Николай Гуданец. 
                               Ковчег
   -----------------------------------------------------------------------
   "Наука и техника".
   OCR & spellcheck by HarryFan
   -----------------------------------------------------------------------
   Первым  долгом,  парень,  на  судне  должны  быть  чистота   и   полный
экологический баланс. Чтоб никто никого не жрал, не  обижал,  чтобы  никто
потомством не обзаводился, ясно? Как увидишь этакое безобразие - сразу дуй
ко мне, а уж я найду на них управу. Сам в это дело не лезь. Съесть, может,
и не съедят, но покалечить могут.
   Да ты садись, не стесняйся. Вон, на тот  мешок  с  кормом.  Звать  меня
можешь без церемоний - дядюшка Крунк. Есть, правда, некоторые  молокососы,
кому надо крепко надрать уши, так они зовут меня старым свистуном. Ты ведь
не из таких, верно? Значит, дядюшка Крунк, и точка.
   В прошлом месяце у нас тоже был практикант вроде тебя. Штурману  с  ним
возиться было некогда, и парня,  само  собой,  сплавили  ко  мне  в  трюм.
Помощник  из  него  получился  уж  больно  интеллигентный,  то  есть,  сам
понимаешь, никудышный. Не то,  чтобы  отлынивал,  просто  норовил  не  так
работать, как соображать. Вместо того чтоб самому толком  продраить  трюм,
этот паршивец приволок с жилой палубы киберуборщика. Едва зверюшки увидели
кибера, с  ними  приключилась  форменная  истерика.  Щипухи  подняли  гам,
змееглав со страху загадил  клетку  доверху,  а  хвостодонт  с  Ганенбейзе
выломал переборку, поймал кибера и съел. Потом ветврач два дня  ему  брюхо
резал автогеном, все искал корабельное имущество. Во-он он, хвостодонт, за
террариумом. Ты не бойся, он, пока сытый, вполне смирный.
   Значит, никаких киберов. Эта вот штука называется швабра, сынок. Небось
и не видывал никогда? То-то. Ничего, освоишь, дело нехитрое. Если  зверюга
зубастая, в клетку к ней не лезь, окати из брандспойта пол, да и все  тут.
А вон ту трехглавую скотину, вроде дракона, вообще стороной обходи.  Огнем
плюется.
   Ты, я вижу, парень смирный и понятливый. Это хорошо. Слушайся меня, как
родной мамы, и самодеятельность мне тут не разводи. Тот практикант, видишь
ты, захотел клетки покрасить. Оно вроде  неплохо  придумано,  только  едва
парень влез к гигантскому скунсу с Тамальты, этот зверь  его  так  уделал,
что мое почтение. Уж на что я привычный ко всему, и то  с  души  воротило,
когда близко подходил. А сам он прямо-таки  купался  в  одеколоне,  и  все
равно не помогало. Хоть в противогазе ходи. Такие дела.
   Ты чего  трепыхаешься?  Чего  вскочил,  говорю?  Ты  не  волнуйся,  это
камнедав орет.  Скучно  ему.  Сиди  себе  спокойно,  часок  поорет  и  сам
перестанет.  Как  говаривала  моя  покойная  старуха,  на  всякий  чих  не
наздравствуешься.
   Так о чем бишь я? Ага, вот. Сам я на Ковчеге с первого дня, с тех самых
пор, значит, как академик Фукс выдумал эту самую программу спасения редких
видов  животных.  Была  такая  планета  Пиритея,   и   на   ней   водилось
видимо-невидимо разной живности. Ох, как ее изучали - вдоль и  поперек,  и
всяко-разно. На каждую скотину приходилось по профессору да еще  по  целой
куче диссертантов, не считая студентов с лаборантами. Они бы  там  до  сих
пор науку двигали всем нам на радость, да  только  в  один  погожий  денек
врезался в Пиритею здоровущий астероид. Тряхнуло ее таки  основательно,  и
полматерика снесло к чертовой бабушке. Это было бы еще полбеды, но  наклон
оси к эклиптике поменялся, полярные шапки растаяли, и  вышел,  значит,  на
Пиритее самый что ни на есть  всемирный  потоп.  Вот  тогда-то  Фукс  свою
программу и предложил. Вывезти оттуда всю живность вместе с  фауной  и  на
другой подходящей планете ее поселить.  Академику  что,  его  давным-давно
птицеящур съел, и в Главном Космопорте поставили его бюст аккурат напротив
закусочной. А мы до сих пор возим всякую  нечисть  -  сначала  с  Пиритеи,
потом с другой планеты, где солнце погасло, потом еще со всяких разных.
   Взять ту же  Марианду.  Порешил  Галактический  Совет  целиком  пустить
планету на руду. А мы, значит, подчистую  вывозили  оттуда  биосферу.  Эта
биосфера у меня вот где сидит.  Скажем,  забрали  мы  с  Марианды  красных
термитов. Собирали их, когда они были в спячке.  Ну,  а  в  полете  мураши
взяли да и проснулись. Прогрызли ходы, с  полдюжины  переборок  попортили,
добрались до резервного двигателя и сожрали там весь уран. Хорошо еще,  до
ходового реактора добраться не успели. Мы  их,  паразитов,  жидким  гелием
замораживали и собирали в дьюары. А потом еще в  капитальном  ремонте  два
месяца прохлаждались.
   Или Альмар. Там такая история приключилась, что ты...  Слышал,  небось?
Неужто нет? Да об этом вся Галактика знает.
   Ты чего ежишься? Ну да, запах тут, прямо скажем, не ахти.  Некоторые  с
непривычки в обморок падают. На-ка вот фляжку, отхлебни. Не  употребляешь?
Ну и зря.
   На Альмаре, значит, выращивали капусту. Ох, до  чего  шикарная  капуста
была, ну прям-таки с меня ростом. Все шло как по маслу, пока не  появились
десятиножки.  Эдакие  букашки  с  карандаш  величиной.   Расплодилось   их
видимо-невидимо, жрут капусту подчистую, и никакие химикаты их  не  берут.
Тут профессора опять же почесали в затылке и порешили развести на  Альмаре
широкозобых туканов. Сказано-сделано, развели  их  тьму-тьмущую,  и  тогда
десятиножкам пришел форменный капут. А заодно  и  голубым  пяденицам.  Как
только пропали пяденицы, начали дохнуть  с  голоду  четырехкрылые  гуськи.
Тогда стали истреблять  туканов,  разводить  пядениц  и  спасать  гуськов,
потому как от ихнего помета зависел рост дубабовых рощ, в которых водились
буравчики, у которых симбиоз с ползучим бородавочником,  которым  питались
хабры. А уж с хабрами шутки плохи. И пошла катавасия. Как  говаривала  моя
старуха, нос вытащил - хвост увяз. Когда начали дохнуть зубодуи, тогда  уж
стали всю биосферу переселять. Прилетели мы на Ковчеге. Глядь по  сторонам
- пусто. Вся планета лысая, только какие-то заморыши ковыляют по  песочку.
Даже до половины трюм не загрузили, так мало живности осталось. Вот и  вся
тебе капуста.
   Ну, значит, так. На тебе швабру, тряпку, ведро. Ежли станет  худо,  вон
там  голубой  краник.  Отверни  и  подыши  кислородом.  Уши  можешь  ватой
законопатить.
   Я буду в соседнем отсеке, так что не бойся. Особо не прохлаждайся,  дел
невпроворот. Конечно, прежде всего - мытье, но и за зверюшками поглядывай.
   Не приведи господь, ежели они начнут деток заводить. А то в одном рейсе
у нас двуглавая питониха разродилась от камышового дикобраза. Детки  стали
плодиться дальше. Чуть не каждый день - новое пополнение. До того  живучие
гадины оказались, никакая холера их не брала. В конце концов  сняли  мы  с
турели метеоритную пушку, всей командой приволокли в  трюм  и  этих  гадов
перестреляли. А то бы они сожрали  биосферу  с  двух  планет,  да  и  меня
впридачу. Пушка теперь тут лежит, на всякий случай. Полезная штука, правда
пользуемся мы ею редко. Без меня ты вообще до нее не касайся, а то из  нее
обшивку продырявить - раз плюнуть, понял?
   Да, еще. Ты, сынок, держись подальше вот от той клетки. Там у нас самые
злобные и опасные  на  всю  Галактику  твари.  Просто  чокнутые  они,  эти
двуногие солдатики. Передрались  промеж  собой  и  всю  планету  как  есть
загадили. Теперь вот их осталось всего-навсего три экземпляра. Ты  с  ними
держи ухо востро. Вчера я за кормежкой зазевался, так  мне  один  солдатик
чуть верхний щупалец не оторвал.
   Ладно, пойду я. Заболтался с тобой, а мне  ведь  еще  хрипуна  кормить.
Через часок опять зайду - поглядеть, как ты справляешься.
   Дядюшка Крунк встал, ухватил  щупальцами  мешок  и  выполз  в  соседний
отсек. Практикант взял в клешни швабру и принялся за уборку,  стараясь  не
обращать внимания  на  клетку  с  двуногими  солдатиками,  которые  сучили
кулаками и хрипло ругались на своем неведомом языке...




Реклама: