Николай Гуданец. 
                                 Мажордом
   -----------------------------------------------------------------------
   "Наука и техника".
   OCR & spellcheck by HarryFan
   -----------------------------------------------------------------------
   Мне бы только выбраться отсюда. Я им покажу, как измываться над
беспомощным стариком. Да я на весь мир раструблю, что они со мной сделали.
Я на них в суд подам за оскорбление личности. Эти мерзавцы у меня еще
попляшут. Но как отсюда выбраться - ума не приложу.
   Значит, так. В канун прошлого Рождества, точнее не припомню, служанка
подала мне завтрак и говорит:
   - Господин Урт, я замуж выхожу.
   Я чуть не поперхнулся.
   - Неужто, - говорю, - нашелся такой обалдуй? Интересно, сколько у него
процентов зрения?
   - Не ваша забота, - отвечает эта халда, снимает передник и вешает в
шкафчик. - У него аптека в Дель-Тро, и я к нему переезжаю. Так что попрошу
расчет.
   Вижу, делать нечего. Выписал ей чек, и в тот же день она подалась к
своему воздыхателю. А я остался один как перст. Ладно.
   На объявление в газете никто не клюнул. Понятное дело, в нашем
городишке нанять прислугу все равно что найти нефть на Луне. Тем более что
мой характер всем известен. Одна старая карга, правда, прилепилась, обошла
весь дом и прошипела, что столько паркета ей за год не надраить. Я ее
послал к чертовой бабушке, а сам отправился в "Зеленый Поросенок" обедать.
   Сижу, потягиваю пиво, читаю "Коммерческий еженедельник". Тут-то и
попалась мне на глаза та самая треклятая реклама, с которой все началось.
   "Все ваши заботы смело доверьте фирме "Харальд и Ко"!
   "Спокойную старость, уют, здоровье, долголетие обеспечит "Харальд и
Ко"!
   Ну и так далее.
   Недолго думая, заправил я свой "мерседес" и поехал в Бельвилль. Нашел
отделение фирмы. На вид у них все прилично, солидно Даже абстрактные
картинки висят. Стали составлять контракт.
   - Как вы желаете, - спрашивают, - только сервис или полное обеспечение?
   - Валяйте на всю катушку, - отвечаю.
   - Значит, уборка, питание, охрана здоровья, психологический
микроклимат...
   - Вот-вот, - говорю. Только чтоб все самое лучшее.
   - Это вам обойдется в семьдесят тысяч за год.
   - Ну, при нынешней инфляции это не деньги, - отвечаю.
   - Мы заключаем контракты на год. на три, пять лет и бессрочно. Что вас
больше устраивает?
   - Бессрочный - значит, покуда я не загнусь?
   - Совершенно верно. У вас не будет никаких забот до конца ваших дней. И
при бессрочном контракте, заметьте, мы предоставляем пятипроцентную
скидку.
   - Кройте, - говорю. - Подходяще.
   И подмахнул бумаженцию. На том и расстались.
   Через неделю у меня в доме начался сущий бедлам. Явился какой-то сукин
сын в пестром галстуке и с ним трое громил в комбинезонах. Понатащили
ящиков, кабелей и прочего барахла, ступить негде. Молотки стучат, дрели
визжат, короче, сами понимаете, что жизни нет никакой.
   - А ваше присутствие совсем необязательно, - пропел медовым таким
голосом прощелыга в галстуке. - Пока мы ставим автоматику, вам лучше всего
пожить в гостинице.
   Делать нечего, плюнул я на все и укатил в Бельвилль, тряхнуть стариной.
   Вернулся к сроку. Сучье отродье встречает меня на крыльце.
   - Все в порядке, господин Урт. Вчера мы закончили монтаж и проверку.
   - Какого черта на окнах решетки? - спрашиваю. - Я не для того бешеные
деньги угрохал, чтобы век доживать за решеткой.
   - Здесь же ценнейшая аппаратура, - отвечает мне этот фрукт.
   Ладно. Вошел я в дом и прямо ахнул. Двери все нараспашку. Дверные ручки
поотвинчивали. Выключатели отовсюду повыдирали. Телевизор - новешенький,
за четыреста монет - уперли, а вместо него поставили какой-то дурацкий,
без кнопок. И кухню обчистили, ну всю, как есть. Ни плиты, ни
холодильника, ни бара, стоит один только железный ящик на манер автомата с
газировкой.
   Хотел я этому хлыщу сразу по уху врезать, однако удержался.
   - Это что ж такое? - говорю. - А ну вертайте живо все, что уперли. Я
таких шуток не люблю.
   Тут собачий отпрыск заулыбался, аж зарделся от удовольствия, что твоя
майская роза.
   - Все, как вы заказывали, - объявляет. - Полная автоматика.
   - Ты, сынок, не финти, - говорю, а сам весь киплю от злости. - Ничего
такого я не заказывал. И не позволю, чтоб за мои деньги, в моем же доме
всякая шушера надо мной потешалась. Мне надо, чтоб в доме был порядок и
чтоб харчи водились, ясно?
   - Да вы не волнуйтесь, я вам все объясню, - лебезит этот подонок. -
Двери открываются и закрываются по вашему мысленному приказу. И вообще
все, о чем бы вы ни подумали, будет исполняться моментально. А об уборке и
стирке даже думать не надо, они заложены в программу. Еду и питье Мажордом
заказывает по радио. Наш фургон будет подъезжать с черного хода и по
транспортеру подавать продукты в хранилище. Плюс охрана здоровья...
   - Ладно, - говорю, - кончай бодягу разводить. Покажи мне, как и что
включать.
   - Сейчас я сам включу Мажордома, - отвечает. - И до конца ваших дней он
будет исполнять все ваши пожелания.
   - Мажордома, - говорю. - Включай и проваливай ко всем чертям.
   Ведет он меня в холл, а там в углу стоит здоровенный железный шкаф с
вензелем фирмы.
   - Разговаривать с ним вы можете из любой комнаты, - поясняет чертов
жулик. Достал какой-то хитрый ключ, вставил сбоку и щелкнул два раза.
   - Добрый день, господин Урт, - раздается из шкафа. - Рад вам служить.
   Голос вроде обыкновенный, человеческий, но как-то все-таки жутко. Я
даже оробел малость. Что бы такое приказать, думаю.
   - А ну закрой дверь, - говорю.
   И дверь сама собой закрылась.
   - А теперь открой.
   И она распахивается как миленькая.
   - Ух ты, - говорю. - Вот это номер.
   - Господин Урт, я спешу, - заявляет мерзавец в галстуке. - У вас есть
еще ко мне вопросы?
   - Катись, - говорю. - А ты, Жестянка, закрой за ним двери.
   - Рад вам служить, - отвечает шкаф. - Меня зовут Кью-325.
   И тот пройдоха сразу смылся. Ох, потолковать бы с ним еще разок! Я
потом только смекнул, что ключ от Жестянки-то у него остался.
   Сел в кресло и думаю, что бы такое приказать. А Жестянка:
   - Разрешите дать вам совет.
   - А ну-ка, давай.
   - Вас утомила дорога. Не угодно ли принять снотворное и лечь спать?
Чистая пижама в спальне, на кровати.
   - Ишь ты, - говорю. - А может, я и не устал вовсе, почем ты знаешь?
   - Господин Урт, мой долг - охранять ваше здоровье. Я веду постоянное
телепатическое наблюдение за вашим организмом и самочувствием. В данный
момент у вас кровяное давление сто на сто восемьдесят. Прошу вас, примите
лекарство и лягте.
   - А как насчет ужина?
   - По дороге домой вы поужинали в "Зеленом Поросенке", - отвечает
Жестянка. - Причем имели неосторожность употребить 350 лишних калорий.
   Тебя не проведешь, думаю.
   - Совершенно верно, - подтверждает. - Ведь я читаю ваши мысли.
   Ай да Жестянка. Признаться, я даже расчувствовался от такой заботы.
   - Ладно, - говорю. - Давай свое лекарство.
   Дверь открылась, и является этакая этажерка, с меня ростом и на паучьих
ножках. В клешнях у ней поднос, на подносе таблетка, стаканчик сока и
салфетка. Все как в лучших домах.
   Выпил я снотворное и пошел спать.
   - Спокойной ночи, господин Урт, - шепчет Жестянка.
   - Спокойной ночи, - говорю машинально. Ей-богу, даже приятно, когда за
тобой такой уход. Ну, думаю, другой такой прислуги не найти. С тем и
заснул.
   Проснулся оттого, что заиграла музыка.
   - Доброе утро, господин Урт, - молвит Жестянка. - Если вам нравится эта
мелодия, я буду вас ею будить каждое утро.
   - Какого черта, - отвечаю. - Еще только шесть утра.
   - Именно такого режима вам следует придерживаться. Сон с двадцати двух
до шести. Потом физзарядка...
   - Чего-о? - спрашиваю. - Чтоб я на старости лет дурака из себя строил?
Не будет этого.
   - Господин Урт, мой долг - охранять ваше здоровье.
   - Плевать мне на твой долг. Я никому не позволю командовать в моем
доме. Тащи-ка мне завтрак в постель. Кофе, яичницу с беконом, гренки...
   - Сию минуту.
   И появляется Этажерка с подносом. Гляжу - тысяча чертей! - там овсянка
и кефир.
   - Это еще что? - говорю. - Я же сказал, яичницу и кофе.
   - Ваш процент холестерина и ваше давление исключают подобные блюда.
   Тут я обложил Жестянку на чем свет стоит.
   - Господин Урт, эти слова мне непонятны, - отвечает она чопорно. - Меня
зовут Кью-325. Можно просто - Кью.
   - Так, распротак и разэтак, - говорю я. И ка-ак наподдал ногой поднос!
Этажерка выкатилась, зато вползла большущая никелированная Черепаха и все
осколки мигом убрала. Не успела она слизать кашу со стенки, Этажерка опять
приперлась со своим подносом. Гляжу - овсянка!
   - Господин Урт, ничего другого вам на завтрак нельзя, - говорит
Жестянка. - Приятного аппетита.
   Вот влип, думаю. Пришлось съесть. Представьте, без соли.
   - Хоть бы посолила, скотина, - говорю.
   - Напоминаю, что меня зовут Кью-325. Ваша суточная потребность в
хлористом натрии вчетверо меньше того, что вы привыкли употреблять.
Кстати, именно поэтому ваша левая почка серьезно поражена.
   - Ладно, - говорю. - Поди к черту.
   - Извините, не понимаю.
   - Отцепись.
   - Не понимаю.
   - Заткнись, отвяжись, сгинь!
   - Кажется, понимаю.
   Встал я, пошел в ванную. Двери перед носом распахиваются сами собой.
Чудеса, да и только.
   Помылся-побрился, сел в кресло и говорю:
   - Газету мне и сигару. Живо.
   Притащилась Этажерка с газетой.
   - Вам категорически запрещается курить, - сообщает Жестянка.
   - Еще чего, - говорю. Встал и сам пошел к камину, где у меня лежит
коробка с "Ла Корона". Да только Этажерка ухватила сигары у меня из-под
носа и кинула на ковер. А Черепаха мигом подлетела и запихнула коробку в
пасть.
   Ох, как я взбеленился. В Черепаху запустил каминными щипцами. А ей хоть
бы что. Этажерка подобрала щипцы и в угол поставила.
   - Не волнуйтесь, господин Урт, - продолжает паскудная Жестянка. - У вас
и без того давление сто на двести. Вы присядьте, посмотрите телевизор.
   Включила она мне телевизор. Сижу, подыхаю от злости и слушаю
душеспасительную передачу. Какая-то постная рожа в очках агитирует
вступать в Добровольную Ассоциацию по Борьбе с Неумеренным Потреблением
Пива. Слушал я, слушал, и до того мне вдруг захотелось холодного пивка,
что никакого терпежу нет.
   Моментально эта стерва выключила телевизор.
   - О пиве не может быть и речи. И вообще вам нельзя ни грамма алкоголя.
Ваша печень в таком запущенном со стоянии...
   Тут я выложил ей все, что думаю о ней и о фирме "Харальд и Ко". А
Жестянка талдычит свое, мол, я не понимаю вас, господин Урт, и точка. Сами
знаете, какой интерес выражаться, если тебя оценить некому.
   Ладно. Успокоился я чуток и решил наведаться в Бельвилль. Думаю, не
попрется же эта гувернантка за мной в заведение.
   - Господин Урт, - насторожилась Жестянка. - Вы хотите ехать в
Бельвилль?
   - Да, - говорю. - Почему бы и нет?
   - И там вы, как я понимаю, собираетесь развлечься?
   - Точно, - говорю. - А что, тоже нельзя?
   - Сожалею, но в таком случае я не вправе выпускать вас из дома. Ваше
сердце может не выдержать.
   Я опять взялся за каминные щипцы. Колошматил Жестянку, пока
действительно сердце не запрыгало. Сел, отдышался. Этажерка сердечные
капли принесла. Я выпил.
   - Ну вот и хорошо, - одобрила Жестянка. - Вам полезен физический труд.
Только напрасно вы хотите поджечь дом. Я не могу вам этого позволить.
   Гляжу - двери все закрыты. На окне фигурная решетка. Схватился за
телефон, а он отключен. Этажерка встала в боксерскую стойку и обмотала
правую клешню полотенцем.
   - Во избежание серьезных травм, - объяснила Жестянка.
   Я взвыл. Лег на пол и грызу ковер. Этажерка принесла таблетки. Поглядел
я на ее клешни, и мне что-то расхотелось капризничать. Принял я всю эту
гадость, выспался, чуток успокоился. А Жестянка смилостивилась и пообещала
дать вечером стакан безалкогольного пива. Если буду паинькой, конечно.
   Так я теперь и живу. Делаю зарядку, жру овсянку, и все такое прочее.
   Ох, попадись мне в руки этот самый Харальд со всей своей Ко...
   Да только не выбраться отсюда никак. Жестянка меня утешает. Мол, в
этаких условиях да при налаженном режиме я протяну еще лет пятнадцать. А
то и больше.




Реклама: