точно боец быков на бойне, сказал, осмотрев мен€: - ƒыр€вый, пробито легкое насквозь! ѕритом - расширена вена на ноге. Ќе годен! Ёто крайне огорчило мен€. Ќе задолго до призыва € познакомилс€ с офицером-топографом - ѕаскиным или ѕасхаловым, не помню. ”частник бо€ под  ушкой, он интересно рисовал жизнь на границе јфга- нистана и весною должен был отправитьс€ на ѕамир, работать по определе- нию границ –оссии. ¬ысокий, жилистый, нервозный, он очень искусно писал маслом, - маленькие, забавные картинки военного быта в духе ‘едотова. я чувствовал в нем что-то не слаженное, противоречивое, то, что именуют "ненормальным". ќн уговаривал мен€: - ѕоступайте в топографическую команду, € возьму вас на ѕамиры! ¬ы увидите самое прекрасное на земле - пустыню. √оры, - это хаос, пустын€ - гармони€! » прищурив большие, серые, странно блуждающие глаза, понижа€ до шопо- та м€гкий, ласкающий голос, он таинственно жужжал о красоте пустыни, а € слушал, и мен€, до немоты, изумл€ло: как можно столь оба€тельно говорить о пустоте, о бескрайных песках, непоколебимом молчании, о зное и мучени- €х жажды? - Ќичего не значит, - сказал он, узнав, что мен€ не вз€ли в солдаты. - ѕишите за€вление, что желаете поступить добровольцем в команду топог- рафов и об€зуетесь сдать требуемые экзамены, - € вам все устрою. «а€вление написано, подано; с трепетом жду результата. „ерез нес- колько дней ѕасхалов смущенно сказал мне: - ќказываетс€, - вы политически неблагонадежны; тут ничего нельз€ сделать. », опустив глаза, он тихо добавил: - ∆аль, что вы скрыли от мен€ это обсто€тельство! я сказал, что дл€ мен€ это "обсто€тельство" тоже новость, но он, ка- жетс€, не поверил мне. —коро он уехал из города, а на св€тках € прочитал в ћосковской газете, что этот человек зарезалс€ бритвой в бане. ... ∆изнь мо€ шла путанно и трудно. я работал в складе пива, перека- тывал в сыром подвале бочки с места на место, мыл и купорил бутылки. Ёто занимало весь мой день. ѕоступил в контору водочного завода, но в первый же день службы на мен€ бросилась борза€ собака жены управл€ющего завода, - € убил собаку ударом кулака по длинному черепу, и мен€ тотчас прогна- ли. ќднажды в т€желый день, € решил, наконец, показать мою поэму ¬. √.  ороленко. “рое суток играла снежна€ бур€, улицы были загромождены суг- робами, крыши домов - в пышных шапках снега, скворешни - в серебр€ных чепчиках, стекла окон зат€нуты кружевами, а в белесом небе си€ло, ослеп- л€€, жгуче холодное солнце. ¬ладимир √алактионович жил на окраине города во втором этаже дерев€н- ного дома. Ќа панели, перед крыльцом, умело работал широкой лопатой ко- ренастый человек в меховой шапке странной формы, с наушниками, в корот- ком, - по колени - плохо сшитом тулупчике, в т€желых в€тских валенках. я полез сквозь сугроб на крыльцо. - ¬ам кого? -  ороленко. - Ёто €. »з густой, курчавой бороды, богато украшенной инеем, на мен€ смотрели карие хорошие глаза. я не узнал его; встретив на улице, € не видел его лица. ќпира€сь на лопату, он молча выслушал мои об'€снени€, причины ви- зита, потом прищурилс€, вспомина€. - «накома€ фамили€. Ёто не о вас ли писал мне, года два тому назад, некто –омась, ћихайло јнтонов? “ак! ¬ход€ на лестницу, он спросил: - Ќе холодно вам? ќчень легко одеты. » - не громко, как будто беседу€ сам с собою: - ”пр€мый мужик –омась! ”мный хохол. √де он теперь? ¬ ¬€тке? јга... ¬ маленькой, угловой комнатке, окнами в сад, тесно заставленной двум€ рабочими конторками, шкафами книг и трем€ стуль€ми, он, отира€ платком мокрую бороду и перелистыва€ мою толстую рукопись, говорил: - ѕочитаем! —транный у вас почерк, с виду - простой, четкий, а чита- етс€ трудно. –укопись лежала на колен€х у него, он искоса погл€дывал на ее страни- цы, на мен€ - мне было неловко. - “ут у вас написано - "зизгаг", это... очевидно, описка, такого сло- ва нет, есть - зигзаг... ћаленька€ пауза перед словом "описка" дала мне пон€ть, что ¬. √.  о- роленко - человек, умеющий щадить самолюбие ближнего. - –омась писал мне, что мужики пытались порохом взорвать его, а потом подожгли, - да? ¬ы жили с ним в это врем€? ќн говорил и перелистывал рукопись. - »ностранные слова надо употребл€ть только в случа€х совершенной не- избежности, вообще же лучше избегать их. –усский €зык достаточно богат, он обладает всеми средствами дл€ выражени€ самых тонких ощущений и от- тенков мысли. Ёто он говорил, между прочим, все расспрашива€ о –омасе, о деревне. -  акое суровое лицо у вас! - неожиданно сказал он и, улыба€сь, спро- сил: - “рудно живетс€? ≈го м€гка€ речь значительно отличалась от грубоватого окающего волжского говора, но € видел в нем странное сходство с волжским лоцма- ном, - оно было не только в его плотной, широкогрудой фигуре и зорком взгл€де умных глаз, но и в благодушном спокойствии, которое так свойственно люд€м, наблюдающим жизнь, как движение по извилистому руслу реки среди скрытых мелей и камней. - ¬ы часто допускаете грубые слова, - должно быть, потому, что они кажутс€ вам сильными? Ёто - бывает. я сказал, что - знаю: грубость свойственна мне, но у мен€ не было ни времени обогатить себ€ м€гкими словами и чувствами, ни места, где бы € мог сделать это. ¬нимательно взгл€нув на мен€, он продолжал ласково: - ¬ы пишите: "я в мир пришел, чтобы не соглашатьс€. –аз это так"... –аз - так, - не годитс€. Ёто - неловкий, некрасивый оборот речи. –аз так, раз этак, - вы слышите? я впервые слышал все это и хорошо чувствовал правду его замечаний. ƒалее оказалось, что в моей поэме кто-то сидит "орлом" на развалинах храма. - ћесто мало подход€щее дл€ такой позы и она не столько величествен- на, как неприлична, - сказал  ороленко улыба€сь. ¬от он нашел еще "опис- ку", еще и еще. я был раздавлен обилием их и, должно быть, покраснел, как раскаленный уголь. «аметив мое состо€ние,  ороленко, сме€сь, расска- зал мне о каких-то ошибках √леба ”спенского; это было великодушно, а € уже ничего не слушал и не понимал, жела€ только одного - бежать от сра- ма... »звестно, что литераторы и актеры самолюбивы, как пудел€. я ушел и несколько дней прожил в мрачном угнетении духа. я видел какого-то особенного писател€: он ничем не похож на расшатан- ного и сердечно милого  аронина, не говор€ о смешном —таростине. ¬ нем нет ничего общего с угрюмым —веденцовым-»вановичем, автором т€желовесных рассказов, который говорил мне: - –ассказ должен ударить читател€ по душе, как палкой, чтобы читатель чувствовал, какой он скот! ¬ этих словах было нечто сродное моему настроению.  ороленко первый сказал мне веские человечьи слова о значении формы, о красоте фразы, € был удивлен простой, пон€тной правдой этих слов, и, слуша€ его, жутко почувствовал, что писательство - не легкое дело. я сидел у него более двух часов, он много сказал мне, но - ни одного слова о сущности, о со- держании моей поэмы. » € уже чувствовал, что ничего хорошего не услышу о ней. Ќедели через две рыженький статистик ƒр€гин - милый и умный - принес мне рукопись и сообщил: -  ороленко думает, что слишком запугал вас. ќн говорит, что у вас есть способности, - но - надо писать с натуры, не философству€. ѕотом - у вас есть юмор, хот€ и грубоватый, но - это хорошо! ј о стихах он ска- зал - это бред! Ќа обложке рукописи карандашом, острым почерком написано: "ѕо "ѕесне" трудно судить о ваших способност€х, но, кажетс€, они у вас есть. Ќапишите о чем-либо пережитом вами и покажите мне. я не цени- тель стихов, ваши показались мне непон€тными, хот€ отдельные строки есть сильные и €ркие. ¬л.  ор.". ќ содержании рукописи - ни слова. „то же читал в ней этот странный человек? »з рукописи вылетели два листка стихов. ќдно стихотворение было озаг- лавлено "√олос из горы идущему вверх", другое "Ѕеседа чорта с колесом". Ќе помню, о чем именно беседовали чорт и колесо, - кажетс€, о "круговра- щении" жизни, - не помню, что именно говорил "голос из горы". я разорвал стихи и рукопись, сунул их в топившуюс€ печь, голландку, и, сид€ на по- лу, размышл€л: - что значит писать о "пережитом"? ¬се, написанное в поэме, € пережил... » - стихи! ќни случайно попали в рукопись. ќни были маленькой тайной моей, € никому не показывал их, да и сам плохо понимал. —реди моих зна- комых кожаные переводы Ѕарыковой и Ћихачева из  оппэ, –ишпэна, “. √уда и подобных поэтов ценились выше ѕушкина, не говор€ уже о мелоди€х ‘офано- ва.  оролем поэзии считалс€ Ќекрасов, молодежь восхищалась Ќадсоном, но зрелые люди и Ќадсона принимали - в лучшем случае - только снисходи- тельно. ћен€ считали серьезным человеком, солидные люди, которых € искренно уважал, дважды в неделю беседовали со мною о значении кустарных промыс- лов, о запросах народа и об€занност€х интеллигенции, о гнилой заразе ка- питализма, который никогда - никогда! - не проникнет в мужицкую, социа- листическую –усь. » - вот, все теперь узнают, что € пишу какие-то бредовые стихи! —тало жалко людей, которые принуждены будут изменить свое доброе и серьезное отношение ко мне. я решил не писать больше ни стихов, ни прозы и, действительно, все врем€ жизни в Ќижнем - почти два года - ничего не писал. ј - иногда - очень хотелось. — великим огорчением принес € мудрость мою в жертву все очищающему огню. ---------------
в начало наверх
...¬. √.  ороленко сто€л в стороне от группы интеллигентов-"радика- лов", среди которых € чувствовал себ€, как чиж в семье мудрых воронов. ѕисателем, наиболее любезным дл€ этой среды, был Ќ. Ќ. «латовратский, - о нем говорили: "«латовратский очищает душу и возвышает ее". ј один из наставников молодежи рекомендовал этого писател€ так: - „итайте «латовратского, € его лично знаю, это честный человек! √леба ”спенского читали внимательно, хот€ он подозревалс€ в скепти- цизме, недопустимом по отношению к деревне. „итали  аронина, ћачтета, «асодимского, присматривались к ѕотапенко. - Ётот, кажетс€, ничего... ¬ почете был ћамин-—ибир€к, но говорили, что у него "неопределенна€ тенденци€". “ургенев, ƒостоевский, Ћ. “олстой были где-то далеко за пределами внимани€. –елигиозна€ проповедь Ћ. Ќ. “олстого оценивалась так: - ƒурит барин!  ороленко смущал моих знакомых; он был в ссылке, написал "—он ћакара" - это, разумеетс€, очень выдвигало его. Ќо - в рассказах  ороленко было нечто подозрительное, непривычное чувству и уму людей, плененных чтением житийной литературы о деревне и мужике. - ќт ума пишет, - говорили о нем - от ума, а народ можно пон€ть только душой. ќсобенно возмутил прекрасный рассказ "Ќочью", в нем заметили уклон автора в сторону "метафизики", а это было преступно. ƒаже кто-то из кружка ¬. √. - кажетс€ Ћ. ». Ѕогданович - написал довольно злую и остро- умную пародию на этот рассказ. - „-чепуха! - немножко заика€сь, говорил —. √. —омов, человек не сов- сем нормальный, но однако довольно вли€тельный среди молодежи. - ќп-пи- сание физиологического акта рождени€, - дело специальной литер-ратуры и тараканы тут не при чем. ќн п-подражает “олстому, этот  -короленко... Ќо им€  ороленко уже звучало во всех кружках города. ќн становилс€ центральной фигурой культурной жизни и, как магнит, прит€гивал к себе внимание, симпатии и вражду людей. - »щет попул€рности, - говорили люди, не способные сказать ничего иного. ¬ то врем€ было открыто серьезное воровство в местном двор€нском бан- ке; эта, весьма обычна€, истори€ имела весьма драматические последстви€: главный виновник, провинциальный "лев и пожиратель сердец" умер в тюрьме; его жена отравилась сол€ной кислотой, растворив в ней медь; тот- час после похорон на ее могиле застрелилс€ человек, любивший ее; один за другим умерли еще двое привлеченных к следствию по делу банка, - был слух, что оба они тоже кончили самоубийством. ¬. √. печатал в "¬олжском ¬естнике" статьи о делах банка, и его статьи совпали во времени с этими драмами. „увствительные люди стали го- ворить, что  ороленко "убивает людей корреспонденци€ми", а мой патрон ј. ». Ћанин гор€чо доказывал, что "в мире нет €влений, которые могут быть чужды художнику". »звестно, что клевета всего проще и дешевле, поэтому люди, нищие ду- хом, довольно щедро награждали  ороленко разнообразной клеветой. ¬ эти застойные годы жизнь кружилась медленно, восход€ по невидимой спирали к неведомой цели своей, и все заметнее становилась в этом круже- нии коренаста€ фигура человека, похожего на лоцмана. ¬ суде слушаетс€ дело скопцов, - ¬. √. сидит среди публики, зарисовыва€ в книжку полу- мертвые лица изуверов, его видишь в зале «емского собрани€, за крестным ходом, всюду, - нет ни одного заметного событи€, которое не привлекало бы спокойного внимани€  ороленко. ќколо него крепко сплотилась значительна€ группа разнообразно недю- жинных людей: Ќ. ‘. јнненский, человек острого и живого ума; —. я. ≈л- патьевский, врач и беллетрист, обладатель неисчерпаемого сокровища любви к люд€м, добродушный и веселый; јнгел ». Ѕогданович, вдумчивый и едкий; "барин от революции" ј. ». »ванчин-ѕисарев, ј. ј. —авельев, председатель земской управы јполлон  арелин, автор самой краткой и красноречивой прокламации из всех, какие мне известны; после 1 марта 81-го года он расклеил по заборам Ќижнего бумажку, содержащую всего два слова: "“ре- буйте конституцию".  ружок  ороленко шутливо наименовалс€ "ќбществом трезвых философов", иногда члены кружка читали интересные рефераты, - € помню блест€щий ре- ферат  арелина о —ен-∆юсте и ≈лпатьевского о "новой поэзии", - каковой, в то врем€, считалась поэзи€ ‘офанова, ‘руга,  оринфского, ћедведского, ћинского, ћережковского...   "трезвым" "философам" примыкали земские статистики ƒр€гин,  исл€ков, ћ. ј. ѕлотников,  онстантинов, Ўмидт и еще несколько таких же серьезных исследователей русской деревни, - каждый из них оставил глубокий след в деле изучени€ путаной жизни кресть€нства. » каждый €вл€лс€ центром небольшого кружка людей, которых эта таинственна€ жизнь глубоко интересовала, у каждого можно было кое-чему научитьс€. Ћично дл€ мен€ было очень полезно серьезное, лишенное вс€ческих прикрас, отношение к деревне. “аким образом, вли€ние кружка  ороленко распростра- н€лось очень широко, проника€ даже в среду, почти недоступную культурным вли€ни€м. ” мен€ был при€тель, дворник крупного  аспийского рыбопромышленника ћаркова, ѕимен ¬ласьев, - обыкновенный, наскоро и незатейливо построен- ный, курносый русский мужик. ќднажды, рассказыва€ мне о каких-то неза- конных намерени€х своего хоз€ина, он, таинственно понизив голос, сооб- щил: - ќн бы это дело сварганил, - да  ороленки боитс€. “ут, знаешь, прис- лали из ѕетербурга тайного человека,  ороленкой зоветс€, иностранному королю плем€ш, за границей нан€ли, чтобы он, значит, присматривал за де- лами, - на губернатора-то не надеютс€.  ороленко этот уж подсек двор€н - слыхал?*1. ѕимен был человек безграмотный и великий мечтатель; он обладал ка- кой-то необыкновенно радостной верой в Ѕога и уверенно ожидал в близком будущем конца "вс€кой лже". - “ы, мил-друг, не тоскуй, - скоро лже конец. ќна сама себ€ топит, сама себ€ ест.  огда он говорил это, его мутновато-серые глаза, странно сине€, горе- ли и си€ли великой радостью - казалось, что вот сейчас расправ€тс€ они, изольютс€ потоками синих лучей.  ак-то в субботу, помылись мы с ним в бане и пошли в трактир пить чай. ¬друг ѕимен, гл€д€ на мен€ милыми глазами, говорит: - ѕостой-ка? –ука его, державша€ блюдечко ча€, задрожала, он поставил блюдечко на стол и, к чему-то прислушива€сь, перекрестилс€. - „то ты, ѕимен? - ј видишь, мил-друг - сей минут божь€ думка душе моей коснулась, - скоро, значит, √осподь позовет мен€ на его работу... - ѕолно-ка, ты такой здоров€га. - ћолчок! - сказал он важно и радостно. - Ќе говори - знаю! ¬ четверг его убила лошадь. ... Ќе преувеличива€ можно сказать, что дес€тилетие 86 - 96 было дл€ Ќижнего "эпохой  ороленко" - впрочем, это уже не однажды было сказано в печати. ќдин из оригиналов города, водочный заводчик ј. ј. «арубин, "неосто- рожный" банкрот, а в конце дней - убежденный толстовец и проповедник трезвости, говорил мне в 901 году: - ≈ще во врем€  ороленки догадалс€ €, что не ладно живу... ќн несколько опоздал наладить свою жизнь; "во врем€  ороленки" ему было уже за п€тьдес€т лет, но все-таки он перестроил или, вернее, разру- шил ее сразу, по-русски. - ’ворал €, лежу, - рассказывал он мне, - приходит плем€нник —емен, тот - знаешь? - в ссылке который, - он тогда студент был, - желаете, го- ворит, книжку почитаю? », вот, братец ты мой, прочитал он "—он ћакаров", € даже заплакал, до того хорошо. ¬едь как человек человека пожалеть мо- жет. — этого часа и повернуло мен€. ѕозвал кума-при€тел€, вот, говорю, сукин ты сын, - прочитай-ко. “от прочитал, - богохульство - говорит. –ассердилс€ €, сказал ему, подлецу, всю правду, - разругались навсегда. ј у него - вексел€ мои были, и начал он мен€ подсиживать. Ќу - мне, уж, все равно, дела € свои забросил, - душа отказалась от них. ќб'€вили мен€ банкротом, почти три _______________ *1 Ћитератор —. ≈леонский утверждал в печати, что легенда о ¬. √.  о- роленко, как "аглицком королевиче" суть "интеллигентна€ легенда". ¬ свое врем€ € писал ему, что он не прав в этом; легенда возникла в Ќижнем-Ќов- городе, создателем ее € считаю ѕимена ¬ласьева. Ћегенда эта была очень распространена в Ќижегородском краю. ¬ 1903 г. € слышал ее во ¬ладикав- казе от Ѕалахнинского плотника. года в остроге сидел. —ижу - думаю: бу- дет дурить. ¬ыпустили из острога, - €, сейчас, к нему,  ороленке, - учи. ј его в городе нету. Ќу, € ко Ћьву нашему, к “олстому... "¬от как", - говорю. "ќчень хорошо, - говорит, - вполне правильно". “ак-то брат! ј √оринов откуда ума достал. “оже у  ороленки; и много других знаю, кото- рые его душой жили. ’оть мы, купечество, и за высокими заборами живем, а и до нас правда доходит. я высоко ценю рассказы такого рода, они об'€сн€ют, какими, иногда, пут€ми проникает дух культуры в быт и нравы диких племен. «арубин был седобородый, грузный старик, с маленькими, мутными глаза- ми на пухлом розовом лице; зрачки темные и казались странно выпуклыми, точно бусины. - Ѕыло что-то упр€мое в его глазах. ќн создал себе репута- цию "защитника законности" копейкой; с какого-то обывател€ полици€ неп- равильно взыскала копейку, - «арубин обжаловал действие полиции, в двух судебных инстанци€х жалобу признали "неосновательной", - тогда старик поехал в ѕетербург, в —енат, добилс€ указа о запрещении взимать с обыва- телей копейку, торжеству€ возвратилс€ в Ќижний, и принес указ в редакцию "Ќижегородского Ћистка", предлага€ опубликовать. Ќо, по распор€жению гу- бернатора, цензор вычеркнул указ из гранок. «арубин отправилс€ к губер- натору и спросил его: - “ы, - он всем говорил "ты", - ты, что же, друг, законы не призна- ешь? ”каз напечатали. ќн ходил по улицам города в длинной черной поддевке, в нелепой шл€пе на серебр€ных волосах и в кожаных сапогах с бархатными голенищами. “ас- кал под мышкой толстый портфель с уставом "ќбщества трезвости", с массой обывательских жалоб и прошений, уговаривал извозчиков не ругатьс€ мате- матическими словами, вмешивалс€ во все уличные скандалы, особенно наблю- дал за поведением городовых и называл свою де€тельность "преследованием правды". ѕриехал в Ќижний знаменитый тогда св€щенник »оанн  ронштадтский; у јрхиерейской церкви собралась огромна€ толпа почитателей отца »оанна, - «арубин подошел и спросил: - „то случилось? - »вана  ронштадтского ждут. - јртиста императорских церквей? ƒураки... ≈го не обидели, - какой-то верующий мещанин вз€л его за рукав, отвел в сторону и внушительно попросил: - ”йди скорее, ’риста ради, јлександр јлександрович. ћелкие обыватели относились к нему с почтительным любопытством и хот€ некоторые называли "фокусником", но - большинство, счита€ старика своим защитником, ожидало от него каких-то чудес, - все равно каких, только бы непри€тных городским власт€м. ¬ 901 году мен€ посадили в тюрьму, - «арубин, тогда еще не знакомый со мною, - пришел к прокурору ”тину и потребовал свидани€. - ¬ы - родственник арестованного? - спросил прокурор. - » не видал никогда, не знаю - каков! - ¬ы не имеете права на свидание. - ј - ты ≈вангелие читал? “ам что сказано?  ак же это, любезный, - людьми вы правите, а ≈вангелие не знаете? Ќо у прокурора было свое ≈ван- гелие и, опира€сь на него, он отказал старику в его странной просьбе. –азумеетс€, «арубин был одним из тех - нередких - русских людей, ко- торые, пройд€ путаную жизнь, под конец ее, - когда тер€ть уже нечего - станов€тс€ "праволюбами", €вл€€сь в сущности только чудаками. », конечно, гораздо значительнее по смыслу, - да и по результатам - слова другого нижегородского купца Ќ. ј. Ѕугрова. ћиллионер, филантроп, старообр€дец, и очень умный человек, он играл в Ќижнем роль удельного кн€з€. ќднажды в лирическую минуту он пожаловалс€ мне: - Ќе умен, не силен, не догадлив народ, мы, купечество, еще не стр€х- нули с себ€ двор€н, а уж другие на шею нам сад€тс€, - земщики эти ваши, земцы,  ороленки - пастыри.  ороленко - особо непри€тный господин; с ви- ду - простец, а везде его знают, везде проникает... Ётот отзыв € слышал уже весною 93-го года, возврат€сь в Ќижний после длительной прогулки по –оссии и  авказу. «а это врем€ - почти три года - значение ¬. √.  ороленко как общественного де€тел€ и художника еще более возросло. ≈го участие в борьбе с голодом, стойка€ и успешна€ оппозици€ взбалмошному губернатору, Ѕаранову, "вли€ние на де€тельность земства", - все это было широко известно.  ажетс€, уже вышла его книга "√олодный год".
в начало наверх
ѕомню суждение о  ороленко одного нижегородца, очень оригинального человека. - Ётот губернский предводитель оппозиции власт€м в культурной стране организовал бы что-нибудь подобное "јрмии спасени€", или " расного крес- та", - вообще нечто значительное, международное и культурное в истинном смысле этого пон€ти€. ј в милейших услови€х русской жизни он, наверн€ка, израсходует свою энергию по мелочам. ∆аль, - это очень ценный подарок судьбы нам, нищим. ќригинальнейша€, совершенно нова€ фигура, в прошлом нашем € не вижу подобной, точнее - равной. - ј что вы думаете о его литературном таланте? - ƒумаю, что он не уверен в его силе и - напрасно. ќн - типичный ре- форматор по всем качествам ума и чувства, но, кажетс€, это и мешает ему правильно оценить себ€, как художника, хот€ именно его качества реформа- тора должны были - в соединении с талантом - дать ему больше уверенности и смелости, в самооценке. я боюсь, что он сочтет себ€ литератором, между прочим, а не прежде всего... Ёто говорил один из героев романа Ѕоборыкина "Ќа ущербе", - человек распутный, пь€ный, прекрасно образованный и очень умный. ћизантроп, он совершенно не умел говорить о люд€х хорошо или даже только снисходи- тельно - тем ценно было дл€ мен€ его мнение о  ороленко. Ќо возвращаюсь к 89 - 90 годам. я не ходил к ¬ладимиру √алактионовичу, ибо - как уже сказано - реши- тельно отказалс€ от попыток писать. ¬стречал € его только изредка мельком на улицах или в собрани€х у знакомых, где он держалс€ молчаливо, спокойно прислушива€сь к спорам. ≈го спокойствие волновало мен€. ѕодо мною все колебалось, вокруг мен€ - € хорошо видел это - начиналось неко- торое брожение. ¬се волновались, спорили, - на чем же стоит этот чело- век? Ќо € не решалс€ подойти к нему и спросить: - ѕочему вы спокойны? ” моих знакомых €вились новые книги: толстые тома –едкина, еще более толста€ "»стори€ социальных систем" ўеглова, " апитал", книга Ћохвицкого о конституци€х, литографированные лекции ¬. ќ.  лючевского,  оркунова, —ергеевича. „асть молодежи увлекалась железной логикой ћаркса, большинство ее жадно читало роман Ѕурже "”ченик", —енкевича "Ѕез догмата", повесть ƒед- лова "—ашенька" и рассказы о "новых люд€х", - новым в этих люд€х было резко выраженное устремление к индивидуализму. Ёта новенька€ тенденци€ очень нравилась, и юношество стремительно вносило ее в практику жизни, высмеива€ и жарко критику€ "об€занности интеллигенции" решать вопросы социального быти€. Ќекоторые из новорожденных индивидуалистов находили опору дл€ себ€ в детерминизме системы ћаркса. ярославский семинарист ј. ‘. “роицкий, - впоследствии врач во ‘ран- ции, в ќрлеане - человек красноречивый, страстный спорщик, говорил: - »сторическа€ необходимость така€ же мистика, как и учение церкви о предопределении, така€ же угнетающа€ чепуха, как народна€ вера в судьбу. ћатериализм - банкротство разума, который не может обн€ть всего разнооб- рази€ €влений жизни и уродливо сводит их к одной, наиболее простой при- чине. ѕрироде чуждо и враждебно упрощение, закон ее развити€ - от прос- того к сложному и сложнейшему. ѕотребность упрощать - наша детска€ бо- лезнь, она свидетельствует только о том, что разум пока еще бессилен, не может гармонизировать всю сумму, - весь хаос €влений. Ќекоторые с удовольствием опирались на догматику эгоизма ј. —мита, она вполне удовлетвор€ла их, и они становились "материалистами" в обы- денном, вульгарном смысле пон€ти€. Ѕольшинство их рассуждало, приблизи- тельно, так просто: - ≈сли существует историческа€ необходимость, ведуща€ силою своей че- ловечество по пути прогресса, - значит: дело обойдетс€ и без нас! », сунув руки в карманы, они равнодушно посвистывали. ѕрисутству€ на словесных битвах в качестве зрителей, они наблюдали, как вороны, сид€ на заборе, наблюдают €ростный бой петухов. ѕорою и все чаще - молодежь гру- бовато высмеивала "хранителей заветов героической эпохи". ћои симпатии были на стороне именно этих "хранителей", людей чудаковатых, но удиви- тельно чистых. ќни казались мне почти св€тыми в увлечении "народом", - об'ектом их любви, забот и подвигов. ¬ них € видел нечто героекомичес- кое, но мен€ увлекал их романтизм - точное - социальный идеализм. я ви- дел, что они раскрашивают "народ" слишком нежными красками, € знал, что "народа", о котором они говор€т - нет на земле; на ней терпеливо живет близоруко-хитрый, своекорыстный мужичок, подозрительно и враждебно пог- л€дыва€ на все, что не касаетс€ его интересов; живет тупой жуликоватый мещанин, насыщенный суевери€ми и предрассудками еще более €довитыми, чем предрассудки мужика, работает на земле волосатый, крепкий купец, тороп- ливо налажива€ сытую, законно-звер€чью жизнь. ¬ хаосе мнений противоречивых и все более островраждебных, след€ за борьбою чувства с разумом, в этих битвах, из которых истина, казалось мне, должна была стремглав убегать или удал€тьс€ изувеченной, - в этом кипении идеи € не находил ничего "по душе" дл€ мен€. ¬озвраща€сь домой после этих бурь, € записывал мысли и афоризмы, наи- более поражавшие мен€ формой или содержанием, вспоминал жесты и позы ораторов, выражение лиц, блеск глаз и всегда мен€ несколько смущала и смешила радость, которую испытывал тот или другой из них, когда им уда- валось нанести совопроснику хороший словесный удар, - "закатить" ему "под душу". Ѕыло странно видеть, что о добре и красоте, о гуманизме и справедливости говор€т, прибега€ к хитрост€м эристики, не щад€ самолюби€ друг друга, часто с €вным желанием оскорбить, с грубым раздражением, со злобою. ” мен€ не было той дисциплины или, вернее, техники мышлени€, которую дает школа, - € накопил много материала, требовавшего серьезной работы над ним, а дл€ этой работы нужно было свободное врем€, чего € тоже не имел. ћен€ мучили противоречи€ между книгами, которым € почти непоколе- бимо верил, и жизнью, которую € уже достаточно хорошо знал. я понимал, что умнею, но чувствовал, что именно это чем-то портит мен€; - как неб- режно груженое судно, € получил сильный крен на один борт. „тобы не на- рушать гармонии хора, €, облада€ веселым тенором, старалс€ - как многие - говорить суровым басом, это было т€жело и ставило мен€ в ложную пози- цию человека, который, жела€ отнестись ко всем окружающим любовно и бе- режно, относитс€ неискренно к себе самому. “ак же, как в  азани, Ѕорисоглебске, ÷арицыне, здесь € тоже испытывал недоумение и тревогу, наблюда€ жизнь интеллигенции. ћножество образован- ных людей жило трудной, полуголодной, унизительной жизнью, тратило цен- ные силы на добычу куска хлеба, а жизнь вокруг так ужасающе бедна разу- мом. Ёто особенно смущало мен€. я видел, что все эти разнообразно хоро- шие люди - чужие в своей родной стране, они окружены средою, котора€ враждебна им, относитс€ к ним подозрительно, насмешливо. ј сама эта сре- да изгнивала в липком болоте ока€нных, "идиотических" мелочей жизни. ћне было снова не €сно: почему интеллигенци€ не делает более энергич- ных усилий проникнуть в массу людей, пуста€ жизнь которых казалась мне совершенно бесполезной, возмущала мен€ своею духовной нищетой, диковин- ной скукой и особенно равнодушной жестокостью в отношении людей друг к другу. я тщательно собирал мелкие редкие крохи всего, что можно назвать не обычным - добрым, бескорыстным, красивым - до сего дн€ в моей пам€ти €р- ко вспыхивают эти искры счасть€ видеть человека - человеком. Ќо - все-таки € был душевно голоден и одур€ющий €д книг не насыщал мен€. ћне хотелось какой-то разумной работы, подвига, бунта и, порою, € кричал: - Ўире бери! - ƒержи карман шире! - иронически ответил мне Ќ. ‘. јнненский, у ко- торого всегда было в запасе меткое словечко.   этому времени относитс€ очень пам€тна€ мне беседа с ¬. √.  оролен- ко. Ћетней ночью € сидел на "ќткосе", высоком берегу ¬олги, откуда хорошо видно пустынные луга «аволжь€ и сквозь ветви деревьев - реку. Ќезаметно и неслышно на скамье, р€дом со мною, очутилс€ ¬. √., € почувствовал его только тогда, когда он толкнул мен€ плечом, говор€: - ќднако, как вы замечтались! я хотел шл€пу сн€ть с вас, да подумал - испугаю! ќн жил далеко, на противоположном конце города. Ѕыло уже более двух часов ночи. ќн, видимо, устал, сидел, обнажив курчавую голову и отира€ лицо платком. - ѕоздно гул€ете, - сказал он. - » вы тоже. - ƒа. —ледовало сказать: гул€ем.  ак живете? что делаете? ѕосле нескольких незначительных фраз, он спросил: - ¬ы, говор€т, занимаетесь в кружке —кворцова? „то это за человек? ѕ. Ќ. —кворцов был в то врем€ одним из лучших знатоков теории ћаркса, он не читал никаких книг, кроме " апитала", и гордилс€ этим. √ода за два до издани€ " ритических заметок" ѕ. Ѕ. —труве, он читал в гостиной адво- ката ўеглова статью, основные положени€ которой были те же, что и у —труве, но - хорошо помню - более резки по форме. Ёта стать€ поставила —кворцова в положение еретика, что не помешало ему сгруппировать кружок молодежи; позднее многие из членов этого кружка играли весьма видную роль в строении с.-д. партии. ќн был поистине человек "не от мира сего". јскет, он зиму и лето гул€л в летнем легком пальто, в худых башмаках, жил впроголодь и, при этом, еще заботилс€ о "сокращении потребностей" - питалс€, в течение нескольких недель, одним сахаром, с'еда€ его по две осьмых фунта в день, - не больше и не меньше. Ётот опыт "рационального питани€" вызвал у него общее истощение организма и серьезную болезнь по- чек. Ќебывалого роста, он был весь какой-то серый, а светло-голубые глаза улыбались улыбкой счастливца, познавшего истину, в полноте недоступную никому, кроме него.  о всем инаковерующим он относилс€ с легким пренеб- режением, жалостливым, но не обидным.  урил толстые папиросы из дешевого табака, вставл€€ их в длинный, вершков дес€ти, бамбуковый мундштук, - он носил его за по€сом брюк, точно кинжал. я наблюдал ѕавла Ќиколаевича в табуне студентов, которые коллективно ухаживали за приезжей барышней, - существом редкой красоты. —кворцов, соревну€ юным франтам, тоже кружилс€ около барышни и был величественно нелеп со своим мундштуком, серый в облаке душного серого дыма. —то€ в углу, четко выдел€€сь на белом фоне изразцовой печи, он методически спо- койно, тоном старообр€дческого начетчика изрекал т€желые слова отрицани€ поэзии, музыки, театра, танцев и непрерывно дымил на красавицу. - ≈ще —ократ говорил, что развлечени€ - вредны, - неопровержимо дока- зывал он. ≈го слушала из€щна€ шатенка, в белой газовой кофточке и, кокетливо покачива€ красивой ножкой, нат€нуто любезно смотрела на мудреца темными, чудесными глазами, - веро€тно, тем взгл€дом, которым красавицы јфин смотрели на курносого —ократа; взгл€д этот немо, но красноречиво спраши- вал: - —коро ты перестанешь, скоро уйдешь? ќн доказал ей, что  ороленко - вреднейший идеалист и метафизик, что вс€ литература - он ее не читал - "пытаетс€ гальванизировать гнилой труп народничества". ƒоказал и, наконец, сунув мундштук за по€с, торжественно ушел, а барышн€, проводив его, в изнеможении - и, конечно, красиво - бросилась на диван, возгласив жалобно: - √осподи, это же не человек, а - дурна€ погода! ¬. √., сме€сь, выслушал мой рассказ, помолчал, посмотрел на реку, прищурив глаза и негромко, дружески заговорил: - Ќе спешите выбрать веровани€, € говорю - выбрать, потому что мне кажетс€ теперь их не вырабатывают, а именно - выбирают. ¬от, быстро вхо- дит в моду материализм, соблазн€€ своей простотой... ќн особенно привле- кает тех, кому лень самосто€тельно думать. ≈го охотно принимают франты, которым нравитс€ все новое, хот€ бы оно и не отвечало их натурам, вку- сам, стремлени€м... ќн говорил задумчиво, точно беседу€ сам с собою, порою прерывал речь и слушал, как где-то внизу, на берегу, фыркает пароотводна€ трубка, гу- д€т сигналы на реке. √оворил он о том, что вс€ка€ разумна€ попытка об'€снить €влени€ жизни заслуживает внимани€ и уважени€, но следует помнить, что "жизнь слагает- с€ из бесчисленных, странно спутанных кривых" и что "крайне трудно зак- лючить ее в квадраты логических построений". - “рудно привести даже в относительный пор€док эти кривые, взаимно пересекающиес€ линии человеческих действий и отношений, - сказал он, вздохнув и маха€ шл€пой в лицо себе. ћне нравилась простота его речи и м€гкий вдумчивый тон. Ќо - по су- ществу, все, что он говорил о марксизме было уже - в других словах - знакомо мне.  огда он прервал речь, € торопливо спросил его: почему он такой ровный, спокойный? ќн надел шл€пу, взгл€нул в лицо мне и, улыба€сь, ответил: - я знаю, что мне нужно делать, и убежден в полезности того, что де- лаю. ј - почему вы спросили об этом? “огда € начал рассказывать ему о моих недоумени€х и тревогах. ќн
в начало наверх
отодвинулс€ от мен€, наклонилс€ - так ему было удобнее смотреть в лицо мне - и молча внимательно слушал. ѕотом тихо сказал: - ¬ этом не мало верного. ¬ы наблюдаете хорошо. » - усмехнулс€, положив руку на плечо мне. - Ќе ожидал, что вас волнуют эти вопросы. ћне говорили о вас, как о человеке иного характера... веселом, грубоватом и враждебном интеллиген- ции... », как-то особенно крепко, он стал говорить об интеллигенции: она всегда и везде была оторвана от народа, но это потому, что она идет впе- реди, таково ее историческое назначение. - Ёто - дрожжи вс€кого народного брожени€ и первый камень в фундамен- те каждого нового строительства. —ократ, ƒжордано Ѕруно, √алилей, –о- беспьер, наши декабристы, ѕеровска€ и ∆ел€бов, все, кто сейчас голодают в ссылке, с теми, кто в эту ночь сидит за книгой, готов€ себ€ к борьбе за справедливость, - а прежде всего, конечно, в тюрьму, - все это - са- ма€ жива€ сила жизни, самое чуткое и острое орудие ее. ќн взволнованно подн€лс€ на ноги и, шага€ перед скамьей взад и впе- ред, продолжал: - „еловечество начало творить свою историю с того дн€, когда по€вилс€ первый интеллигент; миф о ѕрометее - это рассказ о человеке, который на- шел способ добывать огонь и этим сразу отделил людей от зверей. ¬ы пра- вильно заметили недостатки интеллигенции, книжность, отрыв от жизни, - но еще вопрос: недостатки ли это? »ногда, дл€ того чтобы хорошо видеть, необходимо именно отойти, а не приблизитьс€. - ј главное, что € вам дру- жески советую, счита€ себ€ более опытным, чем вы, - обращайте больше внимани€ на достоинства. ѕодсчет недостатков увлекают всех нас, - это очень простое и не безвыгодное дело дл€ каждого. Ќо ¬ольтер, несмотр€ на его гениальность, был плохой человек, - однако он сделал великое дело - выступил защитником несправедливо осужденного. я не говорю о том, сколько мрачных предрассудков разрушено им, но вот эта его упр€ма€ защи- та безнадежного, казалось, дела, это великий подвиг. ќн понимал, что че- ловек прежде всего должен быть гуманным человеком. Ќеобходима - справед- ливость.  огда она, накопл€€сь понемногу маленькими искорками, образует большой огонь, он сожжет всю ложь и гр€зь земли, и только тогда жизнь изменит свои т€желые, печальные формы. ”пр€мо, не щад€ себ€, никого и ничего не щад€ - вносите в жизнь справедливость, - вот как € думаю. ќн, видимо, устал, - он говорил очень долго, - сел на скамью, но, взгл€нув в небо, сказал: - ј ведь уже поздно или - рано, - светло! », кажетс€, будет дождь. ѕора домой! я жил в двух шагах, он - версты за две. я вызвалс€ проводить его, и мы пошли по улицам сонного города, под небом в темных тучах. - „то же, пишете вы? - Ќет. - ѕочему? - ¬ремени не имею... - ∆аль и напрасно. ≈сли б вы хотели, врем€ нашлось бы. я - серьезно думаю - кажетс€, у вас есть способности... ѕлохо вы настроены, сударь... ќн стал рассказывать о непоседливом √лебе ”спенском, но - вдруг хлы- нул обильный летний дождь, покрыв город серой сетью. ћы посто€ли под во- ротами несколько минут и, вид€, что дождь - надолго, разошлись... II. ¬. √.  ороленко.  огда € вернулс€ в Ќижний из “ифлиса, - ¬. √.  ороленко был в ѕетер- бурге. Ќе име€ работы, € написал несколько маленьких рассказов и послал их в "¬олжский ¬естник" –ейнгардта, самую вли€тельную газету ѕоволжь€, благо- дар€ посто€нному сотрудничеству в ней ¬. √. –ассказы были подписаны ћ. √. - или √-ий, - их быстро напечатали, –ейнгардт прислал мне довольно лестное письмо и кучу денег, около трид- цати рублей. »з каких-то побуждений, теперь забытых мною, € ревниво скрывал свое авторство даже от людей очень близких мне, от Ќ. «. ¬а- сильева и ј. ». Ћанина; не придава€ серьезного значени€ этим рассказам, € не думал, что они решат мою судьбу. Ќо –ейнгардт сообщил  ороленко мою фамилию, и, когда ¬. √. вернулс€ из ѕетербурга, мне сказали, что он хо- чет видеть мен€. ќн жил все в том же дерев€нном доме архитектора Ћемке на краю города. я застал его за чайным столом в маленькой комнатке окнами на улицу, с цветами на подоконниках и по углам, с массой книг и газет повсюду. ∆ена и дети, кончив пить чай, собирались гул€ть. ќн показалс€ мне еще более прочным, уверенным и кудр€вым. - ј мы только что читали ваш рассказ "ќ чиже" - ну, вот, вы и начали печататьс€, поздравл€ю! ќказываетс€, вы - упр€мый, все аллегории пишете? „то же, - и аллегори€ хороша, если остроумна, и упр€мство - не дурное качество... ќн сказал еще несколько ласковых слов, гл€д€ на мен€ прищуренными глазами. Ћоб и ше€ у него густо покрыты летним загаром, борода - выцве- ла. ¬ сарпинковой рубахе синего цвета, подпо€санной кожаным ремнем, в черных брюках, заправленных в сапоги, он, казалось, только что пришел откуда-то издалека и сейчас снова уйдет. ≈го спокойные умные глаза си€ли бодро и весело. я сказал, что у мен€ есть еще несколько рассказов и один напечатан в газете " авказ". - ¬ы ничего не принесли с собой? ∆аль. ѕишете вы очень своеобразно. Ќе слажено все у вас, шероховато, но - любопытно. √овор€т - вы много хо- дили пешком? я тоже, почти все лето, гул€л за ¬олгой, по  ерженцу, по ¬етлуге. ј вы где были?  огда € кратко очертил ему путь мой, он одобрительно воскликнул: - ќго? ’ороша€ путина! ¬от почему вы так возмужали за эти три года почти! » силищи накопили, должно быть, много? я только что прочитал его рассказ "–ека играет" - он очень понравилс€ мне и красотой, и содержанием. ” мен€ было чувство благодарности к авто- ру, и € стал восторженно говорить о рассказе. ¬ лице перевозчика “юлина  ороленко дал - на мой взгл€д - изумительно верно пон€тый и великолепно изображенный тип кресть€нина "геро€ на час". “акой человек может самозабвенно и просто совершить подвиг великодуши€, а вслед затем изувечить до полусмерти жену, разбить колом голову соседа. ќн может очаровать вас добродушными улыбками и сотней сердечных слов, €рких, как цветы, и вдруг, без причины, наступить на лицо вам ногою в гр€зном сапоге.  ак  озьма ћинин, он способен организовать народное дви- жение, а потом - спитьс€ с круга, "скормить себ€ вшам". ¬. √. выслушал мою путаную речь, не прерыва€, внимательно присматри- ва€сь ко мне - это очень смущало мен€. ѕорою, он, закрыв глаза, присту- кивал ладонью по столу, а потом встал со стула, прислонилс€ спиной к стене и сказал, усмеха€сь добродушно: - ¬ы преувеличили. —кажем проще: рассказ удачный. Ётого достаточно. Ќе утаю - мне самому нравитс€ он. Ќу, а таков ли мужик вообще, каков “ю- лин, - этого € не знаю! ј вот вы хорошо говорите, выпукло, €рко, крепким €зыком, - на-те вам в оплату за вашу похвалу! » чувствуетс€, что видели вы много, подумали немало. — этим € вас от души поздравл€ю. ќт души! ќн прот€нул мне руку с мозол€ми на ладони, - должно быть, от весел или топора, - он любил колоть дрова и вообще физический труд. - Ќу, расскажите, что видели? –ассказыва€, € коснулс€ моих встреч с различными искател€ми правды, - они сотн€ми шагают из города в город, из монастыр€ в монастырь по запу- танным дорогам –оссии. √л€д€ в окно, на улицу,  ороленко сказал: - „аще всего они - бездельники. Ќеудавшиес€ герои, противно влюблен- ные в себ€. ¬ы заметили, что почти все они - злые люди. Ѕольшинство их ищет вовсе не "св€тую правду", а легкий кусок хлеба и - кому бы на шею сесть? —лова эти, сказанные спокойно, поразили мен€ сразу, открыв предо мною правду, которую € смутно чувствовал. - ’орошие рассказчики есть среди них, - продолжал  ороленко. - Ѕога- того €зыка люди! »ной говорит, как шелками вышивает. "»скатели правды", "взыскующие града" - это были любимые герои житий- ной народнической литературы, а вот  ороленко именует их бездельниками, да еще и злыми. Ёто звучало почти кощунством, но в устах ¬. √. продуман- но и решенно. » слова его усилили мое ощущение душевной твердости этого человека. - Ќа ¬олыни и в ѕодольи - не были? “ам - красиво! —казал € ему о моей насильственной беседе с »оанном  ронштадтским, - он живо воскликнул: -  ак же вы думаете о нем? „то это за человек? - „еловек искренно верующий, как веруют иные - не мудрые - сельские попики хорошего, честного сердца. ћне кажетс€ - он испуган своей попу- л€рностью, т€жела она ему, не по плечу. „увствуетс€ в нем что-то случай- ное и, как будто, он действует не по своей воле. ¬се врем€ спрашивает бога своего: так ли, √осподи? и всегда боитс€: не так. - —транно слышать это, - задумчиво сказал ¬. √. ѕотом он сам начал рассказывать о своих беседах с мужиками Ћуко€нова, сектантами  ерженца, великолепно, с тонким, цепким юмором, подчеркива€ в речах собеседников забавное сочетание невежества и хитрости, ловко отме- ча€ здравый смысл мужика и его осторожное недоверие к чужому человеку. - я иногда думаю, что нигде в мире нет такой разнообразной духовной жизни, как у нас на –уси. Ќо если это и не так, то во вс€ком случае ха- рактеры думающих и верующих людей бесконечно и несоединимо разнообразны у нас. ќн веско заговорил о необходимости внимательного изучени€ духовной жизни деревни. - Ётого не исчерпывает этнографи€, - нужно подойти как-то иначе, бли- же, глубже. ƒеревн€ - почва, на которой мы все растем и много чертополо- ха, много бесполезных сорных трав. —е€ть "разумное, доброе, вечное" на этой почве надо так же осторожно, как и энергично. ¬от €, летом, беседо- вал с молодым человеком, весьма неглупым, но он серьезно убеждал мен€, что деревенское кулачество - прогрессивное €вление, потому что, видите ли, кулаки накопл€ют капитал, а –осси€ об€зана стать капиталистической страной. ≈сли такой пропагандист попадет в деревню... ќн засме€лс€. ѕровожа€ мен€, он снова пожелал мне успеха. - “ак вы думаете - € могу писать? - спросил €. -  онечно! - воскликнул он несколько удивленно. - ¬едь вы уже пишете, печатаетесь, - чего же? «ахотите посоветоватьс€ - несите рукописи, по- толкуем... я вышел от него в бодром настроении человека, который, после жаркого дн€ и великой усталости, выкупалс€ в прохладной воде лесной речки. ¬. √.  ороленко вызвал у мен€ крепкое чувство уважени€, но - поче- му-то - € не ощутил к писателю симпатии, и это огорчило мен€. ¬еро€тно, это случилось потому, что в ту пору учител€ и наставники уже несколько т€готили мен€, мне очень хотелось отдохнуть от них, поговорить с хорошим человеком дружески - просто, не стесн€€сь ни с чем, о том, что беспощад- но волновало мен€. ј когда € приносил материал моих впечатлений учите- л€м, они кроили и сшивали его сообразно моде и традици€м тех полити- ко-философских форм, закройщиками и портными которых они €вл€лись. я чувствовал, что они совершенно искренно не могут шить и кроить иначе, но € видел, что они порт€т мой материал. Ќедели через две, € принес  ороленко рукописи сказки "ќ рыбаке и фее" и рассказа "—таруха »зергиль", только что написанного мною. ¬. √. не бы- ло дома, € оставил рукописи и на другой же день получил от него записку: "ѕриходите вечером поговорить. ¬л.  ор.". ќн встретил мен€ на лестнице с топором в руке. - Ќе думайте, что это мое орудие критики, - сказал он, потр€са€ топо- ром, - нет, это € полки в чулане устраивал. Ќо - некоторое усекновение главы ожидает вас... Ћицо его добродушно си€ло, глаза весело сме€лись и, как от хорошей, здоровой русской бабы, от него пахло свеже выпеченным хлебом. - ¬сю ночь - писал, а после обеда уснул, проснулс€ - чувствую: надо повозитьс€! ќн был непохож на человека, которого € видел две недели тому назад; € совершенно не чувствовал в нем наставника и учител€; передо мной был хо- роший человек, дружески внимательно настроенный ко всему миру. - Ќу-с, - начал он, вз€в со стола мои рукописи и хлопа€ ими по колену своему, - прочитал € вашу сказку. ≈сли бы это написала барышн€, слишком много прочитавша€ стихов ћюссе, да еще в переводе нашей милой старушки ћысовской, - € бы сказал барышне: - недурно, а - все-таки выходите за- муж. Ќо дл€ такого свирепого верзилы, как вы, писать нежные стишки, - это почти гнусно, во вс€ком случае преступно.  огда это вы разразились? - ≈ще в “ифлисе... - “о-то! ” вас тут сквозит пессимизм. »мейте в виду: пессимистическое
в начало наверх
отношение к любви - болезнь возраста, это теори€ наиболее противоречива€ практике, чем все иные теории. «наем мы вас, пессимистов, слышали о вас кое-что! ќн лукаво подмигнул мне, засме€лс€ и продолжал серьезно: - »з этой панихиды можно напечатать только стихи, они - оригинальны, это € вам напечатаю. "—таруха" написана лучше, серьезнее, но - все-таки и снова - аллегори€. Ќе доведут они вас до добра. ¬ы в тюрьме сидели? Ќу, и еще с€дете! ќн задумалс€, перелистыва€ рукопись: - —транна€ кака€-то вещь! Ёто - романтизм, а он - давно скончалс€. ќчень сомневаюсь, что сей Ћазарь достоин воскресень€. ћне кажетс€, вы поете не своим голосом. –еалист вы, а не романтик, реалист. ¬ частности, там есть одно место о пол€ке, оно показалось мне очень личным, - нет, не так? - ¬озможно. - јга! вот видите! я же говорю: мы кое-что знаем о вас. Ќо - это не- допустимо, личное - изгон€йте! –азумею - узко личное. ќн говорил охотно, весело, у него чудесно си€ли глаза, - € смотрел на него все с большим удивлением, как на человека, которого впервые вижу. Ѕросив рукопись на стол, он подвинулс€ ко мне, положил руку на мое коле- но. - —лушайте, - можно говорить с вами запросто? «наю € вас - мало, слы- шу о вас - много, и кое-что вижу сам. ѕлохо вы живете. Ќе туда попали. ѕо-моему вам надо уехать отсюда или женитьс€ на хорошей, не глупой де- вушке. - Ќо € женат. - ¬от это и плохо. - я сказал, что не могу говорить на эту тему. - Ќу, извините! ќн начал шутить, потом, вдруг озабоченно спросил: - ƒа! ¬ы слышали, что –омась арестован! ƒавно? ¬от как. я только вче- ра узнал. √де? ¬ —моленске. „то он делал там? Ќа квартире –омас€ была арестована типографи€ "народоправцев", орга- низованна€ им. - Ќеугомонный человек, - задумчиво сказал ¬. √. - “еперь - снова сош- лют его куда-нибудь. „то он - здоров? «доровеннейший мужик был... ќн вздохнул, повел широкими плечами. - Ќет, все это - не то! Ётим путем ничего не достигнешь. јстыревское дело - хороший урок, он говорит нам: беритесь за черную, легальную рабо- ту, за будничное культурное дело. —амодержавие - больной, но крепкий зуб, корень его ветвист и врос глубоко, нашему поколению этот зуб не вырвать, - мы должны сначала раскачать его, а на это требуетс€ не один дес€ток легальной работы. ќн долго говорил на эту тему, и чувствовалось, что говорит он о своей живой вере. ѕришла јвдоть€ —еменовна, зашумели дети, € простилс€ и ушел с хорошим сердцем. »звестно, что в провинции живешь как под стекл€нным колпаком, - все знают о тебе, знают, о чем ты думал в среду около двух часов и в субботу перед всенощной; знают тайные намерени€ твои и очень серд€тс€, если ты не оправдываешь пророческих догадок и предвидений людей.  онечно, весь город узнал, что  ороленко благосклонен ко мне, и € принужден был выслушать не мало советов такого рода: - Ѕерегитесь, собьет вас с толку эта компани€ поумневших. ѕодразумевалс€, попул€рный в то врем€, рассказ ѕ. ƒ. Ѕоборыкина "ѕо- умнел", - о революционере, который вз€л легальную работу в земстве, пос- ле чего он потер€л дождевой зонтик и его бросила жена. - ¬ы - демократ, вам нечего учитьс€ у генералов, вы - сын народа! - внушали мне. Ќо € уже давно чувствовал себ€ пасынком народа; это чувство, от вре- мени, усиливалось и, как € уже говорил, сами народопоклонники казались мне такими же пасынками, как €.  огда € указывал на это - мне кричали: - ¬от видите, вы уже заразились! √руппа студентов ярославского лице€ пригласила мен€ на пирушку, € что-то читал им, они подливали в мой стакан пива - водку, стара€сь де- лать это незаметно дл€ мен€. я видел их маленькие хитрости, понимал, что они хот€т "в дребезги" напоить мен€, но не мог пон€ть - зачем это нужно им? ќдин из них, самовлюбленный и чахоточный, убеждал мен€: - √лавное - пошлите ко всем черт€м идеи, идеалы и всю эту дребедень! ѕишите - просто! ƒолой идеи... Ќевыносимо надоедали мне все эти советы. ¬. √.  ороленко, как вс€кий заметный человек, подвергалс€ разнообраз- ному воздействию обывателей. ќдни, искренно цен€ его внимательное отно- шение к человеку, пытались вовлечь писател€ в свои личные, мелкие др€з- ги, другие избрали его об'ектом дл€ испытани€ легкой клеветой. ћоим зна- комым не очень нравились его рассказы. - Ётот ваш  ороленко, кажетс€, даже в Ѕога верует, - говорили мне. ѕочему-то особенно не понравилс€ рассказ "«а иконой": находили, что это - "этнографи€", не более. - “ак писал еще ѕавел якушкин. ”тверждали, что характер геро€-сапожника, - вз€т из "Ќравов –астер€е- вой улицы" √. ”спенского. ¬ общем критики напоминали мне одного воро- нежского иеремонаха, который, выслушав подробный рассказ о путешествии ћиклухи-ћакла€, недоуменно и сердито спросил: - ѕозвольте! вы сказали: он привез в –оссию папуаса. Ќо - зачем же, именно, папуаса? » - почему - только одного? --------------- –ано утром € возвращалс€ с пол€, где гул€л ночь, и встретил ¬. √. у крыльца его квартиры. - ќткуда? - удивленно спросил он. - ј € иду гул€ть, отличное утро! ѕройдемтесь? ќн, видимо, тоже не спал ночь: глаза красные и сухие, смотр€т утом- ленно, борода сбита в клочь€, одет небрежно. - ѕрочитал € в "¬олгаре" вашего "ƒеда јрхипа", - это недурна€ вещь, ее можно бы напечатать в журнале. ѕочему вы не показали мне этот расс- каз, прежде чем печатать его? » почему вы не заходите ко мне? я сказал, что мен€ оттолкнул от него жест, которым он дал мне три рубл€ взаймы, - он прот€нул мне деньги молча, сто€ спиной ко мне. ћен€ это обидело. «анимать деньги в долг так трудно, € прибегал к этому только в случа€х действительно крайней необходимости. ќн задумалс€, нахмур€сь: - Ќе помню! ¬о вс€ком случае это - было, если вы говорите, что было. Ќо вы должны извинить мне эту небрежность. ¬еро€тно, € был не в духе, это часто бывает со мною последнее врем€. ¬друг, задумаюсь, точно в ко- лодец свалилс€. Ќичего не вижу, не слышу, но что-то слушаю и очень нап- р€женно. ¬з€в мен€ под руку, он загл€нул в глаза мне. - ¬ы забудьте это. ќбижатьс€ вам не на что, у мен€ хорошее чувство к вам, но что вы обиделись, это вообще - не плохо. ћы не очень обидчивы, вот это плохо. Ќу, забудем. ¬от что € хочу сказать вам: пишете вы много, торопливо, нередко в рассказах ваших видишь недоработанность, не€сность. ¬ "јрхипе", - там, где описан дождь, - не то стихи, не то ритмическа€ проза. Ёто - нехорошо. ќн много и подробно говорил и о других рассказах, было €сно, что он читает все, что € печатаю, с большим вниманием. –азумеетс€, - это очень тронуло мен€. - Ќадо помогать друг другу, - сказал он в ответ на мою благодарность. - Ќас - не много! » всем нам - трудно! ѕонизив голос, он спросил: - ј вы не слышали, - правда, что в деле Ќатансона, –омас€ и других запуталась нека€ девица »стомина? я знал эту девицу, познакомилс€ с ней, вытащив ее из ¬олги, куда она бросилась вниз головою с кормы дощанника. ¬ытащить ее было легко, - она пробовала утопитьс€ на очень мелком месте. Ёто было - бесцветное, неум- ное существо, с наклонностью к истерии и болезненной любовью ко лжи. ѕо- том, она была, кажетс€, гувернанткой у —толыпина в —аратове и убита, в числе других, бомбой максималистов при взрыве дачи министра на јптекарс- ком острове. ¬ыслушав мой рассказ, ¬. √. почти гневно сказал: - ѕреступно вовлекать таких детей в рискованное дело. √ода четыре то- му назад или больше, € встречал эту девушку. ћне она не казалась такой, как вы ее нарисовали. ѕросто - мила€ девчурка, смущенна€ €вной неправдой жизни, из нее могла бы выработатьс€ хороша€ сельска€ учительница. √ово- р€т, - она болтала на допросах? Ќо что же она могла знать? Ќет, € не мо- гу оправдать приношение детей в жертву ¬аалу политики... ќн пошел быстрее, а у мен€ болели ноги, € спотыкалс€ и отставал: - „то это вы? - –евматизм. - –ановато! - ќ девочке вы говорили совсем неверно, на мой взгл€д. ј, вообще, вы хорошо рассказываете. ¬от что, - попробуйте вы написать что-либо покрупнее, дл€ журнала. Ёто пора сделать. Ќапечатают вас в жур- нале, - и, надеюсь, вы станете относитьс€ к себе более серьезно! Ќе помню, чтоб он еще когда-нибудь говорил со мною так оба€тельно, как в это славное утро, после двух дней непрерывного дожд€, среди осве- женного пол€. ћы долго сидели на краю оврага у еврейского кладбища, любу€сь изумру- дами росы на листь€х деревьев и травах, он рассказывал о трагикомической жизни евреев "черты оседлости", а под глазами его все росли тени уста- лости. Ѕыло уже часов дев€ть утра, когда мы воротились в город. ѕроща€сь со мною, он напомнил: - «начит - пробуете написать большой рассказ, решено? я пришел домой и тотчас же сел писать "„елкаша", - рассказ одесского бос€ка, моего соседа по койке в больнице города Ќиколаева, написал в два дн€ и послал черновик рукописи ¬. √. „ерез несколько дней он привел к моему патрону обиженных кем-то мужи- ков и, сердечно, как только он умел делать, поздравил мен€: - ¬ы написали недурную вещь. ƒаже, пр€мо-таки хороший рассказ! »з це- лого куска сделано... я был очень смущен его похвалой. ¬ечером, сид€ верхом на стуле в своем кабинетике, он оживленно гово- рил: - —овсем не плохо! ¬ы можете создавать характеры, люди говор€т и действуют у вас от себ€, от своей сущности, вы умеете не вмешиватьс€ в течение их мысли, игру чувства, - это не каждому даетс€! ј самое хорошее в этом то, что вы цените человека таким, каков он есть. я же говорил вам, что вы реалист. Ќо, подумав и усмеха€сь, он добавил: - Ќо, в то же врем€ - романтик! », вот что, - вы сидите здесь не бо- лее четверти часа, а курите уже четвертую папиросу... - ќчень волнуюсь... - Ќапрасно. ¬ы и всегда какой-то взволнованный, поэтому, видимо, о вас и говор€т, что вы много пьете.  остей у вас много, м€са - нет, кури- те - не нужно, без удовольстви€, - что это с вами? - Ќе знаю. - ј - пьете много, - есть слух. - ¬рут. - » какие-то оргии у вас там... ѕосмеива€сь, пытливо погл€дыва€ на мен€, он рассказал несколько, не плохо сделанных, сплетен обо мне. ѕотом, пам€тно, сказал: -  огда кто-нибудь немножко высовываетс€ вперед, его - на вс€кий слу- чай - бьют по голове, - это изречение одного студента ѕетровца. - Ќу, так пуст€ки - в сторону, как бы они ни были любезны вам. "„елкаша" напе- чатаем в "–усском Ѕогатстве" да еще на первом месте, это некотора€ от- личка и честь. ¬ рукописи у вас есть несколько столкновений с граммати- кой, очень невыгодных дл€ нее, € это поправил. Ѕольше ничего не трогал, - хотите взгл€нуть? я отказалс€, конечно. –асхажива€ по тесной комнате, потира€ руки, он сказал: - –адует мен€ удача ваша. я чувствовал оба€тельную искренность этой радости, и любовалс€ чело- веком, который говорит о литературе, точно о женщине, любимой им спокой- ной, крепкой любовью, - навсегда. Ќезабвенно хорошо было мне в этот час, с этим лоцманом, € молча следил за его глазами, - в них си€ло так много милой радости о человеке. –адость о человеке - ее так редко испытывают люди, а ведь это вели- чайша€ радость на земле.  ороленко остановилс€ против мен€, положил т€желые руки свои на плечи
в начало наверх
мне. - —лушайте, - не уехать ли вам отсюда? Ќапример, в —амару? “ам у мен€ есть знакомый в "—амарской газете" - хотите, € напишу ему, чтоб он дал вам работу? ѕисать? - –азве € кому-то мешаю здесь? - ¬ам мешают. Ѕыло €сно, что он верит рассказам о моем пь€нстве, "орги€х в бане" и вообще о "порочной" жизни моей, - главнейшим пороком ее была нищета. Ќастойчивые советы ¬. √. мне - уехать из города несколько обижали, но, в то же врем€, его желание извлечь мен€ из "недр порока" трогало за серд- це. ¬зволнованный, € рассказал ему, как живу, он молча выслушал, нахму- рилс€, пожал плечами. - Ќо ведь вы сами должны видеть, что все это совершенно невозможно и - чужой вы во всей этой фантастике. Ќет, вы послушайте мен€! - ¬ам необ- ходимо уехать, переменить жизнь... ќн уговорил мен€ сделать это. --------------- ѕотом, когда € писал в "—амарской газете" плохие ежедневные фельето- ны, подписыва€ их хорошим псевдонимом »егудиил ’ламида,  ороленко посы- лал мне письма, критику€ ока€нную работу мою насмешливо, внушительно, строго, но - всегда дружески. ќсобенно хорошо помню € такой случай: мне до отвращени€ надоел поэт, носивший роковую дл€ него фамилию - —кукин. ќн присылал в редакцию стихи свои сажен€ми, они были неизлечимо малограмотны и чрезвычайно пошлы, их нельз€ было печатать. ∆ажда славы внушила этому человеку оригинальную мысль: он напечатал стихи свои на отдельных листах розовой бумаги и роз- дал их по гастрономическим магазинам города, приказчики завертывали в эту бумагу пакеты ча€, коробки конфет, консервы, колбасы и таким образом обыватель получал в виде премии к покупке своей, поларшина стихов, в них торжественно воспевались городские власти, предводитель двор€нства, гу- бернатор, архиерей.  аждый на свой лад, все эти люди были примечательны и вполне заслужи- вали внимани€, но - архиерей €вл€лс€ особенно выдающейс€ фигурой, он на- сильно окрестил девушку татарку, чем едва не вызвал бунт среди татар це- лой волости, он устроил совершенно идиотский процесс хлыстов; по этому процессу были осуждены люди ни в чем не повинные, - это € хорошо знал. Ќаиболее славен был такой подвиг его: во врем€ поездки по епархии, в не- погожий день, у него сломалась карета около какой-то маленькой, забро- шенной деревеньки, и он должен был зайти в избу кресть€нина. “ам, на полке, около божницы, он увидал гипсовую голову «евса. –азумеетс€, это поразило его. »з расспросов и осмотра других изб, оказалось, что изобра- жение владыки олимпийцев, а также и статуэтка богини ¬енеры есть и еще у нескольких кресть€н, но никто из них не хотел сказать - откуда они вз€ли идолов? Ётого оказалось достаточно, чтоб возбудить уголовное дело о сек- те самарских €зычников, которые поклон€лись богам древнего –има. »доло- поклонников посадили в тюрьму, где они и пробыли до поры, пока следствие не установило, что ими убит и ограблен некий торговец гипсовыми издели€- ми —олдатской слободы в ¬€тке; убив торговца, эти люди дружески раздели- ли между собой его товар и - только. ќдним словом - € был недоволен губернатором, архиереем, городом, ми- ром, самим собою и еще многим. ѕоэтому, в состо€нии запальчивости и раздражени€, € обругал поэта, воспевшего ненавистное мне, приставив к его фамилии - —кукин - слово - сын. ¬. √. тотчас прислал мне длинное и внушительное письмо на тему: даже и за дело руга€ людей, следует соблюдать чувство меры. Ёто было хорошее письмо, но его при обыске отобрали у мен€ жандармы, и оно пропало вместе с другими письмами  ороленко.  стати - о жандармах. –анней весной 97 года мен€ арестовали в Ќижнем и, не очень вежливо, отвезли в “ифлис. “ам, в ћетехском замке, ротмистр  онисский, впос- ледствии начальник ѕетербургского жандармского управлени€, - допрашива€ мен€, уныло говорил: -  акие хорошие письма пишет вам  ороленко, а ведь он теперь лучший писатель –оссии! —транный человек был этот ротмистр: маленький, движени€ м€гкие, осто- рожные, как будто неуверенные; уродливо большой нос грустно опущен, а бойкие глаза - точно чужие на его лице и зрачки их забавно пр€чутс€ ку- да-то в переносицу. - я - земл€к  ороленко, тоже волынец, потомок того епископа  онисско- го, который - помните? - произнес знаменитую речь ≈катерине ¬торой: "ќс- тавим солнце" и т. д. √оржусь этим. я вежливо осведомилс€ - кто больше возбуждает гордость его - предок или земл€к? - » тот и другой, конечно, и тот и другой! ќн загнал зрачки в переносицу, но тотчас громко шмыгнул носом, и зрачки выскочили на свое место. Ѕудучи болен и, потому, сердит, - € за- метил, что плохо понимаю гордость человека, которому чрезмерно любезное внимание жандармов так много мешало и мешает жить, -  онисский благочес- тиво ответил: -  аждый из нас - творит волю пославшего, каждый и все! ѕойдемте да- лее. »так, - вы утверждаете... ј между тем, нам известно... ћы сидели в маленькой комнатке под входными воротами замка. ќкно ее помещалось очень высоко, под потолком, через него, на стол загруженный бумагами, падал луч жаркого солнца и, между прочим, - на позор мой, - освещал клочок бумаги, на котором мною было четко написано: - - Ќе упрекайте лососину за то, что гложет лось осину. я смотрел на эту прокл€тую бумажку и думал: - „то € отвечу ротмистру, если он спросит мен€ о смысле этого изрече- ни€? --------------- Ўесть лет, - с 95 по 901 год, - € не встречал ¬ладимира √алактионови- ча, лишь изредка обменива€сь письмами с ним. ¬ 901 году € впервые приехал в ѕетербург, город пр€мых линий и неоп- ределенных людей. я был "в моде", мен€ одолевала "слава", основательно меша€ мне жить. ѕопул€рность мо€ проникала глубоко: помню, шел € ночью по јничкову мосту, мен€ обогнали двое людей, видимо парикмахеры, и один из них, загл€нув в лицо мое, испуганно вполголоса сказал товарищу: - √л€ди - √орький! “от остановилс€, внимательно осмотрел мен€ с ног до головы и, пропус- тив мимо себ€, сказал с восторгом: - Ёх, дь€вол, - в резинковых калошах ходит! ¬ числе множества удовольствий € сн€лс€ у фотографа с группой членов редакции журнала "Ќачало", - среди них был провокатор и агент охранного отделени€ ћ. √урович. –азумеетс€, мне было крайне при€тно видеть благосклонные улыбки жен- щин, почти обожающие взгл€ды девиц, - и, веро€тно, как все молодые люди, только что ошарашенные славой, - € напоминал индейского петуха. Ќо, бывало, ночами, наедине с собою, вдруг почувствуешь себ€ в поло- жении непойманного уголовного преступника; его окружают шпионы, следова- тели, прокуроры, все они ведут себ€ так, как будто считают преступление несчастием, печальной "ошибкой молодости", и - только сознайс€! - они великодушно прост€т теб€. Ќо - в глубине души каждому из них непобедимо хочетс€ уличить преступника, крикнуть в лицо ему торжествующе: - јга-а! Ќередко приходилось сто€ть в положении ученика, вызванного на публич- ный экзамен по всем отрасл€м знани€. -  ако веруеши? - пытали мен€ начетчики сект и жрецы храмов. Ѕудучи любезным человеком, € сдавал экзамены, обнаружива€ терпение, силе которого сам удивл€лс€; но после пытки словами у мен€ возникало же- лание проткнуть »саакиевский собор јдмиралтейской иглою или совершить что-либо иное, не менее скандальное. √де-то позади добродуши€, почти всегда несколько наигранного, росси€- не скрывают нечто, напоминающее хамоватость. Ёто качество - а, может быть, это метод исследовани€? - выражаетс€ очень разнообразно, главным же образом - в стремлении посетить душу ближнего, как €рмарочный бала- ган, взгл€нуть, какие в ней показываютс€ фокусы, пошвыр€ть, натоптать, насорить пуст€ков в чужой душе, а иногда - опрокинуть что-нибудь и, по примеру ‘омы, тыкать в раны пальцами, очевидно, дума€, что скептицизм апостола равноценен любопытству обезь€н. --------------- ¬. √.  ороленко и в каменном ѕетербурге нашел дл€ себ€ старенький де- рев€нный дом, провинциально уютный, с крашенным полом в комнатах, с лас- ковым запахом старости. ¬. √. поседел за эти годы, кольца седых волос на висках были почти белые, под глазами легли морщины, взгл€д - рассе€нный, усталый. я тотчас почувствовал, что его спокойствие, раньше так при€тное мне, заменилось нервозностью человека, который живет в крайнем напр€жении всех сил души. ¬идимо - не дешево стоило ему ћультанское дело и все, что он, как мед- ведь, ворочал в эти трудные годы. - Ѕессонница у мен€, отча€нно надоедает. ј вы, не счита€сь с туберку- лезом, все так же много курите?  ак у вас легкие? —обираюсь в „ерно- морье, - едем вместе? —ел за стол, против мен€ и, выгл€дыва€ из-за самовара, заговорил о моей работе. - “акие вещи, как "¬аренька ќлесова", удаютс€ вам лучше, чем "‘ома √ордеев". Ётот роман - трудно читать, материала в нем много, пор€дка, стройности - нет. ќн выпр€мил спину так, что хрустнули позвонки и спросил: - „то же вы - стали марксистом?  огда € сказал, что - близок к этому, он невесело улыбнулс€, заметив: - Ќе €сно мне это. —оциализм без идеализма дл€ мен€ - непон€тен. » не думаю, чтобы на сознании общности материальных интересов можно было построить этику, а без этики - мы не обойдемс€. », прихлебыва€ чай, спросил: - Ќу, а как вам нравитс€ ѕетербург? - √ород - интереснее людей. - Ћюди здесь... ќн приподн€л брови и крепко потер пальцами усталые глаза. - Ћюди здесь более европейцы, чем москвичи и наши волжане. √овор€т - ћосква своеобразнее, - не знаю. Ќа мой взгл€д - ее своеобразие - ка- кой-то неуклюжий, туповатый консерватизм. “ам слав€нофилы,  атков и про- чее в этом духе. «десь - декабристы, ѕетрашевцы, „ернышевский... - ѕобедоносцев, - вставил €. - ћарксисты, - добавил ¬. √., усмеха€сь. - » вс€кое иное заострение прогрессивной, т.-е. революционной, мысли. ј ѕобедоносцев-то талантлив, как хотите. ¬ы читали его "ћосковский сборник"? «аметьте - московский все-таки! ќн сразу, нервозно оживилс€ и стал юмористически рассказывать о борьбе литературных кружков, о споре народников с марксистами. я уже кое-что знал об этом, - на другой же день по приезде в ѕетер- бург, € был вовлечен в "историю", о которой € даже теперь вспоминаю с непри€тным чувством; € пришел к ¬. √. дл€ того, чтобы, между прочим, по- говорить с ним по этому поводу. —уть дела такова: редактор журнала "∆изнь" ¬. ј. ѕоссе организовал литературный вечер в честь и пам€ть Ќ. √. „ернышевского, пригласив участвовать ¬. √.  ороленко, Ќ.  . ћихайловского, ѕ. ‘. ћельшина, ѕ. Ѕ. —труве, ћ. ». “уган-Ѕарановского и еще несколько марксистов и народни- ков. Ћитераторы дали свое согласие, полици€ - разрешение. Ќа другой день, по приезде моем в ѕетербург, ко мне пришли два щегол€ студента с кокетливой барышней и за€вили, что они не могут допустить участие ѕоссе в чествовании „ернышевского, ибо "ѕоссе - человек, непри- емлемый дл€ учащейс€ молодежи, он эксплоатирует издателей журнала "∆изнь". я уже более года знал ѕоссе и хот€ считал его человеком ориги- нальным, талантливым, однако - не в такой степени, чтобы он мог и умел эксплоатировать издателей. «нал €, что его отношени€ с ними были товари- щеские, он работал, как ломова€ лошадь, и, получа€ ничтожное вознаграж- дение, жил с большою семьей впроголодь.  огда € сообщил все это юношам, они заговорили о неопределенной политической позиции ѕоссе между народ- никами и марксистами, но - он сам понимал эту неопределенность и статьи свои подписывал псевдонимом ¬ильде. Ѕлюстители нравственности и правове- ри€ рассердились на мен€ и ушли, за€вив, что они пойдут ко всем участни- кам вечера и уговор€т их отказатьс€ от выступлений. ¬ дальнейшем оказалось, что "инцидент в его сущности" нужно рассмат- ривать не как выпад лично против ѕоссе, а "как один из актов борьбы двух направлений политической мысли", - молодые марксисты наход€т, что предс-
в начало наверх
тавител€м их школы неуместно выступать пред публикой с представител€ми народничества "изношенного, издыхающего". ¬с€ эта премудрость была изло- жена в письме, обширном, как доклад, и написанном таким €зыком, что, чи- та€ письмо, € почувствовал себ€ иностранцем. ¬след за письмом от людей, мне неведомых, € получил записку ѕ. Ѕ. —труве, - он извещал мен€, что отказываетс€ выступить на вечере, а через несколько часов, другой запис- кой сообщил, что берет свой отказ назад. Ќо - на другой день отказалс€ ћ. ». “уган-Ѕарановский, а —труве прислал третью записку, на сей раз с решительным отказом и, как в первых двух, без мотивации оного. ¬. √., посмеива€сь, выслушал мой рассказ об этой канители и, юморис- тически грустно, сказал: - ¬от, - приглас€т читать, а выйдешь на эстраду - схват€т, снимут с теб€ штаны и - выпорют. –асхажива€ по комнате, заложив руки за спину, он продолжал вдумчиво и негромко: - “€желое врем€! –астет что-то странное, разлагающее людей. Ќастрое- ние молодежи € плохо понимаю, - мне кажетс€, что среди нее возрождаетс€ нигилизм и €вились какие-то карьеристы-социалисты. √убит –оссию самодер- жавие, а сил, которые могли бы сменить его, - не видно! ¬первые € наблюдал  ороленко настроенным так озабоченно и таким уста- лым. Ѕыло очень грустно.   нему пришли какие-то земцы из провинции, и € ушел. „ерез два-три дн€ он уехал куда-то отдыхать, и € не помню, встречалс€ ли с ним после этого свидани€. III. ќ вреде философии. ... я давно уж почувствовал необходимость пон€ть - как возник мир, в котором € живу, и каким образом € постигаю его. Ёто естественное и - в сущности - очень скромное желание, незаметно выросло у мен€ в неодолимую потребность и, со всей энергией юности, € стал настойчиво обремен€ть знакомых "детскими" вопросами. ќдни искренно не понимали мен€, предлага€ книги Ћ€йэл€ и Ћеббока; другие, т€жело высмеива€, находили, что € зани- маюсь "ерундой"; кто-то дал "»сторию философии" Ћьюиса; эта книга пока- залась мне скучной, - € не стал читать ее. —реди знакомых моих по€вилс€ странного вида студент в изношенной ши- нели, в короткой синей рубахе, которую ему приходилось часто одергивать сзади, дабы скрыть некоторый пробел в нижней части костюма. Ѕлизорукий, в очках, с маленькой, раздвоенной бородкой, он носил длинные волосы "ни- гилиста"; удивительно густые, рыжеватого цвета, они опускались до плеч его пр€мыми, жесткими пр€д€ми. ¬ лице этого человека было что-то общее с иконой "Ќерукотворенного —паса". ƒвигалс€ он медленно, неохотно, как бы против воли; на вопросы, обращенные к нему, отвечал кратко и не то угрю- мо, не то - насмешливо. я заметил, что он, как —ократ, говорит вопроса- ми.   нему относились непри€зненно. я познакомилс€ с ним, и, хот€ он был старше мен€ года на четыре, мы быстро, дружески сошлись. «вали его Ќиколай «ахарович ¬асильев, по спе- циальности он был химик. ѕрекрасный человек, умник, великолепно образованный, он, как почти все талантливые русские люди, имел странности: ел ломти ржаного хлеба, посыпа€ их толстым слоем хинина, смачно чмокал и убеждал мен€, что хинин - весьма вкусное лакомство, а главное - полезен, укрощает буйство "инс- тинкта рода". ќн вообще проделывал над собою какие-то небезопасные опы- ты: принимал бромистый кали и вслед за тем курил опиум, отчего едва не умер в судорогах; прин€л сильный раствор какой-то металлической соли и тоже едва не погиб. ƒоктор - суровый старик, исследовав остатки раство- ра, сказал: - Ћошадь от этого издохла бы. ƒаже, пожалуй, пара лошадей. ¬ам эта штука тоже не пройдет даром, будьте уверены. Ётими опытами Ќиколай испортил себе зубы, все они у него позеленели и выкрошились. ќн кончил все-таки тем, что - намеренно или неча€нно - от- равилс€ в 901 году в  иеве, будучи ассистентом профессора  оновалова и работа€ с индигоидом. ¬ 89 - 90 годах это был крепкий, здоровый человек, чудаковато-забав- ный и веселый наедине со мною, несколько ехидный в компании. ѕомню - мы вз€ли в земской управе какую-то счетную работу, - она давала нам рубль в день, - и вот Ќиколай, согнувшись над столом, поет нарочито-гнусным те- норком на голос "—мотрите здесь - смотрите там". —то двадцать три » двадцать два - —то сорок п€ть —то сорок п€ть! - ѕоет дес€ть минут, полчаса, еще поет, - теноришко его звучит все бо- лее гнусно. Ќаконец - прошу: - ѕерестань. ќн смотрит на стенные часы и - говорит: - ” теб€ очень хороша€ нервна€ система. Ќе вс€кий выдержит спокойно такую пытку в течение сорока семи минут. я одному знакомому медику "јли- луйю" пел, так он на тринадцатой минуте чугунной пепельницей бросил в мен€. ј готовилс€ он на психиатра... Ќиколай посто€нно читал немецкие философские книги и собиралс€ писать сочинение на тему: "√егель и —веденборг". √егелева феноменологи€ духа воспринималась им как нечто юмористическое; лежа на диване, который мы называли  авказским хребтом, он хлопал книгой по животу своему, дрыгал ногами и хохотал почти до слез.  огда € спросил его: над чем он смеетс€ - Ќиколай, сожале€, ответил: - Ќе могу, брат, не сумею об'€снить тебе это, уж очень суемудра€ шту- ка. “ы - не поймешь. Ќо, знаешь ли, - забавнейша€ истори€. ѕосле настойчивых просьб моих он долго, с увлечением говорил мне о "мистике разумного". я, действительно, ничего не пон€л и был весьма огорчен этим. ќ своих зан€ти€х философией он говорил: - Ёто, брат, так же интересно, как сем€чки подсолнуха грызть, и - приблизительно - так же полезно.  огда он приехал из ћосквы на каникулы, €, конечно, обратилс€ к нему с "детскими" вопросами и этим очень обрадовал его. - јга, требуетс€ философи€, превосходно. Ёто € люблю. —и€ духовна€ пища будет дана тебе в потребном количестве. ќн предложил прочесть дл€ мен€ несколько лекций. - Ёто будет легче и, надеюсь, при€тнее дл€ теб€, чем сосать Ћьюиса. „ерез несколько дней, поздно вечером, € сидел в полуразрушенной бе- седке заглохшего сада; €блони и вишни в нем густо обросли лиша€ми, кусты малины, смородины, крыжовника, густо разраслись, закрыв дорожки тыс€чью цепких веток; по дорожкам бродил в сером халате, покашлива€ и ворча, отец Ќикола€, чиновник духовной консистории, страдавший старческим сла- боумием. —о всех сторон возвышались стены каких-то сараев, сад помещалс€ как бы на дне квадратной черной €мы, и чем ближе подходила ночь, тем глубже становилась €ма. Ѕыло душно, со двора доносилс€ т€жкий запах помоев, хо- рошо нагретых за день жарким солнцем июн€. - Ѕудем философствовать, - говорил Ќиколай, причмокива€ и смаку€ сло- ва. ќн сидел в углу беседки, облокот€сь на стол, врытый в землю. ќгонек папиросы, вспыхива€, освещал его странное лицо, отражалс€ в стеклах оч- ков. ” Ќикола€ была лихорадка, он з€бко куталс€ в старенькое пальто, шаркал ногами по земл€ному полу беседки, стол сердито скрипел. я напр€женно слушал пониженный голос товарища. ќн интересно и пон€тно изложил мне систему ƒемокрита, рассказал о теории атомов, как она прин€- та наукой, потом вдруг сказал - "подожди" - и долго молчал, кур€ папиро- су за папиросой. ”же ночь наступила, ночь без луны и звезд; небо над садом было черно, духота усилилась, в соседнем доме психиатра  ащенко трогательно пела ви- олончель, с чердака, из открытого окна доносилс€ старческий кашель. - ¬от что, брат, - заговорил Ќиколай, усиленно кур€ и еще более пони- зив голос, - тебе следует отнестись ко всем этим штукам с великой осто- рожностью! Ќекто, - забыл кто именно, - весьма умно сказал, что убежде- ни€ просвещенных людей так же консервативны, как и навыки мысли негра- мотной, суеверной массы народа. Ёто - еретическа€ мысль, но в ней скрыта печальна€ правда. » выражена она еще м€гко, на мой взгл€д. “ы прими эту мысль и хорошенько помни ее. я хорошо помню эти слова, веро€тно, самого лучшего и дружески искрен- него совета из всех советов, когда-либо данных мне. —лова эти как-то по- шатнули мен€, отозвались в душе гулко и еще более напр€гли мое внимание. - “ы - человек, каким € желаю тебе остатьс€ до конца твоих дней. ѕом- ни то, что уж чувствуешь: свобода мысли - единственна€ и сама€ ценна€ свобода, доступна€ человеку. ≈ю обладает только тот, кто, ничего не при- нима€ на веру, все исследует, кто хорошо пон€л непрерывность развити€ жизни, ее неустанное движение, бесконечную смену €влений действительнос- ти. ќн встал, обошел вокруг стола и сел р€дом со мною. - ¬се, что € сказал тебе - вполне умещаетс€ в трех словах: живи своим умом! ¬от. я не хочу вбивать мои мнени€ в твой мозг; € вообще никого и ничему не могу учить, кроме математики, впрочем. я особенно не хочу именно теб€ учить, понимаешь. я - рассказываю. ј делать кого-то другого похожим на мен€, это, брат, по-моему, свинство. я особенно не хочу, что- бы ты думал похоже на мен€, это совершенно не годитс€ тебе, потому что, брат, € думаю плохо. ќн бросил папиросу на землю, растоптав ее двум€ слишком сильными уда- рами ноги. Ќо тотчас закурил другую папиросу и, нагрева€ на огне спички ноготь большого пальца, продолжал, усмеха€сь невесело: - ¬от, например, € думаю, что человечество до конца дней своих будет описывать факты и создавать из этих описаний более или менее неудачные догадки о существе истины или же, не счита€сь с фактами - творить фанта- зии. ¬ стороне от этого - под, над этим - Ѕог. Ќо - Ѕог - это дл€ мен€ неприемлемо. ћожет быть, он и существует, но - € его не хочу. ¬идишь - как нехорошо € думаю. ƒа, брат... ≈сть люди, которые считают идеализм и материализм совершенно равноценными заблуждени€ми разума. ќни - в поло- жении чертей, которым надоел гр€зный ад, но не хочетс€ и скучной гармо- нии ра€. ќн вздохнул, прислушалс€ к пению виолончели. - ”мные люди говор€т, что мы знаем только то, что думаем по поводу видимого нами, но не знаем - то ли, так ли мы думаем, как надо. ј ты - и в это не верь! »щи сам... я был глубоко взволнован его речью, - € пон€л в ней столько, сколько надо было пон€ть дл€ того, чтоб почувствовать боль души Ќикола€. ¬з€в друг друга за руки, мы с минуту сто€ли молча. ’ороша€ минута! ¬еро€тно - одна из лучших минут счасть€, испытанного мною в жизни. Ёта жизнь, дос- таточно разнообразна€, могла бы дать мне несколько больше таких минут. ¬прочем - человек жаден. Ёто одно из его достоинств, но - по недоразуме- нию, а, вернее, по лицемерию - оно признаетс€ пороком. ћы вышли на улицу и остановились у ворот, слуша€ отдаленный гром. ѕо черным облакам скользили отблески молнии, а на востоке облака уже горели и плавились в огне утренней зари. - —пасибо, Ќиколай! - ѕуст€ки. я пошел. - —лушай-ка, - весело и четко прозвучал голос Ќикола€, - в ћоскве жи- вет нечаевец ќрлов, чудесный старикан. “ак он говорит: - »стина - это только мышление о ней. - Ќу, иди. ƒо завтра. ѕройд€ несколько шагов, € огл€нулс€. Ќиколай сто€л, прислон€сь к столбу фонар€, и смотрел на небо, на восток. —иние струйки дыма поднима- лись над копной его волос. я ушел от него в прекрасном лирическом наст- роении, - вот передо мною открываютс€ "врата великих тайн"! Ќо на другой день Ќиколай развернул передо мною жуткую картину мира, как представл€л его Ёмпедокл. Ётот странный мир, должно быть, особенно привлекал симпатии лектора: Ќиколай рисовал мне его с увлечением, остро- умно, выпукло и чаще, чем всегда, вкусно чмокал. “ак же, как накануне, был поздний вечер, а днем выпал проливной дождь. ¬ саду было сыро, вздыхал ветер, бродили тени, по небу неслись черные клочь€ туч, открыва€ голубые пропасти и звезды, бегущие стреми- тельно. я видел нечто неописуемо страшное: внутри огромной, бездонной чаши, опрокинутой на-бок, нос€тс€ уши, глаза, ладони рук с растопыренными пальцами, кат€тс€ головы без лиц, идут человечьи ноги, кажда€ отдельно от другой, прыгает нечто неуклюжее и волосатое, напомина€ медвед€, шеве- л€тс€ корни деревьев, точно огромные пауки, а ветки и листь€ живут от- дельно от них; летают разноцветные крыль€, и немо смотр€т на мен€ безг- лазые морды огромных быков, а круглые глаза их испуганно прыгают над ни- ми; вот бежит окрыленна€ нога верблюда, а вслед за нею стремительно не- сетс€ рогата€ голова совы, - вс€ видима€ мною внутренность чаши заполне-
в начало наверх
на вихревым движением отдельных членов, частей, кусков, иногда соединен- ных друг с другом иронически безобразно. ¬ этом хаосе мрачной разобщенности, в немом вихре изорванных тел, ве- личественно движутс€, противоборству€ друг другу, Ќенависть и Ћюбовь, неразличимо подобные одна другой, от них изливаетс€ призрачное, голубо- ватое си€ние, напомина€ о зимнем небе в солнечный день, и освещает все движущеес€ мертвенно-однотонным светом. я не слушал Ќикола€, поглощенный созерцанием видени€ и как бы тоже медленно враща€сь в этом мире, изломанном на куски, как будто взорванном изнутри и падающем по спирали в бездонную пропасть голубого, холодного си€ни€. я был так подавлен видимым, что, в оцепенении, не мог сразу от- ветить на вопросы Ќикола€: - “ы уснул? Ќе слушаешь? - Ѕольше не могу. - ѕочему? я об'€снил. - ” теб€, брат, слишком разнузданное воображение, - сказал он, заку- рива€ папиросу. - Ёто не очень похвально. Ќу, что ж, пойдем гул€ть? ѕошли на "ќткос", по улице, вдоль которой блестели лужи, то €вл€€сь, то исчеза€. “ени торопливо ползли по крышам домов и земле. Ќиколай говорил, что тр€пку на бумажных фабриках нужно белить хлорис- тым натром, - это лучше и дешевле. ѕотом рассказывал о работе какого-то профессора, который ищет, как удлинить древесное волокно. ј предо мною все плавали оторванные руки, печальные чьи-то глаза. „ерез день Ќикола€ вызвали телеграммой в ћоскву, в университет, и он уехал, посоветовав мне не заниматьс€ философией до его возвращени€. я осталс€ с тревожным хаосом в голове, с возмущенной душой, а через несколько дней почувствовал, что мозг мой плавитс€ и кипит, рожда€ странные мысли, фантастические видени€ и картины. „увство тоски, высасы- вающей жизнь, охватило мен€, и € стал бо€тьс€ безуми€. Ќо € был храбр, решил дойти до конца страха, - и, веро€тно, именно это спасло мен€. ∆уткие ночи переживал €. —идишь, бывало, на "ќткосе", гл€д€ в мутную даль заволжских лугов, в небо, осыпанное золотой пылью звезд и - вдруг начинаешь ждать, что вот сейчас, в ночной синеве небес, €витс€ круглое, черное п€тно, как отверстие бездонного колодца. ј из него высунетс€ ог- ненный палец и погрозит мне. »ли - по небу, смета€ и гас€ звезды, проползет толста€ сера€ зме€ в лед€ной чешуе и навсегда оставит за собою непроницаемую каменную тьму и тишину.  азалось возможным, что все звезды млечного пути сольютс€ в ог- ненную реку, и вот - сейчас она низринетс€ на землю. ¬друг, на месте ¬олги, разевала серую пасть бездонна€ щель, и в нее отовсюду сбегались, игра€, потоки детей, катились бесконечные вереницы солдат с оркестрами музыки впереди, крестным ходом, текли толпы народа со множеством св€щенников, хоругвей, икон, ехали неисчислимые обозы, шли миллионы мужиков, с палками в руках, котомками за спиной, - все на одно лицо; туда же, в эту щель, всасывались облака, вт€гивалось небо, колесом катилась изломанна€ луна и вихрем сыпались звезды, точно медные снежин- ки. я ожидал, что широка€ плоскость лугов начнет свертыватьс€ в свиток, точно лист бумаги, этот свиток покатитс€ через реку, всосет воду, затем высокий берег реки тоже свернетс€, как береста или кусок кожи на огне, и, когда все видимое превратитс€ в черный свиток, - чь€-то снежно-бела€ рука возьмет его и унесет. »з горы, на которой € сидел, могли выйти большие черные люди с медны- ми головами, они тесной толпой идут по воздуху и наполн€ют мир оглушаю- щим звоном, - от него падают, как срезанные невидимою пилой, деревь€, колокольни, разрушаютс€ дома; и вот - все на земле превратилось в столб зеленовато-гор€щей пыли, осталась только кругла€, гладка€ пустын€ и, посреди - €, один на четыре вечности. »менно - на четыре, € видел эти вечности, - огромные, темно-серые круги тумана или дыма, они медленно вращаютс€ в непроницаемой тьме, почти не отлича€сь от нее своим призрач- ным цветом. ¬идел € Ѕога, - это —аваоф, совершенно такой, каким его изображают на иконах и картинах, - благообразный, седобородый, с равнодушными глазами, одиноко сид€ на большом, т€желом престоле, он шьет золотою иглою и голу- бой ниткой чудовищно длинную белую рубаху, она опускаетс€ до земли проз- рачным облаком. ¬округ Ѕога - пустота, и в нее невозможно смотреть без ужаса, потому что она непрерывно и безгранично ширитс€, углубл€етс€. «а рекою, на темной плоскости вырастает, почти до небес, человечье ухо, - обыкновенное ухо, с толстыми волосами в раковине, - вырастает и - слушает все, что думаю €. ƒлинным, двуручным мечом средневекового палача, гибким как бич, € убивал бесчисленное множество людей, они шли ко мне справа и слева, муж- чины и женщины, все нагие; шли молча, склонив головы, покорно выт€гива€ шеи. —зади мен€ сто€ло неведомое существо, и это его волей € убивал, а оно дышало в мозг мне холодными иглами.  о мне подходила гола€ женщина на птичьих лапах вместо ступней ног, из ее грудей исходили золотые лучи; вот она вылила на голову мне при- горшни жгучего масла, и, вспыхнув точно клок ваты, € исчезал. Ќочной сторож »брагим √убайдуллин, несколько раз поднимал мен€ на верхней аллее "ќткоса" и отводил домой, ласково уговарива€: - «асэм гул€йш больной? Ѕольной - лежать дома нада... »ногда, измученный бредовыми видени€ми, € бежал к реке и купалс€, - это несколько помогало мне. ј дома мен€ ожидали две мыши, прирученные мною. ќни жили за дерев€н- ной обшивкой стены; в ней, на уровне стола, они прогрызли щель и вылеза- ли пр€мо на стол, когда € начинал шуметь тарелками ужина, оставленного дл€ мен€ квартирной хоз€йкой. » вот € видел: забавные животные превращались в маленьких, серых чер- тен€т и, сид€ на коробке с табаком, болтали мохнатыми ножками, важно разгл€дыва€ мен€, в то врем€, как скучный голос, - неведомо чей - шеп- тал, напомина€ тихий шум дожд€: - „ерти дел€тс€ на различные категории, но обща€ цель всех - помогать люд€м в поисках несчастий. - Ёто - ложь! - кричал €, озлобл€€сь. - Ќикто не ищет несчастий... “огда €вл€лс€ Ќикто. я слышал, как он гремит щеколдой калитки, отво- р€ет дверь крыльца, прихожей и - вот он у мен€ в комнате. ќн - круглый, как мыльный пузырь, без рук; вместо лица у него - циферблат часов, а стрелки из моркови; к ней у мен€ с детства идиосинкрази€. я знаю, что это - муж той женщины, которую € люблю, он только переоделс€, чтоб € не узнал его. ¬от он превращаетс€ в реального человека, - толстенького, с русой бородой, м€гким взгл€дом добрых глаз; улыба€сь, он говорит мне все то злое и нелестное, что € думаю о его жене и что никому, кроме мен€, не может быть известно. - ¬он! - кричу € на него. “огда за моей спиной раздаетс€ стук в стену, - это стучит квартирна€ хоз€йка, мила€ и умна€ ‘елицата “ихомирова. ≈е стук возвращает мен€ в мир действительности, € обливаю голову холодной водой и через окно, чтоб не хлопать дверьми, не беспокоить сп€щих, вылезаю в сад, - там сижу до утра. ”тром, за чаем хоз€йка говорит: - ј вы оп€ть кричали ночью... ћне невыразимо стыдно, € презираю себ€. ¬ ту пору € работал как письмоводитель у прис€жного поверенного ј. ». Ћанина, прекрасного человека, которому € очень многим об€зан. ќднажды, когда € пришел к нему, он встретил мен€, бешено размахива€ какими-то бу- магами и крича: - ¬ы - с ума сошли! „то это вы, батенька, написали в апелл€ционной жалобе? »звольте немедл€ переписать, - сегодн€ истекает срок подачи. ”дивительно! - ≈сли это - шутка, то - плоха€, € вам скажу! я вз€л из его рук жалобу и прочитал в тексте ее четко написанное чет- веростишие: - Ќочь бесконечно длитс€. ћуке моей нет меры! ≈сли б умел € молитьс€! ≈сли бы знал счастье веры! ƒл€ мен€ эти стихи были такой же неожиданностью, как и дл€ патрона; € смотрел на них и почти не верил, что это написано мною. ¬ечером, за работой, ј. ». подошел ко мне, говор€: - ¬ы извините, € накричал на вас! Ќо, знаете, - такой случай... „то с вами? ѕоследнее врем€ на вас лица нет, и похудели вы ужасно. - Ѕессонница, - сказал €. - Ќадо полечитьс€. ƒа, надо было что-то делать. ќт этих видений и ночных бесед с разными лицами, которые, неизвестно как, по€вл€лись предо мною и неуловимо исче- зали, едва только сознание действительности возвращалось ко мне, от этой слишком интересной жизни на границе безуми€ необходимо было избавитьс€. я достиг уже такого состо€ни€, что даже и днем, при свете солнца напр€- женно ожидал чудесных событий. Ќаверное € не очень удивилс€ бы, если б любой дом города вдруг переп- рыгнул через мен€. Ќичто, на мой взгл€д, не мешало лошади ломового из- возчика, встав на задние ноги, провозгласить глубоким басом: - јнафема! »ли вот на скамье у бульвара, у стены  ремл€, сидит женщина в соло- менной шл€пе и желтых перчатках. ≈сли € подойду к ней и скажу: - Ѕога нет! ќна удивленно, обиженно воскликнет: -  ак? ј - €? “отчас превратитс€ в крылатое существо и улетит, - вслед за тем вс€ земл€ немедленно порастет толстыми деревь€ми без листьев, с их ветвей и стволов будет капать жирна€, син€€ слизь, а мен€, как уголовного прес- тупника, приговор€т быть двадцать три года жабой и чтоб €, все врем€, день и ночь, звонил в большой, гулкий колокол ¬ознесенской церкви. “ак как мне очень, нестерпимо хочетс€ сказать даме, что Ѕога нет, но € хорошо вижу, каковы будут последстви€ моей искренности, - €, как можно скорее, стороной, почти бегом - ухожу. ¬се - возможно. » возможно, что ничего нет, поэтому мне нужно дотра- гиватьс€ рукой до заборов, стен, деревьев. Ёто несколько успокаивает. ќсобенно - если долго бить кулаком по твердому, - убеждаешьс€, что оно существует. «емл€ - очень коварна: идешь по ней так же уверенно, как все люди, но вдруг ее плотность исчезает под ногами, земл€ становитс€ такой же прони- цаемой как воздух, - остава€сь темной, - и душа стремглав падает в эту тьму бесконечно долгое врем€, - оно длитс€ секунды. Ќебо - тоже ненадежно; оно может в любой момент изменить форму купола на форму пирамиды вершиной вниз, острие вершины упретс€ в череп мой, и € должен буду неподвижно сто€ть на одной точке, до той поры, пока железные звезды, которыми скреплено небо, не перержавеют; тогда оно рассыплетс€ рыжей пылью и похоронит мен€. ¬се возможно. “олько жить невозможно в мире таких возможностей. ƒуша мо€ сильно болела. » если б, два года тому назад, € не убедилс€ личным опытом, как унизительна глупость самоубийства, - наверное, приме- нил бы этот способ лечени€ больной души. ...ћаленький, черный, горбатый психиатр, человек одинокий, умница и скептик, часа два расспрашивал, как € живу, потом, хлопнув мен€ по коле- ну, странно белой рукой, сказал: - ¬ам, дружище, прежде всего надо забросить ко всем черт€м книжки и вообще всю дребедень, которой вы живете. ѕо комплекции вашей, вы человек здоровый, и - стыдно вам так распускать себ€. ¬ам необходим физический труд. Ќасчет женщин - как? Ќу, это тоже не годитс€. ѕредоставьте воздер- жание другим, а себе заведите бабенку, котора€ пожаднее к любовной игре, - это будет полезно. ќн дал мне еще несколько советов, одинаково непри€тных и неприемлемых дл€ мен€, написал два рецепта, затем сказал несколько фраз, очень пам€т- ных мне. - я кое-что слышал о вас, и - прошу извинить, если это не понравитс€ вам - вы кажетесь мне человеком, так сказать, первобытным. ј у первобыт- ных людей фантази€ всегда преобладает над логическим мышлением. ¬се, что вы читали, видели, - возбуждало у вас фантазию, а она - совершенно неп- римирима с действительностью, котора€ хот€ тоже фантастична, но - на свой лад. «атем: один древний умник сказал: " то охотно противоречит, тот не способен научитьс€ ничему дельному". —казано - хорошо. —начала - изучить, потом - противоречить, - так и надо. ѕровожа€ мен€, он повторил с улыбкой веселого чорта: - ј - бабеночка очень полезна дл€ вас. „ерез несколько дней € ушел из Ќижнего в —имбирскую колонию толстов- цев и, прид€ туда, узнал - от кресть€н - трагикомическую историю ее раз- рушени€.
в начало наверх
(ѕродолжение следует).ь тонет героизм отдельных личн 1#_44 ћ. √орький. ј¬“ќЅ»ќ√–ј‘»„≈— »≈ –ј—— ј«џ. ћќ» ”Ќ»¬≈–—»“≈“џ. (ѕродолжение). »так - € еду учитьс€ в  азанский университет, не менее этого. ћысль об университете внушил мне гимназист Ќ. ≈вреинов, милый юноша, красавец с ласковыми глазами женщины. ќн жил на чердаке в одном доме со мною, он часто видел мен€ с книгой в руке, это заинтересовало его, мы познакомились и вскоре ≈вреинов начал убеждать мен€, что € обладаю "иск- лючительными способност€ми к науке". - ¬ы созданы природой дл€ служени€ науке, - говорил он, красиво встр€хива€ гривой длинных волос. я тогда еще не знал, что науке можно служить в роли кролика, а ≈вреи- нов так хорошо доказывал мне: университеты нуждаютс€ именно в таких пар- н€х, каков €. –азумеетс€, была потревожена тень ћихаила Ћомоносова. ≈в- реинов говорил, что в  азани € буду жить у него, пройду за осень и зиму курс гимназии, сдам "кое-какие" экзамены - он так и говорил: "кое-какие" - в университете мне дадут казенную стипендию, и лет через п€ть € буду "ученым". ¬се - очень просто, потому что ≈вреинову было дев€тнадцать лет и он обладал добрым сердцем. —дав свои экзамены, он уехал, а недели через две и € отправилс€ вслед за ним. ѕровожа€ мен€, бабушка советовала: - “ы - не сердись на людей, ты сердишьс€ все, строг и заносчив стал. Ёто - от деда у теб€, а что он, дед? ∆ил, жил, да в дураки и вышел, горький старик. “ы - одно помни: не бог людей судит, это - чорту лестно. ѕрощай, ну... » отира€ с бурых, др€блых щек скупые слезы, она сказала: - ”ж не увидимс€ больше, заедешь ты, непоседа, далеко, а € - помру... «а последнее врем€ € отошел от милой старухи и даже редко видел ее, а тут, вдруг, с болью почувствовал, что никогда уже не встречу человека, так плотно, так сердечно близкого мне. —то€л на корме парохода и смотрел, как она там, у борта пристани, креститс€ одной рукой, а другой, - концом старенькой шали отирает лицо свое, темные глаза, полные си€ни€ неистребимой любви к люд€м. » вот € в полутатарском городе, в тесной квартирке одноэтажного дома. ƒомик одиноко торчал на пригорке, в конце узкой, бедной улицы; одна из его стен выходила на пустырь пожарища; на пустыре густо разраслись сор- ные травы; в заросл€х полыни, репейника и конского щавел€, в кустах бу- зины, возвышались развалины кирпичного здани€; под развалинами - обшир- ный подвал, в нем жили и умирали бездомные собаки. ќчень пам€тен мне этот подвал, один из моих университетов. ≈вреиновы - мать и два сына - жили на нищенскую пенсию. ¬ первые же дни € увидал, с какой трагической печалью маленька€ сера€ вдова, прид€ с базара и разложив покупки на столе кухни, решала трудную задачу: как сделать из маленьких кусочков плохого м€са достаточное количество хоро- шей пищи дл€ трех здоровых парней, не счита€ себ€ самое? Ѕыла она молчалива; в ее серых глазах застыло безнадежное, кроткое упр€мство лошади, изработавшей все силы свои; - тащит лошадка воз в го- ру, и знает - не вывезу, - а все-таки везет. ƒн€ через три после моего приезда, утром, когда дети еще спали, а € помогал ей в кухне чистить овощи, она тихонько и осторожно спросила ме- н€: - ¬ы зачем приехали? - ”читьс€, в университет. ≈е брови поползли вверх вместе с желтой кожей лба. ќна порезала ножом палец себе, высасыва€ кровь опустилась на стул, но, тотчас же вскочив, сказала: - ќ, чорт... ќбернув носовым платком порезанный палец, она похвалила мен€: - ¬ы хорошо умеете чистить картофель. Ќу, еще бы не уметь! » € рассказал ей о моей службе на пароходе. ќна спросила: - ¬ы думаете - этого достаточно, чтоб поступить в университет? ¬ ту пору € плохо понимал юмор. я отнесс€ к ее вопросу серьезно и рассказал ей пор€док действий, в конце которого предо мною должны отк- рытьс€ двери храма науки. ќна вздохнула: - јх, Ќиколай, Ќиколай... ј он в эту минуту вошел в кухню мытьс€, заспанный, взлохмаченный и, как всегда, веселый. - ћама, хорошо бы пельмени сделать. - ƒа, хорошо, - согласилась мать. ∆ела€ блеснуть знанием кулинарного искусства, € сказал, что дл€ пельменей м€со - плохо, да и мало его. “ут ¬арвара »вановна рассердилась и произнесла по моему адресу нес- колько слов настолько сильных, что уши мои налились кровью и стали расти вверх. ќна ушла из кухни, бросив на стол пучок моркови, а Ќиколай, под- мигнув мне, об'€снил ее поведение словами: - Ќе в духе. ”селс€ на скамье и сообщил мне, что женщины вообще - нервнее мужчин, таково свойство их природы, - это неоспоримо доказано одним солидным ученым, кажетс€ - швейцарцем. ƒжон-—тюарт ћилль, англичанин, или кто-то другой, тоже говорил кое-что по этому поводу. Ќиколаю очень нравилось учить мен€, и он пользовалс€ каждым удобным случаем, чтобы втиснуть в мой мозг что-нибудь необходимое, без чего не- возможно жить. я слушал его жадно, затем ‘уко, Ћ€рош-‘уко и Ћ€рош-∆аклен сливались у мен€ в одно лицо, и € не мог вспомнить, кто кому отрубил го- лову: Ћавуазье - ƒюмурье, или - наоборот? —лавный юноша искренно желал "сделать мен€ человеком", он уверенно обещал мне это, но - у него не бы- ло времени и всех остальных условий дл€ того, чтобы серьезно зан€тьс€ мною. Ёгоизм и легкомыслие юности не позвол€ли ему видеть, с каким нап- р€жением сил, с какой хитростью мать вела хоз€йство; еще менее чувство- вал это его брат, т€желый, молчаливый гимназист. ј мне уже давно и тонко были известны сложные фокусы химии и экономии кухни, € хорошо видел из- воротливость женщины, принужденной ежедневно обманывать желудки своих детей и кормить - неизвестно за что - приблудного парн€ непри€тной на- ружности, дурных манер. ≈стественно, что каждый кусок хлеба, падавший на мою долю, ложилс€ камнем на душу мне, - € начал искать какой-либо рабо- ты. — утра уходил из дома, чтоб не обедать, а в дурную погоду - отсижи- валс€ на пустыре, в подвале. “ам, обон€€ запах трупов кошек и собак, под шум ливн€ и вздохи ветра, € скоро догадалс€, что университет - фантази€, и что € поступил бы умнее, уехав в ѕерсию. ј уж € видел себ€ седобородым волшебником, который нашел способ выращивать хлебные зерна об'емом в €б- локо, картофель по пуду весом и вообще успел придумать немало благоде€- ний дл€ земли, по которой так дь€вольски трудно ходить не мне только од- ному. я уже научилс€ мечтать о необыкновенных приключени€х и великих подви- гах. Ёто очень помогало мне в трудные дни жизни, а так как дней этих бы- ло много, - € все более изощр€лс€ в мечтани€х. я не ждал помощи извне и не наде€лс€ на счастливый случай, но во мне постепенно развивалось воле- вое упр€мство, - и чем труднее слагались услови€ жизни, тем крепче и да- же умнее € чувствовал себ€. я очень рано пон€л, что человека создаст его сопротивление окружающей среде. „тобы не голодать, € ходил на ¬олгу, к пристан€м, где легко можно бы- ло заработать п€тнадцать - двадцать копеек. “ам, среди грузчиков, бос€- ков, жуликов, - € чувствовал себ€ куском железа, сунутым в раскаленные угли, - каждый день насыщал мен€ множеством острых, жгучих впечатлений. “ам предо мною вихрем кружились люди оголенно-жадные, люди грубых инс- тинктов, - мне нравилась их злоба на жизнь, нравилось насмешливо враж- дебное отношение ко всему в мире и беззаботное к самим себе. ¬се, что € непосредственно пережил, т€нуло мен€ к этим люд€м, вызыва€ желание пог- рузитьс€ в их едкую среду. Ѕрет-√арт и огромное количество "бульварных" романов еще более возбуждали мои симпатии к этой среде. ѕрофессиональный вор Ѕашкин, бывший ученик ”чительского института, жестоко битый, чахоточный человек, красноречиво внушал мне: - „то ты, как девушка, ежишьс€, али честь потер€ть бо€зно? ƒевке честь - все ее досто€ние, а тебе - только хомут. „естен бык, так он - сеном сыт. –ыженький, бритый точно актер, ловкими, м€гкими движени€ми маленького тела Ѕашкин напоминал котенка. ќн относилс€ ко мне учительно, покрови- тельственно, и € видел, что он от души желает мне удачи, счасть€. ќчень умный, он прочитал немало хороших книг, более всех ему нравилс€ "√раф ћонте- ристо": - ¬ этой книге есть и цель и сердце, - говорил он. Ћюбил женщин и рассказывал о них вкусно чмока€, с восторгом, с ка- кой-то судорогой в разбитом теле; в этой судороге было что-то болезнен- ное, она возбуждала у мен€ брезгливое чувство, но речи его € слушал вни- мательно, чувству€ их красоту. - Ѕаба, баба! - выпевал он, и желта€ кожа его лица разгоралась рум€нцем, темные глаза си€ли восхищением. - –ади бабы € - на все пойду. ƒл€ нее, как дл€ чорта - нет греха! ∆иви влюблен, лучше этого ничего не придумано. ќн был талантливый рассказчик и легко сочин€л дл€ проституток трога- тельные песенки о печал€х несчастной любви, - его песни распевались во всех городах ¬олги, и - между прочим - ему принадлежит широко распрост- раненна€ песн€: Ќе красива €, бедна, ѕлохо € одета, Ќикто замуж не берет ƒевушку за это... ’орошо относилс€ ко мне темный человек “русов, благообразный, щеголе- вато одетый, с тонкими пальцами музыканта. ќн имел в јдмиралтейской сло- боде лавочку с вывеской "„асовых дел мастер", но занималс€ сбытом краде- ного. - “ы, ћаксим, к воровским шалост€м не приучайс€! - говорил он мне, солидно поглажива€ седоватую свою бороду, прищурив хитрые и дерзкие гла- за. - я вижу: у теб€ иной путь, ты человек духовный. - „то значит - духовный? - ј - в котором зависти нет ни к чему, только любопытство... Ёто было неверно по отношению ко мне, завидовал € много и многому; между прочим, зависть мою возбуждала способность Ѕашкина говорить ка- ким-то особенным, стихоподобным ладом, с неожиданными уподоблени€ми и оборотами слов. ¬споминаю начало его повести об одном любовном приключе- нии: - ћутноокой ночью сижу € - как сыч в дупле - в номерах, в нищем горо- де —ви€жске, а - осень, окт€брь, ленивенько дождь идет, ветер дышит, точно обиженный татарин песню т€нет - без конца песн€: о-о-о-у-у-у... ...» вот пришла она, легка€, розова€, как облако на восходе солнца, а в глазах - обманна€ чистота души. ћилый, - говорит честным голосом, - не виновата € против теб€. «наю - врет, а верю - правда. ”мом - твердо знаю, сердцем - не верю, никак. –ассказыва€, он ритмически покачивалс€, прикрывал глаза и часто, м€г- ким жестом касалс€ груди своей против сердца. √олос у него был глухой, тусклый, а слова - €ркие, и что-то со- ловьиное пело в них. «авидовал € “русову, - этот человек удивительно интересно говорил о —ибири, ’иве, Ѕухаре, смешно и очень зло о жизни архиереев и однажды та- инственно сказал о царе јлександре III: - Ётот царь в своем деле мастер! “русов казалс€ мне одним из тех "злодеев", которые в конце романа - неожиданно дл€ читател€ - станов€тс€ великодушными геро€ми. »ногда, в душные ночи, эти люди переправл€лись через речку  азанку, в луга, в кусты и там пили, ели, беседу€ о своих делах, но чаще - о слож- ности жизни, о странной путанице человеческих отношений, а особенно мно- го - о женщинах. ќ них говорилось с озлоблением, с грустью, иногда - трогательно и почти всегда с таким чувством, как будто загл€дыва€ во тьму, полную жутких неожиданностей. я прожил с ними две - три ночи под темным небом с тусклыми звездами, в душном тепле ложбины, густо заросшей кустами тальника. ¬о тьме, влажной от близости ¬олги, ползли во все сто- роны золотыми пауками огни мачтовых фонарей, в черную массу горного бе-
в начало наверх
рега вкраплены огненные комь€ жилы - это свет€тс€ окна трактиров и домов богатого села ”слон. √лухо бьют по воде плицы колес пароходов; надсадно, волками, воют матросы на караване барж; где-то бьет молот по железу; за- унывно т€нетс€ песн€, - тихонько тлеет чь€-то душа, - от песни на сердце пеплом ложитс€ грусть. » еще грустнее слушать тихо скольз€щие речи людей, - люди задумались о жизни и говор€т каждый о своем, почти не слуша€ друг друга. —ид€ или лежа под кустами, они кур€т папиросы, изредка - не жадно - пьют водку, пиво и идут куда-то назад, по пути воспоминаний. - ј вот со мной был случай, - говорит кто-то придавленный к земле ночною тьмой. ¬ыслушав рассказ, люди соглашаютс€: - Ѕывает и так, - все бывает... "Ѕыло", "бывает", "бывало" - слышу €, и мне кажетс€, что в эту ночь люди пришли к последним часам своей жизни - все уже было, больше ничего не будет. Ёто отводило мен€ в сторону от Ѕашкина и “русова, но все-таки - нра- вились мне они, и по всей логике испытанного мною было бы вполне естест- венно, если б € пошел с ними. ќскорбленна€ надежда подн€тьс€ вверх, на- чать учитьс€ - тоже толкала мен€ к ним. ¬ часы голода, злости и тоски € чувствовал себ€ вполне способным на преступление не только против "св€- щенного института собственности". ќднако романтизм юности помешал мне свернуть с дороги, итти по которой € был обречен.  роме гуманного Ѕрет-√арта и бульварных романов € уже прочитал немало серьезных книг, - они возбудили у мен€ стремление к чему-то не€сному, но более значи- тельному, чем все, что € видел. » в то же врем€ у мен€ зародились новые знакомства, новые впечатле- ни€. Ќа пустырь, р€дом с квартирой ≈вреинова собирались гимназисты иг- рать в городки, и мен€ очаровал один из них - √урий ѕлетнев. - —муглый, синеволосый как €понец, с лицом в мелких черных точках, точно натертым порохом, неугасимо веселый, ловкий в играх, остроумный в беседе, - он был насыщен зародышами разнообразных талантов. », как почти все талант- ливые русские люди, он жил на средства данные ему природой, не стрем€сь усилить и развить их. ќблада€ тонким слухом и великолепным чутьем музы- ки, люб€ ее, он артистически играл на гусл€х, балалайке, гармонике; не пыта€сь овладеть инструментом более благородным и трудным. Ѕыл он беден, одевалс€ плохо, но его удальству, бойким движени€м жилистого тела, широ- ким жестам, - очень отвечали изм€та€, рвана€ рубаха, штаны в заплатах и дыр€вые, стоптанные сапоги. ќн был похож на человека, который после длительной и т€жкой болезни только что встал на ноги, или похож был на узника, вчера выпущенного из тюрьмы - все в жизни было дл€ него ново, при€тно, все возбуждало в нем шумное веселье - он прыгал по земле, как ракета-шутиха. ”знав, как мне трудно и опасно жить, он предложил поселитьс€ с ним и готовитьс€ в сельские учител€. » вот € живу в странной, веселой трущобе - "ћарусовке", - веро€тно знакомой не одному поколению казанских студен- тов. Ёто был большой полуразрушенный дом на –ыбнор€дской улице, как буд- то завоеванный у владельцев его голодными студентами, проститутками и какими-то призраками людей, изживших себ€. ѕлетнев помещалс€ в коридоре под лестницей на чердак, там сто€ла его койка, а в конце коридора у окна - стол, стул и это - все. “ри двери выходили в коридор, за двум€ жили проститутки, за третьей - чахоточный математик из семинаристов, длинный, тощий, почти страшный человек, обросший жесткой рыжеватой шерстью, едва прикрытый гр€зным тр€пьем, - сквозь дыры тр€пок жутко светилась синева- та€ кожа и ребра скелета. ќн питалс€, кажетс€, только собственными ногт€ми, об'еда€ их до кро- ви, день и ночь что-то чертил, вычисл€л и непрерывно кашл€л глухо бухаю- щими звуками. ѕроститутки бо€лись его, счита€ безумным, но из-за жалости подкладывали к его двери хлеб, чай и сахар, он поднимал с пола свертки и уносил к себе, всхрапыва€, как устала€ лошадь. ≈сли же они забывали или не могли почему-либо принести ему свои дары, он, открыва€ дверь, хрипел в коридор: - ’леба! ¬ его глазах, провалившихс€ в темные €мы, сверкала гордость маниака, счастливого сознанием своего величи€. »зредка к нему приходил маленький горбатый уродец, с вывернутой ногою, в сильных очках на распухшем носу, седоволосый, с хитрой улыбкой на желтом лице скопца. ќни плотно прикры- вали дверь и часами сидели молча, в странной тишине. “олько однажды, поздно ночью, мен€ разбудил хриплый €ростный крик математика. - ј € говорю - тюрьма! √еометри€ - клетка, да! ћышеловка, да! “юрьма! √орбатый уродец визгливо хихикал, многократно повтор€л какое-то странное слово, а математик вдруг заревел: -   чорту! ¬он!  огда его гость выкатилс€ в коридор, шип€, повизгива€, кута€сь в ши- рокую разлетайку, - математик, сто€ на пороге двери, длинный, страшный, запустив пальцы руки своей в спутанные волосы на голове, хрипел: - Ёвклид - дурак! ƒур-рак... я докажу, что бог умнее грека... » хлопнул дверью настолько сильно, что в его комнате что-то с грохо- том упало. ¬скоре € узнал, что человек этот хочет, исход€ от математики, дока- зать бытие бога, но он умер раньше, чем успел сделать это. ѕлетнев работал в типографии ночным корректором газеты, зарабатыва€ одиннадцать копеек в ночь, и, если € не успевал заработать, мы жили, потребл€€ в сутки четыре фунта хлеба, на две копейки ча€ и на три саха- ра. ј у мен€ не хватало времени дл€ работы, - нужно было учитьс€. я пре- одолевал науки с величайшим трудом, особенно угнетала мен€ грамматика уродливо узкими, окостенелыми формами, € совершенно не умел втискивать в них живой и трудный, капризно-гибкий русский €зык. Ќо скоро, к удо- вольствию моему, оказалось, что € начал учитьс€ "слишком рано" и что, даже сдав экзамены на сельского учител€, не получил бы места, - по воз- расту. ѕлетнев и € спали на одной и той же койке, - € - ночами, он - днем. »зм€тый бессонной ночью, с лицом еще более потемневшим и воспаленными глазами, он приходил рано утром; € тотчас бежал в трактир за кип€тком, - самовара у нас, конечно, не было; потом, сид€ у окна, мы пили чай с хле- бом. √урий рассказывал мне газетные новости, читал забавные стихи алко- голика фельетониста " расное домино" и удивл€л мен€ шутливым отношением к жизни, - мне казалось, что он относитс€ к ней так же, как к толстомор- дой бабе √алкиной, торговке старыми дамскими нар€дами и сводне. ” этой бабы он нанимал угол под лестницей, но платить за "квартиру" ему было нечем, и он платил веселыми шутками, игрою на гармонике и тро- гательными песн€ми, - когда он, тенорком, напевал их, в глазах его си€ла усмешка. Ѕаба √алкина в молодости была хористкой оперы, она понимала толк в песн€х, и нередко из ее нахальных глаз на пухлые, сизые щеки пь€ницы и обжоры, обильно катились мелкие слезинки; она сгон€ла их с ко- жи щек жирными пальцами и потом тщательно вытирала пальцы гр€зным пла- точком. - јх, √урочка, - вздыха€, говорила она, - артист вы! » будь вы чуточ- ку покрасивше - устроила бы € вам судьбу! ”ж сколько € молодых юношев пристроила к женщинам, у которых сердце скучает в одинокой жизни. ќдин из таких "юношев" жил тут же, над нами. Ёто был студент, сын ра- бочего скорн€ка, парень среднего роста, широкогрудый с уродливо узкими бедрами, похожий на треугольник острым углом вниз, угол этот немного от- ломлен, - ступни ног студента были маленькие, точно у женщины. » голова его, глубоко всаженна€ в плечи, тоже мала, украшена щетиной рыжих волос, а на белом, бескровном лице угрюмо таращились выпуклые, зеленоватые гла- за. — великим трудом, вопреки воле отца, голодный, как бездомна€ собака, он исхитрилс€ кончить гимназию и поступить в университет, но у него об- наружилс€ глубокий, м€гкий бас, и ему захотелось учитьс€ пению. √алкина поймала его на этом и пристроила к богатой купчихе лет соро- ка, - сын у нее был уже студент на третьем курсе, дочь кончала учитьс€ в гимназии.  упчиха была женщина тоща€, плоска€, пр€ма€ как солдат, сухое лицо монахини-аскетки, большие, серые глаза, скрытые в темных €мах, оде- та она в черное платье, в шелковую старомодную головку, в ее ушах дрожат серьги с камн€ми €довито-зеленого цвета. »ногда, вечерами или рано по утрам, она приходила к своему студенту, и € с ѕлетневым не раз наблюдал, как эта женщина, точно прыгнув в воро- та, шла по двору решительным шагом. Ћицо ее казалось нам страшным, губы так плотно сжаты, что почти не видны, глаза широко открыты и обреченно, тоскливо смотр€т вперед, но - кажетс€, что она слепа€. Ќельз€ было ска- зать, что она уродлива, но в ней €сно чувствовалось напр€жение, уродую- щее ее, как бы раст€гива€ ее тело и до боли сжима€ лицо. - —мотри, - сказал ѕлетнев, - точно безумна€! —тудент ненавидел купчиху, пр€талс€ от нее, а она преследовала его точно безжалостный кредитор или шпион. - —конфуженный человек €, - ка€лс€ он, выпивши. - » - зачем надо мне петь? ¬едь с такой рожей и фигурой - не пуст€т мен€ на сцену, не пуст€т! - ѕрекрати эту канитель! - советовал ѕлетнев. - ƒа. Ќо жалко мне ее! Ќе выношу, а - жалко! ≈сли бы вы знали, как она - эх... ћы - знали, потому что слышали как эта женщина, сто€ на лестнице, ночью, умол€ла глухим, вздрагивающим голосом: - ’риста ради... голубчик, ну - ’риста ради! ќна была хоз€йкой большого завода, имела дома, лошадей, давала тыс€чи денег на акушерские курсы и, как нища€, просила милостыню ласки. ѕосле ча€ ѕлетнев ложилс€ спать, а € уходил на поиски работы и возв- ращалс€ домой поздно вечером, когда √урию нужно было отправл€тьс€ в ти- пографию. ≈сли € приносил хлеба, колбасы или вареной "требухи", мы дели- ли добычу пополам, и он брал свою часть с собой. ќстава€сь один, € бродил по коридорам и закоулкам "ћарусовки", прис- матрива€сь, как живут новые дл€ мен€ люди. ƒом был очень тесно набит ими и похож на муравьиную кучу. ¬ нем сто€ли какие-то кислые, едкие запахи, и всюду по углам, пр€тались густые, враждебные люд€м тени. — утра до поздней ночи он гудел, - непрерывно трещали машины швеек, хористки опе- ретки пробовали голоса, басовито ворковал гаммы студент, громко деклами- ровал спившийс€, полубезумный актер, истерически орали похмелевшие прос- титутки, и - возникал у мен€ естественный, но неразрешимый вопрос: - «ачем все это? —реди голодной молодежи бестолково болталс€ рыжий, плешивый, скулас- тый человек с большим животом, на тонких ногах, с огромным ртом и зубами лошади, - за эти зубы прозвали его "–ыжий конь". ќн третий год судилс€ с какими-то родственниками, симбирскими купцами и за€вл€л всем и каждому: - ∆ив быть не хочу, а - разорю их в дребезг! Ќищими по миру пойдут, три года будут милостыней жить, - после того € им ворочу все, что отсужу у них, все отдам и спрошу: - что, черти? “о-то! - Ёто - цель твоей жизни,  онь? - спрашивали его. - ¬есь €, всей душой нацелилс€ на это и больше ничего делать не могу. ќн целые дни торчал в окружном суде, в палате, у своего адвоката, часто, вечерами, привозил на извозчике множество кульков, свертков, бу- тылок и устраивал у себ€ в гр€зной комнате с провисшим потолком и кривым полом шумные пиры, приглаша€ студентов, швеек, - всех, кто хотел сытно поесть и немножко выпить. —ам "–ыжий конь" пил только ром, - напиток, от которого на скатерти, платье и даже на полу оставались несмываемые тем- норыжие п€тна; - выпив, он завывал: - ћилые вы мои птицы! Ћюблю вас - честный вы народ! ј € - злой подлец и кр-рокодил, - желаю погубить родственников и - погублю. ≈й богу! ∆ив быть не хочу, а... √лаза " он€" жалобно мигали, и нелепое, скуластое лицо орошалось пь€ными слезами, он стирал их со щек ладонью и размазывал по колен€м, - шаровары его всегда были в масл€ных п€тнах. -  ак вы живете? - кричал он. - √олод, холод, одежа плоха€, - разве это - закон? „ему в такой жизни научитьс€ можно? Ёх, кабы государь знал, как вы живете... », выхватив из кармана пачку разноцветных кредиток, предлагал: -  ому денег надо? Ѕерите, братцы! ’ористки и швейки жадно вырывали деньги из его мохнатой руки, он хо- хотал, говор€: - ƒа, это не вам! Ёто - студентам. Ќо студенты денег не брали. -   чорту деньги! - сердито кричал сын скорн€ка. ќн сам, однажды, пь€ный, принес ѕлетневу пачку дес€тирублевок, см€тых в твердый ком и сказал, бросив их на стол: - ¬от - надо? ћне - не надо... Ћег на койку нашу и зарычал, зарыдал так, что пришлось отпаивать и отливать его водою.  огда он уснул, ѕлетнев попыталс€ разгладить деньги, но это оказалось невозможно: они были так туго сжаты, что надо было смо- чить их водою, чтобы отделить одну от другой. ¬ дымной, гр€зной комнате с окнами в каменную стену соседнего дома - тесно и душно, шумно и кошмарно. " онь" орет всех громче. я спрашиваю его:
в начало наверх
- «ачем вы живете здесь, а не в гостинице? - ћилый - дл€ души! “епло душе с вами... —ын скорн€ка подтверждает: - ¬ерно,  онь! и € - тоже. ¬ другом месте € бы пропал...  онь просит ѕлетнева: - —ыграй! —пой... ѕоложив гусли на колени себе, √урий поет: “ы взойди-ко, взойди, солнце красное... √олос у него м€гкий, проникающий в душу. ¬ комнате становитс€ тихо, все задумчиво слушают жалобные слова и негромкий звон гусельных струн. - ’орошо, чорт! - ворчит несчастный купчихин утешитель. —реди странных жителей старого дома √урий ѕлетнев, облада€ мудростью, им€ которой - веселье, играл роль доброго духа волшебных сказок. ƒуша его, окрашенна€ €ркими красками юности, освещала жизнь фейерверками славных шуток, хороших песен, острых насмешек над обыча€ми и привычками людей, смелыми речами о грубой неправде жизни. ≈му только что исполни- лось двадцать лет, по внешности он казалс€ подростком, но все в доме смотрели на него как на человека, который в трудный день может дать ум- ный совет и всегда способен чем-то помочь. Ћюди получше - любили его, похуже - бо€лись, и даже старый будочник Ќикифорыч всегда приветствовал √ури€ лисьей улыбкой. ƒвор "ћарусовки" - "проходной", поднима€сь в гору, он соедин€л две улицы: –ыбнор€дскую со —таро-√оршечной; на последней, недалеко от ворот нашего жилища приткнулась уютно в уголке будка Ќикифорыча. Ёто - старший городовой в нашем квартале; высокий, сухой старик, уве- шанный медал€ми, лицо у него - умное, улыбка - любезна€, глаза - хитрые. ќн относилс€ очень внимательно к шумной колонии бывших и будущих лю- дей, несколько раз в день его аккуратно вытесанна€ фигура €вл€лась на дворе, шел он не тороп€сь и посматривал в окна квартир взгл€дом смотри- тел€ «оологического сада в клетки зверей. «имою, в одной из квартир были арестованы однорукий офицер —мирнов и солдат ћуратов, георгиевские кава- леры участники јхал-“екинской экспедиции —кобелева; арестовали их, - а также «обкина, ќвс€нкина, √ригорьева,  рылова и еще кого-то за попытку устроить тайную типографию. ј однажды ночью был схвачен жандармами длин- ный, угрюмый житель, которого € прозвал "Ѕлуждающей колокольней". ”тром, узнав об этом, √урий возбужденно растрепал свои черные волосы и сказал мне: - ¬от что, ћаксимыч, тридцать семь чертей, беги, брат, скорее... ќб'€снив, куда нужно бежать, он добавил: - —мотри - осторожнее! ћожет быть, там сыщики... “аинственное поручение страшно обрадовало мен€, и € полетел в јдми- ралтейскую слободу с быстротой стрижа. “ам, в темной мастерской медника, € увидал молодого кудр€вого человека с необыкновенно синими глазами; он лудил кастрюлю, но - был не похож на рабочего. ј в углу, у тисков, во- зилс€, притира€ кран, маленький старичок с ремешком на белых волосах. я спросил медника: - Ќет ли работы у вас? —таричок сердито ответил: - ” нас - есть, а дл€ теб€ - нет! ћолодой, мельком взгл€нув на мен€, снова опустил голову над кастрю- лей. я тихонько толкнул ногою его ногу, - он изумленно и гневно уставил- с€ на мен€ синими глазами, держа кастрюлю за ручку и как бы собира€сь швырнуть ею в мен€. Ќо, увидав, что € подмигиваю ему, сказал спокойно: - —тупай, ступай... ≈ще раз подмигнув ему, € вышел за дверь, остановилс€ на улице; кудр€- вый, пот€гива€сь, тоже вышел и молча уставилс€ на мен€, закурива€ папи- росу: - ¬ы - “ихон? - Ќу, да! - ѕетра арестовали. ќн нахмурилс€, сердито щупа€ мен€ глазами. -  акого это ѕетра? - ƒлинный, похож на дь€кона. - Ќу? - Ѕольше ничего. - ј какое мне дело до ѕетра, дь€кона и всего прочего? - спросил мед- ник, и характер его вопроса окончательно убедил мен€: это не рабочий. я побежал домой, горд€сь тем, что сумел исполнить поручение. “аково было мое первое участие в делах конспиративных. √урий ѕлетнев был близок к ним, но в ответ на мои просьбы ввести мен€ в круг этих дел, говорил: - “ебе, брат, рано! “ы - поучись... ≈вреинов познакомил мен€ с одним таинственным человеком. «накомство это было осложнено предосторожност€ми, которые внушили мне предчувствие чего-то очень серьезного. ≈вреинов повел мен€ за город, на јрское поле, предупрежда€ по дороге, что знакомство это требует от мен€ величайшей осторожности, его надо сохранить в тайне. ѕотом, указав мне вдали не- большую, серую фигурку, медленно шагавшую по пустынному полю, ≈вреинов огл€нулс€, тихо говор€: - ¬от он! »дите за ним и, когда он остановитс€, подойдите к нему, сказав: € приезжий... “аинственное всегда при€тно, но здесь оно показалось мне смешным: знойный €ркий день, в поле серою былинкой качаетс€ одинокий человечек, - вот и все. ƒогнав его у ворот кладбища, € увидал пред собою юношу с ма- леньким, сухим личиком и строгим взгл€дом глаз, круглых как у птицы. ќн был одет в серое пальто гимназиста, но светлые пуговицы отпороты и заме- нены черными, кост€ными, на изношенной фуражке заметен след герба, и во- обще в нем было что-то преждевременно ощипанное, - как будто он торопил- с€ показатьс€ самому себе человеком вполне созревшим. ћы сидели среди могил, в тени густых кустов. „еловек говорил сухо, деловито и весь, насквозь не понравилс€ мне. —трого расспросив мен€, что € читал, он предложил мне заниматьс€ в кружке, организованном им; € сог- ласилс€, и мы расстались, - он ушел первый, осторожно огл€дыва€ пустын- ное поле. ¬ кружке, куда входили еще трое или четверо юношей, € был моложе всех и совершенно не подготовлен к изучению книги ƒж.-—т. ћилл€ с примечани€- ми „ернышевского. ћы собирались в квартире ученика ”чительского институ- та ћиловского, - впоследствии он писал рассказы под псевдонимом ≈леонс- кий и, написав томов п€ть, кончил самоубийством; - как много людей, встреченных мною, ушло самовольно из жизни! Ёто был молчаливый человек, робкий в мысл€х, осторожный в словах. ∆ил он в подвале гр€зного дома и занималс€ стол€рной работой "дл€ равновеси€ тела и души". — ним было скучно. „тение книги ƒж.-—т. ћилл€ не увлекало мен€; - скоро основные положени€ экономики показались очень знакомыми мне; € усвоил их непосредственно, они были написаны на коже моей, и мне казалось, что не стоило писать толстую книгу трудными словами о том, что совершенно €сно дл€ вс€кого, кто тратит силы свои ради благополучи€ и уюта "чужого д€ди". — великим напр€жением высиживал € два, три часа в €ме, насыщенной запахом кле€, рассматрива€, как по гр€зной стене ползают мокрицы. ќднажды вероучитель опоздал притти в обычный час, и мы, дума€, что он уже не придет, устроили маленький пир, купив бутылку водки, хлеба и огурцов. ¬друг мимо окна быстро мелькнули серые ноги нашего учител€, ед- ва успели мы спр€тать водку под стол, как он €вилс€ среди нас, и нача- лось толкование мудрых выводов „ернышевского. ћы все сидели неподвижно, как истуканы, со страхом ожида€, что кто-нибудь из нас опрокинет бутылку ногою. ќпрокинул ее наставник, опрокинул и, взгл€нув под стол, не сказал ни слова. ќх, уж лучше бы он крепко выругалс€! ≈го молчание, суровое лицо и обиженно прищуренные глаза страшно сму- тили мен€. - ѕогл€дыва€ исподлобь€ на багровые от стыда лица моих това- рищей, € чувствовал себ€ преступником против вероучител€ и сердечно жа- лел его, хот€ водка была куплена не по моей инициативе. Ќа чтени€х было скучно, хотелось уйти в “атарскую слободу, где живут какой-то особенной, чистоплотной жизнью добродушные ласковые люди; они говор€т смешно искаженным русским €зыком, по вечерам, с высоких минаре- тов их зовут в мечети странные голоса муэдзинов, - мне думалось, что у татар вс€ жизнь построена иначе, не знакомо мне, не похоже на то, что € знаю и что не радует мен€. ћен€ влекло на ¬олгу к музыке трудовой жизни; эта музыка и до сего дн€ при€тно охмел€ет сердце мое, - мне хорошо пам€тен день, когда € впервые почувствовал героическую поэзию труда. ѕод  азанью села на камень, проломив днище, больша€ баржа с персидс- ким товаром, - артель грузчиков вз€ла мен€ перегружать баржу. Ѕыл сен- т€брь, дул верховый ветер, по серой реке сердито прыгали волны; ветер, бешено срыва€ их гребни, кропил реку холодным дождем. јртель, человек полсотни, угрюмо расположилась на палубе пустой баржи, кута€сь рогожами и брезентом; баржу тащил маленький буксирный пароход, задыха€сь, выбра- сыва€ в дождь красные снопы искр. ¬ечерело. —винцовое, мокрое небо, темне€, опускалось над рекою. √руз- чики ворчали и ругались, проклина€ дождь, ветер, жизнь, лениво ползали по палубе, пыта€сь спр€татьс€ от холода и сырости. ћне казалось, что эти полусонные люди не способны к работе, не спасут погибающий груз.   полуночи доплыли до переката, причалили пустую баржу борт о борт к сидевшей на камн€х, - артельный староста, €довитый старичишка, р€бой хитрец и сквернослов, с глазами и носом коршуна, сорвав с лысого черепа мокрый картуз, крикнул высоким, бабьим голосом: - ћолись, реб€та! ¬ темноте, на палубе баржи, грузчики сбились в черную кучу и заворча- ли как медведи, а староста, кончив молитьс€ раньше всех, завизжал: - ‘онарей! Ќу, молодчики, покажи работу! „естно, детки! — богом - на- чинай! » т€желые, ленивые, мокрые люди начали "показывать работу". ќни точно в бой бросились на палубу и в трюмы затонувшей баржи, - с гиком, ревом, с прибаутками. ¬округ мен€ с легкостью пуховых подушек летали мешки ри- са, тюки изюма, кож, каракул€, бегали коренастые фигуры, ободр€€ друг друга воем, свистом, крепкой руганью. “рудно было поверить, что так ве- село, легко и споро работают те самые т€желые, угрюмые люди, которые только что уныло жаловались на жизнь, на дождь и холод. ƒождь стал гуще, холоднее, ветер усилилс€, рвал рубахи, закидыва€ подолы на головы, обна- жа€ животы. ¬ мокрой тьме при слабом свете шести фонарей метались черные люди, глухо топа€ ногами о палубы барж. –аботали так, как будто изголо- дались о труде, как будто давно ожидали удовольстви€ швыр€ть с рук на руки четырехпудовые мешки, бегом носитьс€ с тюками на спине. –аботали игра€, с веселым увлечением детей, с той пь€ной радостью - делать, слаще которой только об'€ти€ женщины. Ѕольшой бородатый человек в поддевке, мокрый, скользкий - должно быть хоз€ин груза или доверенный его - вдруг заорал возбужденно: - ћолодчики, ведерко ставлю! - –азбойнички, два идет! ƒелай! Ќесколько голосов сразу, со всех сторон тьмы густо р€вкнули: - “ри ведра! - “ри пошло! ƒелай, знай! » вихрь работы еще усилилс€. я тоже хватал мешки, тащил, бросал, снова бежал и хватал, и казалось мне, что и сам €, и все вокруг завертелось в бурной пл€ске, что эти люди могут так страшно и весело работать без устатка, не щад€ себ€ - мес€ца, года, что они могут, ухват€сь за колокольни и минареты города, стащить его с места, куда захот€т. я жил эту ночь в радости не испытанной мною, душу озар€ло желание прожить всю жизнь в этом полубезумном восторге делани€. «а бортами пл€- сали волны, хлестал по палубам дождь, свистел над рекою ветер, - в серой мгле рассвета стремительно и неустанно бегали полуголые, мокрые люди и кричали, сме€лись, любу€сь своей силой, своим трудом. ј, тут еще, ветер разодрал т€желую массу облаков, и на синем, €рком п€тне небес, сверкнул розоватый луч солнца - его встретили дружным ревом веселые звери, встр€- хива€ мокрой шерстью милых морд. ќбнимать и целовать хотелось этих дву- ногих зверей, столь умных и ловких в работе, так самозабвенно увлеченных ею.  азалось, что такому напр€жению радостно раз'€ренной силы ничто не может противосто€ть, она способна соде€ть чудеса на земле, может покрыть всю землю в одну ночь прекрасными дворцами и городами, как об этом гово- р€т вещие сказки. ѕосмотрев минуту, две на труд людей, солнечный луч не одолел т€жкой толщи облаков и утонул среди них, как ребенок в море, а дождь превратилс€ в ливень. - Ўабаш! - крикнул кто-то, но ему свирепо ответили: - я те пошабашу! » до двух часов дн€, пока не перегрузили весь товар, полуголые люди работали без отдыха, под проливным дождем и резким ветром, заставив мен€ благоговейно пон€ть, какими могучими силами богата человеческа€ земл€.
в начало наверх
ѕотом перешли на пароход и там все уснули, как пь€ные, а приехав в  азань, вывалились на песок берега потоком серой гр€зи и пошли в трактир пить три ведра водки. “ам ко мне подошел вор Ѕашкин, осмотрел мен€ и спросил: - „его тобой делали? я с восторгом рассказал ему о работе, он выслушал мен€ и, вздохнув, сказал презрительно: - ƒурак. » - хуже того - идиет! ѕосвистыва€, вил€€ телом как рыба, он уплыл среди тесно составленных столов, - за ними шумно пировали грузчики; в углу кто-то, тенором, запе- вал похабную песню. Ёх, было это дельцо ночною порой, - ¬ышла прогул€тьс€ в садик барын€ - эй! ƒес€ток голосов оглушительно заревел, прихлопыва€ ладон€ми по столам: —торож город сторожит, ¬идит - барын€ лежит... ’охот, свист, и грем€т слова, которым - по отча€нному цинизму - веро- €тно, нет равных на земле. ---------------  то-то познакомил мен€ с јндреем ƒеренковым, владельцем маленькой, бакалейной лавки, спр€танной в конце бедной, узенькой улицы, над овра- гом, заваленным мусором. ƒеренков, сухорукий человечек, с добрым лицом в светлой бородке и ум- ными глазами обладал лучшей в городе библиотекой запрещенных и редких книг, - ими пользовались студенты многочисленных учебных заведений  аза- ни и различные революционно настроенные люди. Ћавка ƒеренкова помещалась в низенькой пристройке к дому скопца-мен€- лы; дверь из лавки вела в большую комнату, ее слабо освещало окно во двор; за этой комнатой - продолжа€ ее - помещалась тесна€ кухн€; за кух- ней в темных сен€х, между пристройкой и домом, в углу пр€талс€ чулан, и в нем скрывалась злокозненна€ библиотека. „асть ее книг была переписана пером в толстые тетради, - таковы были "»сторические письма" Ћаврова, "„то делать?" „ернышевского, некоторые статьи ѕисарева, "÷арь-голод", "’итра€ механика", - все эти рукописи были очень зачитаны, изм€ты.  огда € впервые пришел в лавку, ƒеренков, зан€тый с покупател€ми, кивнул мне на дверь в комнату; € вошел туда и вижу: в сумраке, в углу, стоит на колен€х, умиленно мол€сь, маленький старичок, похожий на порт- рет —ерафима —аровского. „то-то неладное, противоречивое почувствовал €, гл€д€ на старичка. ќ ƒеренкове мне говорили, как о "народнике"; в моем представлении на- родник - революционер, а революционер не должен веровать в бога, - бого- мольный старичок показалс€ мне лишним в этом доме.  ончив молитьс€, он аккуратно пригладил белые волосы головы и бороды, присмотрелс€ ко мне и сказал: - ќтец јндре€. ј вы кто будете? ¬от как? ј € думал - переодетый сту- дент. - «ачем же студенту переодеватьс€? - спросил €. - Ќу, да, - тихо отозвалс€ старик, - ведь как ни переоденьс€ - бог узнает! ќн ушел в кухню, а €, сид€ у окна, задумалс€ и вдруг услыхал возглас: - ¬от он какой! ” кос€ка двери в кухню сто€ла девушка, одета€ в белое; ее светлые во- лосы были коротко острижены, на бледном, пухлом лице си€ли, улыба€сь, синие глаза. ќна была очень похожа на ангела, как их изображают дешевые олеографии. - ќтчего вы испугались? –азве € така€ страшна€? - говорила она тон- ким, вздрагивающим голосом и осторожно, медленно подвигалась ко мне, держась за стену, точно она шла не по твердому полу, а по зыбкому кана- ту, нат€нутому в воздухе. Ёто неумение ходить еще больше уподобл€ло ее существу иного мира. ќна вс€ вздрагивала, как будто в ноги ей впивались иглы, а стена жгла ее детски пухлые руки. » пальцы рук были странно не- подвижны. я сто€л пред нею молча, испытыва€ чувство странного см€тени€ и острой жалости. ¬се необычно в этой темной комнате. ƒевушка села на стул так осторожно, точно бо€лась, что стул улетит из-под нее. ѕросто, как никто этого не делает, она рассказала мне, что только п€тый день начала ходить, а до того почти три мес€ца лежала в постели - у нее отн€лись руки и ноги. - Ёто - нервна€ болезнь така€, - сказала она улыба€сь. ѕомню, мне хотелось, чтобы ее состо€ние было об'€снено как-то иначе; нервна€ болезнь - это слишком просто дл€ такой девушки и в такой стран- ной комнате, где все вещи робко прижались к стенам, а в углу, пред ико- нами слишком €рко горит огонек лампады и по белой скатерти большого, обеденного стола беспричинно ползает тень ее медных цепей. - ћне много говорили о вас, - вот € и захотела посмотреть какой вы, - слышал € детски тонкий голос. Ёта девушка разгл€дывала мен€ каким-то невыносимым взгл€дом, что-то проницательно читающее видел € в синих глазах. — такой девушкой € не мог - не умел - говорить. » молчал, рассматрива€ портреты √ерцена, ƒарвина, √арибальди. »з лавки выскочил подросток одних лет со мною, белобрысый, с наглыми глазами, он исчез в кухне, крикнув ломким голосом: - “ы зачем вылезла, ћарь€? - Ёто мой младший брат, - јлексей, - сказала девушка. - ј € - учусь на акушерских курсах, да вот, захворала. ѕочему вы молчите? ¬ы - застен- чивый? ѕришел јндрей ƒеренков, сунув за пазуху свою сухую руку, молча погла- дил сестру по м€гким волосам, растрепал их и стал спрашивать - какую ра- боту € ищу? ѕотом €вилась рыжекудра€, стройна€ девица с зеленоватыми глазами, строго посмотрела на мен€ и, вз€в белую девушку под руки, увела ее, ска- зав: - ƒовольно, ћарь€! »м€ не шло девушке, было грубо дл€ нее. я тоже ушел, странно взволнованный, а через день, вечером, снова си- дел в этой комнате, пыта€сь пон€ть - как и чем живут в ней? ∆или - странно. ћилый, кроткий старик —тепан »ванович, беленький и как бы прозрачный, сидел в уголке и смотрел оттуда, шевел€ темными губами, тихо улыба€сь, как будто просил: - Ќе трогайте мен€! ¬ нем жил за€чий испуг, тревожное предчувствие несчасти€, - что было €сно мне. —ухорукий јндрей, одетый в серую куртку, замазанную на груди маслом и мукою до твердости древесной коры, ходил по комнате как-то боком, вино- вато улыба€сь, точно ребенок, которому только что простили какую-то ша- лость. ≈му помогал торговать јлексей - ленивый, грубый парень. “ретий брат - »ван, училс€ в ”чительском институте и, жив€ там в интернате, бы- вал дома только по праздникам, - это был маленький, чисто одетый, гладко причесанный человечек, похожий на старого чиновника. Ѕольна€ ћари€ жила где-то на чердаке и редко спускалась вниз, а когда она приходила, € чувствовал себ€ неловко, точно мен€ св€зывало невидимыми путами. ’оз€йство ƒеренковых вела сожительница домохоз€ина-скопца, высока€ худощава€ женщина с лицом дерев€нной куклы и строгими глазами злой мона- хини. “ут же вертелась ее дочь, рыжа€ Ќаст€, - когда она смотрела зеле- ными глазами на мужчин - ноздри ее острого носа вздрагивали. Ќо действительными хоз€евами в квартире ƒеренковых были студенты ”ни- верситета, ƒуховной академии, ¬етеринарного института, - шумное сборище людей, которые жили в настроении забот о русском народе, в непрерывной тревоге о будущем –оссии. ¬сегда возбужденные стать€ми газет, выводами только что прочитанных книг, событи€ми в жизни города и университета, они по вечерам сбегались в лавочку ƒеренкова со всех улиц  азани дл€ €ростных споров и тихого шопота по углам. ѕриносили с собою толстые кни- ги и, тыка€ пальцами в страницы их, кричали друг на друга, утвержда€ ис- тины, кому кака€ нравилась. –азумеетс€, € плохо понимал эти споры, истины тер€лись дл€ мен€ в обилии слов, как звездочки жира в жидком супе бедных. Ќекоторые студенты напоминали мне стариков начетчиков сектантского ѕоволжь€, но € понимал, что вижу людей, которые готов€тс€ изменить жизнь к лучшему, и хот€ иск- ренность их захлебывалась в бурном потоке слов, но - не тонула в нем. «адачи, которые они пытались решать, были €сны мне, и € чувствовал себ€ лично заинтересованным в удачном решении этих задач. „асто мне казалось, что в словах студентов звучат немые думы, и € относилс€ к этим люд€м почти восторженно, как пленник, которому обещают свободу. ќни смотрели на мен€ точно стол€ры на кусок дерева, из которого можно сделать не совсем обыкновенную вещь. - —амородок! - рекомендовали они мен€ друг другу с такой же гор- достью, с какой уличные мальчишки показывают один другому медный п€так, найденный на мостовой. ћне почему-то не нравилось, когда мен€ именовали - "самородком" и "сыном народа", - € чувствовал себ€ пасынком жизни и, порою, очень испытывал т€жесть силы, руководившей развитием моего ума. “ак, увидав в окне книжного магазина книгу, озаглавленную неведомыми мне словами "јфоризмы и максимы", € воспылал желанием прочитать ее и попро- сил студента ƒуховной академии дать мне эту книгу. - «дравствуйте! - иронически воскликнул будущий архиерей, человек с головою негра, - курчавый, толстогубый, зубастый. - Ёто, брат, ерунда. “ы читай, что дают, а в область, тебе не подобающую, - не лезь! √рубый тон учител€ очень задел мен€.  нигу €, конечно, купил, зарабо- тав часть денег на пристан€х, а часть зан€в у јндре€ ƒеренкова. Ёто была перва€ серьезна€ книга, купленна€ мною, она до сей поры сохранилась у мен€. ¬ообще - со мною обращались довольно строго: когда € прочитал "јзбуку социальных наук", мне показалось, что роль пастушеских племен в органи- зации культурной жизни преувеличена автором, а предприимчивые брод€ги, охотники - обижены им. я сообщил мои сомнени€ одному филологу, - а он, стара€сь придать бабьему лицу своему выражение внушительное, целый час говорил мне о "праве критики". - „тоб иметь право критиковать, надо верить в какую-то истину, - во что верите вы? - спросил он мен€. ќн читал книги даже на улице, - идет по панели, закрыв лицо книгой, и толкает людей. ¬ал€€сь у себ€ на чердаке в голодном тифе, он кричал: - ћораль должна гармонически совмещать в себе элементы свободы и при- нуждени€, - гармонически, гар-гар-гарм... Ќежный человек, полубольной от хронического недоедани€, изнуренный упорными поисками прочной истины, он не знал никаких радостей, кроме чтени€ книг, и когда ему казалось, что он примирил противоречи€ двух сильных умов, его милые, темные глаза детски счастливо улыбались. Ћет через дес€ть после жизни в  азани, € снова встретил его в ’арькове; он отбыл п€ть лет ссылки в  емь и снова училс€ в университете. ќн показалс€ мне живущим в муравьиной куче противоречивых мыслей, - погиба€ от тубер- кулеза, он старалс€ примирить Ќицше с ћарксом, харкал кровью и хрипел, хвата€ мои руки холодными липкими пальцами - - Ѕез синтеза - невозможно жить! ќн умер на пути в университет в вагоне трамва€. Ќемало видел € таких великомучеников разума ради, - пам€ть о них св€- щенна дл€ мен€. ƒес€тка два подобных людей собирались в квартире ƒеренкова; среди них был даже €понец, студент ƒуховной академии ѕантелеймон —ато. ѕорою €в- л€лс€ большой, широкогрудый человек, с густою окладистой бородищей и по-татарски бритой головою. ќн казалс€ туго зашитым в серый казакин, глухо застегнутый на крючки до подбородка. ќбыкновенно он сидел где-ни- будь в углу, покурива€ трубку и гл€д€ на всех серыми, спокойно читающими глазами. ≈го взгл€д часто и пристально останавливалс€ на моем лице, € чувствовал, что серьезный этот человек мысленно взвешивает мен€, и, по- чему-то, опасалс€ его. ≈го молчаливость удивл€ла мен€, все вокруг гово- рили громко, много, решительно, и чем более резко звучали слова, тем больше, конечно, они нравились мне, - € очень долго не догадывалс€, как часто в резких словах пр€чутс€ мысли жалкие и лицемерные. ќ чем молчит этот бородатый богатырь? ≈го звали "’охол" и, кажетс€, никто, кроме јндре€, не знал его имени. ¬скоре мне стало известно, что человек этот недавно вернулс€ из ссылки, из якутской области, где он прожил дес€ть лет. Ёто усилило мой интерес к нему, но не внушило мне смелости познакомитьс€ с ним, хот€ € не страдал ни застенчивостью, ни робостью, а, напротив, болел каким-то тревожным любопытством, жаждой все знать и как можно скорее. Ёто качество всю жизнь мешало мне серьезно зан€тьс€ чем-либо одним.
в начало наверх
 огда говорили о народе, € с изумлением и недоверием к себе чувство- вал, что на эту тему не могу думать так, как думают эти люди. ƒл€ них народ €вл€лс€ воплощением мудрости, духовной красоты и добросердечи€, существом почти богоподобным и единосущным, вместилищем начал всего прекрасного, справедливого, величественного. я не знал такого народа. я видел - плотников, грузчиков, каменщиков; знал - якова, ќсипа, √ригори€; а тут говорили именно о единосущном народе и ставили себ€ куда-то ниже его, в зависимость от его воли. ћне же казалось, что именно эти люди воплощают в себе красоту и силу мысли, в них сосредоточена и горит доб- ра€, человеколюбива€ вол€ к жизни, к свободе строительства ее по ка- ким-то новым канонам человеколюби€. »менно человеколюби€ не наблюдал € в человечках, среди которых жил до той поры, а здесь оно звучало в каждом слове, горело в каждом взгл€де. ќсвежающим дождем падали на сердце мое речи народопоклонников, и очень помогла мне наивна€ литература о мрачном житии деревни, о велико- мученике-мужике. я почувствовал, что только очень крепко, очень страстно люб€ человека, можно почерпнуть в этой любви необходимую силу дл€ того, чтоб найти и пон€ть смысл жизни. я перестал думать о себе и начал внима- тельнее относитьс€ к люд€м. јндрей ƒеренков доверчиво сообщил мне, что скромные доходы его тор- говли целиком идут на помощь люд€м, которые вер€т: "счастье народа - прежде всего". ќн вертелс€ среди них, точно искренно верующий дь€чок за архиерейской службой, не скрыва€ восторга пред бойкой мудростью книгоче- ев; счастливо улыба€сь, засунув сухую руку за пазуху, дерга€ другою ру- кой во все стороны м€гкую бородку свою, он спрашивал мен€: - ’орошо? “о-то же! » когда против народников еретически возражал ветеринар Ћавров, - об- ладатель странного голоса, подобного гоготу гус€. - ƒеренков, испуганно закрыва€ глаза, шептал: -  акой смуть€н! ≈го отношение к народникам было сродно моему, но отношение студен- чества к ƒеренкову казалось мне грубоватым и небрежным отношением господ к работнику, трактирному лакею. —ам он этого не замечал. „асто, проводив гостей, он оставл€л мен€ ночевать; мы чистили комнату и потом, лежа на полу, на войлоках, долго дружеским шопотом беседовали во тьме, едва ос- вещенной огоньком лампады. — тихой радостью верующего он говорил мне: - Ќакоп€тс€ сотни, тыс€чи таких хороших людей, займут в –оссии все видные места и сразу перемен€т всю жизнь. ќн был лет на дес€ть старше мен€, и € видел, что рыжеволоса€ Ќаст€ очень нравитс€ ему, он старалс€ не смотреть в ее задорные глаза, при лю- д€х говорил с нею суховато, командующим голосом хоз€ина, но провожал ее тоскующим взгл€дом, а говор€ наедине с нею, смущенно и робко улыбалс€, дерга€ бородку. ≈го маленька€ сестренка наблюдала словесные битвы тоже из уголка; детское лицо ее смешно надувалось напр€жением внимани€, глаза широко открывались, а когда звучали особенно резкие слова, - она шумно вздыха- ла, точно на нее брызнули лед€ной водой. ќколо нее солидным петухом рас- хаживал рыжеватый медик, он говорил с нею таинственным полушопотом и внушительно хмурил брови. ¬се это было удивительно интересно. Ќо - наступила осень, жизнь без посто€нной работы стала невозможна дл€ мен€. ”влеченный всем, что творилось вокруг, € работал все меньше и питалс€ чужим хлебом, а он всегда очень туго идет в горло. Ќужно было искать на зиму "место", и € нашел его в крендельной пекарне ¬асили€ —е- менова. Ётот период жизни очерчен мною в рассказах: "’оз€ин", " оновалов", "ƒвадцать шесть и одна". “€желое врем€! ќднако - поучительное. “€жело было физически, еще т€желее - морально.  огда € опустилс€ в подвал мастерской, между мною и людьми, видеть и слушать которых стало уже необходимо дл€ мен€, выросла "стена забвени€". Ќикто из них не ходил ко мне в мастерскую, а €, работа€ четырнадцать ча- сов в сутки, не мог ходить к ƒеренкову в будни, в праздничные же дни или спал, или же оставалс€ с товарищами по работе. „асть их с первых же дней стала смотреть на мен€ как на забавного шута, некоторые отнеслись с на- ивной любовью детей к человеку, который умеет рассказывать интересные сказки. „орт знает, что € говорил этим люд€м, но, разумеетс€, все, что могло внушить им надежду на возможность иной, более легкой и осмысленной жизни. »ногда это удавалось мне, и, вид€ как опухшие лица освещаютс€ че- ловеческой печалью, а глаза вспыхивают обидой и гневом, - € чувствовал себ€ празднично и с гордостью думал, что "работаю в народе", "просвещаю" его. Ќо, разумеетс€, чаще приходилось мне испытывать мое бессилие, недос- таток знаний, неумение ответить даже на простейшие вопросы жизни, быта. “огда € чувствовал себ€ сброшенным в темную €му, где люди копошатс€, как слепые черви, стрем€сь только забыть действительность и наход€ это заб- вение в кабаках, да в холодных об'€ти€х проституток. ѕосещение публичных домов было об€зательно каждый мес€ц в день получ- ки заработка; об этом удовольствии мечтали вслух за неделю до счастливо- го дн€, а прожив его - долго рассказывали друг другу об испытанных нас- лаждени€х. ¬ этих беседах цинически хвастались половой энергией, жестоко глумились над женщинами, говорили о них брезгливо отплевыва€сь. Ќо - странно! - за всем этим € слышал - мне чудилось - печаль и стыд. я видел, что в "домах утешени€", где за рубль можно было купить женщину на всю ночь, мои товарищи вели себ€ смущенно, виновато, - это казалось мне естественным. ј некоторые из них держались слишком разв€зно, с удальством, в котором € чувствовал нарочитость и фальшь. ћен€ жутко ин- тересовало отношение полов, и € наблюдал за этим с особенной остротою. —ам € еще не пользовалс€ ласками женщины, и это ставило мен€ в непри€т- ную позицию: надо мною зло издевались и женщины, и товарищи. —коро мен€ перестали приглашать в "дома утешени€", за€вив откровенно: - “ы, брат, с нами не ходи. - ѕочему? - “ак, уж! Ќе хорошо с тобой. я цепко ухватилс€ за эти слова, чувству€ в них что-то важное дл€ ме- н€, но не получил об'€снени€ более толкового. - Ёкой, ты! —казано тебе - не ходи. —кушно с тобой... » только јртем сказал, усмеха€сь: - ¬роде, как при попе, али при отце. ƒевицы сначала высмеивали мою сдержанность, потом стали спрашивать с обидой: - Ѕрезгуешь? —орокалетн€€ "девушка" пышна€ и красива€ полька “ереза Ѕорута "эко- номка", гл€д€ на мен€ умными глазами породистой собаки, сказала: - ќставимте ж его, подруги, - у него об€зательно невеста есть - да? “акой силач об€зательно невестой держитс€, больше ничем. јлкоголичка, она пила запоем и пь€на€ была неописуемо отвратительна, а в трезвом состо€нии удивл€ла мен€ вдумчивым отношением к люд€м и спо- койным исканием смысла в их де€ни€х. - —амый же непон€тный народ - это об€зательно студенты јкадемии, да! - рассказывала она моим товарищам. - ќни такое делают с девушками: вел€т помазать пол мылом, постав€т голую девушку на четвереньки, руками - но- гами на тарелки и толкают ее в зад - далеко ли уедет по полу? “ак - од- ну, так и другую. ¬от. «ачем это? - “ы врешь! - сказал €. - ќй, нет! - воскликнула “ереза не обижа€сь, спокойно, и в спо- койствии этом было что-то подавл€ющее. - “ы выдумала это. -  ак же такое можно выдумать девушке? –азве € - сумасшедша€? - спро- сила она, вытаращив глаза. Ћюди прислушивались к нашему спору с жадным вниманием, а “ереза все рассказывала об играх гостей бесстрастным тоном человека, которому нужно только одно: пон€ть - зачем это? —лушатели с отвращением отплевывались, дико ругали студентов, а €, - вид€, что “ереза возбуждает вражду к люд€м уже излюбленным мною, - гово- рил, что студенты люб€т народ, желают ему добра. - “ак то студенты с ¬оскресной улицы, штатские, с университета, € ж говорю о духовных, с јрского пол€! ќни, духовные, - сироты все, а сирота растет об€зательно вором или озорником, плохим человеком растет, он же ни к чему не прив€зан, сирота! —покойные рассказы "экономки" и злые жалобы девушек на студентов, чи- новников, и вообще на "чистую публику", вызывали в товарищах моих не только отвращение и вражду, но почти радость, она выражалась словами: - «начит, образованные-то хуже нас! ћне т€жело и горько было слышать эти слова. я видел, что в полутем- ные, маленькие комнаты стекаетс€, точно в €мы, гр€зь города; вскипает на чадном огне и, насыщенна€ враждою, злобой, снова изливаетс€ в город. я наблюдал, как в этих щел€х, куда инстинкт и скука жизни забивают людей, создаютс€ из нелепых слов трогательные песни о тревогах и муках любви, как возникают уродливые легенды о жизни "образованных людей", зарождает- с€ насмешливое и враждебное отношение к непон€тному, - и видел, что "до- ма утешени€" €вл€ютс€ университетами, откуда мои товарищи вынос€т знани€ весьма €довитого характера. —мотрел €, как по гр€зному полу двигаютс€, лениво шарка€ ногами, "де- вушки дл€ радости", как отвратительно тр€сутс€ их др€блые тела под на- зойливый визг гармоники, или под раздражающий треск струн разбитого пиа- нино, смотрел - и у мен€ зарождались какие-то не€сные, но тревожные мыс- ли. ќт всего вокруг истекала скука, отравл€€ душу бессильным желанием куда-то уйти, где-то спр€татьс€.  огда в мастерской € начинал рассказывать о том, что есть люди, кото- рые бескорыстно ищут путей к свободе, к счастью народа, - мне возражали: - ј, вот, девки не то говор€т про них! » нещадно, с цинической злостью высмеивали мен€, а € был задорным ку- тенком, чувствовал себ€ не глупее и смелее взрослых собак, - € тоже злилс€. Ќачина€ понимать, что думы о жизни - не менее т€желы, чем сама жизнь, €, порою, ощущал в душе вспышки ненависти к упр€мо терпеливым лю- д€м, с которыми работал. ћен€ особенно возмущала их способность терпеть, покорна€ безнадежность, с которой они подчин€лись полубезумным издева- тельствам пь€ного хоз€ина. » - как нарочно - именно в эти т€желые дни мне довелось познакомитьс€ с идеей совершенно новой и хот€ органически враждебной мне, но все-таки очень смутившей мен€. ¬ одну из тех вьюжных ночей, когда кажетс€, что злобно воющий ветер изорвал серое небо в мельчайшие клочь€ и они сыплютс€ на землю, хорон€ ее под сугробами лед€ной пыли, и кажетс€, что кончилась жизнь земли, солнце погашено, не взойдет больше, - в такую ночь, на ћасленой неделе € возвращалс€ в мастерскую от ƒеренковых. Ўагал, закрыв глаза, против вет- ра, сквозь мутное кипение серого хаоса и вдруг - упал, наскочив на чело- века, лежавшего поперек панели. ћы оба выругались, € - по-русски, он - на французском €зыке: - ќ, дь€вол... Ёто возбудило мое любопытство, € подн€л его, поставил на ноги, - он был маленького роста, легкий. “олка€ мен€, он гневно кричал: - ћо€ шапка, чорт вас возьми! ќтдайте шапку! я - замерзну! Ќайд€ в снегу шапку, € встр€хнул ее, надел на его ершистую голову, но он сорвал шапку и, маха€ ею на мен€, ругалс€ на двух €зыках, гнал мен€: - ѕрочь! ¬друг бросилс€ вперед и утонул в кип€щей кашице. »д€ дальше, € снова увидал его - он сто€л, обн€в руками дерев€нный столб погашенного фонар€, и убедительно говорил: - Ћена, € погибаю... о, Ћена... ¬идимо, он был пь€н и, пожалуй, замерз бы, оставь € его на улице. я спросил, где он живет. -  ака€ это улица? - закричал он со слезами в голосе. - я не знаю, куда итти. я обн€л его за талию и повел, допрашива€, где он живет. - Ќа Ѕулаке, - бормотал он, вздрагива€. - Ќа Ѕулаке... там - бани, - дом... Ўагал он неверно, сбивчиво и мешал мне итти; € слышал, как стучали его зубы: - —и тю савэ, - бормотал он, толка€ мен€. - „то вы говорите? ќн остановилс€, подн€л руку и сказал вн€тно, - с гордостью, как пока- залось мне: - —и тю савэ у же те мен... » сунул пальцы руки в рот себе, кача€сь, почти пада€. ѕрисев, € вз€л его на спину себе и понес, а он, упира€сь подбородком в череп мой, вор- чал: - —и тю савэ у... Ќо € замерзаю, о, боже... Ќа Ѕалаке € с трудом добилс€ у него - в каком доме он бивет; наконец, мы влезли в сени маленького флигел€, спр€танного в глубине двора и вих- р€х снега. ќн нащупал дверь, осторожно постучал и зашипел: - Ўш! “ише...
в начало наверх
ƒверь открыла женщина в красном капоте, с зажженой свечей в руке; ус- тупив нам дорогу, она молча отошла в сторону и, вынув откуда-то лорнет, стала рассматривать мен€. я сказал ей, что у человека, кажетс€, застыли руки и его необходимо раздеть, уложить в постель. - ƒа? - спросила она звучно и молодо. - –уки нужно опустить в холодную воду... ќна молча указала лорнетом в угол, там, на мольберте сто€ла картина, - река, деревь€. я удивленно взгл€нул в лицо женщины странно неподвиж- ное, а она отошла в угол комнаты, к столу, на котором горела лампа под розовым абажуром, села там и, вз€в со стола валета червей, стала расс- матривать его. - ” вас нет водки? - громко спросил €. ќна не ответила, раскладыва€ по столу карты. „еловек, которого € привел, сидел на стуле, низко накло- нив голову, свесив вдоль туловища красные руки. я положил его на диван и стал раздевать, ничего не понима€, жив€ как во сне. —тена предо мною, над диваном была сплошь покрыта фотографи€ми, среди них тускло светилс€ золотой венок в белых бантах ленты, на конце ее золотыми буквами было напечатано: "Ќесравненной ƒжильде". - „орт побери - тише! - застонал человек, когда € начал растирать его руки. ∆енщина озабоченно и молча раскладывала карты. Ћицо у нее остроносое, птичье, его освещают большие, неподвижные глаза. ¬от она руками девоч- ки-подростка взбила седые свои волосы, пышные, точно парик, и спросила тихо, но звучно: - “ы видел ћишу, ∆орж? ∆орж оттолкнул мен€, быстро сел и торопливо сказал: - Ќо, ведь, он уехал в  иев... - ƒа, в  иев, - повторила женщина, не отвод€ глаз от карт, и € заме- тил, что голос ее звучит однотонно, не выразительно. - ќн скоро приедет... - ƒа? - ќ, да! —коро. - ƒа? - повторила женщина. ѕолураздетый ∆орж соскочил на пол и в два прыжка встал на колено у ног женщины, говор€ ей что-то по-французски. - я спокойна, - по-русски ответила она. - я - заплуталс€, знаешь? ћетель, страшный ветер, € думал замерзну. ћы немного пили, - торопливо рассказывал ∆орж, глад€ ее руку, лежавшую на колене. ≈му было лет сорок, красное толстогубое лицо его с черными усами казалось испуганным, тревожным, он крепко потирал седую щетину во- лос на своем круглом черепе и говорил все более трезво. - ћы завтра едем в  иев, - сказала женщина, не то - спрашива€, не то - утвержда€. - ƒа, завтра! » тебе нужно отдохнуть. ѕочему ты не л€жешь? ”же очень поздно... - ќн не приедет сегодн€ - ћиша? - ќ, нет! “ака€ метель... »дем, л€г... ќн увел ее в маленькую дверь за шкафом книг, вз€в лампу со стола. я долго сидел один, ни о чем не дума€, слуша€ его тихий, сиповатый голос. ћохнатые лапы шаркали по стеклам окна. ¬ луже раста€вшего снега робко отражалось плам€ свечи.  омната была тесно заставлена вещами, теплый странный запах наполн€л ее, усыпл€€ мысль. ¬от ∆орж €вилс€, пошатыва€сь, держа в руках лампу, абажур ее дробно стучал о стекло. - Ћегла. ѕоставил лампу на стол, задумчиво остановилс€ среди комнаты и загово- рил, не гл€д€ на мен€: - Ќу, что же? Ѕез теб€, веро€тно, € бы погиб... —пасибо! “ы кто? ќн склонил голову на-бок, прислушива€сь к шороху в соседней комнате и вздрагива€. - Ёто ваша жена? - тихонько спросил €. - ∆ена. ¬се. ¬с€ жизнь! - раздельно, не громко, гл€д€ в пол, сказал этот человек и снова начал крепко растирать голову ладон€ми. - „аю выпить, - а? ќн рассе€нно пошел к двери, но остановилс€, вспомнив, что прислуга об'елась рыбой и ее отправили в больницу. я предложил поставить самовар, он согласно кивнул головой и, видимо, забыв, что полураздет, шлепа€ босыми ногами по мокрому полу, отвел мен€ в маленькую кухню. “ам, прислон€сь спиной к печке, он повторил: - Ѕез теб€ € бы замерз, - спасибо! » вдруг, вздрогнув, уставилс€ на мен€ испуганно расширенными глазами. - „то же было бы с нею тогда? ќ, господи... Ѕыстро, шопотом, гл€д€ в темную дыру двери, он сказал: - “ы видишь, - она больна€. ” нее застрелилс€ сын, музыкант, в ћоск- ве, а она все ждет его, вот уже два года, почти... ѕотом, когда мы пили чай, он бессв€зно, не обычными словами расска- зал, что женщина - помещица, он - учитель истории, был репетитором ее сына, влюбилс€ в нее, она ушла от мужа-немца, барона, - пела в опере, они жили очень хорошо, хот€ первый муж ее вс€чески старалс€ испортить ей жизнь. –ассказывал он, как будто чита€ не€сно написанное, прищурив глаза, напр€женно присматрива€сь к чему-то в полутьме гр€зной кухни, с прогнив- шим у печки полом. ќбжигалс€, прихлебыва€ чай, лицо его морщилось, круг- лые глаза пугливо мигали. - “ы - кто? - еще раз спросил он. - ƒа, - крендельщик, рабочий. - —транно, не похоже. „то это значит? —лова его звучали беспокойно, он смотрел на мен€ недоверчиво, взгл€- дом затравленного. я кратко рассказал о себе. - ¬от как? - тихо воскликнул он. - ƒа, вот как... » вдруг оживилс€, спрашива€: - “ы знаешь сказку о "√адком утенке"? „итал? Ћицо его исказилось, он начал говорить с гневом, изумл€€ мен€ неес- тественными - до визга - повышени€ми сиповатого голоса. - Ёта сказка - соблазн€ет! ¬ твои годы € тоже подумал - не лебедь ли €? » - вот... ƒолжен был итти в академию - пошел в университет. ќтец - св€щенник - отказалс€ от мен€. »зучал - в ѕариже - историю несчастий че- ловечества, историю прогресса. ѕисал, да. ќ, как все это... ќн подскочил на стуле, прислушалс€ и затем сказал мне: - ѕрогресс - это выдумано дл€ самоутешени€! ∆изнь - неразумна, лишена смысла. Ѕез рабства - нет прогресса, без подчинени€ большинства меньшинству - человечество остановитс€ на пут€х своих. ∆ела€ облегчить нашу жизнь, наш труд, мы только усложн€ем ее, увеличиваем труд. ‘абрики и машины дл€ того, чтобы делать еще и еще машины, это - глупо. ¬се больше становитс€ рабочих, а необходим только кресть€нин, производитель хлеба. ’леб - это все, что надо вз€ть трудом у природы. „ем меньше нужно человеку - тем более он счастлив, чем больше желаний - тем меньше свобо- ды. Ѕыть может - не в этих словах, но именно эти оглушающие мысли впервые слышал €, да еще в такой резкой, оголенной форме. „еловек, взвизгнув от возбуждени€, бо€зливо останавливал взгл€д на двери, открытой во внутрен- ние комнаты, минуту слушал тишину и снова шептал почти с €ростью. - ѕойми, - каждому нужно немного: кусок хлеба и женщину... «аговорив о женщине таинственным шопотом, словами, которых € не знал, стихами, которых не читал, - он вдруг стал похож на вора Ѕашкина. - Ѕеатриче, ‘иаметта, Ћаура, Ќинон, - шептал он имена незнакомые мне и рассказывал о каких-то влюбленных корол€х, поэтах, читал французские стихи, отсека€ ритмы тонкой, голой до локт€ рукою. - Ћюбовь и голод прав€т миром, - слышал € гор€чий шопот и вспомнил, что эти слова напечатаны под заголовком революционной брошюры "÷арь-го- лод", - это придавало им в моих мысл€х - особенно веское значение. - Ћюди ищут забвени€, утешени€, а не - знани€! Ёта мысль окончательно поразила мен€. я ушел из кухни утром, - маленькие часы на стене показывали шесть с минутами. Ўагал в серой мгле по сугробам, слуша€ вой метели и вспомина€ €ростные взвизгивани€ разбитого человека; чувствовал, что его слова ос- тановились где-то в горле у мен€, душат. Ќе хотелось итти в мастерскую видеть людей, - и, таска€ на себе кучу снега, € шаталс€ по улицам “а- тарской слободы до поры, когда стало светло и среди волн снега начали ныр€ть фигуры жителей города. Ѕольше € никогда не встречал учител€ и не хотел встретить его. Ќо впоследствии € неоднократно слышал речи о бессмыслии жизни и бесполез- ности труда, - их говорили безграмотные странники, бездомные брод€ги, "толстовцы" и высоко-культурные люди. √оворил об этом иеромонах, магистр богослови€, химик, работавший по взрывчатым веществам, биолог, - неови- талист и многие еще. Ќо эти идеи уже не вли€ли на мен€ так ошеломл€юще, как тогда, когда € впервые познакомилс€ с ними. » только, вот, года два тому назад - спуст€ более тридцати лет после первой беседы на эту тему - € неожиданно услышал те же мысли и почти в тех же словах от старого знакомого моего, рабочего. ќднажды у мен€ с ним зав€залась беседа "по душе" и этот человек, не- весело усмеха€сь, сказал мне с тою бесстрашной искренностью, которой об- ладают, кажетс€, только русские люди. - ј. ћ., - милый, - ничего не надо, никуда все это: академии, науки, аэропланы, - лишнее! Ќадобно только угол тихий и - бабу, чтоб € ее цело- вал, когда хочу, а она мне честно - душой и телом - отвечала, - вот! ¬ы - по интеллигентски рассуждаете, вы - уж не наш, а - отравленный чело- век, дл€ вас иде€ выше людишек, вы по-еврейски думаете: человек - дл€ субботы? - ≈вреи не думают так... ћы сидели на набережной Ќевы, на гранитной скамье, лунной ночью осе- ни, оба истерзанные днем бесполезных волнений, упр€мого, но безуспешного желани€ сделать что-то доброе, полезное. - ¬ы с нами, а - не наш, вот что € говорю, - продолжал он вдумчиво, тихо. - »нтеллигентам при€тно беспокоитьс€, они издал€ веков присовоку- пились к бунтам.  ак ’ристос был идеалистом и бунтовал дл€ надземных це- лей, так и вс€ интеллигенци€ бунтует дл€ утопии. Ѕунтует - идеалист, а с ним никчемность, негод€йство, сволочь, и все - со зла: вид€т они, что места в жизни нет дл€ них. –абочий восстает дл€ революции, - ему нужно добитьс€ правильного распределени€ орудий и продуктов труда. «ахватив власть окончательно, - думаете, согласитс€ он на государство? Ќи за что. ¬се разойдутс€, и каждый, за свой страх, устроит себе спокойный уго- лок... “ехника, говорите? “ак она еще туже зат€гивает петлю на шее на- шей, еще крепче в€жет нас. Ќет, надо освободитьс€ от лишнего труда. „е- ловек поко€ хочет. ‘абрики да науки поко€ не дадут. ќдному - немного на- до. «ачем € буду город громоздить, когда мне только маленький домик ну- жен? √де кучей живут, там - и водопроводы, и канализаци€, и электричест- во. ј попробуйте без этого жить, - как легко будет! Ќет, много лишнего у нас, и все это - от интеллигенции. ѕотому € и говорю: интеллигенци€ - вредна€ категори€. я сказал, что никто не умеет так глубоко и решительно обессмысливать жизнь, как это делаем мы, русские. - —амый свободный народ по духу, - усмехнулс€ мой собеседник. - “олько, - вы не сердитесь, € правильно рассуждаю, так миллионы наши ду- мают, да - сказать не умеют... ∆изнь надо устроить проще, тогда она бу- дет милосерднее к люд€м... „еловек этот никогда не был "толстовцем", не обнаруживал склонности к анархизму, - € хорошо знаю историю его духовного развити€. ѕосле беседы с ним € невольно подумал: а что, если, действительно, миллионы русских людей только потому терп€т т€гостные муки революции, что лелеют в глубине души надежду освободитьс€ от труда? ћинимум труда, - максимум наслаждени€, это очень заманчиво и увлекает, как все неосу- ществимое, как вс€ка€ утопи€*1. » мне вспомнились стихи √енрика »бсена: я консерватор? ќ, нет! я все тот же, кем был всю жизнь, - Ќе люблю перемещать фигуры, Ќо - хотел бы смешать всю игру. ѕомню только одну революцию, - ќна была умнее последующих » могла бы все разрушить - –азумею, конечно, ¬семирный потоп. Ќо - и тогда дь€вола надули! ¬ы знаете - Ќой стал диктатором. ќ, если это можно сделать честнее, я не откажусь помочь ¬ам, -
в начало наверх
¬ы хлопочете о ¬семирном потопе, я же, с радостью, суну торпеду под ковчег. _______________ *1 ќт редакции. –едакци€ ни в какой мере не раздел€ет этих пессимис- тических раздумий ј. ћ. Ќеверные вообще они опровергаютс€ в особенности художественным творчеством тов. √орького, в частности его автобиографи- ческими рассказами, где так много странствующих, путешествующих, неуго- монных, беспокойных протестантов, как и в других вещах ј. ћ. Ћавка ƒеренкова давала ничтожный доход, а количество людей и "дели- шек", нуждавшихс€ в материальной помощи, - все возрастало. - Ќадо придумать что-нибудь, - озабоченно пощупыва€ бородку, говорил јндрей и виновато улыбалс€, т€жко вздыхал. ћне казалось, что этот человек считает себ€ осужденным на бессрочную каторгу помощи люд€м и, хот€ примирилс€ с наказанием, но все-таки порою оно т€готит его. Ќе однажды, разными словами, € спрашивал: - ѕочему вы делаете это? ќн, видимо не понима€ моих вопросов, отвечал на вопрос - дл€ чего? - говорил книжно и невразумительно о т€желой жизни народа, о необходимости просвещени€, знани€. - ј - хот€т, ищут люди знани€? - Ќу, как же!  онечно! ¬едь вы - хотите? ƒа, € - хотел. Ќо - € помнил слова учител€ истории: "Ћюди ищут забвени€, утешени€, а не - знани€". ƒл€ таких острых идей - вредна встреча с людьми семнадцати лет от ро- ду; идеи притупл€ютс€ от этих встреч, люди тоже не выигрывают. ћне стало казатьс€, что € всегда замечал одно и то же: люд€м нрав€тс€ интересные рассказы только потому, что позвол€ют им забыть на час време- ни т€желую, но привычную жизнь. „ем больше "выдумки" в рассказе, тем жаднее слушают его. Ќаиболее интересна та книга, в которой много краси- вой "выдумки".  ратко говор€ - € плавал в чадном тумане. ƒеренков придумал открыть булочную. ѕомню, - было совершенно точно высчитано, что это предпри€тие должно давать не менее тридцати п€ти про- центов на каждый оборот рубл€. я должен был работать "подручным" пекар€ и, как "свой человек", следить, чтоб оный пекарь не воровал муку, €йца, масло и выпеченный товар. » вот € переселилс€ из большого гр€зного подвала в маленький, почище, - забота о чистоте его лежала на моей об€занности. ¬место артели в сорок человек предо мною был один, - у него седые виски, остра€ бородка, су- хое, копченое лицо, темные, задумчивые глаза и странный рот: маленький - точно у окун€, губы пухлые, толстые и сложены так, как будто он мысленно целуетс€. » что-то насмешливое светитс€ в глубине глаз. ќн, конечно, воровал, - в первую же ночь работы он отложил в сторону дес€ток €иц, фунта три муки и солидный кусок масла. - Ёто - куда пойдет? - ј это пойдет одной девченочке, - дружески сказал он и, сморщив пе- реносье, добавил: - ’а-ароша€ девченка! я попробовал убедить его, что воровство считаетс€ преступлением. Ќо - или у мен€ не хватило красноречи€, или € сам был недостаточно крепко убежден в том, что пыталс€ доказать, - речь мо€ не имела успеха. Ћежа на ларе теста и гл€д€ в окно на звезды, пекарь удивленно забор- мотал: - ќн мен€ - учит! ѕервый раз видит и - готово! - учит. ј сам втрое моложе мен€. —мешно... ќсмотрел звезды и спросил: - Ѕудто видел € теб€ где-то, - ты у кого работал? ” —еменова? Ёто где бунтовали? “ак. Ќу, значит, € теб€ во сне видел... „ерез несколько дней € заметил, что человек этот может спать сколько угодно и в любом положении, даже сто€, опершись на лопату. «асыпа€, он приподнимал брови и лицо его странно измен€лось, принима€ иронически удивленное выражение. ј любимой темой его были рассказы о кладах и снах. ќн убежденно говорил: - «емлю € вижу насквозь, и вс€ она, как пирог, кладами начинена: кот- лы денег, сундуки, чугуны везде зарыты. Ќе раз бывало: вижу во сне зна- комое место, скажем, баню, - под углом у ней сундук серебр€ной посуды зарыт. ѕроснулс€ и пошел ночью рыть, аршина полтора вырыл, - гл€жу - уг- ли и собачий череп. ¬от оно, - нашел!.. ¬друг - трах! - окно вдребезги, и баба кака€-то орет неистово: -  араул, воры!  онечно - убежал, а то бы - избили. —мешно. я часто слышу это слово: смешно! - но »ван Ћутонин не смеетс€, а только, улыбчиво прищурив глаза, морщит переносицу, расшир€€ ноздри. —ны его - не затейливы, они так же скучны и нелепы, как действи- тельность, и € не понимаю: почему он сны свои рассказывал с увлечением, а о том, что живет вокруг него - не любит говорить? ¬есь город взволнован: застрелилась, приехав из-под венца, насильно выданна€ замуж дочь богатого торговца чаем. «а гробом ее шла толпа моло- дежи, несколько тыс€ч человек, над могилой студенты говорили речи, поли- ци€ разгон€ла их. ¬ маленьком магазине р€дом с пекарней все кричат об этой драме, комната за магазином набита студентами, к нам в подвал доно- с€тс€ возбужденные голоса, резкие слова. -  осы ей драли мало, девице этой, - говорит Ћутонин, и вслед за этим сообщает: - Ћовлю, будто, € карасей в пруде, вдруг - полицейский: стой, как ты смеешь? Ѕежать некуда, нырнул € в воду и - проснулс€. Ќо, хот€ действительность протекала где-то за пределами его внимани€, - он скоро почувствовал, что в булочной есть что-то необычайное: в мага- зине торгуют девицы, неспособные к этому делу, читающие книжки - сестра хоз€ина и подруга ее, больша€, розовощека€, с ласковыми глазами. ѕрихо- д€т студенты, долго сид€т в комнате за магазином, и кричат или шепчутс€ о чем-то. ’оз€ин бывает редко, а € - "подручный" - €вл€юсь, как будто, управл€ющим булочной. - –одственник ты хоз€ину? - спрашивает Ћутонин. - ј, может, он теб€ в з€ть€ прочит? Ќет. —мешно. ј - зачем студенты шл€ютс€? ƒл€ барышень... Ќ-да. Ќу, это может быть... ’от€ барышни незначительно вкусно-красивы... —тудентишки-то, наверно, больше - ед€т булки, чем дл€ барышень старают- с€... ѕочти ежедневно в п€ть, шесть часов утра, на улице, у окна пекарни €вл€етс€ коротконога€ девушка; сложенна€ из полушарий различных разме- ров, она похожа на мешок арбузов. —пустив голые ноги в €му перед окном, она, позевыва€, зовет: - ¬ан€! Ќа голове у нее пестрый платок, из-под него выбиваютс€ курчавые, светлые волосы, осыпа€ мелкими колечками ее красные, м€чами надутые ще- ки, низенький лоб, щекоча полусонные глаза. ќна лениво отмахивает волосы с лица маленькими руками, пальцы их забавно растопырены, точно у ново- рожденного ребенка. »нтересно - о чем можно говорить с такой девицей. я бужу пекар€, он спрашивает ее: - ѕришла? - ¬идишь. - —пала? - Ќу, а как же? - „то видела во сне? - Ќе помню... “ихо в городе. ¬прочем - где-то шаркает метла дворника, чирикают только что проснувшиес€ воробьи. ¬ стекла окон упираютс€ тепленькие лучи восход€щего солнца. ќчень при€тны мне эти задумчивые начала дней. ¬ыт€- нув в окно волосатую руку, пекарь щупает ноги девицы, она подчин€етс€ исследованию равнодушно, без улыбки, мига€ овечьими глазами. - ѕешков, вынимай сдобное, пора. я вынимаю из печи железные листы, пекарь хватает с них дес€ток плю- шек, слоек, саек, броса€ их в подол девушке, а она, перебрасыва€ гор€чую плюшку с ладони на ладонь, кусает ее желтыми зубами овцы, обжигаетс€ и сердито стонет, мычит. Ћюбу€сь ею, пекарь говорит: - ќпусти подол, бесстыдница... ј когда она уходит, он хвастаетс€ предо мною: - ¬идал?  ак €рочка, вс€ в кудр€шках. я, брат, чистоплотный: с бабами не живу, только с девицами. Ёто у мен€ - тринадцата€. Ќикифорычу - крестна€ дочь. —луша€ его восторги, € думаю: - » мне - так жить? ¬ынув из печи весовой белый хлеб, € кладу на длинную доску дес€ть, двенадцать короваев, и поспешно несу их в лавочку ƒеренкова, а возвра- т€сь назад, набиваю двухпудовую корзину булками и сдобными, и бегу в ƒу- ховную академию, чтоб поспеть к утреннему чаю студентов. “ам, в обширной столовой, стою у двери, снабжа€ студентов булками "на книжку" и "за на- личный расчет", - стою и слушаю их споры о “олстом; - один из профессо- ров академии - √усев - €ростный враг Ћьва “олстого. »ногда у мен€ в кор- зине под булками лежат книжки, € должен незаметно сунуть их в руки того или другого студента, иногда - студенты пр€чут книги и записки в корзину мне. –аз в неделю € бегаю еще дальше - в "—умасшедший дом", где читал лек- ции психиатр Ѕехтерев, демонстриру€ больных. ќднажды он показывал сту- дентам больного манией величи€: когда в двер€х аудитории €вилс€ этот длинный человек, в белом оде€нии, в колпаке, похожем на чулок, € не- вольно усмехнулс€, но он, останов€сь на секунду р€дом со мною, взгл€нул в лицо мне, и € отскочил, - как будто он ударил в сердце мое черным, но огненным острием своего взгл€да. » все врем€, пока Ѕехтерев, дерга€ себ€ за бороду, почтительно беседовал с больным, € тихонько ладонью гладил лицо свое, как будто обожженное гор€чей пылью. Ѕольной говорил глухим басом, он чего-то требовал, грозно выт€гива€ из рукава халата длинную руку с длинными пальцами, мне казалось, что все его тело неестественно выт€гиваетс€, бесконечно растет, что этой темной рукою он, не сход€ с места, достигнет мен€ и схватит за горло. ”грожающе и властно блестел из темных €м костл€вого лица пронизывающий взгл€д чер- ных глаз. ƒес€тка два студентов рассматривают человека в нелепом колпа- ке, немногие - улыба€сь, большинство - сосредоточенно и печально, их глаза подчеркнуто обыкновенны, в сравнении с его обжигающими глазами. ќн страшен, и что-то величественное есть в нем, - есть. ¬ рыбьем молчании студентов отчетливо звучит голос профессора, каждый вопрос его вызывает грозные окрики глухого голоса, он исходит как будто из-под пола, из мертвых, белых стен, движени€ тела больного архиерейски медленны и важны. Ќочью € писал стихи о маниаке, называ€ его "владыкой всех владык, другом и советником бога", и долго образ его жил со мною, меша€ мне жить. –абота€ от шести часов вечера почти до полудн€, днем € спал, и мог читать только между работой, замесив тесто, ожида€, когда закиснет дру- гое, и посадив хлеб в печь. ѕо мере того, как € постигал тайны ремесла, пекарь работал все меньше, он мен€ "учил", говор€ с ласковым удивлением: - “ы - способный к работе, - через год, два - будешь пекарем. —мешно. ћолодой ты, не будут слушать теб€, уважать не будут...   моему увлечению книгами он относилс€ неодобрительно: - “ы бы не читал, а спал, - заботливо советовал он, но никогда не спрашивал, какие книги читаю €. —ны, мечты о кладах и кругла€, коротенька€ девица совершенно поглоща- ли его. ƒевица нередко приходила ночью, и тогда он или уводил ее в сени на мешки муки, или - если было холодно - говорил мне, сморщив переносье: - ¬ыдь на полчасика. - я уходил, дума€: как страшно не похожа эта любовь на ту, о которой пишут в книгах... ¬ маленькой комнатке за магазином жила сестра хоз€ина, € кип€тил дл€ нее самовары, но старалс€ возможно реже видеть ее - неловко было мне с нею. ≈е детские глаза смотрели на мен€ все тем же невыносимым взгл€дом, как при первых встречах, в глубине этих глаз € подозревал улыбку и мне казалось, что это насмешлива€ улыбка. ќт избытка сил € был очень неуклюж, пекарь, наблюда€ как € ворочаю и таскаю п€типудовые мешки, говорил, сожале€: - —илы у теб€ - на троих, а ловкости нет. », хоша ты длинный, а все-таки - бык... Ќесмотр€ на то, что € уже немало прочитал книг, любил читать стихи и сам начинал писать их, - говорил € "своими словами". я чувствовал, что они т€желы, резки, но мне казалось, что только ими € могу выразить глу- бочайшую путаницу моих мыслей. ј иногда € грубил нарочито, из протеста против чего-то чуждого мне и раздражавшего мен€. ќдин из учителей моих, студент математик, упрекал мен€: - „орт вас знает, как говорите вы. Ќе словами, а - гир€ми! ¬ообще - € не нравилс€ себе, как это часто бывает у подростков; видел себ€ смешным, грубым. Ћицо у мен€ - скуластое, калмыцкое, голос - не послушен мне. ј сестра хоз€ина двигалась быстро, ловко, как ласточка в воздухе и мне казалось, что легкость ее движений разноречит с круглой, м€гкой фи-
в начало наверх
гуркой ее. „то-то неверное есть в ее жестах и походке, что-то нарочное. √олос ее звучит весело, она часто смеетс€ и, слыша этот звонкий смех, € думаю: ей хочетс€, чтоб € забыл о том, какою € видел ее в первый раз. ј € не хотел забыть об этом, мне было дорого необыкновенное, мне нужно бы- ло знать, что оно возможно, существует. »ногда она спрашивала мен€: - „то вы читаете? я отвечал кратко, и мне хотелось спросить ее: - ј вам зачем знать это? ќднажды пекарь, ласка€ коротконогую, сказал мне хмельным голосом: - ¬ыдь на минутку. Ёх, шел бы ты к хоз€йской сестре, чего зеваешь? ¬едь студенты... я обещал разбить ему голову гирей, если он скажет еще что-нибудь та- кое же, и ушел в сени, на мешки. ¬ щель неплотно прикрытой двери слышу голос Ћутонина: - «ачем € буду сердитьс€ на него? ќн насосалс€ книг и - вроде сумас- шедшего живет... ¬ сен€х пищат и воз€тс€ крысы, в пекарне мычит и стонет девица. я вы- шел на двор; там лениво, почти бесшумно сыплетс€ мелкий дождь, но все-таки душно, воздух насыщен запахом гари - гор€т леса. ”же далеко за полночь. ¬ доме напротив булочной открыты окна; в комнатах, не €рко ос- вещенных, поют: —ам ¬арламий св€той — золотой головой, —верху гл€д€ на них, ”лыбаетс€... я пытаюсь представить себе ћарию ƒеренкову лежащей на колен€х у мен€, - как лежит на колен€х пекар€ его девица - и всем существом моим чувствую, что это невозможно, даже страшно. » всю ночь, напролет, ќн и пьет, и поет, » еще-о!.. кое-чем «анимаетс€... «адорно выдел€етс€ из хора густое, басовое - о. —огнувшись, упира€сь руками в колени, € смотрю в окно; сквозь кружево занавески мне видно квадратную €му, серые стены ее освещает маленька€ лампа под голубым аба- журом, перед нею, лицом к окну, сидит девушка и пишет. ¬от - подн€ла го- лову и красной вставкой дл€ пера поправила пр€дь волос на виске. √лаза ее прищурены, лицо улыбаетс€. ќна медленно складывает письмо, заклеивает конверт, провод€ €зыком по кра€м его и, бросив конверт на стол, грозит ему маленьким пальцем, - меньше моего мизинца. Ќо - снова берет письмо, хмур€сь, разрывает конверт, читает, заклеивает в другой конверт, пишет адрес, согнувшись над столом, и размахивает письмом в воздухе как белым флагом.  ружась, всплескива€ руками, идет в угол, где ее постель, потом выходит оттуда, сн€в кофточку - плечи у нее круглые, как пышки - берет лампу со стола и скрываетс€ в углу.  огда наблюдаешь, как ведет себ€ че- ловек наедине сам с собою, - он кажетс€ безумным. я хожу по двору, дума€ о том, как странно живет эта девушка, когда она одна в своей норе. ј когда к ней приходил рыжеватый студент и пониженным голосом, почти шопотом, говорил ей что-то, она вс€ сжималась, станов€сь еще меньше, смотрела на него, робко улыба€сь, и пр€тала руки за спину или под стол. Ќе нравилс€ мне этот рыжий. ќчень не нравилс€. ѕошатыва€сь, кута€сь в платок, идет коротконога€ и урчит: - »ди в пекарню... ѕекарь, выкидыва€ тесто из лар€, рассказывает мне, как утешительна и неутомима его возлюбленна€, а € - соображаю: - „то же будет со мною дальше? » мне кажетс€, что где-то близко, за углом, мен€ ожидает несчастие. ƒела булочной идут так хорошо, что ƒеренков ищет уже другую, более обширную пекарню и решил нан€ть еще подручного. Ёто - хорошо, у мен€ слишком много работы, € устаю до отупени€. - ¬ новой пекарне ты будешь старшим подручным, - обещает мне пекарь. - —кажу, чтоб положили тебе дес€ть рублей в мес€ц. ƒа. я понимаю, что ему выгодно иметь мен€ старшим, он - не любит рабо- тать, а € работаю охотно, усталость полезна мне, она гасит тревоги души, сдерживает настойчивые требовани€ инстинкта пола. Ќо - не позвол€ет чи- тать. - ’орошо, что ты бросил книжки, - крысы бы с'ели их! - говорит пе- карь. - ј - неужто ты снов не видишь? Ќаверно - видишь, только - скрытен ты. —мешно. ¬едь сны рассказывать - самое безвредное дело, тут опасатьс€ нечего... ќн очень ласков со мною, кажетс€, - даже уважает мен€. »ли - боитс€, как хоз€йского ставленника, хот€ это не мешает ему аккуратно воровать товар. (ѕродолжение следует). ћ. √орький. √ќ–ќƒќ . <«аметки из дневника воспоминани€.> ...—ижу за городом, на лысых холмах, едва прикрытых дерном; вокруг чуть заметны могилы, растоптанные копытами скота, разве€нные ветром. —и- жу у стены игрушечно-маленького кирпичного €щика, покрытого железной крышей, - издали его можно прин€ть за часовню, но вблизи он больше похож на конуру собаки. «а дверью его, окованной железом, хран€тс€ цепи, пле- ти, кнуты и еще какие-то оруди€ пыток, - ими терзали людей, зарытых здесь, на холмах. ќни оставлены в пам€ть городу: не бунтуй! Ќо горожане уже забыли: чьи люди перебиты здесь? ќдни говор€т: это казаки —тепана –азина; другие утверждают: это мордва и чуваши ≈мель€на ѕугача. » только всегда пь€ный старик нищий «атинщиков хвастливо говорит: - ћы при обоих бунтовали... — бесплодного холмистого пол€ дома города, серые, прижатые к земле, кажутс€ кучами мусора; там и тут они заросли по крыши густой пыльной зе- ленью. ¬ грудах серого хлама торчит дес€ток колоколен и пожарна€ калан- ча, сверкают на солнце белые стены церквей, - это вызывает впечатление чистеньких полотн€ных заплат на гр€зных лохмоть€х. —егодн€ праздник. ƒо полудн€ горожане сто€ли в церквах, до двух часов ели и пили, теперь они отдыхают. √ород безмолвен, не слышно даже плача детей. ƒень мучительно зноен. —еро-синее небо изливает на землю невидимый, расплавленный свинец. ¬ небе есть что-то непроницаемое и унылое; ослепи- тельно-белое солнце как будто растеклось по небесам, раста€ло. ∆алкие рыжеватые былинки на могилах неподвижны и сухи. «емл€ потрескивает, ше- лушитс€ на солнце, как сушена€ рыба. ¬лево от холмов, за невидимой ре- кою, над голыми пол€ми струитс€ марево, в нем качаетс€, тает ушаста€ ко- локольн€ заречной слободы, - сто лет тому назад слобода эта принадлежала знаменитой —алтычихе, прославившей им€ свое изощренным мучительством крепостных рабов. ј город - накрыт облаком какой-то мутной, желтоватой пыли. ћожет быть, это - дыхание сп€щих людей. --------------- —транные люди живут в этом городе. ¬ладелец войлочного завода, чело- век солидный, не глупый, четвертый год читает  арамзина "»сторию √осу- дарства –оссийского", дошел уже до дев€того тома. - ¬елико сочинение! - говорит он, уважительно поглажива€ кожаный пе- реплет книги. - ÷арска€ книга. —разу понимаешь - мастак сочин€л. «имним вечером начнешь читать и - все дела житейские забудешь. ѕри€тно. Ѕольшое утешение человеку - книга! ≈жели она с высоты разума написана... ќднажды, игра€ пышной бородою своей, он предложил мне с любезной улы- бочкой: - ’отите интересненькое погл€деть? ” мен€, на задворках, доктор жи- вет, а к нему, на свидани€, барын€ одна, - не наша, приезжа€ - ходит. я с чердака в слуховое окно гл€жу, как они забавл€ютс€; окошко у них напо- ловину занавешено, и через верхнее стекло очень подробно видать забавы ихние. я, даже, бинокль у татарина, по случаю, купил, и кое-когда при€- телей приглашаю дл€ забавы. ќчень интересное распутство... --------------- ѕарикмахер Ѕал€син называет себ€ "градским брадобреем". ќн - длинный, тонкий, ходит развернув плечи и гордо вып€чива€ грудь. ” него голова ужа - маленька€, с желтыми глазами, взгл€д ласково-недоверчивый. √ород счи- тает его умным человеком и лечитс€ у Ѕал€сина более охотно, чем у земс- кого доктора. - ” нас естество простое, а доктора - это дл€ образованных людей, - говор€т горожане. ѕарикмахер ставит банки, пускает кровь, недавно срезал пациенту мо- золь, и пациент умер от заражени€ крови.  то-то пошутил: - ”сердный лекарь; ему говор€т: срежь мозоль, а он всего человека срезал с земли... Ѕал€сина одолевает мысль о непрочности быти€. - я думаю - врут ученые, - говорит он. - Ќеизвестна им точность ходов солнца. я, вот, гл€жу, когда солнышко заходит и думаю: а, вдруг, не взойдет оно завтра? Ќе взойдет и - шабаш! «ацепитс€ за что-нибудь, - за комету, скажем, - вот и живи в ночи. ј то - просто остановитс€ по ту сторону земли, тут нам и крышка навечной тьмы. Ќадо полагать - у солнца тоже есть свой характер. ѕридетс€ нам тогда дл€ жизни, леса жечь, костры раскладывать. ѕохохатыва€, щур€ глаза, он продолжает. - ’а-арошее небо у нас будет тогда: звезды есть, а - ни солнца, ни мес€ца! ¬место мес€ца черный шарик будет торчать, коли верно, что мес€ц у солнца свет занимает.  ак хошь, так и живи - ничего не видать. ƒл€ во- ров - удобно, а дл€ всех других сословий - очень непри€тно, а? ќднажды, подстрига€ мне волосы, он сказал: -  о всему люди привыкли, ничем их не испугаешь, ни пожарами, ничем. ¬ иных местах - наводнени€ бывают, землетр€сени€, - у нас ничего! ’олеры - и то не было, а кругом везде - холера. „еловеку же хочетс€ необыкно- венного чего-нибудь, страшного. —трах дл€ души, как бан€ дл€ тела, очень здорово... --------------- ќдноглазый арендатор городской купальни, - он же - "картузник", дела- ет фуражки из старых брюк, - человек, которого город не любит, боитс€. ¬стреча€ его на улицах, горожане опасливо сторон€тс€ и смотр€т вслед ему волками, а иной идет пр€мо на картузника, наклон€ голову, точно собира- €сь боднуть его. “огда картузник уступает дорогу и сам смотрит в затылок дерзкого человека, прищурив глаз, усмеха€сь. - «а что вас не люб€т? - спрашиваю €. - я - беспощадный, - хвастливо говорит он. - ” мен€ такой навык, что € - чуть кто неправильно действует, - сейчас его к мировому тащу! Ѕелок его глаза воспален, пронизан сетью кровавых жилок и в этой сет- ке гордо сверкает рыжеватый круглый зрачек.  артузник коренастый, длин- норукий, ноги у него - колесом. ѕохож на паука. - ƒействительно, - мен€ не уважают, потому как € права знаю, - расс- казывает он, свертыва€ папиросу из махорки. - „ужой воробей в мой огород залетит - пожалуйте к мировому! я из-за петуха четыре мес€ца судилс€. ƒаже сам судь€ сказал мне: ты, говорит, напрасно человеком родилс€, по характеру ты - овод! ƒаже били мен€ за мою беспощадность, однако бить мен€ - невыгодно. Ѕить мен€ - все равно, как железо каленое, только руки обожгешь. ѕосле бить€ € такое начинаю... ќн пронзительно свистнул. ќн, действительно, кл€узник, местный судь€ завален его жалобами и прошени€ми. — полицией картузник живет в дружбе; говор€т, он любит писать доносы и ведет какую-то книгу, куда вписывает различные прегрешени€ горожан. - «ачем вы делаете это? ќн отвечает: - ѕотому что уважаю мои права!
в начало наверх
--------------- Ћысый, толстый ѕушкарев, слесарь и медник - вольнодумец, атеист. ѕод- жима€ др€блые губы, странно изогнутые, цвета дождевых червей, он говорит сиплым басом. - Ѕог, это - выдумка. Ќад нами ничего нет, только один синий воздух. » все наши мысли - от синего воздуха. —ине живем, сине думаем, - вот где загадка. ¬с€ суть жизни моей, вашей - очень проста€: были и сгнили. ќн - грамотен, много прочитал романов, особенно хорошо помнит один: " ровава€ рука". - “ам французский архерей взбунтовалс€ и обложил войском город Ћаро- шел. ј против него действовал капитан Ћакузон, - что делал, сукин сын! ƒаже слюнки текут, когда читаешь. Ўпагой действовал он - без промаха, ткнет и - готов покойник! «амечательный воин... ѕушкарев рассказал мне: - —ижу €, вот эдак же, вечером, праздник; читаю. ¬друг за€вл€етс€ земский счетчик, - статистик, по ихнему: желаю, говорит, познакомитьс€ с вами. Ќу, что ж, говорю познакомьтесь. ј сам - боком сижу к нему. ќн и то, и се, - прикинулс€ € дураком, мычу и все гл€жу в сторону, в стенку. - "—лышал €, - говорит, - что вы в бога не верите?" - Ќу, тут € на него и вскинулс€: "Ёто - как так? - говорю. - –азве это допускаетс€? ј - церкви зачем, попы, монахи, а? ј ежели € в полицию за€влю, что вы мен€ к неверию склон€ете?". - »спугалс€ он: "»звините, - говорит, - € думал..." - "“о-то, вот, - говорю, - думаете вы, о чем не надо. ћне эти ваши мысли не к чему" - ¬ыкатилс€ он от мен€, как м€чик. ѕотом, вскоре, застрелил- с€. Ќе люблю € этих земских, - фальшивый народ. —осут мужика, тем и жи- вы. Ќекуда девать ученых этих, ну - наладили им земство. —читайте! ќни считают. „еловеку все едино, что делать, только жаловань€ ему побольше давай... --------------- ј часовщик  орцов, по прозвищу "Ћ€гава€ блоха", маленький, волосатый человечек с длинными руками, - патриот и любитель красоты. - Ќигде нет таких звезд, как наши, русские! - говорит он, гл€д€ в не- бо круглыми глазами, плоскими, как пуговицы. - » картошка русска€ - пер- ва€, по вкусу, на всей земле. »ли - скажем - гармонии, - лучше русских нет! «амки. ƒа - мало ли чем можем мы нос утереть јмерикам этим. ќн сочин€ет песни и, выпивши, сам поет их. —тихи его как будто нароч- но надуманно нелепы, но песн€, которую он поет чаще других, такова: —иза птичечка, синичка, ѕод окном моим поет, ќна маленько €ичко ѕосле завтре€ снесет. я скраду €ичко это, ѕоложу в гнездо сове, ѕусть, что будет, то и будет ћоей буйной голове. јх, к чему мне ночью снитс€, Ѕудто череп мой клюет “а сова, ночна€ птица, „то, одна, в лесу живет?  орцов поет эту песню на удалой, веселый мотив. ј череп у него акку- ратно кругл, совершенно гол, только от уха до уха, на затылке висит ры- жевата€ бахрома кудр€вых волос. ќн любит восхищатьс€ красотой природы, хот€ окрестности города пус- тынны, вспухли бесплодными холмами, изрезаны оврагами, нищенски некраси- вы. Ќо часовщик, сто€ на берегу мутной, пахучей реки, отравленной вой- лочными заводами, восклицает с искренним чувством лирического восторга: - Ёх, красота же! Ўирь, гладь. »ди, куда хошь. ƒо-смерти люблю € эту красоту нашу! ƒвор его дома гр€зен, густо зарос крапивой и репьем, забросан облом- ками дерева, железа, посреди двора гниет широкий диван, из его сидень€ торчат клочь€, волоса. ¬ комнатах пыльно, неуютно, все сдвинуто с места, к цеп€м стенных часов привешен вместо гири кусок свинцовой трубы. √де-то в углу стонет и ворчит больна€ жена, а по двору молча шмыгает сестра ее, стара€ дева, желта€, худа€, с оскаленными зубами; на ногах у нее опорки мужских сапог, подол подоткнут до колен и обнажает икры ног в синих уз- лах вен.  орцов изобрел замок, который зар€жаетс€ трем€ ружейными патронами и стрел€ет, если в него всунуть ключ. «амок весит двенадцать фунтов и име- ет вид продолговатого €щика. ѕо-моему, он должен стрел€ть в небеса, а не в того, кто решитс€ отпереть его. - Ќет, пр€мо в морду угодит! - завер€ет изобретатель. ≈го люб€т как чудака. ј, может быть, горожанам нравитс€, что он нес- частливо играет в карты, - все обыгрывают его. ≈му нравитс€ сечь детей, - говор€т, что сына своего он засек до-смерти, но это не мешает знакомым приглашать  орцова, как знатока дела, дл€ экзекуций над мальчишками, опустошающими сады и огороды. --------------- Ќе спеша, заложив руки за спину, ходит по городу яков Ћесников, высо- кий, тощий, с длинной и узкой бородою и большим, унылым носом. Ќечеса- ный, гр€зный, он одет в какой-то балахон, подобие монашеской р€сы, на вихрах его полуседых и жестких волос торчит студенческа€ фуражка. Ѕольшие вод€нистые глаза напр€женно вытаращены, как будто этого человека одолевает сон, а спать ему нельз€. ѕозевыва€, он смотрит в даль, через головы людей и спрашивает встречных: - Ќу, - как? ќтветы, видимо, не интересуют его, да они, наверное, знакомы ему: - “ак себе. Ќичего. ∆ивем. ќн славитс€ как женолюб и великий распутник.  орцов не без гордости говорил мне: - ќн даже с испанкой жил! Ќу, а теперь, конечно, и мордовками не брезгует... √овор€т, что Ћесников "незаконный" сын знатного лица - архиере€ или губернатора. ” него есть несколько дес€тин огородной земли и лугов, он сдает землю эту в аренду слобожанам и одиноко живет на квартире у моего соседа, больного чиновника казначейства.  ак-то вечером он вал€лс€ в саду на траве, под липой, пил пиво со льдом и рычал, зевал.   нему подошел домохоз€ин, худенький, кислова- то-любезный человечек в очках. - „то, яша? - —кушно, - сказал Ћесников. - ¬от, - думаю - чем бы зан€тьс€? - ѕоздно тебе заниматьс€ делами... - ѕожалуй - поздно. - —тароват. - ƒа. ѕомолчали. ѕотом Ћесников, не тороп€сь, проговорил: - ќчень скушно. ¬ Ѕога, что ли, поверить? „иновник - одобрил: - Ёто - не плохо. ¬се-таки - в церковь ходить будешь... ј Ћесников, с воем зевнув, сказал: - ¬о-от... --------------- «имин, торговец галантерейным товаром, хитрый мужик, церковный ста- роста, сказал мне: - ќт ума страдают люди, он всей нашей путанице главный заводчик. ѕростоты нет у нас, потер€ли простоту. —ердце у нас - честное, а ум - жулик!.. --------------- —ижу, глота€ знойный воздух, вспоминаю речи, жесты, лица этих людей, смотрю на город, окутанный гор€чей опаловой мутью. «ачем нужен город этот и люди, насел€ющие его? «десь Ћев “олстой впервые почувствовал ужас жизни - "арзамасский", мордовский ужас, но - неужели только дл€ этого жил и живет город от вре- мени »вана √розного? я думаю, что нет страны, где люди говорили бы так много, думали так бессв€зно, беспутно, как говор€т и думают они в –оссии, а особенно - в уездной. јрзамасские мысли случайны и похожи на замученных мальчишками, полуо- щипанных птиц, которые иногда со страха залетают в темные комнаты, чтоб разбитьс€ на-смерть о непроницаемый обман прозрачных, как воздух, стекол окна. Ѕесплодные "синие" мысли. ѕодсматриваю € за этими людьми, и мне кажетс€, что прежде всего они живут глупо, а потом уже - и поэтому - гр€зно, скучно, озлобленно и преступно. “алантливые люди, но - люди дл€ анекдотов. — реки доноситс€ шум и плеск воды, - прибежали мальчишки купатьс€. Ќо их мало в городе, большинство ушло в лес, в поле и овраги, где прохлад- но. ¬ садах поднимаетс€ голубой дымок, это проснулись хоз€йки и разжига- ют самовары, готов€сь к вечернему чаю. ѕронзительно верещит тонкий голос девочки: - ќй, ма-амонька, ой, родна€, ой, не бей мен€ по животику... » - точно в землю ушел этот вопль. «ной все т€желее. —олнце как будто остановилось. «емл€ дышит сухим пыльным жаром.  ажетс€, что небо стало еще более непроницаемым, - очень непри€тна и даже тревожна эта тускла€ непроницаемость небес. ћожно ду- мать, что это не то небо, как везде, а - особенное, здешнее, плоское, отвердевшее, созданное т€желым дыханием людей странного города. ћреет сиза€ даль, приобрета€ цвета стекла, выгоревшего на солнце, и, как будто станов€сь плотнее, она близитс€ к городу прозрачной, но непроницаемой стеною. „ерненькими точками бестолково мелькают мухи, - это снова напоминает о непроницаемости стекла. ј т€желое, гор€чее безмолвие - все гуще, т€желее. ¬ тишине певуче звучит полусонный, разнеженный голос женщины. - “аись€, - одевайес€? » такой же голос, но более низкий, томно отвечает: - ќдеваюс€. ћолчание. » - снова: - “аись€, ты - голубо? - я - голубо-о...€сь с дрожью в теле: - Nu#_106 ћ. √орький. «Ќј’ј– ј. <«аметки из дневника воспоминани€.> ...Ќа завалине ветхой избы сухонький старик ћокеев, без рубахи, греет изношенную кожу свою на €рком солнце июн€, чинит бредень крючковатыми пальцами. ѕод кожей старика жалобно торчат скобы ключиц, осторожно дви- гаютс€ кости ребер. ƒень - великолепен; честно работает солнце, отлично пахнет цветуща€ липа, в жарком воздухе - тиха€ музыка; гуд€т пчелы; во дни косьбы они труд€тс€, как будто, особенно упорно. - ѕрохожий один сказывал, - сипит ћокеев, - дескать, человечье житье - благо, и выходит так, что не одни господа, а вс€к человек, хоша бы и мужик, тоже - благородие. ј мы говорим: благой, так это будет несуразен, буен, - нехорош, стало быть. ” нас все - по-своему... ќн уже с полчаса упражн€етс€ в словесности, и его сиплое воркованье хорошо слито с тихим гулом пчел, с чириканьем воробьев, с песн€ми неви- димых жаворонков. »з-за речки доноситс€ звон кос, шарканье точильных ло- паток, но все эти звуки не мешают слышать спокойную тишину синего благо- уханно чистого, очень высокого неба. ¬се вокруг по-русски просто и чу- десно: -  н€зь€-то, √олицыны-то, конешно - кн€зи; тут как хошь др€гайс€, оно так и будет - кн€зи. я и в начале внушал мужикам - бросьте, али кн€зей пересудишь? ј »ваниха натравила их, мужиков. «дорово, »ваниха! Ќеслышно подойд€, с нами поровн€лась коренаста€ баба в темном сарафа- не, в синем платке на уродливо большой голове, с палкой в одной руке, с плотной, лыковой корзиной - в другой; корзина полна пахучими травами, корень€ми. — трудом приподн€в т€желую голову, баба глухо и сердито отве- тила:
в начало наверх
- «дравствуй-ко, болтун... ≈е грубое мужское лицо, скуластое и темное, украшено седыми усами, исчерчено частой сетью мелких морщин, щеки ее обвисли, как у собаки.  о- ровьи глаза мутны, красные жилки на белках делают взгл€д ее угрюмым. ѕальцы левой руки непрерывно шевел€тс€. я слышу сухой шорох их кожи. ”казав на мен€ палкой, она спросила: - Ёто кто? ћокеев стал многословно объ€сн€ть, что € приехал от адвоката, по делу деревни с кн€зь€ми √олицыными, что в воскресенье будет мирской сход, - не дослушав его, старуха осторожно склонила голову и дотронулась палкой до моего колена. - «айди ко мне. -  уда? - —кажут. „ерез часок... » пошла прочь, странно легко дл€ ее возраста и т€желого, неуклюжего тела. — тою гордостью, с какой старики в деревн€х рассказывают о своем, не- обыкновенном, ћокеев рассказал мне, что »ваниха - знахарка, известна€ всему уезду. - “ы только не считай, что ведьма - нет, это у ней от Ѕога! ≈е и в ѕеньзю возили, девицу лечить безногу, дак она безногу эту сразу - замуж! » пошла, ведь, девица, пошла, братец мой. ƒураки, говорит родител€м ей- ным, детей, говорит, родите, а - дл€ че, не знаете. ј родители - пребо- гатые фабриканты. —кота, человека, даже гус€, куру, - она всех лечит, ей все едино. ¬ Ќижний требовали: обмер там чей-то мальчик и лежит, недели две лежал, хоть в землю закопать. ј она ему где-то иглой уколола, дак он к потолку взвилс€, мальченко-то, ей за то - двадцать п€ть рублев да шерст€ное платье - получи! - ” нас она - первый человек, ее и на сходе уважают, слушают, даже становой боитс€. ќна ему три зуба выдрала с корн€ми, дак корни те по вершку оказались, и с крючь€ми на концах. Ќикто не мог выдрать их, а она - все может. ќна - бесстрашной жизни и всем тайност€м владыка. ¬згл€нет на теб€, да как спросит, внезапу: ты чего думаешь? ƒак ты ей тут, в душу твою, как дверь отворишь: на, гл€ди! ћокеев начал говорить с хвастливой гордостью, но скоро, понизив сипу- чий, старческий голосок, он сказывал уже со страхом.  рючковатые пальцы его, запутавшись в нит€х невода, перестали работать, бессильно легли на острые колени. я узнал, что »ваниха - дочь некрещеного мордвина, охотника на медве- дей и колдуна, убитого во врем€ мордовского движени€ сороковых годов. - ќтец-то ее самому  узьке, мордовскому богу*1, бунтарю, при€телем был... ѕосле смерти отца »ваниха осталась подростком-сиротою, ее окрестили, когда она была уже взрослой девицей, и вскоре после этого на ней женилс€ лесник. “ри года она бездетно прожила с ним, а на четвертый, весною, лесника задрал медведь. »ваниху оставили в лесной сторожке, и она начала бить медведей, - леса —ергача славились обилием этого звер€ и до семиде- с€тых годов XIX века мужики "сергачи" были лучшими дрессировщиками и "поводыр€ми" медведей на всю –оссию. Ѕила »ваниха звер€ "по-мордовски": обкладывала правую руку лубками, окручивала ее до плеча сыром€тным рем- нем, в кисть брала нож, а в левую руку короткую, вроде т€пки, секиру.  огда зверь шел на нее, разинув пасть, она била его т€пкой по лапам и, сунув нож в пасть, вспарывала горло медведю. - Ёдак только мордва била медведей, это требует силы звер€чьей. —ем- надцатый зверь все-таки ребро ей вышиб, а тридцать который-то шею свер- нул ей несколько, - видал ты, как неладно она шеей владает? ќт этого. ƒо сорокового звер€ она не дошла, забо€лась, сороковой медведь - сроковой, судьбинный охотнику, редкие от него уход€т живы. Ёто всему миру извест- но, - сороковому медведю указан срок жизни охотника. - ” мен€, годов с двадцать назад врем€, жил один индей, знаменитый охотник, из столицы наехал, дак у него ружь€ были и двустволки и вс€кие, и рогатины, и ножики страшенные, а сороковой ничем не постеснилс€, обод- рал ему ухо и бороду, вместе со щекой. _______________ *1 ¬ 50-х годах XIX столети€ мордвин  узьма пыталс€ развить культур- но-национальное движение среди мордвы - ћокши и ≈рзи, - насел€ющей Ќиже- городскую губернию. - ѕочему - индей? “ак уж родилс€, чин у него был - граф, а родом он индей, такой народ есть за  аспийским морем. “ам их много живет; волосом синеваты и пь€ницы. ѕерси€не? Ќет, это другой народ, эти нам подвластны, вроде бы пленные наши, как татара, али - чуваша, мордва, а индей - вольный народ, люди самобытного цар€. »м, инде€м, полагаетс€ золотой зуб во рту, дл€ отлички от других людей. Ќарод - важный, басовитый. ƒевок индей этот перепортил у нас за зиму, весну, штук п€ть, не мене. ѕосле увезли его лечить. Ѕез бороды у них не допускаетс€ жить, стыдно, тем они и похожи на нас, а во всем ином - народ своего обыча€. «вали-то его как? ј звали его - ‘едор  арлыч. ’а-ароший барин... ћокеев говорил точно с горы ехал извилистой дорогой и, веро€тно, кон- чил бы речь не раньше ночи, но мне показалось - час истек, и € спросил: где живет »ваниха? - ј во-он-те, избеночка аккуратна€ на отшибе. “акого дела люди зав- сегда в сторонке живут...  огда € подошел к чистенькой избе »ванихи, в открытых воротах сто€л воз свежескошенной травы, ось телеги задела за верею, белоголовый под- росток тужилс€ поп€тить буланую лошадь и не успевал в этом. »ваниха, сто€ на крыльце, мыла руки, под глин€ным рукомойником, сердито покрики- ва€. - ¬ыпр€ги! ¬ыпр€ги, говорю... ѕарнишка молча бил лошадь по морде и шипел. —таруха сошла с крыльца, быстро выпр€гла кон€, приподн€ла оглобли, наклонилась, упира€сь в землю чугунными ногами, вытолкнула телегу на аршин за ворота, ловко оберну- лась, впр€глась в оглобли и легко вкатила телегу во двор, сказав: - Ќеслух. ƒурак. - ƒак у те€ - сила, - обиженно отозвалс€ парнишка, увод€ лошадь под поветь. - ћне - семой дес€ток. Ќа что годитесь, баловни? ”видав мен€, испытующе смерила взгл€дом и пригласила: - ѕожалуй-ко, в избу-то... ¬ечернее солнце пристально смотрело в открытые окна избы; на чисто вымытом полу катались пушистые кот€та; аромат сухих трав наполн€л свет- лую комнату, в переднем углу фыркал паром чистенький самовар. ” печи, на полках блестели бутылки, стекл€нные банки, жест€ные коробки из-под сар- дин. ѕод полат€ми висели пучки трав: зверобой, буквица, медвежь€ капуста - некрасивое растение сырых мест, корешки бод€ги, болиголова и какие-то сучь€ в маленьких св€зках.  упечески держа блюдце на растопыренных пальцах, »ваниха спрашивала: - „то в городе говор€т? «емли-то мужикам дадут ли? √л€дите - серд€тс€ мужики. —казал бы ты √олицыным-то, - чего они? ƒев€ть лет суд€тс€ бесс- тыдно, а толку ни себе, ни люд€м. ћотают мужиков. Ѕудто волю дали, а где она, вол€? ѕовесили мужиков над землей, толкутс€ они как мошки, вот и вс€ вол€. ≈е темное лицо с тр€пичными щеками угнетающе безобразно.  ровавые глаза смотр€т в блюдечко, на верхней губе шевел€тс€ мокрые, белые усы, на шее, под левым ухом, волосата€ бородавка. »ваниха грызет сахар, чмо- кает и ничто, кроме высоко вспухшей груди, не напоминает в ней женщину. я осторожно выспрашиваю ее, как она била медведей, она отвечает нео- хотно и как бы нарочито углубл€€ глухой, ворчливый голос. - —ильна была. ћен€ в те поры только два мужика могли одолеть во всей округе.  роме мужа. ƒа и мужа € поборола бы, только - нельз€: муж. Ўут€ € его и борола, а всерьез - нельз€, не смела этого. “ут у нас мужик лес- ной, крепкий. ¬спотев, она сн€ла платок с головы и в жесткой гриве ее волос обнажи- лись толстые седые пр€ди. ¬ытерла платком иссеченное морщинами лицо и окутала им надломленную шею. Ћадони рук ее были емки, точно ковши, пальцы же непрерывно шевелились, как бы разбира€, распутыва€ моток пр€- жи. Ёто было непри€тно видеть. » вс€ »ваниха как-то нечеловечески т€же- ла. ќ сороковом медведе она сказала: - ћедведь - зверь - богу служит.  ереметь на медвед€х в небе ездит, солнце возит. —олнце-то большое, с хороший пруд, т€желое, все из чистого золота. Ћюди тоже богу нужны. ѕчела служит человеку, человек - богу.  е- реметь сказал: бей медвед€, покуда € терплю, побьешь много - солнце встанет, помни! “огда пошлю на теб€ сильного, он теб€ убьет. „еловек согласилс€: человеку скота жалко. ћеды жалко, овсы. ћедведь много пор- тит. ѕочесав концом ножа кожу на голове, она плюнула на ладонь и, пригла- див слюною взбитые волосы, уставила в лицо мне свой мутный, подавл€ющий взгл€д. Ќос у нее широкий, ноздри вывернуты, как у верблюда. - ¬от, тебе, молодому, надо знать: баба есть така€, как сороковой медведь. — трем€ любишьс€ - ничего, и с дев€тью - ничего, а встанет на пути твоем четверта€, или там седьма€ и - конец тебе. ѕриворожит, прив€- жет, кроме ее нет у теб€ свету, будешь жить, как слепой. Ёто - судьбин- на€ баба, ее  ереметь в наказание посылает. Ѕогу - детей надо, людей. ј когда одна гола€ игра, без детей, это он не любит. Ќе надо это ему... - ¬ы в церковь ходите? - спросил €. ќна как будто удивилась, отвеча€ угрюмо: - ћы ходим. «ачем не ходить? ” нас церковь хороша€, кн€зь€ми строена. » поп хороший, умный. ≈го пчела любит. ћы тут смирно живем, хорошо. Ћеса округ.  от€та влезли ей на колени, она сгребла огромной лапой своей двух, подн€ла зверков к лицу, спросила: - Ќу, что? », налив молока в свое блюдце, тут же, на столе, сунула им блюдечко, - этого не сделала бы проста€ баба. - Ћакайте. ј третий где? Ѕратишка? Ѕратишка грыз мой сапог, € подн€л котенка и поставил его на стол. - Ёто, вот, умные звери, они никому не вер€т, - сказала »ваниха. - » пам€ть у них крепка: побей его, он это помнит. „ерез п€ть лет вспомнит, когда и не ждешь. ј у людей пам€ть слаба: не помн€т они, кто их бьет... —ильно завечерело, уже пригнали стадо, по улице шли мужики, плыли ми- мо окон косы, отража€ красноватый, заревой свет, в окна загл€дывали ба- бы. - Ќу, надо мне сходить в улицу, - сказала »ваниха. - “ы почто остано- вилс€ у ћокеева? Ёто семь€ несчастлива€. “ы, вдругор€дь, у мен€ остано- вись. я заезжих люблю. » провожа€ мен€ за ворота, крикнула какой-то бабе: - ћарь, ногу перев€зала? - ќй, матушка, неколи... - ƒура. Ќе тронь уж, € сама... ѕосле ужина ћокеев, позвав мен€ на реку ставить верши, дорогой расс- казал, что »ваниха еще недавно, лет дес€ть тому назад, занималась обуче- нием парней технике любви. - ѕ€так брала, али фунт баранок, - она баранки любит с анисом. —нача- ла - сме€лись над ней, после - привыкли. ј она ругалась; дураки, кричит. Ёто у нее первое дело, дураком ругать. «а лошад€ми, кричит, следите, за коровами следите, скот жалеете, а девок не жалеете? Ёто, она, пожалуй, верно кричала. ѕарни - медведи, делу этому у собак, у скотов глазами учатс€, а жен€тс€ - и начнут девок зр€ ломать, ничего не умеют. »ной с первого разу жену испортит, а после бьет, - не сладка, не охоча... —ветила луна, в воздухе сто€л густой, влажный запах свеже скошенной травы. —тарик запнулс€ за обнаженный корень дерева, выругалс€ крепко, потом призвал бога и, прихрамыва€, перескочил к другому рассказу. - ≈е бо€тс€, »ваниху. ѕочитают. ќна, брат, ух, кака€. ѕр€мо скажу... ѕодумав, он сказал: - ѕолезна€. ’отели ее из лесу, из сторожки прогнать, чиновник прие- хал, гонит и гонит. Ќет, говорит, ни моды такой, ни закону, чтобы лес сторожила баба. Ќикогда, говорит, не было этого. ≈му докладывают: да она хоть и баба, а страшнее лешего. Ќе верит. “ак она сама пошла на него, как на медвед€, обернула кожей руку, нож вз€ла, все, как надо. “ут он испугалс€: ну-те, говорит, к лешему! ¬ —ибирь бы, говорит, надо теб€, чорта! “ак она и осталась сторожихой, а после сама ушла из лесу, на ее место кум яков вступил, его в ту же зиму пь€ного волки сожрали.  рай у нас хороший, тихий край, - заключил старик, несколько неожиданно, а все же с полным убеждением. Ћасково, осторожно выходила из лесов ночь, покрыва€ луга и пол€ теп- лыми тен€ми, тишина замерла над синей, ленивенькой речкой, и вокруг лу- ны, как пчелы над цветком, сверкали звезды... ...ћес€ца через три, в праздничный день мне снова довелось быть в Ѕе- рез€нке. я остановилс€ у »ванихи, собрал мужиков, рассказал им, нас- колько за это врем€ подвинулось их дело, и осенним вечером, сид€ со ста- рухой за чаем, слушал ее речи. ќна рассказывала о событи€х лета, о пожа- ре, уничтожившем, по счастью, только три избы, о том, кто чем болел, кто
в начало наверх
кого избил, о люд€х, объевшихс€ грибами, о девочке, котора€ чего-то ис- пугалась в лесу и обезумела. - —идит на печи, в темном уголку и поет днем, ночью: мамонька, бежим, родна€, бежим! ѕотом, шевел€ пальцами, спросила строго: - ѕро землю-то не решили там, у вас? » когда € ответил: нет еще, она, недоверчиво взгл€нув на мен€, посо- ветовала: - “ы не скрывай. √л€ди, болеют мужики об земле... «а окном ветер тр€с деревь€, хлестал в стекла дождем, гудел в трубе, деревню удушливо обн€ла осенн€€, русска€ скука, та скука, тоскливей ко- торой только безнадежна€, смертельна€ болезнь. ћне хотелось спросить знахарку о  еремети: какой это бог? » когда она, кончив пить чай, перемыв и убрав посуду, села к столу в€зать чулок, € осторожно начал выспрашивать. Ќепри€тно поджав толстые губы, быстро шевел€ пальцами, поблескива€ сталью спиц, она отвечала неохотно, верблюжьи ноздри ее съежились, и темный нос стал острей. - я не поп, бога не знаю, - говорила она. - ј  ереметь - хороший бог? - Ѕог - не лошадь, по зубам не узнаешь. Ќе взгл€нешь ему в зубы-то... ќна долго отвечала так сердито и сдержанно, но мне удалось какими-то словами задеть ее и, раздув ноздри, обнажив зеленоватые зубы овцы, еще быстрее перебира€ спицы, она заворчала раздраженно: - „то ты стучишь, как бондарь - бог, бог? „еловека нельз€ отдавать богу, как девку старику, нельз€ насильно тащить к богу. Ќе семь€ будет. ѕравды не будет. — удивлением € заметил, что старуха строит речь свою как-будто не по-русски, хот€ вообще она говорила сочно и складно. –езким жестом она дернула платок на голове, лоб ее стал выше, а из-под мохнатых бровей на мен€ внушительно уставились другие глаза - светлее, меньше. » все м€тое лицо ее тоже стало меньше, тверже. - ¬аш бог веру любит,  ереметь - правду, - говорила она. - ѕравда вы- ше веры.  ереметь знает: бог с человеком в дружбе - будет правда! „ело- вечь€ душа - его душа, он ее чорту не даст. ¬аш бог, христос, ничего не хочет, только веры хочет.  ереметь - человека хочет, он знает: бог с че- ловеком - правда, а один бог - это неправда. ќн - бережливый. «вер€, ры- бу, пчелу - это он дает человеку. «емлю дает. ќн человеку пастух. Ќе поп пастух, бог пастух. ј у вас - поп. ’ристос говорит: верь, а  ереметь: делай правду! —делаешь - друг мой будешь. «а деньги правду не сделаешь. ѕопы - деньги люб€т. ќни христа с  ереметью стравили, как собак, дерутс€ оба, серд€тс€, ваш - на нас, наш - на вас. ќна перестала в€зать чулок, бросив на стол шерсть и спицы, и, шлепа€ губами, говорила глухо, угрюмо: - ћордва не люди стали, кому верить - не знают. » вы - не люди.  ере- меть сердит на вас, мешает жить, оба они мешают, один - вам, другой - нам. «лые оба. Ѕог человеком питаетс€, а человек стал тоже злой, горький стал... ѕосветлевшие глаза старухи блестели укоризненно и жестко, она стано- вилась все меньше похожа на русскую, и что-то властное звучало в ее сло- вах. ћедленно разгиба€ сломанную шею, она точно намеревалась ударить ме- н€ головою, и это было так непри€тно, что € выпр€милс€ на стуле. » все чаще встречались в ее речи слова, чужие мне, мордовские слова. ћое дви- жение, видимо, несколько успокоило ее, она схватила чулок со стола и снова быстро замелькали спицы. ѕомолчав, она заговорила тише: - Ѕог злой, человек злой, поп хуже всех злой. Ћюдей надо разделить честно: тех - этому богу, этих - тому. “огда боги будут жить дружно. ” каждого свое стадо. ’орошие хоз€ева враждой не живут. ¬ы говорите: "бог правду любит, да не скоро скажет" - зачем не скоро? «наешь - сейчас ска- жи!  ереметь знает: правда - лучше веры. ќн говорил, а когда его травить стали - замолчал. ќбиделс€, - живите без мен€. Ёто плохо нам. Ёто чорту - хорошо...  о мне пришли мокрые мужики; отфыркива€сь, вытира€ ладон€ми бороды, они уселись на лавку и повели осторожную беседу о городе, о земле, нащу- пыва€: нет ли каких признаков, что жизнь станет легче? Ќе нащупали. ј когда они, т€жко вздыха€, ушли, »ваниха попросила мен€: - “ы не сказывай в городе, как мужики говорили. √убернатору не сказы- вай, пожалуйста... —пать она легла на печи, а € на полат€х, в душном запахе сушеных трав. —реди ночи мен€ разбудил визг ветра в трубе и т€желый, булькающий шо- пот. ќсторожно взгл€нув с полатей вниз, € увидал, что »ваниха, сто€ на колен€х, молитс€. —верху она казалась бесформенной грудой чего-то серо- го, угловатого, похожего на камень. ≈е необыкновенный глухой голос странно булькал, - казалось, это €ростно кипит вода или полощут горло. ѕотом из этого кипени€ возникли странные сочетани€ слов. - ј€-€й, христос, а€-€й... —тыдно, христос... »ль€ сердитс€, ты сер- дишьс€,  ереметь тоже. “ы - сильный, за тобой идет много людей. “ебе на- до быть добрым.  то будет добрый к люд€м, когда бог злой? ј-€-€й, хрис- тос! “ы слушай мен€, слушай, € много знаю! Ѕабы твои мучаютс€, мужики мучаютс€, зачем? Ё-ех... Ќе крест€сь, она размахивала руками, то простира€ их к темным п€тнам икон, то прижимала к бедрам, или била ладон€ми по груд€м. » все шептала глухо, но гор€чо упрека€, захлебыва€сь словами: -  ереметь попы твои гон€т, ох!  ак можно?  ереметь - хуже теб€ раз- ве? Ё-э, плохо, христос! Ѕог бога гонит - чему учит людей? ќх, ты, хрис- тос, нехороший бог, завистлив ты, злой, не человечий ты бог, нет! “рудно люд€м с тобой. „то делаешь? »ван - зачем помер молодой? ћишка, - одно дит€, такой светлый ћишка - зачем?  орова √усевых пала, ай-ай-€й! Ќе жалко тебе своих, а? „ужих ты уж не пожалеешь, нет! ќй, плохо.  ому слу- жишь, христос?  аким люд€м служишь, а? ¬от €, баба, люд€м служу, твоим помогаю, и татарам, и чуваше, - мне все равно, видишь? ј ты - кому? ѕоп твой говорит: ты - дл€ всех, а ты и своих не любишь, нет. —тыдно тебе, ох, не так надо. я правду говорю: эй, стыдно тебе! —мотри на твои люди - хорошие люди, а как живут? Ё, - христос! “ы знаешь: бог живет хорошо, когда слушает людей, люди - когда бога слушают. “ы слушай мен€, € говорю не плохо, € правду говорю, ты понимай: богу надо знать правду лучше лю- дей, а €, человек, старуха, знаю правду лучше теб€, прежде теб€ знаю, э-эх, ты, христос... “ак она укор€ла христа долго; очень жутко гудел ее глухой голос, ки- п€щие слова, булька€ в горле ее, звучали то жалобно, то горько и гневно. “онкими плет€ми хлестал дождь по соломе крыши, тонко и зло взвизгивал ветер, приглуша€ сердечную жалобу человека... Ќа рассвете € уехал из деревни и увез в пам€ти моей одну из лучших бесед человека с богом, - может быть, самую лучшую из всех, какие дове- лось слышать мне. - Ё, христос... %#_114 ћ. √орький. ѕј” . <«аметки из дневника воспоминани€.> ≈рмолай ћаков, старик, торговец "древност€ми", человек длинный, тощий и пр€мой, как верстовой столб. ’одил он по земле, как солдат на параде, смотрел на все огромными глазами быка, в серовато-синем, мутном блеске их было что-то унылое и тупое. ќн казалс€ мне глупым, в этом особенно убеждала мен€ своенравна€ и капризна€ чертах его характера: принесет продавать чернильницу подь€чего, жалованный ковш целовальника или древ- нюю монету, упорно торгуетс€, продаст - и вдруг могильным голосом ска- жет: - Ќет, не хочу. - ѕочему? - ќхоты нет. - «ачем же ты целый час болтал зр€? ќн молча сунет вещь в бездонный карман своей поддевки, вздохнет т€жко и уходит, не прост€сь, как будто крепко обиженный. Ќо через день, а иногда - через час, неожиданно €вл€етс€, кладет вещь на стол: - Ѕери. - ј что ж ты прошлый раз не продал? - ќхоты не было. ќн был не жаден на деньги, по многу давал нищим, а к себе относилс€ небрежно: ходил зиму и лето в старенькой, на вате, поддевке, в теплом изм€том картузе, в худых сапогах. ∆ил - бездомно, переход€ от поместь€ в поместье из Ќижнего в ћуром, из ћурома в —уздаль, –остов, ярославль - и снова €вл€етс€ в Ќижнем, всегда останавлива€сь в гр€зненьких "Ќомерах" Ѕубнова; их насел€ли торговцы канарейками, шулера, сыщики и всевозможные искатели счасть€; - они искали его лежа на продавленных диванах, в обла- ках табачного дыма. —реди этого человечьего мусора ћаков пользовалс€ особым вниманием как "ходовой" человек и хороший рассказчик; рассказывал же он всегда о том, как разрушаютс€ - "хизнут" - старые "двор€нские гнезда". √оворил он об этом с глухой, унылой злобой, особенно густо и настойчиво подчеркива€ легкомыслие помещиков: - Ўары гон€ют. ќчень люб€т они шары гон€ть дерев€нными молотками, - игра така€. » сами, как шары эти, стали, - совсем бессмысленно катаютс€ туда-сюда по земле. ќднажды, туманной ночью осени, € нашел ћакова на пароходе, по дороге в  азань. ≈два шевел€ колесами, пароход слепо и осторожно сползал, сквозь туман, по течению; в серой воде и сером тумане расплывались, та€- ли его огни, глухо и непрерывно ревел гудок; было тоскливо, как в т€же- лом сне. ћаков сидел на корме, одиноко, точно пр€чась от кого-то. ћы разговорились - и вот, что он рассказал: - ƒвадцать третий год живу € в неизбывном страхе и нет мне спасени€ от него. ј страх мой, сударь, особый: вселена в плоть мою чужа€ душа. Ѕыло мне, сударь, тридцать годов и водилс€ € с одной бабой, не иначе, как - ведьмой. ћуж у нее - при€тель мой - был добрый человек, а - больной, умирал. » в ночь, когда помер он, а € - спал, бабенка эта ока- €нна€ изн€ла из мен€ мою душу, а его душеньку заключила в мою плоть. ≈й было выгодно это, муж-от был ласковее мен€ к ней, трекл€той. ѕомер он, и - сразу стало мне заметно: не тот € человек. Ѕабу эту, пр€мо скажу, не любил €, просто - баловалс€ с нею, а тут вижу: влечетс€ к этой бабе душа мо€.  ак же это? Ќепри€тна женщина мне, а оторватьс€ от нее - не могу. ¬се мои отличные качества дымом исчезли, нудит мен€ неведома€ грусть, стал € робок с ней и вижу: серовато все вокруг, как золой опылено, а ба- ба эта - лицо огн€! »грает со мною, зализыва€ мен€ во грех, по ночам. “ут и пон€л €: подменила она душу мне, чужой душой живу. ј - мо€-то, насто€ща€-то мо€, богом данна€ мне - где же? »спугалс€ €... “ревожно гудел гудок, глухой гул его упиралс€ в туман, пароход, точно ущемленный, ворочал кормою, урчала и плескалась вода под нею, темна€ и жирна€, как смола. —тарик, прислон€сь спиною к борту, передвигал ноги в пудовых сапогах, нелепо шарил руками вокруг себ€ и тихонько говорил: - »спугалс€ €, пошел на чердак, изделал петлю, прив€зал к стропилу, - угл€дела мен€ прачка, зашумела - вынули из петли. » после того очутилось около мен€ несообразное существо: шестиногий паук, величиной с небольшо- го козла, бородат, рогат, с женскими титьками, о трех глазах, два ока - в голове, а третье - меж груд€ми, вниз, в землю гл€дит, на мои следы. » куда ни иду, он, невступно, за мной перебираетс€, мохнатый, на шести но- гах, вроде бы тени лунной, и никому его не видать, кроме мен€, - вот он здесь, а ты его не видишь, вот он! ѕрот€нув руку влево от себ€, ћаков погладил что-то в воздухе, на вы- соте вершков дес€ти от палубы; потом, вытира€ руку о колено, сказал: - ћокрый. - „то же ты, так двадцать лет и живешь с пауком? - спросил €. - ƒвадцать три. “ы думаешь - безумен €? ¬от ведь, стража мо€, вот он прихилилс€, паук-от... - ј с докторами не говорил ты о нем? - ѕолно-ка, сударь, что тут доктор может? ¬едь это не нарыв, ножиком не отрежешь, микстуркой не вытравишь, маз€ми не затрешь. ƒоктор его не видит, паука-то. - √оворит с тобой паук? ћаков удивленно взгл€нул на мен€ и спросил: - —меешьс€, что ли?  ак же паук говорить может? ќн мне дл€ страха дан, чтоб € собой не располагал, не погубил бы чужую душу. ¬едь душа-то во мне чужа€, вроде бы - крадена€. Ћет дес€ток назад тому задумал € уто- питьс€, - бросилс€ с баржи в воду, а он, паук, вцепилс€ лапами в борт, да и в мен€, € и повис за бортом. Ќу, притворилс€ €, будто неча€нно за борт упал. ѕосле матросы говор€т: поддевка удержала мен€, зацепилась за что-то. ј, - вот она, поддевка-то, кака€ поддела мен€... —тарик снова погладил, потрогал рукою влажный воздух. я молчал, не зна€, что сказать человеку, который живет бок-о-бок с
в начало наверх
таким странным созданием воображени€ своего, живет, а - не совсем безу- мен. - ƒавно € хотел потолковать с тобой про этот случай, - говорил он ти- хо и просительно. - “ы говоришь обо всем смело, верю € тебе. —кажи мне, сделай милость, как, по-твоему: от бога паук этот охрана мне, али от дь€вола? - Ќе знаю. - ѕодумал бы ты... я полагаю - от бога, это он охран€ет, бережет чу- жую душу во мне. јнгела приставить не захотел, не достоин € ангела. ј, вот, паук, - это умнее. —трашный, главное. ƒолго не мог € привыкнуть к нему. —н€в картуз, ћаков перекрестилс€ и сказал тихонько, воодушевленно: - ¬елик и благодетелен бог наш, господин и отец разума, пастырь душ наших. ...„ерез несколько мес€цев, лунной ночью, € встретил ћакова на одной из глухих улиц Ќижнего-Ќовгорода, он шел по тротуару, прижима€сь к забо- рам, как бы уступа€ дорогу кому-то. - „то - жив паук? —тарик усмехнулс€, наклон€сь, провел рукою по воздуху и ласково ска- зал: - ј - вот он... —пуст€ три года, € узнал, что в 1905 г. ћакова ограбили и убили где-то около Ѕалахны. ћ. √орький. ј¬“ќЅ»ќ√–ј‘»„≈— »≈ –ј—— ј«џ. (ѕродолжение). ќчень пам€тны мне вечера в маленькой, чистой комнатке с бревенчатыми стенами. ќкна плотно закрыты ставн€ми; на столе, в углу, горит лампа, перед нею крутолобый, гладко остриженный человек с большой бородою, он говорит спокойно: - —уть жизни в том, чтобы человек все дальше отходил от скота... “рое мужиков слушают внимательно, у всех - хорошие глаза, умные лица. »зот сидит всегда неподвижно, как бы прислушива€сь к чему-то отдаленно- му, что слышит только он один;  укушкин вертитс€, точно его комары куса- ют, а ѕанков, пощипыва€ светлые усики, соображает тихо: - «начит, все-таки была нужда народу разбитьс€ на сослови€. ћне очень нравитс€, что ѕанков никогда не говорит грубо с  укушкиным, батраком своим, и внимательно слушает забавные выдумки мечтател€.  ончитс€ беседа, - € иду к себе, на чердак и сижу там, у открытого окна, гл€д€ на уснувшее село и в пол€, где непоколебимо властвует молча- ние. Ќочна€ мгла пронизана блеском звезд, тем более близких земле, чем дальше они от мен€. Ѕезмолвие внушительно сжимает сердце, а мысль расте- каетс€ в безграничии пространства, и € вижу тыс€чи деревень, так же мол- ча прижавшихс€ к плоской земле, как притиснуто к ней наше село. Ќепод- вижность, тишина... ћглиста€ пустота, тепло обн€в мен€, присасываетс€ тыс€чами невидимых пи€вок к душе моей, и, постепенно, € чувствую сонную слабость, смутна€ тревога волнует мен€. ћал и ничтожен € на земле... ∆изнь села встает предо мною безрадостно. я многократно слышал и чи- тал, что в деревне люди живут более здорово и сердечно, чем в городе. Ќо - € вижу мужиков в непрерывном, каторжном труде, среди них много нездо- ровых, надорвавшихс€ в работе и почти совсем нет веселых людей. ћастеро- вые и рабочие города, работа€ не меньше, живут веселее и не так нудно, надоедливо жалуютс€ на жизнь, как эти угрюмые люди. ∆изнь кресть€нина не кажетс€ мне простой, - она требует напр€женного внимани€ к земле и много чуткой хитрости в отношении к люд€м. » не сердечна эта, бедна€ разумом жизнь, - заметно, что все люди села живут ощупью, как слепые, все че- го-то бо€тс€, не вер€т друг другу, - что-то волчье есть в них. ћне трудно пон€ть, за что они так упр€мо не люб€т ’охла, ѕанкова и всех "наших", - людей, которые хот€т жить разумно. я отчетливо вижу преимущества города: его жажду счасть€, дерзкую пыт- ливость разума, разнообразие его целей и задач. » всегда в такие ночи мне вспоминаетс€ двое горожан: "‘.  алугин и «. Ќебей. "„асовых дел мастера, а также принимают в починку разные аппараты, хирургические инструменты, швейные машины, музыкальные €щики всех систем и прочее". Ёта вывеска помещаетс€ над узенькой дверью маленького магазина. ѕо сторонам двери - пыльные окна. ” одного сидит ‘.  алугин, лысый, с шиш- кой на желтом черепе и с лупой в глазу; круглолицый, плотный, он почти непрерывно улыбаетс€, ковыр€€ тонкими щипчиками в механизме часов, или что-то распевает, открыв круглый рот, спр€танный под седою щеткой усов. ” другого окна - «. Ќебей, курчавый, черный, с большим, кривым носом, с большими, как сливы, глазами и остренькой бородкой; сухой, тощий, он по- хож на дь€вола. ќн тоже разбирает и слаживает какие-то тоненькие штучки и, порою, неожиданно кричит басом: - “ра-та-там, там, там! «а спинами у них хаотически нагромождены €щики, машины, какие-то ко- леса, аристоны, глобусы; всюду на полках - металлические вещи разных форм, и множество часов качают ма€тниками на стенах. я готов целый день смотреть, как работают эти люди, но мое длинное тело закрывает им свет, они стро€т мне страшные рожи, машут руками - гон€т прочь. ”ход€, € с за- вистью думаю: -  акое счастье уметь все делать! ”важаю этих людей и верю, что они знают тайны всех машин, инструмен- тов и могут починить все на свете. Ёто - люди! ј деревн€ не нравитс€ мне, мужики непон€тны. Ѕабы особенно часто жа- луютс€ на болезнь; у них что-то "подкатывает к сердцу", "спирает в гру- д€х" и посто€нно - "резь в животе", - об этом они больше и охотнее всего говор€т, сид€ по праздникам у своих изб или на берегу ¬олги. ¬се они страшно легко раздражаютс€, неистово руга€ друг друга. »з-за разбитой, глин€ной корчаги, ценою в двенадцать копеек, три семьи дрались коль€ми, переломили руку старухе и разбили череп парню. “акие драки почти каждую неделю. ѕарни относ€тс€ к девицам откровенно цинично и озорничают над ними: поймают девок в поле, завернут им юбки и крепко св€жут подолы мочалой над головами. Ёто называетс€ "пустить девку цветком". ѕо по€с обнаженные снизу девицы визжат, ругаютс€, но, кажетс€, им при€тна эта игра - замет- но, что они разв€зывают юбки свои медленнее, чем могли бы. ¬ церкви за всенощной, парни щиплют девицам €годицы, - кажетс€, только дл€ этого они и ход€т в церковь. ¬ воскресенье поп с амвона говорил: - —коты! Ќет разве иного места дл€ безобрази€ вашего? - Ќа ”краине народ, пожалуй, более поэт в религии, - рассказывает –о- мась, - а здесь, под верою в Ѕога, € вижу только грубейшие инстинкты страха и жадности. “акой, знаете, искренной любви к Ѕогу, восхищени€ красотою и силой его - у здешних нет. Ёто, может быть, хорошо: легче ос- вобод€тс€ от религии, она же - вреднейший предрассудок, скажу вам. ѕарни хвастливы, но - трусы. ”же раза три они пробовали побить мен€, застига€ ночью на улице, но это не удалось им, и только однажды мен€ ударили палкой по ноге.  онечно, € не говорил –омасю о таких стычках, но, заметив, что € прихрамываю, он сам догадалс€ в чем дело. - Ёге, все-таки - получили подарок? я ж говорил вам. ’от€ он и не советует мне гул€ть по ночам, но, все же, иногда € выхо- жу огородами на берег ¬олги и сижу там, под ветлами, гл€д€ сквозь проз- рачную завесу ночи вниз и за реку, в луга. ¬еличественно медленное тече- ние ¬олги, богато позолоченное лучами невидимого солнца, отраженными мертвой луною. я не люблю луну, в ней есть что-то зловещее и, как у со- баки, она возбуждает у мен€ печаль, желание уныло завыть. ћен€ очень об- радовало, когда € узнал, что она светит не своим светом, что она мертва и нет, и не может быть жизни на ней. ƒо этого € представл€л ее населен- ной медными людьми; они сложены из треугольников, двигаютс€ как циркули и уничтожающе, великопостно звон€т. Ќа ней все - медное: растени€, жи- вотные, - все непрерывно, приглушено звенит, враждебно земле, замышл€ет злое против нее. ћне было при€тно узнать, что она - пустое место в небе- сах, но, все-таки, хотелось бы, чтоб на луну упал большой метеор, с си- лою, достаточной дл€ того, чтоб она, вспыхнув от удара, заси€ла над зем- лей собственным светом. √л€д€, как течение ¬олги колеблет парчевую полосу света и, зарожден- ное где-то далеко во тьме, исчезает в черной тени горного берега, - € чувствую, что мысль мо€ становитс€ бодрее и острей. Ћегко думаетс€ о чем-то неуловимом словами, чуждом всему, что пережито днем. ¬ладычное движение водной массы почти безмолвно. ѕо темной, широкой дороге скользит пароход чудовищной птицей в огненном оперении, м€гкий шум течет вслед за ним как трепет т€желых крыльев. ѕод луговым берегом плавает огонек, от него по воде простираетс€ острый красный луч - это рыбак лу- чит рыбу, а можно думать, что на реку опустилась с неба одна из его бесприютных звезд и носитс€ над водою огненным цветком. ¬ычитанное из книг развиваетс€ в странные фантазии, воображение неус- танно ткет картины бесподобной красоты, и точно плывешь в м€гком воздухе ночи вслед за рекою. ћен€ находит »зот, - ночью он кажетс€ еще крупнее, еще более при€тен. - “ы оп€ть тут? - спрашивает он и, сад€сь р€дом, долго, сосредоточен- но молчит, гл€д€ на реку и в небо, поглажива€ тонкий шелк золотистой бо- роды. ѕотом - мечтает: - ¬ыучусь, начитаюсь, - пойду вдоль всех рек и буду все понимать! Ѕу- ду учить людей. ƒа! ’орошо, брат, поделитьс€ душой с человеком. ƒаже ба- бы, - некоторые, - если с ними говорить по душе - и они понимают! Ќедав- но одна - сидит в лодке у мен€ и спрашивает: а что с нами будет, когда помрем? Ќе верю - говорит - ни в ад, ни в тот свет. ¬идал? ќни, брат, тоже... Ќе найд€ слова, он помолчал и, наконец, добавил: - ...живые души... »зот был ночной человек. ќн хорошо чувствовал красоту, хорошо говорил о ней, - тихими словами мечтающего ребенка. ¬ Ѕога он веровал без стра- ха, хот€ и церковно, представл€л его себе большим, благообразным стари- ком, добрым и умным хоз€ином мира, который не может побороть зла только потому, что не поспевает он, больно много человека разродилось. Ќу - ни- чего, он - поспеет, увидишь. ј вот ’риста € не могу пон€ть - никак. Ќи к чему он дл€ мен€. ≈сть Ѕог, ну, и - ладно. ј тут - еще один. —ын, гово- р€т. ћало ли что - сын. „ай Ѕог-то не помер... Ќо чаще »зот сидит молча, дума€ о чем-то, и лишь порою говорит, вздохнув: - ƒа, вот оно как... - „то? - Ёто € про себ€... » снова вздыхает, гл€д€ в мутные дали... - ’орошо это - жизнь. я соглашаюсь. - ƒа, хорошо! ћогуче движетс€ бархатна€ полоса темной воды; над нею изогнуто прос- терлась серебр€на€ лини€ ћлечного пути, сверкают золотыми жаворонками большие звезды; и сердце тихо поет свои неразумные думы о тайнах жизни. ƒалеко над лугами из красноватых облаков вырываютс€ лучи солнца, и - вот оно распустило в небесах свой павлиний хвост. - ”дивительно это - солнце! - бормочет »зот, счастливо улыба€сь. яблони цветут, село окутано розоватыми сугробами и горьким запахом, он проникает всюду, заглуша€ запахи дегт€ и навоза. —отни цветущих де- ревьев, празднично одетые в розоватый атлас лепестков, правильными р€да- ми уход€т от изб села в поле. ¬ лунные ночи, при легком ветре, мотыльки цветов колебались, шелестели едва слышно, и казалось, что село заливают золотисто-голубые, т€желые волны. Ќеустанно и страстно пели соловьи, а днем задорно дразнились скворцы, и невидимые жаворонки изливали на землю непрерывный, нежный звон свой. ѕо праздникам, вечерами, девки и молодухи ходили по улице, распева€ песни, открыв рты как птенцы, и томно улыбались хмельными улыбками. »зот тоже улыбалс€ точно пь€ный, он похудел, глаза его провалились в темные €мы, лицо стало еще строже, красивей и - св€тей. ќн целые дни спал, €в- л€€сь по улице только под вечер, озабоченный, тихо задумчивый.  укушкин грубо, но ласково издевалс€ над ним, а он, смущенно ухмыл€€сь, говорил: - ћолчи, знай! „то поделаешь? » восхищалс€: - ќй, сладка жизнь! », ведь, как ласково жить можно, какие слова есть дл€ сердца. »ное - до смерти не забудешь, воскреснешь - первым вспом-
в начало наверх
нишь. - —мотри, побьют теб€ мужь€, - предупреждал его ’охол, тоже ласково усмеха€сь. - » - есть за что, - соглашалс€ »зот. ѕочти каждую ночь, вместе с песн€ми соловьев, разливалс€ в садах, в поле, на берегу реки высокий, волнующий голос ћигуна, - он изумительно красиво пел хорошие песни, за них даже мужики многое прощали ему. ¬ечерами, по субботам, у нашей лавки собиралось все больше народа и - неизбежно - старик —услов, Ѕаринов, кузнец  ротов, ћигун. —ид€т и задум- чиво беседуют. ”йдут одни, €вл€ютс€ другие, и так - почти до полуночи. »ногда скандал€т пь€ные, чаще других - солдат  остин, человек одноглазый и без двух пальцев на левой руке. «асучив рукава, размахива€ кулаками, он подходит к лавке шагом бойцового петуха и орет натужно, хрипло: - ’охол, вредна€ наци€, турецка€ вера! ќтвечай - почему в церковь не ходишь, а? ≈ретицка€ душа! —муть€н человечий! ќтвечай - кто ты таков есть? ≈го дразн€т: - ћишка, - ты зачем пальцы себе отстрелил? “урка испугалс€? ќн лезет дратьс€, но его хватают и со смехом, с криками сталкивают в овраг, - кат€сь кубарем по откосу, он визжит нестерпимо: -  араул! ”били... ѕотом вылезает весь в пыли, и просит у ’охла на шкалик водки. - «а что? - «а потеху, - отвечает  остин. ћужики дружно хохочут. ќднажды утром, в праздник, когда кухарка подожгла дрова в печи и выш- ла на двор, а € был в лавке - в кухне раздалс€ сильный взрыв, лавка вздрогнула, с полок повалились жест€нки карамели, зазвенели выбитые стекла, забарабанило по полу. я бросилс€ в кухню, - из двери ее в комна- ту лезли черные облака дыма, за ним что-то шипело и трещало. ’охол схва- тил мен€ за плечо: - —тойте... ¬ сен€х завыла кухарка. - Ё, дура... –омась сунулс€ в дым, загремел чем-то, крепко выругалс€ и закричал: - ѕерестань! ¬оды! Ќа полу кухни дымились полень€ дров, горела лучина, лежали кирпичи, в черном жерле печи было пусто, как выметено. Ќащупав в дыму ведро воды, € залил огонь на полу и стал швыр€ть полень€ обратно в печь. - ќсторожней! - сказал ’охол, вед€ за руку кухарку, и, втолкнув ее в комнату, скомандовал: - «апри лавку! ќсторожнее, ћаксимыч, может и еще взорвет... » присев на корточки, он стал рассматривать круглые, еловые полень€, потом начал вытаскивать из печи брошенные мною туда. - „то вы делаете? - ј - вот! ќн прот€нул мне странно разорванный кругл€ш и € увидал, что внутрен- ность его была высверлена коловоротом и странно закоптела. - ѕонимаете? ќни, черти, начинили полено порохом. ƒурачье! Ќу, что можно сделать фунтом пороха? », отложив полено в сторону, он начал мыть руки, говор€: - ’орошо, что јксинь€ ушла, а то ушибло бы ее...  исловатый дым разошелс€, - стало видно, что на полке перебита посу- да, из рамы окна выдавлены все стекла, а в устье печи - вырваны кирпичи. ¬ этот час спокойствие ’охла не понравилось мне, - он вел себ€ так, как будто глупа€ зате€ нимало не возмущает его. ј по улице бегали мальчишки, звенели их голоса: - ” ’охла пожар! √орим! ѕричита€, выла баба, а из комнаты тревожно кричала јксинь€. - ¬ лавку лом€тс€, ћихайло јнтоныч. - Ќу, ну, тихо! - говорил он, вытира€ полотенцем мокрую бороду. ¬ открытое окно комнаты, смотрели искаженные страхом и гневом волоса- тые рожи, щурились глаза разъедаемые дымом и кто-то возбужденно, визгли- во кричал: - ¬ыгнать их из села! —кандалы у них бесперечь! „то такое, √осподи? ћаленький рыжий мужичок, крест€сь и шевел€ губами, пыталс€ влезть в окно и - не мог, - в правой руке у него был топор, а лева€, судорожно хвата€сь за подоконник, срывалась. ƒержа в руке полено, –омась спросил его: -  уда ты? - “ушить, батюшка... - “ак нигде же не горит... ћужик, испуганно открыв рот, исчез, а –омась вышел на крыльцо лавки и, показыва€ полено, говорил толпе людей: -  то-то из вас, мужики, начинил этот кругл€ш порохом и сунул его в наши дрова. Ќо пороха оказалось мало, и вреда никакого не вышло... я сто€л сзади ’охла, смотрел на толпу и слышал, как мужик с топором пугливо рассказывает: -  ак он размахнетс€ на мен€ поленом... ј солдат  остин, уже выпивший, кричал: - ¬ыгнать его, изувера! ѕод суд... Ќо большинство людей молчало, пристально гл€д€ на –омас€, недоверчиво слуша€ его слова: - ƒл€ того, чтоб взорвать избу надо много пороха, - пожалуй - пуд! Ќу, идите же...  то-то спрашивал: - √де староста? - ”р€дника надо! Ћюди разошлись не тороп€сь, неохотно, как будто сожале€ о чем-то. ћы сели пить чай, јксинь€ разливала, ласкова€ и добра€ как никогда и, сочувственно погл€дыва€ на –омас€, говорила: - Ќе жалуетесь вы на них, вот они и озорничают! - Ќе сердит вас это? - спросил €. - ¬ремени не хватит сердитьс€ на каждую глупость. я подумал: если б все люди так спокойно делали свое дело! ј он уже говорил, что скоро поедет в  азань, спрашивал, какие книги привезти? »ногда мне казалось, что у этого человека на месте души действует - как в часах - некий механизм, заведенный сразу на всю жизнь. я любил ’охла, очень уважал его, но мне хотелось, чтоб однажды он рассердилс€ на мен€ или на кого-нибудь другого, кричал бы и топал ногами. ќднако он не мог или не хотел сердитьс€.  огда его раздражали глупостью или под- лостью, он только насмешливо прищуривал серые глаза и говорил короткими, холодными словами что-то, всегда очень простое, безжалостное. “ак, он спросил —услова: - «ачем же вы, старый человек, кривите душой, а? ∆елтые щеки и лоб старика медленно окрасились в багровый цвет, - ка- залось, что и бела€ борода его тоже порозовела у корней волос. - ¬едь, - нет дл€ вас пользы в этом, а уважение вы потер€ете. —услов, опустив голову, согласилс€: - ¬ерно - нет пользы! » потом говорил »зоту: - Ёто - душеводитель! ¬от эдаких бы подобрать в начальство... ...  ратко, толково –омась внушает, что и как € должен делать без не- го, и мне кажетс€, что он уже забыл о попытке попугать его взрывом, как забывают об укусе мухи. ѕришел ѕанков, осмотрел печь и хмуро спросил: - Ќе испугались? - Ќу, чего же? - ¬ойна. - —адись чай пить. - ∆ена ждет. - √де был? - Ќа рыбалке. — »зотом. ќн ушел и в кухне еще раз задумчиво повторил: - ¬ойна. ќн говорил с ’охлом всегда кратко, как будто давно уже переговорив обо всем важном и сложном. ѕомню, - выслушав историю царствовани€ »вана √розного, рассказанную –омасем, »зот сказал: - —кушный царь! - ћ€сник, - добавил  укушкин, - а ѕанков решительно за€вил: - ”ма особого не видно в нем. Ќу, перебил он кн€зей, так - на их мес- то расплодил мелких двор€нишек. ƒа еще чужих навез, иноземцев. ¬ этом - нет ума! ћелкий помещик хуже крупного. ћуха - не волк, из ружь€ не убьешь, а надоедает она - хуже волка. явилс€  укушкин с ведром разведенной глины и, вмазыва€ кирпичи в печь, говорил: - ”думали черти! ¬ошь свою перевести - не могут, а, человека извести - пожалуйста! “ы, јнтоныч, много товару сразу не вози, лучше - поменьше, да почаще, а то, гл€ди, подожгут теб€. “еперь, когда ты эту штуку устро- ишь, - жди беды! "Ёта штука", очень непри€тна€ богате€м села, - артель садовладельцев; ’охол почти уже наладил ее при помощи ѕанкова, —услова и еще двух, трех разумных мужиков. Ѕольшинство домохоз€ев начало относитьс€ к –омасю бла- госклонней, в лавке заметно увеличивалось количество покупателей, и даже "никчемные" мужики - Ѕаринов, ћигун - вс€чески старались помочь всем, чем могли, делу ’охла. ћне очень нравитс€ ћигун, € любил его красивые, печальные песни.  ог- да он пел, то закрывал глаза и его страдальческое лицо не дергалось су- дорогами. ∆ил он темными ночами, когда нет луны или небо занавешено плотной тканью облаков. Ѕывало, - с вечера зовет мен€ тихонько: - ѕриходи на ¬олгу. “ам, налажива€ на стерл€дей запрещенную снасть, сид€ верхом на корме своего челнока, опустив кривые, темные ноги в темную воду, он говорит вполголоса: - »змываетс€ надо мной барин, - ну, ладно, могу терпеть, пес его возьми, он - лицо, он знает неизвестное мне. ј - когда свой брат, мужик, чистит мен€ - как € могу прин€ть это? √де между нами разница? ќн - руб- л€ми считает, € - копейками, только и всего. Ћицо ћигуна болезненно дергаетс€, прыгает бровь, быстро шевел€тс€ пальцы рук, разбира€ и подтачива€ напильником крючки снасти; тихо звучит сердечный голос: - —читаюсь € вором, верно - грешен. “ак, ведь, и все грабежом живут, все друг дружку сосут да грызут. ƒа. Ѕог нас - не любит, а чорт - балу- ет! „ерна€ река ползет мимо нас, черные тучи двигаютс€ над нею, лугового берега не видно во тьме. ќсторожно шаркают волны о песок берега и замы- вают ноги мои, точно увлека€ мен€ за собою в безбрежную, куда-то плыву- щую тьму. - ∆ить-то - надо? - вздыха€, спрашивает ћигун. ¬верху, на горе, уныло воет собака.  ак сквозь сон, € думаю: - ј зачем надо жить таким и так, как ты? ќчень тихо на реке, очень черно и жутко. » нет конца этой теплой тьме. - ”бьют ’охла. » теб€, гл€ди, убьют, - бормочет ћигун, потом неожи- данно и тихо запевает песню: - ћен€-а мамонька любила-а, - √оворила: Ёх-ма, яша, эх-ты, мила€ душа. ∆иви тихо-о... ќн закрывает глаза, голос его звучит сильнее и печальней, пальцы, разбира€ бичевку снасти, шевел€тс€ медленнее. - Ќе послушал € родимой. Ёх, - не послушал... ” мен€ странное ощущение: как будто земл€, подмыта€ т€желым движением темной, жидкой массы, опрокидываетс€ в нее, а € - съезжаю, соскальзываю с земли во тьму, где навсегда утонуло солнце.  ончив петь так же неожиданно, как начал, ћигун молча стаскивает чел- нок в воду, садитс€ в него и почти бесшумно исчезает в черноте. —мотрю вслед ему и думаю: - «ачем живут такие люди? ¬ друзь€х у мен€ и Ѕаринов, безалаберный человек, хвастун, лент€й, сплетник и непоседливый брод€га. ќн жил в ћоскве и говорит о ней, отпле- выва€сь: - јдов город! Ѕестолочь. ÷ерквей - четырнадцать тыс€ч и шесть штук, а народ - сплошь жулик! » все - в чесотке, как лошади, ей-богу!  упцы, во- енные, мещане, - все, как есть, ход€т и чешутс€. ƒействительно - царь пушка есть там, - струмент громадный! ѕетр ¬еликий сам ее отливал, чтобы
в начало наверх
по бунтар€м стрел€ть; баба одна, двор€нка, бунт подн€ла против него, за любовь к нему. ∆ил он с ней ровно семь лет изо дн€ в день, потом бросил с троими реб€тами. –азгневалась она и - бунт. “ак, братец ты мой, как он бабахнет из этой пушки по бунту - дев€ть тыс€ч триста восемь человек сразу уложил. ƒаже - сам испугалс€: нет, - говорит ‘иларет-митрополиту, - надо ее, сволочь, заклепать от соблазну! «аклепали... я говорю ему, что все это ерунда, он - сердитс€: - √ос-споди Ѕоже мой!  акой у теб€ характер скверный! ћне эту историю подробно ученый человек сказывал, а ты... ’одил он в  иев "ко св€тым" и рассказывал: - √ород этот - вроде нашего села, тоже на горе стоит и - река, забыл, однако, кака€. ѕротив ¬олги - лужица. √ород путаный, надо пр€мо сказать. ¬се улицы - кривые и в гору лезут. Ќарод - хохол, не такой крови, как ћихайло јнтонов, а - полупольской, полутатарской. Ѕалакает, - не гово- рит. Ќечесаный народ, гр€зный. Ћ€гушек ест. Ћ€гушки у них фунтов по де- с€ти. ≈здит на быках и даже пашет на них. Ѕыки у них - замечательные, самый маленький - вчетверо больше нашего. ¬осемьдес€т три пуда весом. ћонахов там - п€тьдес€т семь тыс€ч и двести семьдес€т три архиере€... Ќу, чудак!  ак же ты можешь спорить? я - сам все видел, своими глазами, а ты - был там? Ќе был! Ќу, то-то же! я, брат, точность больше всего люблю... ќн любил цифры, выучилс€ у мен€ складывать и умножать их, но терпеть не мог делени€. ”влеченно умножал многозначные числа, храбро ошибалс€ при этом и, написав длинную линию цифр палкой на песке, смотрел на них пораженно, вытаращив детские глаза, восклица€: - “акую штуку никто и выговорить не может! ќн - человек нескладный, растрепанный, оборванный, а лицо у него поч- ти красивое, в курчавой, веселой бородке, голубые глаза улыбаютс€ детс- кой улыбкой. ¬ нем и  укушкине есть что-то общее и, должно быть поэтому, они сторон€тс€ друг друга. Ѕаринов дважды ездил на  аспий ловить рыбу и - бредит: - ћоре, братец мой, ни на что не похоже! “ы перед ним - мошка! √л€- дишь ты на него и - нет теб€! » жизнь там сладка€. “уда сбегаетс€ вс€кий народ, даже архимандрит один был; ничего - работал!  ухарка тоже была одна, жила она у прокурора в любовницах - ну, чего бы еще надо? ќднако - не стерпела: очень ты мне, прокурор, любезен, а все-таки - прощай! ѕото- му - кто хоть раз видел море, его снова туда т€нет. ѕростор там.  ак в небе - никакой толкотни! я тоже уйду туда навеки. Ќе люблю € народ, вот что! ћне бы отшельником жить, в пустын€х, ну, - не знаю € пустынь пор€- дочных... ќн болталс€ в селе, как бездомна€ собака, его презирали, но слушали рассказы его с таким же удовольствием, как песни ћигуна. - Ћовко врет! «ан€тно! ≈го фантазии иногда смущали разум даже таких положительных людей, как ѕанков, - однажды этот недоверчивый мужик сказал ’охлу: - Ѕаринов доказывает, что про √розного не все в книгах написано, мно- гое скрыто. ќн, будто, оборотень был, √розный, орлом оборачивалс€, - с его времени орлов на деньгах и чекан€т, - в честь ему. я замечал, - который раз? - что все необычное, фантастическое, €вно, а иногда и плохо выдуманное, нравитс€ люд€м гораздо больше, чем серьез- ные рассказы о правде жизни. Ќо когда € говорил об этом ’охлу, - он, усмеха€сь, говорил: - Ёто - пройдет. Ћишь бы люди научились думать, а до правды они доду- маютс€! » чудаков этих - Ѕаринова,  укушкина - вам надо пон€ть. Ёто, знаете, - художники, сочинители. “аким же - наверное - чудаком ’ристос был. ј - согласитесь, что, ведь, он кое-что не плохо выдумал... ”дивл€ло мен€, что все эти люди мало и неохотно говор€т о Ѕоге, - только старик —услов часто и с убеждением замечал: - ¬се - от Ѕога! » всегда € слышал в этих словах что-то безнадежное. ќчень хорошо жи- лось с этими людьми, и многому научилс€ € от них в ночи бесед. ћне каза- лось, что каждый вопрос, поставленный –омасем, пустил, как мощное дере- во, корни свои в плоть жизни, а там, в недрах ее, эти корни сплелись с корн€ми другого, такого же векового дерева и на каждой ветви их €рко цветут мысли, пышно распускаютс€ листь€ звучных слов. я чувствовал свой рост, насосавшись возбуждающего меда книг, увереннее говорил, и уже не раз ’охол, усмеха€сь, похваливал мен€: - ’орошо действуете, ћаксимыч!  ак € был благодарен ему за эти слова! ѕанков иногда приводил жену свою, маленькую женщину с кротким лицом и умным взгл€дом синих глаз, одетую "по-городскому". ќна тихонько садилась в угол, скромно поджав губы, но через некоторое врем€ рот ее удивленно открывалс€ и глаза расшир€лись пугливо. ј иногда она, слыша меткое слов- цо, смущенно сме€лась, закрыва€ лицо руками. ѕанков же, подмигнув –ома- сю, говорил: - ѕонимает!   ’охлу приезжали осторожные люди, он уходил с ними на чердак ко мне и часами сидел там. “уда јксинь€ подавала им есть и пить, там они спали, невидимые нико- му, кроме мен€ и кухарки, по-собачьи преданной –омасю, почти молившейс€ на него. ѕо ночам »зот и ѕанков отвозили этих гостей в лодке на мимо идущий пароход или на пристань в Ћобышки. я смотрел с горы, как на чер- ной - или посеребренной луною - реке мелькает чечевица лодки, летает над нею огонек фонар€, привлека€ внимание капитана парохода, - смотрел и чувствовал себ€ участником великого, тайного дела. ѕриезжала из города ћари€ ƒеренкова, но € уже не нашел в ее взгл€де того, что смущало мен€, - глаза ее показались мне глазами девушки, котора€ счастлива сознанием своей миловидности и рада, что за нею ухаживает большой, бородатый чело- век. ќн говорил с нею так же спокойно, и немножко насмешливо, как со всеми, только бороду поглаживал чаще, да глаза его си€ли теплее. ј ее тонкий голосок звучал весело, она была одета в голубое платье, голуба€ лента на светлых волосах. ƒетские руки ее были странно беспокойны - как будто искали за что бы схватитьс€? ќна почти непрерывно напевала что-то, не открыва€ рта, и обмахивала платочком розоватое, тающие лицо. Ѕыло в ней что-то волновавшее мен€ по-новому, непри€зненно и сердито. я старал- с€ возможно меньше видеть ее. ¬ средине июл€ пропал »зот. «аговорили, что он утонул, и дн€ через два подтвердилось: верстах в семи ниже села к луговому берегу прибило его лодку с проломленным дном и разбитым бортом. Ќесчастие объ€снили тем, что »зот, веро€тно, заснул на реке и лодку его снесло на пыжи трех барж, сто€вших на €кор€х, верстах в п€ти ниже села. –омась был в  азани, когда случилось это. ¬ечером ко мне в лавку при- шел  укушкин, уныло сел на мешки, помолчал гл€д€ на ноги себе, потом, закурива€, спросил: -  огда ’охол воротитс€? - Ќе знаю. ќн начал крепко растирать ладонью битое свое лицо, тихонько руга€сь матерными словами, рыча, как подавившийс€ костью. - „то ты? ќн взгл€нул на мен€, куса€ губы. √лаза его покраснели, челюсть дрожа- ла. ¬ид€, что он не может говорить, € тревожно ждал чего-то печального. Ќаконец, выгл€нув на улицу, он с трудом выговорил, заика€сь: - ≈здил € - с ћигуном. Ћодку смотрели »зотову. “опором дно-то проруб- лено - пон€л? «начит - убит »зотушка! ”били. Ќе иначе... ¬стр€хива€ головою, он стал нанизывать матерные слова, одно на дру- гое, всхлипывал сухим, гор€чим звуком, а потом, замолчав, стал крес- титьс€. Ќестерпимо было видеть, как этот мужик хочет заплакать, и - не может, не умеет, дрожит весь, задыха€сь в злобе и печали. ¬скочил и ушел, встр€хива€ головою. Ќа другой день вечером, мальчишки, купа€сь, увидали »зота под разби- той баржею, обсохшей на берегу немного выше села. ѕоловина днища баржи была на камн€х берега, половина - в воде и под нею, у кормы, зацепившись за изломанные полости рул€, распласталось вниз лицом длинное тело »зота с разбитым, пустым черепом, - вода вымыла мозг из него. –ыбака ударили сзади, затылок его был точно стесан топором. “ечение колебало »зота, забрасыва€ ноги его к берегу, двига€ руками рыбака, - казалось, что он напр€гает силы свои, пыта€сь выкарабкатьс€ на берег. ”грюмо, сосредоточенно на берегу сто€ло дес€тка два мужиков богачей, - бедн€ки еще не воротились с пол€. —уетилс€, размахива€ посошком, воро- ватый, трусливый староста, шмыгал носом и отирал его рукавом розовой ру- бахи. Ўироко расставив ноги, вып€тив живот, сто€л кр€жистый лавочник  узьмин, гл€д€ - по очереди - на мен€ и  укушкина. ќн грозно нахмурил брови, но его бесцветные глаза слизились и р€бое лицо показалось мне жалким. - ќй, озорство! - причитал староста, семен€ кривыми ногами. - ќх, му- жики, не хорошо! ƒородна€ молодуха, сноха его, сид€ на камне, тупо смотрела в воду и крестилась дрожащей рукой, губы ее шевелились, и нижн€€, толста€, крас- на€ как-то непри€тно, точно у собаки, отвисала, обнажа€ желтые зубы ов- цы. — горы цветными комь€ми катились девки, реб€тишки, поспешно шагали пыльные мужики. “олпа осторожно и негромко гудела: - «анозистый был мужик. - „ем это? - Ёто, вон,  укушкин занознет... - «р€ извели человека... - »зот - смирно жил... - —мирно-о? - завыл  укушкин, броса€сь к мужикам. - “ак за что же вы его убили, а? —волочь! ј? ¬друг истерически захохотала кака€-то баба, и хохот кликуши точно плетью ударил толпу, - мужики заорали, налеза€ друг на друга, руга€сь, рыча, а  укушкин, подскочив к лавочнику, с размаха ударил его ладонью по шероховатой щеке: - Ќа, животный! –азмахива€ кулаками, он тотчас же выскочил из свалки и почти весело крикнул мне: - ”ходи, дратьс€ будут! ≈го уже ударили, он плевал кровью из разбитой губы, но лицо его си€ло удовольствием... - ¬идал, как €  узьмина шарахнул?   нам подбежал Ѕаринов, пугливо огл€дыва€сь на толпу у баржи - она сбилась тесной кучей, из нее вырывалс€ тонкий голос старосты. - Ќет, ты докажи - кому € мирволю? “ы - докажи! - ”ходить надо отсюда мне, - ворчал Ѕаринов, поднима€сь в гору. - ¬е- чер был зноен, т€гостна€ духота мешала дышать. Ѕагровое солнце опуска- лось в плотные, синеватые тучи, красные отблески сверкали на листве кус- тов; где-то ворчал гром. ѕредо мною шевелилось тело »зота, и на разбитом черепе его волоса, выпр€мленные течением, как-будто встали дыбом. я вспоминал его глухова- тый голос, хорошие слова: - ¬ каждом человеке детское есть, - на него и надо упирать, на детс- кое это. ¬озьми ’охла: он, будто, железный; а душа в нем - детска€.  укушкин, шага€ р€дом со мною, говорил сердито: - ¬сех нас вот эдак, - перетово... √осподи, глупость кака€! ’охол приехал дн€ через два, поздно ночью, видимо очень довольный чем-то, необычно ласковый.  огда € впустил его в избу, он хлопнул мен€ по плечу: - ћало спите, ћаксимыч. - »зота убили. - „то-о? —кулы у него вздулись желваками и борода задрожала, точно стру€сь, стека€ на грудь. Ќе снима€ фуражки, он остановилс€ среди комнаты, прищу- рив глаза, мота€ головой. - “ак. Ќеизвестно - кто? Ќу, да... ћедленно прошел к окну и сел там, выт€нув ноги. - я же говорил ему... Ќачальство было? - ¬чера. —тановой... - Ќу, что же? - спросил он и сам себе ответил: - конечно - ничего. я сказал ему, что становой, как всегда, остановилс€ у  узьмина и ве- лел посадить в холодную  укушкина за пощечину лавочнику. - “ак. Ќу, что же тут скажешь? я ушел в кухню кип€тить самовар. «а чаем –омась говорил: - ∆алко этот народ, - лучших своих убивает он. ћожно думать - боитс€ их. "Ќе ко двору" они ему, как здесь говор€т.  огда шел € этапом в —и- бирь эту, - каторжанин один рассказывал мне: занималс€ он воровством, была у него цела€ шайка, п€теро. » вот один начал говорить: бросимте, братцы, воровство, все равно - толку нет, живем плохо. » за это они его удушили, когда он пь€ный спал. –ассказчик очень хвалил мне убитого: тро- их, говорит, прикончил € после того - не жалко, а товарища до сего дн€ жалею, хороший был товарищ - умный, веселый, чиста€ душа. "„то же вы убили его, - спрашиваю, - бо€лись: выдаст?" ƒаже обиделс€: "нет, гово-
в начало наверх
рит, он бы ни за какие деньги не выдал, ни за что. ј - так, как-то, не ладно стало дружить с ним, все мы - грешны, а он, будто, праведник. Ќе хорошо". ’охол встал и начал шагать по комнате, заложив руки на спину, держа в зубах трубку, белый весь, в длинной татарской рубахе до п€т.  репко то- па€ босыми подошвами, он говорил тихо и задумчиво, точно беседу€ сам с собою. - ћного раз натыкалс€ € на эту бо€знь праведника, на изгнание из жиз- ни хорошего человека. ƒва отношени€ к таким люд€м: либо их вс€чески уничтожают, сначала затравив хорошенько, или - как собаки - смотр€т им в глаза, ползают пред ними на брюхе. Ёто - реже. ј учитьс€ жить у них, подражать им - не могут, не умеют. ћожет быть - не хот€т? ¬з€в стакан остывшего ча€, он сказал: - ћогут и не хотеть. ѕодумайте, - люди с великим трудом наладили дл€ себ€ какую-то жизнь, привыкли к ней, а кто-то один - бунтует: не так жи- вете. Ќе так? ƒа, мы же лучшие силы наши вложили в эту жизнь, дь€вол те- б€ возьми. » - бац его, учител€, праведника. Ќе мешай. ј, все же таки, жива€ правда с теми, которые говор€т: не так живете. — ними правда. » это они двигают жизнь к лучшему. ћахнув рукою на полку книг, он добавил: - ќсобенно - эти! Ёх, если б € мог написать книгу. Ќо - не гожусь на это, - мысли у мен€ т€желые, нескладные. ќн сел за стол, облокотилс€ и, сжав голову руками, сказал: -  ак жалко »зота... » долго молчал. - Ќу, давайте, л€жем спать... я ушел к себе, на чердак, сел у окна. Ќад пол€ми вспыхивали зарницы, обнима€ половину небес, - казалось, что луна испуганно вздрагивает, ког- да по небу разольетс€ прозрачный, красноватый свет. Ќадрывно ла€ли и вы- ли собаки, - и если б не этот вой, можно было бы вообразить себ€ живущим на необитаемом острове. –окотал отдаленный гром, в окно вливалс€ т€желый поток душного тепла. ѕредо мною лежало тело »зота, - на берегу, под кустами ивн€ка. —инее лицо его было обращено к небу, а остеклевшие глаза строго смотрели внутрь себ€. «олотиста€ борода слиплась острыми комь€ми, в ней пр€талс€ изумленно открытый рот. - √лавное, ћаксимыч, доброта, ласка! я ѕасху люблю за то, что она - самый ласковый праздник.   синим его ногам, чисто вымытым ¬олгой, прилипли синие штаны, высох- нув на знойном солнце. ћухи гудели над лицом рыбака, от его тела исходил одур€ющий, тошнотворный запах. “€желые шаги на лестнице... согнувшись в двери, вошел –омась и сел на мою койку, собрав бороду в горсть. - ј €, знаете, женюсь! ƒа. - “рудно будет здесь женщине... ќн пристально посмотрел на мен€, как-будто ожида€: что еще скажу €? Ќо € не находил, что сказать. ќтблески зарниц вторгались в комнату, за- лива€ ее призрачным светом. - ∆енюсь на ћаше ƒеренковой... я невольно улыбнулс€: до этой минуты мне не приходило в голову, что эту девушку можно назвать - ћаша. «абавно. Ќе помню, чтоб отец или брать€ называли ее так - ћаша. - ¬ы что смеетесь? - “ак. - ƒумаете - стар € дл€ нее? - ќ, нет! - ќна сказала мне, что вы были влюблены в нее. -  ажетс€, - да. - ј теперь? ѕрошло? - ƒа, € думаю. ќн выпустил бороду из пальцев, тихо говор€: - ¬ ваши годы это часто кажетс€, а в мои - это уж не кажетс€, но просто охватывает всего, и ни о чем нельз€ больше думать, нет сил. », оскалив крепкие зубы, усмешкой, он продолжал: - јнтоний проиграл цезарю ќктавиану битву при јкциуме потому, что, бросив свой флот и командование, побежал на своем корабле вслед за  лео- патрой, когда она испугалась и отплыла из бо€, - вот что бывает. ¬стал –омась, выпр€милс€ и повторил как поступающий против своей во- ли: - “ак, вот как - женюсь! - —коро? - ќсенью.  огда кончим с €блоками. ќн ушел, наклонив голову в двери ниже, чем это было необходимо, а € лег спать, дума€, что, пожалуй, лучше будет, если € осенью уйду отсюда. «ачем он сказал про јнтони€? Ќе понравилось это мне. ”же наступала пора снимать скороспелые сорта €блок. ”рожай был оби- лен, ветви €блонь гнулись до земли под т€жестью плодов. ќстрый запах аниса окутал сады, там гомонили дети, собира€ червобоину и сбитые ветром желтые и розовые €блоки. ¬ первых числах августа –омась приплыл из  азани с досчаником товара и другим, груженым коробами. Ѕыло утро часов восемь буднего дн€. ’охол только что переоделс€, вымылс€ и, собира€сь пить чай, весело говорил: - ј хорошо плыть ночью по реке... » вдруг, пот€нув носом, спросил озабоченно: -  ак будто - гарью пахнет? ¬ ту же минуту на дворе раздалс€ вопль јксиньи: - √орим! ћы бросились на двор, - горела стена сара€ со стороны огорода, в са- рае мы держали керосин, деготь, масло. Ќесколько секунд мы, оторопело смотрели, как деловито желтые €зыки огн€, обесцвеченные €рким солнцем, лижут стену, загибаютс€ на крышу. јксинь€ притащила ведро воды, ’охол выплеснул его на гор€щую стену, бросил ведро и сказал: -   чорту! ¬ыкатывайте бочки, ћаксимыч! јнись€ - в лавку! я быстро выкатил на двор и на улицу бочку дегт€ и вз€лс€ за бочку ке- росина, но когда € повернул ее, - оказалось, что втулка бочки открыта и керосин потек на землю. ѕока € искал втулку, огонь - не ждал, сквозь досчатые сени сара€ просунулись острые его клинь€, потрескивала крыша и что-то насмешливо пело. ¬ыкатив неполную бочку, € увидал, что по улице отовсюду с воем и визгом бегут бабы, дети. ’охол и јксинь€ вынос€т из лавки товар, спуска€ его в овраг, а среди улицы стоит черна€ седа€ ста- руха и, гроз€ кулаком, кричит пронзительно: - ј-а-а, дь€волы!.. —нова вбежав в сарай, € нашел его полным густейшего дыма: в дыму гу- дело, трещало, с крыши свешивались, извива€сь, красные ленты, а стена уже превратилась в раскаленную решотку. ƒым душил мен€ и ослепл€л, у ме- н€ едва хватило сил подкатить бочку к двери сара€, в двер€х она застр€ла и дальше не шла, а с крыши на мен€ сыпались искры, жал€ кожу. я закричал о помощи, прибежал ’охол, схватил мен€ за руку и вытолкнул на двор. - Ѕегите прочь! —ейчас взорвет... ќн бросилс€ в сени, а € за ним и - на чердак, там у мен€ лежало много книг. ¬ышвырнув их в окно, € захотел отправить вслед за ними €щик шапок; окно было узко дл€ него, тогда € начал выбивать кос€ки полупудовой ги- рей, но - глухо бухнуло, на крышу сильно плеснуло, € пон€л, что это взорвалась бочка керосина, крыша надо мною запылала, затрещала, мимо ок- на лилась, загл€дыва€ в него, рыжа€ стру€ огн€, и мне стало нестерпимо жарко. Ѕросилс€ к лестнице, - густые облака дыма поднимались навстречу мне, по ступенькам вползали багровые змеи, а внизу, в сен€х так трещало, точно чьи-то железные зубы грызли дерево. я растер€лс€. ќслепленный ды- мом, задыха€сь, € сто€л неподвижно какие-то бесконечные секунды. ¬ слу- ховое окно над лестницей загл€нула рыжеборода€ желта€ рожа, судорожно искривилась, исчезла и тотчас же крышу пронзили кровавые копь€ пламени. ѕомню, мне казалось, что волосы на голове моей трещат и кроме этого € не слышал иных звуков. ѕонимал, что - погиб, от€желели ноги, и было больно глазам, хот€ € закрыл их руками. ћудрый инстинкт жизни подсказал мне единственный путь спасени€ - € схватил в охапку мой тюф€к, подушку, св€зку мочала, окутал голову овчин- ным тулупом –омас€ и выпрыгнул в окно. ќчнулс€ € на краю оврага, предо мной сидел на корточках –омась и кри- чал: - „то-о? я встал на ноги, очумело гл€д€, как та€ла наша изба, вс€ в красных стружках, черную землю пред нею лизали злые собачьи €зыки. ќкна дышали черным дымом, на крыше росли, кача€сь, желтые цветы. - Ќу, что? - кричал ’охол. ≈го лицо, облитое потом, выпачканное са- жей, плакало гр€зными слезами, глаза испуганно мигали, в мокрой бороде запуталось мочало. ћен€ облила освежающа€ волна радости - такое огромное, мощное чувство, - потом ожгла боль в левой ноге, € лег и сказал ’охлу: - Ќогу вывихнул. ќщупав ногу, он вдруг дернул ее - мен€ хлестнуло острой болью, и че- рез несколько минут, точно пь€ный от радости, прихрамыва€, € сносил к нашей бане спасенные вещи, а –омась, с трубкой в зубах, весело говорил: - Ѕыл уверен, что сгорите вы, когда взорвало бочку и керосин хлынул на крышу. ќгонь столбом подн€лс€ очень высоко, а потом в небе вырос эда- кий гриб и вс€ изба сразу окунулась в огонь. Ќу, думаю, пропал ћакси- мыч!.. ќн был уже спокоен, как всегда, аккуратно укладывал вещи в кучу и го- ворил чумазой, растрепанной јксинье: - —идите тут, стерегите, чтоб не воровали, а € пойду гасить... ¬ дыму под оврагом летали белые куски бумаги. - Ёх, - сказал –омась, - жалко книг! –одные книжки были... √орело уже четыре избы. ƒень был тихий, огонь не торопилс€, растека- €сь направо и налево, гибкие крючь€ его цепл€лись за плети и крыши как бы неохотно. –аскаленный гребень чесал солому крыш; кривые, огненные пальцы перебирали плетни, точно игра€ на них, как на гусл€х; в дымном воздухе разносилось злорадно-ноющее, жаркое пение пламени и тихий, почти нежно звучавший, треск тающего дерева. »з облака дыма падали на улицу и во дворы золотые "галки", бестолково суетились мужики и бабы, забот€сь каждый о своем, и непрерывно звучал воющий крик: - ¬оды-ы! ¬ода была далеко, под горой, в ¬олге. –омась быстро сбил мужиков в кучу, хвата€ их за плечи, толка€, потом разделил на две группы и прика- зал ломать плетни и службы с обеих сторон пожарища. ≈го покорно слуша- лись, и началась более разумна€ борьба с уверенным стремлением огн€ пож- рать весь "пор€док", всю улицу. Ќо работали все-таки бо€зливо и как-то безнадежно, точно дела€ чужое дело. я был настроен радостно и чувствовал себ€ сильным, как никогда. ¬ конце улицы € заметил кучку богатеев со старостой и  узьминым во главе, - они сто€ли, ничего не дела€, как зрители, кричали, размахива€ руками и палками. — пол€, верхами, скакали мужики, взмахива€ локт€ми до ушей, во- пили бабы навстречу им, бегали мальчишки. «агорались службы еще одного двора, нужно было как можно скорее ра- зобрать стену хлева, она была сплетена из толстых сучьев и уже украшена алыми лентами пламени. ћужики начали подрубать коль€ плетн€, на них по- сыпались искры, угли, и они отскочили прочь, затира€ ладон€ми тлеющие рубахи. - Ќе трусь! - кричал ’охол. Ёто не помогло. “огда он сорвал шапку с кого-то, нахлобучил ее на мою голову: - –убите с того конца, а € - здесь! я подрубил один-два кола, - стена закачалась, тогда € влез на нее, ухватилс€ за верх, а ’охол прот€нул мен€ за ноги на себ€ и вс€ полоса плетн€ упала, покрыв мен€ почти до головы. ћужики дружно выволокли пле- тень на улицу. - ќбожглись? - спросил –омась. ≈го заботливость увеличивала мои силы и ловкость. ’отелось отличитьс€ пред этим, дорогим дл€ мен€, человеком, € неистовствовал, лишь бы заслу- жить его похвалу. ј в туче дыма все еще летали, точно голуби, страницы наших книг. — правой стороны удалось прервать распространение пожара, а влево он распростран€лс€ все шире, захватыва€ уже дес€тый двор. ќставив часть му- жиков следить за хитрост€ми красных змей, –омась погнал большинство ра- ботников в левую; пробега€ мимо богатеев, € услыхал чье-то злое воскли- цание: - ѕоджог! ј лавочник сказал: - ¬ бане у него погл€деть надо! Ёти слова непри€тно засели мне в пам€ть. »звестно, что возбуждение, радостное особенно, увеличивает силы; € был возбужден радостно, работал самозабвенно и, наконец, "выбилс€ из сил". ѕомню, что сидел на земле, прислон€€сь спиною к чему-то гор€чему,
в начало наверх
–омась поливал мен€ водою из ведра, а мужики, окружив нас, почтительно бормотали: - —иленка у робенка! - Ётот - не выдаст... я прижалс€ головою к ноге –омас€ и постыднейше заплакал, а он гладил мен€ по мокрой голове, говор€: - ќтдохните! ƒовольно.  укушкин и Ѕаринов, оба закоптевшие как черти, повели мен€ в овраг, утеша€: - Ќичего, брат!  ончилось. - »спугалс€? я не успел еще отлежатьс€ и притти в себ€, когда увидал, что в овраг, к нашей бане, спускаетс€ человек дес€ть "богачей", впереди их - старос- та, а сзади его двое сотских ведут под руки –омас€. ќн - без шапки, ру- кав мокрой рубахи оторван, в зубах стиснута трубка, лицо его сурово нах- мурено и страшно. —олдат  остин, размахива€ палкой, неистово орет: - ¬ огонь еретицкую душу! - ќтпирай баню... - Ћомайте замок - ключ потер€н, - громко сказал –омась. я вскочил на ноги, схватил с земли кол и встал р€дом с ним. —отские отодвинулись, а староста визгливо, испуганно сказал: - ѕравославные, ломать замки не позволено! ”казыва€ на мен€,  узьмин кричал: - ¬от этот еще...  то таков? - —покойно, ћаксимыч, - говорил –омась. - ќни думают, что € спр€тал товар в бане и сам поджег лавку. - ќба вы! - Ћомай! - ѕравославные... - ќтвечаем! - Ќаш ответ... –омась шепнул: - ¬станьте спиной к моей спине, чтобы сзади не ударили... «амок бани сломали, несколько человек сразу втиснулось в дверь и поч- ти тотчас же вылезли оттуда, а €, тем временем, сунул кол в руку –омас€ и подн€л с земли другой. - Ќичего нет... - Ќичего? - јх, дь€волы!  то-то робко сказал: - Ќапрасно, мужики... » в ответ несколько голосов буйно, как пь€ные: - „его - напрасно? - ¬ огонь его! - —муть€ны... - јртели затевают! - ¬оры! » компани€ у них - воры! - ÷ыц! - громко крикнул –омась. - Ќу, - видели вы, что в бане у мен€ товар не спр€тан - чего еще надо вам? ¬се сгорело, осталось - вот: види- те?  ака€ же польза была мне поджигать свое добро? - «астраховано! » снова дес€ть глоток €ростно заорали: - „его гл€деть на них? - Ѕудет! Ќатерпелись... ” мен€ ноги тр€слись и потемнело в глазах. —квозь красноватый туман € видел свирепые рожи, волосатые дыры ртов на них и едва сдерживал злое желание бить этих людей. ј они орали, прыга€ вокруг нас. - јга-а, коль€ вз€ли! - — коль€ми?! - ќторвут они бороду мне, - говорил ’охол, и € чувствовал, что он ус- мехаетс€. - » вам попадет, ћаксимыч, - эх. Ќо - спокойно - спокойно... - √л€дите, у молодого топор. ” мен€ за по€сом штанов, действительно, торчал плотничный топор, € забыл о нем. -  ак будто - трус€т... - соображал –омась. - ќднако вы топором не действуйте, если что... Ќезнакомый, маленький и хромой мужичонко, смешно припл€сыва€, неисто- во визжал: -  ирпичами их издал€! Ѕей в мою голову! ќн, действительно, схватил обломок кирпича, размахнулс€ и бросил его мне в живот, но раньше, чем € успел ответить ему, сверху, €стребом, сва- лилс€ на него  укушкин и они, обн€вшись, покатились в овраг. «а  укушки- ным прибежал ѕанков, Ѕаринов, кузнец, еще человек дес€ть, и тотчас же  узьмин солидно заговорил: - “ы, ћихаило јнтонов, человек умный, тебе известно: пожар мужика с ума сводит... - »демте, ћаксимыч, на берег, в трактир, - сказал –омась и, вынув трубку изо рта, резким движением сунул ее в карман штанов. ѕодпира€сь колом, он устало полез из оврага, и когда  узьмин, ид€ р€дом с ним, ска- зал что-то, он, не взгл€нув на него, ответил: - ѕошел прочь, дурак. Ќа месте нашей избы тлела золота€ груда углей, в середине ее сто€ла печь, из уцелевшей трубы поднималс€ в гор€чий воздух голубой дымок. ƒо красна раскаленные пруть€ койки торчали точно ноги паука. ќбугленные ве- реи ворот сто€ли у костра черными сторожами, одна вере€ - в красной шап- ке углей и в огоньках, похожих на перь€ петуха. - —горели книги, - сказал ’охол, вздохнув. - Ёто досадно!.. ћальчишки загон€ли палками в гр€зь улицы большие головни, точно поро- с€т, они шипели и гасли, наполн€€ воздух едким беловатым дымом. „еловек, лет п€ти от рода, беловолосый, голубоглазый, сид€ в теплой, черной луже, бил палкой по изм€тому ведру, сосредоточенно наслажда€сь звуками ударов по железу. ћрачно шагали погорельцы, стаскива€ в кучи уцелевшую домашнюю утварь. ѕлакали и ругались бабы, ссор€сь из-за обгоревших кусков дерева. ¬ садах, за пожарищем, недвижимо сто€ли деревь€, листва многих порыжела от жары, и обилие рум€ных €блок стало виднее. ћы сошли к реке, выкупались и потом молча пили чай в трактире на бе- регу. - ј с €блоками мироеды проиграли дело, - сказал –омась. ѕришел ѕанков, задумчивый и более м€гкий, чем всегда. - „то, брат? - спросил ’охол. ѕанков пожал плечами: - ” мен€ изба застрахована была. ѕомолчали, странно, как незнакомые, присматрива€сь друг ко другу щу- пающими глазами. - „то теперь будешь делать, ћихаил јнтоныч? - ѕодумаю. - ”ехать надо тебе отсюда. - ѕосмотрю. - ” мен€ план есть, - сказал ѕанков: - пойдем на волю, поговорим. ѕошли. ¬ двер€х ѕанков обернулс€ и сказал мне: - ј не робок ты. “ебе здесь - можно жить, теб€ бо€тьс€ будут... я тоже вышел на берег, лег под кустами, гл€д€ на реку. ∆арко, хот€ солнце уже опускалось к западу. Ўироким свитком разверну- лось предо мною все, пережитое в этом селе - как-будто красками написан- ное на полосе реки. √рустно было мне. Ќо скоро одолела усталость, и € крепко заснул. - Ёй, - слышал €, сквозь сон, чувству€, что мен€ тр€сут и тащат ку- да-то. ѕомер ты, что ли? ќчнись! «а рекой над лугами светилась багрова€ луна, больша€ точно колесо. Ќадо мною наклонилс€ Ѕаринов, раскачива€ мен€. - »ди, - ’охол теб€ ищет, беспокоитс€. »д€ сзади мен€, он ворчал: - “ебе нельз€ спать где попало! ѕройдет по горе человек, оступитс€ - спустит на теб€ камень. ј то и нарочно спустит. ” нас - не шут€т! Ќарод, братец ты мой, зло помнит. ќкром€ зла ему и помнить нечего. ¬ кустах на берегу кто-то тихонько возилс€, - шевелились ветви. - Ќашел? - спросил звучный голос ћигуна. - ¬еду, - ответил Ѕаринов. », отойд€ шагов дес€ть, сказал, вздохнув: - –ыбу воровать собираетс€. “оже и ћигуну - не легка жизнь. –омась встретил мен€ сердитым упреком: - ¬ы то же, гул€ете? ’отите, чтоб вздули вас? ј когда мы остались одни, он сказал хмуро и тихо: - ѕанков предлагает вам остатьс€ у него. ќн хочет лавку открыть. я вам не советую. ј - вот что - € продал ему все, что осталось, уеду в ¬€тку и через некоторое врем€ выпишу вас к себе. »дет? - ѕодумаю. - ƒумайте. ќн лег на пол, повозилс€ немного и замолчал. —ид€ у окна, € смотрел на ¬олгу. ќтражени€ луны напоминали мне огни пожара. ѕод луговым берегом т€жко шлепал плицами колес буксирный пароход, три мачтовых огн€ плыли во тьме, каса€сь звезд и порою закрыва€ их. - —ердитесь на мужиков? - сонно спросил –омась. - Ќе надо. ќни только глупы. «лоба - это глупость. —лова его не утешали, не могли см€гчить мое ожесточение и остроту обиды моей. я видел пред собою звериные, волосатые пасти, извергавшие злой визг: -  ирпичами издал€! ¬ это врем€ € еще не умел забывать то, что не нужно мне. ƒа, € видел, что в каждом из этих людей, вз€том отдельно, немного злобы, а часто и совсем нет ее. Ёто, в сущности, добрые звери, - любого из них не трудно заставить улыбнутьс€ детской улыбкой, любой будет слу- шать с доверием ребенка рассказы о поисках разума и счасть€, о подвигах великодуши€. —транной душе этих людей дорого все, что возбуждает мечту о возможности легкой жизни по законам личной воли. Ќо когда на сельских сходах или в трактире на берегу эти люди собе- рутс€ серой кучей, они пр€чут куда-то все свое хорошее и облачаютс€, как попы, в ризы лжи, лицемери€, в них начинает играть собачь€ угодливость пред сильными, - и тогда на них противно смотреть. »ли - неожиданно их охватывает волчь€ злоба, ощетин€сь, оскалив зубы, они дико воют друг на друга, готовы дратьс€ - и дерутс€ - из-за пуст€ка, - в эти минуты они страшны и могут разрушить церковь, куда еще вчера вечером шли кротко и покорно, как овцы в хлев. ” них есть поэты и сказочники, никем не люби- мые, они живут на смех селу без помощи, в презрении. Ќе умею, не могу жить среди этих людей. » € изложил все мои горькие думы –омасю в тот день, когда мы расставались с ним. - ѕреждевременный вывод, - заметил он с упреком. - Ќо - что же делать, если он сложилс€? - Ќеверный вывод! Ќеосновательно. ќн долго убеждал мен€ хорошими словами в том, что € неправ, ошибаюсь. - Ќе торопитесь осуждать! ќсудить - всего проще, не увлекайтесь этим. —мотрите на все спокойно, пам€ту€ об одном: все проходит, все измен€етс€ к лучшему... ћедленно? «ато прочно! «агл€дывайте всюду, ощупывайте все, будьте бесстрашны, но - не торопитесь осудить. ƒо свидани€, дружище! Ёто свидание состо€лось через п€тнадцать лет в —едлеце после того, как –омась отбыл по делу "народоправцев" еще одну дес€тигодовую ссылку в якутской области... ћен€ свинцом облила тоска, когда он уехал из  расновидова. я заметал- с€ по селу точно кутенок, потер€вший хоз€ина. я ходил с Ѕариновым по де- ревн€м, мы работали у богатых мужиков: молотили, рыли картофель, чистили сады. ∆ил € у него в бане. - Ћексей ћаксимыч, воевода без народа. -  ак же, а? - спросил он мен€ дождливой ночью, - едем, что ли, на море завтра? ≈й-богу! „его тут? Ќе люб€т здесь нашего брата, эдаких. ≈ще - того, как-нибудь, под пь€ную ру- ку. Ќе впервые говорил это Ѕаринов. ќн тоже, почему-то, затосковал, его обезь€ньи руки бессильно повисли, он уныло огл€дывалс€, точно заплутав- шийс€ в лесу. ¬ окно бани хлестал дождь, угол ее подмывал поток воды, бурно стека€ на дно оврага. Ќемощно вспыхивали бледные молнии последней грозы. Ѕари- нов тихо спрашивал: - ≈дем, а? «автра? ѕоехали. --------------- ...Ќеизъ€снимо хорошо плыть по ¬олге осенней ночью, сид€ на корме баржи у рул€, которым водит мохнатое чудовище с огромной головой, - во- дит, топа€ по палубе т€желыми ногами, и грустно вздыхает. - ќ - уп!.. ќ - рро-у... «а кормой шелково струитс€, тихо плещет вода, смолисто-густа€, безб-
в начало наверх
режна€. Ќад рекой клуб€тс€ черные тучи осени. ¬се вокруг - только мед- ленное движение тьмы, она стерла берега, кажетс€, что вс€ земл€ раста€ла в ней, превращена в дымное и жидкое, - непрерывно, бесконечно всей мас- сой текущее куда-то вниз, в пустынное, немое пространство, где нет ни солнца, ни луны, ни звезд... ¬переди, в темноте сырой, т€жело возитс€ и дышит невидимый буксирный пароход, как бы сопротивл€€сь упругой силе, влекущей его. “ри огонька - два над водой и один высоко над ними - провожают его; ближе ко мне, под тучами плывут, точно золотые караси, еще четыре, один из них - огонь фо- нар€ на мачте нашей баржи... я чувствую себ€ заключенным внутри холодного, масл€ного пузыр€, он тихо скользит по наклонной плоскости, а € влеплен в него, как мошка. ћне кажетс€, что движение постепенно замирает и близок момент, когда оно совсем остановитс€, - пароход перестанет ворчать и бить плицами колес по густой воде, все звуки облет€т, как листь€ с дерева, сотрутс€, как над- писи мелом, и владычно обнимет мен€ неподвижность, тишина. » большой человек в рваном овчинном тулупе, в лохматой бараньей шап- ке, шагающий у рул€, остановитс€ недвижимо, заколдованный навеки, не бу- дет рычать: - ќрр-оп! ќ-урр... я спросил его: -  ак теб€ звать? - ј зачем тебе знать? - глухо ответил он. Ќа закате солнца, отплыва€ из  азани, € заметил, что у этого челове- ка, неуклюжего, как медведь, лицо волосатое, безглазое. —танов€сь к ру- лю, он вылил в дерев€нный ковш бутылку водки, выпил ее в два приема, как воду, и закусил €блоком. ј когда буксир дернул баржу, человек, вцепив- шись в рычаг рул€, взгл€нул на красный круг солнца и, тр€хнув башкой, сказал строго: - Ѕлагослови ќсподь! ѕароход ведет из Ќижнего, с €рмарки, в јстрахань четыре баржи, груже- ные штучным железом, бочками сахара и какими-то т€желыми €щиками, - все это дл€ ѕерсии. Ѕаринов постучал по €щикам ногою, понюхал, подумал и сказал: - Ќе иначе - ружь€, с »жевского завода... Ќо рулевой ткнул его кулаком в живот и спросил: - “ебе какое дело? - ¬ мысл€х моих... - ј - в морду, - хочешь? «а проезд на пассажирском пароходе нам нечем платить, мы вз€ты на баржу "из милости", и хот€ мы "держим вахту", как матросы, - все на бар- жи смотр€т на нас, точно на нищих. - ј ты говоришь - народ, - упрекает мен€ Ѕаринов. - “ут просто: кто на ком сел верхом... “ьма так плотна, что барж не видно, видишь только освещенные огн€ми фонарей остре€ мачт на фоне дымных туч. “учи пахнут нефтью. ћен€ раздражает угрюмое молчание рулевого. я назначен боцманом "вах- тить" на руле в помощь этому зверю. —лед€ за движением огней на поворо- тах, он тихо говорит мне: - Ёй, берись. ¬скакиваю на ноги и ворочаю рычаг рул€. - Ћадно... - ворчит он. я снова сажусь на палубу. –азговоритьс€ с этим человеком не удаетс€, он отвечает вопросами: - ј тебе что за дело? ќ чем он думает?  огда проходили место, где желтые воды  амы вливают- с€ в стальную полосу ¬олги, он, посмотрев на север, проворчал: - —волочь. -  то? Ќе ответил. √де-то далеко, в пропаст€х тьмы, воют и лают собаки. Ёто напоминает о каких-то остатках жизни, еще нераздавленных тьмою. Ёто кажетс€ недос€га- емо-далеким и ненужным. - —обаки тут плохие, - неожиданно говорит человек у рул€. - √де - тут? - ¬езде. ” нас собака - насто€щий зверь... - “ы - откуда? - ¬ологодский. », точно картофель из прорванного мешка, покатились серые, т€желые слова: - Ёто - кто с тобой - д€д€? ƒурак он, по-моему. ј у мен€ д€д€ умный. Ћихой. Ѕогач. ¬ —имбирском пристань держит. “рактир на берегу. ¬ыговорив все это медленно и как бы с трудом, человек уставилс€ неви- димыми глазами на мачтовый фонарь парохода, след€, как он ползет в сет€х тьмы золотым пауком. - Ѕерись, ну... √рамотный? Ќе знаешь - кто законы пишет. Ќе дождавшись ответа, он продолжал: - –азно говор€т: одни - царь, другие - митрополит. —енат.  абы € на- верно знал - кто, сходил бы к нему. —казал бы: ты пиши законы так, чтобы € замахнутьс€ не мог, а не то, что ударить. «акон должен быть железный.  ак ключ. «аперли мне сердце и - шабаш! “огда € - отвечаю! ј так - не отвечаю! Ќет. ќн бормотал дл€ себ€, все более тихо и бессв€зно, пристукива€ кулаком по дереву рычага. — парохода кричали в рупор, и глухой голос человека был так же изли- шен, как лай и вой собак, уже всосанный жирной ночью. ” бортов парохода по черной воде, желтыми масл€ными п€тнами плывут отсветы огней и тают, бессильные осветить что-либо. ј над нами точно ил течет, - так в€зки и густы темные, сочные облака. ћы все глубже скользим в безмолвные недра тьмы. „еловек угрюмо жаловалс€: -   чему довели мен€? —ердце не дышит... Ѕезразличие овладело мною, безразличие и холодна€ тоска. «ахотелось спать. ќсторожно, с трудом продира€сь сквозь тучи, подкралс€ рассвет без солнца, немощный и серый. ќкрасил воду в цвет свинца, показал на берегах желтые кусты, железные, ржавчиной покрытые сосны, темные лапы их ветвей, вереницу изб деревни, фигуру мужика, точно вырубленную из камн€. Ќад баржой пролетела чайка, свиснув кривыми крыль€ми. ћен€ и рулевого сменили с вахты, € залез под брезент и уснул, но вскоре - так показалось мне - мен€ разбудил топот ног и крики. ¬ысунув голову из-под брезента, € увидал, что трое матросов, прижав рулевого к стенке "конторки", разноголосо кричат: - Ѕрось, ѕетруха! - √осподь с тобой, - ничего! - ј ты - полно! —крестив руки, вцепившись пальцами в плечи себе, он сто€л спокойно, прижима€ ногою к палубе какой-то узел, смотрел на всех по очереди и хрипло уговаривал: - ƒайте от греха уйти! ќн был бос, без шапки, в одной рубахе и портах, темна€ куча нечесан- ных волос торчала на его голове; они спускались на упр€мый, выпуклый лоб; под ним видны были маленькие глаза крота, налитые кровью, они смот- рели умол€юще, тревожно. - ”тонешь! - говорили ему. - я? Ќикак. ѕустите, братцы. Ќе пустите - убью его.  ак приплывем в —имбирской, так и... - ƒа перестань! - Ёх, братцы... ќн медленно, широко развел руки, опустилс€ на колени и, каса€сь рука- ми "конторки", точно расп€тый, повторил: - ƒайте от греха бежать! ¬ голосе его, странно глубоком, было что-то потр€сающее, раскинутые руки, длинные, как весла, дрожали, обращены ладон€ми к люд€м. ƒрожало и его медвежье лицо в косматой бороде; кротовые, слепые глаза темными ша- риками выкатились из орбит.  азалось, что невидима€ рука вцепилась в горло ему и душит. ћужики молча расступились пред ним, он неуклюже встал на ноги, подн€л узел, сказал: - ¬от - спасибо! ѕодошел к борту и с неожиданной легкостью прыгнул в реку. я тоже бро- силс€ к борту и увидал, как ѕетруха, болта€ головою, надел на нее - шап- кой - свой узел и поплыл наискось течени€, к песчаному берегу, где, навстречу ему, нагибалис€ под ветром кусты, сбрасыва€ в воду желтые листь€. ћужики говорили: - ќдолел себ€, все-таки! я спросил: - ќн - сошел с ума? - «ачем? Ќет, это он - души спасень€ ради... ѕетруха уже выплыл на мелкое место, встал по грудь в воде и взмахнул над головою узлом. ћатросы закричали: - ѕрощай!  то-то спросил: - ј как же без пачпорта он? –ыжий, кривоногий матрос рассказывал мне с удовольствием: - ” него, в —имбирске, д€д€ живет, злодей ему и разоритель, вот он и зате€л убить д€дю, да, однако, пожалел сам себ€, отскочил от греха. «верь - мужик, а - добрый! ќн - хороший... ј хороший мужик уже шагал по узкой полосе песка, против течени€ реки и - вот он исчез в кустах. ћатросы оказались добрыми реб€тами, все они были земл€ки мне, искон- ные волгари; к вечеру € чувствовал себ€ своим человеком среди них. Ќо на другой день заметил, что они смотр€т на мен€ с любопытством угрюмо, не- доверчиво. я тотчас догадалс€, что чорт дернул Ѕаринова за €зык и этот фантазер что-то рассказывал матросам про мен€. - –ассказал? ”лыба€сь бабьими глазами, смущенно почесыва€ за ухом, он созналс€: - –ассказал немножко! - ƒа - € ж теб€ просил молчать? - ¬едь € и молчал, да уж больно истори€ интересна. ’отели в карты иг- рать, а рулевой захвати карты, - скушно. я и того... »з расспросов моих оказалось, что Ѕаринов, скуки ради, сплел весьма забавную историю, в конце которой ’охол и €, как древние викинги, руби- лись топорами с толпой мужиков. Ѕесполезно было сердитьс€ на него, - он видел правду только вне действительности. ќднажды, когда € с ним, по пути на поиски работы, си- дел на краю оврага в поле, он убежденно и ласково внушал мне: - ѕравду надобно выбирать по душе! ¬он, за оврагом, стадо пасетс€, собака бегает, пастух ходит. Ќу, так что? „ем мы с тобой от этого по- пользуемс€ дл€ души? ћилый, ты взгл€ни просто: злой человек - правда, а добрый - где? ƒоброго-то еще не выдумали, да-а! ¬ —имбирске матросы очень нелюбезно предложили нам сойти с баржи на берег. - ¬ы нам люди не подход€щие, - сказали они. —везли нас в лодке к пристан€м —имбирска, и мы обсохли на берегу, име€ в карманах тридцать семь копеек. ѕошли в трактир пить чай. - „то будем делать? Ѕаринов уверенно сказал: -  ак - что? Ќадо ехать дальше. ƒо —амары доехали "зайцами" на пассажирском, в —амаре нан€лись на баржу, через семь дней почти благополучно доплыли до берегов  аспи€ и там пристроились к небольшой артели рыболовов на калмыцком гр€зном про- мысле  абанкул-бай. (ѕродолжение следует).ЩЊ§ЩЕЭЪЉЪЩЕЩЉЪЩДЖкЪaЩЕІЩЖЩЄђЩЊЭЪЖЩЇЩь Wц#_31 ћ. √орький. ј¬“ќЅ»ќ√–ј‘»„≈— »≈ –ј—— ј«џ. ќ первой любви. (ќкончание.) ...“огда же, судьба, - в цел€х воспитани€ моего, - заставила мен€ пе-
в начало наверх
режить трагикомические волнени€ первой любви.  омпани€ знакомых собралась кататьс€ на лодках по ќке, мне поручили пригласить на прогулку супругов  . - они недавно приехали из ‘ранции, но € еще не был знаком с ними. я пошел к ним вечером. ∆или они в подвале старого дома, против него, не просыха€ всю весну и почти все лето, распростерлась во всю ширину улицы гр€зна€ лужа; вороны и собаки пользовались ею как зеркалом, свиньи брали в ней ванны. Ќаход€сь в состо€нии некоторой задумчивости, € ввалилс€ в квартиру незнакомых мне людей подобно камню, скатившемус€ с горы, и вызвал стран- ное см€тение обитателей ее. ѕредо мною, заткнув дверь в следующую комна- ту, сумрачно встал толстенький, среднего роста человек, с русской окла- дистой бородой и добрым взгл€дом голубых глаз. ќправл€€ костюм, он неласково спросил: - „то вам угодно? » поучительно добавил: - –аньше, чем войти, - нужно стучать в дверь! «а его спиною, в сумраке комнаты, металось и трепетало что-то, похо- жее на большую белую птицу, и прозвучал звонкий, веселый голос: - ќсобенно, - если входите к женатым люд€м... я сердито спросил: те ли они люди, кого мне нужно? » когда человек, похожий на благополучного лавочника, ответил утвердительно, - объ€снил ему, зачем € пришел. - ¬ас прислал  ларк, говорите? - солидно и задумчиво поглажива€ боро- ду, осведомилс€ мужчина и в ту же минуту вздрогнул, повернулс€ волчком, болезненно восклица€: - ќй, ќльга! ѕо судорожному движению его руки мне показалось, что его ущипнули за ту часть тела, о которой не прин€то говорить, - очевидно, потому, что она помещаетс€ несколько ниже спины. ƒержась за кос€ки, на его место встала стройна€ девушка, с улыбкой рассматрива€ мен€ синеватыми глазами. - ¬ы - кто? ѕолицейский? - Ќет, это только штаны, - вежливо ответил €, а она засме€лась. Ќе обидно, ибо в глазах ее си€ла именно та улыбка, которую € давно ожидал. ¬идимо - смех ее был вызван моим костюмом; на мне были синие ша- ровары городового, а вместо рубахи, € носил белую куртку повара; - это очень практична€ вещь: она ловко играет роль пиджака и, застегива€сь на крючки до горла, не требует рубашки. „ужие охотничьи сапоги и широка€ шл€па италь€нского бандита великолепно завершали мой костюм. ¬тащив мен€ за руку в комнату, толкнув к стулу, она спросила, сто€ предо мной: - ѕочему вы так смешно одеты? - ѕочему - смешно? - Ќе сердитесь, - дружески посоветовала она. ќчень странна€ девушка, - кто может сердитьс€ на нее? Ѕородатый мужчина, сид€ на кровати, свертывал папиросы. я спросил, указав глазами на него: - Ёто - отец или брат? - ћуж! - убежденно ответил он. - ј что? - сме€сь, спросила она. ѕодумав, рассматрива€ ее, € сказал: - »звините! ¬ таком лаконическом тоне беседа продолжалась минут п€ть, но € чувствовал себ€ способным неподвижно сидеть в этом подвале п€ть часов, дней, лет, гл€д€ на узкое, овальное личико дамы и в ее ласковые глаза. Ќижн€€ губа маленького рта ее была толще верхней, точно припухла; густые волосы каштанового цвета коротко обрезаны и лежат на голове пышной шап- кой, осыпа€ локонами розовые уши и нежно-рум€ные девичьи щеки. ќчень красивы руки ее, - когда она сто€ла в двери, держась за кос€ки, € видел их голыми до плеча. ќдета она как-то особенно просто - в белую кофточку с широкими рукавами в кружевах и в белую же ловко сшитую юбку. Ќо самое замечательное в ней - ее синеватые глаза: они лучатс€ так весело, ласко- во, с таким дружеским любопытством. » - это несомненно! - она улыбаетс€ той самой улыбкой, котора€ совершенно необходима сердцу человека двадца- ти лет от роду, сердцу, обиженному грубостью жизни. - —ейчас хлынет дождь, - сообщил ее муж, окурива€ бороду свою дымом папиросы. я взгл€нул в окно: на безоблачном небе разгорались звезды. “огда € пон€л, что мешаю этому человеку, и ушел в настроении тихой радости, как после встречи с тем, чего давно уже и тайно от себ€ искал. ¬сю ночь ходил по полю, бережно любу€сь ласковым си€нием синеватых глаз, и на рассвете был непоколебимо убежден, что эта маленька€ дама - совершенно неподход€ща€ супруга дл€ бородатого увальн€ с добрыми глазами сытого кота. ћне даже жалко стало ее - бедна€! ∆ить с человеком, у кото- рого в бороде пр€чутс€ хлебные крошки... ј на другой день мы катались по мутной ќке, под крутым берегом из ши- роких пластов разноцветных мергелей. ƒень был самый лучший от сотворени€ мира, изумительно сверкало солнце в празднично-€рком небе, над рекою но- силс€ запах созревшей земл€ники, все люди вспомнили, что они действи- тельно прекрасные люди, и это насытило мен€ веселой любовью к ним. ƒаже муж дамы моего сердца оказалс€ замечательным человеком - он сел не в ту лодку, где сидела его жена и где € был гребцом, - весь день он вел себ€ идеально умно, - сначала рассказал всем страшно много интересного о ста- рике √ладстоне, а потом выпил крынку превосходного молока, лег под куст и вплоть до вечера спал спокойным сном ребенка. –азумеетс€, наша лодка приехала первой на место пикника; когда € на руках выносил мою даму с лодки, она сказала: -  акой вы силач! я чувствовал себ€ в состо€нии опрокинуть любую колокольню города, и сообщил даме, что могу нести ее на руках до города - семь верст*1. ќна тихонько засме€лась, обласкала мен€ взгл€дом, весь день передо мною си€- ли ее глаза, и, конечно, € убедилс€, что они си€ют только дл€ мен€. ƒальше все пошло с быстротой, вполне естественной дл€ женщины, кото- ра€ впервые встретила невиданного ею интересного звер€, и дл€ здорового юноши, которому необходима ласка женщины. ¬скоре € узнал, что она, несмотр€ на свою внешность девушки, старше мен€ на дес€ть лет, воспитывалась в Ѕелостокском институте "благородных девиц", была невестой коменданта «имнего дворца, жила в ѕариже, училась живописи и выучилась акушерству. ƒалее оказалось, что ее мать тоже аку- шерка и принимала мен€ в час моего рождени€, - в этом факте € усмотрел некое предопределение и страшно обрадовалс€. «накомство с богемой и эмигрантами, св€зь с одним из них, затем полу- кочева€, полуголодна€ жизнь в подвалах и на чердаках ѕарижа, ѕетербурга, ¬ены, - все это сделало институтку человеком забавно спутанным, на ред- кость интересным. Ћегка€, бойка€, точно синица, она смотрела на жизнь и людей с острым любопытством умного подростка, задорно распевала фран- цузские песенки, красиво курила папиросы, искусно рисовала, недурно иг- рала на сцене, умела ловко шить плать€, делать шл€пы. јкушерством она не занималась. _______________ *1 ¬еро€тно - не донес бы. - ” мен€ было четыре случа€ практики, но они дали семьдес€т п€ть про- центов смертности, - говорила она. Ёто оттолкнуло ее навсегда от косвенной помощи делу умножени€ людей, - о ее пр€мом участии в этом деле свидетельствовала дочь ее, - милый и красивый ребенок лет четырех. ќ себе она рассказывала тем тоном, каким говор€т о человеке, когда его хорошо знают и он уже достаточно надоел. Ќо иногда она как-будто удивл€лась, говор€ о себе, ее глаза красиво тем- нели и светились, в них мелькала легка€ улыбка смущени€, - так улыбаютс€ сконфуженные дети. я хорошо чувствовал ее острый, цепкий ум, понимал, что она культурно выше мен€, видел ее добросердечно-снисходительное отношение к люд€м; она была несравненно интереснее всех знакомых барышень и дам; небрежный тон ее рассказов удивл€л мен€, и мне казалось: этот человек, зна€ все, что знают мои революционно-настроенные знакомые, знает что-то сверх этого, что-то более ценное, но - она смотрит на все издали, со стороны, наблю- да€, с улыбкой взрослого, пережитые им милые, хот€ порою опасные забавы детей. ѕодвал, в котором она жила, делилс€ на две комнаты: маленькую кухню - она же служила и прихожей - и большую комнату в три окна на улицу, два - на сорный гр€зный двор. Ёто было удобное помещение дл€ мастерской сапож- ника, но не дл€ из€щной маленькой женщины, котора€ жила в ѕариже, в св€- щенном доме ¬еликой революции, в городе ћольера, Ѕомарше, √юго и других €рких людей. Ѕыло еще много несоответствий картины с рамой, - все они жестоко раздражали мен€, вызыва€ - кроме прочих чувств - сострадание к женщине. Ќо сама она как бы не замечала ничего, что - на мой взгл€д - должно было оскорбл€ть ее. — утра до вечера она работала, утром - за кухарку и горничную, потом садилась за большой стол под окнами и весь день рисовала карандашом - с фотографии - портреты обывателей, чертила карты, раскрашивала картограм- мы, помогала составл€ть мужу земские сборники по статистике. »з открыто- го окна на голову ей и на стол сыпалась пыль улицы, по бумагам скользили толстые тени ног прохожих. –абота€, она пела, а утом€сь сидеть - вальси- ровала со стулом или играла с девочкой и, несмотр€ на обилие гр€зной ра- боты, всегда была чистоплотна, точно кошка. ≈е супруг был благодушен и ленив. ќн любил читать - лежа в постели - переводные романы, особенно ƒюма-отца. - Ёто освежает клетки мозга, - говорил он. ≈му нравилось рассматривать жизнь "с точки зрени€ строго на- учной". ќбед он называл приемом пищи, а пообедав, говорил: - ѕодвоз пищевой кашицы из желудка клеткам организма требует абсолют- ного поко€. », забыв вытр€хнуть крошки хлеба из бороды, ложилс€ в постель, нес- колько минут углубленно читал ƒюма или  савье де-ћонтепена, а потом часа два лирически посвистывал носом, светлые м€гкие усы его тихо шевелились, как-будто в них ползало нечто невидимое. ѕроснувшись, он долго и задум- чиво смотрел на трещины потолка и - вдруг вспоминал: - ј ведь  узьма неправильно истолковал вчера мысль ѕарнел€. » шел уличать  узьму, говор€ жене: - “ы, пожалуйста, докончи за мен€ подсчет безлошадных ћайданской во- лости. я - скоро! ¬озвращалс€ он около полуночи, иногда - позднее, очень довольный. - Ќу, знаешь, доканал € сегодн€  узьму! ” него, шельмеца, пам€ть на цитаты очень развита, но € ему и в этом не уступлю. ћежду прочим, он со- вершенно не понимает восточной политики √ладстона, чудак! ќн посто€нно говорил о Ѕинэ, –ише и гигиене мозга, а в дурную погоду, остава€сь дома, занималс€ воспитанием девочки его жены. - Ћел€, - когда ты кушаешь, нужно тщательно жевать, это облегчает пи- щеварение, помога€ желудку быстрее претворить пищевую кашицу в удобоус- во€емый конгломерат химических веществ. ѕосле же обеда, привед€ себ€ "в состо€ние абсолютного поко€", уклады- вал ребенка на постель и рассказывал ему: - »так, - когда кровожадный честолюбец Ѕонапарте узурпировал власть... ∆ена его судорожно, до слез хохотала, слуша€ эти лекции, но он не сердилс€ на нее, не име€ дл€ этого времени, ибо скоро засыпал. ƒевочка, поиграв его шелковой бородою, тоже засыпала, свернувшись комочком. я очень подружилс€ с нею, она слушала мои рассказы с большим интересом, чем лекции Ѕолеслава о кровожадном узурпаторе и печальной любви к нему ∆озефины Ѕогарнэ, - это возбудило у Ѕолеслава забавное чувство ревности: - я - протестую, ѕешков! —начала ребенку необходимо внушить основные принципы отношени€ к действительности, а потом уже знакомить с нею. ≈сли б вы знали английский €зык и могли прочитать "√игиену души ребенка"... ќн знал по-английски, кажетс€, только два слова: гуд бай. ќн был вдвое старше мен€, но обладал любопытством юного пудел€, любил посплетничать и показать себ€ человеком, которому хорошо известны все тайны не только русских, но и зарубежных революционных кружков. ¬прочем, возможно, что он и на самом деле был осведомлен, - к нему нередко приез- жали таинственные люди, они все держались как актеры-трагики, которым случайно пришлось играть роли простаков. ” него € видел нелегального —а- бунаева в рыжем, неумело надетом парике, в пестром костюме, который был смешно узок и короток ему. ј однажды, прид€ к Ѕолеславу, € увидел у него юркого человечка с ма- ленькой головкой, очень похожего на парикмахера, - он был одет в клетча- тые брючки, серенький пиджачок и скрипучие ботинки. ¬ытеснив мен€ в кух- ню, Ѕолеслав шопотом сказал: - Ёто человек из ѕарижа, с важным поручением, ему необходимо видеть  ороленко, так вы идите, устройте это... я пошел, - но оказалось, что  ороленко показали приезжего на улице, и ¬. √. проницательно за€вил: - Ќет, пожайлуста, не знакомьте мен€ с этим хлыщом! Ѕолеслав обиделс€ за парижанина и "дело революции", два дн€ сочин€л письмо  ороленко, испробовал все стили, от гневного и сурового до ласко-
в начало наверх
вого-укор€ющего, и потом сжег образцы эпистол€рной литературы своей на шестке печи. ¬скоре начались аресты в ћоскве, Ќижнем, ¬ладимире, и ока- залось, что человек в клетчатых брючках - знаменитый, впоследствии, Ћан- дезен-√артинг, первый - по пор€дку - провокатор, которого € видел. ј за всем этим муж возлюбленной моей был добрый малый, несколько сен- тиментальный и комически обремененный "научным багажем". ќн так и гово- рил: - —мысл жизни интеллигента - непрерывное накопление научного багажа в цел€х бескорыстного распределени€ его в толщах народной массы. --------------- ћо€ любовь, углубл€€сь, превращалась в страдание. —идел € в подвале, гл€д€, как, согнувшись над столом, работает дама моего сердца, и мрачно пь€нел от желани€ вз€ть ее на руки, унести куда-то из прокл€того подва- ла, загроможденного широкой двухспальной кроватью, старинным т€желым ди- ваном, где спала девочка, столами, на которых лежали груды пыльных книг и бумаг. ћимо окон нелепо мелькают чьи-то ноги, иногда в окно загл€дыва- ла морда бездомной собаки; душно, с улицы льетс€ запах гр€зи, нагретой солнцем, - маленька€ девичь€ фигурка, тихонько напева€, скрипит каранда- шом или пером, мне ласково улыбаютс€ милые васильковые глаза. я люблю эту женщину до бреда, до безуми€ и жалею ее до злобной тоски. - –асскажите еще что-нибудь про себ€, - предлагает она. –ассказываю, но через несколько минут она говорит: - Ёто вы не про себ€ говорите. я и сам понимаю, что все, о чем € говорил, еще - не €, а нечто, в чем € слепо запуталс€. ћне нужно найти себ€ в пестрой путанице впечатлений и приключений, пережитых мною, но € не умел и бо€лс€ сделать это.  то и что - €? ћен€ очень смущал этот вопрос. я был зол на жизнь, - она уже внушила мне унизительную глупость попытки самоубийства. я не понимал лю- дей, их жизнь казалась мне неоправданной, глупой, гр€зной. ¬о мне броди- ло изощренное любопытство человека, которому зачем-то необходимо загл€- нуть во все темные уголки быти€, в глубину всех тайн жизни, и, порою, € чувствовал себ€ способным на преступление из любопытства, - готов был убить, только дл€ того, чтобы знать: что же будет со мною потом? ћне казалось, что если € найду себ€, - перед женщиной сердца моего встанет человек отвратительный, запутанный густой крепкой сетью каких-то странных чувств и мыслей, бредовой, кошмарный человек, он испугает ее и оттолкнет. ћне нужно было что-то сделать с собою. я был уверен, что именно эта женщина способна помочь мне не только почувствовать насто€ще- го себ€, но она может сделать нечто волшебное, после чего € тотчас осво- божусь из плена темных впечатлений быти€, что-то навсегда выброшу из своей души, и она вспыхнет огнем великой силы, великой радости. » небрежный тон, которым она говорила о себе, и ее снисходительное отношение к люд€м внушили мне уверенность, что этот человек знает нео- быкновенное. ” нее есть свой ключ ко всем загадкам жизни, от этого она всегда весела€, всегда уверена в себе. ћожет быть, € любил ее всего больше за то, чего не понимал в ней, но € любил ее со всей силой и страстью юности. ћучительно трудно было мне сдерживать эту страсть, - она уже физически сжигала и обессиливала мен€. ƒл€ мен€ было бы лучше, будь € проще, грубее, но - € верил, что отношени€ к женщине не ограничи- ваютс€ тем актом физиологического сли€ни€, который € знал в его нищенс- ки-грубой, животно-простой форме, - этот акт внушал мне почти отвраще- ние, несмотр€ на то, что € был сильный, довольно чувственный юноша и об- ладал легко возбудимым воображением. Ќе понимаю, как могла сложитьс€ и жить во мне эта романтическа€ меч- та, но € был непоколебимо уверен, что за тем, что известно мне, есть нечто неведомое, и в нем скрыт высокий, тайный смысл общени€ с женщиной, что-то великое, радостное и даже страшное таитс€ за первым объ€тием, - испытав эту радость, человек совершенно перерождаетс€. ћне кажетс€, - € вынес эти фантазии не из романов, прочитанных мною, но воспитал и развил их из чувства противоречи€ действительности, ибо: "я в мир пришел, чтобы не соглашатьс€".  роме этого у мен€ было странное, смутное воспоминание: - √де-то - за пределами действительного и когда-то в раннем детстве, € испытал некий сильный взрыв души, сладостный трепет ощущени€ - вернее предчувствие - гармонии, пережил радость, светлейшую солнца на утре, на восходе его. ћожет быть, это было еще в те дни, когда € жил во чреве ма- тери, и этот счастливый взрыв ее нервной энергии передалс€ мне жарким толчком, который создал душу мою и впервые зажег ее к жизни, может быть, это потр€сающий момент счасть€ матери моей отразилс€ во мне на всю мою жизнь трепетным ожиданием необыкновенного от женщины.  огда не знаешь - выдумываешь, и самое умное, чего достиг человек, это - уменье любить женщину, поклон€тьс€ ее красоте, - от любви к женщи- не родилось все прекрасное на земле. --------------- ќднажды, купа€сь, € прыгнул с кормы баржи в воду, ударилс€ грудью о на€корник, зацепилс€ ногою за канат, повис в воде вниз головой и захлеб- нулс€. Ћомовой извозчик вытащил мен€, откачали, изорвав мне всю кожу, у мен€ пошла кровь, и € должен был лечь в постель, глота€ лед.  о мне пришла мо€ дама, села на койку и, расспрашива€, как все это случилось со мною, стала гладить мне голову, легкой милой рукой, а глаза ее, потемнев, смотрели тревожно. я спросил: видит ли она, что € люблю ее? - ƒа, - сказала она, улыба€сь осторожно, - вижу и, это очень плохо, хот€ € тоже полюбила вас. –азумеетс€, после ее слов вс€ земл€ вздрогнула, и деревь€ в саду зак- ружились веселым хороводом. я онемел от неожиданности, изумлени€ и вос- торга, ткнулс€ головою в колени ей и, если бы не обн€л ее крепко, то на- верное вылетел бы в окно, как мыльный пузырь. - Ќе двигайтесь, это вредно вам, - строго заметила она, пыта€сь пере- ложить мою голову на подушку. - » не волнуйтесь, а то € уйду. ¬ы, вооб- ще, очень безумный господин, € не думала, что такие бывают. ќ наших чувствах и отношени€х мы поговорим, когда вы встанете на ноги. ¬се это она говорила очень спокойно и невыразимо ласково улыбалась потемневшими глазами. ќна скоро ушла, оставив мен€ в радужном огне на- дежд, в счастливой уверенности, что теперь с ее доброй помощью € окры- ленно вознесусь в сферу иных чувств и мыслей. „ерез несколько дней € сидел в поле на краю оврага, - внизу, в кус- тарнике, шелестел ветер. —ерое небо грозило дождем, - деловито серыми словами женщина говорила о разнице наших лет, о том, что мне нужно учитьс€ и что преждевременно дл€ мен€ вешать на шею себе жену с ребен- ком. ¬се это было угнетающе верно, говорилось тоном матери и еще более возбуждало любовь, уважение к милой женщине. ћне было грустно и сладко слушать ее голос, нежные ее слова, - впервые со мною говорили так. я смотрел в пасть оврага, где кусты, колеблемые ветром, текли зеленой рекой, и кл€твенно обещал себе заплатить этому человеку за ласку его всеми силами моей души. - ѕрежде чем решить что-либо, нам нужно хорошо подумать, - слышал € тихий голос. ќна стегала себ€ по колену сорванной веткой орешника, гл€д€ в сторону города, спр€танного в зеленых холмах садов. - », конечно, € должна поговорить с Ѕолеславом, - он уже кое-что чувствует и ведет себ€ очень нервозно. ј € не люблю драм. ¬се было очень грустно и очень хорошо, - но оказалось необходимым нечто пошленькое и смешное. Ўаровары мои были широки в по€се, и € скалывал по€с большой медной булавкой, дюйма три длиной, - теперь нет таких булавок к счастью влюб- ленных бедн€ков. ќстрый кончик прокл€той булавки все врем€ деликатно ца- рапал кожу мне, - неосторожное движение - и вс€ булавка впилась в мой бок. я сумел незаметно вытащить ее и с ужасом почувствовал, что из глу- бокой царапины обильно потекла кровь, смачива€ шаровары. Ќижнего бель€ у мен€ не было, а курточка повара - коротенька€, по по€с.  ак € встану и пойду в мокрых шароварах, приклеенных к телу? ѕонима€ комизм случа€, глубоко возмущенный его обидной формой, €, в диком возбуждении, начал говорить что-то неестественным голосом актера, который забыл свою роль. ѕослушав несколько минут мою речь, сначала - внимательно, потом - с €вным недоумением, она сказала: -  акие пышные слова! ¬ы вдруг стали не похожи на себ€. Ёто окончательно поразило мен€, и € замолчал, как удивленный. - ѕора итти, собираетс€ дождь. - я останусь здесь. - ѕочему? „то € мог ответить ей? - ¬ы рассердились на мен€? - ласково загл€нув в лицо мое, спросила она. - ќ, нет! Ќа себ€. - » на себ€ не надо сердитьс€, - посоветовала женщина, встав на ноги. ј € - не мог встать, сид€ в теплой луже, - мне казалось, что кровь мо€, вытека€ из бока, журчит ручьем, - в следующую секунду женщина услы- шит этот звук и спросит: - „то это? - ”йди! - мысленно молил € ее. ќна милостиво подарила мне еще несколько ласковых слов и пошла вдоль оврага, по краю его, мило покачива€сь на стройных ножках. я следил, как ее гибка€ фигурка, удал€€сь, уменьшаетс€, и потом лег на землю, опроки- нутый ударом сознани€, что мо€ перва€ любовь будет несчастлива.  онечно, так и случилось: ее супруг пролил широкий поток слез, сенти- ментальных слюней, жалких слов, и она не решилась переплыть на мою сто- рону через этот липкий поток. - ќн такой беспомощный. ј вы - сильный! - со слезами на глазах сказа- ла она. - ќн говорит: если ты уйдешь от мен€, - € погибну, как цветок без солнца. я расхохоталс€, вспомнив коротенькие ножки, женские бедра, круглый, арбузиком, живот цветка. ¬ бороде его жили мухи, - там всегда была пища дл€ них. ќна, улыба€сь, заметила: - ƒа, это смешно сказано, а все-таки, ему очень больно. - ћне - тоже. - ќ, вы молодой, вы сильный... “ут, кажетс€, впервые € почувствовал себ€ врагом слабых людей. ¬пос- ледствии, в более серьезных случа€х, мне весьма часто приходилось наблю- дать, как трагически беспомощны сильные в окружении слабых, как много тратитс€ ценнейшей энергии сердца и ума дл€ того, чтобы поддержать бесп- лодное существование осужденных на гибель. ¬скоре, полубольной, в состо€нии, близком безумию, € ушел из города и почти два года шаталс€ по дорогам –оссии, как перекати-поле. ќбошел ѕо- волжье, ƒон, ”краину,  рым,  авказ, пережил неисчислимо много различных впечатлений, приключений, огрубел, обозлилс€ еще более, и все-таки сох- ранил нетленно в душе милый образ этой женщины, хот€ видел лучших и ум- нейших ее. ј когда, через два слишком года, осенью, в “ифлисе, мне сказали, что она приехала из ѕарижа и, узнав, что € живу в одном городе с нею, обра- довалась, €, двадцатитрехлетний крепкий юноша, первый раз в жизни упал в обморок. я не решилс€ пойти к ней, но вскоре она сама, через знакомых, пригла- сила мен€. ћне показалось, что она еще красивее и милее. ¬се та же фигура девуш- ки, тот же нежный рум€нец щек и ласковое си€ние васильковых глаз. ћуж ее осталс€ во ‘ранции, с нею была только дочь, бойка€ и грациозна€, точно козленок.  огда € пришел к ней, - над городом с громом и молни€ми понеслась бу- р€, загудел ливень, по улице, с горы св. ƒавида, стремительно катилась мощна€ река, выворачива€ камни улицы. ¬ой ветра, сердитый плеск воды, грохот каких-то разрушений сотр€сал дом, дребезжали стекла в окнах, ком- ната наливалась синим огнем и как будто все кругом падало в бездонную мокрую пропасть. »спуганна€ девочка зарылась в постель, а мы сто€ли у окна, ослепл€е- мые взрывами неба и говорили - почему-то - шопотом. - ¬первые вижу такую грозу, - шелестели р€дом со мною слова любимой женщины. » вдруг она спросила: - Ќу, что же? - вылечились вы от любви ко мне? - Ќет. ќна видимо удивилась и все так же шопотом сказала: - Ѕоже мой! как изменились вы! —овершенно другой человек. ћедленно опустилась в кресло у окна, вздрогнула, зажмурилась, ослеп- ленна€ жутким блеском молнии, и шепчет: - ќ вас много говор€т здесь. «ачем вы пришли сюда? –асскажите мне,
в начало наверх
как вам жилось? √осподи, кака€ она маленька€ и хороша€ вс€! я рассказывал ей до полуночи, как бы исповеду€сь. √розные €влени€ природы всегда действуют на мен€ возбуждающе хорошо - в этом убеждало мен€ ее внимание и напр€женный взгл€д широко раскрытых глаз. Ћишь иногда она шептала: - Ёто ужасно! ”ход€, € заметил, что она простилась со мною без той покрови- тельственной улыбки старшего, котора€ - в прошлом - всегда немножко оби- жала мен€. Ўел € по мокрым улицам, гл€д€, как острый серп луны режет изорванные облака, и у мен€ кружилась голова от радости. Ќа другой день € послал ей почтой стихи, - она впоследствии часто декламировала их, и они укрепились в пам€ти моей: —ударын€! «а ласку, за нежный взгл€д ќтдаетс€ в рабство ловкий фокусник,  оторому тонко известно «абавное искусство —оздавать маленькие радости »з пуст€ков, из ничего! ¬озьмите веселого раба! ћожет быть, из маленьких радостей ќн создает большое счастье, - –азве кто-то не создал весь мир »з ничтожных пылинок материй? ќ, да! ћир создан не весело: —купы и жалки радости его! Ќо все-таки в нем есть не мало забавного, Ќапример: ¬аш покорный слуга, » - есть в нем нечто прекрасное - Ёто € говорю о ¬ас! ¬ы! Ќо - молчание! „то значат тупые гвозди слов ¬ сравнении с вашим сердцем - Ћучшим из всех цветов Ѕедной цветами земли?  онечно, это едва ли стихи, но это было сделано с веселою искрен- ностью. ¬от € снова сижу против человека, который кажетс€ мне лучшим в мире и поэтому - необходимым дл€ мен€. Ќа ней - голубое платье; не скрыва€ из€щных очертаний ее фигуры, оно окутало ее м€гким, душистым облаком. »гра€ кист€ми по€са, она говорит мне необыкновенные слова - € слежу за движением ее маленьких пальцев с розовыми ногт€ми и чувствую себ€ скрип- кой, которую любовно настраивает искусный музыкант. ћне хочетс€ умереть, хочетс€ как-то вдохнуть в душу себе эту женщину, чтоб навсегда осталась там. “ело мое поет в томительном напр€жении, сильном до боли, и мне ка- жетс€, что у мен€ сейчас взорветс€ сердце. я прочитал ей мой первый рассказ, только что напечатанный, - но не помню, как она оценила его, - кажетс€, она удивилась: - ¬от как, вы начали писать прозу!  ак сквозь сон откуда-то издали € слышу: - ћного думала € о вас эти годы. Ќеужели это из-за мен€ пришлось вам испытать так много т€желого? я говорю ей что-то о том, что в мире, где живет она, нет ничего т€же- лого и страшного. -  акой вы милый... ћне до безуми€ хочетс€ обн€ть ее, но у мен€ идиотски длинные нелепые т€желые руки, € не смею коснутьс€ тела ее, боюсь сделать ей больно, стою перед нею, и, кача€сь под буйными толчками сердца, бормочу: - ∆ивите со мной! пожалуйста, живите со мной! ќна смеетс€ тихонько и - смущенно. ќслепительно свет€тс€ ее милые глаза. ќна уходит в угол комнаты и говорит оттуда: - —делаем так: вы уезжайте в Ќижний, а € останусь здесь, подумаю и напишу вам... ѕочтительно клан€юсь ей, как это сделал герой какого-то романа, про- читанного мною, и ухожу. ѕо воздуху. --------------- «имою она, с дочерью, приехала ко мне в Ќижний. "Ѕедному женитьс€ - и ночь коротка", насмешливо-печально говорит муд- рость народа. я проверил личным опытом глубокую правду этой пословицы. ћы сн€ли за два рубл€ в мес€ц особн€к, - старую баню в саду попа. я поселилс€ в предбаннике, а супруга в самой бане, котора€ служила и гос- тиной. ќсобн€чек был не совсем пригоден дл€ семейной жизни, - он промер- зал в углах и по пазам. Ќочами, работа€, € окутывалс€ всей одеждой, ка- ка€ была у мен€, а сверх ее - ковром и все-таки приобрел серьезнейший ревматизм. Ёто было почти сверхестественно при моем здоровье и выносли- вости, которыми € в ту пору обладал и хвасталс€. ¬ бане было теплее, но когда € топил печь, все наше жилище наполн€- лось удушливым запахом гнили, мыла и пареных веников. ƒевочка, из€щна€ фарфорова€ куколка с чудесными глазами, нервничала, у нее болела голова. ј весною баню начали во множестве посещать пауки и мокрицы, - мать и дочь до судорог бо€лись их, и € часами должен был убивать насекомых ре- зиновой галошей. ћаленькие окна густо заросли кустами бузины и одичавшей малины, в комнате всегда было сумрачно, а пь€ный капризный поп не позво- л€л мне выкорчевать или хот€ бы подрезать кусты. –азумеетс€, можно бы найти более удобное жилище, но мы задолжали по- пу, и € очень нравилс€ ему, - он не выпускал нас. - ѕривыкнете! - говорил он. - ј то, заплатите должишки и поезжайте хоша бы к англичанам. ќн не любил англичан, утвержда€: - Ёто наци€ ленива€, она ничего не выдумала, кроме пась€нсов, и не умеет воевать. Ѕыл он человечище огромный, с круглым красным лицом и широкой рыжей бородой, пь€нствовал так, что уже не мог служить в церкви, и - до слез страдал от любви к маленькой остроносой и черной швейке, похожей на гал- ку. –ассказыва€ мне о коварствах ее, он смахивал ладонью слезы с бороды и говорил: - ѕонимаю, - негод€йка она, но напоминает мне великомученицу ‘емиаму, и за то - люблю! я внимательно просмотрел св€тцы, - св€той такого имени не было в них. ¬озмуща€сь моим неверием, он сотр€сал душу мою такими доводами в пользу веры: - ¬ы, сынок, взгл€ните на это практически: неверов - дес€тки, верую- щих же - миллионы. ј - почему? ѕотому, что как рыба си€ не может сущест- вовать без воды, так ровно и душа не живет вне церкви. ƒоказательно? ѕо- сему - выпьем! - я не пью, у мен€ ревматизм. ¬онзив вилку в кусок селедки, он угрожающе поднимал ее вверх и гово- рил: - » это - от невери€. ћне было мучительно, до бессонницы стыдно пред женщиной за эту баню, за частую невозможность купить м€са на обед, игрушку девочке, за всю эту прокл€тую, ироническую нищету. Ќищета - порок, который мен€ лично не смущал и не терзал, но дл€ маленькой из€щной институтки и, особенно, дл€ дочери ее - эта жизнь была унизительна, убийственна. ѕо ночам, сид€ в своем углу за столом, переписыва€ прошени€, апелл€- ционные и кассационные жалобы, сочин€€ рассказы, € скрипел зубами и проклинал себ€, людей, судьбу, любовь. ∆енщина держалась великодушно, точно мать, когда она не хочет, чтобы сын видел, как трудно ей. Ќи одной жалобы не сорвалось с ее губ на эту подлую жизнь; чем труднее слагались услови€ жизни, тем бодрей звучал ее голос, веселее - смех. — утра до вечера она рисовала портреты попов, их усопших жен, чертила карты уездов, - за эти карты земство получило на какой-то выставке золотую медаль. ј когда исс€кли заказы на портреты, - она делала из лоскутов разных материй, соломы и проволоки самые модные парижские шл€пы дл€ девиц и дам нашей улицы. я ничего не понимал в женс- ких шл€пах, но, очевидно, в них скрывалось что-то уморительно-комичес- кое, - мастерица, пример€€ перед зеркалом сделанный ею фантастический головный убор, задыхалась в судорожном смехе. Ќо € заметил, что эти шл€- пы странно вли€ют на заказчиц, - украсив головы свои пестрыми гнездами дл€ кур, они ходили по улицам, как-то особенно гордо вып€чива€ животы. я работал у адвоката и писал рассказы дл€ местной газеты по две ко- пейки за строку. ¬ечерами, за чаем, - если у нас не было гостей, - мо€ супруга интересно рассказывала мне о том, как царь јлександр II посещал Ѕелостокский институт, одел€л благородных девиц конфектами, от них неко- торые девицы чудесным образом беременели, и не редко та или ина€ краси- ва€ девушка исчезала, уезжа€ на охоту с царем в Ѕеловежскую пущу, а по- том выходила замуж в ѕетербурге. ћо€ жена увлекательно рассказывала мне о ѕариже; € уже знал его по книгам, особенно по солидному труду ћаксима дю- ан, она изучала ѕариж по кабачкам ћонмартра и суматошной жизни Ћатинского квартала. Ёти рассказы возбуждали мен€ сильнее вина, и € сочин€л какие-то гимны женщине, чувству€, что именно силою любви к ней сотворена вс€ красота жизни. Ѕольше всего нравились мне и увлекали мен€ рассказы о романах, пере- житых ей самой, - она говорила об этом удивительно интересно, с откро- венностью, котора€ - порою - сильно смущала мен€. ѕосмеива€сь, легкими словами, точно штрихи тонко заостренного карандаша, она вычерчивала ко- мическую фигуру генерала –ебиндер, ее жениха, который, выстрелив в зубра прежде цар€, закричал вслед раненому быку: - ѕростите, ¬аше »мператорское ¬еличество! –ассказывала она о русских эмигрантах, и всегда в словах ее € чувствовал скрытую улыбку снисхождени€ к люд€м. ѕорою ее искренность нисходила до наивного цинизма, она вкусно облизывала губы острым, розо- вым €зыком кошки, а глаза ее блестели как-то особенно. »ногда мне каза- лось, что в них сверкает огонек брезгливости, но чаще € видел ее девоч- кой, самозабвенно играющей с куклами. ќднажды она сказала: - ¬любленный русский всегда несколько многословен и т€жел, а не редко - противен красноречием.  расиво любить умеют только французы; дл€ них любовь - почти религи€. ѕосле этого € невольно стал относитьс€ к ней сдержаннее и бережливей. ќ женщинах ‘ранции она говорила: - ” них не всегда найдешь страстную нежность сердца, но они прекрасно замен€ют ее веселой, тонко разработанной чувственностью, - любовь дл€ них искусство. ¬се это она говорила очень серьезно, поучающим тоном. Ёто были не совсем те знани€, в которых € нуждалс€, но - все-таки это были знани€, и € слушал ее с жадностью. - ћежду русскими и француженками, веро€тно, така€ же разница, как между фруктами и фруктовыми конфектами, - сказала она однажды лунной ночью, сид€ в беседке сада. —ама она была конфектой. ≈е страшно удивило, когда, в первые дни на- шей супружеской жизни, €, - разумеетс€, вдохновенно, - изложил ей мои взгл€ды романтика на отношени€ мужчины и женщины. - Ёто вы - серьезно? ¬ы действительно так думаете? - спросила она, лежа на руках у мен€, в голубоватом свете луны. –озовое тело ее казалось прозрачным, от него исходил хмельный, горьковатый запах миндал€. ≈е тоненькие пальчики задумчиво играли гривой моих волос, она смотрела в лицо мне широко, тревожно раскрытыми глазами и улыбалась недоверчиво. - ј, Ѕоже мой! - воскликнула она, спрыгнув на пол и стала задумчиво шагать по комнате из света в тень, си€€ в луче луны атласом кожи, бес- шумно каса€сь пола босыми ногами. », снова подойд€ ко мне, глад€ ладон€- ми щеки мои, сказала тоном матери: - ¬ам нужно было начать жизнь с девушкой, - да, да! ј не со мною...  огда же € вз€л ее на руки, она заплакала, тихонько говор€: - ¬ы чувствуете, как € люблю вас, да? ћне никогда не удавалось испы- тать столько радости, сколько € испытываю с вами, - это правда, по- верьте! Ќикогда € не любила так нежно и ласково, с таким легким сердцем. ћне удивительно хорошо с вами, но - все-таки, - € говорю: мы ошиблись, - € не то, что нужно вам, не то! Ёто € ошиблась. Ќе понима€ ее, € был испуган ее словами и торопливо погасил ее наст- роение радостью ласк. Ќо все-таки эти странные слова остались в пам€ти моей. ј спуст€ несколько дней, она, в слезах восторга, снова тоскливо повторила эти слова:
в начало наверх
- јх, если б € была девушкой! ѕомню, в эту ночь по саду металась вьюга, в стекла окон стучали ветви бузины, в трубе волком выл ветер, в комнате у нас было темно, холодно и шелестели отклеившиес€ обои. --------------- «аработав несколько рублей, мы приглашали знакомых и устраивали вели- колепные ужины, - ели м€со, пили водку и пиво, ели пирожное и вообще наслаждались. ћо€ парижанка, облада€ прекрасным аппетитом, любила русс- кую кухню: "сычуг" - коровий желудок, начиненный гречневой кашей и гуси- ным салом, пироги с рыбьими жирами и соминой, картофельный суп с барани- ной. ќна организовала орден "жадненьких животиков", - дес€ток людей, кото- рые, люб€ сытно поесть и хорошо выпить, эстетически тонко знали и крас- норечиво, неутомимо говорили о вкусных тайнах кухни, а € интересовалс€ тайнами иного характера, ел мало, и процесс насыщени€ не увлекал мен€, остава€сь вне моих эстетических потребностей. - Ёто - пустые люди! - говорил € о "жадненьких животиках". -  ак вс€кий, если его хорошенько встр€хнуть, - отвечала она. - √ейне сказал: "¬се мы ходим голыми под нашим платьем". ÷итат скептического тона она знала много. Ќо - мне казалось - не всегда она удачно и уместно пользовалась ими. ≈й очень нравилось "встр€хивать" ближних мужского пола, и она делала это весьма легко. Ќеугомонно весела€, остроумна€, гибка€, как зме€, она, быстро зажига€ вокруг себ€ шумное оживление, возбуждала эмоции не очень высокого качества. ƒостаточно было человеку побеседовать с нею несколько минут, и у него краснели уши, потом они становились лиловыми, глаза, томно увлажн€€сь, смотрели на нее взгл€дом козла на капусту. - ћагнитна€ женщина! - восхищалс€ некий заместитель нотариуса, неу- дачник-двор€нин, с бородавками ƒмитри€ —амозванца и животом объема цер- ковной главы. Ѕелобрысый €рославский лицеист сочин€л ей стихи, - всегда дактилем. ћне они казались отвратительными, она - хохотала над ними до слез. - «ачем ты возбуждаешь их? - спрашивал €. - Ёто так же интересно, как удить окуней. Ёто называетс€ - кокетство. Ќет ни одной женщины, уважающей себ€, котора€ не любила бы кокетничать. »ногда она спрашивала, улыба€сь, загл€дыва€ в глаза мне: - –евнуешь? Ќет, € не ревновал, но - все это немножко мешало мне жить, - € не лю- бил пошлых людей. я был веселым человеком и знал, что смех - прекрасней- шее свойство людей. я считал клоунов цирка, юмористов открытых сцен и комиков театра бездарными людьми, уверенно чувству€, что сам € мог бы смешить лучше их. » не редко мне удавалось заставл€ть наших гостей сме- €тьс€ до боли в боках. - Ѕоже мой, - восхищалась она, - каким удивительным комиком мог бы ты быть! »ди на сцену, иди! —ама она с успехом играла в любительских спектакл€х, ее приглашали на сцену серьезные антрепренеры. - я люблю сцену, но - боюсь кулис, - говорила она. ќна была правдива в желани€х, мысл€х и словах. - “ы слишком много философствуешь, - поучала она мен€. - ∆изнь, в сущности, проста и груба; не нужно осложн€ть ее поисками какого-то осо- бенного смысла в ней, нужно только научитьс€ см€гчать ее грубость. Ѕольше этого - не достигнешь ничего. ¬ ее философии € чувствовал избыток гинекологии, и мне казалось, что ≈вангелием ей служит " урс акушерства". ќна сама рассказывала мне, как ошеломила ее кака€-то научна€ книга, - впервые которую прочитала она после института. - Ќаивна€ девченка, € почувствовала удар кирпичем по голове; мне по- казалось, что мен€ сбросили с облаков в гр€зь, € плакала от жалости к тому, во что уже не могла верить, но скоро ощутила под собою, хот€ жес- токую, а - твердую почву. ¬сего более жалко было Ѕога, € так хорошо, близко чувствовала его, и - вдруг он рассе€лс€, точно дым папиросы, и вместе с ним исчезла мечта о небесном блаженстве любви. ј все мы, в инс- титуте, так много думали, так хорошо говорили о любви. ѕлохо действовал на мен€ ее институтско-парижский нигилизм. Ѕывало - ночью, встав из-за стола, € шел смотреть на нее, - в постели она каза- лась еще меньше, из€щнее, красивее, - смотрел - и с великой горечью ду- мал о ее надломленной душе, запутанной жизни. » жалость к ней усиливала мою любовь. Ћитературные вкусы наши непримиримо расходились: € с восторгом читал Ѕальзака, ‘лобера, ей больше нравились ѕоль ‘еваль, ќктав ‘ейлье, ѕоль де- ок и, особенно - "ƒевица ∆иро, мо€ супруга", - эту книгу она считала самой остроумной, мне же она казалась скучной, как "”ложение о наказани- €х". Ќесмотр€ на все это, наши отношени€ сложились очень хорошо, - мы не тер€ли интереса друг к другу, и не гасла страсть. Ќо на третий год сов- местной жизни € стал замечать в душе у мен€ что-то зловеще поскрипывает и - все звучнее, заметней. я непрерывно, жадно училс€, читал и - начал серьезно увлекатьс€ литературной работой; мне все более мешали гости, - люди мало интересные, они количественно разрастались, ибо € и жена стали зарабатывать больше и могли чаще устраивать обеды и ужины. ≈й жизнь казалась чем-то вроде паноптикума, а так как на мужчинах не было предостерегающей надписи: "прос€т ручками не трогать", то - иногда - она подходила к ним слишком неосторожно, они оценивали ее любопытство чересчур выгодно дл€ себ€, и на этой почве возникали недоразумени€, ко- торые € принужден был разрешать. я делал это порою недостаточно сдержан- но и - веро€тно - всегда очень неумело; человек, которому € натрепал уши, жаловалс€ на мен€: - Ќу, хорошо, сознаюсь, € виноват! Ќо - драть мен€ за уши, - да что €, - мальчишка, что ли? я почти вдвое старше этого дикар€, а он мен€ - за уши треплет! Ќу, ударил бы, все-таки это приличнее! ќчевидно - € не обладал искусством наказывать ближнего, в меру его самоуважени€.   моим рассказам жена относилась довольно равнодушно, но это нис- колько не задевало мен€ - до некоторой поры: € сам тогда еще не верил, что могу быть серьезным литератором, и смотрел на мою работу в газете только как на средство к жизни, хот€ уже нередко испытывал приливы гор€- чей волны какого-то странного самозабвени€. Ќо, однажды утром, когда € читал ей в ночь написанный рассказ "—таруха »зергиль", она крепко усну- ла. ¬ первую минуту это не обидело мен€, € только перестал читать и за- думалс€, гл€д€ на нее. —клонив на спинку др€хлого дивана маленькую, милую мне голову, при- открыв рот, она дышала ровно и спокойно, как ребенок. —квозь ветви бузи- ны в окно смотрело утреннее солнце, золотые п€тна, точно какие-то воз- душные цветы, лежали на груди и колен€х женщины. я встал и тихонько вышел в сад, испытыва€ боль глубокого укола обиды, угнетенный сомнением в моих силах. «а все дни, прожитые мною, € видел женщин только в т€желом, рабском труде, в гр€зи, в разврате, в нищете или в полумертвой, самодовольной пошлой сытости. Ѕыло у мен€ только одно прекрасное впечатление детства - " оролева ћарго", но от него отдел€л мен€ целый горный хребет иных впе- чатлений. ћне думалось, что истори€ жизни »зергиль должна нравитьс€ жен- щинам, способна возбудить в них жажду свободы, красоты. » - вот, сама€ близка€ мне не тронута моим рассказом, - спит. ѕочему? Ќе достаточно звучен колокол, отлитый жизнью в моей груди? Ёта женщина была прин€та сердцем моим вместо матери. я ожидал и ве- рил, что она способна напоить мен€ пь€ным медом, возбуждающим творческие силы, ждал, что ее вли€ние см€гчит грубость, привитую мне на пут€х жиз- ни. Ёто было тридцать лет тому назад, и € вспоминаю об этом с улыбкой в душе. Ќо тогда неоспоримое право человека спать, когда ему хочетс€, - очень огорчило мен€. --------------- я верил: если говорить о грустном весело, печаль исчезнет. » € подозревал, что в мире действует хитроумно некто, кому при€тно любоватьс€ страдани€ми людей; мне казалось, что существует некий дух, творец житейских драм, и ловко портит жизнь; - € считал невидимого дра- матурга личным моим врагом и старалс€ не поддаватьс€ его уловкам. ѕомню, когда € прочитал в книге ќльденбурга "Ѕудда, его жизнь, учение и община": "¬с€кое существование - суть страдание", это глубоко возмути- ло мен€, - € не очень много испытал радостей жизни, но горькие муки ее казались мне случайностью, а не законом. ¬нимательно прочитав солидный труд архиепископа ’рисанфа "–елиги€ ¬остока", € еще более возмущенно по- чувствовал, что учени€ о мире, основанные на страхе, уныньи, страдании - совершенно неприемлемы дл€ мен€. », т€жело пережив настроение религиоз- ного экстаза, € был оскорблен бесплодностью этого настроени€. ќтвращение к страданию вызывало у мен€ органическую ненависть ко вс€ким драмам, и € не плохо научилс€ превращать их в смешные водевили.  онечно, можно бы не говорить все это дл€ того только, чтобы сказать: между мною и женщиной назревала "семейна€ драма", но оба мы дружно соп- ротивл€лись развитию ее. я немного пофилософствовал потому, что мне за- хотелось упом€нуть о забавных извилинах пути, которым € шел на поиски самого себ€. ћо€ женщина - по веселой природе своей - тоже была неспособна к дра- матической игре дома, - к игре, которой так люб€т увлекатьс€ чрезмерно "психологические" русские люди обоего пола. Ќо - унылые дактили белобрысого лицеиста все-таки действовали на нее, как осенний дождь.  руглым, красивым почерком он тщательно исписывал листики почтовой бумаги и тайно совал их всюду - в книги, в шл€пу, в са- харницу. Ќаход€ эти аккуратно сложенные листочки, € подавал их жене, го- вор€: - ѕримите сию очередную попытку у€звить сердце ваше. ¬начале бумажные стрелы  упидона не действовали на нее, она читала мне длинные стихи, и мы единодушно хохотали, встреча€ пам€тные строки: ƒн€ми, ночами - € с вами вдвоем, ¬се отражаетс€ в сердце моем: –учки движенье, кивок головы, √орлинкой нежной воркуете вы, ястребом - мысленно - вьюсь € над вами. Ќо, однажды, прочитав такой доклад лицеиста, она задумчиво сказала: - ј мне его жалко! ѕомню, - € пожалел не его, а она с этой минуты перестала читать дак- тили вслух. ѕоэт, коренастый парень, старше мен€ года на четыре, был молчалив, очень пристрастен к спиртным напиткам и замечательно усидчив. ѕрид€ в праздник к обеду в два часа дн€, он мог неподвижно и немо сидеть до двух часов ночи. ќн был, как и €, письмоводителем адвоката, весьма изумл€л своего добродушного патрона рассе€нностью, к работе относилс€ небрежно и часто говорил сипловатым басом: - ¬ообще, - все это ерунда! - ј что же не ерунда? -  ак вам сказать? - спрашивал он задумчиво, поднима€ к потолку се- рые, скучные глаза, и - не говорил ничего больше. ќн был как-то особенно т€жело и словно напоказ - скучен, это более всего раздражало мен€. Ќапи- валс€ он медленно; пь€ный иронически фыркал носом, - кроме этого, € ни- чего особенного не замечал в нем, ибо - существует закон, по силе кото- рого, с точки зрени€ мужа, человек, ухаживающий за его женой, всегда плохой человек. ќткуда-то с ”краины богатый родственник присылал лицеисту по п€тьде- с€т рублей в мес€ц; - большие деньги в то врем€. ѕо праздникам лицеист приносил жене моей конфекты, а в день ее именин подарил ей часы-бу- дильник, - бронзовый пень, а на нем сова терзает ужа. Ёта отвратительна€ машина всегда будила мен€ на час и семь минут раньше, чем следовало. ∆ена, перестав кокетничать с лицеистом, начала относитьс€ к нему с нежностью женщины, котора€ чувствует себ€ виновной в нарушении душевного равновеси€ мужчины. я спросил, чем, по ее мнению, должна окончитьс€ эта грустна€ истори€? - Ќе знаю, - ответила она. - ” мен€ нет определенного чувства к нему, но - мне хочетс€ встр€хнуть его. ¬ нем заснуло что-то, и, кажетс€, € могла бы его разбудить. я знал, что она говорит правду, - ей всех и каждого хотелось разбу- дить, в этом она очень легко достигала успеха: разбудит ближнего - и в нем проснетс€ скот. я напоминал ей о ÷ирцее, но это не укрощало ее стремлени€ "встр€хивать" мужчин, и € видел, как вокруг мен€ постепенно
в начало наверх
разрастаетс€ стадо баранов, быков и свиней. «накомые великодушно рассказывали мне потр€сающие мрачные легенды о семейном быте моем, а € был пр€модушен, груб и предупреждал творцов ле- генд: - я буду бить вас. Ќекоторые - лживо оправдывались, обижались - немногие и не очень. ј женщина говорила мне: - ѕоверь, грубостью ничего не достигнешь, только еще хуже станут го- ворить. ¬едь ты - не ревнуешь? ƒа, € был слишком молод и уверен в себе, дл€ того, чтобы ревновать. Ќо - есть чувства, мысли и догадки, о которых говоришь только любимой женщине и не скажешь никому больше. ≈сть такой час общени€ с женщиной, когда становишьс€ чужим самому себе и открываешь себ€ пред нею, как ве- рующий пред Ѕогом своим.  огда € представл€л себе, что все это - очень и только мое - она в интимную минуту может рассказать кому-то другому, мне становилось т€жело, € чувствовал возможность чего-то очень похожего на предательство: может быть, это опасение и €вл€етс€ корнем ревности? я чувствовал, что така€ жизнь может вывихнуть мен€ с пути, которым € иду. я уже начинал думать, что иного места в жизни, кроме литературы, - нет дл€ мен€. ¬ этих услови€х невозможно было работать. ќт крупных скандалов мен€ удерживало то, что на ходу жизни € выучилс€ относитьс€ к люд€м терпимо, не тер€€, однако, ни душевного интереса, ни уважени€ к ним. я уже и тогда видел, что все люди более или менее грешны перед неведомым богом совершенной правды, а перед человеком особенно грешат признанные праведники. ѕраведники - ублюдки от соити€ порока с добродетелью, и соитие это не €вл€етс€ насилием порока над добродетелью - или наоборот, - но естественный результат их законного брака, в кото- ром ироническа€ необходимость играет роль попа. Ѕрак же есть таинство, силою которого две €ркие противоположности, - соедин€€сь, - рождают поч- ти всегда унылую посредственность. ¬ ту пору мне нравились парадоксы, - как мороженое маленькому мальчику - острота их возбуждала мен€, как хо- рошее вино, и парадоксальность слов всегда сглаживала грубые обидные па- радоксы фактов. - ћне кажетс€, будет лучше, если € уеду, - сказал € жене. ѕодумав, она согласилась: - ƒа, ты прав! Ёта жизнь - не по тебе, € понимаю! ћы оба немножко и молча погрустили, крепко обн€в друг друга, и € уе- хал из города, а вскоре уехала и она, поступив на сцену. “ак кончилась истори€ моей первой любви, - хороша€ истори€, несмотр€ на ее плохой ко- нец. Ќедавно мо€ перва€ женщина умерла. ¬ похвалу ей скажу: это была насто€ща€ женщина! ќна умела жить тем, что есть, но каждый день дл€ нее был кануном праздника, она всегда ждала, что завтра на земле расцветут новые, нео- быкновенные цветы, откуда-то придут необычно интересные люди, разыграют- с€ удивительные событи€. ќтнос€сь к невзгодам жизни насмешливо, полупрезрительно, она отмахи- валась от них, точно от комаров, и всегда в душе ее трепетала готовность радостно удивитьс€. Ќо это уже не наивные восхищени€ институтки, а здо- рова€ радость человека, которому нравитс€ пестра€ суета жизни, трагико- мически запутанные св€зи людей, поток маленьких событий, которые мелька- ют, как пылинки в луче солнца. Ќе скажу, чтобы она любила ближних, - нет, но ей нравилось рассматри- вать их. »ногда она ускор€ла или усложн€ла развитие будничных драм между супругами или влюбленными, искусно возбужда€ ревность одних, способству€ сближению других, - эта небезопасна€ игра очень увлекала ее. - "Ћюбовь и голод прав€т миром", а философи€ - несчастие его, - гово- рила она. - ∆ивут дл€ любви, это самое главное дело жизни. —реди наших знакомых был чиновник государственного банка: длинный, тощий, он ходил медленной и важной походкой журавл€, тщательно одевалс€ и, заботливо осматрива€ себ€, щелчками сухих желтых пальцев сбивал нико- му, кроме его, не видимые пылинки со своего костюма. ќригинальна€ мысль, €ркое слово - были враждебны ему, как-будто брезговали его €зыком, т€же- лым и точным. √оворил он солидно, внушительно и, раньше, чем сказать что-либо - всегда неоспоримое, - расправл€л холодными пальцами рыжеватые редкие усы. - — течением времени наука химии приобретает все большее значение в промышленности, обрабатывающей сырье. ќ женщинах совершенно справедливо сказано, что они - капризны. ћежду женой и любовницей нет физиологичес- кой разницы, а только - юридическа€. я серьезно спрашивал жену: - ¬ силах ли ты утверждать, что все нотариусы - крылаты? ќна отвечала виновато и печально: - ќ, нет, у мен€ не хватает сил на это, - но - € утверждаю: смешно кормить слонов €йцами в см€тку. Ќаш друг, послушав минуты две такой диалог, проницательно за€вл€л: - ћне кажетс€, что вы говорите все это совершенно несерьезно! ќднажды, больно ударив колено о ножку стола, он сморщилс€ и сказал с полным убеждением: - ѕлотность - неоспоримое свойство материи. Ѕывало, проводив его, при€тно возбужденна€, гор€ча€ и легка€, жена говорила, полулежа на колен€х у мен€: - “ы посмотри, как совершенно, как законченно он глуп. - √луп во всем, - даже походка, жесты, - все глупо. ќн мне нравитс€, как нечто образцовое. ѕогладь мои щеки. ќна любила, когда €, едва каса€сь пальцами кожи лица, разглаживал чуть заметные морщинки под милыми глазами ее. », зажмур€сь, поежива€сь, точно кошка, она мурлыкала: -  ак удивительно интересны люди. ƒаже, когда человек не интересен дл€ всех, - он возбуждает мен€. ћне хочетс€ загл€нуть в него, как в ко- робочку, - вдруг там хранитс€ что-то никому не заметное, никогда не по- казанное, только € одна - и € перва€ - увижу это. ¬ ее поисках "никому не заметного" не было напр€жени€, она искала с удовольствием и любопытством ребенка, который впервые пришел в комнату, незнакомую ему. », порою, она действительно зажигала в тусклых глазах безнадежно скучного человека острый блеск напр€женной мысли, но - более часто вызывала упр€мое желание обладать ею. ќна любила тело свое и, нага€, сто€ перед зеркалом, восхищалась: -  ак это славно сделано, - женщина!  ак все в ней гармонично! ќна говорила: -  огда € хорошо одета, € чувствую себ€ более здоровой, сильной и ум- ной! “ак и было: нар€дна€, она становилась веселее, остроумней, ее глаза си€ли победоносно. ќна умела красиво шить дл€ себ€ плать€ из ситца, но- сила их, как шелк и бархат, и, одета€ всегда очень просто, казалась мне одетой великолепно. ∆енщины восхищались ее нар€дами, конечно, - не всег- да искренно, но всегда очень громко, они завидовали ей, и, помню, одна из них печально сказала: - ћое платье втрое дороже вашего и в дес€ть раз хуже, - мне даже больно и обидно смотреть на вас.  онечно, женщины не любили ее, разумеетс€, сочин€ли сплетни о нас. «накома€ фельдшерица, очень красива€, но еще более - не умна€, велико- душно предупреждала мен€: - Ёта женщина высосет из вас всю кровь! ћногому научилс€ € около моей первой женщины. Ќо все-таки мен€ больно жгло отча€ние непримиримого различи€ между мною и ею. ƒл€ мен€ жизнь была серьезной задачей, € слишком много видел, думал и жил в непрерывной тревоге. ¬ душе моей нестройным хором кричали вопросы, чуждые духу этой славной женщины. ќднажды на базаре полицейский избил благообразного старика, одногла- зого евре€, за то, что еврей, будто бы, украл у торговца пучок хрена. я встретил старика на улице; вывал€нный в пыли, он шел медленно, с ка- кой-то картинной торжественностью, его большой черный глаз строго смот- рел в пустознойное небо, а из разбитого рта по белой, длинной бороде тонкими струйками текла кровь, окрашива€ серебро волос в €ркий пурпур. “ридцать лет тому назад было это, и € вот сейчас вижу перед собою этот взгл€д, устремленный в небо с безмолвным упреком, вижу, как дрожат на лице старика серебр€ные иглы бровей. Ќе забываютс€ оскорблени€, нане- сенные человеку и - да не забудутс€! я пришел домой совершенно подавленный, искаженный тоской и злобой, такие впечатлени€ вышвыривали мен€ из жизни, € становилс€ чуждым челове- ком в ней, человеком, которому намеренно - дл€ пытки его - показывают все гр€зное, глупое, страшное, что есть на земле, все, что может оскор- бить душу. » вот в эти часы, в эти дни особенно €сно видел €, как далек от мен€ самый близкий мне человек.  огда € рассказал ей об избитом еврее, она очень удивилась. - » - поэтому ты сходишь с ума? ќ, какие у теб€ плохие нервы! ѕотом спросила: - “ы говоришь - красивый старик? Ќо - как же красивый, если - он кри- вой? ¬с€кое страдание было враждебно ей, она не любила слушать рассказы о несчасти€х, лирические стихи почти не трогали ее, сострадание редко вспыхивало в маленьком, веселом сердце. ≈е любимыми поэтами были Ѕеранже и √ейне, человек, который мучилс€ - сме€сь. ¬ ее отношении к жизни было нечто сродное вере ребенка в безграничную ловкость фокусника - все показанные фокусы интересны, - но самый инте- ресный еще впереди. ≈го покажут следующий час, может быть, завтра, но - его покажут. я думаю, что и в минуту смерти своей она все еще наде€лась увидать этот последний, совершенно непон€тный, удивительно ловкий фокус.EЪ2Ъ Ђ x§@ Hn#_26 ћ. √орький. ј. Ќ. Ўћ»“. Ќа Ѕольшой ѕокровке, парадной улице Ќижнего-Ќовгорода, темным комом, мышиным бегом катитс€ јнна Ќиколаевна Ўмит, репортерша "Ќижегородского Ћистка". »звозчики говор€т друг другу: - Ўмитиха бежит скандалы искать. » ласково предлагают: - ћамаша, - подвезти за гривенничек? ќна торгуетс€, почему-то дает семь копеек. ¬езут ее и за семь, - из- возчики и вообще все "простые" люди считают јнну Ўмит "полоумной", бла- женной, называют "мамашей", хот€ она, кажетс€, "дева", они люб€т услу- жить ей даже - иногда - в ущерб своим интересам. — утра, целый день јнна Ўмит бегает по различным городским учреждени- €м, собира€ "хронику", надоедает расспросами "де€тел€м" города, а они отмахиваютс€ от нее, как от пчелы или осы. Ёто порою заставл€ет ее упот- ребл€ть приемы, которые она именует "американскими": однажды она угово- рила сторожа запереть ее в шкаф и, сид€ там, записала беседу земцев-кон- серваторов, - подвиг бескорыстный, ибо сведени€, добытые ею, не могли быть напечатаны по услови€м цензуры. √л€д€ на нее, трудно было поверить, что этот кроткий, благовоспитан- ный человек способен на такие смешные подвиги согл€датайства. ќна - маленька€, м€гка€, тиха€, на ее лице, сильно изм€том старостью, светло и ласково улыбаютс€ сапфировые глазки, забавно вздрагивает ост- ренький птичий нос. –уки у нее темные, точно утиные лапы, в тонких пальцах всегда нервно шевелитс€ небольшой карандаш, - шестой палец. ќна - з€бка€, зимою надевает три и четыре шерст€ных юбки, кутаетс€ в две ша- ли, это придает ее фигурке шарообразную форму кочана капусты. ѕрибежав в редакцию, она где-нибудь в уголке спускает две-три юбки, показыва€ до колен ноги в толстых чулках кресть€нской шерсти, сбрасывает шали и, пригладив волосы, садитс€ за длинный стол, среди большой комна- ты, усе€нной рваной бумагой и старыми газетами, пропитанной жирным запа- хом типографской краски. ƒолго и молча пишет четким, мелким почерком и вдруг, точно ее невиди- мо толкнули, вздрогнув, быстрым движением вскидывает голову, огл€дывает- с€, как будто впервые и случайно нашла себ€ в этой комнате. ≈е глаза строго синеют, м€тое лицо резко измен€етс€, на нем выступают скулы, ви- димо она крепко сжала зубы. “ак, огл€дыва€ всех и все потемневшим взгл€- дом, она сидит недвижимо минуту, две.  азалось, что в эти минуты јнна Ўмит преодолевает припадок острого презрени€ ко всему, что шумело и суе- тилось вокруг нее, а один из сотрудников ј. ј. яровицкий шептал мне: - јнюту захлестнула волна инобыти€... ћногочисленные юбки јнны Ўмит сильно потрепаны, ботинки в заплатах, кофточки простираны до дыр и не искусно заштопаны. ≈е мать, больна€ ста- руха лет восьмидес€ти, могла питатьс€ только куриным бульоном, дл€ нее
в начало наверх
необходимо было покупать ежедневно курицу, это стоило шестьдес€т, во- семьдес€т копеек, т.-е. - тридцать, сорок строк, а печатала Ўмит, в среднем, не более шестидес€ти строк. √овор€ о матери, она становилась похожа на девочку-подростка, котора€ любит мать и считает ее высшим авторитетом во всех вопросах жизни. Ѕыло странно и трогательно слышать из уст старухи м€гкое, детское слово - ма- ма. ћне говорили, что эта мама старчески эгоистична и раздражительна; ес- ли курица оказывалась жестка или надоедала ей, старуха топала ногами на дочь и бросала в нее ложками, вилками, хлебом.  о мне јнна Ўмит относи- лась очень внимательно, но, не замеча€ в ней ничего интересного, € укло- н€лс€ от ее несколько назойливых вопросов, - они почти всегда касались интимных сторон жизни. ќбычно же она говорила мало и почти всегда о "де- лах" города, газеты. ¬ бесцветных речах ее € не мог уловить ни одного оригинального, меткого слова, которое навсегда всосалось бы в пам€ть, а € был очень лаком до таких слов, - они, точно лучики солнца, освеща€ темноту души ближнего, вдруг покажут какую-то неожиданную частицу ее и тем причаст€т теб€ духу человека. ”богость внешнего облика јнны Ўмит безнадежно подчеркивалась убожест- вом ее суждений о политике города и государства, и это давало право всем в редакции относитьс€ к ней так же, как относились извозчики, - считать ее "блаженной", недоумком. “ем более сокрушительно изумлен был €, когда св€щеник ‘., талантливый организатор публичных прений с бесчисленными сектантами Ќижегородского кра€, сказал мне, непри€зненно наморщив свой нос: - ’итрейша€ старушонка эта ваша Ўмит! ¬есьма искусный ловец челове- ков. ¬редное существо. Ќе вер€ искренности изумлени€ моего, иронически ухмыл€€сь он говорил в ответ на мои вопросы: - Ѕудто не осведомлены? “рудновато допустить сие при наличии хорошо известного мне любопытства вашего в отношении к люд€м... ќн страдал какой-то неизлечимой болезнью, его аскетически костл€вое христоподобное лицо было обт€нуто темной кожей, глаза лихорадочно свер- кали, он часто облизывал губы бурым €зыком и нервозно ломал длинные пальцы, так что они трещали. ¬ спорах с "еретиками" он был ехиден, ловко пользовалс€ искусством эристики и умел раздражать противников так, что они оплошност€ми своими всегда облегчали ему словесные победы. ћне очень нравилось наблюдать его фокусы, но казалось, что этот человек с лицом великомученика не любит ни Ѕога, ни веры, ни людей, жизнь опротивела ему, он ходит на прени€, как ходил бы в трактир играть на биллиарде, - он напоминал мне актера, который читает роль правоверного евре€ в пьесе "”риель јкоста". ѕохрустыва€ пальцами, он выспрашивал мен€: - » того, €кобы, не знаете, что эта Ўмит находитс€ в переписке с фи- лософом ¬ладимиром —оловьевым, коего справедливо обвин€ют в уклоне к ереси католической? я сказал: - Ёто так же неожиданно дл€ мен€, как если бы вы, отец јлександр, оказались вдруг не св€щенником, а пожарным.   в€щшему изумлению моему св€щенник расхохоталс€ и, сквозь смех, стал уличать мен€: - ¬от вы и проговорились! ќх, плохой дипломат вы! «начит - с учеником ее, пожарным —имаковым - знакомы? ѕосле насто€тельных и даже сердитых за€влений моих, что € не знаю по- жарного, св€щенник, не скрыва€ недовери€ своего, лениво рассказал мне, что јнна Ўмит организовала религиозный кружок, способный развитьс€ в секту, в кружке этом - извозчики, мастеровые, какой-то тюремный надзира- тель и пожарный. - Ќарод наш любит словесность и привержен к сказкам. ѕожарный этот беспоповцем был, а ныне Ўмитихин пламенный адепт. Ќо, по природе своей, дурак, он есть самый болтливый из прозелитов новой секты и, ежели вы же- лаете ознакомитьс€, как ерундословие старухи этой укладываетс€ в мозгах простецов, вы с ним познакомьтесь. ќн бывает на прени€х у мен€, рычит нелепо... --------------- Ћука —имаков, р€довой гренадерского полка, большой, грузный человек с черными, щеткой, усами и синим, гладко обритым черепом. ўеки у него тоже синие, а толста€ нижн€€ губа цвета сырой гов€дины. Ћевый, темный глаз меньше правого и тревожно забегает к виску, особенно далеко в те минуты, когда Ћука волнуетс€ и жесткой ладонью, размером с небольшую лопату, крепко трет череп свой, трет так, что слышен треск волос. ј правый глаз его, большой, выпуклый, почти неподвижен, тускл и, окруженный очень длинными ресницами, напоминает какое-то насекомое. ¬ темненьком трактире, навал€сь грудью на стол, он глухим голосом по- учал мен€: - ѕо-твоему - как надо ’риста понимать? Ћуку не надо было выспрашивать, слова лились из его рта, как ручей из трещины в камне. ќн говорил с тем буйным напором верующего, который иск- лючает возможность возражений. - ’ристос - это легость! "Ћегостью" зоветс€ тонка€ веревка, с грузом на конце; ее матросы па- роходов бросают на пристань, подчалива€сь к ней. - Ќе то-о! - с досадой сказал Ћука. - Ћегость - легкость, пон€л? ’ристос - легкость, с ним жить легко. Ќасчет чалки - это подход€щее, - причаливай через ’риста к истинной вере. “олько ты пойми! - ’ристос - не естество и не существо, он просто одно слово... - Ћогос? —имаков удивленно вскричал: - ¬о-от! » еще подвинулс€ ко мне, спрашива€: - ќткуда знаешь?  то научил? ћамаша?  акова старушка-то? - уже шопо- том продолжал он. - ¬едь - так себе, вроде нищей. ћы - нар€жаемс€, хвас- таем, а она - св€тость, неприметна. » в мухе сокрыта премудрость... - ј слово это ты никому не говори, - предупредил он мен€. - ќсобенно, чтоб попы не слыхали, - попам оно €д. ≈жели они услышат это слово - тебе будет плохо! ѕотом он сообщил мне, как великую тайну, что ’ристос - жив, живет в ћоскве на јрбате. - Ёто все выдумано попами, будто он на кресте помер, а после воскрес, вознесс€, нет, - он на земле, около людей. —лово - не убьешь! Ќу-ко, убей-ко - да? ¬от € тебе говорю слово - да, а ты его убей! ѕон€л? „аса два слушал € темные речи пожарного; уход€, он покровительственно обещал: - “ы погоди, € теб€ сведу с самой мамашей! ќна теб€ обучит. --------------- ќ моем знакомстве с пожарным Ўмит узнала раньше, чем € успел сказать ей. Ѕеспокойно постукива€ карандашиком по ногт€м, она спрашивала: - „то говорил вам этот простец Ѕожий? ”знав, что Ћука рассказал мне о ’ристе, живущем в ћоскве, на јрбате, она еще более тревожно стала шаркать карандашом по ногт€м, говор€: - ќн - не совсем разумен, он несколько раз сильно угорал на пожарах, это очень отразилось на нем. √лаза ее потемнели и что-то суровое светилось в них, она плотно сжала губы, и маленькое личико ее огорченно сморщилось. - ≈сли вы серьезно интересуетесь этими вопросами, - можно поговорить, € свободна в “роицын день... » тотчас же спросила, усмеха€сь: - Ќо - ведь, вы из любопытства, от скуки? ƒа? я сказал, что мне жить - не скучно и что желание знать, как думают люди, € бы не назвал простым любопытством. -  онечно - нет, конечно! - тихонько воскликнула Ўмит, и вдруг впол- голоса, складно, €зыком привычного оратора, быстро крут€ карандаш темны- ми пальцами мумии, она заговорила о том, как люди далеки друг другу, как мало у них желани€ и умени€ проникнуть в сокровенное души ближнего. - ¬ мутном потоке жизни мы плаваем, немы, как рыбы: "ћир мирови твое- му даруй", молимс€ мы, но ведь мир - гармони€ душ, их всеобща€ св€зь, а - как св€затьс€ с немой, непостижимой? ≈е позвали в контору и, уход€, она ласково попросила: - ј над Ћукою вы не смейтесь, это - безумец ’ристов, такими строитс€ истинна€ вера. --------------- ¬ “роицын день, вечером, она пришла ко мне, одета€ празднично в ко- ричневой юбке с заплатой на подоле, - кусок юбки был, очевидно, вырван гвоздем или зубами собаки; синюю сарпинковую кофточку украшал на груди голубой бант, а на ногах блестели новые калоши, хот€ погода сто€ла суха€ и жарка€. ќказалось, что Ўмит отдала ботинки чинить, но сапожник не ус- пел сделать это, и вот она гул€ет в калошах. ћы пили чай с вишневым вареньем и сушками, - € узнал, что это любимое лакомство јнны Ќиколаевны. ј к полуночи € узнал, что старенька€, забав- на€ репортерша провинциальной газеты, јнна Ўмит - воплощение одной из жен-ћироносиц, кажетс€ - ћарии ћагдалины, котора€, в свою очередь, была воплощением —офии, ¬ечной ѕремудрости. Ќа рассто€нии от ћарии ћагдалины до јнны Ўмит ¬ечна€ ѕремудрость воплощалась, разумеетс€, не однажды, од- ним из ее воплощений была ≈катерина —иенска€, другим - ≈лизавета “юрин- генска€, был и еще р€д воплощений, уже не помню имен их. ¬ начале речи јнны Ўмит мне было несколько неловко слушать ее, - все, что говорила она, никак не объедин€лось с ежедневной курицей, резиновыми калошами и всем прочим во внешнем облике воплощени€ ¬ечной ѕремудрости. я сидел, опустив голову, стара€сь не видеть, как это воплощение, разла- мыва€ сушки, поддева€ их рогульками липкие €годы варень€, обсасывает их тонкими губами; смешно было слушать, как сушки хруст€т на зубах. Ќо - предо мною сидел незнакомый мне человек, он говорил очень склад- но, красиво уснащал речь свою цитатами из творений отцов церкви, говорил о гностиках, о ¬асилиде и Ёнойе; голос его звучал учительно и властно, синие зрачки глаз расширились и си€ли так же ново дл€ мен€, как новы бы- ли многие мысли и слова. ѕостепенно все будничное и смешное в этом чело- веке исчезло, стало невидимо, и € хорошо помню радостное и гордое удив- ление, с которым наблюдал, как из-под внешней серенькой оболочки возни- кают, выбиваютс€ огни мышлени€ о зле жизни, о противоречии плоти и духа, как уверенно и твердо звучат древние слова искателей совершенной мудрос- ти, непоколебимой истины. ќб јнне Ўмит напоминал только карандашик, не- устанно и все быстрей вертевшийс€ в ее сухоньких, темных пальцах мумии. ќна как будто немного охмелела, рису€ карандашом в воздухе капризный узор путей мысли, она подскакивала на стуле и, улыба€сь, с радостью го- ворила: - ¬ы представьте себе безысходный ужас ƒь€вола... Ќа подбородке јнны Ўмит блестела рубинова€ капелька варень€. ѕодн€в правую руку над головою, она сказала: - » ’ристос - жив есть! я узнал, что ’ристос это - ¬ладимир —оловьев, он же - Ћогос; ’ристос непрерывно воплощаетс€ в того или иного человека и вечно среди людей. Ќо воплощени€ —офии не подвергаютс€ воздействию разрушительных вли€ний су- етного мира сего с той легкостью, как воплощени€ Ћогоса, особенно враж- дебные ƒь€волу. - „иста€ духовность Ћогоса не претерпевает искажени€, но человек, воплощающий в себе Ћогос, нередко затемн€ет ее черной мудростью —атаны. ќна вынула из кармана юбки кожаный пакетик, а из него осторожно дос- тала несколько писем: - Ёто письма —оловьева, - вот, послушайте, как трудно ему... ћногозначительно подчеркива€ отдельные слова, она прочитала несколько отрывков; € ничего не пон€л в них, но в одном —оловьев цитировал слова ‘ридриха ¬еликого, сказанные им на поле какой-то битвы солдатам своим, которые побежали от врага: - "ѕодлецы! –азве вы хотите жить вечно?" —лова это напомнили мне четверостишие —оловьева: ¬ лесу - болото, ¬ болоте - мох; –одилс€ кто-то, ѕотом - издох. ¬спомнил € и эпитафию его: ѕод камнем сим лежит ¬ладимир —оловьев, —начала был пиит,
в начало наверх
ј после - философ. ѕрохожий! Ќаучись из этого примера, —коль пагубна любовь и сколь полезна вера. я спросил Ўмит: что думает она об этих шутках? ќна откинулась на спинку стула, ее острый носик покраснел, зрачки стали совершенно синими и в голосе ее мне послышалс€ гнев; -  то сказал вам, что это его, что это им написано? Ќет, нет, это клевета! Ёто шутки его товарищей... Ќо вскоре серенька€ старушка, похожа€ на самку воробь€, говорила о человеке шумной славы, о философе, искуснейшем диалектике и талантливом поэте тоном матери, встревоженной поведением сына. - ¬ы знаете, - даже самого ’риста ƒь€вол соблазн€л славою земной. Ёти слова она сказала как бы утеша€ кого-то и так вопросительно, поч- ти умол€юще посмотрела на мен€, что € счел нужным откликнутьс€ ей: - ќ, да... - ќн слишком т€готеет к люд€м, потому что добр. Ќо человек только тогда силен против соблазнов, когда умеет во всех окружени€х оставатьс€ самим собою. ’ристос т€готел к люд€м после того, как укрепил дух свой в пустыне, а —оловьев идет к ним преждевременно. ќна именовала —оловьева хрустальным сосудом Ћогоса, св€тым √раалем, величайшим сыном века и - ребенком, который, плута€ в темной чаще греха, порою забывает невесту, сестру и матерь свою - —офию, ѕредвечную ћуд- рость. - ѕонимаете? Ќевесту и мать... »ногда мне казалось, что в словах јнны Ўмит слышу € обиду влюбленной женщины, даже сентиментальность старой девы, но это мелькало в ее речах бледненькими искрами, тотчас же замен€€сь покровительным отношением к —оловьеву, как человеку, которым надо руководить на пут€х жизни. ѕонизив голос, она рассказывала как тайну: - ≈го соблазн€ют люди, но еще более настойчиво - черти. ќн знает это. ¬ одном письме он пишет, что черти загл€дывают в окна к нему, а один да- же спр€талс€ в сапог и всю ночь сидел там, дразнилс€, шумел... ќ черт€х она говорила так же просто, как говор€т о реальном: тарака- нах, комарах. - » еще - слава; слава делает человека актером, - пам€тно сказала она. - ≈сли на человека пристально смотр€т, он начинает пр€татьс€ в раз- личных выдумках, он хочет быть таким, как при€тнее люд€м. ¬ы знаете это? я, к сожалению, это знал. » все с большим трудом верил ушам и глазам своим, наблюда€, какие верные мысли гор€т в душе этого незаметного чело- вечка. ќна снова заговорила о пустыне, о великом значении самосозерцани€ и одиночества и говорила на эту тему так много, что, помню, у мен€ скользнула мысль: не слишком ли одинок этот человек и не потому ли он так откровенен со мною?  ак маленька€ птица, отбившись от стаи, она ле- тит над морем к далекому в ночи огню, к ма€ку, на невидимый и неведомый берег. Ётот ма€к - ¬ладимир —оловьев и это все, чем освещена и осмыслена ее тиха€, одинока€ жизнь среди здравомысл€щих людей. - –азве ’ристос не испытал человеческого страха перед судьбою? - вдруг спросила она и тотчас, закрыв глаза, стала читать нараспев, как псалом, чьи-то стихи: ƒуша во плоть с небес сошла, Ќо ей земна€ жизнь мила, ƒуша срастаетс€ с землею », как устала€ пчела, ѕьет сладкий €д земного зла. —тихи были длинные, јнна Ўмит читала их тихо, дл€ себ€, и только две последние строки выговорила громко, с торжественной угрозой, открыв влажные глаза и высоко взмахнув карандашем. » вечности колокола ƒуши умершей не разбуд€т. ѕоздно за полночь € пошел провожать ее. ѕо улицам шмыгал ветер, взды- ма€ пыль, шелест€ березками; березки были прив€заны к тумбам, а некото- рые уже вал€лись на земле. Ѕродили пь€ные, где-то неистово закричала женщина, из подворотни выскочил черный котенок. Ўмит брезгливо оттолкну- ла его ногою: - “очно чортик.   нам прив€залс€ пь€ный почтальон, бестолково рассказыва€ о какой-то обиде, нанесенной ему, он стучал кулаком в грудь свою и спрашивал, всхлипыва€: - –азве € ему - враг? - »демте скорее, - сказала Ўмит и быстро шага€ тоже пожаловалась: - –азве это - праздник? –азве так надо праздновать? --------------- ѕосле этого, встреча€ в редакции јнну Ўмит, € стал ощущать непобеди- мую неловкость; € не мог относитьс€ к ней, как относилс€ раньше, не мог говорить о пуст€ках лениво текущих будней. ќна же, видимо, иначе истол- ковав мою сдержанность, стала говорить со мною сухо и неохотно. ≈е сап- фировые глаза смотрели мимо мен€ на карту –оссии, засиженную мухами так, как будто на всю русскую землю выпал черный град. ћне очень хотелось познакомитьс€ с учениками Ўмит, но она сказала: - ≈два ли это интересно дл€ вас, - простые люди, очень простые... ј Ћука —имаков, потира€ череп, тревожно двига€ косым глазом, сообщил мне: - Ќе понравилс€ ты мамаше, не велела она мне говорить с тобой. Ќо минуты через две, прижима€ мен€, т€жким телом своим в угол казар- менной клетки, где он жил, пожарный шептал: - ’ристос пр€четс€ от попов, попы его заарестовать хот€т, они ему враги, конечно! ј ’ристос скрылс€ под ћосквой, на станции "ѕетушки". —коро все будет известно царю, и вдвоем они неправду разворот€т в трое суток!  аюк попам! »стребление! ¬ нелепых словах Ћуки чу€лось слепое озлобление сектанта и страх пред чем-то, чего он не мог выразить; неизбывный, темный страх этот сверкал в его левом глазу, все врем€ забегавшем к виску. »з двух-трех бесед с ним € вынес впечатление почти жуткое: ’ристос чудилс€ пожарному мстительным и мрачным существом, - оно враждебно присматриваетс€ к жизни людей отку- да-то из темного угла и ждет минуты, чтоб выпрыгнуть оттуда. - ÷ерквы разрушить хочет, - шептал мне пожарный. - ќн с того начал, - помнишь, в ≈русалиме? ¬о-от... ¬се-таки он познакомил мен€ с одной ученицей јнны Ўмит, портни- хой-одиночкой, ѕалашей, девицей лет тридцати.  оротконога€, сутула€, без шеи, с плоским лицом и остренькими стекл€нными глазками, она была фальшиво м€гка на словах и, видимо, очень недоверчива к люд€м. ∆ила она в глухом переулке над оврагом, в ее двух комнатах неустанно гудели чер- ные, большие мухи, звонко стука€сь в тусклые стекла окон. Ќа подоконнике недвижимо сидел жирный кот, очень редкий - трех шерстей: рыжей, белой и черной; мен€ очень удивило отношение кота к мухам: они садились на голо- ву его, ползали по спине, - кот неподвижно смотрел в окно и ни разу не встр€хнул шерстью, чтоб согнать мух. Ќараспев, словами, неестественно и как бы нарочно искаженными, ѕалаша говорила, ловко пришива€ пуговицы к пестрой батистовой кофточке: - ∆исть наша€, миленький мой господин, совсем безбожна€ и настолько грешна€, что даже - ужасть! ј ’ристос невидимо коло ходит, печалуетс€, сокрушаетс€: ох, вы людие бесчастное! » на что разделил € душеньку свою промеж вас? Ќа поругание, на глумление... ѕотом она читала стихи из апокрифа "—он Ѕогородицы", а кончив непри- €тное унылое чтение, объ€вила мне: - »стинное им€чко Ѕогоматери не ћари€, а ≈нохи€, родом же она от про- рока ≈ноха, который был не еврей, а грек.  огда € спросил ее: знает ли она јнну Ќиколаевну Ўмит, ѕалаша, накло- нив голову, перекусыва€ нитку, ответила вопросом: - Ўмит? Ќе русска€, значит. - Ќо ведь вы знаете ее! - ј - кому это известно? - спросила ѕалаша, почесыва€ мизинцем свой широкий нос и озабоченно разгл€дыва€ кофточку. - ≈жели это вам —имаков сказал, - вы ему веры ни в чем не давайте, он человек испорченный, вроде безумного. —имаков говорил мне о ѕалаше: - Ёто, брат, девица мудра€, она вроде крыла мамаше служит, она да еще один человек высоко вознос€т ее над людьми... я не сумел пон€ть, как и что восприн€ла портниха от јнны Ўмит; чем настойчивее расспрашивал € об этом, тем более многословно, и фальшиво ѕалаша говорила о —имакове, о козн€х ƒь€вола. - Ѕросает нас злой дух, как мальчишка камни с горы, катимс€ мы, вер- тимс€, бьем друг друга и не видать нам спасень€... ѕриглажива€ ладон€ми рыжеватые волосы и без того гладко, туго накле- енные на череп, ѕалаша смотрела стекл€нными глазками на мен€, и взгл€д ее говорил: - Ќичего ты у мен€ не выпытаешь! «аходил € к ней еще раза два, она принимала мен€ ласково, охотно и даже сладострастно рассказывала мне жити€ великомучениц, € слушал и смотрел на кота. - » секли ее злодеи-римл€не по белому телу, по атласным груд€м кале- ным прутьем железным, и лилась, кипела ее кровушка, - выпевала ѕалаша. ћухи гудели.  от равнодушен, неподвижен, в комнате пахнет кислой по- мадой... ¬скоре, заболев, € уехал в  рым и с той поры не встречал больше јнну Ўмит, Ќижегородское воплощение —офии ѕремудрости.ШxЩ£ЩЩ вя#_26 ћ. √орький. ј¬“ќЅ»ќ√–ј‘»„≈— »≈ –ј—— ј«џ. —“ќ–ќ∆. (ѕродолжение). я - ночной сторож станции ƒобринка; от шести часов вечера до шести утра хожу с палкой в руке вокруг пакгаузов; со степи тыс€чью пастей дует ветер, несутс€ тучи снега, в его серой массе медленно плывут туда и сюда локомотивы, т€жко вздыха€, влача за собою черные звень€ вагонов, как будто кто-то, не спеша, опутывает землю бесконечной цепью и тащит ее сквозь небо раздробленною в холодную белую пыль. ¬изг железа, л€зг сцеп- лений, странный скрип, тихий вой нос€тс€ вместе со снегом. ” крайнего пакгауза, в мутных вихр€х снега воз€тс€ две черные фигуры, - это пришли казаки воровать муку. ¬ид€ мен€, они, отскочив в сторону, пр€чутс€ в сугроб, и потом, сквозь вой и шорох вьюги, € слышу нищенски жалобные слова просьбы, обещани€ дать полтинник, ругань. - Ѕросьте это, реб€та, - говорю €. ћне лень слушать их, не хочетс€ говорить с ними, € знаю, что они - не бедн€ки, воруют не по нужде, а на продажу, дл€ пь€нства, дл€ женщин. »ногда они подсылают красивую жолнерку Ћеску √рафову; расстегнув ту- лупчик и кофту, она показывает сторожам груди; упругие, точно хр€щ, они сто€т у нее горизонтально. - √л€дите-тко, - как пушки! - задорит и хвастаетс€ она. - Ќу, хотите за мешок пшеничной второго сорта? Ќу, - третьего? — нею деловито торгуютс€ молодой религиозный тамбовский парень Ѕайков и усманский татарин, хромой »брагим. ќна стоит перед ними, открыв грудь, снег тает на коже у нее, встр€х- нув плечами, как цыганка, она ругаетс€: -  ацапы, ну, скорее! Ѕолотное плем€, али вы найдете где эдакую сла- дость, как у мен€, падаль песь€! ќна презирает русских мужиков. √олос у нее грудной, сильное красивое лицо освещено дерзкими глазами кошки. »брагим ведет ее под крышу пакгау- за, а ее товарищи, бросив на салазки мешок или куль, - уезжают. ћне противно бесстыдство этой женщины и до тоски жалко ее прекрасное, сильное тело. »брагим называл Ћеску собакой и плевалс€, вспомина€ ее ласки, а Ѕайков тихо и задумчиво говорил: - “аких убивать надо бы... ѕо праздникам, нар€дно одета€, в скрипучих козловых башмаках, в алом платочке на густых каштанового цвета волосах, она, приход€ в город, обс- луживает телом своим "интеллигенцию", относ€сь ко всем покупател€м оди- наково дерзко и презрительно.  огда она прив€зывалась ко мне, € ее прогон€л с моего участка, но
в начало наверх
как-то, теплой светлой ночью, сид€ на лесенке пакгауза, € задремал, и, открыв глаза, - увидел перед собой Ћеску; она сто€ла, сунув руки в кар- ман тулупчика, нахмур€ брови, статную фигуру ее внимательно освещала лу- на. - Ќе бойсь, - не воровать пришла - гул€ю! ѕо звездам - было уже далеко за полночь. - ѕоздновато гул€ешь. - Ѕаба - ночью живет, - ответила Ћеска, сад€сь р€дом со мной. - “ы чего же спишь? јли за сон деньги плат€т? ƒостала из кармана горсть сем€н подсолнуха и, грыз€ их, спросила: - “ы, будто, грамотей? —кажи-ка, где ќболак-город? - Ќе знаю. - ћатерь Ѕожи€ по€вилась там, кверху ручки, пишетс€, а младенец ’рис- тос - в подоле у ней... - јбалацк... - √де он? - Ќа ”рале где-то, или в —ибири. ќблизав губы, она сказала: - ѕойти, что ли, туда? ƒалеко оно. ј, пожалуй, надо итти. - «ачем? - ћолитьс€, грешна больно. ¬се через вас, кобелей... ѕокурить есть? «акурив - предупредила: -  азакам - не говори, гл€ди, что курю, - у нас не люб€т, когда баба дымит. ќчень красиво было ее строгое лицо, нарум€ненное зимним воздухом, €р- ко блестели темные зрачки в опаловых овалах белков. «олота€ полоска сверкнула в небе - женщина перекрестилась, говор€: - ”покой √осподь душу! ¬от и мо€ душа так же падет. “ебе когда скуш- нее, - в светлые ночи, али в темные? ћне - в светлые. «аплевала огонек окурка папиросы, бросила его и, зевнув, предложила: - ƒавай - побалуемс€? ј когда € отказалс€ - добавила равнодушно: - —о мной хорошо, все хвал€т... я сказал несколько слов о ее отталкивающем бесстыдстве - ласково и м€гко сказал. Ќе гл€д€ на мен€, она ответила спокойным, ровным голосом. - Ёто - от скуки потер€ла € стыд. —кушно, человек... —транно мне было слышать из уст ее слово "человек" - оно прозвучало необычно, незнакомо. ј женщина, закинув голову, гл€д€ в небо, говорила медленно: - я не виновата€; говоритс€: так сделал Ѕог, цен€т бабу с ног. Ќе ви- новата€ € в этом... ѕосидев молча еще минуту, две, она встала, огл€нулась. - ѕойду к начальнику... » не спеша ушла по нит€м путей, по рельсам, высеребренным луною, а € осталс€, подавленный словами: - —кушно, человек... ћне в ту пору была непон€тна "скука" людей, чь€ жизнь рождаетс€ и проходит на широких плоскост€х, в пустоте, €рко освещаемой то солнцем, то луною, на равнинах, где человек €сно видит свое ничтожество, где поч- ти нет ничего, что укрепл€ло бы волю к жизни. ¬округ мен€ мелькали люди, дл€ которых все, чем € жил, было чуждо, каждый из них отбрасывал свое отражение в душу мне, и в непрерывной сме- не этих отражений € чувствовал себ€ осужденным на муку понимать непон€т- ное. ¬от предо мною буйно кружитс€ јфрикан ѕетровский, начальник станции, широкогрудый длиннорукий богатырь, у него выпуклые - рачьи темные глаза, черна€ бородища, он весь, как зверь, оброс шерстью, а говорит - чужим голосом - тенором, и когда сердитс€, то свистит носом, широко раздува€ калмыцкие ноздри. ќн - вор, заставл€ет весовщиков вскрывать вагоны с грузом портов  аспийского мор€, весовщики таскают ему шелк, сласти, он продает краденое - и устраивает по ночам на квартире у себ€ "монашью жизнь". ќн - жесток, бьет по ушам и по зубам станционных сторожей, гово- р€т - до смерти забил свою жену. ¬не службы он нар€жаетс€ в алую шелковую рубаху, бархатные шаровары, в татарские сапоги зеленого сафь€на, носит лиловую, шитую золотом тюби- тейку на черной шапке курчавых волос; таков - он похож на трактирного певца, одетого в "бо€рский костюм".   нему приходит помощник исправника ћаслов, лысый, круглый, бритый, точно ксендз, с носом хищной птицы и лисьими глазками распутной женщины, - это очень злой, хитрый, лживый человек, в городе его прозвали "јктри- са"; - €вл€етс€ мыловар “ихон —тепахин, рыжий, благообразный мужик, т€- желый, как вол, полусонный, - на его заводе рабочие отравл€ютс€ чем-то и заживо гниют; его несколько раз судили и штрафовали за увечь€ рабочих; - приходит кривой дь€кон ¬орошилов, пь€ница, гр€зный, засаленный челове- чишко, превосходный гитарист и гармонист, р€бое скуластое лицо его в се- рых волосах, толстых, как иглы ежа; у дь€кона маленькие холеные руки женщины и красивый - €рко-синий - глаз: дь€кона так и зовут " раденый глаз". ѕриход€т бойкие девицы из села и казачки из станицы, иногда с ними - Ћеска. ¬ небольшой комнате, тесно заставленной диванами, сад€тс€ за т€- желый круглый стол, нагруженный копченой птицей, окороками, множеством вс€ких солений, мочеными €блоками и арбузами, квашеной, вилковой капус- той, - среди всей этой благостыни блестит четверть водки. - ѕетровский и друзь€ его, почти молча, долго жуют, чавкают, сосут водку из серебр€ной "братской" стойки, - в нее входит четверть бутылки. Ќаелись. —тепахин рыгает, как башкир; креститс€ дь€кон, - нежно улы- ба€сь, настраивает гитару; переход€т в большую комнату, где нет мебели, кроме полдюжины стульев, и начинают петь. ѕоют - дивно. ѕетровский - тенором, —тепахин - густейшим м€гким ба- сом, у дь€кона - хороший баритон, ћаслов умело вторит хоз€ину, женщины тоже обладают хорошими голосами, - особенно выдаетс€ чистотою звука контральто казачки  убасовой; голос Ћески криклив, - дь€кон часто грозит ей пальцем. ѕоют благоговейно, как пели бы во храме, и все строго смот- р€т друг на друга, - только —тепахин, широко расставив ноги, опустил глаза, и лицо у него удивленное, точно он не верит, что это из его горла бесконечно льетс€ бархатна€ стру€ звука. ѕесни мучительно грустные, иногда торжественно поетс€ что-либо церковное, чаще всего "ѕока€ни€ две- ри отверзи". Ѕелки рачьих глаз ѕетровского налиты кровью, он выт€гиваетс€ всем те- лом, как солдат в строю, и орет: - ƒь€кон - пл€су! “ихон - делай! ∆ивем! - Ќачали! - отзываетс€ дь€кон, взмахива€ гитарой и хитрейшим перебо- ром струн, с ловкостью фокусника начинает играть трепака, а —тепахин - пл€шет. ƒерев€нное лицо мыловара освещено мечтательной усмешкой, грузное тело его исполнено гибкой, звериной грации, он плавает по комнате легко, как сом в омуте, весь в красивых ритмических судорогах и, бесшумно выпи- сыва€ ногами затейливые фигуры, смотрит на всех взгл€дом счастливого че- ловека. ѕл€шет он чарующе хорошо, и хот€ казачка  убасова, подвизгива€, заманчиво и ловко ходит вокруг него, но —тепахин затмевает ее невырази- мой красотой ритмических движений мощного тела, - его пл€ска опь€н€ет всех. јфрикан ѕетровский озверел от радости, орет, свистит, взмахивает баш- кой, вытр€хива€ из глаз слезы, дь€кон, перестав играть, обнимает —тепа- хина, целует и, задыха€сь, бормочет: - “ихон! - богослужебно... √олубчик. ¬се... ¬се проститс€... ј ћаслов кружитс€ около них и кричит: - “ихон! ÷арь! “алант! ”бийца! Ёти люди выпили две четверти водки, но только теперь они хмелеют, и мне кажетс€, что это - опь€нение от радости, от взаимных ласк и похвал. ∆енщины тоже охмелели, глаза их жадно гор€т, на щеках жаркий рум€нец, они обмахиваютс€ платочками и возбуждены, как засто€вшиес€ лошади, кото- рых вывели из темной конюшни на широкий двор, на свет и тепло весеннего дн€. Ћеска, полуоткрыв рот, дышит т€жело, смотрит на —тепахина сердито, влажными глазами и, покачива€сь на стуле, шаркает по полу подошвами баш- маков. «а окнами свистит и воет ветер, в трубе печи гудит, белые крыль€ шар- кают по стеклам окон. - —тепахин, вытира€ пестрым платком потное лицо, говорит тихо и виновато: - »з-за пл€сок этих, в хороших люд€х никакого уважени€ нету ко мне... ѕетровский €ростно обкладывает хороших людей многословной затейливой матерщиной. ∆енщины фальшиво взвизгивают, жела€ показать, что им стыдно - а сочетани€ зазорных слов победно обнаруживают прелестную гибкость русского €зыка. —нова играет дь€кон, а ѕетровский пл€шет, бурно, удало, с треском, с грохотом и криками, как-будто разрыва€ и лома€ что-то невидимо стесн€ю- щее его, пл€шет Ћеска, как безумный неумело прыгает ћаслов. “опот, свист, визг, непрерывное мелькание пестрых юбок, и, отчеканива€ каблука- ми дробь, ѕетровский свирепо, мстительно орет: - Ёх-ма! ѕропадаю-у! —лышно, как он скрипит зубами. ¬ этом исступленном весельи нет смеха, нет легкой, окрыленной радости, поднимающей человека над землей, это - почти религиозный восторг; он напоминает радени€ хлыстов, пл€ски дерви- шей в «акавказье. ¬ этом вихре тел - сокрушительна€ силища, и безысход- ное метание ее кажетс€ мне близким отча€нию. ¬се эти люди - талантливы, каждый по-своему, жутко талантливы; они опь€н€ют друг друга исступленной любовью к песне, к пл€ске, к телу женщины, к победоносной красоте движе- ни€ и звука, все, что они делают, похоже на богослужение дикарей. ѕетровский снимает мен€ с дежурства дл€ участи€ в "монашьем житье", потому что € много знаю хороших песен, не плохо умею "сказывать" их и могу, не пь€не€, глотать множество непри€тной мне водки. - ѕешков, - вал€й! - орет он, - он орет, даже когда обнимает женщин, ревет зверем, - это его потребность. —тановлюсь к стене и "вал€ю". Ќарочито выбира€ трогательные и краси- вые, - € "сказываю" песни, стара€сь обнажить красоту слова и чувства, скрытую в них. » подчин€юсь силе их неизбывной тоски, близкой моей душе, враждебно отрицаемой разумом. - √осподи, - взывает дь€кон, хвата€сь за голову, его маленькие нежные ладони совершенно тонут в космах полуседых волос. —тепахин смотрит на мен€ изумленно и, кажетс€, с завистью, лицо его вздрагивает непри€тно, ѕетровский так стиснул зубы, что скулы его выступили желваками. ј ћас- лов, посадив  убасову на колени себе, забыл о ней и гл€дит в пол, как больна€ собака. Ќе понимаю, чего мне надо от этих людей, но иногда дума- лось, что если насытить их песн€ми до полноты душ, - тогда они как-то измен€тс€, обнаружат себ€ более пон€тными мне. ¬от они, восхища€сь, об- нимают, целуют мен€, дь€кон плачет. - –азбойник, - говорит мне ћаслов, глад€ руку мою, —тепахин молча це- лует мен€. - ѕей, все равно пропадаешь! - ревет ѕетровский, а Ћеска, размахива€ руками, говорит: - ¬любилас€ € в него, при всех говорю - влюбилас€, даже ноги тр€сут- с€... ј через минуту они ненасытно требуют еще чего-то. «наю €, что они люди негодные, но - они религиозно поклон€ютс€ красо- те, служат ей, до самозабвени€, упиваютс€ €дом ее и способны убить себ€ ради нее. »з этого противоречи€ возникает облако мутной тоски и душит мен€. ј у них исступление восторга восходит до высшей точки своей, но - все песни уже спеты, пл€ски спл€саны. - –аздевай баб! - орет ѕетровский. –аздевал всегда —тепахин, он делал это не тороп€сь, аккуратно разв€- зыва€ тесемки, расстегива€ крючки и деловито складыва€ в угол кофты, юб- ки, рубахи. –ассматривали прекрасное тело Ћески, осторожно трогали ее вызывающие груди, стройные ноги, великолепный живот, ходили вокруг женщин изумленно оха€ и хвалили тело их так же восторженно, как песню, пл€ску. ѕотом сно- ва шли к столу в маленькую комнату, ели, пили и - начиналось неописуе- мое, кошмарное. ∆ивотна€ сила этих людей не удивл€ла мен€ - быки и жеребцы сильнее. Ќо было жутко наблюдать нечто враждебное в их отношении к женщинам, кра- сотою которых они только что почти благоговейно восхищались. ¬ их сла- дострастии € чувствовал примесь изощренной мести, и казалось, что эта месть возникает из отча€ни€, из невозможности опустошить себ€, освобо- дить от чего-то, что угнетало и уродовало их. ѕомню ошеломивший мен€ крик —тепахина: он увидал отражение свое в зеркале, его красное лицо побурело, посинело, глаза исступленно выкати- лись, он забормотал: - Ѕратцы - гл€дите-ка, √осподи! » - взревел: - ” мен€ - нечеловечь€ рожа - гл€дите! Ќечеловечь€ же, - братцы! —хватил бутылку и швырнул в зеркало.
в начало наверх
- ¬от тебе, дь€волово рыло, - на! ќн был не пь€н, хот€ и много выпил, - когда дь€кон стал успокаивать его, он разумно говорил: - ќтстань, отец... я же знаю, - нечеловечьей жизнью живу. јли € чело- век? ” мен€ вместо души чорт медвежий, - ну, отстань. Ќичего не сделать с этим... ¬ каждом из них жило - ворочалось - что-то темное, страшное. ∆енщины взвизгивали от боли их укусов и щипков, но принимали жестокость как не- избежное, даже как при€тное, а Ћеска нарочно раздражала ѕетровского за- дорными возгласами: - Ќу - еще! Ќу-ка, ущипни, ну?  ошачьи зрачки ее расшир€лись, и в эту минуту было в ней что-то похо- жее на мученицу с картинки. я бо€лс€, что ѕетровский убьет ее. ќднажды, на рассвете, ид€ с нею от начальника, € спросил: зачем она позвол€ет мучить себ€, издеватьс€ над собою? - “ак он сам же себ€ мучает. ќни все так. ƒь€кон-то кусаетс€, а сам плачет. - ќтчего это? - ƒь€кон - от старости, сил нет. ј другие - јфрикан со —тепахиным - тебе не пон€ть, отчего. ј € и знаю, да сказать не умею. «наю € - много, а говорить не могу, покамест слова соберу - мысли разбегутс€, а когда мысли дома - нету слов. ќна, должно быть, действительно что-то понимала в этом буйстве сил, - помню, весенней ночью, она горько плакала, говор€: - ∆алко мне теб€, пропадешь, как птица на пожаре, в дыму. ”шел бы лучше куда в другое место. ќй, всех жалко мне... » нежными словами матери, с бесстрашной мудростью человека, который загл€нул глубоко во тьму души и печально испугалс€ тьмы, она долго расс- казывала мне страшное и бесстыдное. “еперь мне кажетс€, что предо мною разыгрывалась т€жела€ драма борьбы двух начал - животного и человеческого: человек пытаетс€ сразу и навсег- да удовлетворить животное в себе, освободитьс€ от его ненасытных требо- ваний, а оно, разраста€сь в нем, все более порабощает его. ј в ту пору эти буйные праздники плоти возбуждали во мне отвращение и тоску, смешанные с жалостью к люд€м, - особенно жалко было женщин. Ќо, изныва€ в тоске, € не хотел отказатьс€ от участи€ в безумствах "монашьей жизни", - говор€ высоким стилем, € страдал тогда "фанатизмом знани€", мен€ пленил и вел за собою "фанатик знани€ - —атана". - ¬се надо знать, все надо пон€ть, - сурово сквозь зубы говорил мне ћ. ј. –омась, посасыва€ трубку, дымно плевал и следил, как голубые струйки дыма путаютс€ в серых волосах его бороды. - Ќе подобает жить без оправдани€, это значило бы - живете бессмысленно. “ак что - привыкайте загл€дывать во все щели и €мы, может, там, где-то и затискана вам пот- ребна€ истина. ∆ивите безбо€зненно, не бега€ от непри€тного и страшного, - непри€тно и страшно, потому что непон€тно. ¬от что! я и загл€дывал всюду, не щад€ себ€, и так узнал многое, чего мне лич- но лучше бы не знать, но о чем рассказать люд€м - необходимо, ибо это - их жизнь трудна€, гр€зна€ драма борьбы животного в человеке, который стремитс€ к победе над стихиею в себе и вне себ€. ≈сли в мире существует нечто поистине св€щенное и великое, так это только непрерывно растущий человек, - ценный даже тогда, когда он нена- вистен мне. ¬прочем, - внимательно вникнув в игру жизни, € разучилс€ ненавидеть, и не потому, что это трудно - ненависть очень легко даетс€, - а потому, что это бесполезно и даже унизительно, - ибо - в конце концов ненавидишь нечто свое собственное. ƒа, философи€ - особенно же моральна€ - скучное дело, но когда душа намозолена жизнью до крови и горько плачет от неисчерпаемой любви к "ве- ликолепному пуст€ку" - человеку, невольно начинаешь философствовать, ибо - хочетс€ утешить себ€. --------------- ѕрожив на станции ƒобринка три или четыре мес€ца, € почувствовал, что больше - не могу, потому что, кроме исступленных радений у ѕетровского, мен€ начала деспотически угнетать кухарка его, ћаремь€на, женщина сорока шести лет и ростом два аршина дес€ть вершков; взвешенна€ в багажной на весах "фербэнкс", она показала шесть пудов тринадцать фунтов. Ќа ее мед- ном луноподобном лице сердито сверкали круглые зелененькие глазки, напо- мина€ окись меди, под левым помещалась бородавка, он всегда подозри- тельно хмурилс€. Ѕыла она грамотна, с наслаждением читала жити€ велико- мучеников и всею силой обширнейшего сердца своего ненавидела императоров ƒиоклетиана и ƒеци€. - Ќарвались бы они на мен€, € б им зенки-то выдрала! Ќо свирепость, обращенна€ в далекое прошлое, не мешала ей рабски тре- петать перед "јктрисой", ћасловым. ¬ часы пь€ных ужинов она служила ему особенно благоговейно, загл€дыва€ в его лживые глаза взгл€дом счастливой собаки. »ногда он, притвор€€сь пь€ным, ложилс€ на пол, бил себ€ в грудь и стонал: - ѕлохо мне, плохо-о... ќна испуганно хватала его на руки, и как ребенка, уносила куда-то в кухню к себе. ≈го звали - ћартин, но она часто, должно быть со страха пред ним, пу- тала им€ его с именем хоз€ина и называла: - ћартыкан. “огда он, вскакива€ с пола, безобразно визжал: - „то-о?  ак? ѕрижав руки к животу, ћаремь€на клан€лась ему в по€с и просила хрип- лым от испуга голосом: - ѕрости, ’риста ради... ќн еще более пугал ее свист€щим тонким визгом, - тогда огромна€ баба молча, виновато мигала глазами, из них выскакивали какие-то мутно-зеле- ные слезинки. ¬се хохотали, а ћаслов, бода€ ее головою в живот, ласково говорил: - Ќу, - иди, чучело! »ди, н€нька... » когда она осторожно уходила - рассказывала, не без гордости: - Ѕуйвол, а сердце - необыкновенной нежности... ¬ начале дней нашего знакомства ћаремь€на и ко мне относилась добро- душно и ласково, как мать, но однажды € сказал ей что-то порицающее ее рабью покорность "јктрисе". ќна даже отшатнулась от мен€, точно € ее ки- п€тком ошпарил. «еленые шарики ее глаз налились кровью, побурели, грузно присев на скамью, задыха€сь в злом возмущении, кача€сь всем телом, она бормотала: - ћа-мальчишка, - да ты что это? Ёто - про него, ты? Ёдаким-то сло- вом? ƒа - € теб€... ќн теб€... “еб€ надо на мельнице смолоть! “ы - с ума ли сошел? ќн - св€те св€того, а ты... “ы - кто? » крикнула, неожиданно густо: - ќтравить теб€, волчь€ душа! ”йди! я был опрокинут этим взрывом изумленной злобы и, несмотр€ на юность мою, почувствовал, что грубо коснулс€ чего-то поистине св€щенного или очень наболевшего. Ќо - как € мог догадатьс€, что эта масса жира и м€са, размещенна€ на огромных кост€х, носит в себе нечто неприкосновенное и столь дорогое дл€ нее? “ак учила мен€ жизнь понимать равноценность лю- дей, уважать тайно живущее в них, учила осторожней, бережливее отно- ситьс€ к ним. ѕосле этого ћаремь€на, люто возненавидев мен€, возложила на плечи мои множество об€занностей по хоз€йству начальника станции. —мен€€сь с де- журства, после бессонной ночи, € должен был колоть и таскать дрова на кухню и в комнаты, чистить медную посуду, топить печи, ухаживать за ло- шадью ѕетровского и делать еще многое, что поглощало почти половину мое- го дн€, не оставл€€ времени дл€ книг и дл€ сна. ∆енщина откровенно гро- зила мне: - «атираню до того, что на  авказ сбежишь. " авказ требует привычки", - вспоминал € изречение Ѕаринова и написал начальству в Ѕорисоглебск прошение, в котором - стихами - изобразил ћа- ремь€нино тиранство. ѕрошение имело успех: вскоре мен€ перевели на то- варную станцию Ѕорисоглебска, поручив мне хранение брезентов, мешков и починку их. “ам € познакомилс€ с обширной группой интеллигентов. ѕочти все они были "неблагонадежны", изведали тюрьмы и ссылку, они много читали, знали иностранные €зыки, все это - исключенные студенты, семинаристы, статис- тики, офицер флота, двое офицеров армии. Ёту группу - человек шестьдес€т - собрал в городах ¬олги некто ћ. ≈. јдадуров, делец, предложивший ѕравлению √р€зе-÷арицынской дороги искоре- нить силами таких людей неверо€тное воровство грузов. ќни гор€чо вз€лись за это дело, разоблачали плутни начальников станции, весовщиков, кондук- торов, рабочих и хвастались друг перед другом удачной ловлей воров. ћне казалось, что все они могли бы и должны делать что-то иное, более отве- чающее их достоинству, способност€м, прошлому, - € тогда еще не €сно по- нимал, что в –оссии запрещено "се€ть разумное, доброе, вечное". я шел по середине, между первобытными людьми города и "культуртреге- рами" своеобразного типа, и мне было хорошо видно несоединимое различие этих групп. ¬есь город, конечно, знал, что "ададуровцы" "политики, - из тех, ко- торых вешают", и, зорко след€ за работой этих людей, ненавидел, бо€лс€ их. ∆утко было подмечать злые, трусливо-мстительные взгл€ды обывателей, - они ненавидели "ададуровцев" и за страх, как личных врагов своих, и за совесть, как врагов "веры и цар€". ћой знакомый токарь, ѕавел  рюков, сид€ со мною в кабаке за бутылкою пива, громко рассуждал: -  ак можно допускать к делу этаких людей? »х надо гнать на необитае- мые острова, - в –обинзоны их отдать! ј - того лучше - перевешать! ƒва года тому назад вешали их в ѕитере.  рюков был человек весьма начитанный, увлекалс€ географией и стихами ∆уковского, имел штук двадцать хороших книг и среди них "ѕроцесс первого марта". “аинственно дава€ мне эту книгу, он сказал: - ¬от, почитай, каковы они! Ѕерегись, гл€ди, - ни за грош погуб€т! “ак рассуждал не один он, разумеетс€. ... я познакомилс€ с литератором —таростиным-ћаненковым - он служил в канцел€рии товарного отдела √р€зе-÷арицынской дороги. —реднего роста, полный, —таростин напоминал скопца безволосым пухлым лицом и бесцветными мертвыми глазами; т€жела€ походка, неуверенные дви- жени€ усиливали это сходство. ≈го др€блое тело €вл€лось вместилищем раз- нообразных болезней, - мнительность усиливала и обостр€ла их. ќн непре- рывно охал, кр€хтел, кашл€л и плевал по всем направлени€м, - в €щик из-под макарон, служивший ему дл€ рваной бумаги, в горшки цветов на по- доконниках, в пепельницу и просто на пол, к двери. ѕонатужитс€, плюнет, посмотрит на результат и, сокрушенно покачива€ лысоватой головой, ска- жет: - ѕлохо! ¬ечерами в своей маленькой комнатке с кумачными занавесками на окнах, горшками фуксий и гераней на подоконниках, с иконой мучеников  ирика и ”литы в углу, он, сид€ за столом, т€жело нагруженным ворохами исписанной бумаги, пил маленькими рюмочками водку, закусывал репчатым луком и жало- валс€, тонко взвизгива€: - √леб ”спенский глумитс€ над мужиком, а € пишу кровью сердца! “ы, - читающий человек, - ну скажи мне: где, в чем, кака€ разница между ”с- пенским и Ћейкиным? ќднако его печатают в лучших журналах, а - €... –ассказы —таростина печатались в провинциальных газетах, но один или два были помещены, кажетс€, в журнале "ƒело". - —таростин любил, чтоб ему напоминали об этом. я напоминал. - ћного ли? - печально, но уже не так жалобно, восклицал он. - ћного. ќн сполз со стула на пол, полез на четвереньках под широкую кровать и, вытащив оттуда большой узел, зав€занный в серую шаль, хлопнул по узлу ладонью, подн€л облако пыли, закричал, задыха€сь: - ¬от - все готово! —оком сердца написано! ƒа-да!  р-ровью... Ћицо его багровело, глаза наливались пь€ной слезой, но однажды, трез- вый, он прочитал мне только-что написанный им рассказ о мужике, который во врем€ пожара спас от гибели в огне любимую лошадь станового пристава, а пристав, за час до этого подвига, выбил герою мужику два зуба за кражу шкворн€. ћужик сильно ожегс€, геройству€, его отправили в больницу. ѕрочитал —таростин эту трогательную историю и радостно заплакал, за- бормотал восхищенно: -  ак это хорошо, как задушевно написано! Ќ-да, брат, д-да! ”чись, вникай в душу... –ассказ очень не понравилс€ мне, но € тоже едва не заплакал, вид€ ра- дость автора. ≈го искреннее чувство так же искренно волновало и мен€. Ќо отчего же плакал этот непри€тно смешной человек. я попросил его дать мне рукопись и дома еще раз прочитал ее. Ќет, рассказ был написан
в начало наверх
слащаво и нарочито жалобно, как пишутс€ фальшивые прошени€ "несчастных страдальцев" добрым и богатым вдовам. ј все-таки, чем же вызваны искрен- ние слезы автора и эта детска€ радость его? - Ќе нравитс€ мне рассказ, - созналс€ € —таростину. Ћюбовно складыва€ страницы рукописи, он вздохнул: - √руб ты! » непон€тлив. - „то вас трогает в нем? - ƒуша! - сердито крикнул он. - ƒуша в нем си€ет! ѕокричав на мен€, сколько ему нравилось, он выпил водки и внушительно заговорил: - ”чись! ¬от стихи пишешь ты, это глупо. Ётого не надо. Ќадсоном ты не будешь, у теб€ не та закваска, у теб€ сердца нет, ты человек грубый. ѕомни: на стихах ѕушкин погубил свой недюжинный талант. ѕроза - вот нас- то€ща€ литература, - св€та€, честна€ проза. ќн сам служил дл€ мен€ олицетворением этой св€той прозы, а густой чад ее уже и тогда душил мен€. ” —таростина была любовница, его квартирна€ хоз€йка, женщина с полу- пудовыми груд€ми и задом, который не помещалс€ на стуле. ¬ день ее име- нин —таростин торжественно поднес ей широкое плетеное кресло, - это очень тронуло женщину. “рижды поцеловав возлюбленного в губы, она сказа- ла, обраща€сь ко мне: - ¬от, молодой юноша, учитесь у старших, как надо ублажать даму. —таростин сто€л р€дом с нею, счастливо улыбалс€ и дергал пальцами свои серые уши, м€гкие, как у собаки. Ѕыл €ркий день конца марта, на окнах обильно цвели фикусы, в комнату вливалс€ весенний лепет вешних вод, в комнате сто€л густой запах гор€че- го пирога, мыла и табаку. ёность и малограмотность не мешали мне тревожно чувствовать скрытые в "св€той, честной прозе" возможности т€жких и пошлых драм. ћечта€ о каких-то великих подвигах, о €рких радост€х жизни, € охран€л мешки, брезенты, щиты, шпалы и дрова от расхищени€ казаками ближайшей станции. я читал √ейне и Ўекспира, а по ночам, бывало, вдруг вспомнив о действительности, тихонько гниющей вокруг, часами сидел или лежал, ниче- го не понима€, точно оглушенный ударом палки по голове. ¬ городе, насквозь пропитанном запахами сала, мыла, гнилого м€са, го- родской голова приглашал духовенство служить молебны об изгнании чертей из колодца на дворе у него. ”читель городского училища порол по субботам в бане свою жену; иногда она вырывалась от него, и нага€, толста€, бегала по саду, он же гон€лс€ за нею с пруть€ми в руках. —оседи учител€ приглашали знакомых смотреть на этот спектакль сквозь щели забора. я тоже ходил смотреть - на публику; подралс€ с кем-то и едва не попал в полицию. ќдин из обывателей уговаривал мен€: - Ќу, чего ты разгор€чилс€? ¬едь на этакую штуку вс€кому интересно взгл€нуть. “акой случай и в ћоскве не покажут. ∆елезнодорожный конторщик, у которого € нанимал угол за рубль в ме- с€ц, искренно убеждал мен€, что все евреи не только мошенники, но еще и двуполые. я спорил с ним, и вот, ночью, он в сопровождении жены и ее брата подошел к моей койке, жела€ освидетельствовать: не еврей ли €? Ќужно было вывихнуть ему руку и разбить лицо его брату, чтобы отв€затьс€ от них.  ухарка исправника подмешивала в лепешки свою менструальную кровь и кормила ими своего знакомого машиниста, чтобы возбудить у него нежное к ней чувство. ѕодруга кухарки рассказала машинисту о страшном колдовстве, - бедн€га испугалс€, пришел к доктору и за€вил, что у него в животе что-то возитс€, хрюкает. ƒоктор высме€л его, а он, прид€ домой, залез в погреб и там повесилс€. я рассказывал о всех этих и подобных им событи€х "ададуровцам", они относились к ним, как к забавным анекдотам, и весело хохотали, к моему удивлению. –ассказыва€, € искал объ€снени€ фактов, но не находил объ€снени€. ѕо- вести мои оценивались, как смешные или скверные анекдоты, и чаще всего слушатели утешительно говорили мне: - Ќе обращайте внимани€ на этих людей, просто, они с жиру бес€тс€! Ќо € видел, что хот€ живут только дл€ того, чтоб есть, и любовнее всего занимаютс€ накоплением запасов разнообразной пищи, как будто ожи- да€ всемирного голода, однако это они командуют жизнью, они гр€зно и тесно леп€т ее. ѕосле всего, что € видел, жизнь хороших, умных интелли- гентов казалась мне скучной, бесцветной, она т€нулась как бы в стороне от полоумной темной суеты, котора€ создавала липкий быт бесконечных бу- ден. „ем более внимательно наблюдал €, тем более неловко и тревожно чувствовал себ€. ћне казалось, что интеллигенты не сознают своего одино- чества в маленьком гр€зном городе, где все люди чужды, враждебны им, не хот€т ничего знать о ћихайловском, —пенсере и ни мало не интересуютс€ вопросом о том, насколько значительна роль личности в историческом про- цессе? Ќа вечеринках интеллигенты осторожно ухаживали за какими-то сереньки- ми женщинами, две из них, сестры, были удивительно похожи на летучих мы- шей.  оренастый, колченогий ћазин, бывший офицер флота, увлека€сь Ўопенга- уером, красноречиво и восторженно говорил о "метафизике любви", "инс- тинкте рода", когда он немножко картаво произносил эти слова, летучие мыши, поджима€ ноги, опускали черненькие глазки, плотно кутались в свои крылатые серенькие тальмочки, как будто опаса€сь, что слова философа мо- гут обнажить их. » вскоре ћазин получил от брата летучих мышей, крупного чиновника ѕравлени€ дороги, такую записку: - ≈сли вы, сударь, не перестанете в присутствии моих сестер разгова- ривать о метафизиках любви, то € вам, во-первых, морду побью, а во-вто- рых, подам жалобу на вас Ќачальнику дороги. ѕрисматривалс€ € ко всему этому, прислушивалс€ и вспоминал ночи у ѕетровского, где обнаженно до глубины своей разыгрывалась буйна€ и тем- на€ драма инстинкта и, ослепл€€ разум, показывала безумные, отча€нные игры любви. ѕолудикие люди, воры и пь€ницы возвышались до экстаза, вели- колепно и умело распева€ красивые, сердечные песни своего народа, а "фи- лософы", "радикалы", "народники" нескладно пели ноющие, пошленькие стиш- ки: "Ќе осенний, мелкий дождичек", "“ам, где тинный Ѕулак" или:  оперник целый век трудилс€, „тоб доказать земли вращенье. ƒурак!.. ” мен€ не хватало ни разума, ни воображени€, никаких сил, чтоб соеди- нить эти два мира, разъединенные глубокой трещиной взаимного отчуждени€. ¬от и в этот час, когда € пишу о том, что было более тридцати лет то- му назад, пишу и €сно вижу пред собою тех и этих людей, € чувствую пол- ное бессилие нарисовать словами фигуры близоруких книжников в очках и пенснэ, в брюках "на выпуск", в разнообразных пиджаках и однообразно пестрых манти€х книжных слов. » это не потому, что одни грубы, угловаты, их легко вз€ть, а другие гладко вылощены утюгами книг, - нет, здесь, на мой взгл€д, дана глубока€, почти племенна€, во вс€ком случае, внутренн€€ разобщенность*1. Ќа одной стороне бессмысленно и безысходно мечетс€ сила инстинкта, на другой - бьетс€ обескрыленной птицей разум, запертый в гр€зной клетке быта. я думаю, что ни в одной стране земли творческие силы жизни не оторваны так далеко друг от друга, как это случилось у нас на –уси.  ог- да € почти со страхом рассказывал о ночных радени€х у ѕетровского, €, порою, чувствовал скрытую зависть людей "культуры" к радост€м жизни ди- карей, и нередко мне казалось, что утехи ѕетровского осуждаютс€ не по существу, а внешне, формально, из чувства "приличи€". “олько ѕ. ≈. Ѕаженов сказал, глубоко вздыха€: - ‘-фа!  ак это жутко! », подумав, покусав бороду, добавил: - я бы среди них пропал, как бык в тр€сине. „ем сильнее движени€ - тем скорее засасывает тр€сина. ƒа. я понимаю, что влечет к ним таких, как вы: - мы живем пресной жизнью, не празднично и мелко. ј там - почти эпос, эпическа€ жизнь. «наете, - этот ѕетровский _______________ *1 “ревожное ощущение духовной оторванности интеллигенции, как разум- ного начала, от народной стихии всю жизнь более или менее настойчиво преследовало мен€. ¬ литературной работе моей € неоднократно касалс€ этой темы, ею вызваны рассказы "ћой спутник" и другие. ѕостепенно это ощущение перерождалось в предчувствие катастрофы. ¬ 1905 году, сид€ в ѕетропавловской крепости, € пыталс€ разработать эту же тему в неудачной пьесе "ƒети —олнца". ≈сли разрыв воли и разума €вл€етс€ т€жкой драмой жизни индивидуума, - в жизни народа этот разрыв - трагеди€. давно уже под судом, - но у него есть "сильна€ рука" в ѕравлении. Ќедавно у него был обыск по новому делу: кража ча€ из вагона. ќн вынул из стола бумагу и сказал, подава€ ее следователю: "«десь честно записано все, что € ук- рал". Ќахмур€сь, Ѕаженов задумчиво прикрыл глаза, закинул руки свои за шею, помолчал, потом усмехнулс€, говор€: - „естно - украл. “олько русский человек может сказать так, увер€ю вас! ћы, кажетс€, и в самом деле призваны соедин€ть несоединимое. —траш- но веселимс€, жестоко любим... » так далее, в этом духе... ¬став со стула, он пот€нулс€, широко развел руки и заключил: - ј, все-таки, - хороший народ мы, русские! ќттого, должно быть, и несчастны сверх меры... Ѕаженов был один из немногих людей, которые вызывали у мен€ чувство глубокой симпатии и сердечного уважени€. “омский семинарист, он после долгих хлопот поступил в  иевский университет, но со второго курса его исключили за "неблагонадежность", и несколько мес€цев он сидел в тюрьме. ¬олосатый, похожий на переодетого св€щенника, он двигалс€ с осторож- ностью силача, и это придавало его крепкой высокой фигуре барственную важность, необычную в семинаристе. ќбладал необыкновенно м€гким голосом, но не имел слуха и относилс€ к музыке почти враждебно, говор€: - ќна зовет в хаос. — его широкого р€бого лица в темной окладистой бороде смотрели ласко- во прищуренные серые глаза. „то-то снисходительно умное чувствовал € в его отношении ко мне и ко всем люд€м. ќн хорошо рассказывал мне историю развити€ христианства, увлекательно говорил о сектах первых веков, помо- гал мне читать "»сторию индуктивных наук" ”звелл€. Ѕеседу€, он бесшумно и легко расхаживал по комнате, засунув руки в карманы брюк и, подн€в брови, резко кивал головою, - единственный жест, которым он подчеркивал наиболее значительные места своей речи. Ќо порою, среди фразы, не кончив ее, он задумывалс€, прикусив губами волосы бороды, почесыва€ мизинцем высокий изрытый оспой лоб, и долго сто€л безмолвно. Ёти моменты всегда почему-то смутно тревожили мен€. ќднажды € спросил: о чем он думает? - —трашно много разума истрачено бесполезно, страшно много, - тихо сказал он. - » - какого разума! ќн часто и убедительно говорил о красоте и силе мысли: - ¬ конце концов, бат€ мой, все решает разум, - он - именно - и есть тот рычаг, который со временем перевернет весь мир. - ј - точки опоры? - спросил €. - Ќарод, - убежденно ответил он, тр€хнув головою. - ¬ частности вы, ваш мозг. я очень любил его, сердечно верил ему. “ихим вечером, лежа с ним в степи, € рассказал ему, как говорил поли- цейский Ќикифорыч о жалости и толстовец о ≈вангелии и ƒарвине. ¬нимательно и молча выслушав мен€, он ответил: - ƒарвин, это - та истина, которую € не люблю, как не любил бы ад, будь он истиной. Ќо, видите ли, бат€ мой, - чем меньше трений в част€х машин, тем лучше она работает. ¬ жизни - наоборот: чем сильнее трение, тем быстрее идет жизнь к своей цели и к большей разумности. –азумность же - это и есть справедливость, гармони€ интересов. –ассужда€ последова- тельно, - необходимо признать борьбу благим законом жизни. » тут ваш по- лицейский прав: если жизнь - борьба, жалость - неуместна. ќн задумалс€, лежа на спине, гл€д€ в небо широко открытыми глазами. —олнце, опуст€сь в облако, раскалило его и расплавилось в нем, прев- рат€сь в огромный костер красного огн€, красные лучи легли на степь, на седые стебли прошлогодних былинок брызнуло розоватой росою. «апахи ве- сенних трав и цветов стали сильнее, пь€ней. Ѕаженов вдруг сел, закурил папиросу, но тотчас же отбросил ее, хмуро говор€: - я думаю, что гуманизм уже опоздал войти в жизнь, опоздал тыс€чи на три лет!.. Ќу, мне надо итти в город, - идете? ¬ конце ма€ мен€ перевели весовщиком на станцию  рутую ¬олго-ƒонской ветки, а в июне € получил из Ѕорисоглебска от при€тел€ переплетчика письмо, в котором переплетчик извещал мен€, что Ѕаженов застрелилс€ в июне, у кладбища. ¬ письме была вложена записка Ѕаженова: "ћиша, продай мои вещи и заплати хоз€евам квартиры 7 р. 30 к. ј книги
в начало наверх
”звелл€ переплети и пошли на  рутую, ѕешкову, ћаксимычу, "башке". —пен- сера - тоже ему. ќстальные - тебе. ѕачку книг на латинском и греческом пошли в  иев, адрес вложен в них. ѕрощай, друг! Ѕ." ѕрочитав записку, € испытал оглушающий удар в сердце. “рудно было по- миритьс€ с уходом из жизни такого, казалось, крепкого духом, трезвого человека. „то убило его? ћне вспомнилось, что однажды, в трактире, угоща€ мен€ пивом и немного захмелев, он, вдруг, сказал мне: - «наете, ћаксимыч, кака€ сама€ лучша€ песн€ в этом мире? Ќаклонилс€ через стол и, гл€д€ в глаза мне глазами доброго медвед€, тихонько м€гким баском пропел печально: Quand j'etais petit Je n'etais pas grand, J'allais a l'ecole Comme les petits enfants... ѕропел, и глаза его стали влажными. - ѕрелестна€ песенка, честное слово. “ака€ простота в ней и, знаете, така€ смешна€ печаль... ќн перевел слова песни на русский €зык, € не пон€л, чем восхищаетс€ в ней - почти до слез - этот волосатый, большой, умный человек... ѕосле - € видел не мало людей, убитых "смешной печалью". --------------- „ерез несколько мес€цев жизнь, сурово, но заботливо воспитыва€ мен€, напомнила мне о ѕетровском, заставив испытать одно из наиболее т€жких впечатлений быти€ моего. ¬ ћоскве, в гр€зном трактире, где-то около —ухаревой башни, за стол против мен€ сел длинный, тощий человек в очках; его костл€вое лицо, ост- ренька€ бородка, жидкие - в стрелку - усы напомнили мне ƒон- ихота ри- сунков ƒорэ. Ќа нем висел синий пиджак, €вно чужой, нанковые серые штаны с заплатами на колен€х были смешно коротки, на одной ноге - резинова€ галоша, на другой - кожаный опорок сапога. ѕокручива€ кончики усов, ост- рые как шиль€, он голодно осмотрел мен€ мутными глазами, встал, прилепив очки к седым бров€м, и, пошатыва€сь, развод€ руками, как слепой, подошел ко мне: - ѕрис€жный поверенный √ладков. √р€зными пальцами расписалс€ с росчерком в воздухе и повторил внуши- тельно: - јлексей √ладков. √овор€ хрипло, он вертел шеей, точно его душила петл€, невидима€ мне.  онечно, он оказалс€ человеком благороднейшего сердца, пострадал за бескорыстное служение правде и низвергнут врагами ее "на дно жизни". Ќы- не он стоит во главе ордена "ѕреподобной јквавита", занимаетс€ перепис- кой ролей дл€ театров, защитою угнетенных невинностей, а также "стрельбою по сердцам и карманам нищелюбивых купчих". - –осси€нин, - а баба его - особенно, - любит страдать: страдание - или рассказ о нем - суть духовна€ горчица, без коей ничто не лезет в сердце, ожиревшее от разнообразной и обильной пищи телесной. я уже не мало наблюдал людей этого типа, привык относитьс€ к ним не- доверчиво, но - всегда с напр€женным интересом, - в человеке, который упр€мо лезет куда-то вверх, вполне разумен интерес к люд€м свалившимс€ оттуда. ј затем так называемые "павшие люди", темные грешники часто бы- вают духовно богаче и даже красивее признанных праведников, у которых € еще в юности моей замечал нечто общее с восковыми фигурами паноптикумов. „аса через два € лежал р€дом с √ладковым на нарах мрачной ночлежки. «акинув руки под голову, выт€нув жердеподобно тело свое, адвокат утешал мен€ афоризмами волчьей злости, бородка его торчала чортовым хвостиком, вздрагива€, когда он кашл€л; - был он трогательно жалок в бессильной злобе своей и весь, как еж, украсилс€ иглами едких слов. Ќад нами висел сводчатый потолок подвала, по стене текла рыжа€ паху- ча€ мокреть, с пола вздымалс€ кислый запах гниющей земли, в сумраке бре- дили и храпели тела, окутанные лохмоть€ми. ќкно с толстой железной ре- шеткой смотрело в €му, выложенную кирпичем, в €ме сидел кот; должно быть больной, - он страдальчески м€укал. - Ќа нарах, под окном сидел по-ту- рецки уродливо толстый волосатый человечище, чинил штаны при свете огар- ка и хрипуче гудел: ¬збранной воеводе победительна€, Ќо €ко избавльшес€ от бед, Ѕлагодарственна€ восписуем “и –аби “вои, Ѕогородице. —поет, звучно шлепнет толстыми губами и - начинает т€нуть с начала тот же гимн. - ѕимен ћаслов - химик, гениальный человек, - сказал о нем √ладков. ¬ этой €ме вал€лось еще несколько гениальных людей, между ними "знамени- тейший" пианист Ѕрагин, маленький и ловкий, точно юноша, а в густой шап- ке волнистых его волос - седые пр€ди и под глазами - синие мешки. ћен€ поразила двойственность его лица: печальной красоте женских глаз непри- миримо противоречила крива€ усмешка, губы у него были тонкие, зла€ ус- мешка эта казалась приклеенной к ним неподвижно, навсегда. ”тром √ладков сказал мне: - —ейчас мы будем посв€щать в кавалеры "јквавита" новообращенного, - вот, этого. ѕогл€ди, церемони€ замечательна€. ќн указал мне молодого кудр€вого человека в одной рубахе без штанов, - человек был давно и до-син€ пь€н, голубые зрачки его глаз бессмысленно застыли в кровавой сетке белков. ќн сидел на нарах, перед ним сто€л толстый химик, раскрашива€ щеки его фуксином, брови и усы жженой проб- кой. - Ќе надо, - бормотал кудр€вый, болта€ голыми ногами, а √ладков гово- рил мне, закручива€ усы. -  упеческий сын, студиозус, п€тую неделю пьет с нами. ¬се пропил - деньги, одежду... явилась кругла€ жирна€ баба с провалившейс€ или перебитой переносицей и наглыми глазами; она принесла сверток рогож и бросила его на нары, сказав: - ќблачение - готово... - ќдеватьс€! - крикнул √ладков. ѕ€теро угрюмых людей призрачно двигались в темноте подвала, серые, лохматые; "пианист" старательно раздувал угли в кастрюле. Ћюди изредка, ворчливо, перекидывались краткими словами: - ƒвигай... - “ише! - —той, куда? ¬ыдвинули нару на середину подвала. ћаслов нап€лил на себ€ ризу из рогожи, надел картонную камилавку, а √ладков облачилс€ дь€коном. „етверо людей схватили кудр€вого студента за ноги и за руки. - Ќе надо - пожалуйста! - вздохнул он, когда его уложили на нару. - ’ор готов? - крикнул адвокат, размахива€ кастрюлей и окурива€ лежа- щего, в ней трещали угли, из нее поднималс€ синий дым тлеющих листьев веника, человек, лежа на нарах, морщилс€, кашл€л, закрыв глаза, сучил ногами как муха, стуча п€тками по доскам. - ¬онме-ем! - возгласил √ладков; одетый в рогожи он стал карикатурно страшен; как-то особенно резко крутил шеей, вздергивал голову и кривил лицо. ћаслов, сто€ в ногах студента, гнусовато на распев заговорил: - Ѕратие! ¬озопиим ко ƒиаволу о упокоении свежепогибшего во пь€нстве и рабстве ¬авилонстием бол€рина »акова, да примет его сатана с честию и радостию и да погрузит в мерзость адову во веки веко-ов! ѕ€теро лохматых оборванцев, тесной грудой сто€ с правой стороны нар, мрачно запели кощунственную песнь; хриплые голоса звучали в каменной €ме глухо, подземно. –оль регента исполн€л Ѕрагин, красиво дирижиру€ правой рукой, предостерегающе подн€в левую. “рудно было удивить мен€ бесстыдством, - слишком много видел € его в разных формах, - но эти люди пели нечто невыразимо мерзкое, обнаружив сочетанием бесстыдных слов и образов, поистине, дь€волову фантазию, безграничную извращенность. Ќи прежде, ни после этого, до сего дн€, € не слышал ничего извращенного более утонченно и отча€нно. ѕ€ть глоток изли- вали на человека поток €довитой гр€зи, - они делали это без увлечени€, а как нечто об€зательное, они не забавл€лись, - а - служили, и €сно было - служат не впервые, церемони€ уничтожени€ человека развивалась гладко, св€зно, торжественно, как в церкви. ѕодавленный, € слушал все более затейливо гнусные возгласы √ладкова, циническое чтение "химика", глухой рев хора и смотрел на человека, кото- рого заживо отпевали, служа над ним кощунственную литургию. —ложив руки на груди, он шевелил губами, неслышно бормотал и кричал что-то, моргал вытаращенными глазами, глупо улыбалс€ и - вдруг испуганно вздрагивал, пыта€сь соскочить с нар, - хористы молча прижимали его к доскам. ¬еро€тно, "церемони€" показалась бы менее отвратительной, если бы гр€зные призраки смотрели на нее как на забаву, игру, - если бы они сме- €лись, хот€ бы, смехом циников, смехом отча€ни€ "бывших людей", изуродо- ванных жизнью, горько обиженных ею. Ќо они относились к своему делу с угрюмой напр€женностью убийц, они вели себ€, как жрецы, принос€ жертву духу болезненно и мстительно разнузданного воображени€. ќбессиленный, онемев, € чувствовал, что страшна€ т€жесть давит мен€, погружа€ в невылазную тр€сину, что эти призрачные люди отпевают, хорон€т и мен€. ѕомню, что € глупо и растер€нно улыбалс€ и был момент, когда € хотел просить: - ѕерестаньте, это нехорошо, - это - страшно и вовсе не шутка. ќсобенно резал ухо и сердце тонкий голос "пианиста"; пианист надор- ванно выл, закрыв глаза, закинув голову, выгнув кадык; его вой, покрыва€ хриплые голоса других певцов, плавал в дымном сумраке, и как-то особенно сладострастно обнажал мерзость слов. ћен€ мутило звериное желание за- выть, зарычать. - ћогила! - крикнул √ладков, взмахива€ кадилом-кастрюлей. ’ор во всю силу гр€нул: √р€ди, гр€ди, √роб, гроб... и - вошла баба с перебитым носом, совершенно гола€, она шла припл€сыва€, ее др€блое тело вздрагивало, груди кошел€ми опускались на живот, живот свисал жирным мешком на толстые ноги в лиловых п€тнах шрамов и €зв, в синих узлах вен. ћаслов встретил ее непристойным жестом, дь€кон √ладков повторил этот жест, баба, взвизгива€ гадости, приложилась к ним поочередно; хористы подн€ли ее за руки, за ноги и положили на нару р€дом с отпетым. - ќ-о, не надо, - крикнул он визгливо, попыталс€ спустить ноги с нар, но его прижали к доскам и под новый, почти пл€совой, а все-таки - мрач- ный мотив отвратительной песенки, баба наклон€сь над ним, встр€хива€ гр€зно-серыми кошел€ми грудей, начала мастурбировать его. “ут € вспомнил " оролеву ћарго" - лучшее видение всей жизни моей, - в груди €рко взорвалось что-то, € бросилс€ на эти остатки людей и стал бить их по мордам. ...  вечеру € нашел себ€ под насыпью железнодорожного пути, на груде шпал, пальцы рук моих были разбиты, сочились кровью, левый глаз закрыла опухоль. — неба, гр€зного как земл€, сыпалс€ осенний дождь, € срывал пучки мокрой жухлой травы и, вытира€ ею лицо, руки, думал о том, что бы- ло показано мне. я был здоров, обладал недюжинной силой, мог дев€ть раз, не спеша, ис- тово перекреститьс€ двухпудовой гирей, легко носил по два п€типудовых мешка муки, - но в этот час € чувствовал себ€ совершенно обездушенным, ослабевшим, как больной ребенок. ћне хотелось плакать от горькой обиды. я жадно искал причаститьс€ той красоте жизни, которой так соблазнительно дышат книги, хотел радостно полюбоватьс€ чем-то, что укрепило бы мен€. ”же наступило дл€ мен€ врем€ испытать радости жизни, ибо все чаще € ощу- щал приливы и толчки злобы, - темной жаркой волною она поднималась в груди, ослепл€€ разум, сила ее превращала острое мое внимание к люд€м в брезгливое, т€желое презрение к ним. Ѕыло мучительно обидно, - почему € встречаю так много гр€зного и жал- кого, т€жко глупого или странного? Ѕыло страшно вспоминать "церемонию" в ночлежке, сверлил ухо крик √ладкова: - ћогила! - и расплывалось перед глазами отвратительное тело бабы, - куча злой и похотливой мерзости, в которую хотели зарыть живого челове- ка. » тут, вспомнив разнузданность "монашьей жизни" ѕетровского, € по- чувствовал, как невинно бешенство плоти здоровых людей, сравнительно с безумием гнили, не утратившей внешний облик человека.
в начало наверх
“ам было некое идолопоклонство красоте; там полудикие люди молились от избытка сил, счита€ этот избыток грехом и карою, - может быть, бунту€ в призрачной надежде на свободу, бо€сь "погубить душу" в ненасытной жаж- де тела. «десь - бессилие поникло до мрачного отча€ни€, до гнуснейшего, мсти- тельного осме€ни€ того инстинкта, который непрерывно победоносно засева- ет опустошенные смертью пол€ жизни и €вл€етс€ возбудителем всей красоты мира; здесь свински подрывали самый корень жизни, отравл€€ гноем больно- го воображени€ таинственно прекрасные истоки ее. Ќо - что же это за жизнь там, наверху, откуда люди падают так страшно низко? (ќкончание следует.)lrwdё{fj÷f‘{Н`jЌлƒ÷ѕџR}Ep»ƒ]‘ёБlƒ»lѕ» - JёBЌfд=r]U‘JU ≠Ѓ#_24 ћ. √ќ–№ »…. «јћ≈“ ј „»“ј“≈Ћя. ќдно из самых крупных событий двадцатого века то, что человек, нау- чившись летать над землею, тотчас же перестал удивл€тьс€ этому. ”трату человеком удивлени€ пред выдумками его разума, пред созданием его рук, € считаю фактом огромной важности, и мне кажетс€, что человек двадцатого века начинает думать уже так: - Ћетаю в воздухе, плаваю под водою, могу передвигатьс€ по земле со скоростью, котора€ раньше не мыслилась, открыл и утилизирую таинственный радий, могу разговаривать с любой точкой планеты моей по телефону без проволок, как будто скоро уже открою тайну долголети€. „то там еще скры- то от мен€? » дерзко, упорно исследу€ хитрости природы, главного врага его, чело- век все быстрее овладевает ее силами, создава€ дл€ себ€ "вторую приро- ду". ѕри этом он продолжает жить в высшей степени скверно и все сквернее относитс€ к "ближнему", подобному себе. я думаю, что скверненька€ жизнь так и будет продолжатьс€ до поры, по- ка человек не поймет, что его основным свойством должно быть удивление пред самим собою. ѕред самим собою, во всей полноте своих творческих сил, он еще никогда не удивл€лс€, а ведь в мире нашем только это, только силы его разума, воображени€, интуиции и неутомимость его в труде, действительно, достойны изумлени€. —транно, даже несколько смешно наблюдать удивление человека пред граммофоном, кинематографом, автомобилем, но неутомимый творец множества остроумных полезностей и утешающих забав - человек не чувствует удивле- ни€ пред самим собою. ¬ещами, машинами любуютс€ так, как будто они €ви- лись в наш мир своей волею, а не по воле существа, создавшего их. * * * „еловек значит неизмеримо больше, чем прин€то думать о нем, и больше того, что он сам думает о себе. √овор€ так, € говорю о совершенно конк- ретном человеке, украшенном множеством недостатков и пороков, о великом грешнике против ближнего и против себ€ самого. »звестно, что он служит вместилищем семи смертных грехов. «авистлив, но, тыс€челети€ завиду€ полету птиц, научилс€ и сам летать птицей. ∆аден до чужой силы, но, пита€сь ею, создал бесчисленное количество разнообразных сокровищ и, в их числе, великолепные машины, уже значи- тельно облегчающие т€жесть труда его. Ћюбострастен, но в греховном т€готении своем к женщине выдумал дл€ соблазна ее и дл€ украшени€ себ€ поэзию бессмертной красоты. Ћжив, - но выдумал то, чего не было: прекрасные мифы, веселых богов ќлимпа и ѕромете€, врага им, выдумал ¬алгаллу и сатану, множество вол- шебных сказок и необыкновенных людей - дон  ихота, –обинзона  рузо, √ам- лета, ‘ауста и дес€тки подобных. —куп, ибо слишком любит копить пуст€ки и все-таки слишком жалеет тра- тить силы свои дл€ достижени€ лучшего, чем то, чего он уже достиг. √орд, но € думаю, что это не грех, потому что с той поры как он начал ходить на задних ногах, а передние развил как искуснейшее орудие всех орудий, он имеет право гордитьс€ собою. Ћенив, - вот самый т€жкий из всех смертных грехов его, именно благо- дар€ лени и преждевременному стремлению к покою, он так медленно измен€- ет постыдные и мучительные услови€ его жизни. «атем € бы сказал о человеке так: это самое загадочное существо из всех насел€ющих землю, существо, одаренное безграничной силою воображе- ни€, неутомимой жаждой творчества, дерзкой страстью к разрушению соде€н- ного им, замечательной способностью всесторонне осмеивать самого себ€ и неуменьем удивл€тьс€ себе самому. ¬еро€тно, мудрецы, которые предпочита- ют видеть человека в звериной шкуре, скажут, что € украсил его хвостом павлина. * * *  роме смертных грехов, часть которых только украшает его, человек, - как это известно, - испачкан и засорен множеством мелких, др€нненьких грешков. Ќо € не моралист, это €сно из сказанного выше, копатьс€ в хламе др€н- неньких грешков € не стану, счита€ такое зан€тие крайне вредным. ¬ред- ным, - потому что пристальное рассматривание и подчеркивание маленьких человеческих слабостей как раз и устанавливает удобный дл€ строгих судей мира, но унижающий человека "бытовой" взгл€д на него, как на ничтожество по природе. ¬згл€д этот очень при€тен любител€м "духовной чистоты", кро- тости и покорности некоторым, издревле "господствующим иде€м", на коих и основано "общество", ныне изгнившее до корней своих. Ётот взгл€д разрешает относитьс€ к человеку, как, примерно, к сырью или - в лучшем случае - "полуфабрикату". ѕопира€ человека "под нози сво€", моралисты монументально возвышаютс€ над ним, и это их вполне удовлетвор€ет. –азумеетс€, € не буду спорить против того, что человек иногда охотно оправдывает звание ничтожества, € сам нередко видел и вижу его таковым. Ќо € твердо знаю, что, по силе условий "социального воспитани€", челове- ку очень легко быть "плохим", и что у него слишком мало причин быть "хо- рошим", а если он все-таки хорош, так это - его лична€ заслуга. —о сто- роны своей "плоховатости" человек мало интересен и не этим он удивите- лен. ƒл€ мен€ человек по природе его - великомученик, у которого нет жела- ни€ сделатьс€ св€тым, и, погруз€сь в дела мира сего, он стал просто ве- ликим человеком. ƒе ‘оэ, Ћомоносов, –уссо, ѕушкин, Ѕайрон, ћенделеев, Ћессепс и сотни подобных - вот что есть человек по природе своей. Ќаде- юсь, € никого не обижу, напомнив, что некоторые из названных мною гени- альных людей были людьми весьма "сомнительной нравственности". ќтсюда, конечно, не следует, что, почувствовав приступы гениальности, необходимо скандалить, как это делали и делают некоторые из современных молодых литераторов на –уси. ¬ возрасте между п€тнадцатью и двадцатью п€тью годами почти все люди чувствуют себ€ гени€ми, но в большинстве случаев это нечто подобное ложной беременности: симптомы те же самые, как и при насто€щей, а внутри - пусто. ћне кажетс€, что было бы очень полезно смотреть на жизнь "пессимисти- чески", а к человеку относитьс€ со всем возможным оптимизмом. ѕротиворечие? Ќет, почему же? ∆изнь все еще, покамест, неудачна€ ра- бота прекрасных мастеров. “акой взгл€д на человека уже не разрешает рассматривать его, как нич- тожество, как материал дл€ построени€ чьего-то благополучи€ - и вместе с тем этот взгл€д способствует росту чувства неудовлетворенности человека своею работой. ∆изнь будет всегда достаточно плоха дл€ того, чтоб жела- ние лучшего не угасало в человеке. * * * ¬ начале дев€тнадцатого века было сказано: - "√осударства создаютс€ того ради, чтоб обуздывать своеволие людей и пресекать дерзостные фантазии разума их". ќчень хорошо сказано в смысле искренности, прескверно по существу. Ќо вот, дес€ть лет тому назад, в –оссии возникла нова€ форма госу- дарства, и цель его, как € понимаю, дать свободу творческим силам всей массы народа. Ётот народ особенно нуждаетс€ в изменении привычной, глу- боко вкоренившейс€ в нем оценки человека, как ничтожества. ‘антастичес- ка€ работа, котора€ начата у нас, напр€жение, с каким она творитс€, на- конец те результаты, которые эта работа уже дает, все это как нельз€ лучше говорит в пользу взгл€да, что человек вообще лучше того, как о нем привыкли думать. ¬еро€тно - спрос€т: - Ќо почему же все человек, человек, когда нужно говорить о творчест- ве масс? Ќет ли тут индивидуализма? я думаю, есть некотора€ доза, но нет никаких причин опасатьс€ ее, ибо, как известно, в небольших дозах €ды полезны организму. ‘осфор - €д, но без него не проживешь. Ѕесспорно, что масса - радиоактивное вещество, но необходим р€д условий дл€ того, чтоб извлечь из нее чистый радий. ¬ —оветской республике услови€ эти частью уже созданы и продолжают непрерывно развиватьс€.  ультурный рост рабочего и кресть€нина - факт неоспоримый. —ледует сказать, что еще не было и нет государственной ор- ганизации, котора€ заботилась бы о культурном воспитании народа так уме- ло и усердно, как это делаетс€ в –оссии. я говорю об этом не только по- тому, что знаком с такими отличными издани€ми, каковы " ресть€нска€" и "–абоча€" газеты, еженедельники "–аботница", " ресть€нка", превосходный журнал "’очу все знать", "—ам себе агроном" и дес€тки других изданий, в высшей степени заботливо и умело обслуживающих культурные запросы труд€- щихс€ на земле и на фабриках; говорю не потому, что внимательно, пос- кольку могу, - слежу за работою селькоров и рабкоров и личным - интел- лектуальным ростом этих, поистине, "новых" людей, - нет, не только это, известное и помимо мен€, дает мне смелость говорить уверенно о культур- ном росте трудовой массы. √ораздо большее значение имеют письма ко мне различных молодых и по- жилых людей деревни и города, письма, из которых совершенно €сно видишь, как растет и углубл€етс€ интерес русского человека к своей стране и, во- обще, к миру, к науке, к литературе и ко всему, что есть жизнь. ѕоказа- телен и количественный рост "изобретателей" в области техники и особенно любопытен тот факт, что в этой области начинают работать женщины.  ста- ти: "Ќижегородский астрономический календарь" - единственный в –оссии, издающийс€ уже тридцать дев€ть лет, отметил работу двух женщин астроно- мов, Ѕогуславскую и ”шакову, как "ловцов комет", указыва€, что это "пер- вый случай". ¬ообще быстрый рост общественной активности среди женщин - €вление огромной важности, а особенно изумительна эта активность среди женщин-мусульманок. „то –осси€ живет в т€желых услови€х - это так же неоспоримо, как и то, что над созданием и укреплением этих условий усердно труд€тс€ прави- тельства высококультурных стран ≈вропы, чему отнюдь не мешает мудра€ инертность и немота европейских социалистов, тоже весьма культурных. Ќо, несмотр€ на т€жесть условий жизни и вопреки им, творческа€ мощь –оссии быстро растет. ќб этом говорит, например, тот факт, что - как за- €влено было в ћоскве, на съезде физиков - в то врем€ как раньше в евро- пейских журналах печаталось за год двадцать-тридцать докладов русских ученых, ныне печатаетс€ до ста и свыше ста докладов. ѕри царизме ежегод- но ресурсы геологического комитета не превышали нескольких сот тыс€ч рублей. —ейчас бюджет комитета подн€лс€ до шести миллионов рублей в год, а в культурных государствах «апада после войны ассигновки научным учреж- дени€м значительно сокращены. ќбилие научных открытий, широкое развитие краеведчества, рост количества научных экспедиций, р€д новых научных уч- реждений, институтов, наконец успешность по электрификации страны, все это и еще многое должно бы убедить и слепых и глухих, что –осси€, действительно, начала жить новой жизнью, и что человек ее стал более значительным человеком, чем он был дес€ть лет тому назад. Ќо у мен€ нет желани€ убеждать в чем-либо людей, "униженных и оскорб- ленных" собственным их бессилием. * * * ѕопутно расскажу о том, как иногда забавно "вы€вл€етс€" чувство мести "униженных и оскорбленных". ’оронили √ермана Ћопатина, одного из талантливейших русских людей. ¬ стране культурно дисциплинированной такой даровитый человек сделал бы
в начало наверх
карьеру ученого, художника, путешественника, у нас он двадцать лет, луч- шие годы жизни, просидел в Ўлиссельбургской тюрьме. «а гробом его по гр€зному снегу угрюмо шагали человек п€тьдес€т рево- люционеров, обиженных революцией, и среди них качалась грузна€ фигура одного из друзей умершего, - √ерман Ћопатин весьма щедро одар€л людей своею дружбой. √рузный человек шел в глубоких желтого цвета галошах-ботинках; галоши были настолько малы дл€ ног слона, что он стоптал их, каблуки приходи- лись почти на средину подошв; наверное ему было очень трудно и даже больно нести свое большое тело на ногах, так неудобно обутых. я вспом- нил, что накануне видел его в черных, крепких ботинках, они были как раз по ноге его. ƒолжно быть, он продал и "проел" их. Ќо дн€ через два € снова встретил его в знакомой мне крепкой и удобной обуви. - ј € думал, вы продали галоши? - ѕочему? я объ€снил. - Ќет, - сказал он и широко улыбнулс€. - Ќо € хотел придать еще более нищенский и постыдный вид похоронам одного из крупнейших русских револю- ционеров. ѕусть эта самочинна€ власть видит и поймет и устыдитс€... ќн сказал это торжественным тоном гражданина и борца. ƒа, именно так. ј € подумал о человеке, галоши которого он, стоптав, непоправимо ис- портил. ѕотом подумал о жалком тщеславии "униженных и оскорбленных". Ќигде этот постыдный вид тщеслави€ не принимает таких и смешных и болезненных форм, как у нас в –оссии. Ќапомню, что в те дни "самочинна€" власть с величайшим напр€жением своей энергии работала над организацией защиты революции. * * * Ќикогда еще в –оссии не было такого количества молодежи, пишущей сти- хи и прозу; можно сказать, что страсть к литературе прин€ла характер эпидемии. «на€, в каких ужасных услови€х работают молодые литераторы, €, разумеетс€, не позволю себе думать, что литература привлекает их только как "легкий труд". ¬о-первых, это труд вовсе не легкий, а, во-вторых, совершенно €сно видишь и чувствуешь, что молодежь понуждает писать ее насыщенность "впечатлени€ми быти€". я прочитал, веро€тно, сотни две книг, написанных молодыми литераторами, и полагаю, что это дает мне пра- во говорить о них. Ќо € не принадлежу к тем люд€м, которые, не уме€ пла- вать, пробуют учить других искусству плавани€. ћен€ занимает вопрос об отношении молодой литературы к герою всех драм, романов и рассказов, к "хоз€ину жизни" - человеку, врагу природы, окружающей его, создателю "второй природы" на основе познанных и порабо- щенных им сил первой, врагу и "ветхого јдама" в себе самом. ћне кажетс€, что "ветхий јдам" более пон€тен и более интересен молодой литературе, чем ѕрометей, похититель небесного огн€ и враг богов. ¬о всех книгах действует, - а чаще, бездейству€, только говорит - человечек вчерашнего дн€, засоренный и запачканный мелкими грешками, осколками великих и дерзновенных смертных грехов.  онечно, и маленький грешник - хороший материал дл€ большого художни- ка, если художник умеет преувеличить его ничтожество так, как умел де- лать это ‘. ћ. ƒостоевский, который хорошо знал, что подлинное искусство вообще и всегда более или менее преувеличивает действительность. ƒл€ молодой литературы человек остаетс€ все еще ничтожеством, хот€ многие из авторов на прот€жении дес€ти лет видели его героем, а некото- рые и сами лично принимали участие в событи€х героических. » все-таки человек осталс€ в их глазах человеком "дл€ того, чтобы", а не человеком "потому, что" он есть источник самой изумительной энергии, преодолеваю- щей все сопротивлени€. ѕри€тно видеть, что как будто исчезла тема: правоверный, но наивный сердцем коммунист и соблазн€юща€ его на грешок прелестна€, но буржуазна€ барышн€. Ќо, кажетс€, тема эта исчезла только потому, что за дес€ть лет барышн€, несколько постарев, утратила необоримую соблазнительность свою. —пасибо ей за это! –азумеетс€, € шучу и вовсе не склонен понижать значе- ние женщины в деле "очеловечивани€" нашего брата, но мен€ несколько сму- щает тот факт, что в стране, где стрем€тс€ создать бесклассовое общест- во, литераторы продолжают изображать женщину все еще с точки зрени€ классовой, т. е. оп€ть-таки, в большинстве случаев, ничтожеством, "вред- ной штучкой", как созналс€ мне один храбрый молодой писатель. ƒругой на вопрос: почему он унижает подругу жизни? - неловко ответил: - я - не унижаю, а таков быт.  ороче говор€ - и повтор€€сь - описывают все еще старого русского че- ловека и таким, как будто бы прожитые трагические годы ничего не измени- ли в нем. Ќе веритс€, что это - правда. Ќо если даже и правда, жив и ни- мало не изменилс€ старый человек, - разве именно он характерен дл€ наше- го времени? ¬ большинстве своем люди этого типа - Ћазари, которых не воскресит даже чудесна€ сила искусства. «атем: в кулачных бо€х есть прекрасное правило, об€зательное дл€ каждого честного бойца: "лежачего - не бить", если он и шевелитс€. ‘отографировать судороги агонии, может быть, и полезно в интересах медицины, но это зан€тие не имеет отношени€ к искусству. ƒуховное умира- ние даже и непри€тного нам человека все-таки скверное зрелище, точно так же, как и зрелище физической смерти, о преодолении которой ныне столь дерзко и упр€мо мечтает наша человеческа€ наука. ‘отографии успешно служат дл€ уловлени€ преступников, но чаще дл€ порчи стен снимками с "красивых уголков природы", симпатичных барышень, знаменитых артистов и прочих редкостей. ¬ литературе фотографии еще бо- лее неуместны. * * * „еловек-товарищ изображаетс€ в таком ослепительном освещении, что его уже совсем не видишь; человека-врага прин€то изображать одноцветно-чер- ным и почти всегда дураком. Ќе думаю, чтоб это было правильно. √де два врага, там - два геро€. ѕисатель, который хочет быть художни- ком, должен быть немного историком и знать, что враг - очень хороший учитель в деле борьбы, хот€ его уроки и дорого сто€т. » всегда полезнее видеть врага более сильным, чем он есть на самом деле. ¬озможно, что это будет не совсем кстати, но все-таки € расскажу кое-что о враге. * * *  огда мне было лет дев€ть-дес€ть, у мен€ был враг ¬аська  лючарев, ровесник мой, сын чиновника, замечательно храбрый кулачный боец, су- хонький, но гибкий, как стальной прут. я с ним дралс€ при каждой встре- че, мы бились до крови, до слез, но плакали не столько от боли, как от гор€: ни тому, ни другому не давалась победа. »зобьем друг друга и, обессиленные, разойдемс€, облива€сь постыдными слезами, а при новой встрече - снова бой, и снова нет победы! ÷елую зиму жил € мечтой поколо- тить  лючарева так, чтоб он признал мен€ победителем, он, конечно, жил такой же мечтой, и оба мы ненавидели друг друга жестоко, как дети. Ќа пасхальной неделе € встретил  лючарева в ѕр€дильном переулке, зна- менитом не просыхавшей в нем все лето гр€зной тр€синой, в которой, гово- рили, лошадь утонула. ѕо одной стороне переулка во всю длину его т€нулись заборы садов, на другой сто€ли неказистые домики, перед ними проложены были дерев€нные мостки, и вот по мосткам наступает на мен€ празднично одетый  лючарев. Ѕросилс€ он, но, поскользнувшись, упал, и руки его, почти до локтей, воткнулись в гр€зь. я помог ему встать на ноги, он отшатнулс€ от мен€ и, гл€д€ на запачканные рукавчики рубахи, сказал с кривенькой усмешкой: - ¬ысекут. - Ќу? - ¬ысекут, - повторил он, вздохнув, и спросил: - “еб€ кто сечет? - ƒед. - ћен€ - отец. я подумал, что и отец тоже, наверное, больно сечет, и мне захотелось утешить врага. - ѕасха, - сказал €. - ћожет, не высекут... Ќо  лючарев безнадежно покачал головою. “огда € предложил ему вымыть рукавчики. ќн согласилс€ не сразу и мол- ча. ќдним своим концом переулок упиралс€ в неглубокий овраг, на дне его сто€ла лужа, ее именовали: ƒюков пруд.  лючарев сн€л рубашку, € залез по колени в пруд и начал смывать гр€зь с нее. ƒень был хмуренький, холод- ный, враг мой вздрагивал и очень грустными глазами смотрел, как смело € терзаю его рубашку.  огда из темно-коричневой она вс€ сделалась желтой, он тихонько сказал: - ¬се равно видно, что гр€зна€. ѕодумав, решили высушить рубашку. я в то врем€ уже начинал покуривать замечательные папиросы "ѕерсичан", три копейки дес€ток, у мен€ в кармане были серные спички. ¬ылезли из оврага, на пустыре, в развалинах давно сгоревшей кузницы развели небольшой костер и зан€лись сушкой рубахи. ћолчали. ќ чем говорить с врагом? ќт дыма рубашка стала черней. ¬ двух местах мы ее прожгли: немножко - рукав и дыру на спине. Ёто уж было смешно. ћы и посме€лись, конечно, - не очень весело.  лючарев, с трудом наклеив на себ€ рубашку, все-таки еще сырую, вымазал острое лицо свое копотью и хмуро сказал: - я пойду домой. ƒратьс€ сегодн€ уже не будем. ”шел. ∆алко мне было его. », честное слово, в тот день € бы с удо- вольствием подставил свою спину под розги его отца. „ерез несколько дней €, снова встретив врага, спросил: - ѕороли? - Ќе твое дело, - сказал он, сжима€ кулаки. - —тановись, давай! ƒрались, кажетс€, более ожесточенно, чем раньше, а все-таки безуспеш- но. ѕрислон€сь к забору, высмаркива€ кровь из разбитого носа, враг ска- зал мне: - “ы стал сильнее. - “ы - тоже, - ответил €, сид€ на тумбе: у мен€ затек глаз и была разбита губа. ћы разошлись, обмен€вшись этими словами, в которых прозвучала не только горестна€ зависть, но, может быть, было скрыто взаимное уважение, смутное сознание того, что мы не только враги, но и учител€ друг другу. ѕосле этого мы еще дрались раза два-три, но так и не узнали, кто из нас победитель, кто побежденный, ибо мы никогда не рассуждали о том, ко- му досталось больше и больней. ¬ августе, после двухдневного ливн€, € застиг  лючарева в овраге, на задворках ѕолевой улицы, он сидел на повалившемс€ заборе, подпира€ че- люсти ладон€ми, и когда он подн€л лицо, стало видно, что веки его смелых глаз красны и опухли. - я не хочу дратьс€, - сказал он. - Ѕоишьс€? - спросил €, чтоб раздразнить его, но он ответил: - ” мен€ сестра умерла. Ёто бы - ничего, она маленька€, младенец, а есть хуже: мен€ в кадетский корпус отдают. ƒл€ мен€ кадетский корпус, огромное здание в  ремле, только тем отли- чалс€ от арестантских рот, тоже огромных, что корпус был белый, а роты окрашены в непри€тно желтую краску. ¬се большие дома казались враждебны- ми мне, маленькому человеку, € подозревал, что в них пр€талась скука, от которой могут лопнуть глаза. ћне стало жалко врага за то, что его хот€т загнать в скуку. я присел р€дом с ним и сказал: - ј ты убеги. Ќо он встал и первый раз миролюбиво прот€нул мне боевую ручонку свою, силу которой мое тело многократно испытало. - ѕрощай, брат, - сказал он негромко, гл€д€ не на мен€, а в сторону, но € видел, что губы его дрожали. ќчень не хотелось мне сказать ему: - ѕрощай! Ќо, разумеетс€, сказал. ƒолго с грустью смотрел, как медленно, нехо- т€, любимый враг мой поднимаетс€ из оврага по размокшей, скользкой тро- пе. » долго после того скучно и пусто было мне жить без врага. * * * –ассказец, конечно, детский, наивный. Ќо наивность - мой горб, его, несомненно, исправит могила, люди же не исправ€т, даже те двуногие верб- люды, которые особенно усердно стараютс€ исправл€ть чужие горбы.  стати, - вот одна из наивностей моих: если люди, рожденные и воспи- танные в атмосфере, насквозь анархизированной и отравленной разлагающими
в начало наверх
€дами множества др€нненьких соблазнов, если, вопреки вполне "естествен- ным" услови€м, искажающим их, люди все-таки могут быть неутомимыми, ак- тивными врагами этих "естественных условий" - это значит, что они могут быть, какими хот€т быть. ѕродолжаю наивности. ¬откнуть штык в живот человека или всадить пулю в голову его, должно быть, очень просто, если судить по тому, как упрощенно и грубо пишут об этом. ¬ частых описани€х убийств чувствуетс€ все то же "бытовое" отноше- ние к человеку, как ничтожеству и дешевке. » как будто уже есть люди, которые, привыкнув дратьс€, не наход€т се- бе места в жизни, сравнительно мирной, хот€ она и требует неизмеримо большего и продолжительного напр€жени€ всех сил, всей воли, чем этого требует драка с оружием в руках. √ероев на час и героев на день у нас было много, но они не оставили особенно €ркого следа в жизни и, несмотр€ на бесспорное мужество подви- гов, не могли заметно изменить ее т€гостных условий. Ќо вот услови€ изменены, требуетс€ напр€женна€ работа дл€ дальнейшего развити€ их в сторону более широкой свободы творчества, требуетс€ геро- изм не на час, а на всю жизнь. ћне кажетс€, что молода€ литература не совсем €сно чувствует глубокое различие героизма на час от героизма на всю жизнь, что ею еще не пон€та необходимость поэтизации труда, и что гораздо труднее, чем убить челове- ка, вкоренить в его сознание, затемненное и от€гченное различными пред- рассудками, мысль, непривычную ему: человек - не ничтожество.   сему - небольша€ иллюстраци€. ¬ "доброе" старое врем€ не удивл€лись тому, что существуют дети-воры, а устраивали дл€ них " олонии малолетних преступников", где свободно действовал "метод взаимного обучени€", и от- куда подростки выходили вполне зрелыми и опытными ворами. ¬ —оветской –оссии тоже существуют колонии дл€ "социально опасных". я довольно хорошо осведомлен о жизни некоторых и особенно одной из них, под ’арьковом, € знаю, что бывшие "социально опасные" выход€т из нее в рабфаки и агрономические школы. ћожно бы рассказать немало удивительного о люд€х этой колонии, но, к сожалению, лично мне сделать это не удобно. Ќо вот на-дн€х € прочитал замечательную книгу "–еспублика Ўкид". ≈е написали два подростка, бывшие воры, воспитанники "Ўколы имени ƒостоевс- кого дл€ трудно воспитуемых". ¬ этой книге авторы отлично, а порою блес- т€ще рассказывают о том, что было пережито ими лично и товарищами их за врем€ пребывани€ в школе. ќни сумели нарисовать изумительно живо р€д ха- рактеров и почти монументальную фигуру "¬икниксера", заведующего школой. «начение этой книги не может быть преувеличено, и она еще раз говорит о том, что в –оссии существуют услови€, создающие действительно новых лю- дей. ¬озможно, что скажут: все это - исключени€. я добавлю: которые стрем€тс€ быть правилом. ¬ юности, когда € ненасытно читал все книги, какие попадали в руки мои, € заметил на ларьке старьевщика одну, растрепанную, в скучной, се- рой обложке, в рыжих п€тнах сырости, сквозь п€тна проступали черные, значительные слова титула:  Ќ»√ј ћ”ƒ–ќ—“» » Ћ∆». ’от€ денег у мен€ не было, но € приобрел эту книгу в собственность. ¬последствии € был сторицею наказан за это: у мен€ раскрали дес€тки книг. " нига мудрости" оказалась сборником грузинских сказок, читать ее бы- ло скучно, и € не нашел в ней ничего, что осталось бы в пам€ти моей. Ќесколько мес€цев тому назад эта книга снова попала в руки мне. ≈е составил —авва —улхан ќрбелиани, напечатана в ѕетербурге, в 1878 г., по распор€жению факультета восточных €зыков. ѕрочитал € ее с наслаждением, и вот самое мудрое, что нашел в ней: "¬изирь рассказал царю о рае и много врал, преувеличива€ действи- тельную красоту его". ѕредставл€ю все, что могут сказать люди здравого смысла о визире и как они ловко обрат€т выписанную мной цитату против мен€, против этой статьи! ј все-таки восхищает мен€ мудра€ дерзость визир€, преувеличивающего "действительную" красоту несуществующего! Ёто мен€ гораздо более восхи- щает, чем преувеличенные описани€ действительного ада, созданного на земле дружными усили€ми различных людей. »менно вот этой безумнейшей дерзостью человека, силою воображени€, интуиции осуществлено все то, чего не было на земле - чудеса науки, вол- шебство искусства, все, чем великий ћуж «емли может гордитьс€. » этой же дерзостью воображени€, интуиции, упорной, неутомимой рабо- той осуществитс€ все то, чего нет еще, но что будет, если хорошо поже- лать. „еловек уже тыс€чи раз доказал, что он может быть тем, каким хочет быть. ƒвадцатого марта исполнилось двести лет со дн€ смерти »саака Ќьютона, одного из гениальных людей мира нашего. ¬ Ћондоне, в ¬естминстере, на гробнице Ќьютона написано: - "ƒа поздрав€т себ€ смертные, что существовало такое и столь великое украшение рода человеческого".

¬¬ерх