UKA.ru | в начало библиотеки

Библиотека lib.UKA.ru

детектив зарубежный | детектив русский | фантастика зарубежная | фантастика русская | литература зарубежная | литература русская | новая фантастика русская | разное
Анекдоты на uka.ru
Ричард Старк. День на день не приходится

Гарри вернулся в отель, когда я уже застегивал ремень кобуры
под левой рукой.

    -- Оставь, Ральф, -- сказал он.

    -- Оставь? -- спросил я. -- Что значит "оставь"?
Он снял пальто и швырнул его на кровать.

    -- Банк закрыт.

    -- Он не может быть закрыт, -- возразил я. -- Сегодня вторник.

    -- Вот здесь ты и не прав, -- сообщил Гарри, потом достал
из кобуры свой пистолет и тоже швырнул его на кровать. --
Очень даже может. Все может быть закрыто. Сегодня -- День
Гриффина.

    -- День чего?

    -- Гриффина, -- пояснил он, стянул кобуру с ремнями и швырнул
туда же на кровать. -- День Кении Гриффина.

    -- Ладно. Сдаюсь, -- согласился я. -- Что такое "кенни гриффин"?

    -- Это астронавт, -- ответил Гарри, расстегнул воротник рубашки
и плюхнулся на кровать сам. -- Он родился и вырос в
этом городе. Сегодня он сюда возвращается. Горожане устраивают
в честь него торжественное шествие.

    -- Перед банком?

    -- Какая разница? -- Он вытащил из-под себя пистолет, поправил
подушку и закрыл глаза. -- Банк все равно не работает.
Я наклонил голову, прислушиваясь к доносящимся издалека
звукам оркестровой музыки.

    -- Очень мило с их стороны.

    -- Они собираются вручить ему ключи от города, -- сказал Гарри.

    -- Очень мило.

    -- Речи, детишки с цветами и все такое.

    -- Это так мило, что меня просто мутит.

    -- Но он побывал на орбите, -- заметил Гарри.

    -- Вот там бы и оставался, -- размечтался я.

    -- Завтра будем работать.

    -- Знаю, -- сказал я, -- но это все равно раздражает.

    Меня происходящее раздражало куда больше, чем Гарри, потому
что планировал операцию именно я. А я ненавижу, когда
план срывается или что-то приходится менять. Даже если эти
изменения незначительны. Скажем, как запланировать дело на
вторник, а проворачивать его в среду. Совсем маленькое изменение,
не имеющее в общем-то никакого значения. Но нам придется
провести в этом городишке лишний день, который увеличивал
шансы опознания нас в будущем. Нам придется поменять авиабилеты,
и какой-нибудь догадливый клерк может об этом вспомнить. В отеле
в Майами мы появимся на день позже, чем
обратим на себя внимание и там тоже. Ничего страшного,
может быть, тут и нет, но, чтобы потопить большой могучий
крейсер, бывает достаточно одной маленькой пробоины.
Помню, в детстве я увидел эту фразу на плакате, и она еще тогда
произвела на меня сильное впечатление.

    Я по натуре организатор. Этот банк и этот городишко я "вычислял"
целых три недели еще до того даже, как родился план.
Потом пять дней после разработки плана. Я выбрал правильный
метод ограбления, правильное время, правильный маршрут отхода,
правильное все, что угодно.
    Единственное, чего я не предусмотрел, это астронавт, выросший
в этом городке и решивший посетить родные места именно
ямой день. Как я позже сказал Гарри; "Что он, не мог просто
позвонить?".

    Одним словом, мы провернули работу в среду. Ровно в 2.54
мы вошли в банк, надели на лица маски и объявили: "Ограбление!
Всем оставаться на местах!"

    Все застыли. Пока я наблюдал за людьми в банке и за входной
дверью, Гарри забрался за стойку и принялся набивать сумку
деньгами.

    Надо сказать, что в среду план сработал ничуть не хуже, чем
сработал бы во вторник. Три дня в середине недели, во вторник,
в среду и в четверг, в 2.54 в помещении банка оставалось только
трое сотрудников; все остальные уходили на ленч. Позже, чем
обычно, им приходилось ходить потому, что в привычные для
ленча часы в банке как раз бывал наплыв посетителей. Но в
2.54 в те дни, когда я проверял, там никогда не набиралось больше
трех человек, а средняя цифра получилась чуть выше единицы.

    В день ограбления, например, у стойки оказалась только
одна невысокая престарелая леди, которая несмотря на яркое
солнце пришла с зонтом для дождя.

    Оставшаяся часть плана должна была сработать в среду ничуть
не хуже, чем во вторник. Светофоры по моим замерам работали
одинаково во все дни недели, расписание самолетов
оставалось таким же, а движение на кольцевом шоссе нисколько
не отличалось от движения в другие дни. И все же я не люблю,
когда что-то меняется не по моей воле.

   Без минуты три, за минуту до срока, Гарри закончил набивать
сумку деньгами. Мы оба встали у двери, и, когда секундная
стрелка часов пробежала еще один круг, Гарри спрятал пистолет,
одним движением стянул маску, подхватил сумку и направился
к пожарному гидранту, около которого мы припарковали угнанный
"форд". Теперь мне оставалось ждать сорок секунд. Я продолжал
смотреть во все стороны сразу: на часы, на троих служащих
банка, на старушку и на Гарри, сидящего в машине. Если бы
ему не удалось завести машину вовремя, нам пришлось бы
ждать еще минуту и десять секунд.

   Но машина завелась сразу же. Спустя тридцать одну секунду
Гарри подал мне знак. Я кивнул, подождал еще девять секунд
и метнулся из дверей банка. Сорвав маску и спрятав пистолет
на место, я пробежал восемнадцать шагов, нырнул в машину,
и мы поехали. На углу стоял светофор.

   -- Двадцать две мили в час, -- сообщил я, глядя на красный
глаз светофора.

   -- Знаю, -- ответил Гарри. -- Не беспокойся. Я все помню.

   Зеленый свет зажегся именно в тот момент, когда мы подкатили
к перекрестку, и машина проскочила поперечную улицу даже
не замедлив ход. Оглянувшись, я увидел людей, только-только
выбегающих из дверей банка.

   Справа чуть ближе середины квартала отходила в сторону аллея.
Гарри плавно свернул и аккуратно вписался в улочку шириной
чуть больше нашей машины. Впереди стоял еще один
автомобиль. Гарри ударил по тормозам, я прижал к себе сумку,
и мы выскочили из "форда". Гарри открыл капот и, схватив
пучок проводов, выдернул их из гнезд, потом захлопнул капот
и бросился вслед за мной.

   Я уже сидел во второй машине, напяливая на себя бороду,
темные очки, кепку и свитер с высоким воротом. Гарри быстро
надел свою бороду, берет и зеленый пиджак спортивного покроя,
потом включил двигатель. Я посмотрел на секундную
стрелку часов.

   -- Пять, -- сказал я, -- четыре, три, два, один. Поехали!

   Мы вынырнули из аллеи, свернули налево и успели к светофору
еще до того, как загорелся красный свет, затем свернув направо,
проехали три квартала, каждый раз оказываясь у
светофора вовремя, и выбрались на подъездную дорогу к кольцевому шоссе.

   -- Следи за дорожными указателями, -- бросил Гарри, -- а
я буду следить за движением.

   -- Разумеется, -- ответил я.

   Почти в каждом городе есть теперь такие кольцевые объездные
шоссе. Удобно это не только водителям, которые едут мимо
города и не хотят застревать на городских перекрестках, но и
местным жителям, когда тем нужно быстро попасть из одной
части города в другую. Здесь объездное шоссе представляло собой
поднятое над землей кольцо с прекрасным видом на город
и на его окрестности.

   Но меня в тот момент не интересовали ни город, ни окрестности.
В тот момент мне больше всего хотелось увидеть надпись
"Аэропорт-Роуд" -- выезд к аэропорту, и, пока Гарри уверенно
гнал машину по шоссе, почти свободному после полудня от
транспорта, я вглядывался в дорожные указатели.

   Надо отдать должное городским властям, дорожных указателей они
наставили предостаточно. Вот, например, первый выезд
с кольцевой дороги, "Выезд на Каллисто-Стрит". Сначала мы
проехали указатель, где значилось: "Выезд на Каллисто-Стрит
через четверть мили". Немного дальше: "Выезд на Каллисто-Стрит.
Держитесь правой стороны". И наконец у самого поворота
указатель со стрелкой, направленной к спуску с дорога:
"Выезд на Каллисто-Стрит".

    Конечно, все это предназначалось для местных жителей, и никакой
информации относительно того, куда эта Каллисто-Стрит
приведет, на указателях не было. Однако если вам необходимо
попасть именно на Каллисто-Стрит, то проехать мимо нужного
поворота вы не смогли бы ни при каких обстоятельствах.
Гарри гнал машину, не превышая пятидесяти миль в час, разрешенных
тут, а я продолжал смотреть, как мимо нас проносятся по три стандартных
указателя на каждый выезд с кольцевой
дороги: Вудфорд-Роуд, Игл-Авеню, Гриффин-Роуд, Кроувел-Стрит,
Пятимильная дорога, Эсквайр-Авеню. . .
Я взглянул на часы.

   -- Гарри, ты не слишком медленно едешь? Мы должны делать
пятьдесят миль в час.
Гарри обиженно надул губы. Он по праву считался одним из

 
в начало наверх
лучших водителей для подобных операций. -- Я делаю пятьдесят, -- заявил он и жестом пригласил меня взглянуть на спидометр. Но я был слишком занят, высматривая дорожные указатели. Искал Аэропорт-Роуд, Аэропорт-Роуд. -- Но ведь дорога до поворота к аэропорту занимает гораздо меньше времени, -- сказал я. -- Я делаю пятьдесят. И делал. Я взглянул на часы, потом снова на дорогу. -- Может быть, спидометр сломался. Может, ты делаешь только сорок. -- Я делаю пятьдесят, -- твердо ответил Гарри. -- Я знаю, что такое пятьдесят миль в час. Я это чувствую и без спидометра. И я делаю пятьдесят. -- Если мы опоздаем на самолет, мы влипли, -- сообщил я. Гарри мрачно наклонился к рулевому колесу. -- Легавые сейчас, наверно, опрашивают там всех подряд, -- забеспокоился я. -- Рано или поздно кто-нибудь вспомнит, что видел, как из аллеи выезжала наша машина. И они примутся искать нас уже в этой машине и в теперешнем обличье. -- Следи за указателями, -- предложил Гарри. Ничего другого мне не оставалось. Ремсен-Авеню, бульвар Де Витт, парк Грин Мидоу, Семнадцатая улица, Гленвуд-Роуд, Пауэрс-Стрит. .. -- Наверняка ты прозевал поворот, -- сказал Гарри. -- Это невозможно. Я читал все указатели. Все. Твой спидометр скис. -- С ним все в порядке. Эрхарт-Стрит, Виллоуби-Лейн, Файеруолл-Авеню, Броуд-Стрит, Мэриголд-Хилл-Роуд... Я снова взглянул на часы. -- Гарри, наш самолет только что взлетел. -- Ты все время смотришь на часы, -- обвинил меня Гарри. -- Вот так ты его и пропустил. -- Я ничего не пропустил. -- Вон снова Шуилср-Авеню, -- сказал Гарри. -- По-моему, мы здесь и выехали на кольцевую дорогу. -- Как я мог пропустить его? -- воскликнул я. -- Торопись, Гарри! На этот раз мы не промахнемся. Уж на какой-нибудь самолет мы попадем! Гарри сгорбился над баранкой. Нас остановили на половине второго круга. Какой-то глазастый полицейский заметил нашу машину (к тому времени они уже получили ее описание) и сообщил об этом по радио, так что немного дальше полиция перегородила дорогу. Мы подкатили к барьеру, остановились и они тут же нас сцапали. Сидя на заднем сиденье полицейской машины, движущейся не кольцу уже в обратном направлении, я не удержался и спросил инспектора, к запястью которого меня приковали наручниками: -- Вы не откажетесь сообщить мне, куда подевалась дорога к аэропорту? Он улыбнулся и показал за окно. -- Вот она. На указателе, в сторону которого он махнул рукой, значилось: "Выезд на Гриффин-Роуд через четверть мили". -- Гриффин-Роуд? -- переспросил я. -- Мне нужно Аэропорт-Роуд. -- Это одна и та же дорога, -- сказал он. -- Мы ее вчера переименовали в честь Кении Гриффина. Того самого. Астронавта. Мы все тут им очень гордимся. -- Ясно. То, что я о нем думаю, мне лучше, видимо, оставить при себе, -- пробормотал я. Перевод Б.Белкин, А. Корженевский Last-modified: Sat, 18-Oct-97 14:41:30 GMT

ВВерх