UKA.ru | в начало библиотеки

Библиотека lib.UKA.ru

детектив зарубежный | детектив русский | фантастика зарубежная | фантастика русская | литература зарубежная | литература русская | новая фантастика русская | разное
Анекдоты на uka.ru
Игорь Волознев

 ДАРТ И АГЕНТЫ РАССАДУРА
 Фантастический детектив

  Глава I. Возвращение на Карриор

  Аэромобиль летел ровно в пяти метрах над бетонированным покрытием шоссе,
как того требовали правила дорожного движения. Шоссе в этот ранний час было
пустынным. Позади остался космопорт, куда тридцать минут назад межпланетный
пассажирский звездолет доставил Дарта, и еще не меньше часа полета было до
столицы Карриора - Эллеруэйна. Дарт перевел управление аэромобилем на
автоматический режим и удобнее устроился в мягком сиденье. Аэромобиль был
открытым, лицо комиссара обвевал ветер. Всходило солнце, озаряя пушистые
кипы облаков, рощи и зеленеющие поля. Дарт оживленно вертел головой,
разглядывая знакомые с детства пейзажи с холмами, озерами, островерхими
крышами деревень и пасущимися стадами.
  Тяга к голубому небу и зеленой растительности была у комиссара, как у
всякого карриорца, в генах. Когда-то давно, тысячи лет назад, сюда прибыли
переселенцы с невероятно далекой планеты, которая называлась Земля, и
основали здесь колонию. Однако с течением времени колония на Карриоре почти
утратила связи с прародиной и продолжала развиваться самостоятельно,
превратившись в один из самых мощных миров галактики. То же можно сказать и
о некоторых других планетах, основу цивилизации на которых заложили
переселенцы с Земли. Эта небольшая планета до сих пор существовала где-то в
необозримых далях вселенной, ее звездолеты иногда наведывались на Карриор,
но карриорцы мало что знали о ней, кроме того, что на ней такое же голубое
небо, зеленая растительность и ее люди похожи на них самих. Земля уже не
играла в космосе той роли, которую играла прежде, когда ее космолетчики
бесстрашно бороздили вселенную, открывая и осваивая новые миры. Теперь это
была дряхлеющая планета, малонаселенная, с гаснущим солнцем. Многие виды
животных и растений на ней исчезли. Пожалуй, Карриор похож на Землю, какой
она была тысячи лет назад, в период своего расцвета, тем более что многие
представители флоры и фауны были завезены сюда именно оттуда.
  Карриор, как когда-то Земля для его далеких предков, был родиной Дарта,
его домом- единственным в бескрайних и угрюмых просторах космоса. Опустив
руку на руль, Дарт думал о том, что над этим домом нависла смертельная
опасность. Он не мог думать об этом, скользя взглядом по цветущим полям.
Империя Рассадура стремительно распространяла свое влияние во вселенной.
Конфедерация свободных миров, куда входил Карриор, вступила с ней в
жестокую схватку.
  Об Империи было известно лишь то, что ее центр находится где-то в далеком
созвездии Деки^ что ее владыки обладают высочайшими знаниями, которые
позволили им построить субсветовые звездолеты и оснастить их мощнейшим
боевым вооружением. Рассадурцы умели поставить себе на службу технический
потенциал покоренных народов и заставить их воевать на своей стороне.
Предполагалось, что они облучали атмосферу захваченных планет или вводили в
ее состав какой-то газ, который оказывал на населявших ее гуманоидов
гипнотическое воздействие. Люди, сохраняя разум, память и интеллект,
превращались в рабов Рассадура, готовых покорнее собак служить своим темным
хозяевам. Но даже самые преданные из них не удостаивались чести лицезреть
господ. В Конфедерации, несмотря на все прилагаемые усилия, никто не знал,
как выглядят владыки Рассадура. Зауггут, капитан бандитского звездолета, не
был рассадурцем, как поначалу думал Дарт. Это был их наймит. Компьютерная
память захваченного корабля была обследована вдоль и поперек, но ничего,
что могло бы приоткрыть завесу секретности над темными силами Рассадура,
обнаружить не удалось. Дарт размышлял об этом с горечью. Империя умела
хранить свои тайны.
  Шоссе свернуло к морю и белой лентой потянулось вдоль берега. Спокойная
синяя гладь сверкала в лучах поднимающегося светила. Дарту вспомнились
недели, проведенные им на одной из планет Конфедерации, куда его доставили
после захвата бандитского звездолета. Специалисты были поражены его новым
телом. Четыре месяца интенсивного изучения не дали практически ничего. Не
удалось даже выяснить строение вещества, из которого оно состояло.
Определили только, что вещество это чрезвычайно прочное и обладает
свойствами, которыми не обладает ни одно из известных природных и
искусственных веществ. Оно успешно противостояло любым даже внешним
воздействиям. От Дарта невозможно было отщепить даже малейшего кусочка.
Бандиты Заутгуга уже пытались сделать это, но все их попытки закончились
провалом. Пробовали сделать это и ученые Конфедерации. В результате
невероятных технических ухищрений, плазменной пилой, под сверхвысоким
давлением, им удалось отсечь от Дарта кусочек мизинца. Но как только
плазмопила была убрана, отрезанный кусочек стремительно, словно под
действием сильнейшего магнита, потянуло к остальному тепу. Удержать его
было невозможно. Он вернулся на прежнее место и мгновенно сросся с
мизинцем, не оставив даже шва.
  Рассказ Дарта о приключениях на планете А-уа, каким бы невероятным он ни
казался, был подтвержден фактами. И главным фактом было удивительное, тело
комиссара. Кроме того, исследовательская экспедиция, отправленная в район
космоса, указанный Дартом, обнаружила планету, мертвые города на ней и даже
следы ядерной бомбежки Зауггуга. Все сходилось. История комиссара была
правдива, но она ничего не проясняла. Ученого, летающего, по словам Дарта,
где-то в окрестностях планеты, найти не удалось.
  Впереди показались белоснежные небоскребы Эллеруэйна. Движение на шоссе
сделалось интенсивнее. Десятки аэромобилей мчались над полотном дороги:
одни летели в метре над шоссе, другие - над ними- в трех метрах, третьи - в
пяти, четвертые - в самом верхнем "этаже" - в семи метрах над шоссе. Машины
проносились сбоку от Дарта и над его головой, обдавая воздушными струями.
  Вскоре шоссе перешло в городскую улицу. По обочинам потянулись сначала
одноэтажные виллы, потом многоэтажные прямоугольные и округлые дома с
большими сверкающими на солнце окнами. По тротуарам текли людские потоки.
Тысячи аэромобилей мчались по улицам друг над другом, в несколько летных
этажей, подчиняясь довольно сложным правилам дорожного движения. Привычный,
знакомый вид! Эллеруэйн жил напряженной деловой жизнью, как будто и не было
никакой войны...
  В двух кварталах от здания Управления космической полиции аэромобиль
остановился на стоянке. Дарт вылез и зашагал пешком. Ему хотелось пройтись,
посмотреть город, его людей. Он не был здесь несколько лет. Казалось бы, за
такой небольшой срок мало что должно было измениться, но наметанный глаз
Дарта подмечал перемены. Прежде всего это касалось уличной толпы. Такого
множества уроженцев других миров в Эллеруэйне еще не бывало. Перед угрозой
рассадурского нашествия на Карриор эмигрировали тысячи инопланетных
гумманоидов. Дарт узнавал в толпе высоких, под пять метров ростом, жителей
Реккода; мохнатых маленьких стессиан - их тела обволакивал едва заметный
слой газовой защиты; трехглазых лектов; покрытых чешуей шестируких
андагарров. Иммигранты придавали эллеруэйнской толпе пестроту и
экзотичность. Дарт взглядом профессионального космолетчика отмечал в ней
жителей Гфгрума, Сифакса, Уммы, Абалона - планет, где ему доводилось
бывать.
  На его желтый мундир офицера космической полиции мало кто обращал
внимание - в толпе и без этого было много полицейских и военных, гораздо
больше, чем их встречалось в прежние годы. Но когда Дарт вошел в вестибюль
стоэтажного небоскреба Управления, множество любопытных глаз устремилось на
него. Дарта тут хорошо знали, как знали и о чудесных событиях, происшедших
с ним. Все жадно разглядывали его, надеясь найти в его облике нетто
необычайное, сверхчеловеческое, и разочаровывались: Дарт ничем не отличался
от остальных карриорцев, даже синеватый оттенок кожи не выделял его в толпе
звездолетчиков. По возвращении со звезд все они имели какой-нибудь
экзотический загар: лиловый, зеленый, оранжевый, синий - в зависимости от
цвета звезды, в лучах которой жарились.
  Кресло-лифт доставило Дарта на восемьдесят восьмой этаж, прямо в кабинет
генерала Ленделерфа.
  При появлении Дарта высокий седой генерал поднялся из-за стола.
  - Наслышан о ваших похождениях. Ни за что бы не поверил, но факты, как
говорится, налицо, - он широко улыбнулся, пожимая протянутую Дартом руку. -
Я уже получил ответ Биофизического центра и с интересом ознакомился с ним.
В нем написано, что вас практически невозможно убить.
  - Это так, генерал. Чтобы остановить звездолет Заутгуга, мне пришлось
окунуться в фотонный реактор. И, как видите, я стою перед вами.
  Внимательные голубые глаза Ленделерфа ощупывали Дарта с головы до ног.
  - Я много полетал в космосе, - произнес он после минутного молчания, -
попадал в разные переделки, но такого случая, как с вами, не припомню.
  Дарт пожал плечами.
  - Я удивлен не меньше вашего. Но что произошло, то произошло. Если бы
не инъекция четырехрукого профессора, я был бы давно трупом и кости мои
тлели в пропасти на мертвой планете.
  Ленделерф кивнул, жестом показал на кресло, стоявшее перед его столом.
Дарт сел.
  - Что ж, мне остается только радоваться за вас, - сказал генерал.-В
отчете сказано, что, несмотря на странное изменение вашего тела, вы
сохранили крепкую память и ясное сознание. Рекомендовано оставить вас на
службе в космической полиции.
  Дарт невесело усмехнулся.
  - Больше всего мне досталось именно от психиатров. Почему-то они решили,
что у меня обязательно должна поехать крыша...
  - В конце концов все обошлось, вы признаны человеком, разумным человеком,
Дарт, правда, с не совсем обычным телом, - Ленделерф ободряюще улыбнулся.-
Еще бы им не признать вас разумным! Для того, чтобы в одиночку, фактически
голыми руками уничтожить сверхсовременный боевой звездолет, нужна ясная
голова! - Генерал обошел стол и уселся на его край рядом с Дартом. -
Сенсационная победа над бандитским звездолетом очень повысила Карриор и в
особенности наше Управление в глазах галактического сообщества. Специально
для осмотра рассадурского корабля прибыли военные миссии с Шабура и Гойо.
Расшифровка данных, содержащихся в его компьютерах, закончена. Вам известны
ее результаты?
  - В общих чертах. Насколько я понял, о Рассадуре и его владыках ничего
узнать не удалось.
  - Кое-что мы все-таки откопали. Прежде всего подтвердилось ваше
предположение: Зауггут действительно был военным разведчиком Рассадура. Ну,
а главная наша находка - это координаты того пункта в созвездии Деки, куда
Зауггут намеревался направить свой звездолет...
  Кулаки Дарта сжались.
  - Уверен, что эти координаты выведут нас на след главного логова
рассадурских владык!
  Генерал кивнул:
  - Мы тоже так думаем. Созвездие Деки- одно из крупнейших в метагалактике.
Это миллиарды звезд и триллионы планет. Искать там Рассадур вслепую - все
равно, что искать песчинку в пустыне. Координаты дают нам зацепку. По
крайней мере, для нас это единственный шанс нанести удар по Рассадуру в его
собственном созвездии. Вероятно, координаты указывают не на сам Рассадур, а
на какую-то базу, или перевалочную станцию... Если военный флот
Конфедерации внезапно появится там и захватит ее, то в наши руки могут
попасть ценнейшие сведения, способные решить исход всей войны.
  - Генерал, - Дарт порывисто встал. - Я намерен подать рапорт с просьбой
направить меня с нашим флотом в созвездие Деки. Я выживу там, где любой
другой тысячу раз погибнет!- Он схватил со стола ножик для разрезания
бумаги и с силой всадил себе в ладонь. Острие вышло из тыльной стороны
руки. - На войне я могу принести гораздо больше пользы, чем выполняя
обязанности космического полицейского!
  Он выдернул ножик и показал Леиделерфу свою руку.
  -  Смотрите, я действительно неуязвим!
  На руке не осталось и царапины.
  - Не горячитесь, Дарт, выслушайте меня. - Ленделерф встал и прошелся по
кабинету. - Я знаю, вы один стоите боевого звездолета, и вас, безусловно,
зачислят в состав эскадры. Лично похлопочу об этом. Но сейчас, пока до
отлета есть время, мы даем вам задание. Сядьте, комиссар.
  Дарт опустился в кресло.
  - Итак, дело вот в чем, - заговорил Ленделерф, заложив руки за спину и
остановившись около окна. - Место сбора звездолетов Объединенной эскадры-
Брельт, естественный спутник Карриора. К настоящему времени на брельтском
космодроме сосредоточено свыше ста пятидесяти кораблей, прибывших с разных
миров Конфедерации. Корабли продолжают прибывать. Это будет самый сильный
флот за всю историю войны с Рассадуром. Поэтому его гибель чревата очень
печальными последствиями... Мы имеем все основания полагать, что о
предстоящей военной экспедиции стало известно агентам Рассадура,
окопавшимся на Карриоре. Они вознамерились помешать старту, больше скажу-
уничтожить флот еще здесь, на Брельте!
  - Невероятно! - воскликнул пораженный Дарт.- Кому под силу уничтожить сто
пятьдесят боевых звездолетов, к тому же находящихся под надежной охраной?
  Вместо ответа Лецделерф взял со стола несколько фотоснимков и протянув
Даргу. На снимках с разных точек был заснят взрыв боевого звездолета.

 
в начало наверх
Мощные языки пламени, взметнувшиеся в черное небо Брельта, и разлетающиеся в разные стороны обломки производили тягостное впечатление. - Фотографии сделаны не далее как позавчера вечером. И это уже не первая диверсия на Большом космодроме Брельта. За прошедшие две недали взорвано и сожжено восемь звездолетов. Дарт шнырнул снимки да стол. - Куда смотрела охрана, лерт побери? - возмутился он. - Охрана бодрствовала и несла службу. Впрочем, вам придется во всем разобраться на месте, - Когда мне лететь на Брельт? - Сегодня вечером. И примите во внимание еще вот что, - Ленделерф обошел стол и усейся в свое кресло. - Все взрывы произведены по одной схеме. Мы не сомневаемся, что действует одни и тот же отряд диверсантов. Кто эти люди - установить пока не удалось. - Рассадурские агенты могли проникнуть на Карриор под видом иммигрантов, - заметил Дарт. Ленделерф кивнул. - Скорее всего. За последние пять лет количество инопланетных иммигрантов на Карриоре увеличилось почти вдвое. Публика эта зачастую малоизученная, со своими обычаями и особенным складом ума. Полиции подчас трудно иметь с нею дело... И вообще, борьба со шпионажем, контрразведка - вещь для нас новая. Сотни лет мы понятие не имели, что такое шпион или вражеский агент. Все началось после первых боевых столкновений с Империей... - Во время моей службы в космосе мне не раз приходилось сталкиваться с инопланетными гуманоидами. Так что у меня есть кое-какой опыт в общении с ними. - Мы учитывали это, поручая расследование вам, - сказал Ленделерф и продолжал, - Совет Конфедерации уже выразил правительству Карриора свое недовольство. Слишком много поставлено на карту, чтобы мы могли ждать и бездействовать. Группу диверсантов необходимо обезвредить как можно скорее, иначе военная экспедиция на Деку будет сорвана. Правительства некоторых миров уже прислали на Карриор ноты, в которых сказано, что если взрывы будут продолжаться, то они отзовут свои звездолеты. Дарт встал. - Я сделаю все, что в моих силах. - Подробности вы узнаете у майора Феллета. Предварительный вывод комиссии, которая занимается взрывами, весьма неутешителен. Тут, по всей видимости, применено какое-то мощное оружие, неизвестное на Карриоре... Направленное перемещение сгустка энергии или что-то в этом роде... После первого взрыва охрана вокруг космодрома была усилена многократно, контролировались все подступы к кораблям, включая воздушное пространство, но это не помогло. Взрывы продолжаются. - Какова бы ни была природа неизвестного оружия, оно применяется людьми, а людей всегда можно разыскать и нейтрализовать, - сказал Дарт. Ленделерф кинул взгляд на наручные часы. - О! Уже половина одиннадцатого! - он поспешно поднялся. - Совещание началось, пойдемте. Вы должны присутствовать. - Что за совещание, генерал? - спросил Дарт, выходя с Ленделерфом из кабинета. - Сегодня впервые собрались вместе высший командный состав эскадры и руководители контрразведки Карриора. Планируется обсудить вопросы охраны флота, маршрут экспедиции и ориентировочный план захвата рассадурской базы. Все это может оказаться полезным в вашей работе на Брельте. Они торопливо шли по длинному пустынному коридору, когда откуда-то издалека, прокатившись эхом под высокими сводами, донеслись звуки стрельбы. Ленделерф замер, насторожившись. - Стреляют в зале, где идет совещание! - вдруг закричал он. - Бежим! Глава II. Дерзкий налет Уже через минуту все здание Управления наполнилось тревожным гулом сирены. Началась общая суматоха, по коридорам побежали вооруженные охранники, из всех дверей выскакивали встревоженные сотрудники и, завидев бегущего Ленделерфа, кричали ему вслед: - Что стряслось, шеф? Неужели в небе над Карриором появились рассадурские звездолеты? - Стреляли в зале, где собрались адмиралы флота! - ревел генерал. - Скорее туда! В зал вместе с Ленделерфом и Дартом ворвалась толпа охранников и офицеров полиции. Их глазам предстала ужасающая картина. В креслах и возле кресел, стоявших полукругом перед большой звездной картой, лежали расстрелянные в упор адмиралы Конфедерации. Иные из них были еще живы и корчились в агонии. На их телах зияли страшные раны от разрывных пуль. Следы пуль виднелись на стенах, столах, креслах... К тому моменту, когда появились Дарт и Ленделерф, все было кончено. Неведомые налетчики успели покинуть зал. - Что тут произошло, скажет мне кто-нибудь? - закричал Ленделерф, не владея собой. - Сюда... - донеслось от одного из кресел. Дарт и Ленделерф .бросились к седоволосому адмиралу, лежавшему с запрокинутой головой и судорожно цеплявшемуся слабеющими пальцами за подлокотники. - Они похитили кассету с секретным маршрутом экспедиции... - шептал умирающий. - Кто они? - Дарт наклонился над ним. - Куда они скрылись? - Двое в форме лейтенантов охраны...- прохрипел другой раненый, вокруг которого на полу растекалась лужа крови.- Они выскочили оттуда и открыли стрельбу...- добавил он, с трудом приподняв окровавленную голову и показывая взглядом на небольшую дверцу в стене. - Торопитесь! - молил седовласый адмирал. - Если кассета попадет на Рассадур, то наше нападение потеряет внезапность и они успеют подготовиться к отпору... Тогда все пропало... Дарт, расталкивая набившихся в зал охранников, ринулся к дверце. Как он и ожидал, она оказалась запертой. Дарт с разбегу ударил по ней плечом, но она не поддалась. - Где комендант здания? - кричал Ленделерф. На генерала было страшно смотреть: он побагровел, руки его тряслись.- Где комендант, черт побери! У кого-то же должны быть ключи! - Налет был тщательно спланирован, - произнес Дарт, обводя глазами столпившихся вокруг офицеров охраны. - Кто-нибудь знает, куда ведет эта дверь? Вперед выступил один из охранников. - Я знаю, сударь. Это аварийный выход, он ведет к навесному ангару. Словно в подтверждение его слов за окнами раздался гул набирающего скорость летательного аппарата. Все бросились к окнам. - Вон они! - закричал Ленделерф. - Стреляйте! Стреляйте же, иначе они уйдут!.. Несколькими этажами ниже, из-за угла огромного здания Управления, медленно выруливал турбореактивный флайер. Он почти ие отличался от тех, что во множестве сновали в небе над Эллеруэйном. Это была пассажирская летательная машина, быстрая и проворная, способная замереть в воздухе и опуститься на что угодно, даже на узкий выступ в стене. Для таких флайеров на стенах зданий устраивались специальные площадки и ангары; немало их было и на здании Управления космической полиции. Теперь стал ясен замысел преступников: расправившись с командованием г-огозиого флота и захватив бесцеяную кассету, они рассчитывали уйти через неохранявшийся аварийный ход к навесному ангару и отсюда вылететь на поджидавшем их флайере. Набирая скорость, летательная машина с бандитами шла вдоль сверкающей отвесной стены небоскреба как раз под окнами зала, где произошло преступление. Охранники открыли стрельбу из бластеров, но лучевое оружие оказалось бесполезно. Флайер был заранее подготовлен к операции: на его корпус и короткие треугольные крылья было нанесено огнеупорное покрытие. Подбить его можно было только из автомата, стреляющего разрывными пулями. - Проклятье! - в отчаянии стонал генерал. - Они уходят... Все пропало... - Остается последний шанс, - тихо ответил Дарт, вскакивая на подоконник. В эту минуту флайер приходил внизу, где-то на уровне шестидесятого этажа. Выждав момент, Дарт прыгнул... Он прекрасно знал, что это ему ничем не грозит. Разбиться он не мог. Зато была возможность задеть в падении летательный аппарат, а если очень повезет- вцепиться в него. Рассекая воздух, Дарт летел, как ныряльщик, прыгающий с трамплина - прогнувшись всем телом и вытянув руки вперед. Бандиты его не заметили, и страшный удар, потрясший флайер, оказался для них полной неожиданностью. Но и Дарт был изумлен не меньше их, когда пробил люк на крыше флайера и очутился в кабине.. На такую удачу он ие рассчитывал. Глава III. Бой в воздухе Протаранив крышу, он свалился на одного из бандитов и задавил его насмерть. Несколько мгновений все, кто находился во флайере, в том числе и сам Дарт, пребывали в оцепенении. Первым опомнился пилот, он схватился за рычаг управления и выправил полет накренившегося аппарата. Флайер продолжал плавное, набирающее скорость движение между ослепительно белыми небоскребами Эллеруэйна, то попадая в их тень, то вырываясь на солнце и мелькая в его лучах серебристой птицей. Когда пилот выводил машину из штопора, пол во флайере резко некренился и все, кто находились внутри аппарата, кубарем откатились к стене. И тут Дарт из неудобной позы нанес сильный удар по ближайшему к себе бандиту. Того отбросило к корме, где- находилась дверца. Под тяжестью бандита она распахнулась и тот вывалился из кабины. Его громкий, отчаянный вопль смешался с гудением двигателей и затерялся где-то внизу. Два бандита остались сидеть у пульта управления машиной, трое других набросились на Дарта. В кабине завязалась драка. Клубок сцепившихся тел швыряло от одной стенц к другой; через несколько минут Дарт был весь утыкан ножевыми лезвиями. Но он лишь смеялся, когда бандиты в слепой ярости всаживали в него кинжал за кинжалом. Он наносил им резкие, точные удары кулаками с обеих рук, а когда на его руках повисали, он изворачивался и с размаху бил ногами. Распахнутая кормовая дверца представляла собой постоянную опасность для всех дерущихся, в том числе и для Дарта. Падение с такой высоты было чревато для бандитов верной смертью, а для Дарта - упущенной возможностью нейтрализовать их и вернуть кассету. Так что все дерущиеся с одинаковой опаской озирались в сторону кормы, стараясь держаться от нее подальше. - Вы что там, дохлые тараканы, не можете справиться с одним паршивым полипом? - гнусаво заголосил зверского вида зеленолицый бандит, сидевший рядом с пилотом. - Если через минуту в машине не установится порядок, то я вытряхну вас всех вместе с полипом за борт, так и знайте! - Но, шеф! - взмолился о,щин из бандитов, на котором Дарт сидел верхом, ожесточенно молотя его кулаками. - Разве вы не видите, что этот полип какой-то особенный? Нам никак не удается его прирезать... Он, похоже, резиновый, все время ускользает из рук, как ящерица... - Сам ты ящерица, Плинк! Скорее кончайте с ним, у нас и без него забот хватает!... Вы видите - за нами погоня? И действительно, когда бандитский флайер миновал нерту города и полетел над зелеными окраинами, с первой же встречной воздушно-сторожевой базы поднялись четыре полицейских реактивных турболета и, набирая скорость, устремились вдогонку за преступниками. Дарт воспрянул духом. Теперь он уже не сомневался, что бандитам не уйти. Он одолеет этих трех, что вцепились в него, и доберется до зеленолицего, которого Плинк назвал "шефом". Противники Дарта явно выбились из сил, они уже пасовали перед его молниеносными ударами. В маленьких, круглых, глубоко запавших глазках зеленолицего мелькнул испуг. Он наклонился к пилоту и что-то зашептал ему на ухо. Пилот кивнул и поправил зеркальце над собой, в котором ему видна была внутренность флайера. И когда Дарт ловким ударом обеих ног отбросил сразу двух насевших на него бандитов и, повернувшись, устремился к пульту, пилот резко вывернул руль и Дарта отшвырнуло к корме, ударив о косяк распахнутой дверцы. Дравшиеся с ним бандиты тоже не удержались на ногах и один из них с воплем вывалился наружу. В последний момент ему удалось уцепиться за подножку. Дарт попытался ударить его по рукам, чтобы тот оторвался от флайера и рухнул вниз, но на него навалились двое оставшихся бандитов, так что третьему хватило времени подтянуться и с перекошенным от ужаса лицом вползти во флайер. Полицейские турболеты приближались, беря флайер в кольцо. Их намерения были очевидны: они собирались окружить в полете машину преступников и отконвоировать ее на ближайший аэродром. Но бандит, сидевший за штурвалом управления, не собирался сдаваться. Внезапно бросив флайер вбок, он ударил бортом по крылу турболета, летевшего справа. Тот накренился и задел боком вторую полицейскую машину. Удар был настолько чувствителен, что оба
в начало наверх
аппарата вышли из строя, задымились и, неуклюже переворачиваясь, пошли к земле. В воздухе распахнулись купола парашютов. Далеко внизу турболеты врезались в бетонированное шоссе, взметнув два столба пламени. Пилот и зеленолицый разразились хохотом. Предоставив усмирять Дарта своим сообщникам, они все внимание сосредоточили на преследовавших флайер полицейских турболетах. Зеленолицый извлек из-под сиденья большой тяжелый огнемет. Распахнув боковой иллюминатор, он выставил наружу ствол бластера и начал целиться в ближайший турболет. - Эй, Гибби! - недовольно закричал он пилоту. - Не раскачивай так лоханку! Я не могу поймать прицел! - А ты попробуй сядь на мое место, Трюфон, - сквозь стиснутые зубы отозвался Гибби, сжимая штурвал обеими руками и вперясь в лобовое стекло. - Нас обходят, я вынужден петлять... Один из турболетов выпустил в сторону флайера несколько светящихся ракет. Они пролетели в считаных сантиметрах от бокового иллюминатора, едва не задев бластер. Трюфон, выругавшись, нажал на пусковую кнопку, однако огненный луч прошел довольно далеко от турболета - в этот момент Гибби снова развернул флайер, и Трюфон, не удержавшись, ударился головой о бластерный приклад. Вопли, рев и ругательства продолжались минут пять. Взвыли и бандиты, дравшиеся с Дартом. - Гибби, не тряси машину! - заорал один из них. - Иначе мы никогда не справимся с полипом... Им действительно приходилось нелегко. Убедившись в невозможности убить Дарта, они избрали другую тактику: лишить его подвижности, прижать к полу, связать, а еще лучше - вытолкнуть за борт. Но едва им удавалось дружно навалиться на него, как флайер делал очередной резкий вираж, все кубарем летели к противоположной стене, комиссар снова освобождался и набрасывался на своих противников с удвоенной энергией. - Гибби, ты можешь хоть пять минут придержать флайер в горизонтальном положении? - вопил бандит, которого Дарт пинком отбросил от себя. Трюфон обернулся к ним и злобно прорычал: - Трое здоровенных детин не могут выкинуть из машины одного полипа! - Попробуй сам справиться с ним! - хрипели бандиты, едва успевая уворачиваться от ударов, которыми награждал их Дарт. - Похоже, это кибер! Его невозможно проткнуть ножом и он не устает!... - Кончайте с ним, каракатицы, слышите, что вам говорят? - огрызался Трюфон, между тем как его глазки испуганно сверкали, следя за полицейским. - Выталкивайте его за борт, мы уже входим в верхние слои атмосферы! Через пять минут все отверстия должны быть задраены, а вы все еще возитесь с ним, прохиндеи?.. В этот момент Гибби вынужден был кинуть флайер резко вниз, чтобы увернуться от грозди светящихся ракет. Клубок дерущихся вновь распался. Дарт, почувствовав свободу, тотчас метнулся к пилоту, но Трюфон успел перехватить его руку, сжимавшую кинжал, и удержать лезвие в миллиметре от шеи Гибби... И в тот же миг на Дарта снова набросились. Схватка в кабине продолжалась. - Впрочем, люки можно и не задраивать, - прохрипел зеленолицый. - Я-то обойдусь и так, когда мы выйдем в открытый космос. А вот вы все сдохнете... Он самодовольно засмеялся. Трюфон был уроженцем планеты Гартигас, и, как всякий гартигасец, превосходно чувствовал себя практически в любой атмосфере и даже мог довольно долго существовать в безвоздушном пространстве при температуре, близкой к абсолютному нулю. Перелет в разгерметизированном флайере с Карриора на Брельт ему ничем не грозил, но для его напарников, выходцев с других планет, это было чревато гибелью. - Шевелитесь, сморчки, если вам дорога жизнь! - ревел Трюфон, снова выставляя в иллюминатор бластерное дуло. На этот раз он сумел прицелиться точнее. Огненный луч вспорол лобовое стекло ближайшего турболета, ранив его пилота. Потеряв управление, полицейская машина закувыркалась в воздухе, после чего камнем пошла вниз. Гибби и Трюфон завизжали от восторга. Четвертый турболет отстал, отказавшись от намерения преследовать бандитов в одиночку. В эту минуту Дарт, изловчившись, нанес такой удар кулаком по одному из бандитов, что тот вылетел через распахнутую кормовую дверь за борт. Увидев это, Трюфон резко оборвал смех. Нижняя губа его затряслась, глазки с ненавистью и страхом уставились на Дарта. Он наклонился к Гибби и стал что-то горячо шептать ему, косясь на дерущихся. Гибби кивал. Затем Трюфон схватился обеими руками за подлокотники, и через мгновение пилот-резко дернул штурвал. Флайер тряхнуло. Силой инерции Дарта и двух бандитов, которые вцепились в него, отбросило к распахнутой дверце. Миг - и под злорадный хохот Трюфона вся троица оказалась за бортом. - Туда вам всем и дорожка! - провопил гартигасец. Но радость его была преждевременной: один из бандитов, вываливаясь за борт, успел вцепиться в бампер на корме флайера. Второй бандит схватил его за ноги. Дарт, уже находясь в свободном падении, дотянулся до ног второго бандита... Таким образом все трое цепочкой повисли за кормой флайера, вцепившись один в другого. В ушах Дарта свистел ветер, далеко внизу смутными пятнами проплывали поля и леса. Оба бандита верещали от ужаса и проклинали комиссара, когда он начал подтягиваться по их распластанным в воздухе телам к дверце. Неожиданно из нее высунулась оскаленная физиономия Трюфона. - Гибби, ты только взгляни?. - заревел он. - Они еще тут!... Видя, что Дарт уже перебрался со второго бандита на первого и вот-вот дотянется до бампера, он угрожающе взмахнул своим волосатым кулачищем. - Хочешь жить, проклятый полип? - и мерзко расхохотался, разевая пасть. - Нет, ты подохнешь вместе с этими ублюдками! Тут взмолились бандиты: - Трюфон! И это твоя благодарность за сегодняшнее дело? Не бросай нас, помоги... Мы еще пригодимся тебе... Нет! нет! - завизжали они, видя, что Трюфон достал нож и, садистски ухмыляясь, принялся резать вцепившиеся в бампер пальцы. - Только не это! Мы погибнем! Пощади!... - Вы не справились с полипом, - шипел гангстер, - и потому должны подохнуть. Летите, пташки! Комиссар так и не успел добраться до флайера: Трюфон вовремя перерезал пальцы своему сообщнику и тот, а вместе с ним и Дарт, и другой бандит, устремились вниз... Глава IV. Схватка на земле Комиссар падал, сжимая в объятиях бледно-белое холодное тело беспрерывно визжащего бандита. Это был гуманоид с какой-то отдаленной, неизвестной Дарту планеты. Внешне он походил на большой, в человеческий рост, гриб. У него было длинное цилиндрическое тело, заканчивавшейся большой и плоской, как грибная шляпка, головой, на которой выделялись два фасеточных глаза. Почти от самой головы отходило шесть гибких щупалец, которыми гуманоид импульсивно стиснул Дарта. Второй бандит - тот, у которого Трюфон отрезал пальцы, падал сбоку и чуть выше. Это был карриорец, соотечественник Дарта. Он летел, раскинув руки и выпучив глаза, в которых застыл смертельный ужас. Земля стремительно приближалась. Место внизу было глухое: поля, поросшие буйной травой, перелески и овраги. Нигде не видно было никакого жилья. Бандитский флайер снижался вместе с падавшими, делая вокруг них широкий круг: Трюфон хотел удостовериться в гибели своих сообщников. Дарту пришло в голову попытаться сохранить жизнь грибообразному гуманоиду - все же, как-никак, это ценный свидетель. И он в падении перевернулся на спину, принимая удар о грунт на себя. После соприкосновения с землей он подскочил на добрый десяток метров. Не выпуская бандита, снова ударился спиной о землю и снова подскочил. Только тогда он, наконец, выпустил бледнокожего. Тот, вереща, отлетел в сторону и распластался в густой траве. Не давая ему опомниться, Дарт прыгнул на него, сгреб все шесть щупалец и скрутил их в узел. Затем наступил коленом на грудь гуманоида. - Говори, - приказал комиссар. - Выкладывай все как есть, если тебе дорога жизнь. Но бандит лищь взвизгивал и тупо пялился на Дарта своими выпуклыми глазами. - Здесь тебе не полицейский участок, я с тобой церемониться не буду, - закричал Дарт, теряя терпение. Он грубо встряхнул гуманоида и еще сильнее скрутил щупальцы. Видя, что бандит продолжает молчать, он поднял его и с размаху ударил о землю. - Говори, поганка! Но тут гангстер улучил момент и нанес тремя короткими ножками сильный удар комиссару в пах. Дарт пришел в ярость. Он принялся тузить упрямца, как боксерскую грушу. - Колись, колись, бледный гриб!... Но гуманоид только визжал, извивался и в свою очередь норовил нанести ответный удар. Между тем флайер с Гибби и Трюфоном кружил поблизости. Гартигасец высматривал трупы своих сообщников. - Ага! - воскликнул он, показывая пальцем на группу деревьев. - Вот один! Карриорец напоролся на дерево; его тело было насажено на ствол, как на вертел. Второго сообщника, который падал с полицейским, некоторое время никак не удавалось найти: обзор загораживали деревья и холмы. Только с пятого или шестого круга, снизившись насколько возможно, бандиты увидели его и издали дружный вопль изумления. Бледнокожий бандит был живехонек, так же как и полицейский, который сидел на нем верхом и молотил его кулаками! - Смотри! - закричал Гибби.- Шидад и полип остались живы! Как такое могло произойти? - У полипа, возможно, оказался при себе портативный антигравитатор, - отозвался Трюфон.- Шидад нам все объяснит, когда я пробуравлю в черепе полипа дыру... С этими словами гартигасец выставил в иллюминатор флайера мощный дальнобойный бластер. - Опустись пониже, - скомандовал он пилоту, прильнув глазом к бластерному прицелу.- Замедли ход... так... еще ниже... Дарт, распаляясь, бил бледнокожего гуманоида ребром ладони. Приходилось действовать голыми руками - ни бластера, ни даже ножа у комиссара при себе не было. Ладонь отскакивала от упругого тела, как от резиновой груши. Выругавшись, комиссар принялся выкручивать щупальцы, даже попытался вырвать одно из них. Бесполезно. По тупой физиономии бандита невозможно было понять, чувствует ли он боль. - Колись, тебе говорят! - в ярости закричал Дарт, поднял гуманоида и с размаху треснул о поваленное дерево. Тот разразился захлебывающимися, верещащими звуками, в которых комиссару почудился злорадный смех. Отчаявшись, не зная, как заставить бандита говорить, он принялся пинать его ногами. И в этот миг из-за ближнего холма вылетел флайер, низко пронесся над дерущимися и Дарт увидел в иллюминаторе зеленую рожу Трюфона, прильнувшую к Кластерному прицелу. По Дарту прошел огненный луч, но комиссар только расхохотался и погрозил Трюфону кулаком. Лицо у того было обескураженное: он видел, что луч угодил точно в грудь полицейскому, а тому хоть бы что. Флайер, прибавив скорость, умчался за деревья. Умолк и бледнокожий гуманоид, выжидательно уставившись на комиссара. С появлением фяайераюи явно воспрянул духом. Дарт понял, что угрозами он вряд ли чего-нибудь добьется от своего пленника, флайер с гангстерами неминуемо вернется и Трюфон либо постарается отбить своего сообщника, либо уничтожить его, чтобы не оставлять свидетеля в руках полиции. Флайер кружил поблизости; Трюфон и Гибби, видимо, совещались. Дарт вскинул запястье я начал энергично крутить диск наручного радиотелефона. Он набирал номер своего давнего приятеля, частного детектива Ида Рорра, имевшего собственное сыскное бюро в Эллеруэйне. С полминуты радиотелефон испускал короткие гудки вызова. Наконец они прервались, что-то щелкнуло в диске и миниатюрный динамик заговорил хрипловатым голосов Ида: - Алло, Рорр слушает. - Это ты, дружище? - торопливо заговорил Дарт, не спуская глаз с простертого гуманоида. - Мне нужна срочная консультация по одному деликатному дельцу. Полицию я в него впутывать не могу, потому что мне приходится тут в отношении одного поганого субъекта применять физические меры воздействия... Мне позарез необходимо вырвать из него сведения, а он молчит, и только лопочет по-свойски черт знает что... - Гуманоид? - деловито осведомился Ид. - Ну а кто же! Сам понимаешь, если о моих методах допроса узнают в Управлении, то прощай служба, а то еще и к суду притянут за нарушение прав личности... - Я всегда говорил, что с твоим крутым характером, Гиххем, тебе лучше было податься в частные детективы, - отозвался Ид. - Возможно,, когда-нибудь мне и прядется пойти по твоим стопам, дружище,
в начало наверх
а покуда я служу в космической полиции, да к тому же далеко не на самой низшей допжности. Работа мне нравится, но, как видишь, приходится иногда прибегать к недозволенным средствам... - Кто там у тебя, Дарт? - А бес его знает. Собственно, из-за этого я тебе и звоню. Мне необходимо это выяснить, и очень срочно. Слушай, Ид. Покопайся в памяти своего компьютера. Выглядит субъект преотвратно... Пока Дарт описывал внешность бавдига, из-за рощи снова вынырнул флайер. Дарт с тревогой наблюдал за ним. Что они задумали? - Подожди пару минут, - прохрипело в дниамике. - Я сейчас подключусь к банку данных Ассоциации по культурным связям с инопланетными цивилизациями. На сегодняшний день у них наиболее полные сведения о населении галактики... - Поскорее, Ид! - Постараюсь. Флайер направлялся в сторону Дарта. Открылась крышка люка и высунулось тупое дуло гранатомета. Первый снаряд взорвался метрах в двадцати от Дарга. Бледнокожий вдруг пронзительно заверещал в попытался вырваться, оттолкнув Дарга всеми шестью щупальцами, но комиссар навалился на него и после короткой схватки вновь сгреб все щупальцы в пучок и скрутил их. Второй снаряд взорвался в пяти метрах. Взрывная волна отбросила комиссара и его пленника; бандит, получив свободу, вскочил на свои короткие ножки и попытался удрать, но комиссар в два прыжка нагнал его и повалил на землю. В эту минуту загудел зуммер радиотелефона. - Алло, Гиххем, - зазвучало в динамике. - Я слушаю, - отозвался Дарт. - Тебе попался илляск, - заговорил частный детектив, - то есть житель планеты Илл в созвездии Медузы. Дарт даже присвистнул от удивления. - Созвездие Медузы? - переспросил он. - Это же страшная даль! За всю свою жизнь я знавал только одного звездолетчика, который побывал там! - И тем не менее это там, - ответил Ид и продолжал,- На Карриоре звездолеты иллясков появляются крайне редко. И вообще путешествовать они не любят. Объясняется это их привязанностью к родной планете и сильным чувством ностальгии, которое они испытывают, находясь вдали от нее. Илляск, живущий вне Илла - большая редкость. Они обладают эластичным телом, почти нечувствительны к внешним раздражителям и резкому перепаду температур и давлений, не носят одежды, размножение неполовое... - Стоп, стоп. Ид! Ты говоришь - обладают нечувствительным телом? Но ведь мне только и надо, что его расшевелить! Неужели оно такое уж нечувствительное? - Ты имеешь в виду наличие на теле илляска болевых точек? - уточнил Ид. - Ну да!- в нетерпении закричал Дарт, видя, что флайер разворачивается и вновь приближается к нему. - Я об этом тебе твержу с самого начала! - Но в компьютере Ассоциации по культурным связям нет таких сведений. Впрочем, попробую запросить банк данных Единого Галактического Госпиталя. Тебе придется еще пару минут подождать, дружище,.. - Пару минут, но не больше!.. С грохотом разорвалось несколько выпущенных Трюфоном снарядов, и один из них угодил в цель. Под Дартом внезапно взрыхлилась земля, он почувствовал, как десятки осколков вонзаются в его неубиваемое тело. Его отбросило от илляска. Там, где находился комиссар, образовалась воронка. Но самое худшее - одним из осколков в лепешку разбило радиотелефон! Дарт заскрежетал зубами от отчаяния. Гуманода отшвырнуло от него метров на пятнадцать, но видно было, что илляск еще жив - он лежал, изогнувшись своим грузно-белым телом и судорожно царапал щупальцами землю. Дарт подбежал к нему, озираясь на бреющий невдалеке флайер. - Что, приятель, несладко тебе? - заговорил он на галактическом эсперанто. - Думаю, для нас обоих будет лучше, если мы столкуемся по-хорошему. Мне уже приходилось иметь дело с иллясками. Это честные, мужественные люди, среди них не было никого, кто бы оставил товарища в беде. И я никак не ожидал, что илляск окажется в банде рассадурских убийц! - Зря стараешься, полип, - свистящим шепотом ответил уроженец Илла.- На жалость меня не возьмешь. Я дал присягу Рассадуру и скорее умру, чем нарушу ее. - Это я знаю, что илляски слово свое держат крепко, - сказал Дарт. - Это гордый, независимый народ, который даже не пожелал вступить в Галактическую Конфедерацию, настолько он дорожит своей свободой! Но что останется от этой свободы, когда Илл накроет черная тень Империи? Подумай, кому ты служишь. Твои дружки выносили тебя из флайера как старую изношенную тряпку. Ты им не нужен. Больше того - ты представляешь для них опасность как лишний свидетель. Как бы в подтверждение его слов с флайера ударил бластерный луч, который прошел по земле в полуметре от головы илляска. Трюфон, рыча от ярости, давил пальцем на пусковую кнопку, огненный луч плясал, оставляя на траве выжженные пятна и все ближе подбираясь к гуманоиду. Защищая илляска, Дарт подставил под луч собственйую спину. Трюфон разразился гневными воплями и, отложив-блайтер, вновь взялся за гранатомет. Воспользовавшись его заминкой, Дарт подхватил илляска и дотащил до ближайшего оврага. Почти сразу, как они смылись в нем, по оврагу ударило несколько разрывных снарядов. Комиссара снова отшвырнуло, илляск же оказался наполовину погребен осыпавшимся склоном. Подбежав к нему, Дарт обнаружил, что тело гуманонда страшно изувечено оскадками, а сам он еле дышит. - Я отомщу за тебя, если ты скажешь, ще их логово! - закричал Дарт, обхватив умирающего. - Трюфон и Гибби - гнусные подонки... - с усилием прошелестел илляск. Из его горла вылетело что-то вроде стона, тело изогнулось, щупальцы конвульсивно задрожали. - Они охотятся за тобой, - заговорил Дарт, приникнув к его голове. - Но у тебя есть шанс выкарабкаться из передряги... Притворись мертвым. Трюфон не уберется отсюда, пока собственными глазами не удостоверится в твоей гибели... Все будет отлично. В ближайшем госпитале тебя заштопают... Над оврагом зарокотало, и Дарт, посмотрев вверх, увидел в люке пролетавшего флайера искаженную от злобы зеленую физиономию. Похоже, Трюфон догадался, что илляск еще жив. Гартигасец проревел что-то, погрозил кулаком и, когда через минуту флайер снова показался над оврагом, на его дно обрушилось с десяток разрывных гранат. Но прежде Дарт успел выдернуть илляска из завала и отбросить в сторону. И все же осколки достигли тела гуманоида. Комиссар видел, как оно судорожно дернулось, как срезало крупным осколком сразу два щупальца и илляск завыл, задрожал в агонии, тело его стало коченеть. Дарт подполз к нему. - Где их логово? - закричал он в ухо илляску. - Куда Трюфон должен доставить кассету? Ответь мне! Это твой последний шанс отомстить подонкам! Илляск судорожно раскрыл рот, и в свисте, который исторгся из него, комиссару скорее почудилось, чем послышалось: - Трюфон - гнусный ублюдок... Я его ненавижу... Но я дал клятву. Ты прав, полип: илляски гордый народ. Еще ни один из нас не запятнал себя как клятвопреступник. И я тебе... ничего не скажу... Из носовых и ушных отверстий гуманоида стала выдавливаться какая-то вязкая бледно-зеленая жидкость, свист перешел в хрип, грибовидное тело несколько раз дернулось и застыло... Снова над оврагом пролетел флайер. Дарт вовремя отпрыгнул в сторону - гранаты взорвались там, где лежало мертвое тело илляска, разорвав его и далеко разметав останки. Дарт со всех ног побежал вдоль оврага, дно которого быстро поднималось. Через несколько минут он оказался на равнине. Отсюда его хорошо было видно из кружившего флайера. Бандиты тотчас устремились к немуТрюфон не мог отказать себе в удовольствии дать по комиссару залп. Дарт только этого и ждал. Когда его отшвырнуло взрывной волной, он остался лежать. Грудь его, ноги и руки были утыканы осколками. В таком виде его всякий бы принял за мертвеца, и Трюфон, конечно, не составил исключения. Испустив восторженный крик, гартигасец несколько минут хохотал, созерцая поверженого противника. Флайер постепенно снижался и, наконец, сел метрах в пятидесяти от комиссара, ближе к тому месту, где на дне оврага лежал изувеченный труп илляска. Из люка вылез Гибби и первым делом побежал к оврагу - взглянуть на погибшего сообщника. Дарт, скосив глаза, видел, как он поливает илляска бластерным огнем. Затем Гибби направился к комиссару. Дарт лежал не шевелясь. Бандит, приблизившись, на всякий случай полоснул по нему из бластера. Дарт даже бровью не повел. Тогда Гибби сделала еще несколько шагов к нему. Бандит встал над ним и, видимо окончательно поверив, что комиссар мертв, победно поставил ему на грудь ногу. Трюфон, наблюдавший за ним из флайера, захлопал в ладоши. И в этот миг Дарт, извернувшись, схватил Гибби за ногу и резко дернул. Бандит рухнул с испуганным воплем. В ужасе заревел Трюфон. В мгновение ока Дарт вскочил и, как кошка, прыгнул на Гибби. Напуганный внезапным воскрешением комиссара, тот даже не помышлял о сопротивлении. Дарт больно заломил ему руку и Гибби громко запросил пощады. - Кому и когда вы должны передать кассету? - металлическим тоном произнес Дарт, еще больнее выкручивая бандиту руку. - Ой-ой-ой!- вопил тот.- Это невозможно вынести! Полегче!.. - Итак - кому и когда? - Не знаю, клянусь! Это знает только Трюфон, он у нас главный... Дарт бросил взгляд в сторону флайера. Физиономии Трюфона в иллюминаторе уже не было; аппарат загудел и дернулся, отрываясь от земли. Дарт чертыхнулся с досады. - Где его логово? Говори правду. Если ты солжешь, то я тебя достану из любой тюрьмы и расправлюсь с тобой, чертова обезьяна. - Мы обосновались на Брельте, в Регеборских скалах, - торопливо ответил Гибби. - Ой-ой-ой... Только не жмите так, господин полицейский! У вас руки, как стальные клещи... - Продолжай, - сказал Дарт, ослабляя хватку. - В этих скалах, у южного подножия горы Мабор, есть древняя башня. Штаб-квартира Трюфона находится на ее верхушке. Трюфон и Шшеа - резиденты рассадурской разведки, с кем они связаны, кроме нас, я не знаю, но думаю, что в руках Трюфона вся агентурная сеть на Карриоре и Брельте... - Трюфона я видел. Кто такой Шшеа? - Напарник Трюфона. Он остался на Брельте. Возможно, он-то и есть первое лицо всей рассадурской резидентуры... - Что за оружие было применено для уничтожения боевых кораблей? - А никакого оружия не было. Это Шшеа. Он плазмоид, человек-огонь. Он может превращаться во что угодно. Может принять образ антропоморфного существа и с виду не отличаться от людей, а может сделаться костром, огненным шаром, лучом, мельчайшей искрой. Это он, превратившись в луч, нашел возможность проникнуть в реактор звездолета, из-за чего в нем возник пожар и корабль взорвался... В этот момент на Дарта и его пленника упала тень пролетавшего над ними флайера. Гибби смертельно побледнел и оборвал себя на полуфразе. - Он убьет меня... - прошептал он, в ужасе глядя на флайер, - как убивал всех, кто вызывал у него хоть малейшее подозрение... - Я прикрою тебя своим телом, - сказал Дарт. - Не трусь. Меня не так-то легко прожечь бластером или разорвать гранатой. Итак, Шшеа должен уничтожить весь союзный флот? - Нет. Плазмоиду это не под силу. Сдается мне, он поджигает корабли скорее для собственного удовольствия, чем следуя приказам начальства... В отношении флота у них есть другой план. Флот должны уничтожить сразу, весь, еще до того, как он стартует к Рассадуру... - В чем заключается этот план? В трех метрах от них взорвался снаряд. Дарт и Гибби покатились, отброшенные взрывной волной; видимо, Трюфону было неудобно одновременно управлять флайером и швырять гранаты, поэтому его броски не отличались меткостью. Еще несколько гранат взорвались, не причинив особых неприятностей Дарту и захваченному им бандиту. Гибби бормотал, ошалев от ужаса: - Меня не посвятили во все детали, я слишком мелкая сошка в отряде; единственное, что я знаю - это то, что с Рассадура ожидается посылка с миной громадной разрушительной силы... Возможно даже, она уже доставлена на Брельт и находится в каком-то тайнике, из которого ее надо извлечь... - Что она из себя представляет? Кто и как ее будет устанавливать? - Ничего этого я не знаю - но я слышал из разговора Трюфона, что ее и не нужно устанавливать... Просто ее нужно включить, пустить механизм, а уж все остальное мина сделает сама - доберется до космодрома и взорвется, вызвав ужасающее землетрясение на территории в сотню километров... Гранаты, непрерывно швыряемые Трюфоном, разрывались уже совсем близко. Дарта и Гибби вновь отшвырнуло, накрыв взрывной волной, а когда комиссар подбежал к бандиту, его тело, прошитое осколками, не подавало признаков жизни. Гибби оказался куда менее живучим, чем илляск. Комиссар схватил бластер убитого и резанул лучом по флайеру. Огнеупорная обшивка машины отразила луч. Из распахнутого люка до Дарта долетел торжествующий смех Трюфона. Дарт в ответ погрозил кулаком. Флайер, сделав
в начало наверх
над комиссаром круг, взмыл ввысь. Видимо, Трюфон понял, что ввязываться в схватку с Дартом бесполезно, и счел за лучшее убраться. Серебристо-стальная птица некоторое время маячила в небесной голубизне, быстро превращаясь в точку, и наконец исчезла вдали. Глава V. Дарт приступает к расследованию Весь остаток дня и всю ночь Дарт шел лесами и перелесками, переправлялся через реки и обходил озера. К рассвету он вышел на шоссе и двинулся по нему наугад на юго-запад. После часа ходьбы, когда небо заголубело и над дальним лесом показался край солнца, Дарт вошел в какой-то городок. Улицы были тихи и пустынны; городок, видимо, еще спал или только-только просыпался. Дарт подумал, что это даже к лучшему. Зрелище бледно-синего человека в обгорелых лохмотьях, да еще всего, как дикобраз, истыканного осколками, вызвало бы в городе переполох. Он сразу направился в местный госпиталь, где дежурный кибернетический врач без промедления занялся его неубиваемым телом, а именно - извлечением всех, даже самых мелких осколков. В другой помощи Дарт не нуждался. После операции, длившейся более двух часов, Дарт оделся в любезно предложенный ему костюм. Из госпиталя он отправился в местный телефонный узел, где его немедленно соединили по спутниковой связи с Брельтом. - Алло, - заговорил Дарт в микрофон, - это отделение брельтской космической полиции? - Да. Что вам угодно? - Говорит комиссар Дарт. Мне надо срочно связаться с кем-нибудь из следственной группы по делу о диверсиях на военном космодроме. - Соединяю вас с майором Феллетом, - откликнулись на том конце радиоволны. - Подождите минуту. - Алло, говорит Феллет, - раздался другой голос. - Это вы, Дарт! Я вчера получил приказ о вашем назначении. Когда ожидать вас на Брельте? - Вероятно, сегодня, если обстоятельства не задержат меня в Эллеруэйне, - ответил комиссар. - У меня есть для вас несколько предварительных распоряжений, майор. - Слушаю вас. - Во-первых, постарайтесь узнать все что возможно о гуманоиде с Гартигаса некоем Трюфоне. Вообще вам что-нибудь говорит это имя? - Трюфон взят нами под негласное наблюдение с той ночи, когда на космодроме был самый первый взрыв. Он околачивался поблизости и его поведение вызвало подозрение у охраны. Но прямых улик против него у нас нет. - Вам известно, где он живет? - Да, мы установили это. Довольно далеко от космодрома, в очень пустынном и уединенном месте - в Регеборских скалах. С ним живет еще несколько человек. На всякий случай мы их тоже взяли под контроль. - Нет ли среди сожителей Трюфона некоего плазмоида по имени Шшеа? - Наши агенты, наблюдающие за их жилищем, о плазмоиде не сообщают. - Скажите, майор, - продолжал Дарт после минутного раздумья, - где, по-вашему, этот Трюфон находился вчера? Собеседник Дарта замялся. - Должен признаться, господин комиссар, - пробормотал он извиняющимся тоном, - что позавчера наши парни, следившие за ним, дали промах. Трюфон и его компания - всего шесть человек, - погрузились на флайер и вылетели со своей башни в неизвестном направлении... - Не далее как сутки назад Трюфон участвовал в дерзком налете на Управление космической полиции Карриора! - почти выкрикнул Дарт. - Он и его сообщники убили нескольких высших офицеров союзного флота и похитили план военной кампании. Вот к чему привела оплошность ваших людей, майор! - Но, сударь, мы не предполагали, что Трюфон так опасен... Мы и под наблюдение-то его взяли, как говорится, на всякий случай, для очистки совести... - Только ваше неведение вас и извиняет, Феллет, - сказал Дарт. - Теперь слушайте внимательно. Из всех участвовавших во вчерашнем налете в живых остался один Трюфон. Ему удалось уйти. Не исключено, что он вернется в свое брельтское логово. Пока не трогайте его, но не спускайте с него глаз. Фиксируйте всех прибывающих к нему и сразу берите их под наблюдение. Я должен быть в курсе каждого шага Трюфона и всех, с кем он перекинулся хотя бы одним словом. - Но это возможно только в том случае, если он вернется на Брельт, - заметил майор. - Вернется, - уверенно сказал Дарт. - Главное дело у него еще впереди. - Больше никаких поручений не будет? - Все-таки постарайтесь найти плазмоида. Это очень важно. Он должен быть где-то на Брельте. - Мы предпримем все меры для его розыска. - Отлично, Феллет. Надеюсь через несколько часов пожать вашу руку. - Желаю вам счастливого пути! - откликнулся майор. Дарт опустил трубку и взглянул на часы. До отбытия аэробуса в Эллеруэйн оставалось шестнадцать минут. В столице Дарт сразу направился в Управление. Совещание с Ленделерфом было недолгим. Генерал одобрил действия Дарта и поздравил с успешным началом борьбы с диверсантами. Турбореактивный летательный аппарат мягко оторвался от плоской крыши Управления и взял курс почти вертикально вверх, унося Дарта на Брельт- единственный естественный спутник Карриора. На Брельте комиссару доводилось бывать много раз. Он до мельчайших подробностей знал унылый ландшафт этой небольшой планеты, начисто лишенной воды и с очень разреженной атмосферой. Он почти не глядел в иллюминатор, когда турболет преодолел притяжение Карриора и начал приближаться к Брельту. А вскоре внизу поплыли бесконечные каменистые равнины, горы, нагромождения скал, кратеры, обширные естественные цирки, в которых располагались города карриорских поселенцев. Со стороны казалось, что эти города стоят прямо под открыты космосом, ибо слабая атмосфера не могла, конечно, служить для них защитой. Но если вглядеться внимательнее, то можно было различить над брельтскими городами атмосферную дымку, висящую над ними словно купол. Эта искусственная атмосфера, создаваемая мощными силовыми установками, не улетучивалась, и в ней можно было разгуливать без скафандра и спокойно дышать. Атмосферные купола служили также прекрасной защитой от мелких метеоритов - часто можно было видеть, как эти летающие камни, попадая в силовой купол, сгорают, описывая над крышами домов эффектные светящиеся дуги. Дарт обернулся к иллюминатору только когда Турболет пролетал над Большим космодромом. Никогда еще Дарт не видел здесь такого скопления звездолетов. Они были самой разнообразной формы и величины. На Брель привели свои боевые корабли почти все миры - учредители Конфедерации. Свободные планеты были настроены весьма решительно в отношении Рассадура и намеревались покончить с ним одним ударом. Турболет описал над космодромом круг и опустился в Гарселе- городке, где находилось Главное Управление полиции Брельта. - Как вам понравилась боевая армада? - спросил Феллет, когда Дарт появился в его кабинете. - Не правда ли, производит внушительное впечатление? - Потрясающе, - согласился Дарт. - Некоторые типы кораблей я вообще видел впервые в жизни, хотя немало полетал по космосу. - Их боевая мощь поистине необычайна! - продолжал Феллет. - Рассадурский флот, если он осмелится выйти против нас, будет разгромлен в первые же минуты сражения, я в этом абсолютно убежден! - Возможно вы и правы, - сказал Дарт, усаживаясь в кресло перед большим письменным столом. - Но вначале до Рассадура надо добраться, хотя бы благополучно стартовать с Брельта, в чем у меня, например, имеются некоторые сомнения. - Я не вполне вас понимаю, комиссар. - У меня есть сведения, - заговорил Дарт, откидываясь в кресле и внимательно глядя на своего высокого плечистого собеседника, - что против союзной эскадры готовится крупномасштабная диверсия. Поджег и взрывы отдельных кораблей- это чепуха, детские игры в сравнении с тем, что намечается в самое ближайшее время. - Вы располагаете доказательствами? - Я знаю об этом со слов одного хорошо информированного субъекта. - Кто он? - Теперь это не имеет значения. Он мертв, - Дарт забарабанил пальцами по столу. - Однако давайте перейдем к делу, майор. Что тут у вас случилось? - Здесь, - Феллет показал рукой на бумаги и кассеты, грудой лежащие на столе, - собраны все материалы, относящиеся к делу о диверсиях на космодроме - протоколы допросов очевидцев, результаты анализов... Он осекся, не договорив, потому что Дарт резко поднялся и рукой смел со стола все папки и бумаги. Ворох документов с грохотом посыпался на пол. Стол очистился, и Дарт, вынув из кармана бластерный пистолет, положил его там, где только что громоздились документы. - Именно так, Феллет! - сказал он, присаживаясь на стол. - Мое дело - держать штурвал здвездолета и охотиться за космическими пиратами, а не рыться в бумагах, как архивная крыса! А теперь выкладывайте, как было на космодроме, и покороче. - В первый раз это произошло чуть больше двух недель назад,- без долгих предисловий начал Феллет.- Вскоре после наступления сумерек часовой, который нес вахту у контрольного наблюдательного поста возле ограды космодрома, заметил, как со стороны пустынных холмов к ограде приблизилась какая-то фигура в темном плаще с капюшоном, зарывавшем лицо. Окрестности были безлюдны, с той стороны, откуда появилась фигура, к космодрому обычно никто не подходит, и поэтому незнакомец сразу привлек внимание охранника. По его описаниям выходило, что под капюшоном у незнакомца что-то светилось, как будто тот нес лампу, тщательно пряча ее под полами своей одежды... Незнакомец остановился на вершине невысокого холма. От него до ограды космодрома было метров двести, плюс еще четыреста метров до ближайшего боевого корабля - линкора "Меч триумфатора". Хотя фигура и вызвала некоторые подозрения, но все же часовой никак не мог предположить, что она представляет опасность для огромного, мощного, бронированного линкора... Он даже не окликнул незнакомца. А через минуту онемел от изумления! Из складок темного плаща вдруг вырвался длинный тонкий луч, похожий на бластерный, только, видимо, более сильный, потому что он мгновенно одолел расстояние, отделявшее незнакомца от линкора. При этом фигура не шевелилась, незаметно было, что она держит какой-нибудь прибор или что-то еще; больше того - было такое впечатление, что и самих-то рук у незнакомца нет. Луч, по описаниям часового, шел как будто из груди этого странного субъекта. Луч бил по основанию звездолета, по соплу. Продолжалось это не более двух минут, причем с каждым мгновением фигура как будто слабела, оседала на землю; вскоре луч иссяк и погас, и вместо незнакомца на вершине холма остался лежать его плащ, обгоревший внутри. Зато огонь бушевал вокруг сопла звездолета - странный огонь, иногда принимавший форму огненного человекоподобного существа.- Языки пламени кружились вокруг корабля, словно ища лазейку в его дюзах, и, наконец, проникли в реактор, потому что еще до прибытия аварийной бригады прогрохотал взрыв, разворотивший звездолет. Обломки разлетелись на сотни метров, ранив нескольких охранников... - Так,- сказал Дарт, видя, что майор умолк. - Какова же роль Трюфона в этом деле? - Трюфон появился утром, когда вокруг взорванного линкора завышались работы по тушению пожара. Огонь заливали пеной, и пламя отступаяо, лишь кое-где пробивались слабые языки. К этому времени известие о диверсии дошло до Гарселя, и некоторые особенно любопытные жители отправились к космодрому поглазеть на пожар, благо от городка до космодрома недалеко. В числе зевак, околачивавшихся возле пожарных, находился и Трюфон... Гартигасец попросил у охранника огоньку, чтоб закурить сигарету... - Сигарету?.. - брови Дарта удивленно взлетели. - Именно! - воскликнул Феллет. - Хотя он, как я теперь думаю, не мог не знать, что охране не полагается держать при себе ни спичек, ни зажигалок... Вообще говоря, его поведение ни у кого подозрения не вызвало... Попросил огоньку. Что тут особенного?.. Конечно, ему позволили прикурить от пожарища, что он и сделал очень охотно. Лишь потом, когда часовые и офицеры охраны давали подробные показания, вспоминая все до мелочей, мы обратили внимание на этот эпизод и решили на всякий случай проверить, кто такой этот курильщик... Повторяю, мы и предположить не могли, что он как-то связан с рассадурской агентурой, проверка была чисто профилактической... - Что вам известно о людях, живущих с ним в башне? - Их шестеро, трое из них - инопланетные иммигранты, - Феллет нажал на кнопку в столе. Тотчас перед комиссаром засветился большой экран, на котором возникла сильно увеличенная зеленолицая физиономия Трюфона. - Ну да, точно, это тот самый тип, который руководил налетом на Управление космической полиции, - сказал Дарт. - Хитрая и злобная тварь, не погнушавшаяся в минуту опасности избавиться от своих товарищей. Изображение гартигасца сменилось групповым портретом его сообщников. Дарт
в начало наверх
узнал Гибби, илляска, других бандитов, с которыми дрался во флайере. - Все они мертвы, - сказал он, показывая на экран. - Полет в Эллеруэйн обошелся Трюфону недешево! Кстати, он вернулся? - Сегодня утром, - отозвался Феллет. - По данным моих людей, наблюдающих за башней, он вернулся один и в настоящее время пребывает в одиночестве. Мы его можем взять в дюбой момент. - Не будем спешить, - сказал Дарт. - Сначала попытаемся установить, что за странная личность появлялась в ту ночь возле космодрома. У вас есть какие-нибудь соображения на этот счет? Феллет пожал плечами. - Мы консультировались с учеными, - ответил он, - но это только еще больше напустило туману. Они толкуют о трансмиттерах и энергетических передатчиках, о голограммах, биополях и еще черт знает о чем, единого мнения среди них нет, а что уж тогда говорить о нас? Если хотите знать мое мнение, господин комиссар, то это не что иное, как секретное оружие Рассадура. - А вы не подумали о том, что это могут быть штучки плазмоида? - Мне приходило это в голову, но я отбросил это предположение. Во-первых, на Брельте уже пять лет нет ни одного плазмоида, а во-вторых - разве им под силу взорвать звездолет?.. - Плазмоиды - странные, интересные, необычные существа, о которых на Карриоре известно далеко не все, - отозвался Дарт. - За годы моей службы в космосе мне неоднократно приходилось сталкиваться с ними. Они - порождения солнц, точнее - солнечных корон; они живут на звездах, тогда как, например, мы - на планетах. Это огненные люди, их сущность - плазма. На некоторых звездах цивилизации плазмоидов достигли довольно высокой степени развития, а цивилизация звезды Авварер даже входит в Галактическую Конфедерацию. Плазмоиды, так же как мы, сооружают звездолеты и путешествуют по космосу, заселяют необжитые звезды, наведываются они и на планеты. На Карриоре, кстати, существует дипломатическое представительство Авварера. Впрочем, не редкость гости и с других звезд... - Я одно время работал с авварерцами, - заметил Феллет,- это доброжелательные, умные существа, надо отдать им должное. Но, комиссар, плазмоиды с Авварера - зеленые!.. - Окраска плазмоида зависит от цвета его родной звезды, - спокойно возразил Дарт. - В космосе миллиарды звезд самых различных цветов и оттенков, соответственно и обитающие на них плазмоиды могут иметь разную окраску. Кстати, знающие люди только по цвету их и различают... - Если диверсии на космодроме осуществляет плазмоид, то родом он не с Авварера, - сказал Феллет. - Явно это желтый плазмоид, цвета обычного пламени или бластерного луча... - Вот именно! - воскликнул Дарт,- Его схожесть с бластерным лучом и сбила с толку следствие. - Но, повторяю, комиссар: в настоящее время плазмоидов на Брельте нет - ни зеленых, ни голубых, ни желтых, никаких. - Вы в этом уверены? Феллет смутился под пристальным взглядом Дарта. - Конечно, в нашем деле ни в чем нельзя быть уверенным... - пробормотал он. - На всякий случай я разослал запросы по всему Брельту, но положительного ответа пока ниоткуда не пришло. - Давайте вернемся к Трюфону, Феллет, тем более ничего другого у нас под руками все равно нет, - Дарт встали прошелся по кабинету. - С того дня, как вы его взяли под наблюдение, он встречался с кем-нибудь? Куда-нибудь заходил? - Нет. Все время он неотлучно пребывал на башне вместе со своими людьми. Никто из них никуда не отлучался. И вообще его поведение не вызывало подозрений, мы даже собирались снять наблюдение... - Кто-нибудь из посторонних наведывался на башню? - Нет. Хотя постойте... - Феллет задумчиво потер лоб. - Дня три назад - за сутки до налета на Управление в Эллеруэйне, - Трюфон прилетел сюда, в Гарсель. Наш человек следил за ним. - Интересно, - сказал Дарт. - И что же гартигасец делал тут? - Абсолютно ничего. Он прошелся по улицам и в конце своей короткой прогулки зашел в Астрозоологический музей. - Трюфон? В музей? С какой стати? - Ну, наверное, просто из любопытства,- пожал плечами майор.- Незадолго до этого туда привезли большую партию чучел разных диковинных существ, обитающих на отдаленных планетах. Газеты растрезвонили о них на весь Брельт, публика в музей повалила валом. Посмотреть на чучела приезжали даже с Карриора, и как будто нет ничего удивительного, что и Трюфон решил полюбопытствовать... Он шел по залам, ни с кем не разговаривая; остановился возле какого-то чучела, ткнул в него палкой и сейчас же удостоился замечания от музейного смотрителя. В ответ Трюфон не сказал ни слова, повернулся и направился к выходу. Вот, собственно, и все. Выйдя из музея, Трюфон сразу направился к стоянке флайеров и вылетел к себе на башню. Дарт некоторое время размышлял. - После всего, что произошло, - заговорил он, - как-то не верится, что это была просто прогулка... Не исключено, что у него была назначена встреча, которая по каким-то причинам не состоялась... Музей... А может, удар палкой по чучелу- это условный знак, который бандит подавал своему сообщнику, который в это время находился в зале? - Вы думаете, в Гарселе есть их резидент? - Это только предположение, - Дарт подошел к столу, взял пистолет и засунул его в потайную кобуру под мышкой.- Покуда Трюфон сидит в башне, нам есть смысл наведаться в музей. Это далеко отсюда? - Минут пятнадцать ходьбы. Выйдя из здания гарсельской полиции, они зашагали по матовому пластику тротуара. По обочинам прямой неширокой улицы располагались одноэтажные, реже двухэтажные коттеджи, полускрытые бледно-зеленой листвой небольших деревьев, вывезенных сюда с Карриора и прижившихся на искусственной почве. Турбомобили почти не встречались- местные жители пользовались ими редко, ведь город можно было пересечь пешком за полчаса. Регенерированный воздух был свеж и прохладен, на вечно черном небе дрожали и переливались россыпи созвездий. Брельтский "день" вместе с большим голубоватым диском Корриора клонился к закату, когда Феллет и Дарг шли по улицам Гарселя, приближаясь к Астрозоологическому музею. Музей по праву считался гордостью Гарселя, второго такого не было во всем Брельте. Это было внушительных размеров здание из светлого мрамора, с широкой лестницей и высокими колоннами у входа. На портике красовались изображения зубастых ящеров, обитавших на Брельте миллионы лет назад, когда здесь еще была атмосфера, вода и обширные густые леса. В этот день музей был закрыт на переоборудование экспозиции, но полицейских впустили. В походе по залам их сопровождал Главный Хранитель- невысокий толстый человек с указкой. Ею он тыкал в витринные стекла и без умолку тараторил о ящерах, рептилиях, пресмыкающихся и членистоногих. Дарт слушал вполуха. Наконец он не выдержал и перебил Хранителя, заявив, что их с майором прежде всего интересуют новые поступления в музей. - Это в двух следующих залах, - поспешил ответить Хранитель. - Там сейчас переставляют витрины, но, надеюсь, мы не помешаем... Пройдемте туда. В просторном зале, куда Хранитель провел своих спутников, кипела работа. Служители музея деловито сновали с раскладными лестницами, молотками и пилами, сколачивая новые витрины и передвигая старые. Пятеро рабочих укрепляли под потолком чучело гигантского крылатого существа с оскаленной пастью и выпученными глазами, в которых, казалось, до сих пор не угасла неутолимая злоба. - Немалого, должно быть, труда стоило подстрелить такую пташку, - заметил Хранитель. - Тело ее покрыто броней, которую даже разрывной пулей не прошибешь. - Откуда все это доставлено? - поинтересовался Дарт. - И что за охотники раздобыли этих тварей? - Все это является даром музею от одного из уроженцев Брельта, который пожелал остаться неизвестным, - ответил Хранитель и его голос задрожал от гордости. - Нам не впервой получать дары от наших соотечественников, работающих в самых отдаленных пределах галактики. Эту уникальную коллекцию мы получили из невероятного далека, вы себе даже представить не можете - из созвездия Заводи! Так, во всяком случае, значилось на почтовых квитанциях, сопровождавших эту удивительную посылку. Того, что вы видите здесь, нет даже в Большом Астрозоологическом музее Карриора. Эти бесценные, редчайшие экспонаты, гордость музея, Гарселя и всего Брельта! Спешу вас заверить, что я сделаю все, чтобы разузнать имя нашего благодетеля, нашего скромного героя, сделавшего городу и всей планете такой сказочный подарок... - Нам, пожалуй, это тоже неплохо бы выяснить, - вполголоса заметил Дарт, обращаясь к Феллету. - Но где экспонат, в которого тыкал палкой Трюфон? - Вон там, в углу, - сказал майор. Они подошли к висевшей на стене бесформенной туше внушительных размеров, усеянной множеством торчащих присосок. - Астрогимпиос григибурский, - торжественно изрек Хранитель, подойдя вместе с полицейскими к отвратительному чучелу. - Судя по данным на почтовой квитанции, обитает на некоей планете Григибур, по которой и получил свое название. Это электрический моллюск, который при жизни способен был убивать на довольно большом расстоянии; его кожа до сих пор хранит какую-то часть заряда - по крайней мере, дотрагиваться до него опасно, может "дернуть". Каким-то образом публика узнала, что тело этого моллюска обладает способностью рефлекторно реагировать на прикосновения, - продолжал Хранитель, - и вот, представьте, дня не проходит, чтоб в несчастного астрогимпиоса не ткнули отдельные несознательные посетители. Им доставляет удовольствие смотреть, как он дергается, хотя лично я не вижу в этом ничего смешного. Тыкать палками в бесценный экспонат - это некультурно и глупо. И сегодня мы собираемся упрятать его в специально изготовленную витрину - так оно будет надежнее... Не говоря ни слова, Дарт взял у опешившего Хранителя указку и ткнул ею в один из присосков. Бесформенная, бледная, какая-то с виду студенистая масса сжалась, собравшись в тысячу морщин, разгладилась, и снова сжалась, и так несколько раз. Ужимки чучела, действительно, производили забавное впечатление. - Григибур... - произнес Дарт в задумчивости. - Созвездие Заводи... Это же глухой угол галактики, почти неисследованная окраина... Насколько мне известно, там неоднократно засекали разведывательные звездолеты Рассадура... С минуту он молча разглядывал астрогимпиоса, затем повернулся к Феллету, намереваясь что-то сказать, и в этот момент его наручный телефон разразился короткими гудками. Дарт нажал кнопку на его диске. - Дарт слушает, - негромко сказал он, поднеся диск ко рту. - Алло, комиссар! - послышался из динамика взволнованный голос. - Докладывает начальник охраны космодрома. Снова диверсия! Несколько минут назад пламя охватило патрульный крейсер "Стремительный". Он возник совершенно неожиданно в районе сопла звездолета. Пламя в любую минуту может просочиться вовнутрь и добраться до реактора, а тогда неминуем взрыв... Уже взорвалось!.. Вы слышите грохот, комиссар? Это взлетел на воздух патрульный крейсер? Загудел и наручный радиотелефон Феллета. Майор перебросился по нему с кем-то несколькими фразами, затем повернулся к Дарту. - Мне сообщакзт, - тихо сказал он, - что Трюфон покинул свое логово в Регеборских скалах. Его флайер направляется в сторону Гарсея. - Прикажите, чтоб его не трогали, - распорядился Дарт. - Если ему опять захочется прикурить от пожарища - пускай прикуривает. Он не должен почувствовать за собой слежку. - Понял вас, комиссар. - А пока он будет околачиваться возле космодрома, - добавил Дарт, - я наведаюсь в его жилище... Оба полицейских быстро направились к выходу. - Куда же вы, господа? - закричал им вслед Хранитель. - Я еще не показал вам самое интересное!.. Но Дарт и Феллет были уже в дверях. На улице их ожидал полицейский флайер. - В Регебор, - сказал Дарт, садясь рядом с пилотом. Машину тряхнуло, когда она резко взяла с места. Набирая высоту, флайер полетел над домами. Спустя минуту летательный аппарат вырвался из-под воздушного купола Гарселя и помчался над каменистым плато, изобиловавшим кратерами, скалами и пропастями. - Ваши люди побывали в жилище Трюфона? - спросил Дарт. - Нет, - отозвался Феллет. - Все это время мы ограничивались наружным наблюдением. - Я пойду туда один, - сказал комиссар после молчания. - Один? - изумился Феллет. - Без сопровождения? Думаю, лучше нам пойти вместе. - Ни в коем случае. Неизвестно, какие сюрпризы подстерегают тех, кто попытается проникнуть в логово рассадурских шпионов. Не забывайте, что убить меня не так-то просто, в отличие от вас... Генерал Ленделерф был прав, поручая это дело мне. Глава VI. Башня в Регеборских скалах
в начало наверх
Через тридцать минут стремительного полета флайер начал сбавлять скорость. Он летел над мрачной, пустынной местностью, усеянной островерхими скалами и изрезанной пропастями.. Это был хаос скал, как будто море внезапно окаменело во время неистовой бури и его взметнувшиеся валы застыли гигантскими, устремленными ввысь гранитными глыбами. И среди этих разметавшихся каменных волн угрюмыми рифами возвышались горы. Одна из них, похожая на статую скорчившегося великана, называлась Мабор, к ней и направлялся, снижаясь, полицейский флайер. Голубоватый диск Карриора скрылся за горизонтом и океан скал поглотила черная,брельтская ночь. Свет звезд выхватывал лишь вершины, которые, подобно островам, выступали из моря тьмы. На флайере не стали включать фары- свет могли увидеть с башни. Путь в скалистых нагромождениях прощупывался с помощью локаторов. На пульте управления флайером мерцали экраны, на которые в инфракрасных лучах проецировались изрезанные трещинами стены ущелий, куда бесстрашно, на полной скорости устремился летательный аппарат. Как видно, его пилоту была хорошо известна дорога к башне. - Через двести метров - наблюдательный пост, - сказал Феллет. - Оттуда наши люди ведут круглосуточное наблюдение за башней. - Они уверены, что сейчас там никого нет? - спросил Дарт. Феллет пожал плечами. - Полной уверенности нет. Но, по всем признакам, Трюфон находился там один... А вот и башня. Видите, вон там, слева? Флайер пробирался среди массивных гранитных нагромождений, ныряя из одного ущелья в другое, и шпиль башни, то и дело скрывавшийся за скалами, рассмотреть было нелегко. Однако Дарт заметил его слева от склона Мабор. Башня тянулась ввысь тонкой линией, имевшей почти одинаковую толщину на всем протяжении, и лишь вершину ее увенчивало небольшое утолщение с узкими окнами, в которых, похоже, горел огонь. - Верхушка башни- плоская,- пояснил Феллет.- Там устроена посадочная площадка для флайеров. А под площадкой находится единственное жилое помещение... - Метров сто над землей? - прикинул Дарт. - Сто пятнадцать, - уточнил Феллет. - Башня древняя и давно заброшена. Ее построили почти тысячу лет назад первые карриорские поселенцы. Поначалу она служила радиомаяком, потом здесь был пост космического наблюдения... А потом надобность в этом сооружении отпала и оно стояло необитаемым лет, наверное, пятьсот. Впрочем, оно с самого начала не было предназначено для жилья. Весь его ствол снизу доверху состоит из одной лишь винтовой лестницы... Флайер замер на дне ущелья, где его уже поджидали двое полицейских из группы наблюдения. На них были защитные комбинезоны и круглые шлемы, тела окутывала светящаяся оболочка силовой защиты. Феллет, перед тем как покинуть флайер, тоже надел шлем и включил индивидуальную защиту. Дарту ничего этого не требовалось. Он вышел из машины вслед за Феллетом и обменялся с полицейскими словами приветствия. - Вход в башню находится в трехстах метрах отсюда, - заговорил лейтенант Гирк - старший в группе наблюдения, - но Трюфон и его люди никогда им не пользовались. В их распоряжении были два флайера, которые они держали на верхушке. На флайерах они сюда прибывали, на флайерах же и отправлялись... - Два дня назад они нанесли визит на Карриор, - мрачно молвил Дарт, - Мы уже знаем об этом. Но мы и предположить не могли, что они так опасны, иначе бы их аппарат не ушел далеко. - Когда Трюфон вылетел с башни? - Тридцать пять минут назад, вскоре после того, как к нам поступило сообщение о новой диверсии на космодроме. Мы постоянно держим вершину башни под наблюдением чувствительного прибора, лучи которого проникают сквозь ее каменные стены. Прибор показывает, что сейчас там никого нет. - Хорошо, - сказал Дарт. - Проводите меня ко входу в башню. - Постойте, комиссар, - вмешался Феллет. - Как вы намереваетесь проникнуть в их логово: по винтовой лестнице или по наружной стене? Мне кажется, второй путь безопаснее. У нас имеется альпинистское снаряжение со специальными присосками, благодаря которым можно быстро и без малейшего риска подняться по вертикальной поверхности. - Не говоря о том, что можно подлететь туда на флайере, - добавил Гирк. - Вы ничем не рискуете, комиссар, ведь башня пуста. Дарт отрицательно покачал головой. - Вряд ли Трюфон оставил свое логово без охраны, - сказал он. - Если он откуда-то и ждет незваных гостей, то наверняка с посадочной площадки или с наружной стены, откуда до него доберется любой полицейский в одежде с присосками. И меньше всего он готов к встрече с ними в самой башне, ведь путь по винтовой лестнице долог и опасен, не так ли? - Но это действительно так! - воскликнул обескураженный Феллет. - Там есть провалы и рухнувшие ступени, а многие участки лестницы растрескались до того, что держатся буквально на честном слове... Я бы не советовал вам подниматься по ней. - Подлетев к вершине башни на флайере, мы можем спугнуть Трюфона,- возразил Дарт.- Уверен, что там есть фиксирующие приборы, которые тотчас пошлют гартигасцу радиосигнал. И тогда бандит исчезнет, а вместе с ним- единственная ниточка, которая может помочь нам распутать всю паутину... Со стороны лестницы меньше шансов наткнуться на электронного сторожа, поэтому я и выбираю этот путь. Идемте, - добавил комиссар. - Не будем терять время. В сопровождении Гирка и Феллета он прошел под нависшей скалой. Дальше простиралось расчищенное от скал пространство, в центре которого возвышалась башня. Крупные необработанные глыбы, из которых она была сложена, покрылись трещинами от ударов мелких метеоритов. Приблизившись к ней, Дарт увидел метрах в десяти от земли черное зарешеченное отверстие. Когдато в незапамятные времена к отверстию вела лестница, но к настоящему времени от нее осталась лишь куча камней. - Можете возвращаться, - сказал Дарт, обращаясь к своим спутникам. - Дальше я пойду один. - В случае чего - немедленно радируйте. Флайер сразу поднимется на площадку, - ответил Феллет. Они с Гирком скрылись в темноте. Дарт надел на руки специальные перчатки с присосками и такие же наколенники, подошел к башне и прижался к ее стене руками и ногами. Автоматические присоски, послушные сигналам, исходящим от его мозга, тотчас прикрепились к камням. Дарт быстро полез вверх. Присоски прикреплялись и отлеплялись, удерживая Дарта на вертикальной стене; без помех ^достигнув входного отверстия, комиссар сдвинул решетчатую дверь ровно настолько, насколько было необходимо, чтобы протиснуться внутрь. За дверью обнаружилось круглое помещение с низким потолком. Во лфаке глаза Дарта видели так же хорошо, как я при свете дня, и он сразу разглядел ступени каменной лестницы. Опустив руку на приклад автомата, висевшего на груди, комиссар прислушался. На изгибающейся лестнице, круто уводившей верх, царила тишина. Дарт начал подниматься. Повсюду валялись камни и обломки, отвалившиеся от стен, на потолке зияли трещины. Ступени крошились, а иные с шумом рушились, когда Дарт ставил на них ногу. Некоторых ступеней не было вовсе и разломы приходилось перепрыгивать. "Тут запросто может произойти грандиозный обвал, - думал карриорец, пробуя ногой прочность очередной ступени. - Лестница рухнет и меня погребет под обломками. Феллету и его людям придется немало повозиться, чтобы вытащить меня из завала, а Трюфон к тому времени смоется... Может быть, действительно стоило подняться по наружной стене?" И все же он продолжал неторопливый подъем, чутко прислушиваясь к тишине. Минут через двадцать он связался по наручному радиотелефону с Феллетом. Майор доложил, что вокруг взорванного "Стремительного" бушует пламя, но пожарной бригаде удалось его локализовать. Через пару часов огонь будет потушен. Трюфон, как и в прошлый раз, снует в толпе зевак, глазеющих на пожар. - Распорядитесь, чтобы наблюдали за каждым его шагом, - сказал Дарт, хотя это приказание, конечно, было излишним. Люди Феллета прекрасно знали свое дело. Дарт выключил радиотелефон. Пройдя несколько лестничных маршей, он остановился. Ему показалось, будто кто-то тихо идет впереди... С минуту он прислушивался, затем двинулся дальше. Шаги слышались уже совершенно отчетливо. Кто-то шел впереди него, точнее - уходил, приноравливаясь к скорости Дарта. Стоило комиссару ускорить шаг, как быстрее начинал двигаться неизвестный; когда Дарт останавливался, звук шагов замирал. Дарт вынул из-за пояса бластерный пистолет. Нащупав пальцем спусковую кнопку, он стремительно зашагал по круто изгибающейся лестнице. В какой-то момент ему показалось, что незнакомец, шедший впереди, замешкался, и он ринулся вперед, перескакивая через две ступени. Взбежав на площадку между двумя лестничными маршами, комиссар успел разглядеть только ноги удирающего незнакомца. Видел он их доли секуизды, но и этого короткого мгновения ему хватило, чтобы полоснуть по ним бластерным лучом. Грохот падения впереди показал, что он не промахнулся. Но таинственный незнакомец упорно продолжал уходить. Даргу пришлось одолеть еще несколько лестничных маршей, прежде чем он увидел хрупкую на вид фигуру около метра ростом, лишеннную одежды, тело которой отливало металлическим блеском. У фигуры была небольшая, абсолютно круглая голова, на которой по периметру располагалось с десяток глаз. При взгляде на его подбитые ноги Дарт тотчас понял, что это - кибер. Видимо, это охранник, которого бандиты поставили сторожить вход в свое логово со стороны лестницы. Кибер полз на передних конечностях, неуклюже волоча перебитые ноги. Убидевшись, что Дарт неминуемо догонит его, он перевернулся на спину и замер, поджидая комиссара. Дарт вновь пустил в ход бластер. Огненная струя несколько минут сверлила металлическое тело охранника, оплавляя его и прожигая в нем черные дымящиеся отверстия. Кибер дергался - видимо, в его внутренностях выходили из строя какие-то жизненно важные части. Наконец он обмяк и безжизненно растянулся на ступенях. Решив, что с ним покончено, Дарт засунул бластер за пояс и продолжал путь. Лестница была узкая, распластанного кибера пришлось перешагивать. И в тот момент, когда Дарт занес над ним ногу, коварное создание подняло свои не задетые бластерными лучами руки и из их ладоней молниеносно выдвинулись кинжальные лезвия длиной в полметра каждое. С разлету они пронзили комиссара насквозь, выйдя из его спины. Руки кибера оказались необычайно сильными. Взмахнув ими, он с размаху швырнул комиссара на каменную стену. Чудовищной силы удар об нее показался Дарту пустяком; из неудобного положения он открыл по киберу стрельбу из автомата. Несколько разрывных пуль окончательно доконали металлического сторожа. Внезапно в нем что-то взорвалось. Взрыв был такой мощный, что Дарта сорвало с лезвий и отбросило вперед на несколько ступенек. С потолка посьшались камни; Дарту на миг показалось, что рушится вся башня... Лишь через четверть часа все окончательно стихло. Ниже по лестнице, где лежал кибернетический карлик, произошел страшный обвал, рухнул целый пролет, отрезав Дарту путь назад. Комиссар двинулся дальше. Вскоре чувствительный датчик, укрепленный на его поясе, зафиксировал близость какого-то электронного прибора. Дарт замер. Впереди мог находиться второй кибер, или какая-нибудь ловушка, установленная бандитами. Осторожно переставляя ноги, Дарт поднялся еще на несколько ступенек и снова остановился, разглядев во мраке тонкие, почти прозрачные нити, протянутые над лестницей в разных направлениях. Дарт ползком пробрался под некоторыми из них, но нитей было так много, что он все же задел одну нить локтем. И неожиданно невзрачный каменный обломок, каких немало валялось на ступенях, раскрылся, словно бутон цветка, и из него стремительно выполз тонкий стержень антенны. Дарт среагировал мгновенно. Разрывная пуля ударила точно в цель, разнеся в куски бандитский передатчик. Теперь Дарт мог беспрепятственно продолжать путь, не обращая внимание на нити, с которыми был связан передающий аппарат: Трюфонтак и не успел получить предупреждающий радиосигнал. Впереди лестница была свободна, но Дарт поднимался по ней, не ослабляя бдительности: кто мог знать, какие еще ловушки подстерегали его на пути к логову бандитов? Пройдя еще с десяток витков, Дарт оказался перед стальной дверью. Здесь лестница кончалась. Он надавил на дверь и она отошла, пропустив его в просторный и пустой сводчатый зал. В большом старинном камине у стены горел огонь, перед камином стояло несколько грубо сколоченных кресел. Пройдясь по залу, Дарт обратил внимание ца панель с кнопками и экраном; предназначение панели еще предстояло выяснить, но комиссару показалось, что одно из ее отделений должно выполнять функцию передатчика субпространственной связи. Точно такой же он видел на корабле Зауггуга. И вообще вся эта панель очень походила на пульт управления сверхскоростным звездолетом... Каменный пол в нескольких местах был оплавлен, словно здесь горело пламя необычайно высокой температуры. Похоже, пятна образовались совсем недавно,
в начало наверх
одно из них было еще теплым. У стены валялись тюфяки и спальные мешки, тут же стояли коробки с концентратной пищей. На полке выстроились в ряд пластиковые бутыли. Пламя камина заливало пол и стены колеблющимся багровым светом, от которого фигура комиссара отбрасывала длинную изломанную тень. На плоскую крышу башни вела лестница; комиссар собрался было подняться по ней, как вдруг услышал гул приближающегося флайера. Кто бы это мог быть? Трюфон? Дарт бросил взгляд на запястье и застонал от досады: радиопередатчик был раздавлен в лепешку во время удара об стену! Связь с Феллетом прервалась. Возможно, это был полицейский флайер. Феллет, обеспокоенный его молчанием, мог направить сюда летательный аппарат с отрядом своих людей... Но это могли быть и бандиты! Дарг взбежал по ступенькам. Не выходя на крышу, он осторожно выглянул из люка. В эту минуту флайер, надрывно скрежеща, опустился на абсолютно ровную плоскую площадку, автоматически выпустив четыре стойки с присосками на концах. Так и есть- Трюфон! Дарт спрыгнул с лестницы. Его взгляд заметался по залу, выискивая место, где бы можно спрятаться. Но зал был пуст. Он подскочил к вороху тюфяков, но, передумав, бросился к камину. На крыше послышались шаги гартигасца. Тяжело громыхали его магнитные подошвы. Дарт нырнул в огонь и зарылся в уголья. Пламя скрыло его от глаз бандита, зато самому комиссару сквозь огненные языки был отлично виден и зал и появившийся в нем Трюфон. Глава VII. Два бандита Гартигасец остановился посреди зала и вынул изо рта небольшой белый цилиндрик, с виду неотличимый от сигареты; с тлеющим огоньком на конце. - Ну что, Шшеа, - вдруг прогнусавил он, кривя в самодовольной усмешке свои черно-зеленые, усыпанные бородавками губы. - Теперь-то ты видишь, кто из нас сильнее? Сейчас я могу сделать с тобой все, что захочу! Ты такой маленький, беспомощный, тусклый, даже голосочка твоего не слышно... Дарт поначалу не понял, с кем он разговаривает. Трюфон держал сигарету перед собой и обращался как будто к ее огоньку... - Захочу - кину тебя на пол и затопчу башмаком! - провопил Трюфон и разразился громким гавкающим смехом. Тут с сознания комиссара словно спала пелена. Ну конечно, - огонек- это Шшеа, таинственный плазмоид, о котором проболтался Гибби! Так-вот кто бесчинствует на космодроме, сжигая один корабль за другим!.. Плазмоид, человек-огонь- это и фигура в темном плаще, замеченная часовым, и огненный луч, протянувшийся на сотни метров до боевого звездолета, и пламя, которое охватывало звездолет, вызывая пожар и разрушительной силы взрыв... Как бы в подтверждение его мыслей Трюфон прыснул на пол какой-то горючей жидкости и поднес к лужице "сигарету". Тотчас почти на трехметровую высоту взвилось пламя, принявшее облик долговязого длиннорукого человека. Плазмоид, пронзительно зашипев, выпрыгнул из круга, очерченного лужицей, и закружился по залу в неистовом танце, замахал развевающимися руками. Огненные ноги касались коробок, кресел и тюфяков, но ничто не вспыхивало... - Шшшш... Шшшш... - отдувался гуманоидный огонь. - Славно я повеселился сегодня! Пожарище было грандиозным! Я взвился в небо на целый километр и был великаном четверть часа, пока не подъехали пожарные! Страшным, свирепым великаном, и буйствовал, плясал и хохотал над этими дураками карриорцами, которые опять ничего не поняли!.. Ха-ха-ха-ха!.. Шшеа, носясь по залу, принимал самые разнообразные формы: то это был огненный вихрь, винтом кружащийся под потолком, то сверкающий шар, летающий вдоль стен, то распластывался на полу огненной медузой, которая вдруг взлетала и превращалась в пламенеющий цветок, вскоре становившийся похожим на тонкого, гибкого высокого человека с четырьмя заплетающимися ногами и множеством длинных рук-лучей. Один из этих лучей вытянулся и уперся в дальнюю стену. - Вот так я дотянулся до боевого линкора - по огненной струе, на глазах у опешившего охранника! - послышался его свистящий голос, и Дарт увидел, как у стены, куда бил луч, стало набухать, вырастая, пламя, в то время как там, где этот луч начинался, пламя уменьшалось. Человек-огонь перетекал по тонкой, как бластерный луч, струе из одного конца зала в другой. - И охота тебе подставлять себя, - проворчал Трюфон, усаживаясь в кресло у камина и протягивая к пламени свои толстые волосатые ноги. - На космодроме сто пятьдесят боевых кораблей, и если каждый мы будем уничтожать подобным дурацким способом, то, считай, наша миссия на Брельте провалилась. Нас обоих вычислят и зацапают. - Ничего, ничего, Трюфон. - возбужденно шипел Шшеа. - Это мой последний корабль. Должен же я повеселиться напоследок! - Мы повеселимся, когда унижточим весь флот одним ударом! - отозвался Трюфон. - Мина уже доставлена на Брельт. Операция "Сувенир" должна начаться с часу на час. - Как жаль, что скоро все кончится! - воскликнул гуманоидный огонь, прыгнув в соседнее с Трюфоном кресло и приняв человекоподобный облик. - Мне до чертиков понравилось уничтожать корабли! Я с удовольствием сжег бы еще пару-тройку... - А мне, думаешь, интересно каждый раз таскаться на космодром и вытаскивать тебя оттуда? - зеленое лицо Трюфона недовольно скривилось. - Мне надоело мозолить полипам глаза. Бьюсь об заклад, что если я еще раз подойду к ним с этой идиотской просьбой прикурить, то они повяжут меня и отведут в участок - выяснять личность... Представь, пустая твоя башка, что было бы с тобой, если бы меня не подпустили к пожару? Скажем, если бы у кого-нибудь из охранников нашлась бы зажигалка? - Им не положено иметь зажигалок! - Нет, ты представь, что мне дали прикурить от зажигалки, а потом вежливо попросили бы отваливать. А? Шшеа, превратившись в огненный шар, молчал. Подпрыгивая в кресле, он лучился и издавал невнятные шипящие звуки. - Вот то-то и оно! - торжествующе заключил Трюфон. - Тебя загасили бы насмерть, убили бы пеной, и ни единой тлеющей искорки не осталось бы на пепелище, чтобы оживить тебя! - Риск, разумеется, был...- нехотя согласился Шшеа, и тотчас добавил. - Зато удовольствия сколько! - Тебе бы только удовольствие получать, о других ты не думаешь, - проворчал Трюфон. - Ты никогда этого не поймешь! - говорящий шар вдруг раздулся, от него во все стороны протянулись извивающиеся огненные щупальцы,- Хрупким существам из мяса и костей не дано этого наслаждения - разметаться, найдя питательную среду, и жечь, тушить, бесноваться, выть и сыпать искрами до самых облаков! Нет упоительней минут для плазмоида, чем минуты веселого, буйного, страшного пожара!.. - Мы прибыли сюда не развлекаться, а выполнять ответственное задание Владык, - сварливо заметил Трюфон. - Считай, что задание уже выполнено! - просвистел Шшеа. - Мина находится на Брельте, осталось только извлечь ее из тайника! Наш лучший агент - коротышка Кликлик, извлечет ее и запустит механизм, а остальное мина сделает сама... Нам останется только лицезреть волнующий момент уничтожения всей этой чертовой эскадры, когда она провалится сквозь, землю!.. Ха-ха-хаха!.. Ха-ха-ха-ха!.. Трюфон хмуро взглянул на него. - Радоваться будешь, когда дело выгорит и мы благополучно уберемся отсюда. Он наклонился к своему бедру и вонзил пальцы в одну из гноящихся ран. Раздвинув в стороны почерневшее мясо, он извлек из раны жирного червяка, какие заводятся на трупах. Червяка гартигасец незамедлительно отправил себе в рот и громко зачавкал, зажмурившись от удовольствия. - Пища богов! - воскликнул он. - Единственное, что можно есть на этой дрянной планете! Дарта передергивало от отвращения, когда он наблюдал за ним. Трюфон питался червями, которые заводились в его собственных гниющих ранах, да и сами эти раны наверняка были нанесены специально, чтобы в их смердящих разрезах можно было выращивать питательных червей. Трюфон зашарил пальцами в другой ране, выудил из нее невероятно длинного упитанного червя и, как макаронину, всосал в рот. Затем он сомкнул края раны и вытянул другую ногу. - Жаль, что издох Гибби, - сказал он, чавкая. - Этот парень так ловко искал блох на моей щетине... - А я вообще не понимаю, для чего понадобилось устраивать этот дурацкий налет на Управление полиции! - сказал Шшеа.- Какой толк от плана боевых действий, которым мы завладели, когда от ихнего флота останутся одни обломки? - Как для чего? - отозвался Трюфон. - Для страховки, конечно. А вдруг операция "Сувенир" в последнюю минуту сорвется? Тогда похищенная нами кассета очень пригодится рассадурскому командованию... Не выходит у меня из головы тот странный полип, который словно с неба свалился на наш флайер, - добавил он, помолчав. - Прикончить его не удалось, а между тем все мои ребята погибли... Конечно, черт с ними, погибли и погибли, но полип видел мою рожу и наверняка донесет обо мне. Не нравится мне это. Надо быстрее заканчивать дело и убираться отсюда. Тем временем плазмоид, вновь приняв человекоподобную форму, начал сыпать в каминный огонь какой-то порошок. Пламя сделалась ярко-зеленым. Плазмоид приблизился к нему вплотную и принялся загребать его своими лучевидными щупальцами и лить на себя, удовлетворенно пыхтя. Постепенно его огненное тело приобретало такой же ярко-зеленый оттенок. - Эй, поменьше увлекайся выпивкой, приятель! - воскликнул Трюфон, извлекая из раны на бедре очередного червяка. - В прошлый раз ты так набрался зеленого пламени, что стал похож на нализавшуюся огненную свинью. Чуть меня не сжег с пьяных глаз... - Я отмечаю сегодняшний успех! - прошипел Шшеа. - И это ты называешь успехом? - Трюфон оскалился в усмешке. - Подумаешь, один какой-то кораблишко спалил. Вот если бы ты сжег за ночь весь флот, тогда бы я сказал: да, герой! - Флот уничтожит самонаводящаяся мина, - сказал Шшеа.- И тогда я напьюсь до одурения! За удачное проведение диверсионной операции меня наградят орденом Деки, я буду управлять планетами и жить в неслыханной роскоши!.. - Если уж кого из нас наградят, то это меня, - возразил Трюфон. - Всю основную работу сделал я. Я разработал план, я расставил агентов, я совершил налет на Управление космической полиции и завладел кассетой со сверхсекретным планом. А ты весь этот месяц проторчал здесь, на башне, пьянствовал да маялся дурью - таскался на космодром, чтобы сжечь какой-нибудь звездолет, как будто это могло что-то изменить! - Мои вылазки держат в страхе всю полицию Брельта! - самодовольно выпалил Шшеа. - И дают полипам прекрасную возможность выследить нас... Плазмоид начал швырять в камин другой порошок, от которого пламя сделалось фиолетовым. Шшеа с жадностью поглощал его, чуть не купался в нем, и сам становился фиолетовым. - Не забывай, Трюфон, кто из нас босс,- шипел Шшеа, бурно отдуваясь. - После смерти Зауггуга я единственный во всем этом звездном секторе, кто видел Владык Рассадура, и уже одно это дает мне право командовать... - Врешь! Владык Рассадура не видел никто, даже Зауггуг. Вс„ связанное с Владыками окружено глубочайшей тайной. Рассадурские армии состоят исключительно из наемников, вроде нас с тобой. Капитаны и адмиралы во флоте Рассадура - наемники, которыми Владыки командуют через Посредников. Никто не знает, где находится планета Владык, и вообще - существует ли она, эта планета?.. Не хвались, Шшеа. Ты такой же наемник, как и я, и максимум, на что ты можешь рассчитывать - это на повышение в звании. И то еще неизвество, как посмотрят Посредники на твои глупые выходки... - Уничтожение вражеских звездолетов ты называешь глупой выходкой? - Шшеа от возмущения взвился чуть ли не до потолка. - О твоих словах будет доложено в Имперскую Канцелярию! - А я донесу, что ты хвастался, будто видел Владык Рассадура! Вот это будет донос так донос! Живо очутишься в камере пыток! - Ах ты, мешок с гнильем, червеед, - струящаяся рука плазмоцда, снова принявшего человекоподобный облик, дотянулась до Трюфона и треснула его по затылку. Гартигасец с воплем вывалился из кресла. - Клевещешь на своего непосредственного начальника? - У меня есть только один непосредствеяный начальник - Его Милость Посредник 4-го класса господин Эрруабр, который в настоящее время находится на пяавете Гунг! - орал Трюфон. - Других непосредственных начальников я незнаю! - Нашим главарем в этом звездном секторе был Зауггуг! А после него руководить всеми рассадурскими агентами должен я!.. - шипел Шшеа. - С чего ты вэяи? - Зауггут сказал?
в начало наверх
- Когда? Кому? - Мне говорил! И этого с тебя, грязный червеед, должно быть довопьио! Я тут главный! - Ты пьян и мелешь чепуху! - Чепуху? Вот тебе, получай! Разъяренный Шшеа начал молотить огненными руками и катать по полу визжащего Трюфона. Из кармана гартигасца что-то со звоном вывалилось. - Стой! - заверещал Трюфон. - Стой! Скрижаль Имперской Канцелярии! Шшеа замер. Дарт в камине приподнялся и вытянул голову, пытаясь рассмотреть упавший предмет. Гартигасец, охая и потирая ушибленные бока, подполз к тонкой маленькой квадратной пластинке, переливавшейся всеми цветами радуги. Свет, казалось, исходил из самой пластинки, и когда Трюфон положил ее себе на ладонь, заскорузлые пальцы бандита осветились радужными переливами. - Скрижаль Имперской Канцелярии... - благоговейно повторил Трюфон, держа пластинку на ладони. - Подумать страшно, что было бы, если бы я потерял ее из-за тебя, безмозглой головешки... Вся операция, подготовленная с такой тщательностью, сразу сорвалась бы... - Пластинка с самого Рассадура... - прошептал Шшеа, большим огненным тюльпаном покачиваясь перед Трюфоном. - Заметь, что доверили ее мне, а не тебе, огненной пустышке, по которой давно плачет огнетушитель... От пламенеющего цветка стремительно вытянулся отросток и треснул Трюфона по затылку. - Сколько раз я приказывал не произносить при мне этого слова! - взвизгнул плазмоид. - Ог-не-ту-ши-тель! - гримасничая, назло ему повторил Трюфон. - Ты меня выведешь из себя! - Шшеа клубком обвился вокруг гартигасца. - Дождешься, что я сожру тебя вместе с твоими червивыми потрохами и вытряхну твой пепел из окон!.. - Ладно, ладно, повздорили и будет,- испуганно пробормотал Трюфон, подползая к креслу. Шшеа отлепился от него и прошел по залу огненным колесом. - Все же не следовало тебе так набираться сегодня, - добавил гартигасец, - операция "Сувенир" может начаться в любой момент... Кликлик, должно быть, уже отправился включать мину... - Жди сигнала, Трюфон!- отозвался Шйеа.- Кликлик должен дать сигнал! Гартигасец со вздохом облегчения развалился в кресле, снова вытащил из кармана радужную пластинку. - Эта штуковина должна быть сброшена в центр брельтского космодрома...- пробормотал он задумчиво. - С этим я, пожалуй, справлюсь легко. Во флайере я поднимусь в космос и, пролетая над космодромом, выстрелю ею... Пластинка упадет на поле космодрома и останется лежать, а в это время самонаводящаяся мина будет прогрызаться к ней под землей, как крот, пока не соединится с ней... - И в тот момент, когда мина соединится со Скрижалью, произойдет ужасающей силы взрыв, сопровождаемый землетрясением! - возбужденно подхватил плазмоид.- От боевого флота Конфедерации не останется ничего! Ха-ха-ха-ха!.. По такому случаю надо еще принять фиолетового огоньку... И он вновь швырнул в утробу камина пригоршню порошка. Пламя разгорелось, фиолетовые языки вырвались из камина и взметнулись чуть ли не до потолка. Трюфон вертел пластинку так и этак. Его маленькие глазки беспокойно бегали. - А не может ли случиться так, что где-то на Брельте есть еще одна такая пластинка, только, может, малость покрупнее этой?.. - пробормотал он. - Ведь это значит... Это значит, что мина неминуемо собьется с курса! Она двинется не к космодрому, а куда-то в другое место - туда, где находится эта вторая пластинка, и взрыв произойдет не там, где мы ожидаем... - О чем ты болтаешь? - Шшеа лучистыми щупальцами загребал фиолетовое пламя. - Ах, как хорошо! Я чувствую себя легким, как ветер. Хочется носиться и прыгать... С каким удовольствием я спалил бы сейчас пару-тройку звездолетов!.. - Хотя, - продолжал размышлять Трюфон, - откуда на Брельте может взяться вторая Скрижаль? Это абсолютно невозможно... - Скажи прямо, что ты трусишь, Трюфон! - плазмоиз расхохотался. - Сидел бы лучше на своем паршивом Гартигасе и жрал трупных червей... Не успел он договорить, как в верхнем углу приборной панели ослепительно вспыхнула голубая искра и прозвучал гудок зуммера. - Сигнал! - воскликнул Трюфон, выскакивая из кресла. - Нам сигнализирует кликлик! Это значит, что он уже возле музея и мина будет запущена в ближейшие минуты... "Музея...- пронеслось в мозгу Дарта.- Сообщник Трюфона, некий кликлик, находится возле музея... Мина будет запущена в ближайшие минуты... Не значит ли это, что... Ну конечно! Чучело, присланное неведомым брельтским охотником,- это замаскированный футляр, содержащий в себе мину!.." Трюфон торжествующе поднял пластинку над головой. - Вот она - наживка для мины! Кибернетический крот почует ее за десятки километров и двинется к ней, но наживка уже будет на космодроме! Итак, я лечу! Через тридцать минут я сброшу ее на летное поле!.. Не успел он засунуть ее в карман, как получил сильнейший удар по руке. Это Дарт, выскочивший из камина, дотянулся до него, и ошеломленный бандит выпустил Скрижаль из рук. Разбрызгивая радужные искры, она покатилась по полу. Дарт ринулся за ней, схватил и сжал в кулаке. - Это тот самый полип, клянусь! - выпучив на него глаза, завопил Трюфон. - Шшеа, не дай ему уйти! Плазмоид набросился на комиссара, но для Дарта сумасшедшая температура внутри человека-огня ровно ничего не значила. Шшеа был бессилен что-либо сделать с иим. Прикосновение огненного тела доставляло комиссару не больше неудобств, чем дыхание легкого ветерка. Дарг рассмеялся. - Нет, Трюфон, ничего у вас не выйдет! - крикнул он и бросился к лестнице, ведущей на крышу. Гартигасец ринулся ему наперерез. Он настиг Дарта, когда тот уже вышел на площадку, где стоял флайер, и вцепился ему в ноги. Дарг упал. Они оба покатились по площадке, нанося друг другу удары. Чтобы удобнее было драться, Дарт взял пластинку в рот. Трюфон, вопя от боли, тем не менее комиссара не отпускал. Когтистые пальцы гартигасца намертво впились в воги Дарта. - Не уйдешь... полип... - хрипел он. - Я доберусь до тебя... Убедившись, что из объятий Трюфона вырваться не так-то просто, Дарт изменил тактику. Осыпая гартигасца ударами, он начал постепенно подползать к краю площадки, лишенной какого бы то ни было ограждения. Падение со стометровой высоты Дарту ничем не грозило, зато Трюфон мог взбиться насмерть. Шшеа бестолково крутился возле дерущихся. Помощи Трюфону оказать он не мог, лишь изрыгал по адресу комиссара проклятия и ругательства. До края площадки оставалось уже несколько метров, как вдруг Трюфон завопил: - Пьяная головешка! Забыл о Карре? Шшеа, в эти минуты похожий на огненного спрута, всплеснул щупальцами и ринулся вниз по лестнице в зал. Домчавшись до стены, он прикосновением к секретной кнопке распахнул потайную дверь, за которой стоял круглоголовый кибер, двойник того, с которым Дарт встретился несколько часов назад на винтовой лестнице. - Карр, здесь чужой, - прошипел Шшеа. - Убей его! Убей или пригвозди к полу! Круглая голова кибера повернулась налево, направо, все десять глаз замигали. Чувствительные инфраволны заструились из его тела в разных направлениях; считанные доли секунды понадобились ему, чтобы засечь присутствие Дарта. Гулко топая металлическими подошвами, кибер бросился по лестнице на крышу. Между тем дерущиеся, яростно хрипя и стискивая друг друга в объятиях, приблизились к самому краю. Зверообразное лицо Трюфона посерело от страха, глаза выпучились, он задыхался, сплевывая кровь, и уже не пытался отвечать на удары - все его силы уходили только на то, чтобы удерживать комиссара, не дать ему вырваться. Но Дарт, не чувствовавший усталости, упрямо полз к пропасти. До нее оставался метр, полметра, голова полицейского уже зависла над обрывом, когда на крыше появился Карр. В несколько больших прыжков он добрался до дерущихся и из его ладоней выдвинулись два длинных стальных лезвия, проткнувшие Дарта насквозь. Комиссар застыл на краю пропасти. Трюфон шумно перевел дыхание. С полминуты он пребывал в неподвижности, стараясь сохранять равновесие, потом, цепляясь за своего противника, отполз от края крыши. Бандит утирал рукой кровь, сочившуюся из рассеченных губ и бровей, поминутно сплевывал и осыпал комиссара самыми отборными гартигасскими ругательствами. Дарт следил за ним в бессильной ярости. Вмешательство кибера повергло его в отчаяние. Он попытался вырваться, но вскоре убедился, что насажен на стальные ножи, как на вертел, и может только молотить по киберу кулаками и ногами, не нанося тому никакого ущерба. Вот когда ему пригодились бы бластер или ручной автомат! Но все его оружие было выведено из строя во время встречи с первым кибером... - Твоя игра проиграна, неубиваемый полип, - прохрипел гартигасец, приближаясь к нему. - Лучше отдай Скрижаль по-хорошему. У нас мало времени. - Он наклонился над Дартом. - Ну долго я буду ждать, пока ты разинешь пасть? - Он выпрыгнул из камина, - прошипел Шшеа. - Может, он тоже плазмоид? - Ты рехнулся! - откликнулся Трюфон. - Какой это плазмоид? Ручаюсь, что это даже не человек. Скорее всего, это кибер какой-то новейшей модификации, сделанный из эластичного огнеупорного материала... - Значит, нас накрыли и с минуты на минуту надо ожидать полипов! - сделал вывод Шшеа. - Без паники! - огрызнулся Трюфон. - Пока еще мы хозяева положения. Операция "Сувенир" продолжается... Так откроешь же ты пасть, черт тебя подери? - взревел Трюфон, обращаясь к Дарту. - Ты, проклятая кибернетическая кукла! Дарт безмолвствовал. Гартигасец наклонился к нему и всунул стальное лезвие ножа между его зубов. Комиссар напряг все силы, стараясь не дать ножу разжать челюсти. Он попытался даже проглотить пластинку, но это ему не удалось. После встречи с А-уа он утратил способность есть и пить. Теперь он, пожалуй, впервые за эти месяцы по-настоящему пожалел об этом... Придавив коленом руку Дарта, Трюфон разомкнул ножом его челюсти и, запустив пальцы комиссару в горло, извлек драгоценную пластинку. - Вот она! - воскликнул он. - А теперь - на космодром! Скрижаль должна лежать там, среди кораблей! Он бросился к флайеру. Шшеа метнулся за ним. - А ты куда? - взвизгнул Трюфон. - Ты смоешься, я знаю, - прохрипел Шшеа. - Наше убежище на башне известно полипам, они сейчас явятся сюда! Сматываться, так вместе! - Еще неизвестно, явятся сюда полипы или нет, - возразил Трюфон. - Может быть, они только взяли нас под наблюдение! Так что сиди здесь. Кто-то же должен поддерживать радиосвязь с Кликликом. В случае чего спрячешься в камине, превратившись в огонь. - А если камин зальют из огнетушителей? - Черт побери, я рискую не меньше тебя! Флайер могут подбить при подлете к космодрому и тогда конец всей операции. Сиди здесь и дожидайся моего сигнала. Если сигнала не будет - все равно жди. Если я не вернусь, то это уже произойдет не по моей вине. Тогда сообщать на Гунг об успехе или провале операции "Сувенир" придется тебе...- Трюфон говорил это, взбираясь в кабину флайера.- Когда свяжешься по субпространственной связи с господином Посредником, не забудь передать ему от меня привет!.. Рев мотора заглушил его последние слова. Флайер с Трюфоном взмыл ввысь и, сделав над башней круг, унесся вверх и пропал в черноте звездного неба. Комиссар, прижатый к полу стальными лезвиями Карра, испустил бессильный стон, провожая флайер глазами. Феллет поймал летательный аппарат в окуляры бинокля. Ему оставалось только гадать, кто находится во флайере- Трюфон или комиссар, а может, оба вместе. Передатчик комиссара по-прежнему не отзывался на позывные. Майор связался по рации с наблюдательным постом, находившимся в двух километрах от башни. - Запросите экипаж флайера о его маршруте, - приказал он. - Флайер молчит, - ответили ему через минуту. - Немедленно поставьте в известность ближайшую радиолокационную станцию. - Слушаюсь, майор. Феллет, не снимая наушников, перевел окуляры бинокля на верхушку башни. В узких окнах бандитского логова по-прежнему был виден свет. Только теперь зоркий глаз Федяета уловил некоторое изменение его оттенка. У света, пробивающегося из окон, появился какой-то фиолетовый отлив... "Почему не отзывается Дарт? - в который раз спрашивал себя Феллет. - Неужели он угодил в ловушку?"
в начало наверх
Молчание радиопередатчика говорило в пользу такого предположения... - Майор, - раздался голос в наушниках. - Станция сообщает, что флайер на максимальной скорости идет к Большому космодрому. Помедлив с минуту, Феллет наклонился к микрофону: - Передайте приказ службе слежения. Флайер сбить. Мы не имеем права рисковать кораблями союзного флота. И вот еще что: пусть зафиксируют место, куда упадут обломки. Возможно, на флайере находится комиссар Дарт... Глава VIII. Операция "Сувенир" Трюфон рванул штурвал на себя. Выругался сквозь зубы и вскинул руку к кнопкам автоматической защиты: наперерез флайеру неслись два боевых летательных аппарата. От днища одного из них отделилась серебристостальная самонаводящаяся ракета и, набирая скорость, помчалась к его машине. Электронная система слежения, которой был снабжен бандитский флайер, сработала мгновенно: автопилот послал навстречу ракете антиракету. Затем еще несколько антиракет устремилось на перехват крылатых снарядов, пущенных по флайеру. Бандит резко бросил машину вниз. Этот маневр позволил ему на какое-то время отдалиться от преследователей. Но у них оказалось преимущество в высоте. Теперь они могли свободно расстреливать его... Однако выстрелов по бандитскому флайеру не последовало. Трюфон стремительно снижался и уже через минуту летел над крышами брельтского города, едва не задевая шпили и флюгера. Первоначальный маршрут пришлось менять на ходу: увидев, что его преследуют и даже собираются сбить, Трюфон отказался от мысли достичь космодрома из космоса. Теперь его тактика была иной: он шел низко над городами Брепьта, растянувшимися цепью; едва кончались предместья одного города, как начинались предместья другого. Трюфон летел над аккуратными островерхими особняками. Полицейские турболеты выжидали, когда бандит выйдет на пустынную местность. До тех пор, пока внизу жилые дома, Трюфон мог не беспокоиться: стрелять по нему не будут. Неторопливый полет над городами продолжался минут сорок. Флайер приближался к космодрому. Последним городом на пути к цели был Гарсель. Но вот и Гарсель остался позади. Чтобы достичь космодрома, надо было пересечь довольно обширное пустынное плоскогорье, и уж тут - Трюфон это прекрасно понимал! - с ним обойдутся без церемоний. Он резко надавил на педаль скорости. Полицейские аппараты рванули следом. Целый сноп ракет устремился к флайеру. Антиракету Трюфона оставалось мало, ясно, что они не смогут перехватить и уничтожить все летящие на него ракеты. Бандит, взяв драгоценную пластинку в рот, выбрался из кресла и, забившись в аварийный люк, всунул руки в лямки гравитационного буксира. Нажатие кнопки- и Трюфона буквально вышибло из флайера. Закувыркавшись в воздухе, он успел включить буксир - рычаги управления буксиром располагались как раз возле его перехваченных лямками рук. Буксир представлял из себя небольшую, всего полметра длиной, коническую ракету, позволявшую передвигаться в атмосфере или в безвоздушном пространстве. Трюфон мог направить буксир в ту или иную сторону, и его тянуло за ним, подобно тому, как водолаза под водой тянет баллон, снабженный мотором. Но, в отличие от водолаза, летун на буксире мог развивать несравненно большие скорости. Удалившись от флайера на несколько десятков метров, Трюфон услышал позади себя оглушительный взрыв: это одна из самонаводящихся ракет попала во флайер и превратила его в груду обломков. Трюфон резко увеличил скорость гравибуксира. Несколько минут все в нем замирало от страха: заметили или нет? Но полицейские турболеты находились слишком высоко, и Трюфон, снизившись и летя почти над самой землей, оказался вне поля их видимости. Ветер свистел в ушах бандита, разрывал на нем одежду. Всетаки полет на гравибуксире, тем более на сумасшедшей скорости - вещь не из приятных. В первые же минуты полета с Трюфона сорвало сапоги; еще через несколько минут он лишился штанов. Но гартигасец не обращал внимание на подобные мелочи. Впереди замаячили звездолеты. Их было много - целый лес боевых кораблей возвышался за невысокой оградой, освещенной прожекторами и снабженной полупрозрачной изолирующей сетью, которая задерживает материальные тела. Чтобы преодолеть эту преграду, Трюфону пришлось подняться чуть ли не на километр. На высоте напряжение изолирующего поля ослабло, и Трюфон оказался над космодромом. Темными грозными башнями высились боевые звездолеты Конфидерации, готовые в любую минуту сорваться с места и унестись на субсветовой скорости к далекому созвездию Деки. Сознание гартигасца, как и всех обитателей планет, попавших под власть Рассадура, было затуманено зловещей силой Владык. Сейчас Трюфон знал только одно: он должен служить им, покорно и ревностно исполнять их приказы, ибо от этого зависела его жизнь. Каким образом такая установка вошла в него, ему было неведомо, да он и не задумывался над этим. Свое рабство у неведомых Владык Рассадура и их Посредников он воспринимал как данность, как естественный порядок вещей. Также воспринимали это и Шшеа, и погибший Зауггут, и тысячи, сотни тысяч гуманоидов, превращенные безжалостными Владыками в убийц, насильников и грабителей. Сориентировавшись, Трюфон определил, что находится над центром космодрома. И тут он выплюнул Скрижаль, которая полетела куда-то в темноту и, легкая и погасшая, опустилась на бетонном поле между кораблями. Трюфон злобно расхохотался. - Теперь дело за кликликом, - пробормотал он. - Если этот малявка запустит мину - а уж он-то ее запустит, будьте покойны! - то через несколько часов космодром превратится в клокочущее месиво, в котором не останется ни одного целого звездолета! И, дико хохоча, он развернул буксир и полетел прочь. В те минуты, когда Трюфон вылетал с башни, у запертых дверей гарсельского Астрозоологического музея появилась странная фигура. Это была чрезвычайно высокая старуха с выпученными глазами, опиравшаяся на палку. На плече у нее сидело какое-то экзотическое существо, которому место было скорее в вольере космического зоопарка. Внешне зверек напоминал паука, размером же был не больше крысы. Лапы и круглое тельце его были покрыты перламутровой-шерстью, бусины глаз торчали на концах четырех небольших рожек. Зверек, несколькими лапами вцепившись в плечо старухи, другими беспрерывно почесывал свое брюшко. Старуха громко заколотила в дверь. В Гарселе была глубокая ночь, город спал, огни на улицах были притушены, за окнами музея царил мрак. Наконец в ответ на нетерпеливый стук поплыл по стеклам дрожащий свет от фонарика ночного сторожа. Слышно было, как за дверью завозились с запором. Массивная створка приоткрылась и высунулась лысая голова служителя. Он посветил фонариком на старуху и, жмурясь спросонья, пробормотал: - Госпожа что-нибудь зарыла? В ответ он получил сокрушительный удар палкой по лысине. Служитель рухнул замертво. Старуха перешагнула через труп и устремилась в вестибюль, а оттуда - на широкую лестницу. Остановить незваную гостью было некому. Она мчалась по просторным сумеречным залам, а на плече у нее взвизгивал и подскакивал мохнатый зверек. Встречая на пути запертую дверь, старуха, как танк, таранила ее на полной скорости и дверь разлеталась в щепки. Натыкаясь на витрину, пришелица не искала обходных путей, а рушила ее своей отлитой из чугуна палкой, и сквозь обломки устремлялась дальше, в следующие залы. Сонная тишина музея взорвалась грохотом и гулом тяжелых шагов. Старуха мчалась как ураган, потрясая палкой; зверек, переместившийся на ее голову, громко визжал и подпрыгивал, взмахивая лапками. В залах то здесь, то там зажигался свет. Сработала система охранной сигнализации, завыла сирена, зазвучали встревоженные голоса ночных сторожей, сбегавшихся на шум. Старуха ворвалась в последний зал, временно закрытый для посетителей, где днем шли работы по смене экспозиции. В зале была выставлена коллекция чучел, присланная в подарок музею неведомым благотворителем. Тут зверек словно взбесился. Он истошно заверещал, высоко подпрыгнул и щупальцами уцепился за подвешенное к потолку чучело огнеглазого дракона. Старуха между тем продолжала крушить витрины. Звенели разбиваемые стекла, с шумом падали полки с прозрачными сосудами, в которых были заспиртованы чудовищные твари, валились древние скелеты, столбом взвивалась пыль. Зверек, ловко перебирая лапами, переместился по брюху дракона и, раскачавшись, перепрыгнул на люстру. С нее он перескочил на соседнюю. В том же направлении устремилась и старуха. Один из сторожей выстрелил в нее из парализующего пистолета. В музее строжайше запрещалось пользоваться автоматическим или лучевым оружием. Все вооружение сторожей составляли лишь парализующие пистолеты, которые могли сделать какого-нибудь разбуянившегося посетителя неподвижным всего на несколько минут. Выстрела старуха даже не почувствовала. Пробегая мимо несчастного охранника, она одним ударом палки выбила у него из рук пистолет, а другим - размозжила череп. Видя это, второй охранник поспешил убраться за дверь. Зверек, вереща, спрыгнул с люстры на стеклянный шкаф, в котором помещалось чучело астрогимпиоса. Тотчас к шкафу метнулась старуха. Сторожа и глазом не успели моргнуть, как прочное стекло было разбито вдребезги. Старуха, перехватив палку, которая на конце была заточена, как кинжальное лезвие, стремительно вспорола тушу астрогимпиоса сверху донизу. И тут произошло то, отчего несколько вбежавших в зал сторожей застыли в изумлении. Из внутренностей мерзкой твари вывалился массивный тупоносый аппарат с десятью когтистыми лапами по бокам, внешне похожий на черепаху. В длину аппарат достигал двух метров, толщиной был около метра; впереди вместо морды у него был странный экран, как будто опутанный мелкой сеткой. Тут зверек, оттолкнувшись от крыши шкафа, совершил длинный прыжок и упал точно на аппарат. Его лапы заметались по каким-то кнопкам в задней части аппарата, и вдруг нелепая металлическая черепаха вздрогнула. Тусклым красноватым огнем зажегся экран. Замигали какие-то лампы на ее корпусе... Зверек с визгом отскочил. "Черепаха" развернулась и приподняла тупоносую переднюю часть. Она словно принюхивалась к чему-то. Затем, видимо, "взяла след"; вновь опустила морду и двинулась к стене. Сторожа в панике кинулись прочь, давая ей дорогу. "Черепаха" шла по прямой, уничтожая все, что попадалось ей на пути. Экран обладал свойством аннигилировать вещество в десяти сантиметрах от себя, и все, что оказывалось перед "черепахой", мгновенно превращалось в молекулы. Распахнутые двери были в полуметре от линии ее движения, но "черепаха", раз и навсегда избрав направление, не свернула ни на миллиметр. Она ринулась к стене, в которой немедленно появилось круглое отверстие. Чудовищный аппарат устремился в него. Зверек прыгнул на плечо старухи и та рванулась в дверь следом за "черепахой". В эти минуты к музею подъезжали патрульные полицейские машины, вызванные по рации сторожами. Одна из них въехала на зеленую лужайку перед боковым выходом из здания, из нее выскочило четверо блюстителей порядка, вооруженных автоматическим оружием и огнеметами. В изумлении они остановились в двух десятках метрах от стены музея: сбоку от двери внезапно возникло круглое отверстие, из которого сначала высунулся экран металлической "черепахи", а затем и весь кибернетический монстр. "Черепаха" двигалась вперед, не обращая ни малейшего внимания на полицейских. Один из них догадался пальнуть по ней из бластера, но огненный луч отразился от огнеупорного корпуса, не причинив киберу вреда. Кустарник, который оказался на пути "черепахи", исчез, испарился в воздухе. - Ты видел? - полицейский толкнул локтем напарника. - Похоже, на е„ носу установлен мощный аннигилятор! - Да, а иначе как объяснить, что земля исчезает перед ней?.. Эта кибернетическая тварь - грозное оружие, нам с нашими огнеметами, пожалуй, туг нечего делать... - Надо срочно вызвать бригаду спецроботов с антианнигиляционными приборами! - воскликнул третий полицейский. - Эта штука может наделать беды! Но кибер не сделал попытки напасть на полицейских, не двинулся он и в сторону жилых домов. Вместо этого он вонзился в землю, войдя в нее, как нож в масло. Земля затряслась в радиусе сотни метров от того места, куда врылась таинственная "черепаха"; еще целую минуту раздавался гул, удаляющийся под землю. Наконец гул стих и трясение земли прекратилось. Полицейские подбежали к яме, оставленной странным существом. Монстр в буквальном смысле провалился сквозь землю, породив в душах людей тревогу и страх. Из замешательства их вывели гулкие шаги старухи, которая со зверьком на плече показалась в дверях музея. - Вот она! - крикнул полицейский. - Стой! - закричал он старухе. - Стой! Буду стрелять! Но старуха, не слушая его, быстрым шагом направлялась к невысокой музейной ограде. Ее настиг бласт„рный луч; одновременно прозвучала очередь из автомата. Старуха пошатнулась, шаг ее замедлился. Зверек с пронзительным
в начало наверх
писком скатился с ее плеча, юркнул в кусты и исчез. Полицейские позволили ему уйти, все их внимание было занято старухой. Получив несколько пуль, она продолжала идти, но походка ее сделалась какой-то вихляющей, автоматической, как у испорченной заводной куклы. - Это кибер! Определенно кибер! - крикнул один из полицейских. Они открыли по уходящей старухе стрельбу из всего имевшегося в их распоряжении оружия, и страшное существо, так и не дойдя до ограды, упало в траву, продолжая автоматически передвигать ноги. Из ее прожженной спины повалил черный дым. Внезапно полицейские увидели, как многоногий зверек снова вернулся к ней. Он подскочил к ее безжизненно откинутой голове, от прикосновения его мохнатой лапки в старушечьем черепе что-то звонко щелкнуло и череп раскрылся, как две створки ореха. Зверек что-то быстро вытащил из черепной коробки кибера. Бежавшие к старухе полицейские остановились, вскинули бластеры; заметались лучи, опаляя траву; но времени прицелиться не было: зверек, держа в лапах какой-то предмет, запрыгал, уворачиваясь от лучей, и спустя несколько секунд растворился во мраке буйной поросли у ограды. Блюстители порядка подбежали к распластанной старухе. Теперь, когда от бластерного огня на ней сгорели одежда и верхний покров, имитировавший кожу, в облике ночной посетительницы музея не было уже ничего человеческого. Кибернетические внутренности сплавились; при свете звезд поблескивал голый металлический остов. Неожиданно из кустов, где исчез зверек, послышалось резкое шипение, похожее на звук взлетающего фейерверочного огня. Полицейские успели заметить, как из зарослей стремительно взмыл к небу огонек, спустя считанные секунды затерявшийся среди звезд. За огоньком, как маленький шлейф, неслась черная тень... Излишне говорить, что прибывшая к месту происшествия землеройная машина так ни до чего и не докопалась, хотя вырыла по следу "черепахи" внушительной длины туннель. Глава IX. Неожиданная развязка. Плазмоид вызвал на крышу башни еще одного кибера - двойника Карра. Оба кибера связали Дарта по рукам и ногам, после чего отнесли в зал и здесь по приказу Шшеа подвесили вниз головой на крюк, торчавший в потолке. Затем киберы вернулись в свои потайные шкафы, а Шшеа, высыпав изрядную порцию фиолетового порошка в пламя камина, впрыгнул туда весь и удовлетворенно зашипел, впитывая в себя опьяняющую цветную плазму. На какое-то время в зале установилась тишина. Дарт, сделав несколько безуспешных попыток избавиться от пут, затих. Вспоминая разговор двух бандитов, он выстроил в уме логическую цепь, в которой нашли свое место и упоминания о неведомом "кликлике", и о музее, и о мине, и о Скрижали Имперской Канцелярии; операция "Сувенир" представилась ему почти во всех своих основных звеньях. Итак, размышлял Дарт, мина доставлена на Брельт в чучеле одного из экзотических животных, помещенных в гарсельский музей. Скорее всего, это чучело астрогимпиоса. Агент, которого называют Кликликом, должен извлечь ее оттуда и "включить". Вероятно, к настоящему времени он уже сделал это. Кибернетическая мина в дальнейшем работает на автономном режиме, самостоятельно передвигаясь по поверхности Брельта или - если принять во внимание обмолвку Трюфона - прорываясь, как крот, под землей... При этом мина ориентирована на маленькую радужную пластинку, которую бандиты почтительно именуют "Скрижалью Имперской Канцелярии". Видимо, как бы далеко ни находилась пластинка, мина должна учуять ее, определить ее местонахождение и, прорываясь сквозь все препятствия, двигаться прямо к ней. Успех операции зависел от того, удастся ли Трюфону доставить пластинку на космодром. Неужели, думал Дарт, Феллет промедлит и даст бандиту пролететь над союзной эскадрой?.. Кулаки комиссара непроизвольно сжались, он застонал в бессильной ярости, задергался в своих путах. Если Скрижаль окажется на космодроме, то флот погиб. Мина несет в себе небывалый заряд разрушительной энергии. Когда она соединится со Скрижалью, произойдет взрыв и землетрясение такой силы, что все звездолеты будут уничтожены. И самое обидное, самое горькое - это то, что он, Дарт, связан и беспомощно висит здесь, на крюке, и ничего не может сделать... Но окажись он сейчас в лагере Федлета, смог бы он как-нибудь воспрепятствовать сатанинскому замыслу? Хотя может случиться и так, что Кликлику не удалось включить мину и его обезвредила музейная охрана, а флайер Трюфона подбили далеко на подлете к космодрому... Может быть так, но может быть и иначе! Комиссар дергался всем телом и проклинал рассадурских киберов и веревки, которыми был связан. Время шло, и ни полицейские, ни Трюфон не показывались на башне. Наконец за узкими окнами послышалось приглушенное гудение. Дарт насторожился. На полицейский флайер это непохоже... В зал через окно влетел Трюфон, привязанный к гравибуксиру. Руки гартигасца, державшиеся за рычаги, затекли и плохо слушались своего обладателя; Трюфон не успел в нужный момент отжать скорость, и буксир, а вместе с ним и бандит, врезался в стену. Из камина вылез темно-фиолетовый, сильно захмелевший плазмоид. Некоторое время огненный сгусток перекатывался по полу, погом на нем образовался отросток, который, удлиннясь, извивающимся щупальцем потянулся к гартигасцу и шлепнул его. Трюфон, застонав, поднялся на ноги. После удара об стену все плыло перед его глазами, пол качался. Гартигасец высвободил руки из переплетения ремней буксира и встал, широко расставив ноги. - Ну, что?- спросил Шшеа.- Удалось обделать дело? - Флайер разнесли к чертовой матери проклятые полипы,- Трюфон нетвердыми шагами двинулся к креслу.- Пришлось лететь на буксире... Путешествие было не из приятных... - Он свалился в кресло и облегченно вздохнул, вытянув ноги. - Я чуть не окачурился под открытым космосом, хотя мы, гартигасцы, можем переносить сверхнизкие температуры... - Говори прямо. Ты доставил Скрижаль на космодром? - Угу. Там она... - Отлично! - Шшеа взвился чуть ли не до потолка. - Теперь дело за Кликликом. - Кликлик никогда не подведет! - раздался звонкий писк, и Дарт, повернув голову, увидел, как из окна в зал влетело маленькое мохнатое существо с множеством лапок, которыми оно держалось за такой же маленький гравибуксир. - Мина запущена! - продолжал торжествующе верещать уродец, летая вокруг связанного Дарта. - Она пошла на соединение со Скрижалью, а это значит, что через несколько часов мы будем любоваться самым захватывающим зрелищем во Вселенной! - Отлично, отлично, - плазмоид, как безумный, носился по залу, - нам всем обеспечена награда, и прежде всего - мне! - Что это за тип болтается тут на веревках? - опускаясь на пол, осведомился гуманоид с планеты Кликль. - Среди наших я, вроде, такого не видел... - Мы сами еще не до конца разобрались с ним, - отозвался Трюфон. - Судя по всему, это какой-то усовершенствованный суперсовременный полуразумный кибер. Дьявольски живуч, между прочим. Представь, мы так и не смогли его прикончить. - Не сомневаюсь, что это - секретное оружие Конфедерации! - завопил Шшеа, носясь вокруг Дарта. - Мы доставим его на Гунг и удостоимся за это особого вознаграждения! - Кибернетический полип? - злобно пискнул Кликлик. Он высоко подпрыгнул и в прыжке ударил комиссара своим круглым животиком - тугим, как боксерская перчатка. - На, получай! И еще! и еще!.. Дарт не обращал внимание на удары, хотя они были довольно увесистыми. Издевательства и оскорбления бандитов были ничто по сравнению с чувством уязвленного самолюбия, которым терзался пленник. Как он мог так глупо попасться! Слишком поздно он кинулся на Трюфона, надо было сделать это раньше, во время потасовки гартигасца с плазмоидом, когда Скрижаль выпала из кармана зеленолицего бандита... Тогда у Дарта был шанс завладеть драгоценной пластинкой и, увернувшись от лап Трюфона, выбежать на крышу башни. А уж оттуда бы он кинулся прямо вниз, на скалы, не рискуя разбиться, и бандиты никогда бы не нашли его в жутких черных ущельях, среди нависающих глыб и узких расщелин! Дарт завладел бы их сатанинской Скрижалью, без которой операция "Сувенир" провалилась бы... - Смотри на экран, полип! - шипел огненный сгусток, вытягиваясь изгибающимся столбом и вырастая до потолка. - Смотри на экран! Комиссар бросил угрюмый взгляд на приборную панель с огромным экраном, стоявшую у противоположной от камина стены. - Видишь цифры! - вопил плазмоид. - Они показывают расстояние, которое отделяет мину от Скрижали! Нейтронное излучение, исходящее от мины, улавливается чувствительным датчиком, вмонтированным в панель, и компьютер тут же выдает расстояние до объекта с точностью до метра. Видишь, как мелькают цифры? "Черепашка" роет туннель со скоростью курьерского экспресса! Ха-ха-ха-ха!..- Плазмоид, разбрызгивая искры, закувыркался в воздухе.- Ха-ха-ха-ха!.. Ха-ха-ха-ха!.. Смотри, полип, всего-то ей осталось проползти сто восемьдесят километров.! Она пророет их за пару часов! Ха-ха-ха-ха!.. Тем временем в башню через окна и люк в потолке влетали сообщники Шшеа и Трюфона, которым, видимо, было известно об операции "Сувенир". Это были гуманоидные существа самых разнообразных видов. На Карриоре и Брельте они выдавали себя за иммигрантов, беженцев или туристов с других миров, а на самом деле занимались шпионажем в пользу Рассадура. Операция по уничтожению союзной эскадры близилась к завершению, и все они желали собственными глазами увидеть взрыв и землетрясение, которое покажет им экран. Нынешняя ночь обещала стать для них ночью великого торжества. Лишь немногие из прибывающих "работали" на Брельте; большинство агентов специально прилетело с Карриора. На башню они слетались, держась за рукоятки гравибуксиров. Влетая в зал, они опускались на пол, где их шумно приветствовали Трюфон, Кликлик и Шшеа. Плазмоид считал своим долгом каждого из них со злорадным хохотом представить Дарту. - Вот это, полип, агент 41-В, - говорил он, подводя к комиссару большого гориллообразного гуманоида со звериной волосатой мордой и длинными ручищами. - Только в этом году кокнул восьмерых полипов, вроде тебя! Ха-ха-ха-ха!.. Рожа агента перекосилась от ярости, он дотянулся до Дарта и попытался ногтями разодрать ему лицо, но у него ничего не вышло. Лицо комиссара, несмотря на эластичность и податливость, мгновенно восстанавливало свою форму, зато Дарт изловчился и схватил зубами когтистый палец агента. Он сжал его с такой силой, что палец оказался перекушенным задолго до того, как Трюфон взгромоздился на плечи заревевшей горилле и вставил между зубами Дарта кинжал. Очень довольный, Дарт выплюнул окровавленный огрызок пальца прямо в искаженное от злости и боли лицо агента. - А вот это, полип, 34-А - гений диверсии! - продолжал Шшеа, выталкивая из толпы уродливого карлика с землистым морщинистым лицом.- Это он устроил взрыв на заводе по сборке межзвездных кораблей! - У меня на нелегальной квартире в Эллеруэйне есть унитаз, сделанный в виде головы карриорского полицейского, - прогнусавил карлик. - Голова очень похожа на рожу этого полипа! Жаль, что он висит так высоко, я бы на него с удовольствием помочился! - Ты видел, как я откусил палец, гнусный ублюдок? - Дарт извивался в тщетных попытках сорваться с крюка. - Точно так же я перегрызу твой поганый член!.. - А вот агент 04-С! - прокричал Шшеа, подводя к Дарту девушку в фривольном платьице и с довольно миленьким румяным личиком. Трюфон подскочил к ней, обхватил ее личико своей волосатой ручищей и скомкал его. Личико оказалось искусно сделанной маской, под которой обнаружилась звероподобная рожа с клыкастой пастью. - Агент 04-С заразил венерическими болезнями пятьдесят шесть полипов! - объявил Трюфон. Бандиты загоготали. Уродливый агент 04-С, жеманясь, тоненьким голоском предложил комиссару составить "ей" компанию на сегодняшнюю ночь. Агенты продолжали прибывать. Через час их набилось в зале человек семьдесят. Трюфону приходилось снова и снова рассказывать о своем героическом полете к брельтскому космодрому, когда сбили его флайер и он летел без силовой защиты на гравибуксире. - Как по-вашему, - напыжась, спрашивал он, - я удостоюсь благодарности от Его Милости господина Посредника? Все соглашались с ним, говоря, что такой подвиг заслуживает ордена. При этом про себя многие считали, что их шпионская деятельность более важна и что они скорее заслужили орден, чем Трюфон. Однако они предпочитали помалкивать об этом. Вскоре засветился большой экран и на нем возникло летное поле брельтского космодрома. Оно было за сотни километров отсюда, его изображение
в начало наверх
предавалось через космический спутник, зависший над Брельтом. На необозримой бетонированной глади возвышались боевые звездолеты Конфедерации. Над ними раскинулась звездная ночь. Кроме кораблей, на космодроме не было больше ничего. Не видно было ни одной живой души. Дарт заскрежетал зубами при мысли о том, что через какой-нибудь час вся эта мощь будет уничтожена сокрушительным взрывом и землетрясением... Светящиеся цифры в верхнем углу экрана неумолимо отсчитывали метры, отделявшие зловещую "черепаху" от Скрижали, которая валялась где-то в центре космодрома. Кибернетическая мина рыла подземный туннель с поистине бешеной скоростью. Цифры показывали, что от пластинки ее отделяют сорок тысяч метров. Вот уже тридцать пять тысяч... Тридцать тысяч... Бандиты от восторга пустились в пляс. Откуда-то появились бутылки с горячительными напиткамити наркотическая жвачка. Гуманоиды прыгали, скакали, визжали, кружились, взявшись за руки, и среди всего этого неистовства с пронзительным визгом носился Шшеа, превратившийся в крутящийся фейерверочный фонтан. Громко щелкали клешни и челюсти, сверкали-выпученные глаза, грохотали об пол сапожищи, подкованные намагниченным железом; по стенам метались изломанные уродливые тени. На радостях те из бандитов, что повыше, норовили ударить Дарта, словно это была боксерская груша. - Тысяча метров! - отсчитывал Кликлик, вцепившись в Дарта и раскачиваясь на нем. - Семьсот пятьдесят!.. Дарт уже не мог смотреть на эти сатанинские морды, кружащиеся под ним; на него напало какое-то равнодушие ко всему. Он подумал, что после такого катастрофического провала он не останется на Карриоре, он умчится в самый дальний космос, в несусветную глушь, в те неизведанные области вселенной, куда еще только начали проникать исследовательские звездолеты Конфедерации, и поселится там на какой-нибудь дикой, гибельной для людей планете, где только он с его сверхчеловеческими возможностями и сможет существовать, уединится там на тысячелетия, чтобы забыть свой провал... - Осталось триста метров! - торжествующе пищал Кликлик. - Молодец, "черепашка"! Бандиты ревели, столпившись перед экраном. Космодром по-прежнему безмолвствовал. Ничего не изменилось на необозримом летном поле, только край ночного неба озарился голубоватым блеском: всходил громадный диск Карриора, подсвечивая бока звездолетов. Бандиты прыгали от нетерпения, и от их прыжков, казалось, сотрясалась вся башня. Первым забеспокоился всегда подозрительный агент 34-А. - Вы чувствуете, как вибрируют стены? - просипел он. - Уж не землетрясение ли? Трюфон тоже насторожился. - Странно... Такого никогда на башне не было... - Может, полицейские роботы идут по лестнице? - высказал предположение Шшеа. - Но они опоздали, голубчики. Мину уже ничто не остановит! - Полипов, если это действительно они, необходимо задержать, - заметил Трюфон, - хотя бы на полчаса. За это время мы успеем полюбоваться на взрыв и стартовать... Последнее слово Трюфона заставило комиссара вздрогнуть. Гартигасец, заметив это, со злорадной ухмылкой приблизился к связанному пленнику. - Ну да, полип, ты не ослышался. Сразу после взрыва мы все отчаливаем отсюда на Гунг. Не веришь? - Трюфон расхохотался. - Верхняя часть башни давно уже переоборудована нами под межзвездный корабль, под полом этого зала установлен фотонный реактор, а в каминной трубе смонтирован двигатель. Корабль только и ждет сигнала к старту!.. Кстати, тебе повезло: ты летишь на Гунг вместе с нами. Уж больно ты нам понравился! Бандиты дружно подхватили его смех. - Пятьдесят метров! - визжал Кликлик. - Двадцать пять! Еще немного - и все!.. Ну!.. Между тем грохот, от которого сотрясалась башня, теперь уже явственно доносился с лестницы. Что-то большое, тяжелое быстро поднималось там, грохоча по ступеням. Трюфон метнулся к двум киберам, стоявшим у стены. - Слушайте приказ! - провопил он. - Бегите на лестницу! Кто бы там ни поднимался - задержите его хотя бы на четверть часа! На груди кибернетических карликов зажглось бластерное пламя, из рук выдвинулись стальные лезвия и оба сторожа ринулись к двери. Башня продолжала сотрясаться... - До взрыва остались секунды! - заревели бандиты, вытягивая шеи и не сводя взглядов с большого экрана. Изображение космодрома казалось застывшим. Корабли замерли на взлетном поле. - Осталось восемь метров! - истерически выкрикнул Кликлик. - Семь!.. Внезапно со страшным треском сорвалась с петель массивная дверь. Ее вышибло страшным ударом, потрясшим до основания всю башню. Отскочившей дверью сбило с ног сразу четырех бандитов. Вслед за рухнувшей дверью в зал ввалилось раскалившееся докрасна металлическое чудовище, в котором Кликлик узнал кибернетическую мину... Заверещав от ужаса, он взвился чуть ли не до потолка. Бандиты оторопели. На тупоносой голове "черепахи" каким-то чудом еще держались искореженные и наполовину аннигилированные останки Карра, безжизненно волочились его руки с длинными ножевыми лезвиями. "Черепаха", ворвавшись в зал, тотчас аннигилировала нескольких бандитов, оказавшихся на ее пути; тех же, кому удалось увернуться от ее истребляющего носа, она давила своими тяжкими лапами. В зале послышались вопли ужаса. Не реагируя ни на что, "черепаха" устремилась прямо на Дарта. Монстр подпрыгнул, вцепился в комиссара, веревка лопнула, не выдержав тяжести, и оба они рухнули на пол. Дарт даже не нытался вырваться из стальных объятий "черепахи"- это было бесполезно. Он был изумлен не меньше остальных. Передние лапы кибера вонзились ему в грудь, что-то щелкнуло внутри кибернетической мины, она вся вспыхнула ослепительным белым пламенем и раздался ужасающей силы взрыв... Вспышку на вершине Регеберской башни видели почти во всех городах восточного полушария Брельта. Взрыв породил мощнейшую ударную волну, поднявшую в разреженную атмосферу планеты огромные массы пыли и камней. Скалы трясло, склоны горы Мабор покрылись трещинами; во многих местах прогрохотали обвалы. Но взрыв, произведя страшные разрушения в этой пустынной и дикой местности, практически не затронул населенных областей планеты, а из-за того, что он произошел высоко над землей, его сейсмическое значение оказалось сведенным к минимуму. Землетрясение ощущалось только в ближайших окрестностях Мабор. Но от древней башни не осталось ничего, испепелило даже ее камни. В первые секунды взрыва Дарту показалось, что он снова угодил в фотонный реактор зауггугова звездолета. Несколько минут он плавал в клокочущем пламени, сопровождавшемся ужасающим грохотом. Потом пламя стало быстро слабеть и комиссара окутало густое облако пыли и камней, с которым он поднялся на добрый десяток километров. Четверть часа он носился в пылевом вихре, пока гигантский гриб, поднятый взрывом, не начал спадать и оседать на скалы; в конце концов комиссара швырнуло к подножию Мабор- невдалеке от того места, где высилась башня, - и погребло под грудой камней. Но миниатюрный передатчик в огнеупорной капсюле, вставленный в его тело, уцелел и продолжал испускать сигналы. Благодаря им у завала, где был погребен Дарт, вскоре появились спасатели. Пеленг был устойчивым, и могучие кибернетические экскаваторы принялись разгребать каменные глыбы. Дарт был извлечен на пятый день после взрыва и тогда же возле гигантской воронки, образовавшейся на месте башни, он встретился с Феллетом. - Рад видеть вас невредимым, комиссар! - приветствовал его Феллет. - Хоть я я наслышан о вашей неубиваемости, все же, признаюсь, мне удивительно видеть вас вернувшимся из пекла! - Но вы-то, Феллет, как уцелели? Ведь ваш наблюдательный пост находился в непосредственной близости от башни! - Мы счастливо отделались, нас только потрясло, а потом завалило. Но этот взрыв - полнейшая неожиданность для нас... Что произошло, Дарт? Рассказывайте скорее, я сгораю от нетерпения! Комиссар в немногих словах поведал Феллету о замысле агентов Рассадура; операция "Сувенир", которая должна была завершиться взрывом на космодроме и уничтожением союзного флота, имела финал, оказавшийся неожиданным для всех, в том числе и для Дарта. - Вы сказали, что мина, ворвавшись в зал, сразу бросилась на вас, после чего произошел взрыв? - задумчиво проговорил Феллет. - Но почему именно на вас, ведь она была ориентирована на Скрижаль, заброшенную Трюфоном на космодром?.. - Есть у меня одно соображение, которое могло бы объяснить странное поведение мины, но прежде я должен еще раз увидеть Скрижаль. Свяжитесь по рации с охраной космодрома, пусть организуют ее поиски. Это маленькая тонкая квадратная пластинка, имеет радужный блеск... Думаю, она поможет мне ответить на ваш вопрос. Пока Феллет связывался с космодромом, Дарт направился к скале, когтистым пальцем возвышавшейся над морем обломков. Несколько раз сорвавшись, он добрался до вершины, выпрямился и, скрестив на груди руки, начал внимательно всматриваться в простиравшуюся перед ним пустынную котловину. Голубой диск Карриора стоял высоко над горизонтом, озаряя угрюмый ландшафт. Роботы-спасатели, сделав свое дело, покинули эти места. Над Регебором царила тишина. Дарт стоял не шевелясь. Внезапно он вздрогнул, видимо заметив что-то, заинтересовавшее его. Он не стал спускаться по склону, а просто спрыгнул с сорокаметровой высоты. В эту минуту в небе показался флайер. Гудя двигателями, он завис над Феллетом; по веревочной лестнице спустился полицейский и передал майору конверт. - Идите сюда, Дарт! - закричал Феллет. - Здесь коечто любопытное для вас! Дарт подбежал, прыгая с глыбы на глыбу. Феллет передал ему конверт, из которого Дарт извлек радужную пластинку. - Ну конечно! - воскликнул комиссар. - Еще в тот момент, когда она выскочила из кармана Трюфона, у меня мелькнула эта мысль, но, мелькнув, она тотчас ушла, потому что мне надо было действовать, и как можно быстрее! А между тем, обдумай я ее основательней, все могло бы быть по-другому... - Не растравляйте мое любопытство, комиссар, говорите! - Взгляните, Феллет, вот на это, - Дарт вонзил паль- цы себе в грудь, и неожиданно в глубине его эластичного тела что-то блеснуло. Рывком Дарт извлек из себя кинжал, добытый им на звездолете Зауггуга. Рваные края раны на его теле мгновенно сомкнулись. Дарт держал в одной руке кинжал Зауггуга, в другой - Имперскую Скрижаль. - Догадка Трюфона о том, что на Брельте может оказаться вторая Скрижаль, была верной, хотя никто, даже сам Трюфон, не верил в нее! - воскликнул он. В лучах поднимающегося Карриора ярко сверкали и переливались кинжал и пластинка. Было ясно, что обе вещи были сделаны из одного и того же материала, только кинжал был толще и раза в три крупнее. Дарт поведал Феллету об обстоятельствах, при которых добыл кинжал. - Что сказал бы Зауггут, если б узнал, что он помог погубить всю эту шпионскую свору! - со смехом воскликнул майор. - Не всю, - загадочно молвил Дарт. - Вы забыли о плазмоиде, единственном из банды Трюфона, который мог уцелеть при взрыве. В сотне метрах отсюда у восточного края воронки я видел кое-что... Флайер тут как нельзя кстати, - с этими словами Дарт схватился за свисавшую с флайера веревочную лестницу и подтянулся по ней. Через минуту он и Феллет сидели в кабине рядом с пилотом. Внизу за стеклом иллюминатора поплыли оплавленные взрывом обломки скал. - Стоп, - сказал Дарт. - Снижайтесь. Когда до земли оставалось метров двадцать, он спрыгнул. Флайер завис, и Феллет спустился по веревочной лестнице вслед за комиссаром. - Вы видите тот огонек, который как будто движется между камнями?,- Дарт показал куда-то направо. Феллет вглядывался несколько секунд и наконец воскликнул: - Ну да! Похоже, он стремится скрыться от нас... Смотрите, он улизнул в расщелину! Дарт прыжками достиг того места, куда нырнул огонек, нагнулся и взял его в руку. Огонек съежился и сделался размером с пламя на кончике спички. Дарт поднял ладонь с дрожащим пламенем и показал Феллету. - Я так и знал, что ой где-то здесь, - сказал он. - Вот, Феллет, полюбуйтесь. Это тот диверсант, который сжег девять звездолетов. - Этот маленький огонек? - изумился Феллет. - Плесните на него керосином, и вы увидите громадного свирепого плазмоида, который сжег бы и вас, и флайер в одно мгновение. Трюфон каждый раз спасал его от огнетушителей, беря на кончик сигареты... Плазмоиду нужна подпитка, чтобы он разгорелся; здесь, в этих скалах, он не находит питательного материала... Огонек вдруг спрыгнул с ладони Дарта и метнулся в сторону Феллета, но майор вовремя отпрянул и огонек опустился на голый камень, откуда его вновь поднял Дарт.
в начало наверх
- Черт возьми, - воскликнул Дарт, - он еще может наделать бед! Ваша силовая защита, майор, вряд ли уберегла бы от пламени, он сжег бы вас в одно мгновение и окреп бы настолько, что с ним уже трудно было бы справиться!.. Огонек вновь попытался вырваться, но на этот раз Дарт был начеку. Он прикрыл его сверху второй ладонью. - Ну что, Шшеа, - с усмешкой обратился он к плазмоиду, - на этот раз некому вытащить тебя из передряги? Трюфон погиб при взрыве и вся его банда сгинула вместе с ним. Не видать тебе орденов от твоих темных покровителей. И не нужно-огнетушителя, чтоб погасить тебя! Достаточно одного плевка... - Он рассмеялся, оборачиваясь к майору. - Как жаль, что мое новое тело лишило меня удовольствия плюнуть или помочиться на эту гнусную тварь... Придется ее просто прихлопнуть. И он сдавил ладони, а когда разжал их, то они были пусты, лишь тонкая струйка желтого дыма тянулась от них к небу, быстро растворяясь в разреженной атмосфере Брельта.

ВВерх